Глава 15

Проснулась я от солнечного света, щекочущего глаза.

Улыбнулась неугомонному лучику, затем потянулась и… тут же поняла, что совершила большую ошибку. Нагрянула боль – напала на мое плечо, перекинулась с него на спину и голову, заставляя поморщиться и окончательно вырывая меня из сладких объятий сновидений.

Я приоткрыла глаза и заморгала, щурясь на дневной свет. Затем завозилась, стараясь поудобнее пристроить болящее плечо. Тут же рядом со мной кто-то охнул, подбежал к окну. Зашелестели тяжелые портьеры, и тревожащий меня лучик исчез, что сразу же вызвало у меня виток тревожных мыслей.

В моей спальне на третьем этаже не могло быть портьер, потому что в той комнате вообще не было окон. Следовательно…

Сердце забилось быстрее – интересно, где же я проснулась?!

Я снова заморгала, пытаясь поскорее привыкнуть к дневному свету, который нисколько не скрывали темно-бежевые шторы. Вскоре в голове более-менее прояснилось, и я вспомнила, как вчера вечером в нас стреляли, а Кристиан Кроули спас мне жизнь, но все-таки не смог уберечь от ранения.

Кроша тоже не смогла, хотя она все время была рядом. Но я осталась жива, слава местным Богам! Прибежавшие гости тут же логически рассудили, что в доме казначея было совершено покушение на герцога, но мне почему-то казалось, что целили не в него, а в меня.

Впрочем, у меня не было ни единого подтверждения этой догадке – ни тогда, в саду, ни сейчас, когда я проснулась незнамо где. К тому же я понятия не имела, как долго проспала, а ведь на сегодня у меня была назначена важная встреча возле центрального входа в Академию Магии, и я вовсе не собиралась на нее опаздывать!

– Проснулась? – раздался знакомый девичий голос. – Прости, Агата, я не заметила, что не до конца задвинула шторы.

Я повернула голову.

Оказалось, возле кровати, застеленной белоснежным постельным бельем, стояла Дженни, одетая в светлое домашнее платье с пышным голубым бантом под грудью. Волосы кузины были зачесаны наверх, заплетены в косы и уложены вокруг головы.

Такая прическа была мне прекрасно знакома – Элиша явно приложила свою руку, – а это могло означать, что я, скорее всего, очнулась дома, если, конечно, таковым можно считать особняк Ратфортов на улице Роз.

– Что это за комната? – спросила я у кузины, удивившись тому, насколько слабым оказался мой собственный голос.

Мне это нисколько не понравилось, поэтому я взяла и приподнялась на кровати, решив не обращать внимания на больное плечо. Затем повернула голову, принявшись осматриваться.

Оказалось, я лежала в огромной кровати, укрытая тяжелым пуховым одеялом, затерявшись среди украшенных рюшами и кружевами подушек.

Сама комната тоже была девичьей, со светло-розовым декором и множеством мягких игрушек, к тому же заставленная роскошными цветочными букетами. Среди них я узнала подаренный кузине Томасом Ирвингом – его букет стоял на прикроватном столике. Я вспомнила, как, получив цветы, Дженни закружилась по гостиной от счастья, и еще сильнее утвердилась в мысли, что очутилась у нее в гостях.

– Ты в моей комнате, – подтвердила кузина. – Наверное, ты мало что помнишь о вчерашнем вечере? Ты упала в обморок в доме казначея, потому что потеряла много крови из-за ранения. Но с тобой был его светлость герцог Эрволд, а потом подоспел доктор Корнвеев, поэтому все закончилось хорошо.

– Как я попала домой?

– Тебя привез герцог Эрволд в своей карете, и мама решила, что тебе стоит остаться на втором этаже.

– Ах вот как! – отозвалась я, после чего все же скосила глаза.

Раненое плечо пряталось под кружевной сорочкой, но я заметила, что на него была наложена умелая повязка. К тому же до меня долетали отголоски целительской магии.

– Все было бы намного проще, если бы ты сразу же рассказала о своем ранении, – добавила кузина строгим голосом. – Герцог Эрволд был очень, очень раздосадован твоим молчанием! Ругал…

– Меня?!

– Себя! – усмехнулась Дженни. – Корил из-за того, что не почувствовал твое состояние раньше. Кстати, говорят, в доме Корнвеев он лично перевязал тебе плечо, не дожидаясь, когда подоспеет доктор Корнвеев. Тот уже позже залил в тебя целительскую магию и попытался затянуть рану, а герцог привез тебя домой. Но никуда не ушел – сидел у нас, дожидаясь, пока не прибудет наш доктор. Сказал, что хочет удостовериться, что с тобой все будет в порядке.

– Значит, вот как все было! – вновь отозвалась я, чтобы хоть что-то сказать, потому что после рассказа кузины повисла многозначительная пауза.

– Именно так! – улыбнулась Дженни. – До этого мне казалось, что Кристиану Кроули чужды человеческие эмоции, но теперь-то понятно, что ты, Агата, зацепила его за живое! Наверное, он еще и ругал себя, что покушались на него, а ранили тебя.

– То есть все считают, что покушались именно на герцога? – осторожно спросила я.

– А на кого же еще? – искренне удивилась Дженни. – Никого другого рядом с вами не было.

Я промолчала, а кузина тем временем принялась рассказывать мне обо всем, что я пропустила, пока валялась в обмороке, а потом проспала не без помощи магии более двенадцати часов. Ей нашлось, о чем мне поведать, потому что уже наступил полдень нового дня.

Оказалось, вскоре после нашего с герцогом эффектного появления в доме Ратфортов – с окровавленной мною на руках, из-за чего тетя Доротея едва не упала в обморок, – люди Кристиана Кроули привезли домой еще и дядю.

Тот уже был не в состоянии идти сам, но при этом распевал патриотические песни, поэтому дядю пришлось выносить из кареты и доставлять наверх, в его спальню. Меня же погрузили в целительский сон еще в доме казначея, поэтому герцог лично отнес меня в комнату Дженни – именно так распорядилась ее матушка – и уложил в кровать.

Услышав об этом, я почувствовала, как к моим щекам приливает кровь. Подозреваю, порядком покраснела – и все под внимательным взглядом кузины.

Затем, по словам Дженни, я спала… Спала и спала. Давно уже наступило утро, а недавно и полдень, и сейчас меня дожидается не только море цветов, присланных встревоженными поклонниками, но еще и несколько посетителей.

– Посетителей? – переспросила у нее. Признаюсь, к этому моменту я уже привыкла к тому, что мне дарят цветы – приятно, что уж тут говорить! – а вот доживающиеся моего пробуждения гости были для меня в новинку.

Но Дженни твердо решила рассказывать мне все по порядку, и начала она с цветов.

Оказалось, матушка в ставшую временно моей комнату разрешила отнести только букеты от Кристиана Кроули, Исайи Воллеса и Адама Корнвея. Ну и Дженни настояла на том, чтобы здесь остались цветы от ее дорогого Томаса.

Остальные букеты дожидаются меня в музыкальном салоне, в большой гостиной, в вестибюле и столовой… Их так много, что по дому сложно передвигаться, не натыкаясь на цветочные композиции.

И, кажется, у Эммы начинается аллергия. Но пока еще непонятно, на что именно – то ли на цветочную пыльцу, то ли это острая реакция на приступы зависти.

С цветами мне также прислали карточки с пожеланиями скорейшего выздоровления. Дженни захватала их с собой и уже вознамерилась мне отдать, но я покачала головой:

– Посмотрю их чуть позже, – сказала ей. – Но все же, Дженни, расскажи мне, почему я проснулась в твоей комнате? Понятно дело, тетушка не захотела, чтобы герцог нес меня на третий этаж по узкой лестнице. Конечно же, не стоило так утруждать его светлось… Но в доме полным-полно слуг, они давно уже могли помочь мне перебраться.

Оказалось, тетя Доротея приняла окончательное решение переселить меня с третьего этажа на второй. Дженни на эту ночь перебралась в комнату к Эмме – к вящему неудовольствию сестры, – потому что мои комнаты на втором этаже сейчас подготавливают. Элиша руководит уборкой и переносом вещей, так что уже очень скоро я смогу перебраться на новое место.

«А как же Кроша?» – хотела спросить у нее, но осеклась, прикусила язык.

– Как дела у Эммы? – поинтересовалась вместо этого.

– О, с сестрой все в полном порядке! – улыбнулась Дженни. – Она выходит замуж, это уже решено. Но не только из-за этого – Эмма мне все уши прожужжала, насколько она счастлива, что ее свадьба станет первой в этом Брачном Сезоне.

– Значит, свадьба все-таки будет!..

– Конечно же, будет! Артур Маркли с дядей приезжали этим утром просить ее руки, и отец дал свое согласие. Они уже выбрали дату – свадьба состоится через две недели.

– Но это же замечательные новости! – отозвалась я, и Дженни со мной согласилась.

– Эмма присутствовала при разговоре и выбила из Исайи Воллеса сто пятьдесят тысяч как подарок на свадьбу и какое-то имение в Корвеншире, – добавила кузина. – Так что сестра всем довольна. Папа, кстати, тоже. Сияет, словно медный таз. Кажется, Воллесы и ему что-то подарили, но что именно, мне доподлинно неизвестно.

Зато я прекрасно знала, о чем шла речь, потому что слышала обещание Исайи Воллеса, которые он озвучил при большом стечении народа.

Ну что же, получалось, дядя не только удачно выдал замуж старшую дочь, но ему еще и списали половину долга. Тут было чему обрадоваться!..

– Несмотря на вчерашний скандал, все сложилось очень хорошо, – подтвердила Эмма. – Правда, Исайя Воллес так никуда и не уехал. Остался в нашем доме, потому что пожелал увидеть тебя.

– Меня?! – переспросила я неверяще.

Оказалось, банкир смиренно дожидается, пока я проснусь, а мама вьется вокруг него, стараясь всеми силами развлечь. Его и другого гостя, который тоже отказался уезжать из дома.

– То есть Исайя Воллес ждет, пока я проснусь? – снова уточнила я, все еще пытаясь уложить сказанное в голове. Но ведь был же еще и второй человек! – Но что могло понадобиться от меня… банкиру?

Дженни этого не знала. Ее матери тоже не удалось ничего выведать, да и я, признаюсь, имела лишь отдаленное представление.

Впрочем, сказочный договор со сказочными условиями никто не отменял, так что, скорее всего, Исайя Воллес, раз уж он добрался до дома Ратфортов, решил убить двух зайцев одновременно. То есть женить провинившегося племянника, а заодно и поговорить со мной. Объяснить, почему вынудил меня приехать в столицу.

К этому времени у меня уже появились кое-какие соображения по этому поводу, и, судя по всему, пришло время их проверить. Правда, не сказать, что я была в форме, чтобы встречаться с банкиром, но выбора мне не оставили.

– Конечно же! – сказала я Дженни. – Передай, пожалуйста, господину Воллесу, что очень скоро я буду готова к нему спуститься.

– Что это еще за глупости? – нахмурилась кузина. – Никуда ты не станешь спускаться! Ты останешься в этой комнате и будешь смирно лежать в кровати до полного своего выздоровления. Это предписание доктора Истра, а с ним шутки плохи!

– Хорошо! – вновь отозвалась я. Потому что попыталась подняться, но голова закружилась, а раненое плечо самым строгим образом осудило мое решение. – Тогда мне нужна Элиша. Она поможет мне причесаться и надеть платье.

– Сейчас позову твою горничную, – кивнула Дженни. – Но Агата… Неужели ты не хочешь узнать, кто еще дожидается, когда ты проснешься и будешь готова его принять?!

– И кто же этот человек? – нахмурилась я.

– Тот, кого Исайя Воллес вызвался пропустить вперед, – намекнула Дженни. – Заявил, что он никуда не спешит, поэтому с радостью уступит свою очередь молодому поколению. Дела сердечные, он все понимает. Так ему и сказал!

– Ах вот как! – отозвалась я. К щекам снова прилила кровь – ну вот что за напасть?! – а сердце заколотилось словно бешеное. – И кто же он?

– Тот, кто этим утром прислал тебе вот этот букет, – улыбаясь, произнесла кузина, притронувшись к прелестному цветку лилии. Цветы, перевязанные серебристыми лентами с щедрым добавлением магии, были поистине великолепны. – Неужели еще не догадалась?!

Мне казалось, что догадалась, но я не собиралась так быстро признаваться в этом ни ей, ни самой себе. Боялась ошибиться, поэтому начала издалека.

– Натан Доннет? – спросила у кузины.

– Уже тепло, но еще не горячо! – лукаво улыбнулась Дженни. – Натан заезжал утром, но ты еще спала, поэтому он немного подождал, после чего отбыл во дворец. Сказал, что у него важная встреча, и попросил передать, что снова заедет после обеда. Цветы он тоже привез, но матушка заявила, что им не место в твоей комнате. Зато карточку Натана я тебе принесла, она в стопке с остальными пожеланиями.

– Тогда, быть может, это Тесса?

– О, Тесса тоже приехала вместе с Натаном. Она сейчас у нас, но немного занята. Развлекает того молодого мага, который тоже захотел тебя увидеть.

– Погоди, какого еще мага? – выдохнула я. – Того самого, из жандармерии?! Выходит, меня дожидаются целых трое человек?

Оказалось, я ни в чем не ошиблась. Райан Фростер узнал о покушении на герцога в доме Корнвеев и почему-то связал это дело с убийством артефактора.

– Хотя, казалось бы, какая тут может быть связь? – пожала плечами Дженни.

На это я подумала, что Райану Фростеру в хватке не отказать, и хватка у него бульдожья.

– Тесса взялась его развлекать, – продолжила кузина. – Я пару раз заглядывала в музыкальный салон проверить, как у них идут дела. Скажу сразу – дела идут очень хорошо. Правда, я сейчас говорю не о расследовании преступления.

Я усмехнулась и сразу же поморщилась – плечо не давало о себе забыть.

– Значит, не Натан и не Тесса… Тогда, быть может, меня хочет видеть Эндрю Соррес?

– Ну уж нет! – покачала головой кузина. – От Сорреса принесли букет и карточку, полную сожалений, что его не было в саду и он не смог тебя уберечь. Прости, Агата, я нечаянно прочла его послание – оно выпало из стопки. Но сам он и не думал появляться.

На это я отмахнулась – и от Сорреса, и от его карточки – меня нисколько это не интересовало.

– Выходит, больше никого не осталось, кроме как… Денниса Аткинсона! – торжественным голосом произнесла я, на что кузина закатила глаза.

– Агата, у меня больше нет сил! Конечно же, к нам пожаловал милорд герцог! Приехал полтора часа назад и заявил, что будет ждать столько, сколько потребуется, если мы его не прогоним. Матушка давно в полуобмороке, еще с приезда Воллесов. Папа тут же предложил герцогу выпить, но Кристиан Кроули отказался, поэтому отец… – Дженни вздохнула. – Папа выпил все сам, и больше он нам не помощник. По крайней мере, пока не протрезвеет.

На это я собирались было спросить, когда Катберт Ратфорт был нам помощником, но решила прикусить язык.

– Дженни, а его светлость случайно не сообщил, зачем он приехал? – осторожно поинтересовалась я у кузины.

Дженни взглянула на меня укоризненно.

– Конечно же, всем известно, зачем он приехал! – возвестила кузина. – И если все и дальше пойдет именно так, как сейчас, то очень скоро мы получим еще одно брачное предложение, которое непременно примем!

– Это твоя мама сказала? – улыбнулась я, услышав в ее голосе знакомые нотки. – Или же дядя Катберт, пока он был в состоянии это сделать?

– Это говорю тебе я! – заявила кузина строго. – Мы примем его предложение, потому что… Ты бы посмотрела на себя, Агата! У тебя все написано на лице, а по твоим глазам видно, что ты очень хочешь, чтобы тебе его сделали!

– Чтобы что-нибудь принять, – пробормотала я, отводя глаза, по которым все сразу же было видно, – сперва не помешает это получить!

После чего попросила поскорее позвать Элишу, чтобы та что-то сделала с моим лицом – я не хотела, чтобы герцог все на нем прочел, – а также с волосами и платьем. И да, неплохо бы, чтобы мне принесли что-нибудь поесть – впереди меня ждало серьезное испытание, на которое потребуются все мои силы.

После этого можно было звать герцога, который, подозреваю, давно уже заждался.

Дженни ушла, а я, обессиленная нашим разговором, откинулась на подушки. Попыталась уговорить себя, что вовсе не влюблена в Кристиана Кроули, просто… Просто он слишком необычный и с самой первой нашей встречи вызывал у меня странную реакцию, похожую на радостное оцепенение.

Не только это – он порядком меня тревожил, но в то же время мне хотелось, чтобы его присутствие длилось как можно дольше. И еще мне хотелось узнать о нем побольше.

Как оказалось, не только мне, но и Кроше, которая, стоило Дженни уйти, прошмыгнула в мою комнату, прячась под подолом у Элиши. Обе кинулись к моей кровати, а Кроша еще и на нее забралась. Потом залезла ко мне на руки, свернувшись калачиком…

Нет же, принялась топтаться, устраиваясь поудобнее, а заодно и попыталась облизать мне лицо острым языком. На это я поморщилась, стараясь изо всех сил не застонать – вовсе не от ее ласки, а от того, что больное плечо она все-таки задела.

– А ну-ка брысь! – замахнулась на нее передником Элиша. – Ну какое же безмозглое существо! Говорила ей, говорила, что мисс Агата ранена… Нет же, в одно ухо влетает, а в другое вылетает!

– Не ругай ее! – взмолилась я. – Со мной все хорошо.

– Я вижу, как с вами «все хорошо»! – заодно досталось и мне. – Вы просто случайно поймали пролетавшую мимо стрелу и едва не умерли от потери крови! А так – все отлично!

Перестав меня распекать, Элиша поставила передо мной поднос с овсяной кашей и мелко нарезанными фруктами. Попыталась было покормить меня с ложечки, заявив Кроше, чтобы та и не думала совать свой нос и свою пасть в мою тарелку. Но я заупрямилась, заявив, что поем сама.

Да, левой рукой…

Что и сделала, пока Элиша занималась моими волосами, заодно рассказывая последние новости. Оказалось, пока я спала, она не только получила разрешение, но еще и успела навестить Джейми. Милорд герцог выдал ей целую огромную карету с кучером, который отвез Элишу к гигантскому особняку его светлости, где она встретилась с лечащим доктором, а потом и посмотрела на Джейми.

– Он поправляется, мисс Агата! – заморгала горничная, стараясь скрыть счастливые слезы. – Ему уже лучше, и многие раны почти затянулись. Доктор сказал, что через два-три дня Джейми окончательно придет в себя и сможет вернуться домой.

Это были отличные новости, как и то, что нам отдавали целых три комнаты на втором этаже – просторные, светлые, с выходящими в сад окнами, так что Кроше можно будет свободно уходить гулять и возвращаться незамеченной.

И уже очень скоро, позавтракав, причесанная, но, по словам Элиши, все еще очень бледная, в домашнем кофейного цвета платье с рукавами-фонариками, под которыми удалось скрыть перебинтованное плечо, я восседала на постели, прислонившись спиной к горе подушек, готовая…

Нет же, нисколько не готовая, но собиравшаяся встретить своего первого гостя.

Кроша юркнула под кровать, Элиша на правах компаньонки устроилась на стуле в углу с вязанием, и уже через минуту в комнату вошел все такой же сокрушительно-красивый Кристиан Кроули, герцог Эрволд.

На нем был темно-серый наряд, черные волосы зачесаны назад, синие глаза смотрели на меня встревоженно.

Вот и я тоже на него смотрела – почти сразу же отыскала на его лице пусть неявные, но следы усталости и бессонной ночи. Несмотря на это, Кристиан Кроули все так же производил на меня самое неизгладимое впечатление.

– Леди Ратфорт! – поклонившись возле дверей, герцог направился в мою сторону, и с каждым его шагом мое сердце стучало все быстрее и быстрее. – Как ваше самочувствие?

– Вашими стараниями оно у меня все-таки есть, – отозвалась я.

Еще меня радовало то, что Кроша спряталась под кроватью. Сидит смирно, не вмешивается в мои мысли, переспрашивая, опасен этот человек или нет, стоит ли вцепиться ему в горло или прокусить ногу до кости или же с костью. Вместо этого я чувствовала ее любопытство.

– Ценю ваше чувство юмора, – произнес герцог.

Подошел, но в поставленное возле кровати кресло садиться не спешил. Вместо этого уставился мне в лицо. Принялся меня разглядывать, на что я заморгала и отвела глаза.

– Вы выглядите довольно бледной, – наконец, сделал он вывод. – Мне жаль, что вас все же зацепило вчера вечером. И еще я сожалею о том, что мне так и не удалось найти тех, кто организовал это покушение.

– А тот, кого вы погрузили в стазис? – негромко поинтересовалась я. – Надеюсь, он жив? Удалось ли его допросить?

– Он жив, – кивнул герцог, – но допросить его не вышло. Признаюсь, я провозился с ним половину ночи, но снять заклинание ни у меня, ни у других магов не получилось. Он все еще в стазисе, в котором пробудет так долго, пока мы не разберемся с наложенным на него смертельным заклинанием.

Повисла тишина, в которой я пробормотала, что у них все обязательно получится. Герцог согласно кивнул, затем почему-то подошел к окну, а я украдкой уставилась на его крепкую, физически развитую фигуру. Признаться, на него было приятно посмотреть!

– Итак, скажите мне, Агата, – повернул он ко мне голову, на что я смутилась, словно Кристиан Кроули поймал меня за подглядыванием, – кто именно хотел вас убить?

– Меня?! – выдохнула я, а Элиша, кажется, уронила свое вязание.

– Я долго размышлял над тем, что произошло вчера вечером. Стреляли все же в вас, Агата, а не в меня. Это была тщательно спланированная акция, и вам лишь чудом удалось остаться в живых.

– Потому что вы меня спасли, – отозвалась я.

Он едва заметно качнул головой, словно это не имело значения – то, что меня спас именно он. Наконец, снова подошел и остановился напротив меня, уставившись мне в глаза.

– Поделитесь со мной тем, что вы так старательно скрываете. Откуда у вас взялись враги, осмелившиеся устроить засаду в доме самого Адама Корнвея? Они должны были понимать, что это вызовет последствия, несовместимые с дальнейшей жизнью.

– Откуда же мне знать, милорд! – пробормотала я. – К тому же нет у меня никаких врагов. – Глупая Кларисса Хатчинсон не в счет. – Думаю, вы все-таки ошибаетесь, и те люди напали на вас. – Я так не считала, но мне стало не по себе под его пронзительным взглядом. – Уверена, у вас-то этих самых врагов целый вагон и маленькая тележка!

На это герцог, усмехнувшись, заявил, что не стоит валить с больной головы на здоровую.

– К тому же те, кто был в том саду, добровольно поставили на себя заклинание Инсигна, – добавил он. – Вы знаете, что это такое?

Немного помедлив, я кивнула.

– Да, знаю! Наставники мне рассказывали. Подобное заклинание ставится исключительно по доброй воле, и оно мгновенно убивает носителя, если тот не выполнит поставленную перед ним задачу. Но ведь никто в здравом уме на такое не пойдет! Согласиться на Инсигну способны разве что фанатики… Люди, настолько убежденные в своей правоте, что готовы пожертвовать ради нее собственной жизнью.

Кристиан Кроули склонил голову.

– Вы уже что-то ели сегодня? – поинтересовался он, и я едва не икнула от неожиданности.

– Почему вы меня об этом спрашиваете?

– Потому что когда я смотрю на вас, Агата, мне все время кажется, что вы вот-вот упадете в обморок.

На это я заверила его, что со мной все в полном порядке и его впечатления обманчивы. А моя бледность – это так…

Проблемы с освещением в этой комнате.

Герцог, усмехнувшись, все же уселся в кресло рядом с кроватью, после чего взял меня за руку. И я моментально потеряла дар речи – эта самая способность испарилась из моей головы вместе с фанатиками и прочими мыслями. В ней осталась только скребущаяся в мой разум Кроша, требовавшая у меня разрешения показаться Кристиану Кроули на глаза.

Но я ничего ей не ответила.

Вместо этого смотрела на свою ладонь в уверенной мужской руке с крепкими длинными пальцами, чувствуя, как в меня затекает целительская магия, а еще чужое тепло и спокойствие.

– Пусть покажется, – произнес Кристиан Кроули. – Ни вам, ни ей не стоит меня бояться.

– Откуда вы знаете?! – прошелестела я в полнейшем изумлении.

– Ваш ментальный канал слишком широк, – пожал он плечами. – Я ее слышу.

Это была еще одна странность, которой я не находила объяснения. Даже мои наставники не могли распознать, когда мы общались с Крошей.

– Как ее зовут? – поинтересовался герцог.

– Кроша, – пробормотала я. – Так и быть, выбирайся! – Это я сказала уже ей, затем снова посмотрела на Кристиана. – Значит, в доме казначея на нас напали фанатики? Но откуда им взяться? Да и зачем?! Со мной это вряд ли может быть связано – всю свою жизнь я провела в Лоншире, не выезжая никуда дальше Торки, и я понятия не имею, что им могло от меня понадобиться!

Тут Кроша выползла из-под кровати. Заметив ее, Элиша подскочила на ноги, но я успокоила горничную, сказав, что все в порядке.

Хотя что тут могло быть в порядке, если Кроша запрыгнула на кровать с дальнего ее конца, затем пробежала по мне, наступив мне на руку и на живот?! Спешила, чтобы подставить голову под вытянутую ладонь герцога и чтобы тот ее погладил.

Вот же предательница хвостатая!

– Но все-таки подумайте, Агата! – произнес он, с любопытством уставившись на Крошу. Погладил ее по голове, затем принялся почесывать за ушком, на что я, признаюсь, почувствовала легкий укол зависти. – Кому вы могли перейти дорогу?

– Говорю же вам, я не переходила дорогу… никому!

Но Кристиан не собирался так просто сдаваться.

– Быть может, Ордену Синего Пламени? Вспомните, не пересекались ли вы ненароком с бородатыми монахами в синих одеяниях? Или же Братству Единобожия? Или Друзьям Малимары?

Я качала головой на каждое название, но герцог и не думал сдаваться. Поглаживая Крошу, он сыпал именами и названиями, вкратце объясняя, за что радела каждая из религиозных групп и орденов.

Но никто из вышеперечисленных не мог быть связан ни со мной, ни с моей жизнью в Лоншире хотя бы потому, что я слышала о них в первый раз!

– Быть может, меня ненавидят за то, что я – приезжая? – Ненавидеть за то, что я попаданка, меня никто не мог: я не давала повода. Никто об этом не знал и узнать не мог, это была моя тайна за семью печатями. – Существует ли Орден Ненависти к Провинциалкам?

– Признаюсь, никогда о таком не слышал, – улыбнулся Кристиан. – Но если подобный появится, обещаю, он будет сразу же запрещен, а все Братья и Сестры тотчас же отправятся в паломничество на материк, откуда никогда не вернутся в Элирию. Хотя в последнее время ситуация в Лоншире становится довольно интересной.

– Какая еще ситуация?! – нахмурилась я.

Вместо ответа Кристиан спросил у меня совсем о другом:

– Как много в ваших краях таких, как Кроша?

– Пока что она одна, но я слышала, что недавно нашли еще несколько драконьих яиц. Меня спрашивали, как за ними ухаживать, и я рассказала обо всем, что знала. – Потому что нашла в лаборатории записи Леонарта Ратфорта. – Надеюсь, уже очень скоро, – я повернулась к Кроше, – у тебя появятся похожие на тебя друзья.

На это она завиляла хвостом и принялась тыкать головой в ладонь герцога, требуя, чтобы тот продолжал ее гладить.

– Такие, как ваш слуга, – сколько их? – произнес он, пойдя на поводу у Кроши, хотя мог бы держать меня за руку!

Я, вообще-то, раненая и не отказалась бы от еще одного целительского сеанса…

– Анимагов? Слышала о нескольких. Думаю, по всему Лонширу их наберется пара десятков, но с каждым годом их становится все больше и больше. У людей словно из ниоткуда появляются способности, хотя раньше они и слышать ничего не слышали о магии и родились без Дара.

Кристиан кивнул, словно уже об этом знал.

– Но нет никакого повода для беспокойства, – добавила я. – Анимаги отлично контролируют свою звериную натуру, так что все, о чем рассказывал лорд Соррес, глупая и злобная ложь!

– Лорд Соррес? – заинтересовался герцог. – О чем же он рассказывал?

Вздохнув, я передала ему нашу «увлекательную» беседу на ступенях Храма. Затем, не удержавшись, поведала о том, что привезла из Лоншира необычные камни.

Правда, моя природная склонность к тому, чтобы немного привирать на поворотах… Хорошо, не рассказывать всей правды малознакомым людям, привела к тому, что я утаила их происхождение. Сказала, что камни мы нашли на земле, а не под землей.

– Значит, камни из озера Эри пропали, а взявший их артефактор убит? – задумчиво произнес герцог. – Судя по всему, в этом деле появились новые факты. Кто ведет расследование убийства?

Я назвала имя, добавив, что этот маг дожидается меня в гостиной, где неплохо проводит время с моей подругой. Так что далеко ходить не придется…

Тем самым приблизила нашу встречу к концу, потому что Кристиан Кроули засобирался меня покинуть, чтобы пообщаться с Райаном Фростером. Но перед уходом герцог решил оставить несколько важных указаний.

Во-первых, заявил он, мне нужно побольше отдыхать.

– Во-вторых, никому не показывайте Крошу. – Повернув голову, он посмотрел ей в глаза: – Ты меня понимаешь? Ты должна быть осторожна и изо всех сил беречь свою хозяйку. – На это Кроша завиляла хвостом. – Насчет Джейми не беспокойтесь, ваш слуга скоро к вам вернется. Но и вам, Агата, стоит подумать о собственной безопасности.

– Вы считаете, что нападение может повториться?

– Тот, кто это сделал, так и не получил желаемого. Вы все еще живы, – на этот раз, оставив навязчивую Крошу, он взял меня за руку. Но целительской магии я не почувствовала, лишь тепло его ладони. – Надеюсь, что так оно и будет впредь, но я не удивлюсь, если эти люди планируют повторное нападение, и в следующий раз они станут действовать наверняка.

– То есть устроят на меня засаду получше?

Он кивнул, на что я подумала… Значит, если я стану вести себя спонтанно, то опасность мне не грозит – мои неведомые враги попросту не успеют подготовиться.

– Я настаиваю на том, чтобы вы оставались дома, Агата, и занимались собственным лечением! И еще, чтобы к вам допускались только проверенные люди.

– И как же долго мне сидеть в заточении?

– Пока я не разрешу эту загадку, – произнес герцог, после чего отпустил мою руку. Добавил: – Берегите себя, леди Ратфорт! – затем попрощался и покинул комнату.

За ним сразу же заглянула Дженни. Округлив глаза, спросила, как у нас все прошло и получила ли я брачное предложение… Быть может, я выйду замуж даже раньше, чем Эмма?!

– Можешь даже и не надеяться, – отозвалась я мрачным голосом. – И вообще, это нисколько не смешно! – Потому что мне нисколько было не смешно!

Но Дженни, посмеиваясь, поинтересовалась, найдутся ли у меня силы, чтобы принять второго посетителя. Я кивнула и через несколько минут встретилась с Исайей Воллесом, главой Банковского Дома Воллесов.

Но уже после того, как в дверь вошла Доротея Ратфорт.