Глава 10

Следующие несколько дней превратились в гончарно-строительный марафон. Дом-корзина, который поначалу казался таким новаторским, теперь преображался на глазах. Стены, обмазанные глиняно-песчаной смесью, стали гладкими и прочными. Полина и Наташа работали с утра до вечера, их руки и лица были постоянно перепачканы, но результат того стоил.

— Смотри, — Полина провела ладонью по уже высохшей стене, — теперь никакой ветер не продует. И летом внутри будет прохладно.

Наташа, которая как раз замешивала новую порцию «штукатурки», устало кивнула:— Мы с тобой как первобытные дизайнеры интерьера. Только вместо подсказок у нас — интуиция и память об уроках труда в школе, да студенческая практика.

Пока они заканчивали с домом, у костра сохла их первая керамическая коллекция. Горшки и миски затвердели, но всё ещё были хрупкими и пористыми. Вода впиталась бы в них мгновенно. Чтобы посуда стала прочной и могла держать воду, её нужно было обжечь.

— В учебнике истории писали про обжиг в костре, — вспоминала Наташа, собирая сухие ветки и хворост. — Но я думала, это сложнее.

Полина осмотрела яму, в которой они вымешивали глину. Она была достаточно глубокой и широкой.— Мы сделаем проще. Уложим посуду на дно, чтобы огонь не касался её напрямую. Сверху немного засыпим землёй и накроем ветками, а потом забрлсаем всё это углями и дадим огню догореть медленно. Глина должна закалиться от жара, а не лопнуть от языков пламени.

Они аккуратно расставили свои изделия на дне ямы: горшки поставили вверх дном, миски и пиалы сложили также. Сверху бережно засыпали слоем земли и уложили слой веток потолще, а затем засыпали всё дровами и хворостом.

— Поджигай, — скомандовала Полина, отступая на шаг.

Костёр разгорелся быстро. Пламя жадно лизало дрова, поднимая снопы искр в вечернее небо. Девушки подбрасывали топливо, поддерживая сильный жар, пока ветки наверху не прогорели и не обрушились вниз, укрыв керамику пылающим куполом. Затем они засыпали яму землёй и углями, оставив лишь несколько отверстий для тяги.

Всю ночь они не спали, прислушиваясь к тому, как потрескивает земля, остывая. Утро выдалось туманным и холодным. Когда они наконец раскопали яму, их ждал успех. Глина из красно-бурой превратилась в твёрдую, звонкую керамику светло-терракотового цвета.

Они выставили готовую посуду у своего дома на большом куске коры. Женщины племени, вернувшиеся от реки, где занимались выделкой шкур, заметили их издалека. Любопытство взяло верх, и они подошли ближе.

— Смотрите, — сказала Полина, ставя на землю самый красивый горшок с высоким горлом. — Это не сломается.

Она взяла небольшой камушек и с силой ударила им по краю горшка. Раздался глухой стук. Горшок остался цел. По толпе женщин пронёсся удивлённый шёпот.

Лия осторожно взяла в руки миску-тарелку Наташи. Она провела пальцем по гладкой поверхности, заглянула внутрь.— *Хо-ро-шо*, — прошептала она по слогам русское слово, которое выучила раньше всех.

А потом произошло то, чего девушки не ожидали. Женщины племени начали *щёлкать языками*. Это был тот самый звук, который они слышали при первой встрече с Аей — звук высшего одобрения и восхищения. Звук был громким, ритмичным и искренним.

— Кажется, мы официально приняты в клуб мастеров, — шепнула Наташа Полине, улыбаясь до ушей.

***

Прошла ещё несколько дней. Напряжение в племени нарастало с каждым днём. Мужчины ушли на большую охоту за свежим мясом и их отсутствие ощущалось во всём: в тишине у костра, в том, как женщины чаще всматривались в лесную чащу.

Полина и Наташа старались занять себя работой: лепили новую посуду, учили детей плести простые корзины из тонких веток. Но их мысли постоянно возвращались к охотникам.— Надеюсь, они вернутся все, — тихо сказала Наташа вечером, глядя на звёзды из дверного проёма их нового дома. — Я начинаю понимать, почему Ая так грустила тогда... про Тана.

Полина лишь молча сжала её руку.

Их разбудил шум на рассвете. Не крик тревоги, а низкий, утробный гул голосов и лай собак (в племени были полудикие собаки-помощники).

Они выбежали из дома. Всё поселение было на ногах. Из леса выходили они. Охотники.

Они шли медленно, устало, но их лица светились торжеством. Впереди шёл Та-Гар. За ним охотники, на плечах которых лежала огромная шкура животного на скрещенных копьях. За ними другие мужчины тащили на шестах огромные куски мяса.

Племя взорвалось радостными криками. Женщины бросились навстречу своим мужчинам, дети визжали от восторга, бегая под ногами у взрослых. Это был праздник жизни после долгого ожидания.

Та-Гар подошёл к девушкам. Он был измотан до предела, под глазами залегли тёмные тени, но взгляд оставался ясным и властным. Он окинул взглядом их новый дом — гладкие стены блестели от утренней росы.— Я вижу вы хорошо потрудились здесь, — сказал он через подошедшую Аю. Его голос был хриплым от усталости. — Пока мы охотились на зверя, вы достроили крепкий и теплый дом. Моё племя примет ваши знания с благодарностью. Вам будет выделен один из лучших кусков мяса.

Он указал на ведро в котором уже кипел бульон с кусками мяса над костром, а многочисленные пиалы стояли стопками, ожидая наполнения.— Теперь у нас будут теплые дома для жизни и отдыха и крепкая посуда для еды. Вы стали частью нашего племени по праву мастерства и сердца.

Вечером был пир. Запах жареного мяса наполнял воздух на многие метры вокруг. Девушки сидели рядом с Аей и Лией среди женщин племени и чувствовали невероятное тепло и покой. С ними общались как с равными по силе и уму. Они чувствовали себя по настоящему дома.

Прошло ещё несколько дней. Жизнь в племени вошла в размеренное русло. Дом девушек, теперь уже не просто шалаш, а настоящий глинобитный дом стал настоящей достопримечательностью. Женщины приходили смотреть на гладкие стены, трогали их руками и всё чаще спрашивали, не научат ли их девушки этому искусству.

Гончарное ремесло тоже пошло в гору. Полина и Наташа с удовольствием передавали свой опыт, и дело пошло быстрее. Теперь у многих семей в племени была крепкая посуда, которая не билась от малейшего удара, как старые миски.

Но чем жарче припекало солнце, тем чаще мысли девушек возвращались к их старому лагерю.

— Помидоры уже должны были зацвести, завязаться и зреть — с тревогой сказала Наташа однажды вечером, сидя у костра. Они с Полиной перебирали какие-то коренья для ужина. — А картошка? Если её никто не окучивал, она же просто сгорит на солнце или сгниёт.

Полина кивнула, подбрасывая ветку в огонь. Искры взвились вверх, к звёздам.— И наш тайник... — добавила она тише. — Там осталось ещё много полезного. Знаешь, можно использовать один баллон масла для светильников. Налепить маленьких глиняных мисочек, налить туда масла и опустить фитиль на щепке. Свет в домах - это очень хорошо. Нам тоже не помешает. Это всё могло бы помочь племени. Но главное — огород. Мы вложили туда столько сил. Жалко будет, если урожай пропадет

На следующий день они отправились к Та-Гару. Вождь сидел у своего шалаша и точил наконечник для дротика. Он выслушал их сбивчивый рассказ (Ая помогала с переводом), не перебивая.

— Вы хотите уйти? — его голос был низким и спокойным.— Не уйти! — быстро возразила Полина. — Вернуться. На время. Наш старый дом... там остались наши вещи, Наш огород. Мы боимся, что без нас всё погибнет. Мы принесем это в племя. Это принесет пользу всем.

Та-Гар долго молчал, глядя на лезвие своего оружия, которое ловило блики солнца.— Лес опасен, — наконец сказал он. — Вы знаете это. Звери не знают, что вы теперь под защитой племени.

— Мы будем осторожны, — твёрдо сказала Наташа. — И мы знаем дорогу. Мы вернёмся через три дня. Может, четыре.

Вождь посмотрел сначала на Наташу, потом на Полину. В его взгляде читалось не недоверие, а скорее отцовская забота.— Вы принесли нам много пользы, — медленно произнёс он. — Ваши знания делают племя сильнее. Если вам это действительно важно... вы можете идти.

Это было не просто разрешение. Это было проявление огромного доверия.

— Но возьмите это, — вождь сделал знак одному из молодых охотников, стоявших неподалёку. Тот принёс два дротика с идеально ровными древками и острыми каменными наконечниками.

— Это подарок, — сказал Та-Гар — Для защиты. И чтобы вы чувствовали себя воинами нашего племени, где бы вы ни были.

Девушки с благодарностью приняли оружие. Дротик в руке придавал уверенности.

На рассвете следующего дня они собрались в путь. Ая принесла им узелок с вяленым мясом и печёными кореньями.— Возвращайтесь скорее, — попросила она, обнимая их по очереди.

Полина поправила жилетку и взяла свой дротик.— Мы вернёмся с урожаем, — пообещала она.

Они вышли из поселения и направились к лесу по знакомой тропе. Позади остался мир костров и шкур, впереди ждала тропинка к их прошлому. Но теперь они шли по ней не как испуганные жертвы, а как полноправные члены племени Та-Гара, вооружённые и уверенные в себе.