40. Демоны графини Волорье

На постой остановились в деревне. Мужчины разбили шатры на улице, его высочество и несколько наиболее важных вельмож заняли второй этаж местного постоялого двора. Нам с Адой выделили большую угловую комнату, где мы смогли смыть дорожную грязь. Постель была одна на двоих. День еще был светлым, до ночи время есть. Я нашла Хиро и попросила его прогуляться со мной по деревне – хочу найти местную белошвейку и купить пару сорочек. Он кивнул и пошел рядом со мной.

- Знаешь, меня начинает пугать эта война, - сказала я ему. – Слишком много людей вокруг. Слишком они… странные. Фионелль ненавидит всех, думать не может ни о чем, кроме мести. Жеревьен капризен и жесток к своей прислуге. Регнар презирает женщин… Хороши соратники!

- Шантор и Волорье были лучше? – спокойно ответил Акихиро.

- Конечно, лучше!

- Твой муж, который женился ради того, чтобы тебя использовать, был лучше? Кто интриговал, не считаясь ни с кем, кто жертвовал любыми фигурами, даже своей женой? Тот, кто спал со всеми подряд? Тот, кто предлагал мне прийти третьим в вашу постель?

- Ты… лжешь!

- Я когда-нибудь тебе лгал?

- Ральф… каким бы он ни был, он был моим мужем! Не смей говорить о нем гадости!

- А Шантор, - Хиро безжалостно продолжал. – Подкладывал свою жену под всех подряд! Как, по-твоему, Ада узнавала для него секреты? В постели.

- Ада – маленькая шлюшка. Ей было всё равно, с кем спать. Она получала от своих подвигов истинное удовольствие.

- Ли, ты слепая курица. И трусиха, которой проще закрывать глаза, чем признать очевидные вещи.

- Нет, ты просто… ты неравнодушен к Аде!

 Разумеется. Она – самая смелая и мужественная женщина, которую я знаю.

- Она шлюха!

- А ты ей фальшивый друг, который опаснее открытого врага.

Щеки мои вспыхнули. В глазах потемнело, так я разозлилась.

- Ты ничего не понимаешь, – прошипела я. – Ты совсем меня не знаешь!

- Я всё про тебя знаю, Ли, – устало и безнадежно отвечал мне Хиро. – Но сейчас не узнаю в завистливой и заносчивой суке мою нежную птичку.

Меня начало трясти. Я размахнулась и ударила его по лицу, желая только одного – чтобы он замолчал. И тут же опомнилась. Что я наделала!

Однажды, в прошлой жизни, я ударила так Ральфа. Он ударил в ответ меня – сильно, так, что у меня синяк на лице остался, и сказал что-то вроде того, что «Женщина, которая поднимает руку на мужчину, должна помнить, что она слабее». Сейчас, глядя на побелевшее лицо Акихиро с красным отпечатком ладони на щеке, я это очень хорошо вспомнила. Он же посмотрел на меня пустыми узкими глазами и отошел в сторону, больше ничего мне не сказав.

Я осталась стоять одна – в абсолютной пустоте холодного белого дня. Ощущение было странное – словно я сбросила с плеч толстый тяжелый плащ. Вроде бы мгновенно стало легче – ревность, мучившая меня в последние дни, была болезненной, но до чего ж холодно! Я не права – и права одновременно. Поговорить было нужно – но не так. Зачем я его ударила? Ни один мужчина не простит подобного! А я не хочу его терять, не хочу!

Я побрела обратно к постоялому двору, а там остановилась, не зная, что мне делать – искать ли Акихиро или спрятаться в своей комнате.

- Эва, ты в порядке? – тронула мой рукав маленькая ручка. – Стоишь тут… одна.

- Всё хорошо, Ада, – меньше всего мне хотелось разговаривать именно с ней.

- У тебя губы белые и дрожат, – сообщила мне герцогиня Шантор. – Пойдем, люди начинают коситься.

 Я позволила взять себя за руку и завести в дом. Ада почти насильно усадила меня на деревянный стул, пошевелила угли в печке, сунула мне в руки чашку с горячим бульоном.

- Пей, – приказала она. – И рассказывай, что с тобой творится.

- Ты с ним спала? – не выдержала я. – Просто ответь честно!

- Ну конечно, – удивилась моя бывшая подруга. – А тебя это тревожит? Я думала, тебе все равно!

Я стиснула зубы, складываясь пополам и едва сдерживая вой. Такой же, как все! Я верила, любила, а он! Фальшивка!

- Я ведь спрашивала тебя, имеешь ли ты виды на Вазиля, – недоуменно продолжала Ада. – Ты сказала, что нет. Или это было испытание для него? Но Эва, мужчины не понимают таких штук…

- При чем здесь Вазиль? – хрипло спросила я, поднимая голову. – Я про Хиро.

- Что за Хиро? А, Акихиро Кио! – с искренним недоумением посмотрела на меня Ада. –  Погоди! Твой слуга... простолюдин... да еще и ниххонец?

Я вдруг ощутила себя полной дурой.

- Эва, – осторожно начала герцогиня. – Ты в своем уме? Вокруг полно куда более достойных мужчин. Жеревьен… Или, может, маркиз Венсант, который с тебя глаз не сводит. Ладно, принц тебе не нужен, но почему слуга-чужестранец?

- Я… кажется, люблю его, – призналась я, пряча глаза.

- Ты с ума сошла! Разве можно любить того, кто настолько ниже тебя по социальному положению! Выбрось эти глупости из головы! Нет, нравится он тебе – спи с ним, пожалуйста, только ведь у ниххонцев…

- У него нормальный член, – хихикнула я, вдруг успокоившись. – Я вполне довольна.

- А, ну если нормальный... с ним я не пробовала. Видимо, зря. Он явно выбивается из моей статистики. Если уж ты после виртуоза Ральфа впечатлена другим мужчиной…

- Ада! – я сердито посмотрела на подругу. – Ты что, и с Ральфом спала?

- Ну да, – смутилась она, опуская глазки. – Прости. Шантор не против был. Мы втроем…

- Боже, даже знать не хочу, – зажала я уши руками. – Поэтому я и не хочу здесь оставаться!

Сказала вслух и поняла, что это правда. Зря я вернулась. Это всё не для меня. Хиро прав: Ранолевс делает меня хуже, наполняет меня своим ядом. Слишком приторным, чтобы сходу распознать его горечь.

Ада некоторое время смотрела на меня, а потом взяла мои руки в свои ладони.

- Акихиро хороший, – сказала она неожиданно. – Слишком хороший, чтобы с ним спать. Я понимаю, почему ты с ним. Ты другая, не как мы. Ты всегда была другой, маленькая птичка. Ты настоящая, и он настоящий.

Я не выдержала, обняла ее. Не пойму, за что она меня, такую дуру, любит!

- Ладно, – сказала я, деланно улыбаясь. – Пора ложиться спать. Совсем стемнело.

- Прости, я обычно не сплю ночами, – тихо сказала подруга. – Кошмары. Пойду... погуляю.

- К принцу? – понимающе кивнула я.

- К принцу не выйдет. Там полно народу.

- Я могу уступить тебе постель, – предложила я. – Мне не сложно.

- Я не могу тебя выгнать.

- Глупости. У меня есть куда... к кому пойти.

Я знала, что Хиро остановился снаружи, в шатре. Один.

- Хитрая маленькая графиня, – упрекнула меня Ада. – Я ведь была уверена, что ты верна памяти мужа. Постой!

Она бросилась к своему сундуку и принялась в нем копаться.

- Вот! – Ада вручила мне перчатки, поправила на мне плащ, надела на голову капюшон и принялась подталкивать меня к дверям.

Я смеялась и шутливо упиралась, но за дверью оказалась на удивление быстро.

---

Я знала, где ночует Хиро. Я знала, что он один - с самого начала он дал понять, что предпочитает одиночество. Но зайти к нему в шатёр после того, как я ударила его, я боялась.

- Ну, чего мнешься? - ниххонец распахнул полог шатра. - Заходи! Ох, Ли, это ты...

Мне хотелось спросить, кого он ждал, если не меня, но я поняла, что не могу вымолвить ни слова. Губы задрожали, из глаз хлынули слезы. Он мгновенно оценил обстановку, оглянулся и затащил меня в шатёр.

- Ну ты чего, ласточка? - нежно спросил он, спуская с моих волос капюшон, а я вцепилась в него, обхватила руками и заревела в голос. - Птичка моя, милая, что-то случилось? Кто-то умер?

Он отстранился, вытирая большими пальцами рук мои слезы.

- Прости меня, - всхлипывая, выдавила из себя я. - Прости, я не должна была...

- Так, погоди, - Хиро опустился на покрывало, увлекая меня за собой. - Ты просишь прощения? За что?

- Я ударила тебя.

- Я этого заслужил. Наговорил тебе лишнего.

- Вовсе нет! Ты прав. Я стала даже не графиней Волорье. Я стала не пойми кем. Едва ли не о'ни. Я ревновала, Хиро.

- Меня? - удивился он. - К Аде? Не понимаю.

- Ада любит ниххонцев.

- А я люблю только тебя, зачем мне Ада? Тем более... я видел её в самом истерзанном состоянии. После этого я никак не могу видеть в ней женщину.

- Прости меня, - повторила я, тыкаясь ему в грудь, словно котёнок.

- Давно простил. И ты меня прости, Ли. Я тоже ревную. Чувствую себя лишним. Ты такая... королева просто. Ты всегда такой была. А я просто странник в этой земле, да я и в Ниххоне не отличался знатностью.

- Я не королева, - тихо сказала я, запуская ладони в его широкие рукава. - Я просто аптекарша, к которой ты залез ночью в окно.

- Это было для меня почти подвигом, - шепнул Хиро, расстегивая мой плащ. - Я не очень умею с женщинами. А тут понял, что если не приду, то потеряю что-то очень важное.

- Ты меня нашёл...

- Ну да. Фредерико же.

Я выпрямилась, ударившись о его подбородок макушкой.

- Точно! Фредерико! А я все гадала, узнал ты меня тогда или нет!

Он засмеялся, а потом уложил меня на подушки и укрыл плащом.

- Спи, птичка. Завтра будет тяжёлый день. Надо выспаться.

- Ты не хочешь?

- Хочу. Но ко мне должны прийти. Не хочу, чтобы нас прервали, и спешить не хочу. Мы ещё налюбимся.

- Обещаешь?

- Обещаю.

Я закрыла глаза, а он сел рядом, перебирал мои волосы и мурлыкал колыбельную на ниххонском. В тот момент я остро осознала, что хочу от него ребёнка. Он будет замечательным отцом. Надо бы мне добраться до Белого Замка, там оставались мои записи. Надеюсь, родичи Ральфа их не уничтожили. Помню, у меня там был рецепт... от которого я забеременела в первый же год после свадьбы. Несмотря на то, что Ральф усердно пичкал меня противозачаточными отварами, как я потом уже узнала.

Ах, как спокойно мне было рядом с Хиро! Как сладко спалось, как тепло было...

- Я не понял, - раздался громкий шепот. - Почему Эва здесь?

- Ей не спалось. Она волнуется.

- И потому она пришла к тебе?

Я старалась дышать глубоко и ровно, чтобы Вазилевс не догадался, что я проснулась.

- А к кому она должна была прийти?

- Акихиро, скажи мне честно, между вами что-то есть?

- Почему это так тебя волнует, Вазиль?

- Графиня, она... невероятная женщина. Я рассматриваю её в роли королевы. Моей королевы.

- Люциус тоже рассматривал.

- Я не Люциус, я никогда её не обижу. Ее хочется оберегать... носить на руках... она такая сильная и такая уязвимая одновременно. Ей нужен мужчина.

- Поверь мне, она прекрасно справлялась без него. Мужчины приносили ей только несчастья.

- И ты?

- Я привез её сюда. Здесь ей плохо. Неспокойно. Она плачет. Мне не нравится, когда она плачет.

- Мне тоже, Акихиро. Я хочу, чтобы она была счастлива.

- Значит, мы оба хотим одного.

- Так все же вы вместе.

- До тех пор, пока я ей нужен.

Принц довольно громко скрипнул зубами. Кажется, он все же ожидал отрицательного ответа.

- Ты об этом пришел поговорить?

- Нет, конечно, нет. Давай выйдем.

- Хорошо.

Зашуршала ткань полога, шатер опустел. Мне мгновенно стало холодно и страшно. Даже плотная ткань уже не казалась защитой от непогоды. Я села, убирая волосы со лба, поплотнее укуталась в одеяло. Уставилась в темноту. Что я делаю в этой стране? Что буду делать потом, когда все закончится? Острова? Да, я хочу туда. Хочу узнать своего отца. И вернуться в Эльзанию хочу. Поближе узнать мать, раз уж она жива.

Принц хочет меня. Я об этом догадывалась и раньше. Однако, в отличие от своего старшего брата, он на меня не давит, не пытается настаивать. Он ведёт себя идеально выдержанно. Я им восхищаюсь, но никакого трепета рядом с ним не испытываю. Почему-то из всех мужчин, окружающих меня, меня тревожит только Регнар. Наверное, я смогла бы в него влюбиться... если бы у меня не было идеального Хиро.

За стеной шатра слышатся шаги. Хиро заглядывает внутрь.

- Не спишь, - довольно констатирует он. - Это хорошо. Я бы не стал тебя будить.

- Ты обещал! - капризно напоминаю я.

- Что я обещал?

- Любви.

- Серьёзно?

- Да-а-а, - тяну я, откидывая голову и выгибая спину.

- А если я скажу "нет"? - смеётся он.

- Я тебя изнасилую!

Он хохочет и падает на покрывало рядом со мной.

- Холодно, птичка!

- Я тебя согрею.

Ниххонец притягивает меня к себе и заглядывает в лицо. Я его почти не вижу, только тень чёрных волос и блеск глаз.

- Неужели ты и в самом деле меня любишь? - тихо спрашивает он.

- Я тебя люблю, - шепчу я в ответ. - Сильно-сильно.

- Спасибо.

- За любовь?

- За то, что ты выбираешь меня. Ли... можно мы просто полежим? Я устал, как собака. Хочу быть рядом с тобою... чувствовать тебя... но, боюсь, сегодня я опозорюсь, если ты будешь настаивать.

- Только с одним условием, - улыбаюсь я, притягивая его к себе.

- Каким?

- Расскажи мне про Ниххон. Там красиво?

Он с благодарностью кивнул, а потом принялся рассказывать про рыбацкие деревушки, про придорожные трактиры, про горы, про сады, красивее которых нет в мире... про императорский дворец, где ему удалось однажды побывать.

- Там совсем другие обычаи, – вспоминал он. – в Ниххоне не принято кичиться силой или богатством. Наоборот, мужчина должен быть готов оказать всяческую помощь старику или женщине. Нет, есть среди ниххонцев и дурные люди, не буду врать. Но честных и благородных куда больше. А еще в Ниххоне много мастеров. Мы упорные. Нам нравится достигать высот на избранном пути.

- Твой отец был кузнецом. Кем бы стал ты?

- Я хотел бы стать наместником или Стражем, – не колеблясь, ответил Акихиро. Скорее всего, он ни раз размышлял об этом. – Всё, что я умею – это сражаться. Значит, мой долг защищать простых людей от разбойников и порождений тьмы. Тем более я теперь Тэйру – меченный. У меня был личный демон, которого удалась изгнать. Это значит, что я невольно буду притягивать внимание О'ни.

- Это очень плохо? – похолодела я.

- Нет. Это, скорее, хорошо. Проще их найти. И уничтожить.

- А какую роль в своей жизни ты отводишь мне? – не могла не спросить я.

- Жены. Матери моих детей, – не задумываясь, ответил он. – Возлюбленной. К тому же ты – травница, а это очень почетно.

- Ты и в самом деле хочешь вернуться, – поняла я.

- Я не вижу себя в Ранолевсе. Я всегда буду тут чужаком. Наемником. У Вазиля много других воинов. Он не нуждается во мне так сильно, как раньше. А после смерти Люциуса и вовсе всё изменится.

- А если я захочу остаться тут? И попрошу тебя быть рядом?

- В качестве кого? – жёстко спросил Хиро.

- М-мужа? – дрогнул мой голос.

- Никогда меня не примут мужем графини Волорье. И тебя – женой ниххонца.

- Вазилевс даст тебе титул. Должность.

- От этого разрез глаз не изменится.

- Так что же, ты оставишь меня?

- Пока не прогонишь, я буду рядом.