Глава 3 · О том, что пора переходить от слов к делу

— Ё-ё, ты опять в спячку? — с сожалением погладила я друга по мягким иголкам.

Мы наконец остались с ним в гостиной одни. Скоро придет герцог и проводит меня в бальный зал, а Ё-ё — в специальное помещение, где тот будет работать. Мы же с Рошэль отправимся к ней домой, куда уже должны были прибывать мои адепты.

После анализа крови принца Ё-ё долго ругался, удивляясь, как у бедного парня мозги вообще не вытекли из ушей после такого массированного воздействия сразу тройной дозы паучьего яда. И ведь каждая арахнидка наверняка хотела своего, а бедолаге что, порваться? Вот он и порвался… на две личности. Одна металась и не знала, куда бежать и что делать, а потому наконец ушла на второй план, а вторая сама выбирала, чьи желания когда выполнять, и творила что хотела, подпитываясь алкоголем, беспорядочными половыми связями и прочими вещами, которые максимально отдаляли две личности друг от друга и потихоньку разрушали изначальную.

— Да, буду вырабатывать антидот-пф, — вздохнул Ё-ё. — Но боюсь, что таким, как прежде, я имею в виду до воздействия, принц уже все равно не будет-то. Вторая личность наложит на него свой отпечаток.

— Ничего, идеальных людей не бывает. Главное, чтобы он начал осознавать и контролировать себя настоящего.

— Эйлин… — Ё-ё внезапно посмотрел на меня каким-то странным плотоядным взглядом, и я невольно от него отшатнулась. — А дай мне своей крови. Очень нужно.

Я, конечно, понимала, что ему нужно для экспериментов, но взгляд друга пугал маниакальным блеском. Да и сама фраза «дай мне своей крови» навевала какие-то нехорошие ассоциации. Но руку я ему все-таки протянула:

— Держи, но смотри, не увлекайся сильно кровопусканием, а то у тебя начинают просыпаться какие-то неправильные наклонности.

— Ты бы видела себя, когда увлечена какой-нибудь идеей-пф, — фыркнул Ё-ё и вколол мне в палец одну из своих иголок. — А тут такой простор для исследований! Да и разве тебе жалко немного крови для своего друга? И почему я раньше не додумался-то?

— Не жалко, — усмехнулась я.

— Кстати, а ты можешь сделать из своих перьев такие артефакты, как у короля?

— Не знаю. Нужны эксперименты. В любом случае просто мое перо без меня самой не будет иметь никакой силы. Разве что в первые несколько часов. Жозефина в свое время сотворила шедевр для возлюбленного. Она каким-то образом через подпространство привязала артефакт к королю и к себе. Никто другой им воспользоваться не сможет. Потому его величество и не был в состоянии помочь сыну, хотя и передавал ему артефакт на ношение. Я спрашивала. По сути, Жозефина все время подпитывает перо силой, как будто находится рядом с королем. — Я задумчиво смотрела перед собой, мысленно восстанавливая увиденную структуру заклинаний, вплетенных в артефакт. Многого я не понимала, но тем интереснее было. — Не совсем, конечно, так… но примерно. Я не сразу это поняла.

— Тогда нам такие артефакты не нужны!

Я оторвалась от мысленного созерцания артефакта и с удивлением посмотрела на Ё-ё.

— Почему?

— Я не согласен с тем, что кто-то или что-то будет постоянно подпитываться твоей силой. Тебе она нужнее-пф.

— Но для Марселя…

— Марсель и сам большой мальчик, вернее дракон. У древних вообще иммунитет к такому воздействию сильный, а уж у драконов и подавно.

— И все же я поговорю о создании подобного артефакта с наместницей.

— Конечно. Мне и самому интересно. Но здесь ты никому таких делать не будешь. Даже принцу! Тебе никаких сил не хватит, чтобы противостоять натиску желающих манипулировать его высочеством-пф.

Я усмехнулась. Конечно, сил бы мне на это хватило при любых раскладах. Не так уж много такой артефакт и тянет из создателя. Но Ё-ё прав: свою личную силу расходовать всегда нужно с умом. И если честно, от одной мысли, что ею на постоянной основе будет пользоваться кто-то другой, было как-то неприятно. Вот с Марсом я бы поделилась не задумываясь, а с кем-то другим… нет. И это не то же самое, что слить магию в накопитель и поделиться ею. Последнее — совершенно нормально, и это даже нужно делать. Ведь, к примеру, лекарям ее сильно не хватает. Но тут ведь все гораздо глубже и на постоянной основе. И ощущать на своих плечах некоего паразита, который в любой, самый неожиданный момент может к тебе присосаться — то еще удовольствие. А если таких артефактов несколько… И ведь могут появиться желающие заполучить его любой ценой. За последнее время я убедилась, что есть личности, которые ради достижения своих целей ни перед чем не остановятся.

Я мысленно содрогнулась.

— Вот, вижу, ты все понимаешь-пф, — удовлетворенно кивнул Ё-ё, отводя от меня внимательный взгляд. — Так что я лучше поднапрягусь и выдам лекарство принцу и универсальный антидот для возможных неудачников, которых уже подчинили-пф.

— Спасибо, Ё-ё. Что бы я без тебя делала? — И я крепко обняла друга.

— Ну, ты это, того… — шмыгнул носиком ежик. — И вообще, не надо без меня ничего делать-пф. Я с тобой!

— Со мной, — отстранилась я наконец от него, чувствуя накатившую грусть оттого, что не все те, кого я хочу видеть, сейчас могут быть рядом.

Марсель…

Дверь в комнату открылась, и, прерывая мои невеселые мысли, вошел герцог эль Кременье.

— Эйлин, нам нужна твоя помощь.

— Да. — Я подскочила с диванчика, на котором сидела вместе с Ё-ё. — Что от меня требуется?

— Будем определять, кто одурманен ядом арахнидок.

— Как⁈ — Я широко раскрыла глаза.

— Нет! — внезапно подпрыгнул на месте Ё-ё и воинственно уставился на герцога. — Я не позволю подвергать жизнь Эйлин опасности!

— Никакой опасности не будет, — попытался его успокоить мужчина, но Ё-ё не повелся:

— Знаю я ваше «никакой опасности»-пф! А потом перья по всему дворцу собирать придется!

— Но Эйлин действительно будет в безопасности. Ей всего лишь придется обернуться фениксом, а мы посмотрим, кто рядом с ней будет себя странно чувствовать.

— Вы сами себя слышите-то⁈ — еще больше взвился Ё-ё. — Что будет, если в Эйлин узнают тварь Пустоши и феникса⁈

Было видно, что герцога слова ежа раздражали, он хотел что-то сказать, но друга было не остановить.

— Ё-ё, постой. — Я провела ладонью по его иголкам, привлекая внимание. — Уверена, что у эра эль Кременье есть план. Дай ему сказать.

— Я рад, что мой внук выбрал такую здравомыслящую девушку, — чуть склонил голову герцог. — Тебе, Эйлин, всего лишь нужно будет в тайной комнате обернуться фениксом, чтобы ваши эманации преодолели тонкую стену и начали воздействовать на тех, кого мои люди будут приводить в соседнее помещение.

— Но мы ведь не знаем, на какое расстояние действует способность Эйлин-пф. Мы даже ни одного опыта не провели! У нас только догадки-пф! Вдруг для достижения эффекта ей все-таки нужно касаться человека-то?

— Не провели, — нахмурился герцог. — Но времени нет. Нам уже сегодня нужно вычислить, кто работает на арахнидов по принуждению, а кто — по собственной воле. Это слишком важно, и медлить нельзя. И нам остается надеяться, что для достижения необходимого эффекта никого касаться все-таки будет не нужно.

— Тогда я с вами-пф! — встопорщил иголки еж.

— Нет, Ё-ё, у вас не менее важная миссия, — придавил его взглядом герцог. — Тем более тех, кто окажется под воздействием, мы будем усыплять и держать в таком состоянии, пока вы не синтезируете универсальный антидот. — Было видно, что Ё-ё почти сдался, и эль Кременье его добил: — Исход операции и так зависит от слишком многих допущений, давайте не будем усугублять ситуацию.

— Только проследите, чтобы Эйлин не почувствовали полукровки-пф, — пробурчал Ё-ё, соглашаясь-таки с доводами герцога. — Никто не должен знать, что она во дворце.

— Не беспокойтесь, Ё-ё, — мрачно произнес эль Кременье. — Сегодняшняя ночь запомнится совсем другими событиями.

У нас всех было очень мало времени. До суда иерархов оставалось всего три дня, а потому я не удивлюсь, если его величество решил действовать и уже сегодня под стражу будут взяты не только выявленные мной полукровки, но и те, кто подозревается в пособничестве им. Герцог эль Кременье не зря был главой тайной канцелярии королевства и наверняка уже нащупал нужные ниточки.

Или нет? И решили подождать до суда и подготовиться лучше?

Я не знала, что и думать. Вот только посвящать меня в подробности никто не торопился. И это не прибавляло спокойствия. Ведь если что-то пойдет не так, дворец могут захватить уже сегодня! Да и война тогда начнется тоже немногим позже.

Все внутри меня дрожало в ожидании будущих событий. Я искала в себе уверенность и с трудом находила, но однажды я услышала фразу: делай что должно — и будь что будет. И наверное, только сейчас по-настоящему ее поняла и прочувствовала. А потому не колеблясь шагнула за герцогом.

* * *

— Что-то мне нехорошо… — пробормотал министр финансов и приложил руку ко лбу.

Я напряглась, пристально всматриваясь в мужчину и гадая, что стало причиной его изменившегося самочувствия: мой дар или просто возраст.

Его первым привел в комнату лично герцог и сейчас так же, как и я, вглядывался в лицо побледневшего мужчины. Но в отличие от эль Кременье я сидела в потайной комнате и наблюдала за происходящим из-за прозрачной стены. К ней вплотную поставили диван, на который и был усажен министр.

— Друг мой, что у тебя болит? — спросил его эль Кременье.

— О-о-ох, Ноэль, — министр финансов перевел полный ужаса взгляд на герцога, — ты не поверишь… Никто не поверит…

— Поверю, Жан. Еще как поверю, — похлопал его по плечу эль Кременье. — Не волнуйся. На тебя ментально воздействовали?

— Это нечто другое, Ноэль, — смотрел на него министр широко раскрытыми глазами. — Меня словно… Сложно объяснить. Подожди. — Он замер, сосредоточенно глядя в одну точку. Было видно, что мужчина пытается собраться с мыслями, проанализировать собственные ощущения и выдать как можно более конкретный результат. Ох, не зря он столько лет занимал свой пост. Наконец министр заговорил: — Меня словно посадили в стеклянный куб. Я мог наблюдать за своей жизнью, мог делать какие-то базовые вещи, общаться, даже работать, но… у меня будто поменяли жизненные установки и поставили иные цели. «Я» в стеклянном кубе мог только бессильно наблюдать за новообразованным «я», которое… — В его взгляде снова заплескался ужас. — Ноэль, я столько всего натворил… Я… Сколько денег отправил не по назначению. Сколько людей привлек к… — Он схватился за сердце.

Наверное, если бы у министра было больше времени прийти в себя, он бы придумал что-нибудь, чтобы не говорить правды и так не подставляться. Ведь, по сути, сейчас он подписывал себе смертный приговор. Конечно, это было не так, но он-то этого знать не мог.

— Тихо-тихо, Жан, — попытался поддержать министра герцог. — Ты был под воздействием. Мы со всем разберемся. Верь мне. — И позвонил в колокольчик.

В комнату тут же вошли два лекаря и начали кастовать какие-то заклинания. Министру сразу стало лучше, с лица ушла бледность, и появился легкий румянец.

— Пошли, нам нужно поговорить. Очень о многом поговорить, Жан.

— Куда? — снова стал бледнеть министр.

И до меня с запозданием дошло, что он вполне мог подумать о пыточных подвалах замка.

— В соседнюю комнату. Проверим, сможешь ли ты и там оставаться в здравом уме. Тот… — герцог на мгновение запнулся, — кто снимает с тебя влияние, не может работать на больших расстояниях. А без этого ты снова станешь марионеткой арахнидов.

Министра передернуло, он внезапно ухватил герцога за руку и требовательно посмотрел ему в глаза.

— Я готов на все, чтобы выйти из-под этого… влияния. На все! Ты не представляешь, что я видел и знаю.

— Все будет хорошо. Уже готовится антидот, который позволит снять его навсегда. Но пока только так. Пошли. — И эль Кременье подал министру руку, помогая встать с дивана.

И поскольку в соседнюю комнату лекарей так и не вызвали, я поняла, что мое влияние распространялось и туда.

Остаток ночи я в своей второй ипостаси просидела за стенкой, наблюдая, как люди герцога по одному и по двое будто бы поговорить о делах заводили в комнату важных аристократов и чиновников. Кому-то становилось плохо, и его под руку быстро выводили туда, где поджидали лекари со снотворным заклинанием. А кто-то ничего не чувствовал и через некоторое время просто возвращался на бал.

Проверить всех, чтобы не привлечь внимания, было невозможно. Потому выбирали самых значимых персон. И думаю, как только Ё-ё синтезирует антидот, их по очереди будут выводить из сна и допрашивать.

Хорошо, что в моей комнате установили кровать, а чуть позже даже принесли закуски. Мне точно не мешало немного поспать и собраться с силами. Утром меня, скорее всего, отпустят домой — передо мной стояли стратегические задачи, и их нужно было решать. Да и адепты уже должны будут прибыть.

Но под утро я поняла, что зря расслабилась, наблюдая, как просто получается выявлять тех, кто находился под влиянием арахнидов. Оказалось, что были и те, кто обо всем знал и шел на сотрудничество с ними осознанно…