Глава 24

Утро выдалось солнечным и теплым. Казалось, весна в этом году все же решила прийти раньше времени. И даже волк выглядел не таким мрачным, как обычно, будто он уже устал вечно хмуриться и решил попробовать что-то новенькое.

По дороге в управление мы проезжали по торговой улице, мимо магазинчиков одежды. Витрины многих из них в предрассветной темноте казались бездонными.

Но были и уже открывшиеся магазинчики, витрины которых сияли, а мягкий свет продуманно расставленных светильников освещал самые популярные образцы нарядов.

– Босс, – позвала я, заметив в одном из магазинчиков симпатичный брючный костюм. Судя по фасону, он был рассчитан на мужчин. Судя по размеру и некой вольности кроя – на мальчиков. Но я была уверена, что мне вот эти штанишки с подтяжками и рубашка с пышным бантиком и даже берет… все это мне очень пойдет.

– М-м-м?

– Я тут подумала, вот я же девушка, да?

– Предположим, – осторожно согласился Хельму, расслабленность из его позы тут же исчезла. Словно в моем вопросе крылся недобрый намек.

– А у девушек должно быть много нарядов, так? И не смей этого отрицать. Я это точно знаю. Я гардеробную Эдит видела.

Отрицать волк ничего не стал, только подозрительно поинтересовался:

– К чему ты клонишь?

– Босс, а где моя гардеробная?

После недолгой паузы Хельму предложил, заметно расслабляясь:

– Пройдетесь по магазинам с Эдит, когда она вернется.

На это я могла согласиться. С детенышем должно быть куда интереснее ходить по магазинам, открывая для себя мир простых человеческих радостей, чем с волком. Некому будет пугать продавцов своим мрачным видом или поторапливать меня…

Но было кое-что еще. И сделать это мог только Хельму.

– И еще документы. Пусть в стражники ты меня брать не хочешь, но ваши смешные бумажки, подтверждающие мою личность, мне все равно нужны. На всякий случай.

Волк выглядел как человек, которому только что сообщили, что завтра в семь утра ему предстоит спасти мир. Растерянность и непонимание постепенно сменились решимостью.

– Сделаем, – пообещал он.

Хельму этим утром был таким сговорчивым, что было бы преступлением не попытать удачу в последний раз.

– А еще я хочу себе отдельную спальню!

Это требование вызвало у волка только недоумение.

– Зачем? Ты все равно вечно пробираешься в мою.

Ответить на это мне было нечего, но сдаваться я не планировала.

Если я собиралась хотя бы попробовать сродниться с человеческим телом – а после щедрого подарка Зафрэ эта мысль больше не вызывала отторжения, – мне нужно было все то, что есть у людей. Документы, одежда, личный уголок и работа.

Фонари перед управлением не горели, и по лестнице мы поднимались в редкой предрассветной темноте – солнце с каждым днем поднималось над горизонтом все раньше, предчувствуя скорую весну.

Сонный дежурный, не успевший сдать смену, вяло поздоровался с командором, изо всех сил давя зевок. Волк сделал вид, что ничего не заметил, и быстрым шагом, рассеянно кивая на приветствия, поднялся в свой кабинет.

Пока волк снимал пальто, я успела превратиться, в который уже раз ощутив, как неудобно может быть в одежде не по размеру.

Хельму обещал, что совсем скоро мне выдадут новую форму, а пока приходилось старательно подкатывать рукава кителя и радоваться, что уцелели хотя бы штаны.

Мне нужно было придумать, как использовать дар и не разорить волка на моей одежде. Я не пробовала призвать огонь после случая под мостом, потому что никогда не бывала в безопасном месте. Кабинет волка, или его дом, или карета, или оживленная улица не подходили для того, чтобы я могла просто так возгореться.

Покосившись на волка, я уже собиралась напомнить ему о его обещании и предложить съездить ненадолго в лес. Чтобы он смог выгулять своего зверя, а я немного попрактиковаться, но с грохотом распахнувшаяся дверь нарушила мои планы.

– Командор! – Голос Флоренс дрожал и срывался, когда она произнесла непоправимое: – Она не отпустили Эдит.

Трясущимися руками она протянула волку записку и осталась стоять перед его столом, рвано, судорожно дыша. Меня она сразу не заметила. И вздрогнула, когда я спрыгнула с подоконника и подошла к Хельму, чтобы взглянуть на помятый листок.

Писать понятнее за прошедшее время оборотни не научились, и я все так же могла разобрать в лучшем случае одно слово из трех, но посыл письма, кажется, уловила.

– Присвоили, да?

– Они пишут, – волк скомкал записку в кулаке, – что у Эдит есть потенциал и вернуть ее такому, как я, будет преступлением.

– Босс, дай мне неделю. Они нам не только детеныша вернут, но и извинения принесут. Официальные. В письменной форме.

– Нет. Я поеду сам.

Флоренс издала слабый, полузадушенный и совершенно непонятный звук. Пока она пыталась собраться с силами, чтобы что-то сказать, я азартно потерла ладони.

– Тогда справимся за несколько дней.

– Я отправлюсь с вами, – сдавленно прошептала Флоренс. – Позвольте искупить…

– Это необязательно, – скупо произнес волк. – Достаточно будет информации.

Что произошло?

О том, как сначала от нее пытались скрыть письмо командора, а потом хотели подкупить предложением удачного брака и достойной жизни в стае, волк слушал с отстраненным видом.

Флоренс от щедрого предложения оборотней отказалась и потребовала не препятствовать выполнению ее работы, но Эдит от нее спрятали, а когда Флоренс попыталась пробиться к девочке силой, все ее атаки гасили какими-то заговоренными костями.

– Дары шамана, – пояснил волк. – Первые аналоги поглотителей магии. На их основе создавались блокаторы.

– И что? Их не победить, что ли? – спросила я.

– Почему же? У любого дара есть свой довольно скромный резерв. Если его израсходовать, они становятся простыми костями. Это тебе не… – «не драконья чешуя», хотел сказать волк, но осекся вовремя и снова повернулся к Флоренс. – Что-нибудь еще?

– Старейшина приказал защитникам стаи выгнать меня из поселения. Записку сбросили со смотровой стены. – Сжав дрожащие руки в кулак, она выдохнула: – Я виновата, готова понести наказание.

Но волк лишь отмахнулся.

– Ты здесь ни при чем. Рано или поздно что-то подобное должно было произойти.

Стая забыла, что их неприкосновенность перед людскими законами имеет и обратную сторону.

– То есть судить их за похищение детеныша не будут? – возмутилась я. – Это как так?

– Не будут, – подтвердил Хельму, – но и защищать права стаи в случае нападения на них тоже никто не станет.

Я представила, как мы вызволим Эдит, оставив за собой горящие руины поселения, а нам за это ничего не будет, и повеселела. Они еще пожалеют, что забрали себе чужого детеныша…

Еще какое-то время пришлось потратить на то, чтобы убедить волка, что помощь одной диковатой тарсы и заикающейся скромняшки в борьбе со стаей обнаглевших оборотней ему очень пригодится.

– Имей в виду, босс: я все равно пойду за Эдит. А так как дороги не знаю, возьму этот цветочек с собой. – Слабое «эй» со стороны Флоренс я проигнорировала, требовательно глядя на волка. – И представь, что мы можем натворить по дороге в поселение. А что мы можем натворить там… У-у-у! Ну согласись же, лучше будет, если мы под твоим присмотром отправимся.

Хельму понимал, что запереть меня не сможет, даже если попытается, и все мои угрозы действительно способны воплотиться в жизнь. И неохотно сдался.

– Выезжаем через два дня. Флоренс, отправляйся домой и отдохни. Свободна, – сказал волк, и скромняшка, круто развернувшись на каблуках, пошла на выход.

– Анха… мы с тобой об этом еще поговорим.

– О чем? – полюбопытствовала я, следя за тем, как Флоренс притормозила в дверях, чтобы услышать ответ.

– О шантаже в присутствии подчиненных.

– Как скажешь, – бесстрашно согласилась я. Но на всякий случай уточнила, понизив голос так, чтобы ни одни любопытные уши меня не услышали. – А значит ли это, что наедине я могу тебя шантажировать?

– Анха…

Что бы ни ждало нас впереди, одно я знала точно: Эдит мы вернем.

Но сомневалась немножко, что нервы Хельму уцелеют.

Конец первой части