Глава вторая

Я хмуро смотрела на круг, который Томас, кряхтя, завершал рисовать на полу гостиной.

Тегрей в стороне не остался. Он скинул с себя камзол, видимо, не желая испачкать его в белой меловой пыли, и тщательно выписывал по окружности непонятные символы. При этом не пользовался никакими бумажными подсказками, что в очередной раз подтверждало: герцог Визгорд тоже интересуется данной ветвью магии.

– Почему именно я должна связываться с убитым? – горестно вопросила я в очередной раз, уже не надеясь получить ответ. Наверняка и сейчас меня проигнорируют.

– Потому что, – веско сказал Томас и встал с коленей. С неприятным хрустом прогнулся в пояснице, разминаясь после долгой неудобной позы.

– Почему не Тегрей? – не унималась я. – Смотри, он все эти знаки наизусть помнит. Следовательно, опыта у него хоть отбавляй.

– Потому что, – отозвался тот. Отложил в сторону мел и посмотрел на меня: – Потому что, моя милая Альберта, до этого момента я ни разу не видел тебя за делом. И мне очень интересно, так ли ты хороша в некромантии, как на это постоянно намекает Томас.

– А я не рвусь никому и ничего доказывать, – проговорила я. – Поэтому с огромным удовольствием постою в сторонке.

– В сторонке, говоришь… – Тегрей как-то странно хмыкнул и потер подбородок. Потом, не отводя от меня насмешливого взгляда, крикнул: – Равен!

– Да, господин? – В гостиную тут же заглянул брюнет, который все это время терпеливо ожидал в прихожей, стоя на страже пока еще безымянного погибшего.

– Приведи Стеллу, – приказал Тегрей. – Да поскорее!

Равен, не задавая никаких вопросов и не выказывая ни малейшего удивления, наклонил голову и тут же вышел. Спустя миг я услышала звук захлопнувшейся двери.

Я быстро-быстро заморгала. Это еще кто такая?

– Это еще кто такая? – спросил Томас, удивительно точно угадав мой мысленный вопрос.

– Как я уже сказал, я нашел себе резонатор, – пояснил Тегрей с кривой усмешкой. – Не такой идеальный, конечно, как Альберта, но… Не думаю, что этот ритуал будет слишком уж сложным в исполнении. Бедняга умер совсем недавно. Его душа не успела далеко удалиться от тела. Стелла заменит Альберту в круге.

– Слушай, приятель, я понятия не имею, что ты там хочешь доказать Альберте, но на твои выкрутасы у нас нет времени, – скептически произнес Томас. – И потом, я ни разу не видел эту твою Стеллу в деле. А вот Альберта уже не раз и не два демонстрировала свой талант в искусстве общения с мертвыми. Поэтому ей я доверяю как-то больше.

– И все-таки, – настойчиво проговорил Тегрей. – Стелла справится ничуть не хуже. Зачем заставлять Альберту, если она так против?

– И сколько нам ждать твою Стеллу? – Томас недовольно покачал головой. – Тегрей…

Он не успел завершить фразу, как дверь хлопнула вновь.

Я изумленно вскинула бровь. Неужели Равен уже выполнил поручение? Да он отсутствовал всего пять минут!

– Ваше высочество, вы звали меня?

В комнату вплыла девушка. Да-да, именно вплыла. Она двигалась так плавно и с таким изяществом, что казалось, будто ее ноги вообще не касаются пола.

Окинув незнакомку придирчивым взглядом, я украдкой поморщилась. Красотка! И это еще слабо сказано. Высокий гладкий лоб. Пухлые чувственные губы, приоткрытые, словно в ожидании поцелуя. Ярко-зеленые глаза и густые каштановые волосы, убранные в строгий пучок.

На девушке была пушистая шубка. Она повела плечиками, скинув ее на руки стоявшего позади Равена. Осталась в темно-сером шелковом платье, подчеркивающем тонкую талию и высокую грудь.

– Прости, что тебе пришлось так долго ждать. – Тегрей торопливо поднялся на ноги и в один шаг преодолел разделяющее их расстояние. Крепко сжал обе руки девушки, с неподдельной заботой спросив: – Не замерзла в карете?

Теперь я вскинула уже обе брови. Неужели Стелла все это время провела в карете, дожидаясь, когда Тегрей вернется к ней? О небо, сколько же она там провела? По самым скромным прикидкам, никак не меньше пары часов. Хотя нет, наверняка намного больше, если Тегрей оставил ее там еще до начала бала.

Однако стоит позавидовать терпению этой девушки. Лично я на ее месте уже давным-давно отправилась бы узнавать, чем это таким важным занят мой спутник, раз напрочь забыл обо мне.

– Немного, – негромко призналась Стелла.

– Ну ничего, сейчас согреешься. – Тегрей протянул руку к Равену, и тот послушно вложил в его ладонь кинжал.

Девушка чуть вздрогнула, увидев оружие. В ее глазах промелькнула какая-то тоскливая обреченность, но почти сразу она растянула губы в нарочито безразличной улыбке.

– Вы желаете провести ритуал, ваше высочество? – вопросительно прошелестела она.

– Да, Стелла, – подтвердил Тегрей и кивком указал ей на круг. – Займи, пожалуйста, свое место.

Тоска в глазах девушки вспыхнула вновь, теперь отчетливее. Но она не позволила себе и слова возражения. Вместо этого послушно склонила голову, осторожно перешагнула меловую границу круга и встала ровно по его центру.

– Отлично. – Тегрей позволил себе быстрый торжествующий взгляд в мою сторону. – Стелла, ты помнишь наш последний урок? Сейчас тебе придется повторить все то же самое, но теперь в одиночку. Я останусь снаружи.

– Я не уверена, ваше высочество… – начала было девушка. Герцог недовольно кашлянул, и она сразу же замолчала. Опять покорно склонила голову.

– Не беспокойся, я дам тебе достаточно энергии, – проговорил он. Медленно подошел к девушке.

Одна его рука опустилась ей на талию. Второй он приподнял ее подбородок, заставив тем самым смотреть в глаза.

– Ты справишься, девочка моя, я уверен, – прошептал он так вкрадчиво, что табуны мурашек пробежались по моему позвоночнику.

Если честно, мне было даже смешно в этот момент. Я не сомневалась, что это представление Тегрей устроил именно для меня. Мол, смотри, Альберта, от чего ты так упорно отказываешься. Неужели он пытается таким образом вызвать во мне ревность?

Томас, неслышно ступая, скользнул ко мне. Он ядовито ухмылялся, но, хвала всем богам, не стал ничего говорить. Все было понятно без слов.

В этот момент Тегрей поцеловал Стеллу. Властно привлек к себе и буквально впился в ее покорно приоткрытые губы.

А вот теперь мне стало по-настоящему неприятно. Я неосознанно скривилась. Ох, я прекрасно помнила, какими мягкими и нежными были прикосновения Тегрея и сколько удовольствия они мне несли! Но сейчас он ласкал на моих глазах другую. И сердце неожиданно больно сжалось от этой картины.

– Надеюсь, большего Тегрей себе не позволит, – буркнул Томас, словно беседуя вслух сам с собою. Но я не сомневалась, что его слова обращены в первую очередь ко мне. – Вот только присутствия при утехах этой парочки мне для полного счастья не хватает!

А уж как я-то на это надеюсь!

И будто в ответ на эти слова Тегрей отстранился от Стеллы. Поднял ее руку и мягко вложил в нее кинжал. Приложил острие к запястью другой руки.

– Ты знаешь, что делать, – сказал он напоследок. И торопливо покинул круг.

Подошел к нам и замер, все свое внимание обратив к девушке.

Та по какой-то причине медлила. Ее пальцы ощутимо дрожали. Это было заметно по тому, как плясало в воздухе лезвие кинжала.

Томас недовольно цокнул языком, покачав головой.

– Сдается, ты преувеличил достоинства своей протеже, – достаточно громко произнес он. – Пока не поздно – предлагаю вернуться к моему предложению. С Альбертой никаких неожиданностей не будет.

Стелла наверняка услышала столь нелицеприятные для нее слова. Она вдруг с нарочитым вызовом вскинула подбородок. И с ее уст полились тягучие непонятные звуки, больше похожие не на речь, а на какую-то завораживающую и дурманящую сознание песню.

Надо же, как ее натаскал герцог! Она помнит заклинание призыва душ наизусть! Я-то в такой же ситуации читала его по бумажке.

В комнате стало темнее и прохладнее. Краем глаза я заметила, как Равен отвернулся, как будто не желал видеть дальнейшего. А вот Томас и Тегрей, напротив, согласно подались вперед. И опять я подивилась тому, насколько они стали похожи в этот момент. Словно два застывших перед смертельным броском хищника. Ноздри раздуваются, глаза полыхают мрачным огнем затаенного торжества перед боем.

Стелла продолжала размеренно говорить. И внезапно я осознала, что мысленно повторяю за ней заклинание. Каждое слово пробуждало непонятный отклик в моей душе, заставляло вздрагивать. Я всей кожей ощущала, как сгустился от напряжения воздух в гостиной. Тьма обвивалась вокруг меня длинными змеями, почти касаясь носков зимних ботинок.

– Что-то идет не так, – вдруг услышала я встревоженное от Тегрея. – Томас, ты чувствуешь?

Стелла медленно подняла кинжал. Теперь он не дрожал в ее руке. Посмотрела в упор на герцога. Ее зеленые глаза сейчас были абсолютно черными – настолько расширись зрачки, в которых пульсировал мрак. Тот самый мрак, который почти до предела заполнил комнату.

«Ну же! – едва не взмолилась я в полный голос. – Давай!»

Внутри меня все дрожало от сладкого ожидания. Сейчас. Это произойдет именно сейчас.

– К демонам! – А это воскликнул уже Томас. – Тегрей, разрывай круг! Все идет не так!

Поздно. Стелла, все так же не отрывая странно умоляющего взгляда от герцога, резко и с размахом полоснула себя по запястью, рассыпав вокруг веер кровавых капель. Какие-то из них достигли меловой линии – и беспрепятственно миновали ее, хотя я понимала, что это неправильно. Так не должно было быть. Круг на время ритуала становился непроницаемым.

Долгий томительный миг после этого ничего не происходило. Тишина казалась настолько полной и всеобъемлющей, что стало страшно – не оглохла ли я. Я не слышала даже стука собственного сердца.

А затем…

В прихожей что-то стукнуло раз, другой. Как будто кто-то пытался встать, неуклюже помогая себе руками.

Обычно бесстрастный Равен, стоявший ближе всего к арке, переменился в лице. Попятился, беспомощно рыская взглядом в темноте.

Да, в комнате по-прежнему было темно. Но это мне почему-то не мешало. Я с таким же успехом могла вообще зажмуриться – и все равно видела бы всю обстановку. Вот замер рядом Томас, сосредоточенный, хмурый. Вот Тегрей уже готовится сделать шаг к кругу и стереть один из символов. А вот в проеме появилась плотная глыба того мужчины, у тела которого велось сегодня столько жарких споров.

– Не смей, – почти не разжимая губ, обронила я. И Тегрей послушно замер с занесенной над знаком ногой.

А я скользнула вперед, не отрывая глаз от спокойного, равнодушного лица ожившего покойника.

– Кто ты? – спросила все так же негромко, прекрасно осознавая, что говорить мне вообще без надобности – он все равно услышит, даже если я задам вопрос мысленно.

– Уолт, – пророкотал незнакомец. – Уолт Битт.

Битт? Получается, это родственник Уилфреда?

– Зачем ты здесь?

– Хотел убить Уилфреда, – без эмоций ответил мужчина. – Он отнял у меня все. Семью. Надежду. Будущее.

– Кто он тебе?

Мужчина покачнулся, как будто из последних сил удерживался на ногах. Я услышала, как Томас со свистом втянул в себя воздух через плотно сжатые зубы. Стелла, застывшая в круге, вновь подняла нож и совершенно равнодушно сделала еще один разрез, щедро напоив мрак своей кровью.

– Мой брат, – тихо донеслось от мужчины. – Он мой брат. Человек, которого я поклялся уничтожить. И если тебе дорога жизнь – держись подальше от него.

– Почему? – спросила я.

Я смотрела сейчас прямо на Стеллу и не понимала, почему она еще в сознании. Воздух был так насыщен металлическим запахом ее крови, что солоноватый привкус ее чувствовался на моих губах. В лице девушки, казалось, не осталось ни кровинки. Ее сильно шатало. Рукав серого платья насквозь пропитался темно-багровой кровью.

Но, странное дело, мне не было ее жалко. Совершенно. Как будто кто-то другой, сильный, равнодушный и жестокий, занял мое тело. И в глубине души я понимала, что буду затягивать ритуал изо всех сил. Зная, что это принесет смерть девушке.

– Уилфред заключил сделку, – пробормотал Уолт. – Ему пришла пора отдавать долги. Но он обязательно попытается избежать этого. Как избежал десять лет назад, когда отдал мою жену тьме.

– Я не понимаю, – проговорила я.

– Тегрей! – вдруг воскликнул Томас. – Да что ты смотришь? Разорви круг! Достаточно!

Стелла страшно закатила глаза. Из ее горла раздался хриплый даже не стон – какой-то прерывистый клекот.

– Как нам его найти? – спросила я Уолта, и Тегрей, покачнувшийся было вперед к меловой грани, замер.

То существо, которое наблюдало сейчас за происходящим из моих глазниц, удовлетворенно вздохнуло. О да. Пусть ритуал длится и дальше.

– Он сам вас найдет, – тяжело ответил Уолт.

– А… – начала было я, желая задать еще какой-то вопрос.

Я готова была спросить любую глупость, лишь бы Стелла отдала еще больше крови.

– Тегрей! – Томас сплюнул на пол ругательство. Сам подскочил к кругу и ногой стремительно затер ближайший символ.

Тотчас же все прекратилось. С гулким неприятным звуком тело Уолта грузно рухнуло на пол, тьма схлынула из комнаты, с недовольным шорохом попряталась в щели между половицами.

Стелла покачнулась – и осела на руки Томаса, который каким-то чудом успел преодолеть разделяющее их пространство. Он легко подхватил ее на руки. Одним прыжком достиг дивана и уложил ее, после чего, хмурясь, приложил два пальца к шее, стремясь нащупать пульс.

– Что застыл? – бросил он Тегрею, который не сводил с меня странно восхищенного взгляда. – Твой резонатор сейчас отправится в лучший из миров. Помогай!

Тегрей моргнул – и опомнился. В свою очередь, засуетился около девушки.

Я отошла к столику с напитками. Не глядя, выбрала одну из бутылок и щедро плеснула себе в бокал, после чего осушила его одним глотком.

Мне попалось что-то весьма крепкое, но я даже не поморщилась. После ритуала я ощущала себя не опустошенной, как обычно, о нет. Во мне бурлила энергия.

Что это было? Почему Уолт разговаривал со мной, а не со Стеллой? Демоны, да он ожил! Пусть на какой-то миг, но его душа вернулась в тело! Разве подобное возможно?

Но куда больше меня занимал вопрос, почему я так желала смерти Стеллы. Я не сомневалась, что, если бы Томас не прервал ритуал, я бы тянула и тянула его, продолжая засыпать Уолта новыми вопросами. Мне… Мне нравилось видеть, как из глаз девушки медленно уходит жизнь. И только сейчас навалился ужас от осознания того, что мои действия могли бы привести к гибели Стеллы.

Я налила себе еще. Повернулась к дивану, около которого шла ожесточенная борьба за жизнь девушки.

Тегрей с сухим треском оторвал от своей рубашки длинную полосу ткани. Туго обмотал ею запястье Стеллы, но кровь это не остановило. С замиранием сердца я заметила, как по белой поверхности расплываются красные пятна, быстро увеличивающиеся в размере.

– Бесполезно. – Томас покачал головой. – Поделись с ней энергией, Тегрей!

Герцог кивнул. Наклонился и прильнул к губам девушки в поцелуе.

Что-то внутри меня замерло в тревожном ожидании. Ну же!

Медленно утекали секунды. Прошла минута, затем две. Но я не чувствовала пульсации магической энергии, как при их первом поцелуе.

Томас напряженно выпрямился. Его синие глаза потемнели от тревоги. Он перевел взгляд на меня, вскинул бровь.

Почему он так смотрит на меня? Как будто считает виноватой в произошедшем.

«А разве это не так? – шепнул внутренний голос. – Ты умеешь говорить с мертвыми, Альберта. Именно тебе они отвечают с большей охотой. Согласись, ты была очень зла на Стеллу перед ритуалом. Тегрей сделал ошибку, решив заставить тебя ревновать перед столь ответственным действием. Тьма охотно отзывается на гнев. Она питается дурными эмоциями. И, скорее всего, она ответила на твою невысказанную просьбу».

Что за бред? Я не желала Стелле дурного!

«Разумом не желала, – тут же ответила я сама себе. – Но в глубине сердца, как ни прискорбно осознавать, жила досада. А еще крошечная надежда, что все пойдет не так и Тегрею придется признать, что без меня не обойтись. Так неприятно, когда оказывается, что ты не уникальна».

– Не получается. – Тегрей отстранился от Стеллы, осознав тщетность попытки. С какой-то детской обидой посмотрел на Томаса. – Я не понимаю! Ничего не понимаю! Что случилось? Я больше не чувствую, что наши ауры бьются в унисон! Рана слишком серьезна, чтобы вылечить ее обычными чарами!

Томас, в свою очередь, простер над Стеллой ладонь. С нее полилось прохладное голубоватое свечение, но почти сразу он оборвал нить заклинания. Обреченно мотнул головой.

– Бесполезно, – шепнул он чуть слышно. – Слишком поздно.

– Нет, – неожиданно даже для себя возразила я. – Я сделаю.

– Ты? – переспросил Томас и хмыкнул: – Альберта, если даже мы не справились, – то что…

Он не успел договорить, потому что я скользнула вперед. Странное спокойствие овладело мною в этот момент. Я не могу позволить ей умереть. Иначе до конца дней своих буду обвинять себя в этой смерти.

Тегрей удивленно поднял на меня глаза, когда я мягко, но решительно потянула его вверх. Послушно встал.

– Что ты задумала? – спросил с интересом.

Вместо ответа я прижалась своими губами к его, сама обмирая от собственной дерзости. А если он оттолкнет меня? Нет, куда страшнее будет, если моя задумка не сработает.

Но этого не случилось. Энергия послушно хлынула в меня, едва только я почувствовала тепло дыхания герцога. Не прерывая поцелуя, я подняла его руку. Направила ее на Стеллу. Тегрей без слов понял, что я хочу. И я ощутила, как по кончикам пальцев побежали колючие мурашки исцеляющих чар, усиленных многократно.

В томительной тишине с уст Стеллы сорвался прерывистый вздох. А затем она задышала глубоко и размеренно.

Тотчас же я отстранилась от Тегрея, хотя все мое тело молило о продолжении. Взглянула на девушку – и мысленно вознесла хвалу небесам.

Пугающая смертельная белизна медленно, но верно уходила с ее лица. На щеках затеплился слабый румянец, ресницы задрожали, показывая, что вот-вот она придет в себя.

– И что это было, Альберта? – весело полюбопытствовал Тегрей, не торопясь выпускать меня из объятий. – Не сказать, что мне не понравилось. Но это было неожиданно.

– По-моему, это было очевидным решением проблемы. – Я пожала плечами. – По какой-то причине аура Стеллы не резонировала с твоей. Наверное, из-за последствий ритуала. Но мои-то способности остались прежними. И я просто повысила уровень твоих сил, тем самым увеличив мощность заклинания.

– За те месяцы, что ты провела в этом городке, твоя теоретическая подготовка стала намного лучше, – заметил Тегрей. – Ты точно не нашла себе какого-нибудь учителя?

– У меня просто было много времени на размышления, – мягко проговорила я.

– Предлагаю на этом закончить обмен любезностями, – вмешался Томас. – Куда больше меня интересует то, что произошло во время ритуала. Альберта, ты ничего не хочешь объяснить?

– Вы же великие маги – вы и объясняйте, – спокойно сказала я. – А я обычная самоучка.

– Не принижай себя. – Томас досадливо поморщился. – То, что ты сделала сейчас… Альберта, ты ведь едва не убила Стеллу! Если бы я не помешал тебе, то ты бы не остановилась, верно?

– Я не понимаю, о чем ты, – пожалуй, слишком резко возразила я. – И вообще, в чем моя вина? Это вы готовили ритуал. Следовательно, с вас и спрашивать, почему вдруг Уолт стал говорить со мной, а не с ней.

Глубокая морщина разломила переносицу Томаса. Он открыл было рот, явно желая сказать мне что-то очень и очень неприятное, но в этот момент Стелла издала слабый стон.

– Что… – прошептала она. – Что случилось?

– Девочка моя. – Тегрей слабо улыбнулся и вновь опустился на диван подле нее. Поднял ее туго забинтованную руку и принялся осыпать быстрыми легкими поцелуями ладонь, перемежая это встревоженными вопросами: – Как ты себя чувствуешь? Дать тебе воды? У тебя что-нибудь болит?

В сердце опять ожила досада. Потому что я не чувствовала и нотки фальши в тоне Тегрея. Он действительно сильно переживал за Стеллу. И мне была неприятна его забота, направленная на другую.

Я отвернулась. Вернулась к столику с напитками и взяла бокал, который оставила на нем чуть ранее.

Интересно, что я пью? Это не вино. Бренди? Но в таком случае я не ощущаю его крепости.

– Со мной все в порядке, ваше высочество, – смущенно отозвалась Стелла. Вдруг всхлипнула, пробормотав: – Простите, я подвела вас. Ничего не получилось, верно?

– То есть? – переспросил Тегрей. – Разве ты не помнишь?

– Ничего не помню. – Стелла судорожно перевела дыхание, явно изо всех сил пытаясь удержать рыдания. – Я все испортила. Я так и не смогла сделать разрез. Мне было страшно.

– Стелла, взгляни на свою руку, – с нажимом сказал Тегрей.

Я демонстративно не смотрела на эту парочку, но без проблем могла представить, что сейчас происходит. Вот Стелла переводит взгляд на свое запястье, и ее зрачки удивленно расширяются при виде повязки.

– Ох, – как и следовало ожидать, выдохнула она. – Но… Но…

– Ты ничего не помнишь, – на сей раз не спросил, а сухо констатировал Томас.

– Да, – призналась Стелла. – Господин, простите, я не знаю, как вас зовут…

– Тебе это и знать незачем, – отрезал Томас. – Тегрей, девушку надо отправить куда-нибудь в спокойное тихое место. Пусть отдыхает и набирается сил.

– Но я прекрасно себя чувствую! – возразила Стелла, и я услышала шелест платья. Видимо, она попыталась встать. Правда, почти сразу послышалось короткое «ой».

– Стелла, – укоризненно проговорил Тегрей. – Не геройствуй. Ты сейчас далеко не в лучшей форме.

– Но, ваше высочество, я хочу быть вам полезна, – продолжила упорствовать Стелла. – Я больше не подведу вас, честное слово!

– Ты и не подвела меня, – ласково проговорил Тегрей. – Все хорошо, девочка моя. Равен отведет тебя к карете. Подождешь меня там.

– Ты с ума сошел? – оборвал его Томас, скептически заломив бровь. – Тегрей, она потеряла очень много крови. Ей нужны тепло, покой и много жидкости. А ты предлагаешь ей невесть сколько провести в карете на морозе, пока мы не закончим здесь. Пусть Равен отвезет ее куда-нибудь…

– Куда? – Тегрей виновато пожал плечами. – Томас, по вполне понятным причинам я так торопился сюда, что не успел найти в этом городке никакого жилья. Право слово, не думал, что мой визит настолько затянется. Я планировал почти сразу отправиться в обратный путь. Понятное дело, вместе с Альбертой.

И укоризненно посмотрел на меня.

– Ты хочешь сказать, все это время Стелла ожидала в карете? – Я приглушенно ахнула, получив неопровержимое подтверждение моей догадки. – О небо! Да это просто зверство какое-то!

– А все из-за твоего упрямства, – парировал Тегрей. – Видишь, как из-за тебя страдают другие?

– Все в порядке, – негромко проговорила Стелла и попыталась привстать. Правда, тут же вновь откинулась на подушку, мелко и часто дыша. Однако продолжила через пару секунд: – Я чувствую себя намного лучше и побуду в карете, пока вы решаете свои проблемы.

– Поразительная преданность, – буркнул себе под нос Томас. Затем добавил уже громче, обращаясь к герцогу: – Что ты с ней сделал? Похитил всю семью и угрожаешь убить в случае малейшего неповиновения?

– Нет, – огрызнулся Тегрей. – И вообще, это не твое дело.

– Так-то оно так, но… – Томас покачал головой.

– Это не твое дело, – холодно повторил Тегрей. Криво ухмыльнулся: – И вообще, дружище, с каких пор ты стал настолько человеколюбивым? Прежде тебя вопросы здоровья окружающих не волновали.

Томас не успел ему ничего ответить. В этот момент в прихожей хлопнула дверь, и кто-то громко позвал:

– Уилфред, ты здесь? Привет!

Я чуть не выронила бокал, узнав голос Милдред. Ох, что сейчас начнется!

Томас и Тегрей быстро переглянулись. Потом последний выразительно посмотрел на Равена – и тот послушно скользнул к арке, стараясь держаться так, чтобы из прихожей его было не видно.

– Уилфред, – повторила Милдред. И через мгновение показалась на пороге гостиной.

Ее взгляд первым же делом упал на тело Уолта. Женщина побледнела, покачнулась и внезапно завизжала во всю мощь своих легких. Да так, что даже оконные стекла задребезжали.

Правда, почти сразу вопль прекратился, поскольку Равен накрыл ей ладонью рот, бесшумно зайдя со спины.

Женщина забрыкалась в его железной хватке, безуспешно пытаясь высвободиться. Как-то странно забулькала, а потом тяжело осела в обмороке.

– Ну вот, и эта отключилась, – недовольно буркнул Томас. – Эдак на всех диванов не напасешься.

Равен легко подхватил Милдред на руки, и мысленно я восхитилась его силе. Надо же, ее нельзя было назвать худышкой, но он держит ее так легко, как будто вообще не ощущает веса. Замер, уставившись на Тегрея в ожидании дальнейшего приказа.

– В кресло ее, – коротко бросил он, и Равен послушно выполнил повеление.

Я уже была рядом. Принялась обмахивать Милдред, и это возымело действие. Почти сразу она дернула головой, затем приоткрыла глаза, в которых еще клубилась муть недавнего обморока.

– Альберта, – жалобно простонала она, – мне такая жуть привиделась! Что случи…

Тут ее взгляд приобрел ясность, и она запнулась, не завершив фразу.

– Только не кричи, – поторопилась я сказать. – Милдред, все хорошо. Все действительно хорошо. Сейчас я тебе все объясню.

Женщина бросила перепуганный взор на тело, распростертое на полу. Но, к моему удивлению, каким-то чудом преодолела панику.

– Ч-что происходит? – запинаясь, спросила она. – Альберта, кто все эти люди?

И медленно обвела всех присутствующих взглядом.

– Ну, с господином Треоном ты уже знакома, – проговорила я. – А остальные…

– С герцогом Визгордом, ты хочешь сказать, – жестко исправил меня Томас.

– Томас! – укоризненно воскликнула я, пока Милдред беззвучно хватала воздух открытым ртом, силясь справиться с новым потрясением.

– А что? – скептически вопросил он. – Пора прекращать этот маскарад, Альберта. Как я уже сказал, я беру расследование в свои руки. Было бы смешно надеяться, что после этого все останется по-прежнему. – Сделал паузу и добавил с иронией: – И потом, мне чрезвычайно не нравится твой цвет волос. Пусть все вернется к тому, как было.

После чего взял и самым подлым образом прищелкнул пальцами.

Я чуть ли не застонала от огорчения, когда меня окутало легчайшее сиреневое облачко. Оно быстро рассеялось без следа, но, судя по тому, как удивленно вытаращилась на меня Милдред, моя внешность после этого изменилась.

– Я опять рыжая, да? – огорченно спросила я то, что и без того было очевидно.

– Альберта… – Милдред растерянно захлопала ресницами. – Так это тебя искали, да? Ты – Альберта Вейсон!

– Это долгая история. – Я метнула на довольно улыбающегося Томаса злой взгляд. Проникновенно добавила: – Но это не отменяет мою благодарность к тебе. Ты действительно мне очень и очень помогла!

– Я ничего не понимаю. – Милдред потерянно поникла в кресле. – О небо, Альберта, что происходит?

– Мы вам обязательно все объясним, – заверил ее Томас. – А пока… Как зовут шерифа в вашем городе? Сдается, мне срочно нужно с ним побеседовать.

– Да, и у вас в доме не найдется, свободной комнаты? – добавил Тегрей, с явной обеспокоенностью посмотрев на Стеллу, которая, судя по всему, опять была на грани обморока. – Я щедро вам заплачу за беспокойство.

– О боги! – Милдред испустила долгий протяжный вздох, больше похожий на стон. – Вот так праздник выдался! С ума сойти!

И я как никогда была согласна с ее мнением.