Глава 24. О приготовлениях

Следующий день все были заняты. Кроме меня. И это мне не нравилось — я не привыкла сидеть без дела. В последнее время все закрутилось так быстро, что эта передышка ощущалась как затишье перед бурей и нервировала.

Я сидела в кресле, смотрела в окно, за которым кружились хлопья снега, и бездумно крутила кулон, скрывающий мою сущность. Такой носит и Марсель. Ведь нам предстоит пойти во дворец, и было бы настоящим конфузом, если бы на нас сработала система безопасности. На арахнидов не реагировала, а на нас взяла бы и сработала.

И все же… Те, кто прошел инициацию, и представители древних рас могли друг друга чувствовать даже с этими амулетами. Конечно, обнаружение все равно затруднялось, но на очень близком расстоянии мы улавливали друг друга, как флюгеры.

То есть мы с Марселем замаскированных древних во дворце обнаружим, если они будут рядом с нами стоять или проходить мимо. Но встает вопрос: как обычным людям, тем же гвардейцам короля, их искать?

А еще не удивлюсь, если во дворце масса тех, кто находится под влиянием арахнидов, как это было в академии. Люди ведь тогда вовсе не хотели идти против своих, но вещество, которое Марлена впрыскивала им в кровь во время близости, делало их ее марионетками. Я задавала себе эти вопросы и думала: как быть? Погладила ежа по мягким иголкам и спросила:

— Ё-ё, а ты мог бы сгенерировать универсальный антидот, который бы выводил людей из-под влияния арахнидов?

Друг широко зевнул и задумчиво сощурился.

— С универсальным сложно-то. Я же только яд Марлены анализировал-пф. Мне нужно поработать хотя бы с небольшой выборкой жертв разных арахнидов. Тогда, думаю, смогу сделать что-то более-менее универсальное.

— Нужно обсудить этот момент с Марселем… — протянула я и вгляделась в свой амулет. — А пока я хотела бы поработать над дистанционным обнаружением древних. Как думаешь, здесь у графа есть хотя бы небольшая лаборатория?

— Думаю, есть-пф. Но разрешит ли он тебе там хозяйничать?

Самого графа, разумеется, дома не было, и я обратилась за помощью к дворецкому, который, к удивлению, без вопросов проводил меня в лабораторию хозяина.

— Вот, господин граф распорядился предоставить вам доступ, если вы пожелаете.

— Какой граф, оказывается, предусмотрительный-пф, — с уважением произнес Ё-ё и первым вбежал в помещение.

Не сказать, чтобы лаборатория была обставлена по последнему слову артефакторики, но все основное в ней имелось, как и ингредиенты и основы под артефакты. Было видно, что хозяева в ней работали редко, но следили за ее наполненностью.

— Итак, — пробормотала я, отыскав тетрадь для записей и ручку.

Сразу присмотрела несколько камней кварца, над которыми буду проводить опыты. Этот минерал недорогой — если что-то пойдет не так, его не жалко.

Села за стол и записала задачу, которую перед собой ставлю. Очень важно перед тем, как что-то начинать, понимать, чего хочешь добиться.

Посмотрела на Ё-ё, который глядел на меня бусинками своих черных глаз, подумала и написала следующую строчку:

«Возьмем за основу различие эманаций и структуры ауры древних и людей…»

Я так увлеклась работой, что не заметила, как пролетел целый день. Я даже пообедать забыла, но заботливые слуги принесли мне несколько бутербродов, которые я проглотила, почти не заметив. Хотя, подозреваю, это Ё-ё сбегал в кухню и попросил за свою увлекшуюся хозяйку. Потому что сам он выглядел сытым и икал, будто переел.

Внезапно мою талию обхватили, а шею поцеловали. Хорошо, что в этот момент я не плела никакие заклинания и ничего не держала в руках. Лишь глубоко задумалась, стоя перед лабораторным столом и рассматривая, что у меня получалось.

Я уже столько разных комбинаций перепробовала! Но ни одна не давала нужного результата. Внезапно получился артефакт, способный скрыть принадлежность к древним расам даже от самих древних, но то, что было нужно, не выходило!

От неожиданности я подскочила с бешено колотящимся сердцем и услышала тихий смех над ухом.

— Эйлин, не знал, что ты такая увлекающаяся натура.

— Марсель! — возмутилась я и повернулась в его руках, чтобы высказать все, что думаю о тех, кто подкрадывается к заработавшимся девушкам.

Но он тихо прошептал:

— Я так соскучился, — и накрыл мои губы поцелуем.

Ну как на такого злиться? Только обнять в ответ, вдохнуть его невероятно притягательный запах и раствориться в поцелуе.

— Кхе-кхе, — ворвались в окутавший нас дурман покашливания Ё-ё. — Там вообще-то вас на ужин ждут-пф! А вы тут результаты целого дня работы Эйлин загубить собрались.

Только после этих слов я осознала, что сижу на столе, а руки Марселя уже забрались…

— Ой! — Я тут же соскочила со стола, отошла от Марса и, смутившись, одернула юбку. Посмотрела на стол и увидела, что мы чуть не опрокинули держатель с кварцем, который я только что пристально рассматривала. Это же и в самом деле столько работы! — Марсель! — воскликнула я.

— Что, дорогая? — усмехнулся он, глядя на мои алеющие щеки и делая ко мне мягкий шаг.

— Ты… — Я сделала шаг назад, потому что из-за его близости начинала плохо соображать. — В общем, когда я работаю, то…

— Что? — сделал он ко мне еще шаг.

— То н-не надо ко мне… — Я снова шагнула назад.

— Что к тебе?

Шаг ко мне.

Это у нас что, дракон преследует свою добычу? Вон как глаза у этого соскучившегося блестят.

— Не приближайся… — притворно нахмурилась я.

И на лице Марселя появилась предвкушающая улыбочка, а его следующий шаг стал еще мягче, как у изготовившегося к броску хищника. Сейчас же кинется и сграбастает!

Ну нет! Пусть свою добычу догонит!

— Ай! — выкрикнула я и, подобрав юбки, со смехом выбежала из комнаты.

Почти взлетела по ступенькам в коридор.

— Ой! — чуть не налетела на проходившего мимо герцога.

В этот момент Марс обхватил меня за талию и прошептал на ушко:

— Поймал. Моя птичка от меня не улетит.

— Марсель! — зашипела я, пытаясь принять подобающий вид.

Такого конфуза я не ожидала и страшно смутилась.

— Эх, молодежь, — усмехнулся, глядя на нас, герцог и пошел дальше, бубня себе под нос: — Там заговоры, расследования, а у них любовь… Жизнь… Эх, где мои двадцать лет? Или хотя бы пятьдесят?..

За ужином я рассказала о своих мыслях насчет Ё-ё и его вакцины против яда арахнидов. Сначала смущалась, конечно. Но стоило углубиться в профессиональную тему, как почувствовала себя гораздо уверенней. Словно не с герцогом разговаривала, который только что видел, как я резвой козой скакала по особняку, а читала лекцию адептам.

— Интересная идея… — протянул герцог. — Я знаю парочку придворных, которые наверняка подверглись влиянию пауков — слишком сильно поменялось их поведение в последнее время. Конечно, будут некоторые проблемы с тем, чтобы незаметно их выкрасть, но… — он задумался, а потом посмотрел на меня и улыбнулся краешками губ, — это решаемо.

— А еще Эйлин сегодня изобрела амулет, который прикроет ее сущность феникса даже от древних-пф, — с гордостью заявил Ё-ё. — И вообще сущность любого древнего.

— Как интересно… — протянул отец Марселя и окинул меня удивленно-уважительным взглядом. — Конечно, в Пустоши и, думаю, некоторым лицам в королевстве уже известно, кем на самом деле теперь являются Эйлин и Марсель, но сбить с толку этим можно попробовать.

— Тем более мало кто знает, как Эйлин выглядит, — согласился герцог. — Да и я думаю, в очень скором будущем нам такие амулеты пригодятся в немаленьких количествах…

— Зачем? — удивилась я.

— Об этом еще рано говорить. Обсудим позже. — И он обратился к невестке: — Чем закончилась твоя встреча с Рошэль?

Мариэлла вздохнула и закатила глаза:

— Она была в экстазе, когда узнала, что у короля есть неучтенная внучка.

— В экстазе? — выгнул бровь отец Марселя.

— Ты же знаешь, как она обожает чужие тайны и очень не любит принца.

До меня дошло не сразу. Мариэлла рассказывала, как отдала ей примечательный перстень, который Жозефина выдала Марселю и благодаря которому король точно должен меня узнать и поверить в наше родство. Как Рошэль радовалась, что в королевском роду появится еще кто-то, кроме эксцентричного недалекого принца, и что за принцессой, за которой стоит такой герцогский род, как эль Кременье, пойдут очень многие. Я смотрела, слушала и потихоньку начинала понимать, в какую авантюру меня хотят втянуть.

Нет, я вполне себе осознавала, что придется схлестнуться с арахнидами и помочь королю увидеть масштаб проблемы, но до меня почему-то только сейчас дошло, во что это может вылиться.

— Я не хочу! — испуганно возмутилась я.

— Чего именно? — посмотрел на меня герцог.

— Быть принцессой и… — я взмахнула рукой, пытаясь выразить глубину своего возмущения, — вообще не хочу всей этой возни вокруг трона! В королевстве уже есть наследник! Вот пусть он и дальше им остается в единственном числе! Да я вообще феникс! И если об этом кто-то узнает, то начнется такое, что… — Я снова неопределенно взмахнула рукой и умоляюще посмотрела на Марселя.

— Ты права, — кивнул он. — Но не стоит забывать, что сейчас над королевством нависла серьезная угроза. Непонятно, как на известия об арахнидах отреагирует король. Мы не знаем, является ли принц марионеткой древних. И можем только предполагать, чью позицию примет придворный маг, на которого его величество сейчас полагается, как никогда раньше. Нам нужны союзники. Какими бы целями и соображениями они ни руководствовались.

— А еще получилось копнуть поглубже, и я узнал, кто на самом деле курирует деятельность комиссии по контролю дара, — внезапно хмуро произнес герцог. — И мне это очень не понравилось.

Я вспомнила, что Марсель вчера рассказал нам всем о беседе с моей няней, в которой она подняла тему комиссии. Я тогда не могла присутствовать — отсыпалась после инициации. Времени, чтобы подождать с разговором, у Дизере не было. К тому же именно Марсель был тем, кто должен был услышать эту информацию, а главное — мог с ней что-то сделать.

— Источник информации Дизере находится довольно близко к Патриарху, но все же не настолько, чтобы знать все подробности. И все же она уверена, что арахниды связаны с комиссией по контролю дара, — произнес Марсель, и у меня вырвался недоверчивый вздох:

— Как это?

— Дизере сказала, что пока не может раскрыть тайну своей осведомительницы, но намекнула, что именно оттуда могут расти ноги уникальной плодовитости Патриарха.

— Не понимаю… Как нестабильные маги могли ему в этом помочь? — недоумевала я.

— Думаю, со временем мы в этом разберемся, — хмуро ответил Марсель и обратился к деду: — Я знаю, что это направление курирует твой политический оппонент, герцог эль Минье, и сам король запретил тебе копаться в его делах, но…

— Я понял, внук, — сделал знак рукой не продолжать герцог. — Завтра же этим займусь.

— Не верю, что ты до сих пор оставлял комиссию без внимания, — покосился на эль Кременье отец Марселя.

— Не оставлял, — кивнул старик. — Но лезть слишком глубоко не торопился. А с наскока там ничего не узнаешь — слишком это закрытая организация, как оказалось. Ее представители в столице не появляются и вообще ведут закрытый образ жизни. Можно сказать, живут своей общиной, куда чужакам хода нет. Но и в дела королевства они тоже не лезли. Я несколько раз засылал к ним своих агентов, но их быстро вычислили, и все закончилось плохо. Потому я решил пока не ворошить осиное гнездо.

— Получается, что не осиное, а, может статься, паучье, — задумчиво протянул отец Марселя.

— Получается, так... Завтра попытаюсь подойти к этому вопросу с другой стороны… — сощурился старый герцог, и его взгляд похолодел.

И видимо, он таки что-то узнал, раз выглядел сейчас таким мрачным.

— Ну и? Кто, как ты выразился, курирует комиссию? — не выдержал затянувшейся паузы Марсель. — Неужели герцог эль Минье пустил кого-то в свою вотчину?

— Я бы сказал, не просто впустил, а полностью отдал бразды правления. И уже давно. Но умело скрывал этот факт. — Герцог недовольно дернул щекой. — Я не мог даже помыслить, что он рискнет на такое пойти! Только не эта жадная сволочь, которая стремится все держать под контролем! Но из-за последних новостей об арахнидах и их влиянии, которое обходит даже проверенные амулеты, уже не сильно удивляюсь. Хуже то, что личность куратора наталкивает на очень нехорошие мысли.

— Отец, хватит ходить вокруг да около! — возмутился граф.

Герцог вздохнул:

— Это Марайя эль Гернор — жена нашего замечательного придворного мага.

В повисшей тишине напольные часы в углу столовой тикали особенно громко.

Тик-так. Тик-так. Неутомимо и неумолимо.

— Марайя… — протянул Ё-ё. — Мне одному кажется, что это еще одна паучья Мара-пф? Конечно, не Марбена или Марпена — чувствуется некая фантазия, но… где-то рядом-пф.

— Но если она курирует комиссию по контролю дара и держит на коротком поводке герцога эль Минье, то уж к своему мужу явно давно нашла подход, — ужаснулась я, озвучив то, что было на уме у всех.

— Это уж будь спокойна-пф, — передернул носиком Ё-ё. — Если Марлена в свое время крутила ректором как хотела, то уж эта старая паучиха может и не такое. Она ведь старая-пф? — зачем-то уточнил ежик.

— Ей уже около шестидесяти, но выглядит она очень хорошо, — ответил герцог, явно думая о чем-то другом.

— И сколько лет-пф наш придворный маг счастливо женат?

— Этого я сказать не могу, но придворным магом он стал около двадцати лет назад, и уже тогда они с Марайей были вместе.

— Нехило так эта паучиха у трона отирается-пф, — сел на попу от услышанного Ё-ё.

Если бы я стояла, меня ноги тоже не удержали бы.

— Радует только, что женщин завербовать арахнидки не могут-пф, хотя… — Еж покосился на меня и не стал продолжать мысль. Только тяжело вздохнул, сложил лапки на пузике и грустно-грустно добавил: — Принца спасать надо. У такого молодого ведь и мозги могут не выдержать.

— Ты о чем? — удивленно посмотрел на него Марсель.

— Ну как? Чтобы эта паучиха да прошла мимо принца-пф? У него, в отличие от отца, пера феникса нет.

— Да не позарился бы он на… — Марсель внезапно запнулся.

— Что, думаешь, сколько раз сам успел избежать медовых ловушек молоденьких дебютанток, которые внезапно появлялись из глубинки? — криво усмехнулся герцог.

А я вдруг вспомнила, как Марсель отнесся ко мне при первой встрече. И теперь начала понимать его недоверие гораздо лучше. Если арахнидки ставили целью его соблазнить, а ведь только так они могут вводить в мужчин тот самый яд подчинения, то представляю, каких трудов ему стоило от них отбиться. А тут я, снова взявшаяся из ниоткуда аристократочка, которая метит в самое сердце дворца. Н-да… Только мне он почему-то сам предложил непотребное… Я перевела подозрительный взгляд на Марселя. Или я не до конца поняла его коварный замысел?

— Кстати, а кто-нибудь в курсе, сколько вообще дочерей у Патриарха-то? — внезапно поинтересовался Ё-ё, и мы все ненадолго подвисли.

Такой информации у нас не было.

— А даром подчинения обладают не все арахнидки? — уточнила Мариэлла.

— Нет, — ответил Марсель. — Это новая разработка, и из семьи ее не выпускали. В этом осведомительница Дизере уверена.

— Мне все больше интересно, кто же эта осведомительница, — протянула Мариэлла, нервно теребя салфетку. Внезапно кинула ее на стол и воскликнула: — Нет, я не верю! Неужели и принц под влиянием?!

— В этом есть смысл, — ответил ей муж. — Помнится, в детстве он был вполне вменяемым ребенком. Король проводил с ним много времени, и мальчик подавал надежды…

— А потом он резко переключился на женщин, выпивку и прочие… радости жизни, — хмуро дополнил картину Марсель. — Все списывали это на юношеский возраст. Но время идет, а его выходки становятся все более неприглядными.

— А если все не так? — оглядела присутствующих Мариэлла. — Если все, что только что тут прозвучало, — плод нашего воображения? Может, Марайя вовсе не арахнидка, а принц… ну, просто безголовый мальчишка, который еще не натешился своим статусом и исключительностью. Так можно додуматься, что и я арахнидка, и даже Марсель! Ведь наши имена тоже начинаются на «Мар»! И вообще… — Она всплеснула руками. — Это же твари Пустоши! Они же… безмозглые!

Ей явно не хотелось верить в происходящее, да и цепляться за прошлые догмы удобно. Они возвращали чувство безопасности. Я, как никто другой, понимала графиню. Но еще я слишком хорошо знала, что все озвученное, скорее всего, правда. Я сталкивалась с арахнидами, видела, на что они способны, и понимала, что если в королевстве назрел заговор с их участием, то они уверены в своем превосходстве.

— Мне бы тоже очень хотелось в это верить, мама, — произнес Марсель. — Но факты говорят, что все именно так, если не хуже. И нам придется сильно постараться, чтобы переломить ситуацию.