Глава 35.

Арсений Громов

Бог свидетель, я кое-как сдержался… Хотелось прямо там сломать ему ебальник за то, что он сказал там о нас в суде, но когда она крепко схватила меня, понял, что предам её, если сделаю это. Стоило многого. Засунутой вглубь гордости, чести и тому подобного, но ради неё я всё стерпел… Тем самым поняв, что готов на многое. Только бы с ней быть…

А сейчас она возвращается ко мне из уборной, когда решение суда уже объявили. Процесс перенесли на двадцать первое. Судебно-психиатрическая экспертиза будет произведена в ближайшие пять суток. И мне нужно явиться туда, чтобы пройти её. А дальше всё у нас будет хорошо, я уже уверен. Ему не купить специалистов. На этот раз всё проверяется. Все лицензии и врачи под колпаком суда. Никто не станет так рисковать сейчас.

– Всё в порядке? Ты такая бледная… – ловлю её на выходе из зала заседания.

– Да… Вроде как… Ты нормально после омлета?

– Да, нормально…

– У меня просто что-то не усвоилось, видимо… – задумчиво отвечает она, прижавшись ко мне.

– Ты точно сможешь нормально доехать до дома?

– Да-да, смогу…

– Ладно, – прихватываю её за руку, а она вся ледяная. Морозит будто…

Снимаю с себя толстовку и накрываю её тонкие плечи, когда встречаемся взглядами с пацанами и рассказываем им всё.

– Марин, придётся вам тут побыть ещё некоторое время… – предупреждаю её, пока они сидят и обнимаются с Агой. Она сразу стеснительно прячет от меня лицо. Не знаю, почему всё время стесняется меня. Видимо, так воспитали. Может, в Греции всё иначе, хз…

– Ладно, немного мы ещё побудем…

– Парни, ни у кого не болит живот или температуры нет? – спрашиваю следом.

– Да нет вроде, – отвечают всей толпой. – А что?

– Да Аврорке что-то плохо… Тошнит…

– Ну вы трахайтесь почаще… Ближайшие девять месяцев так и будет тошнить, – лыбится Митяй, и я подвисаю. Словно молнией в голову даёт. Сразу же с поразительной точностью… Оглушая и дезориентируя…

– Тихо ты! Тут же ребёнок, придурок! – ругается Назар.

– Да она же гречанка. Не понимает таких слов. Да, Марин? – ищет у неё поддержки.

– Да-да… Но держи язык за зубами, молодой человек, ладно? – показывает ему кулак, и он тут же выставляет ладони вперед.

– Воу-воу… Всё… Извини, принцесса, – тут же опадает на колени, обращаясь к моей сестре. А мы с Авророй как стояли, так и стоим… И каждый боится думать в ту сторону.

– Ну что поехали? – спрашивает Назар, глядя на нас.

– Угу, да… Поехали, – отвечаю я, и мы идём к выходу всей толпой.

– Арсений, будь на связи, хорошо? – обращается ко мне адвокат.

– Да, конечно, спасибо Вам, – жму ему руку, и он остаётся в суде, потому что у него ещё есть дела, а мы идём к машинам, наблюдая за тем, как отец вдалеке уже уезжает. Сукин сын, блин… Ненавижу его.

В машину садимся сзади к Назарычу… И пока он ведёт, я крепко держу свою за талию, переваривая происходящее… Ком подкрадывается к горлу. Становится как-то тяжело думать. Они болтают, а мы с Авророй молчим, потому что у каждого внутри сейчас личный апокалипсис.

– Назар… – перебиваю его, положив руку на плечо.

– Оу?

– Притормози-ка у аптеки, а… – прошу его тихонько. Назар – не Митяй… Тот бы сейчас только и делал, что ржал над нами и подстёбывал. Поэтому я рад, что мы с ним не поехали… Моя бы точно сознание потеряла.

– Понял, сделаю, – отвечает он, и я сильнее обнимаю свою. Целую в макушку, наверное, раз пятьсот. Просто мысли теперь подкрадываются… Как же, сука, так-то…? Как я так перед ней накосячил? Она же учиться хотела… А тут замуж за психопата? Хотя не такой уж я и псих, если честно…

Циклотимия, в которую я до сих пор не верю… И немного нежелательная агрессия, но в целом-то… Я в порядке…

А Аврора? Вынесет ли она такой стресс вообще. Может это и не оно, а? Может я уже себя накрутил из-за слов Митяя…? С-с-сука…

– Зачем тебе в аптеку, Сеня… – спрашивает она меня тревожно, когда машина останавливается. А я нежно целую её в лоб.

– Я сейчас приду, ладно?

Она молчит, но я по глазам вижу. Там паника… И она только-только зарождается. Да и голос дрожит, блин. Понимаю, что и сама не хочет верить… И думать об этом не хочет…

– Я рядом с тобой… Сейчас приду… Пять минут…

Ухожу. Направляюсь прямиком до аптеки. Уже там возле стеклянной витрины, когда фармацевт спрашивает меня, что мне дать, я смотрю на счастливые рожи родителей пупса, нарисованного на упаковке подгузников и мне становится не по себе ещё сильнее…

– Тест на беременность… Штук пять… – чешу затылок. Она глядя на меня равнодушным взглядом даёт мне какие-то цветные яркие упаковки, я сжимаю те в руке и расплачиваюсь… Точно с таким же видом… Словно ничего при этом не чувствую, но… Внутри просто пиздец какой-то.

Потому что я боюсь быть отцом. Я боюсь, блядь, не справиться с этой задачей. Нет, я хочу… Но ссу… Как бы там ни было…

Возвращаясь к ней, ещё сильнее её к себе прижимаю.

– Едем?

– Да…

Дальше Назар болтает с Андрюхой. И они делают вид, что ничего не поняли. Но мы, походу, все так или иначе поняли, что тут происходит…

И когда приезжаем обратно в дом Митяя, я поднимаю свою на руки прямо на выходе из машины и несу в сторону ванной комнаты…

– Сень…

– Я понимаю… Я всё понимаю, малыш… Но надо сделать, – настаиваю, пока несу её до места, а затем опускаю на ноги и молча даю ей эти упаковки, а сам выхожу за дверь… В ожидании того, что она позовёт меня и скажет… Что же там такое… Сердце в груди наяривает сальтухи.

Боюсь? – Да.

Брошу или отправлю на аборт? – Никогда, блядь. Умру скорее.

Пока парни ходят мимо, Марина идёт на кухню, а Ага неожиданно подбегает ко мне и дёргает за руку.

– Оу? – оборачиваюсь, встретившись с ней озадаченными взглядами, и она протягивает мне рисунок.

Смотрю на него и понимаю, что там вроде как все мы… Только вот между Авророй и мной будто бы ещё один маленький человечек, от вида которого у меня внутри гудит мотор. Так мощно, что осталось зарычать на весь дом.

Марина возвращается и останавливается возле нас, когда сестра снова прячет лицо в складках её платья.

– Дети чувствуют… – улыбается она, глядя на меня и обнимая свою дочь. – Идём в комнату, малышка…

Дальше говорит что-то не на нашем… А я провожаю их взглядом. В пророчества и тому подобную хуйню не верю, но, блядь, по коже пробегают мурашки. И все волосы дыбом от этого рисунка…

А потом я слышу, как замочек на двери ванной отворяется и смотрю на Аврору до усрачки встревоженным взглядом… А в голове мелькают слова деда – за каждый свой поступок, Сеня, даже очень неоднозначный нужно отвечать. Всегда…