Глава восьмая

После репрессий, захвативших весь дворец, жизнь вошла в более или менее спокойное русло. Я коротала дни в компании принцессы и её подруг, мечтая о новом покушении. Скукотища непередаваемая. Одно радует — новая наставница, пухлая, яркая женщина, понравилась мне с первого взгляда.

От её неуёмной энергии было невозможно скрыться, а замашки доброй бабушки вводили в ступор даже отстранённую принцессу. Та, после лет проведённых под шефством Леди Фриды, оказалась совершенно не подготовленной к новому укладу дня. Теперь девушки пели, вышивали, читали друг другу вслух и часто проводили время на улице. Претерпел изменения и их гардероб.

Потихоньку набирающие в весе девушки на радость наставнице, сменили серые бесформенные хламиды, на яркие, сшитые по фигуре модные платья. Теперь они пёстрыми бабочками порхали по дворцу, оглашая коридоры своим звонким смехом. Стражники и слуги, тоже не подготовленные к таким изменениям, смотрели на них широко открытыми от удивления глазами.

— Пресветлая учит нас, радоваться каждой минуте, каждой секунде, проведённой на этой земле, — любила часто повторять Леди Аннита. — Берите пример с Леди Николетты, — в один из вечеров огорошила она нас. — Она берёт от жизни всё, и не боится быть собой.

Н-да… как-то печально получается. Бери они с меня пример на самом деле, то, пожалуй, первой взвыла бы сама Леди Аннита.

— Леди Николетта, — чуть ли не впервые, обратилась ко мне принцесса, — а каково это, быть наёмницей? Ведь вы нашего возраста, но иногда мне кажется, что между нами непреодолимая пропасть.

— Знаете, — я задумчиво покрутила в руках веер, — я, пожалуй, даже не знаю, что вам ответить. Это как рассказать кому-то про запах или вкус яблока. Объяснить, что такое голубой цвет, — видя её удивление, я невольно улыбнулась. — Я просто жила. Жила по правилам того общества, не зная, что может быть иначе.

— Вам, наверное, было очень сложно, — посочувствовала мне принцесса.

— Не сложнее, чем вам, — я обезоруживающе улыбнулась. — У каждого общества есть свои плюсы и минусы. Просто мы заранее готовы принять их, в силу обстоятельств и воспитания.

Принцесса задумалась, а я поймала полный одобрения взгляд Леди Анниты. С этой женщиной у нас был достаточно долгий разговор, ещё до того, как её представили принцессе. За следующие десять месяцев, ей предстоит подготовить свою подопечную к реалиям жизни. Научить её находить хорошие стороны во всём, иначе та загнётся на чужбине. Взрастить в ней чувство собственного достоинства, гордость и умение дать отпор.

В этом плане, король поддержал нас полностью. Он хотел, чтобы его дочь стала королевой, которой можно гордиться.

— Скажите, — девушка вдруг замялась, — а как вы добились того, чтобы мой отец прислушивался к вашему мнению?

Простите, что? Как-то я не замечала, чтобы его величество мной вообще интересовался. Помимо той первой встречи, я видела его всего пару раз, в которые мы не перемолвились ни словечком.

— Боюсь, что я не понимаю, о чём вы, — покачала головой я.

— Он не раз ставил мне вас в пример, — принцесса совсем смутилась. — Говорил, что был бы очень рад, будь вы его дочерью, вместо меня.

Я задохнулась от возмущения. Из полученной мной информации, я давно для себя поняла несколько вещей — король не терпит неповиновения, это раз. Во-вторых, плевать он хотел на воспитание своих дочерей. Я бы сказала, что моему воспитанию было уделено в разы больше времени, чем всем трём принцессам вместе взятым. И после этого, его величество смеет бросать подобные фразы в лицо той, на которую ему было наплевать?

— Ваше высочество, — я говорила ровно, изо всех сил стараясь не перейти на шипение, — я не думаю, что он действительно имел в виду то, что сказал. Скорее всего, он просто пытался подтолкнуть вас в нужном ему направлении.

Сказала, и сама не поверила прозвучавшим словам. Слишком фальшиво они звучали для всех, кто хоть пару минут провёл в обществе его величества.

— Вы мне поможете? — в глазах девушки я увидела, что она не поверила, хоть ей и очень хотелось. — Я буду стараться, правда.

— О чём вы, ваше высочество? — я в недоумении нахмурила брови.

— Научите быть такой, как вы. Я понимаю, что будет сложно, но обещаю, я не стану жаловаться! — принцесса вспорхнула со своего места и упала на колени перед моим креслом. — Я вас умоляю, помогите мне завоевать уважение отца!

Вот моргул хромолапый! Ну как можно отказать девушке, когда та едва не плачет, и столь искренне унижается ради… ради чего? Чтобы отец, которому всегда было наплевать на свою дочь, вдруг заметил, насколько та замечательная?

После этих мыслей, мне стало совестно. Кто я такая, чтобы осуждать первопричины её стремления? Это сейчас я взрослая, уверенная в себе наёмница, а раньше… раньше я была просто перепуганной девочкой, искренне верящей, что если я буду хорошо себя вести, то родители обязательно об этому узнают, и придут, чтобы меня забрать.

— Урок первый, — я присела на колени рядом с принцессой, — никогда не унижайтесь ни перед кем, — подарила ей ободряющую улыбку. — Вы принцесса большой и гордой страны, и на колени вы можете становиться только перед родителями или своими будущими детьми.

Завладев её ладошками, я встала сама, и помогла подняться ей. Жестом фокусника, извлекла из воздуха платок и промокнула ей глаза.

— Выше нос, ваше высочество.

— Так вы научите меня?

Похоже, у меня просто нет выбора. Я не выдержу ещё десять месяцев жалобных взглядов. Даже моё закалённое годами наёмничества сердце кровью обливается, от одного этого взгляда полного вселенской тоски и наивной надежды.

— Вы уверены, что оно вам надо? — предприняла я последнюю попытку вразумить девушку. — Ведь я буду учить вас так, как когда-то учили меня. Ничего иного, я просто не знаю.

— Я мечтаю об этом! — с придыханием ответила принцесса, и несколько её самых близких подруг встали у неё за спиной.

— Я бы тоже очень хотела стать такой, как вы, — сложив руки в просительном жесте, заговорила лучшая подруга принцессы.

Со всех сторон послышались одобрительные возгласы.

Влипла. Ох, устроит мне Лорд Дориан взбучку за то, что отравляю умы юных Леди. Ох, устроит. И что самое печальное, будет абсолютно прав.

* * *

Следующие пять часов дались мне очень сложно. Оказалось, что многое из того, что для меня относится к разряду само собой разумеющегося, для юных Леди едва ли не за гранью понимания. Хотя, если признаться честно, скорее всего, из меня просто получился на удивление паршивый преподаватель.

— Нет, я понимаю, зачем прятать собственные чувства и переживания, — после лекции о психологических масках, сказала принцесса. — Но зачем показывать то, чего нет на самом деле?

Мдям-с… труды жрицы Безликой на лицо. Их культ не признаёт лицемерия.

— Давайте представим ситуацию, — пришла мне на помощь Леди Аннита. — Будучи на званом вечере, вы слышите, как одна из пожилых дам говорит своей знакомой, о том, как недопустимо вела себя Леди Николетта несколько дней назад. Вам будет приятно, что вашу хорошую подругу кто-то прилюдно обсуждает?

Ну почему сразу я? Впрочем, из нас всех, у меня больше всего шансов вызвать неодобрение у старшего поколения. Так что этот пример придётся проглотить.

В ответ на вопрос наставницы, девушки серьёзно замотали головой.

— И вот, всего несколько минут спустя, вас представляют этой пожилой матроне, — Леди Аннита взяла драматическую паузу. — Имеете ли вы право, показывать пожилой Леди своё неудовольствие?

— Конечно нет, — замотала головой Сюзанна, лучшая подруга принцессы. — Старших нужно уважать.

— А если вы не испытываете к ним и капли уважения, поскольку они откровенно неприятные личности и этого чувства недостойны? — закинула удочку я.

Пришлось взглядом извиниться перед Леди Аннитой, ибо я прервала её разбор ситуации.

— Как пожилой человек может быть недостоин уважения? — округлила глаза принцесса.

— А если пожилая матрона, ославилась на весь высший свет тем, что пьяница и бьёт своих слуг? — предположила я.

Девушки скривились. Ну да, при таком раскладе, даже им гипотетическая дама стала неприятна.

— Или, например, пожилой мужчина, который всю свою взрослую жизнь поколачивал жену и детей, спуская все деньги на выпивку и продажных женщин? — я принялась развивать свой успех.

— Но ведь такого не бывает! — воскликнула принцесса, которой подруги негласно дали право говорить за них всех.

— Это кто вам такое сказал? — я аж чаем поперхнулась, переводя взгляд с одной девушки на другую. — Мне жаль вас расстраивать, но мир полон очень неприятных людей, не сделавших за свою жизнь ничего достойного. В вашем окружении они тоже есть, — припечатала я. — Просто об этом не принято говорить.

— Леди Николетта, — пожурила меня наставница этих наивных дев, — вам стоит быть помягче в суждениях.

— Леди Аннита, они просили меня поделиться опытом и знаниями, что я и делаю, — отозвалась я на необоснованное обвинение. — И поверьте, я могла выразиться намного жёстче, и привести совсем другие примеры.

— Вы нас щадите, — недовольно поджала губы принцесса.

— Ваше высочество, — как же меня достал этот титул, который постоянно приходится повторять, — Леди Алексия, вы не против, если я буду вас так называть?

— Не против, — пискнула девушка, чуть съёжившись под моим тяжёлым взглядом.

— Так вот, Леди Алексия, начни я выражаться в той манере, в которой учили меня, и вы просто не уловите сути сказанного.

Ну да. Наставники не скупились на многоэтажные бранные конструкции, которые использовались по поводу и без. Даже присутствие представительниц прекрасного пола их не смущало. Они справедливо полагали, что при нашей работе, рано или поздно, но мы столкнёмся с непечатной лексикой. Так зачем себя ограничивать?

— Во-вторых, — дав им возможность осмыслить сказанное, продолжила, — я не считаю, что стоит вываливать на вас всё и сразу. У нас ещё есть время.

— А вы научите нас самообороне? — вдруг встрепенулась одна из девушек. — Вы так красиво расправились с тем слугой. Я бы тоже так хотела.

Видели бы мои наставники, то, как я тогда действовала — руки бы мне оторвали. Чтобы не позорила их седые головы.

— А оно вам надо? — с сомнением спросила я, на что получила единодушный кивок. — Сдаюсь. Надо, так надо… Мне понадобятся ваши мерки, чтобы заказать всё нужное.

* * *

На этом мои мучения не закончились. Распрощавшись с Леди, выжатая словно лимон, я плелась на ковёр к начальству. Сегодня мне предстояло посыпать голову пеплом и каяться в содеянном. Ибо я очень сомневаюсь, что Лорд Дориан оценит проявленную мной инициативу.

— Начальство у себя? — хмуро спросила у секретаря, клюющего носом над бумагами.

Получив утвердительный кивок, сделала несколько глубоких вздохов и отправилась каяться во всех грехах. Вдруг он меня простит, и в этот раз не будет издеваться над моей нежной психикой? В последнее время, мне везло. Дагар словно одумался, и больше не пытался ко мне прикасаться. Впрочем, называть меня «Никки», он так и не перестал.

— Доброй ночи, — пробубнила я, присев в реверансе. — Я пришла.

— И кто тебя сегодня жевал? — осмотрев меня с ног до головы, поинтересовалось начальство. — Или может на тебе пахали?

— Хуже, — я невольно скривилась. — Её высочеству приспичило угодить отцу, и стать похожей на меня, — выдала я с кислой миной.

— Дай угадать, — с весёлой ухмылкой заговорил дагар, так и не предлагая мне сесть. — Ноги у всего этого безобразия растут из брошенной вчера за ужином фразы короля, да?

— В точку.

Очень хотелось скинуть туфли, лечь на соблазнительно мягкий ковёр, и продолжить отчитываться оттуда. Вроде весь день сидела, а чувствую себя, будто на мне и правда весь день пахали.

— Я надеюсь, ты не станешь перегибать палку, делая из принцессы первоклассную наёмницу? — с подозрением спросил мужчина, поднимаясь со своего кресла. — Боюсь, её будущий муж такой трансформации не переживёт.

— За десять месяцев, вбить в её светлую голову всё, чему меня учили почти всю сознательную жизнь? Смешно. Кстати, у вас нет на примете зала для физических тренировок, который мы можем занять?

Подошедший ко мне почти вплотную мужчина замер, смерив меня полным недоумения взглядом.

— Юные Леди изъявили желания обучиться самообороне, — как-то жалобно продолжила я, пятясь от возобновившего движения дагара. — Ничего, кроме общей физической подготовки и пары приёмов, я обещаю.

Меня проигнорировали. Когда я упёрлась спиной в подло открывающуюся вовнутрь дверь, мужчина навис надо мной, всё ещё не проронив ни слова. Ну, вот чего он от меня хочет? Мы же так хорошо общались!

Каждый вечер, я приходила, отчитывалась в том, что происшествий не было. Получала начальственный кивок одобрения и шла отдыхать. Два месяца. Целых два месяца, когда всё было просто и понятно, и вот опять началось.

— Лорд Римас, — пискнула я. — Что вы делаете?

Молчание. Единственным ответом, стала пугающе серьёзное выражение лица дагара.

— Лорд Римас, — повторный писк, — а может я того… пойду?

— Куда? — наконец он сказал хоть что-то. — Мы ещё не всё обсудили.

— Если мы не всё обсудили, может, вы тогда вернётесь за стол? Ну или хотя бы отойдёте от меня?

Прозвучало не очень уверено, но натянутые, как струны нервы и так едва выдерживали столь близкий контакт с давящей на меня аурой дагара. Он даже, не прикасаясь, едва не впечатывал меня в стену.

— Почему? — в глазах моего собеседника проскользнуло недоумение.

— Я не знаю, заметили вы или нет, но мне физически плохо, когда вы так близко, — кое-как собрав силы, выдавила я из себя, медленно сползая по стеночке на пол.

Дальше была темнота. Холодная и густая, как кисель. Кажется, я не падала в обморок со времени, когда моё тело приучали к ядам.

— Ну же, приходи в себя, — через вязкую дымку донёсся до меня чей-то голос. — Сколько можно валяться на полу?

— Тут удобно, — буркнула я, и приложив немалые усилия приоткрыла глаза. — Лекаря уже позвали?

— Тут я, девушка, — оттолкнул Лорда Дориана знакомый мне по событиям двухмесячной давности мужчина. — Как вы себя чувствуете?

— На удивление паршиво, — облачила я в слова свои ощущения. — Какая сволочь меня отравила?

— Отравила? — недоумевающе спросил целитель. — Нет, это не последствия яда, — он помотал головой. — Скажите, когда вы в последний раз нормально питались?

— Вроде бы несколько часов назад, за ужином, — я всё-таки села, привалившись спиной к стене. — Во дворце хорошо кормят.

— Девушка, вы не поняли. Когда вы в последний раз питались… к-хм… мужскими эмоциями? — стараясь быть деликатным, полюбопытствовал целитель.

А ведь и правда. Постоянно находясь рядом с принцессой, я и не вспомню сейчас, когда я в последний раз слышала довольное урчание суккубьей сущности. Я, пожалуй, о ней даже успела забыть.

— Не помню, — честно призналась я. — Наверное ещё до переезда во дворец.

— Как нехорошо, — пожурил меня мужчина. — Вам нужно срочно пополнить баланс энергии. Это я вам, как лекарь говорю.

Никогда не думала, что играть на эмоциях мужчин, меня пошлёт целитель. Как глупо и неприятно. Раньше мне не приходилось пускать в ход чары, сугубо ради «подпитки».

— Да, конечно, — пробормотала я, силясь встать.

— Вы не поняли, девушка, — на моё плечо легла прохладная ладонь. — Вы уже довели себя до истощения, и скорее всего не сможете встать, не… к-хм… пополнив баланс сил.

З-замечательно. Просто великолепно. Ну и кто из присутствующих мужчин согласится добровольно поделиться энергией? Особенно если учесть, что мне придётся применить дар суккуба. Мужчины не любят чувствовать себя безвольными марионетками, неспособными себя контролировать.

— Все вон, — коротко приказал Лорд Дориан, столпившимся у двери людям.

Тут был Лорд Дейл, несколько стражников, парочка слуг и конечно, вездесущий секретарь самого дагара. Приказу повиновались все, кроме Лорда Дейла, который, напротив, вошёл в комнату и даже попытался прикрыть за собой дверь.

— И ты тоже, Дейл, — оторвал его от этого дагар. — Не стоит смущать мою подопечную.

— Ты же не собираешься… — несколько недовольно начал Лорд, но друг его прервал.

— Именно это я и собираюсь. Только в отличие от тебя, я доверяю себе, чтобы вовремя остановиться.

Всё ещё с комфортом сидя на полу, я переводила взгляд с одного мужчины на другого и никак не могла понять о чём они говорят. Мне вообще бы в город на пару часов. Вернусь, как новенькая. Кто бы меня туда доставил?

— Дориан, я против.

— Я всё сказал. Подожди за дверью.

Они обменялись взглядами, и Лорд Дейл всё же сдался. Нервно передёрнув плечами, он размашистым шагом вышел из кабинета, с жутким грохотом закрыв за собой дверь.

— Как нехорошо, так запускать собственное здоровье Никки, — проворчал дагар, осторожно поднимая меня с пола. — А потом ответственному за тебя начальству, приходиться отдуваться за твой просчёт.

— Что вы делаете? — пискнула я, чувствуя себя на удивление неуютно у него на руках.

Удобно устроившись в кресле, мужчина умостил меня к себе на колени, и приобнял.

— Что-что… работаю донором, — подмигнул он.

Один за другим, с мужчины падали щиты, обнажая чёрную, как ночное небо ауру. Чем-то она напомнила мне ту тьму, в которой я прибывала во время обморока.

— Ну чего оробела?

— Н-не надо. Я лучше это, в город, — пискнула я, но с удивлением отметила, что тёмная сущность в моей груди заворочалась, не желая расставаться со столь желанной добычей.

Столько силы. Такой вкусной, притягательной. Почти идеальной для усвоения, да ещё и так аппетитно сервированной. «Добровольная жертва» — мелькнуло где-то в сознании.

— Хватит выпендриваться, — хмуро припечатал мужчина. — Ты слишком слаба, чтобы я позволил кому-то даже близко к тебе подойти.

«Заботливый» — проскользнула мысль. «Вкусный».

И я сдалась. Если собственные мысли начинают предавать, то стоит смириться с ситуацией. Но только в этот раз, и только потому, что другого выбора у меня просто нет. Пусть это станет моим наказанием за то, что вовремя не заподозрила неладное.

Мягкое касание чёрной дымки, скользнувшей от моих пальцев к лицу мужчины. С удовольствием замечаю, как его глаза подёрнулись голодной дымкой страсти. Обняв его лицо ладонями, я чуть привстала, чтобы дотянутся до чётко очерченных губ. Забавно, даже его щетина мне сейчас нравилась. Она так приятно покалывала ладони.

Тёмная, тёплая и сладкая энергия полилась в моё тело через ладони, медленно его насыщая. Не будь я так истощена, то смогла бы питаться на расстоянии, но… сама дура.

Тело мужчины, добровольно попавшего в сети моих чар, напряглось, словно он прилагал огромные усилия, чтобы не двигаться. Я понимала, что взяла уже достаточно, чтобы самостоятельно добраться до города и уже там получить недостающее, но… но вкус его силы, он пьянил. Хотелось сделать хотя бы ещё один глоток. Ещё один вздох.

Одурманенная, я не сразу заметила, что наши лица совсем близко. Очнулась, только ощутив его прерывистое дыхание на своих губах и до боли сжимающие мою талию руки.

— Хватит, — едва слышно простонал он. — Или я не смогу сдержаться.

От перспектив, навеянных его словами, я очень быстро пришла в себя. Тёмная сущность попыталась потребовать большего, но я отвесила себе мысленную оплеуху. Видимо, я действительно слишком затянула с питанием, раз едва не потеряла над собой контроль.

— Простите, — прошептала я, отпуская его лицо. — Кажется, я увлеклась.

— Напомни мне, больше никогда тебе не позволять собой питаться, — хрипло попросил мужчина. — Я не думал, что это станет таким испытанием для моей воли.

— Простите, — ещё более жалобно попросила я. — И спасибо.

Я чувствовала себя очень неловко, сидя в кольце его рук, ощущая, как он уткнулся носом в мои волосы.

— Мне конечно говорили, что нет существа страшней, чем голодный суккуб, — хмыкнул мужчина, наконец-то отпуская меня. — Но до сегодняшнего дня, мне как-то не доводилось проверять это утверждение.

Лицо залила краска стыда. Да чтобы я… хоть ещё раз… да его… слова кончились, как и мысли. Умом то я понимала, что он попытался разрядить обстановку, но мне от этого не легче.

— Спасибо ещё раз, — промямлила я, пятясь к двери. — И простите. Этого больше не повторится.

Мне нужно было срочно оказаться как можно дальше от этого дагара. Поскольку он до сих пор не закрылся щитами, клубящаяся вокруг него тьма манила, звала снова попробовать её на вкус. Такую сладкую, дурманящую.

Я тряхнула головой, и пулей вылетела из кабинета. В следующий раз, донором будет кто угодно, но не дагар. Это слишком. Просто слишком.