Глава 25
Андрей
Как током прошибло, когда вошел в открытую квартиру, и понял, что Миланы дома нет. Бешенство с дикой силой рвало разум, и хотелось все крушить.
Лихорадочно вспоминал слова Милы, где должна быть свадьба. Услышал звук нового сообщения, и направился в зал. Замер, оценивая обстановку комнаты, что-то не так. Подошел к ноуту, и, пододвинув столик к дивану, стал просматривать документы, открытые Милой. Новое сообщение от друга даже не открыл, потом взгляну. Так, и что тут у нас…
«Охренеть. Вот же дерьмо. Ее мать уже как год умерла, а эта паскуда, отец, еще год ее шантажировал».
Посмотрел на время – десять часов. Быстро набрал телефон друга, и, на ходу закрыв квартиру, выбежал из дома. Набрав Тимоху, обрадовался, что он сразу ответил на звонок.
– Да, братан, – ответил он сонным голосом.
– Адрес скажи, где свадьба будет.
– Будешь воровать? – уже оживлённее поинтересовался Тимофей.
– И это тоже.
– Пришлю сообщение, как поговорим. Мою радовать, что каторга отменяется?
– Нет, пока не нужно. Не знаю, что меня ждет.
– Ты это, только смс потом скинь.
– Хорошо, – буркнул и отключился. Через несколько секунд уже пришло сообщение с адресом.
Проклятье. И байк оставил в гараже, решив предложить Миле съездить к ней домой за необходимыми документами и вещами. Ладно, может это и к лучшему. Сел в машину и быстро поехал в нужную сторону, забивая данные в навигатор.
Всю дорогу был на нервах, а как только подъехал к входу, вышел из машины и бегом направился к воротам. На посту меня никто не остановил, возможно, решив, что я гость, пришедший на свадьбу. Угу, в кожаных брюках и куртке.
Оказавшись в доме, столкнулся в фойе с Захаром. В одно мгновение прижал его к стенке, и хорошо долбанул, не жалея сил.
– Где Милана?
– Ты что, больной?! Отпусти меня! – проскулил этот недоделок, пытаясь вырваться.
Отпустил и сразу врезал по морде. Видно еще и тупой, раз не понимает вопроса с первого раза.
– Если еще раз спрошу, а ты не ответишь, ребра сломаю, – грубо предупредил, отчего он перестал ползти от меня.
– Я… я не знаю. Черт. Я только недавно приехал и никого не видел Мое дело только быть в двенадцать часов в саду на регистрации.
– Хрен тебе! – рявкнул и, подняв, вновь заехал по морде. Так, чтобы не мечталось о браке с моей девочкой.
Пройдя длинное огромное помещение, дошел до лестницы и увидел спускающегося старшего Вигорского. Недовольно фыркнул и снисходительно спросил:
– Кто вам дал право находиться в моем доме?
«Да хрен его знает, но точно не ты…»
– Где Милана? – прорычал, уже напрягаясь, что не могу найти ее и трачу свое время на любознательных уродов.
– Я еще раз спра…
Оказался рядом с ним, и, схватив за грудки, процедил в лицо:
– Мне совершенно плевать на тебя и твое положение. Прибью, как собаку, если не скажешь, где Милана.
Мужик побледнел, с ужасом смотря в мое лицо. Недовольно сжал губу и высокомерно отчеканил:
– Она выходит замуж…
Схватил за горло и, с силой сдавив, процедил:
– Где Милана?
– Там… – прохрипел, пытаясь дышать, показывая рукой на второй этаж. – В моем… кабинете…
Отпустил, отчего Вигорский упал на лестницу и даже не свалился. А жаль… В коридоре растерялся от множества дверей, и громко позвал Милу, услышав сразу же в ответ ее зов. Рванул на голос и, открыв дверь, замер, наблюдая, как мужик нависает над ней… и душит.
Сознание отключилось, перед глазами стоял только ненавистный выродок, посмевший душить мою девочку. Бросился на него и избивал так, как он заслуживал. Не щадил. Зачем жалеть животное, издевающееся над женщиной?
Я – сволочь, и раньше не ценил девушек, но дед вдолбил, что, если подниму руку хоть раз на любую, значит, опущу себя в ранг ничтожества, чего себе позволить не мог.
Через пелену ненависти и злости, услышал, как Мила просит не убивать, переживая, что меня посадят. Отрезвило и привело в чувство. Повернулся, и обомлел, наблюдая, как она падает в обморок.
Только в этот момент отчетливо осознал, что могу ее потерять. Бросился к ней, и, проверив пульс, успокоился. Быстро подлетел к столу, увидев графин с водой, и, открыв ящик, в поисках стакана, увидел мешочки с белым порошком. Приличное количество. Не удержался и, достав сотовый из кармана куртки сфотографировал, испытывая невыносимую потребность уничтожить проклятую семейку, как выберусь отсюда. Не желая терять времени, схватил графин, и налив в руку воды, обтер лицо девушки.
– Маленькая, ты как? – взволнованно спросил, но она была все также без сознания. – Проклятье, теперь дома буду закрывать, если ухожу.
Взял на руки и направился из этого адского дома.
На улице меня ждал сюрприз в виде охраны из семи человек, в которых узнал знакомых байкеров, завсегдатаев моего кафе, и любителей отдохнуть на моей базе компанией с хорошей скидкой. Не друзья, но и не враги.
Игорь по прозвищу Тайфун, самый огромный и мощный мужик, посмотрел на меня и Милану, и рявкнул всем убираться. Тяжело вздохнул и спросил:
– Чем помочь?
– Дверь открой, – сказал, показывая головой за ворота, где стояла моя машина.
Как только уложил Милу в салоне на сиденье, пожал ему руку, и, посоветовав сваливать, сел за руль. По дороге набрал Толяна, уменьшив громкость на блютузе.
– Ты так быстро соскучился? – весело спросил он.
– Знакомые менты в Бердске есть?
– Конечно. А что? – уже по-деловому уточнил Дорвонцев.
– У Вигорского в кабинете в шкафу залежи порошка. Думаю, кокаин, а может и нет.
– Точно?! А то я…
– Фото пришлю как наводку, но эту гадость не пробовал.
– Шли, а я сейчас по своим каналам руководство дерну, а там решим. В любом случае, оперативно подойдем к серьезному вопросу.
– Добро. Только перестань уж только с мужиками общаться, – решил пошутить.
– Андрюха, ты в курсе, что ты – сволочь?
– С детства, так что не удивил, – успокоил его.
– Как твоя, после полученной информации? Извини, что не подготовил, недавно только сам прочитал.
– Как-как… Хреново. Сама отправилась на разборки, и теперь без сознания.
– Почему? – непонимающе воскликнул Дорвонцев.
– Все потом, мне сейчас не до этого, – невежливо рявкнул, зная, что Толян поймет.
– Окей, Андрюх. Напишу, как решу вопрос с наркотой.
– Ага, надеюсь на тебя и твоих знакомых.
– Черт, а хотел же отдохнуть… – обреченно заметил друг.
– Ну, хрена ли. Судьба у тебя такая, – поддержал его.
– Твоими молитвами.
– Так ты разозлись и в отпуск приезжай, – предложил, поворачивая машину в сторону города.
– Ага, обязательно. Все, давай.
Отключившись, посмотрел на заднее сиденье и увидел, что моя девочка лежит с открытыми глазами и смотрит в потолок.
«Блять, это мне совсем не нравится. Лучше бы ревела. Нужно скорее домой, больница, уже видимо, не нужна».
Оказавшись в нашем дворе, открыл заднюю дверь и, подхватив на руки Милу, понес в квартиру. Девушка лишь прижалась к моей груди и молчала. Дома положил ее на кровать, и, сняв верхнюю одежду, укрыл одеялом.
– Малышка ты как?
Молчала, только слезы текли из глаз.
«Охренеть! И что теперь?!»
Вышел из комнаты, захватив ее вещи. Повесил в шкаф и снял свою куртку, а после направился в ванную. Намочил теплой водой полотенце и, достав из холодильника ледяной гель, направился в спальню.
Обработав осторожно лицо, попытался приложить гель к губам, но Милана хрипло выдохнула:
– Не нужно. Пожалуйста.
Швырнул его на пол и, обойдя кровать, лег рядом, осторожно притянув к себе. Мила устало склонила голову на мою грудь, и прошептала:
– Мамы больше нет. Уже год. Господи, как же так? А я даже не простилась с ней.
– Знаю, маленькая, – произнес, ласково обнимая за плечи всхлипывающую девочку.
– А он… все время ненавидел и шантажировал, даже не дал проститься. Я ничего не замечала… Не могла подумать, что можно так поступить. Отец из-за денег терпел маму, ее нежность и признательность. И меня, плод ее любви с художником, который разбился в автокатастрофе. Все сносил ради денег. А потом… потом… Он даже радовался, что мама заболела. Вот так ненавидел ее и меня.
Молчал, только гладил, понимая, что ей нужно выговориться. Сколько прошло времени, не считал, пока она не спросила:
– Который час?
Посмотрел на часы и быстро произнес:
– Двенадцать часов.
– Дай мне, пожалуйста, мой телефон. Он в пальто.
Напрягся, не зная, что в этот момент от нее ожидать. Взглянул в заплаканные голубые глаза и, не удержавшись, поинтересовался:
– Зачем?
– Я Лене позвоню, они с Настей там… у Вигорских.
Только кивнул головой, и побрел в коридор. Нашел телефон с разбитым экраном в ее верхней одежде. Странно, что еще работает. Трещины в трех местах. Нужно будет купить новый.
Вложил телефон в ее маленькую ладошку, но оттого что у нее дрожали пальцы, Мила не могла набрать номер. Забрал развалюху и найдя в контактах Финсову, позвонил, ставя громкую связь, придерживая около ее уха.
– Да, – удивленно ответила Елена.
Милана закрыла глаза на секунду и прошептала:
– Лена, уходите. Свадьбы не будет.
– Почему? Ты где?
– Потом, Лена… – еще тише прошептала моя измученная девочка.
– Отлично, то есть можно идти домой? – довольно поинтересовалась Финсова.
– Да, сейчас там будет скандал, – выдохнув, пролепетала Мила.
«Еще немного и она вырубится…»
– А-а-а-а-а…. Слава богу, а то платье ужас. А ты почему так тихо говоришь?
– Потом. Целую. Уходите скорее, пока разборки не начались.
Отключил трубку, и, видя, как моя малышка вновь тихо заскулила, прижал к себе. Не отпускал, пока она не уснула. Накрыл одеялом, и вышел из спальни.
Поставив омлет подогреваться в микроволновку и, включив чайник, пошел на балкон курить. Через минуту отослал Тимохе сообщение:
«Милана у меня. Уходите оттуда, скоро полиция явится».
Через время пришел ответ:
«Рад за вас. Мы направляемся в суши-бар. Присоединитесь к нам?»
«Нет, но как только получится, поедем все отдыхать на базу».
«Устраивает. Удачи»
Только положил телефон на балкон, и сделал затяжку, как пришло еще сообщение:
«Омон нагрянул без приглашения. Наркота. Оружие. Нас не ждали. Спасибо, друг, премия мне обеспечена, а может и повышение. Я твой должник».
Усмехнулся, радуясь, что сволочная семейка получит по заслугам. Ну а отец Милы, скорее всего, загремит в тюрягу, где ему и место. Сделав вновь затяжку, написал:
«Если притащишь свою рабочую задницу ко мне в гости, мы будем в расчете».
«Понял. Тогда вынужден буду все же устроить себе отпуск. До встречи».
Ухмыльнулся, и, посмотрев в открытое окно, довольно улыбнулся.
«Теперь все хорошо, а будет еще лучше…»
***
Турбаза «Замок тигра», июль
Милана
– Не пойму, Айсберг до сих пор не сказал, что любит тебя? – рявкнула Елена, заправляя последний салат майонезом.
Пять салатов мне помогла сделать Ольга Николаевна, наш повар, а четыре – девочки. Замечательный повар нашего дома теперь работает на Андрея в замке, а также принимает заказы с домиков. Зарплата устраивает, и все обожают замечательную женщину, которая бесподобно готовит.
– Нет. Видишь ли, Андрей немного грубоватый. Любит, но по-своему. У нас с ним все хорошо. Правда! Я очень счастлива! – ответила, нарезая копченую семгу и форель средними кусками, складывая на тарелки.
Вспоминая о Смирнове, улыбнулась. Мой мужчина – самый лучший. Эти почти семь месяцев прошли не так легко, как хотелось. Проблемы с долгами Ройфа Сергея Сергеевича затронули и меня. Оказалось, что долгов у него очень много, и все на нереально громадные суммы. Отец рассчитывал, что Вигорский все оплатит, как я и Захар поженимся, но коррумпированную семью пожизненно упекли в тюрьму за огромное количество кокаина и оружия в их доме.
Отца посадили, а имущества не хватило даже на треть долгов, и стали тормошить деда. Естественно, Сергей Иннокентьевич не желал выплачивать кредиты за сына, и подал прошение, чтобы меня, как дочь, обязали выплачивать часть долгов.
Это был кошмар. Но Андрей подключил всех знакомых, и мы смогли доказать, что я не дочь ему, и не имею ничего, кроме своего наследства, которое не могу использовать для этих целей. Мы выиграли дело, во что я до сих пор не верю. И все благодаря Айсбергу.
Мария исчезла сразу после облавы у Вигорских, и больше о ней никто не слышал. В середине декабря мы ездили в Англию на могилку матери, где я смогла проститься с ней. Тяжело и горько вспоминать такую позднюю встречу, но на душе теперь легко и свободно. Андрей обещал возить меня туда минимум два раза в год.
Что касается наследства, оказалось, что у меня кроме денег, израсходованных отцом, есть еще и плодородная земля, арендуемая предпринимателями и дающая приличные доходы, которую и хотела отобрать садистская семейка. Банк компенсировал треть суммы, выданной Ройфу, признавая вину в халатном контроле за своими сотрудниками, занимающихся коррумпированной деятельностью со счетами клиентов. Деньги так и лежат в банке на моем счету. Андрей заявил, чтобы я не вздумала их тратить, выдав карточку на мое имя на крупную сумму.
Живем с ним очень хорошо, а большего мне и не надо.
– Да, вижу, что он как коршун смотрит за тобой, стоит тебе сделать шаг в сторону. Его ревность у всех друзей на устах. Гребанный собственник! – ворчала Финсова, отодвигая салат на длинную столешницу, где официантка все уносила на нашу территорию в беседку.
– Ох, я даже рада, что Димка у меня в этом плане не такой. Хотя бывает, – ответила Настя, нарезая помидоры и огурцы, скидывая их в огромную миску, чтобы потом докладывать, не отходя от стола.
– Вот я и говорю, что тигрик, главное ревнует Милу, носится с ней, а даже не признался в своих чувствах, – продолжала ворчать Лена, окидывая взглядом приготовленные блюда. – Как я понимаю, все нарезано?
В это время в кухню замка, где мы и собирали на стол, так как Андрей определил нас сюда, чтобы в нашем доме было чисто, и я отдыхала после посиделок, ну а тут все уберут, вошла Аня, двоюродная сестра Лены и все посмотрели на нее. Девушка довольно улыбалась, поглаживая свой огромный животик. Поглядела на нас и сообщила:
– Девочки, первые три партии шашлыков готовы, мужчины возмущаются, что вас до сих пор нет.
Лена тут же заявила:
– Анют, у нас все готово. А ты как себя чувствуешь?
– Просто волшебно! Так рада, что мы приехали сюда отдохнуть!
– Еще бы, с Москвой не сравниться, – заметила Лена.
– Везде свои прелести, – счастливо ответила Аня, и воодушевленно поинтересовалась: – Что мне нести?
– Что полегче, – ответила, с нежностью смотря на счастливую девушку в цветастом сарафане.
Аня и Андрей, армейский друг Айсберга, уже три дня гостят у нас, живя в отдельном домике, а Настя с Димой и Лена со своим Тимой, полтора часа назад только приехали. И что поразительно, рано утром прилетел общий друг наших мужчин, Толик, вечный трудоголик, но очень веселый и общительный человек, решивший устроить себе отпуск в честь повышения.
– Тогда, давайте оперативненько и быстрее к столу. Беременную Анютку нужно кормить! У нее, как-никак, голодный богатырь уже есть хочет! – весело заявила Лена.
– Я и так слоненок, – весело проворчала Аня.
– Очень красивый, – заметила Настя, ухватив два салата.
– Нежный и добрый, – добавила, взяв тарелки с рыбой.
– Нет, я что, и вправду слоненок? – обиженно произнесла будущая мамочка.
Все засмеялись и хором ответили:
– Нет!!!
Как только расположились в огромной плетеной беседке около нашего домика для встреч с друзьями, немного перекусив, а кто и выпив, Елена, между прочим, заметила:
– Как же здорово, что мы все вместе и по парам. Хотя нет, Толик один. Вот как Мила, наконец, поймет, что Айсберг несерьезный мужик, может, обратит внимание на такого приятного и ответственного мужчину, как он. Шикарный представитель мужского рода!
Поперхнулась соком, поражаясь ее словам, и понимая, что Финсова не просто так затеяла этот разговор.
– То есть я – несерьезный? – злобно процедил Айсберг, почти испепеляя ее взглядом.
– Но как же… ты же так… все у тебя недолговечно, временно. А нашей Миланочке нужен…
– С хрена ли ты так решила, Финсова? – почти прорычал Смирнов.
– Так девочка уверена, что у вас все несерьезно, ведь ты у нас молчаливый тигрик и рот лишний раз не откроешь в ответной нежности.
«Ленка… Аа-а-а…. Ну вот зачем? Мне не нужно вынужденных признаний. Я его люблю и это главное. А он… тоже… по-своему. Меня все устраивает».
Краснела и бледнела, не зная, как себя вести, и куда смотреть. Особенно когда Андрей, перестав испепелять взглядом Лену, посмотрел на меня.
А тут еще веселый Толик, решивший поддержать заботливую байкершу, предположил:
– Так я только и жду ее внимания, а потом украду…
Андрей резко вскочил и, посмотрев на всех, рявкнул:
– Сидите, я с Милой отойду… ненадолго.
Захотелось убежать, когда он взял меня за локоть. Я-то в чем виновата? Всем улыбнулась и, поднявшись, вышла из-за стола. Андрей взял мою руку и потащил в сторону дома.
Оказавшись в нашей светлой гостиной, где на бежевом диванчике спал Маркиз, наш любимый пушистик, я прошла к окну, и повернулась к любимому. Смирнов непрерывно смотрел на меня, а потом хрипло спросил:
– Тебе плохо со мной?
– Нет, я счастлива, – честно ответила ему, видя, что Айсберг очень недоволен.
– Тогда что за херня с уходом? – рявкнул, подходя ко мне вплотную.
– Андрей… Я…
– И не мечтай! Ты – моя! Я… Черт! Мила, я не отпущу тебя. Никогда. Ты для меня – все.
– И ты для меня, – прошептала я, чувствуя на своих глазах слезы от счастья. – Я люблю тебя, Андрей. И мне никто не нужен кроме тебя!
Айсберг тут же прижал меня к себе и поцеловал. Сильно, властно, горячо, поглощая и даря необыкновенную сладость.
– И я, моя девочка! Люблю! – прохрипел он, вновь накрывая мои губы своими, но уже в нежном, таком волшебном поцелуе, что чувствовала себя необыкновенной и самой желанной девушкой на свете.
Через десять минут, мы подошли к друзьям, и нас тут же атаковали претензиями:
– Наконец-то! Сколько можно?! – буркнул Латуев Тимофей.
– Не говори, любимый. А всего лишь требовалось сказать три главных слова. Так нет, видно, Айсберг, оды писал, – радостно заметила Лена, посматривая на счастливую меня.
– Все, теперь искать другую кандидатуру на роль жены? – спросил Толик, накладывая несколько кусочков шашлыка в тарелку.
– А никто и не выдвигал мою невесту тебе в супруги, – недовольно буркнул Айсберг, прижимая меня к себе за талию. – Моя девочка и не смотрела на тебя.
– Как жаль, – шутливо посетовал мужчина, а потом задумчиво произнес. – Между прочим, официантка у вас… такая интересная леди.
– Ага, только характер похлеще моего. Думаю, офигеешь от такого счастья, – сообщила Лена, и все радостно засмеялись, а Тимофей поцеловал свою строптивую жену.
– Ну, раз все хорошо, тогда предлагаю тост – «За друзей»! – провозгласил Ветровский, подливая жене апельсиновый сок.
– Да, а потом Настя и Дима поделятся новостью, что у них будет свадьба и они уже ждут ребенка, – весело предложила Лена.
Настя засмущалась, а здоровенный и довольный Дмитрий только обнял ее за талию, и заметил:
– Между прочим, всех приглашаю! – и все радостно стали поздравлять, обсуждая будущие мероприятия.
Повернулась к Андрею, встречаясь с ним взглядом. Он с нежностью смотрел на меня и, не удержавшись, нежно поцеловала его. Теперь я точно знаю, что любима этим сильным, суровым, и таким замечательным мужчиной, сделавшим мою жизнь по-настоящему счастливой.
И самое главное, я люблю его и хочу быть всегда рядом!
Конец.
09-07-2017