Глава 36.

Аврора Стадницкая

У меня, кажется, сбой системы. Я вообще не знаю, что делать. Сердце в груди с ума сходит. Впервые за всё время я ощущаю ужасный страх… Чувство безответственности, глупости и чего-то неправильного… Это ведь рано, да? Это очень-очень рано…

Вот сейчас и посмотрим, как рушатся мечты… Как они рассыпаются на ветру, словно пепел.

Отворяю дверь и чувствую, как всё тело дрожит. Я три теста сделала и на всех один и тот же результат… О, Господи…

– Малыш, – чувствую, как его рука обхватывает мой затылок и жмёт к себе. А сама вся трясусь.

– Как ты понял? Я ничего не сказала…

– Я же не дебил… – отвечает, целуя меня в макушку, а я реву. – Аврора… Не надо. Нельзя тебе плакать…

– Что мы будем делать? Сеня… Что…

– Есть какие-то варианты? Рожать. Что же ещё…

– Как рожать? Куда мне рожать… В восемнадцать?! – спрашиваю неожиданно для себя самой крайне агрессивно, но он смотрит на меня строгим взором и касается лица.

– А ты что его убить собралась? Он уже внутри тебя.

У меня дрожит подбородок. Мне плохо. Мне страшно… Я чувствую, как земля уходит у меня из-под ног, и только его тепло возвращает мне плоскость… Только оно держит на плаву.

– Мы же вместе. Я и ты… Аврора… Ты же понимаешь, что я не допущу, чтобы ты с ним что-то сделала?

Хмурюсь, роняя слёзы на его футболку. Я всё ещё в его кофте. И она так пахнет… Родным, абсолютно дорогим мне запахом… Квинтэссенцией любви и всего самого близкого, что может представлять для тебя другой человек.

– Я никогда не смог бы… Отказаться. Потому что это для меня важно. Я не умею ещё, но научусь. И ты научишься, родная. Потому что добрая у меня. Потому что самая лучшая. Заботливая, милая и сумасшедшая…

– Последнее особенно, да, – шмыгаю носом и нервно смеюсь сквозь слёзы.

– А последнее, как вишенка на торте. Прекрасно, – отвечает он, поглаживая мою спину. – Представь, он узнает, что его мама отважно направилась на поиски папы, сбежав за ним вслед из психушки…

– Да, это действительно полный кринж…

– А, по-моему, классно, – смеётся он, снимая взмокшие от слёз волосы с моего лица. – Ну чего ты разревелась? Малышка моя…

– Вдруг с ним что-то будет не так?

– Тьфу… Какого хера, Аврора? Всё с ним так. Он здоров. Ты накручиваешь… Я тебя уверяю, что всё будет хорошо. Поедем сегодня к врачу и убедимся… Ты не на таблетках… Ты не на них, слава Богу…

– Удивительно… – произношу я себе под нос, и я ловлю его взгляд.

– Я не специально. Это правда… Я не хотел. Мы ведь предохранялись. Ты знаешь… Но был же момент. Был… Я знаю, что накосячил, но… – замолкает, заметив Митяя в проходе. Который стоит и смотрит на нас по очереди. А потом лыбится.

– Чё… Можно поздравить с пополнением? – спрашивает восторженно.

– Иди лучше, Митяй… Я тебя, сука, умоляю… Иди куда шёл… Мы разговариваем.

– Ладно-ладно, – ворчит он, проходя мимо нас, и я чувствую, как Сеня проталкивает меня внутрь ванной комнаты, закрыв ту на замок.

– Слушай… Родная моя… Единственная, – бормочет устало и сгибается до меня, воткнувшись лбом в мой. – Я тебя прошу об одном… – неожиданно заводит ладонь под мою одежду и оставляет её прямо на животе. – Не нервничай и не переживай… Дай себе время. Я буду стараться для нас. Всегда буду… И любить буду. Его так же, как тебя. До гроба, я клянусь…

– Сень…

– Нет, ты дослушай… Ты не будешь нуждаться. И волноваться не будешь… Всё будет хорошо. Ты, главное, знай, что я могу где-то быть не прав. Но здесь… Здесь я знаю, что мы должны оба взять себя в руки и думать не о себе. А о нём. Ладно?

– М… Да… – отвечаю, ощущая, как горит внутри. Просто от его слов. Потому что он говорит, как взрослый. И рассуждает так же. А я как ребёнок. Реально…

Но внутри меня уже настоящий ребёнок. И как я хочу брать за него ответственность, если веду себя столь неправильно? Я не хочу быть своей матерью. Я хочу быть другой. Хочу знать, что происходит с моим ребёнком. Хочу быть важной частью его жизни. Хочу беречь и защищать… И Сеня прав. Мы должны оба постараться. Потому что уже знаем, каково это… Иметь плохой пример перед глазами…

– Значит… Запишемся к врачу, да?

– Да. Сегодня же. Сейчас… – говорит он уверенно и достаёт из кармана телефон.

– Так он был у тебя с собой?

– Он был. Но без связи всё это время… У меня выбора не было, – изменяет настройки и начинает набирать номер клиники, а сам смотрит на меня. – С этого момента я обещаю тебе, что всегда буду рядом. Всегда на связи. Стоит тебе щелкнуть пальцем, и я прилечу туда, где ты есть… Потому что отныне для меня нет ничего дороже твоего состояния и здоровья нашего ребёнка, договорились?

Я киваю, а он начинает говорить с девушкой из больницы, чтобы записать нас на УЗИ и анализы… Прямо сейчас я ощущаю себя такой уязвимой и слабой, если честно. Но… Рядом с ним. Когда он так смотрит на меня и заботится, все страхи и сомнения развеиваются…

У нас с ним есть стимул теперь. Есть смысл.

– Ну всё, – выдыхает, сворачивая экран. – Сегодня в три часа дня. Вместе. За руку… Договорились?

– Да… Договорились.

– Аврора… Я люблю тебя. Всегда буду любить. В психушке или на свободе… В болезни или здравии. Я только твой… Только. Твой… Понимаешь? – обхватывая мои руки, скрещивает свои пальцы с моими. И я чувствую, как моё сердце успокаивается рядом с ним.

– Понимаю… После темноты ведь всегда грядёт рассвет… Я тоже тебя люблю, мой сумасшедший…