Глава 9 (2)

Глава 9 (2)

Царицына

На улице светило редкое для столицы в это время года  солнце. Уже выпал и пока не таял снег, но при этом было не слишком морозно. В самый раз, чтобы чувствовать всю прелесть наступающей зимы и приближающегося Нового года.

- Вот такой ноябрь я люблю, - глубоко вдохнула Лиза и потянулась.

- Я тоже, - согласилась Бо. - И раз мы едины во мнении, предлагаю пойти пешком, а не ехать на троллейбусе.

- Куда? 

- Здесь неподалёку живёт одна женщина, наша бывшая балерина. Она что-то вроде экстрасенса. Во всяком случае, способности у неё имеются…

- Бо, ты что? – изумилась Лиза. – Ты веришь во всё это?

- Скажем так: я несколько раз имела возможность убедиться, что кое-что Матильда и правда умеет.

- Матильда?

- Да, представь себе. У них в семье ходит легенда, что когда-то сама Матильда Кшесинская увидела в прабабушке нашей Матильды необыкновенное дарование и предсказала ей балетную славу. Но там что-то не срослось. Сама понимаешь, Первая мировая, революция, Гражданская война, репрессии, Великая Отечественная… В общем, ни прабабушка, ни бабушка, ни даже мама нашей Матильды с балетом свои жизни не связали. Но когда в семье родилась очередная девочка, решили назвать её в честь Кшесинской. Это сработало или огромное желание всей семьи, но малышка в итоге всё же стала балериной. Правда, до примы не дотянула, но и не в кордебалете всю жизнь танцевала. Сейчас она уже в театре не работает. Но наши девчонки к ней иногда за советом бегают. И она многим помогла.

- Бо, я в это не верю.

- Да я тоже не верила. А потом убедилась. Да Матильда и не так чтобы предсказывает. Она просто умная женщина, после ухода из театра выучилась на психолога. Вот и даёт толковые советы. Правда, девчонки замечали, что иногда её слова сбываются с невероятной точностью. Не знаю, мудрость это или правда какой-то особенный дар, но пообщаться с ней нам не помешает. Я ей уже позвонила, она дома.

Выпалив всё это, Бо потянула подругу за руку. К её удивлению, Лиза сопротивляться не стала, хотя и чувствовалось, что идея ей не нравится.

- Ладно, давай сходим, - протянула, наконец, она.

- Вот и молодец, что не упираешься. В нашем случае все методы выяснить правду хороши. А вечером я узнаю, какие бывают дозиметры, и закажу. Померим радиацию.

- Я очень сильно сомневаюсь, что повышенная радиация может быть в отдельно взятой гримёрке. А вокруг-то все себя нормально чувствуют, - резонно заметила Лиза.

- Может, и так. И даже наверняка так. Но проверить на всякий случай надо.

- И из-за одной проверки покупать счётчик?

- Ты знаешь, мне для тебя никаких денег не жаль. Правда, больших денег у меня и нет. Но тех, которые есть, не жаль.

Лиза рассмеялась:

- А мне жалко твоих денег. И моих тоже.

- Хорошо, я попробую не покупать, а поискать по знакомым. И ты поспрошай.

- Ладно.

Они шли по заснеженным переулкам, ныряли в арки, пересекали проходные дворы, и им было очень хорошо и не хотелось думать о проблемах, поэтому остаток пути прошёл за обычной лёгкой и приятной болтовнёй обо всём на свете.

Бывшая балерина Матильда жила в старом доме между Крапивенским и Рахмановским переулками. Бо здесь раньше не бывала, но хорошо знала эти места, поскольку любила гулять здесь в перерывах между репетициями и спектаклями. Поэтому сейчас они почти не блуждали и легко нашли нужный дом.

По выщербленной лестнице девушки поднялись на второй этаж. Бо заметила, что Лиза чуть отстаёт, и улыбнулась: она уже не раз замечала, что подруга довольно застенчива, хотя и старается бороться с этим и скрывать от окружающих.  Она оглянулась и позвала:

- Пойдём, Лизхен!

- Бо, прости. Но я не пойду. Кем бы ни была эта женщина, психологом или экстрасенсом, я не хочу идти к ней.

Бо растерялась:

- Послушай, я сама считаю что 99,9 % экстрасенсов – шарлатаны. Но Матильда руками не лечит, в стеклянный шар не смотрит и заговоры не бормочет… Мы расскажем ей о наших делах, а она, возможно, даст совет. Она же психолог. И девчонки говорят, что неплохой. А тебе в последнее время пришлось несладко.

- Если ты про Юрочку, то от привязанности к нему я уже совершенно излечилась. Так что психолог мне не нужен.

- Матильда предупреждала Тоню Рыбаченко о том, что у неё начнутся проблемы со здоровьем. И не ошиблась.

- У всех балерин рано или поздно начинаются проблемы со здоровьем, - напомнила Лиза. - Чтобы предупредить об этом, не нужно иметь какие-то необыкновенные способности.

- Это так. Но у Тони они начались вскоре после этого разговора.

- Хорошо. Пусть так. Пусть Матильда знала об этом заранее. Но избавить Антонину от этих проблем она не смогла. Правильно я понимаю?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Правильно, - призналась Бо.

- Ну вот. Я знаю, что ты хочешь обезопасить меня. Но, во-первых, ничего страшного пока не происходит, чувствую себя я хорошо. А во-вторых, идея с счётчиком Гейгера мне кажется и то более продуктивной, чем поход к Матильде. Прости, что я не отказалась сразу. Но зато мы так хорошо погуляли… - Лиза, которая стояла на несколько ступенек ниже, сделала умоляющее лицо и от этого стала ужасно трогательной и смешной. Как Бо ни старалась сдержаться и сделать суровое лицо, всё же не выдержала, фыркнула и примиряюще сказала:

- Ладно, пошли обратно. Перед Матильдой я сейчас извинюсь. – Она достала телефон, набрала номер и пару минут разговаривала с бывшей коллегой.

- Ну что? Она не обиделась?

- Нет, совершенно. Зовёт нас просто так на чай. Сходим? Раз уж мы здесь.

Лиза кивнула:

- Давай сходим. Только ни слова о наших делах. Обещаешь?

- Обещаю, - кивнула Бо и тут же решила поторговаться: - Но только в обмен на счётчик Гейгера. В смысле на то, что ты разрешишь мне проверить им твою гримёрку.

- Договорились. Пошли. – Лиза обогнула Бо и зашагала вверх по лестнице. Бо покачала головой и направилась за ней

У Матильды они пробыли больше часа и прекрасно провели время. Бывшая балерина давно не была в театре, и её очень интересовали новости. Бо с Лизой охотно рассказывали ей обо всём, пили вкусный чай и в театр вернулись в прекрасном расположении духа.

- Я тебя прошу, постарайся пореже торчать в своей гримёрке, - попросила Бо.

- И куда прикажешь мне, бездомной, деваться?

- Приходи к нам.

- Вот все удивятся, если я буду у вас постоянно торчать.

- Все знают, что мы с тобой дружим.

- Да, но раньше чаще ты ходила ко мне, а не наоборот.

- Ну вот. Теперь будем считать, что ты ходишь к нам с ответными визитами.

- Ну, разве что так, - неуверенно протянула Лиза. – Пойдём тогда, я вещи закину и переоденусь.

Когда Лиза была уже почти готова, раздался стук в дверь. В гримёрку заглянул Ярослав Оленчук, премьер, который должен был танцевать жениха Изольды в новом балете.

- О, девчонки, привет! – радостно поприветствовал их он и вошёл внутрь. – Лиз, я только что от Давыдова. Смотрел эскизы костюмов. Тебе не показалось, что костюмы принца Сагира слишком уж сдержанные для восточного принца.

- Нет, - удивлённо протянула Лиза, а Бо подавила усмешку. Ярослав был известен своей страстью ко всему пышному, яркому, блестящему.  – Наоборот, мне эскизы очень понравились. Ты в этих костюмах будешь великолепен. Только представь себе.

- Да? Ты думаешь? – Ярослав направился к зеркалу, висевшему над столиком, видимо, чтобы оглядеть себя и вообразить, как будет выглядеть в костюмах, но споткнулся о напольную вешалку, начал падать и обеими руками ударился в зеркальную поверхность. Раздался хруст, и по стеклу поползли трещины.

Ярослав ахнул и отшатнулся, а Лиза с Бо подбежали к нему:

- Руки не поранил?! Как же ты так?!

- Ой, Лиз, прости, - растерянно пробормотал Ярослав. – Зеркало, видимо, не вплотную к стене висит. Под ним пустота. Вот оно и прогнулось под моим весом и не выдержало.

Бо заглянула под раму зеркала.

- Да, точно. Рама толстая. От этого само зеркало отступает от стены. Надо же.

- Обидно. Прости, Лиз. Я случайно, - снова извинился Ярослав.

- Да ладно. Ну, что поделаешь. Пойду повинюсь перед завхозом. Может, у него новое зеркало есть. А нет, так я в ванной загримируюсь.

- Она к нам с девочками придёт! – громко провозгласила Бо и подмигнула Лизе.

- Говорят ведь, что примета плохая, если зеркало бьётся, - вспомнил Ярослав.

- Мы не верим в приметы! – обрадовала его Бо.

- Но зеркало ведь я разбил. А вдруг это мне аукнется?

- Ярик, не выдумывай! Дуй к себе! – прикрикнула Бо. – А то нам пора уже готовиться к спектаклю.

- А… Ну… Ладно… - премьер выглядел потерянным. – Тогда пока.

- Пока! – едва ли не вытолкнула его из гримёрки Бо и покачала головой: - Вот ведь чудо в перьях!.. Давай, заканчивай, и пошли к нам.

- Пошли. А по пути давай зайдём к завхозу. Буду посыпать голову пеплом и каяться в грехе разбития зеркала. Если так, конечно, можно сказать.

- Да ладно. Было бы хуже, если бы тебе пришлось каяться в грехе распития.

- В этом грехе мне тоже можно каяться, - рассмеялась Лиза, и они вместе вышли из гримёрки, заперли её и направились в сторону комнат кордебалета.

О том, что разбитое зеркало – плохая примета, Бо вспомнила, когда глубокой ночью, после спектакля и прогулки с Бу включила компьютер и увидела заголовок одной из новостей.