Эпилог
Эпилог
Принцессе Изольде снились погубленные белые цапли. Они обступили её, кружились в танце, напоминая о трагической ошибке принцессы и заставляя страдать. Изольда в ужасе вскочила с ложа, заметалась по сцене, ища защиты от страшных снов, и у Артёма, стоявшего в кулисе сжалось сердце. Больше всего в этот миг ему хотелось туда, к Лизе, обнять её и защитить от страха и боли. Пусть и не настоящих, а гениально сыгранных ей. Николай положил тяжёлую руку на плечо друга и шепнул:
- Это всего лишь балет.
- Да-да, - еле слышно отозвался Артём. – Двадцать минут назад я видел, что было с тобой в сцене гибели цапель, когда танцевала Бо.
- Я уже жалею, что она решилась всё же станцевать эту премьеру, - признался Николай. – Думал, у меня сердце разорвётся, когда увидел всё это. Пожалуй, сегодня поставлю вопрос ребром: или сцена, или я.
- Балет – великое искусство, - привычно напомнил стоявший рядом с ними Денис Васильевич. – Это какой-то волшебный ветер, против которого нельзя идти, молодые люди. Если он есть в человеке, то пытаться перебороть этот ветер – преступление. Вы вон, и то заразились.
- Да я шучу, шучу, - успокоил его Николай и тут же снова шепнул на ухо Артёму: - Смотри, к Изольде прилетела цапля.
И они с Артёмом оба снова устремили взгляды на сцену.
Цаплю-вестницу, пробудившую в Изольде муки совести, танцевала Кристина. После того ноябрьского вечера она очень изменилась. И Николаю иногда казалось, что проницательный главреж всё же догадался о том, кто изорвал эскизы, и специально дал ей эту непростую роль. В воспитательных целях. Чтобы и её совесть тоже не молчала, а направляла хозяйку.
- Когда Бо решила уходить? – поинтересовался Артём, не отводя глаз от сцены.
- Как только откроется после ремонта учебный корпус, - с гордостью ответил Николай. Артём глянул с пониманием. Он сам тоже очень гордился Лизой. А уж Николай, хотя и старался на людях сдерживаться, при упоминании Бо сиял так, что смотреть на него без улыбки было невозможно.
Они с Бо поженились вскоре после Рождества, но до сих пор вели себя так, словно только-только стали мужем и женой. И Артёму нравилось наблюдать за ними. Сам он только недавно услышал от Лизы «да» и теперь торопил день, на который решено было назначить свадьбу.
- Кстати, Артём Сергеевич, я нарисовал эскиз свадебного платья для Лизоньки, - вспомнил тут словно услышавший его мысли Давыдов. - Как ты и просил, оно в стиле «Белой цапли». Мои мастерицы уже жаждут поскорее раскроить и приступить к пошиву. Только ведь надо и тебе что-то соответствующее. Я там набросал несколько вариантов, ты найди время, забеги ко мне, выбери. Мы с радостью пошьём. Чтобы не было диссонанса ни между женихом и невестой в день свадьбы, ни между мужем и женой потом.
- Спасибо! – искренне обрадовался Артём.
А Николай навис над ними с Давыдовым и попросил:
- Только вы это, без фанатизма, Денис Васильевич. Чтобы не трико, а нормальные брюки снизу. А то я со стыда сгорю. А мне нельзя, я свидетель…
Давыдов снизу вверх посмотрел в преувеличенно сосредоточенное лицо Николая и не выдержал – прыснул, но тут же виновато глянул в сторону сцены и пообещал:
- Пусть будет по-твоему.
Николай кивнул удовлетворённо, но тут Давыдов всё так же серьёзно добавил:
- Если, конечно, жених не пожелает костюм в балетном стиле.
- Жених не пожелает, - сделал страшные глаза Артём, моментально представив себя в обтягивающем трико и испугавшись.
- Денис Васильевич! Перестаньте над нами издеваться! – с укором воззвал к совести художника по костюмам Николай, и Давыдов не удержал на лице серьёзность и снова рассмеялся.
Балетный ветер как раз вынес в их кулису несколько цапель, включая и цаплю Бо. Она нырнула в объятья мужа, посмотрела в их смеющиеся лица и проворчала:
- Значит, мы там впахиваем, а вы тут развлекаетесь?
- Что ты, родная! – возразил её муж. – Это мы просто так рады видеть тебя.
- Да-да, конечно, - не поверила Бо. – Я ваши развесёлые физиономии наблюдала даже со сцены.
- Ну, если ты у меня такая глазастая, то должна была заметить и то, как нас тут по очереди чуть кондратий не хватил. Меня, когда гибла твоя цапля, Артёма, когда Изольде снились кошмары.
- Этого я не видела.
- Значит, плохо смотрела. Вот, послушай. - Николай сгрёб в свои огромные ручищи тонкую кисть Бо и приложил к своей груди. - Слышишь, до сих пор сердце не успокоится, бухает. Бух-бух…
- Это не сердце, это барабаны нашего оркестра, - не поверила его жена. – Сейчас сцена во дворце принца Сагира…
- На ком я женился?! – трагическим шёпотом возопил, глядя счастливыми смеющимися глазами на Бо, Артёма и Дениса Васильевича, Николай. – Моя жена совершенно не чувствует меня!
- Слушай, не прибедняйся, - возмутился Артём. – Можешь об этом кому хочешь рассказывать, но только не нам, людям, которые ежедневно видят, как любит тебя твоя жена.
- Вот-вот! – поддакнула Бо. – И тебе, любимый, свидетельские показания не позволят изображать из себя страдальца. – Она быстро оглянулась, сказала:
- Ну, всё, мне пора! – быстро поцеловала мужа и с другими цаплями выпорхнула на сцену.
Артём, Николай и Давыдов проводили её глазами и снова замерли, наблюдая за происходившим совсем рядом с ними.
После спектакля Бо пришла в гримёрку к Лизе. Николай и Артём ждали их в кабинете Липатова.
- Как наши малыши? – спросила Лиза, когда Бо устало прилегла на диван.
- Скоро два месяца и можно будет забирать. Елена Вячеславовна с Владимиром Николаевичем хотят взять старшего, того, что больше всех на Вована похож.
- И Артём ждёт-не дождётся. Немного волнуется, что его кот не подружится с малышкой. Но я уверена, что они понравятся друг другу. Кот у него отличный. Я в него просто влюбилась. Не представляю, как его можно было выбросить. У меня просто в голове не укладывается.
- Артём поэтому с той девушкой и расстался? Ты обещала рассказать. – Бо подсела за гримёрный столик, Лиза подвинула к ней ватные диски и средство для снятия макияжа, и они стали дружно стирать грим. Пахло пудрой, кремом и канифолью. Бо втянула носом знакомый с детства запах, всегда поднимавший ей настроение и через зеркало вопрошающе-требовательно посмотрела на Лизу.
Та кивнула:
- Ну да. Он, оказывается, собрался на свою выставку в Америку, а она обещала приглядывать за котом, хотя раньше Артём его всегда маме оставлял, и та была готова опять его к себе забрать. Но эта Элина – её Элина зовут – уговорила Артёма на такой вариант: она живёт у него и ухаживает за Полюсом.
- Грамотный ход, если хочешь стать в доме мужчины своей. И как Артём всё узнал?
- Он перед аэропортом заехал к своему преподавателю из школы живописи, тот просил своим друзьям в Америке посылку отвезти. А живёт этот преподаватель в частном доме у парка Тимирязевской академии. Знаешь, там есть такой посёлок небольшой. Кругом город, а у них словно дачи.
- Знаю, - кивнула Бо, отклеивая накладные ресницы. – Это же совсем рядом от «Дмитровской»?
- Ну да, неподалёку, - подтвердила Лиза. - И от дома Артёма близко. Он заехал прямо на участок своего преподавателя. А, когда вышел из дома и собирался сесть в машину, увидел, как через соседний забор перекинули кошку. Артём не понял, что происходит, но встревожился, вышел за забор. А там Элина стоит. Оказалось, что она терпеть не может кошек, и, как только Артём уехал, решила избавиться от его кота. Таким вот «гуманным» способом. Якобы его там могли подобрать сердобольные жители посёлка.
- Ну, в этом есть определённая логика, - неуверенно согласилась Бо. – Правда, конечно, зима, снег, холодно. А кот домашний…
- Вот именно. Но даже не это буквально убило Артёма. А то, что забор вокруг того участка, куда Элина закинула его кота, был совершенно глухим, с бетонным основанием, то есть даже подкоп устроить было невозможно. А хозяева там не жили. Кот просто погиб бы от холода или голода, если бы не услышали добрые люди и не спасли. А она бы потом сказала Артёму, что кот убежал. У неё уже даже были готовы листовки с объявлением о пропаже кота и слёзными просьбами найти дорогую пропажу. Она собиралась их потом Артёму демонстрировать, чтобы убедить в своих страданиях. Он их дома нашёл, когда вернулся за лотком и домиком кота, перед тем, как отвезти его маме. Зашёл, а они уже лежат на кухонном столе.
- Неужели она специально за такой забор кота зашвырнула? – ужаснулась Бо. – Это ведь какая жестокость!
- Артём хочет верить, что Элина просто не подумала. Но очень сомневается. Соседние заборы гораздо ниже, проще было перекинуть. Но перед ними следы на снегу, дорожки чищенные, ясно, что люди живут. А перед этим домом снега чуть не по пояс. И не единого следа. И она выбрала именно его.
- У меня слов нет…
- У Артёма тоже не было. Он полез через забор, достал кота, повёз к маме. На рейс еле успел. Хорошо заранее выехал, и пробок больших не было. А с Элиной сразу же порвал все отношения. Она несколько раз пыталась начать всё заново. И когда узнала от общих знакомых, что Артёма можно найти у нас, решила попробовать ещё раз . Ну, и пришла со словами, что из-за паршивого кота разрывают отношения только идиоты.
- Представляю, что ей сказал Артём, - фыркнула Бо. – Что он именно идиот и есть.
- Да, ты прямо в точку, - улыбнулась Лиза. – И отправил искать нормального, а не идиота. Сказал, что нашёл ту, которая и его таким идиотом любит, и кота примет.
- И он не ошибся! – Бо обняла Лизу. – Как же я рада! А коты и собаки отлично уживаются. Вот у Валдайцевых такса Шпики есть и кот Сибарит. Так они не разлей вода! Я тебя с ними обязательно познакомлю. В смысле, с Валдайцевыми. Ну, и со Шпики и Сибаритом тоже. Ангелина всех нас приглашает на выходные к ним на дачу. У их сыновей день рождения.
- Они близнецы? – удивилась Лиза. – А на фотографиях не очень похожи. Я думала – погодки.
- Не совсем, - уклончиво ответила Бо. – Я тебе как-нибудь в другой раз объясню. А пока дуй в душ. А то нас уже наши мужчины заждались. Кстати, а ты ничего в их фамилиях не заметила?
Лиза улыбнулась и кивнула:
- Ты тоже догадалась?
- Нет, я тупее паровоза! - возмутилась Бо. - Конечно, догадалась. Вот сейчс ты выйдешь замуж за своего Талипова - и станем мы почти однофамилицами. Липатова - Талипова. Одни и те же буквы ведь. - И Бо с подозрением уставилась на Лизу.
- Да выйду я, выйду! И фамилию сменю! - успокоила та. - И перестань на меня давить. Артём и то меня не торопит.
- Ну так он жених. Ему положено относиться к тебе и твоим желаниям трепетно. А я подруга. Мне можно с тобой не миндальничать.
- Ничего себе заявление! - рассмеялась Лиза.
- Дуй в душ! Сколько можно языком чесать?
- Можно подумать, я это делаю в гордом одиночестве!
- Ты права. Я тоже ухожу. Встретимся у Николая. Артём к нему пошёл, я видела.
Временный кабинет Артёма уже не принадлежал ему, хотя Кокосов и умолял не сдавать ключи и причитал:
- Артём Сергеевич! А как же следующий спектакль? Да неужто вы покинете нас и не согласитесь оформлять и его? Ведь какие декорации к "Цапле" получились! Шедевр! Чистый восторг!
Чтобы побольше быть рядом с Лизой, Артём был готов и гораздо на большее, чем оформление спектакля, но ключи всё же сдал.
- Вот когда начнётся работа, тогда и возьму снова, - объяснил он Кокосову.
- Да? – с сомнением протянул тот. – То есть вы не отказываетесь?
- Не отказываюсь, - рассмеялся Артём.
- Вот радость-то! – возликовал Кокосов, взял у него ключ, проникновенно пожал Артёму руку и умчался прочь по своим многочисленным директорским делам. А Артём пошёл к Николаю.
- Ну как? Нашёл ты свою Женю? – поинтересовался он, устроившись в кресле и потрепав по голове тут же пристроившегося рядом Вована. Николай как-то рассказал Артёму о том, как и почему оказался в театре, но они уже давно не общались так, сглазу на глаз, а расспрашивать Николая при Лизе и Бо Артём не хотел.
- Она не моя, но нашёл. Узнал в Школе искусств фамилию всех Жень, примерно подходящих по возрасту, порылся в соцсетях и нашёл.
- Как же тебе фамилии сказали?
- А кто из этой среды откажет начальнику охраны легендарной «Улановки», да ещё и пришедшему по протекции самого Кокосова? – изобразил изумление Николай.
- А, ну да. Действительно. И где она сейчас?
- Не поверишь, в Швеции. В той самой Королевской опере, где подвизался наш Климушка.
- Как тесен мир! – восхитился Артём.
- И не говори.
- И что? Ты её узнал по фотографиям?
- Узнал. Она прекрасно сохранилась. Да и детские фотки на страничке есть. Там она такая, какой я её запомнил.
- И?.. – Артём почувствовал неприятное волнение.
- И ничего не и, - усмехнулся Николай. – Я, когда искал её, был уже совершенно уверен в том, что люблю Бо и что никто, кроме неё, мне не нужен. Просто я не поклонник открытых финалов. Люблю, чтобы все точки над и были расставлены. Вот и хотел убедиться, что у девочки, в том числе благодаря которой я вообще решился на эту авантюру с походом на балет, всё хорошо. А у неё и правда всё хорошо. Она замужем за шведским танцовщиком, и у них даже есть сын.
- Рыжий?
- Не-а. Белобрысый, - ухмыльнулся Николай. - Рыжие дети будут у нас с Бо.
- Если ты её уговоришь, - напомнил Артём.
- Об этом не переживай.
- Какая восхитительная самонадеянность! – засмеялся Артём.
- Не говори мне, что в тебе её нет, - парировал Николай. – Как говорит жена моего лучшего друга, женщины любят самонадеянных мужчин, даже если и не признаются в этом.
Премьера «Белой цапли» прошла с большим успехом. Критики были единодушно восторженны, канал «Культура» снял трёхсерийную передачу о создании и создателях балета. На ближайшие гастроли должны были везти именно эту постановку. Главреж, композитор, Кокосов, Давыдов, Лиза, Артём и остальные были счастливы. Николай, наблюдая всё это, за завтраком осторожно спросил у Бо:5ebdbc
- Ты уверена, что хочешь уйти именно сейчас?
- Да, - не колеблясь, ответила его жена. – Школа готова. Мы с Еленой Вячеславовной уже набрали штат. Я буду работать с самыми маленькими, а она руководить этим подразделением «Улановки».
- Она довольна? – Николаю нравилась банкирша, и он хотел, чтобы в их с Калининым жизни всё наладилось.
- Очень! – воодушевлённо ответила Бо. – Я вообще не понимаю, почему она раньше к этой мысли не пришла? Неужели настолько поставила на себе крест, как на балерине? Но когда мы с тобой предложили руководство подготовительной школой при театре поручить именно ей, она словно очнулась. Ты же сам видел, буквально жила там, пока ремонт шёл. Я так рада этому! Она, оказывается, чудесная женщина. Мы с ней очень подружились… И, кстати! – Бо откусила ломтик огурца, пожевала, поморщилась и стала редкими мелкими глотками пить воду. – Елена Вячеславовна рассказала мне, как тогда получилось с падением с лестницы.
Николай заинтересованно молчал.
- Она и правда упала сама, каблук за длинную юбку зацепился. Такое бывает, - пояснила Бо в ответ на изумлённый взгляд мужа. – А когда упала, ей стало ужасно жалко себя. Калинин опять совершал обход любимого театра, о жене, как показалось ей, совершенно забыл. Признаваться в собственной неловкости ей не хотелось. Вот она и решила привлечь к себе его внимание таким образом. А он догадался. Поэтому и полицию не разрешил вызывать.
- Вот ведь какой. В чём-то жену понимает с полувзгляда, а того, что ей было одиноко и тоскливо, не понял. Вот увидишь, я таким не буду… - Николай встал и подошёл к кофеварке и стал разливать кофе по чашкам.
- Спасибо, мне не надо, - остановила его Бо.
- Почему? – Удивился Николай. – Ты же у меня кофеманка.
- Ну вот. А говорил, что будешь внимателен, - капризно надула губы Бо. – А сам ничего не замечаешь.
- Чего я не замечаю? – растерялся Николай.
- Ну, например, того, что кофе я уже несколько дней не пью. И что ему по утрам плохо. И что улыбаюсь всё время, как блаженная.
- Всё я заметил, - обиделся Николай. – Думал, ты опять на диету села. А улыбаешься из-за премьеры и школы своей.
- Из-за этого, конечно, тоже. Но это не главное.
- А что главное?
- Ну, ты же у меня такой умный. Ты же так ловко дело с отравлением раскрутил, и Кристину на чистую воду вывел, и Давыдову помог оправдаться... Ну? Понял? - Бо требовательно уставилась на мужа.
- Понял. – Николай закрыл ненадолго глаза, открыл их и сгрёб жену в охапку. – Сколько?
- Шесть недель.
- И я до сих пор не знал?! – зарычал Николай. Вован и Бу из своей большой общей корзины с удивлением посмотрели на него.
- Я сама только вчера точно узнала.
- И не сказала? – ещё громче взревел он.
- Ты же меня на премьеру не пустил бы, - сморщив нос объяснила Бо.
- Точно. Не пустил бы.
- Ну вот. Я и решила схитрить. Чуть-чуть. Немножечко. – Она показала кончик мизинца. Николай схватил этот кончик губами, потряс, отпустил и приказал:
- Чтобы это была последняя тайна.
- Обещаю, - покладисто закивала Бо. А он не выдержал, прижал её к себе сильно-сильно и замер так. Теперь он знал, что такое абсолютное счастье. А ведь ещё на свадьбе и все последующие дни, недели и месяцы до этого утра думал, что быть счастливее уже невозможно. Но заблуждался.
Напоминать Бо о том, что ещё недавно она не хотела детей, Николай не стал. Людям свойственно ошибаться. И его жена не исключение. Какое счастье, что это так…