Глава 10.

Очнулась я завернутая во что-то. Судя по шерстистости в ковер. Во рту кляп. Слышу, душегубцы разговаривают. – Мы точно ту взяли? Герцог сказал – толстуха будет, а эта жертва голодного времени. Может покоями ошиблись? Но вроде не похоже. Крестик на двери на этой нарисован.

Тут в дверь заскреблись. Бандиты притихли. А этот некто поскуливать стал. Люська!

– Псину принесло! Сейчас весь дворец на уши поставит! Хватай ковер с девкой. Я дверь открою, ее сюда запущу и побежим!

Меня перекинули через плечо. Скрипнула дверь. Люська вначале заскочила с радостным тявканьем, потом как зарычит. Слышу, дверь хлопнула и меня подпрыгивающую на плече потащили куда-то по коридору. Не прошло и несколько секунд, как раздался вой оглушительной сирены.

Люська завыла сигнализацией так, что даже у меня в ковре уши заложила. А бандиты вначале в испуге присели, а потом как понеслись. Слышу, что двери начали хлопать. Голоса людей послышались. А меня так укачало, еще и тряпка эта во рту. Языком ее выталкивать пытаюсь, а никак.

А один похититель другому пыхтит:

– Что делать будем? Девку спрятать надо куда в тихое местечко.

– Принц улетевши. Сам видел. У него в покоях никого нет. Давай туда пока все успокоятся. Правильно глаголешь- потом заберем и герцогу оттащим. Карета около чернового входа еще полчаса точно подождет. А сами слугами пока прикинемся.

Стукнула дверь. Это меня опять к принцу притащили? Кинули на кровать, пригрозили чтоб тихо лежала. Потом шаги, уходящие слышу. Кляп не вытолкать, и не развернуться никак – туго запеленали, в слоев пять.

Не прошло и минут десяти, опять стук двери. Ругательства тихие и шаги. Бандиты что ли вернулись. Лежу – не жива, не мертва. Вот я попала! Они ж меня сейчас к извергу этому, к Клекоту потащат. Слышу, шебаршатся что-то. А вдали вой сирены. Люська с мигалками на помощь мчится. Пусик мой сторожевой! – у меня аж слеза умиления по щеке проползла.

А рядом плюхнулась какая-то туша. Не поняла? Бандиты что ли вздремнуть решили. И вдруг ковер задвигался и меня стали разматывать. Не успела я и охнуть, как яркий свет ударил мне в глаза. Я зажмурилась, вытащила наконец кляп изо рта, и собравшись заорать, открыла глаза. Надо мной склонился изумленный Джарлетт. Стресс стрессом, но то, что он в одних черных панталонах, я приметила.

Потом сирена, а за ней топот многочисленных ног послышались уже рядом. Слышу крик моей служанки:

– Вот я же говорю, похитили ее! Я пришла. Все разбросано. Госпожи нет. Собака воет. Люська – ищи! У принца ее в покоях спрятали наверняка. Он же только утром вернется!

Дверь с грохотом отворилась. Понимая, что все сейчас увидят и раздетого Джарлетта и меня пеньюаре розовеньком, я крепко зажмурила глаза. Нету меня, в домике я.

Воцарилась мертвая тишина. Понимаю, что смотреть на меня с принцем придворные могут вечно. Кинотеатров здесь нет, а тут постельная сцена. Открыла глаза и жалобно проблеяла:

– Джарлетт, покрывало дай какое-нибудь прикрыться,пожалуйста, не в ковре же право домой идти. Принц выполнил мою просьбу и я встав и закутавшись с головой, босая, молча потащилась к себе.

Это был северный, очень симпатичный, полярный зверек обещающий мне столько прекрасного в жизни.

Рассказывать, что меня похитили по приказанью герцога – так кто же мне поверит? Сейчас меня мог спасти только сегодняшний бал, где принц объявит о помолвке. И это он еще не видел, что труселя пропали. Я тяжело вздохнула. Может императрица от радости что сдаст своего сыночку в добрую руки, забудет все таки про меня? Ну да, надежда умирает последней.

Кира пыхтела позади меня. Замыкала процессию гордо вышагивающая Люська.

Мы зашли в мои покои. Я скинула покрывало и Кира в изумлении села:

– Мать честная! Госпожа! Что это с вами произошло, чтоб от вас четверть осталась?

Я выругалась:

– Оземпик, блин. Десять кубиков за раз, производства, правда, фирмы «Фей крестный».

И я рассказала верной служанки про особенности ночной охоты.

– Все один к одному сложилось. Надеюсь, хоть этот маленький извращенец в юбочке уже свалил в центральный дворец. Принц пока его не увидит – не поймет, кто палочку ко всему приложил.

В входную дверь поскреблись. Снизу. Мы посмотрели на Люську. Она насторожилась и прижав уши оскалилась.

Не поняла? Еще одна псина во дворце появилась.

– Кира, что-то я не догоняю. Матерь еще кого завела?

Кивком показала служанке открыть дверь. В щелку боком вошел прибитый жизнью фей в помятой юбке, взъерошенный весь, с застрявшими в волосах веточками.

– Никусь- жалобно проныл он. – Я палочку волшебную потерял. В парке где-то. Помоги найти. Я же без нее никак. Даже летать долго – сил волшебных не хватает. Пешком вон с парка по следу своей магии шел к тебе.

– Ты надеюсь к принцу не заглядывал?

– Не. Сам понимаю, что к нему лучше на глаза не показываться. А девочки там на скамеечки прилегли. Говорят, сейчас минутку поспим, потом пойдем палочку искать. Мы говорят, не в столь молодом возрасте, чтоб такие забеги по ночам устраивать.

Луна на небе выглянула во весь размер. Может повыть на нее и все нормализуется? Увы, самообманом девочек по кроватям не растащишь.

– Кира, дай мне свое платье какое-нибудь, надо подружек из парка эвакуировать, пока утро не наступило.

Ну почему покой, с тех пор как я попала в этот мир, мне только сниться?

–А вы двое – показала я пальцем на фея и Люську, – здесь сидите и чтоб ни звука мне.

Пока собрали слуг участниц моей преступной группировки, пока растащили дам по покоям, в небе заалела утренняя зорька.

Дома нас встретила идиллия. Фей в обнимку с собакой спали на моей кровати. Как же мне хотелось плюнуть на все и прыгнуть к ним под бочок. Я слипающимися глазами посмотрела на них, потом сказала:

– Сон – для слабаков. Кира, я пошла в душ – бодриться, а ты доставай украденные шторы- платье новое шить будем, по старым лекалам. Мне на бал совсем нечего одеть.

Кира всплеснула руками:

– Так может ну его, бал этот. И без вас о помолвке объявят.

– Кирюш, мне до их помолвки «ехало болело». Императрица, когда вернется – сразу получит докладную на меня по полной программе. Может, конечно и простит на радостях, что Джарлет с львицей помолвится, а может и нет. Император завтра только прилетит. Вечером прием в его честь. Так вот чувствует моя похудевшая попа, что до этого часа Ч мне надо найти себе жениха и скрепить наши чувства.

– Переспать что ли?– загорелись глаза у служанки.

– Если бы – хмыкнула я. – Будущего мужа мне надо к брачному камню притащить и заключить договор о помолвке. Времени нет копаться. Список на бал возьму. Фиг с ними с неохваченными, Хренов с Даздрапермом не знаю, как себя поведут, еще и я без тяжелой артиллерии теперь. И надеть нечего. Даже белье перешивать придется. Тащи одежку, а я в душ, иначе здесь же и усну.

Время пролетело махом, хорошо хоть пообедала, а то желудок такие трели начал выводить- и на балу музыка не понадобилась бы. Пока с Кирой белье перешили, плюнула я на здешние панталоны до колен и сделала себе короткие трусы шорты, чтоб полупопия торчали. Платье малиновое верх распороли на детальки, в шторине новые выкроили. Потом в талии ушили наполовину. Юбка пышная организовалась. Треугольный вырез на груди плечи сполз вниз, полностью оголив плечи. Пояс широкий, а-ля корсет из камзола похищенного, показал, что грудь у меня конечно не такая как была, но имеется.

– Что с прической делать будем? – спросила Кира.

Я задумалась, вглядываясь в зеркало. Одинокий кулон сиротливо висел на шее. Межгрудье кануло в вечность. Надо что-то придумать, чтоб глаз радовало. Волосы у меня были густые до попы. Ими и будем теперь брать на крючок.

– Поднимай наверх, закрепляй и основная масса пусть локонами падает.

Проснулся фей.

– Если есть хочешь – там на столе поищи под салфеткой. Люську тоже угости.– позаботилась я о братьях и сестрах меньших.

– Никусь, а когда мы палочку пойдем искать?

Он с восстановившимися силами даже смог долететь до стола и оторвав кусочек пирожка парил надо мной.

– Отвали родной, тут у меня судьба решается, а ты со своей палочкой ко мне лезешь.

Ввалились мои возрастные девочки, виновато помялись на пороге, потом уставились на меня.

– Значит, не приснилось с пьяных глаз. А принц фея видел?

Единственный в нашей компании мужчинка замотал рыжей головой.

Ариадна подошла поближе:

– Что за ночной переполох был?

– Герцог-гадюка, бандюков – похитителей подослал. Они меня хотели к нему утащить – в ковер завернули, а Люська шум подняла, так они к принцу в покои подкинули, думали, что его нет.

– А он вернулся – мрачно продолжила Юлик.

– Агасеньки, – подтвердила я – Люси след взяла и Киру с полдворцом туда на хвосте привела.

Я вздохнула.

– Нет, я очень благодарна им за помощь, иначе меня спеленатую герцогу отдали. Но …

– Но сейчас у тебя сутки, чтоб найти жениха. – закончила Айриша.

Я хлюпнула носом.

Светик нахмурилась, потом просияла:

– Девочки, а если нам Хренова обесчестить?

На бал мы пошли свиньей. Как немецкие рыцари на Чудском озере. Впереди я, справа Ариадна с Юликом, с другой стороны Айриша со Светиком.

Айриша еще в моих покоях сокрушалась:

– Ну вот почему эти уроды тебя в постель к Хренову, например, не подкинули, ну какого рожна их к принцу понесло? Вот все б проблемы разом закрыли, а тут еще и новые отгребли.

– По самую макушку – мрачно подтвердила Юлик, когда мы обсуждали наш план действий. Мы нарисовали его с деталями на листке бумаги. Крестиком отметив, где стоит, где кто лежит.

– Повтори, что ты должна сделать?– Со строгим видом приказала главный стратег Ариадна.

Я, вытянувшись в струнку, отрапортовала:

– Завлекаю Хренова в библиотеку, прошу пояснить трудное место в своде законом, надругиваюсь над ним, а вы с народом врываетесь и кричите: «все видели, а ну пошли жениться!».

– Мы со сводом законов не погорячились? – спросила Ариадну Юлик. – Давай, что попроще придумаем.

– Ну Юлиан, а чем заманить? Пирамидка что ли не собирается? – с укоризной я посмотрела на нее.

– Ну пирамидка не пирамидка, а может на карте тебе показать, где твои владения заканчиваются.

Я уставилась на нее:

– Ты про какие владения глаголешь? Про мою задрипанную Фейхуовку?

– Молчи про это. Рассказывай, что земли дают столько денег, что руками не пересчитать. И главное в этом ни слова вранья! Нужно только до договорного камня его дотащить. Потом у тебя год будет на передых, да и императрица успокоится.

Накачали меня девушки по самое не хочу. Идем мы по коридору в залу. Вдруг навстречу, смотрю, герцог тащится. Увидел меня, остолбенел поначалу, потом глазки свои сузил и давай взглядом удивленным обшаривать. Я лицо скривила, подбородок задрала и прошла мимо. Вот кого мне в ухажеры не надо – так этого гавнюка.

Не императрицы с Джарлеттом, не львиной принцессы еще не было.

Заходим мы в залу. Разговоры стихли. Только слышно как мы шаг чеканим, как караул на Красной площади. Держу курс на знакомый угол, где мы с принцем за портьерой прятались. Только огромная сила воли не дала мне за ней спрятаться, да и Ариадна в рукав вцепилась как клещ.

– Тпру говорит.

Оборачиваюсь так гордо. По залу шепотки пошли.

– Девочки – шепчу, – Хренов здесь?

– Не видно что-то.

– А если не придет? – испугалась я.

– По списку будешь работать. Ты надеюсь, его не забыла взять? – строго спросила Ариадна.

– Обижаешь начальник.

Объявляют:

Так мол и так и императрица, и сын ейный и гости прибыли. Заходят все. Ох и хорош конечно Чингачгук. В черном камзоле с золотым орнаментом, волосы в косицу заплетены. Глаз не отвести.

А принцесса львиная… Ну, как сказать? Ну, своеобразная на вид. Да все львицы в свите очень похожи были. Высокие, гибкие с рыжим ежиком на голове вместо волос. Лица скуластые с широкой переносицей. А мужчины их – лапочки такие. На головы две, теток своих меньше, плотненькие, все сплошь кучерявые, тоже рыжеватые.

Смотрю я на принцессу, и что-то мне не кажется, что счастлива она больно. На принца нашего и не смотрит совсем, а норовит с тоской на толстячка в свите взглянуть. А тот котик, тоже грустненький. Вот прямо хочется подойти пузико ему почесать, да по головке погладить.

Настроение испортил вошедший следом за свитой Клекот.

Хренова не было.

– Что делать будем? – спрашиваю у мозгового центра.

– Смотри кто по списку дальше.

Пошла я по зале суженых выискивать. Вот, тот, у которого я как раз про библиотеку и спрашивала. Как же он там? Я залезла в декольте. Списочек достала, пальчикам по строчкам веду. Чувствую, смотрит на меня кто-то. Хренов что ли пришел?

Ан нет, Джарлетт уставился. И так внимательно меня обозревает. Матерь ему и принцессе о чем-то серьезном вещает. А он даже вида не показывает, что ему интересно, и так пристально платье мое рассматривает. Потом брови его поднимаются, и он как заржет. Гад! Шторы узнал из ученической. Лицо ладонями прикрыл, трясется весь. Матерь с принцессой в недоумении. Я бежать, пока она меня не опознала.

Спряталась за спины. Да что ж у меня все наперекосяк в этом мире!

Опять по списку полезла. Нашла. Вот. Маркиз Гогошкин. Бумажку сворачиваем – в декольте прячем, хоть так объем прибавим.

Ну что, Никафондора, грудь вперед и на абордаж! Потом вспомнила, что вперед то и нечего выставлять. Ладно, будем брать интеллектом.

Улыбку натянула, глазками пристреливаюсь, и тут шепот на ухо:

– Госпожа, госпожа.

Оборачиваюсь, смотрю Кира, стоит мнется.

– Что случилось? – спрашиваю.

А она мне на ухо:

– Фей решил палочку сам поискать, да зашел здоровье поправить в гвардейскую. Притащил из парка соломинку и полбутылки выдул того, что вы для коктейлей приготовили.

У меня глаза выпучились:

– Живой?

– Живой, но дюже пьяный. По коридору петлями летает – то Никусю зовет, палочку искать, то частушки скабрезные поет. А народа там тьма тьмущая. И не поймать его главное. В руке не дается. Пьяный, но шустрый. Боюсь, сюда залетит.

Мне дурно стало. Я как представила пьяного фея ищущего меня по залу с матерными частушками.

– Кир, а Кир, он там не мертвые петли, надеюсь, исполняет? Ну, это когда вверх ногами?

– По-разному госпожа – уклонилась от прямого ответа Кира, и судя по румянцу, трусов на этом засранце не наблюдалось.

Называется, бойся своих желаний. Хотела узнать, что под юбочкой – узнала, может даже и увижу.

Подружки мои закадычные Киру узрели и ко мне:

– Что случилось?

– Фей нажрался с горя, что палочку потерял, теперь вверх ногами по коридору летает, эксгибиционист хренов, песни неприличные поет и меня зовет. Сейчас его поймаю и крылья ему стрекозиные поотрываю!

И я с бешеными глазами рванула по залу. Девочки за мной:

– Никуся, ты там сильно не усердствуй. Горе у человека. Может мы палку поискать сбегаем. Бал долго будет, а сейчас еще не стемнело.

Я остановилась и повернулась к ним:

– Вы примерно представляете, где он ее потерял?

Они помялись:

– Мы ж фея тогда в кустах выронили, когда ты с принцем целовалась.

– Тише вы! Здесь кругом уши! – заткнула я девочек, заметив, как замерли разговоры вокруг.

– Мы же потом, когда этот – шепотом продолжали они и кивнули на Джарлетта, не сводящего с нас пристального взгляда – тебя в комнату отнес, а нас прогнал, вспомнили, что фея потеряли. Пошли искать, так он там бедненький под кустиками лежит. Ручки лодочкой сложил и под ушко, а сам похрапывает. Видимо палочка там и лежит.

– Бегите тогда палочку искать, а я стриптизера пошла нашего ловить.

И мы хором, стараясь держаться как можно незаметнее, в итоге приковывая внимания вся и всех, покинули залу.

Да, народу в коридоре хватало. Люди входили и выходили из залы. Встала, прислушалась, откуда-то справа доносились веселые куплеты. Мне надо быстро его поймать и в комнату спрятать, пока он на глаза правящей верхушке не попался. Скандалов мне и так хватало.

– Кира, нам туда.– позвала я свое доверенное лицо.

Вдалеке летал фей. Запас волшебных сил видимо опять закончился, поэтому его периодически стало тянуть к земле.

– Кира, отвлеки внимание зевак чем-нибудь. Ну там в измене кого обвини, с кулаками полезь. Люди зрелища любят, а я нашего затейника тишком перехвачу.

Кира выбрала цель и бросилась со слезами на проходящего по своим делам слугу, красивого молодого парня.

– Я все знаю, все видела!– заламывала она руки.

Народ естественно жадный до таких сцен потянулся туда. Пока опешивший парень не пришел в себя, я рванула за феем.

– Ой, Никуся! А я по тебе скучал.– поплыл он ко мне по воздуху.

Я схватила его в руки. И только хотела бежать в свою комнату, как сзади послышался возмущенный голос:

– Ну понятно теперь все. Я конечно и так знал, кто в гардеробе моем опять побывал, вот только не понимал, как этот кто-то смог оттуда выбраться и кто ему в этом помог. А теперь две детальки умодробительной мозаики сложились.

Принц навис над нами как судный день над человечеством. Фей икнул, трезвея на глазах.

–Никафондора,– зарычал рассерженный дракон.– где моя собственность?

– Джарлетт, ты про трусы что ли?– вдруг захлопал крыльями фей и закрыл меня своей широкой маленькой грудью- Так это я их взял.

– Поносить?– язвительно поинтересовался принц.

– Нет, доколдовать кое-что.

Мой маленький пьяный герой взял удар на себя.

– Ваше Сиятельство, императрица обеспокоена вашим отсутствием. – сзади появился герцог. Принц раздраженно развернулся и ушел, а Клекот наклонился надо мной и медленно проговорил:

– А тебя Никафондора, ждет сюрпиз.

У меня так похолодело внутри, что изморозью даже фей паривший рядом покрылся. А герцог развернулся и ушел. Вот что еще мне судьба подкинет?