Глава 7

Утро началось с очередного открытия. Неприятного. Я с шести утра сидела в интернете через телефон и просматривала на сайтах вакансии, попутно приготовила для всех завтрак и выпила кофе. Часов в девять, наведя марафет, ушла Алинка, якобы на учёбу, но судя по ее внешнему виду, я очень в этом сомневалась. Около двенадцати я вышла из комнаты, услышав шум в коридоре, и обнаружила, что мама что-то нервно ищет, перетряхивая свою сумку.

— Что случилось?

— На проезд не могу деньги найти, то ли положила куда, то ли Алинка опять вытащила, — мама была явно расстроена и торопилась. Смена начинается в двенадцать, а время уже половина двенадцатого, а еще на дорогу сколько уйдет, и ожидание автобуса.

— Она у тебя что, деньги без разрешения таскает? — ответа можно было не ждать, по изменившемуся лицу было все понятно без слов, подобная ситуация явно не впервые. Я потянулась к своей куртке и выудив из кармана паспорт, вытащила оставшиеся после покупки билета деньги и протянула маме.

— Ой, Оля не надо, я пешком добегу.

— Возьми. Не успеешь пешком, далеко ведь.

— Я верну, дочь, — смущение и стыд отразились в ее глазах, царапая мою душу.

— Ерунду не говори, — поцеловав маму в щеку и проводив за дверь, прошла на кухню, плеснула в чашку кофе и села за стол, нервно стуча пальцами.

Желание раскрасить лицо своей обожаемой сестренке стало стойким и окончательно непреодолимым. Надо узнать, где она обитает вне дома. Парадокс, но нового номера сестры у меня не было. Порывшись в телефоне, нашла номер Галины, два года назад она была лучшей подругой Алинки, надеюсь, номер она не поменяла. Галя подняла трубку почти сразу.

— Привет! Это Ольга Алексеева, сестра Алинки. Слушай, не знаешь, где я сестру могу найти? — но Галя не знала, как оказалось, они давно не общаются и сестричка теперь зависает с девочками другого социального слоя и достатка, а Галю стала считать нищебродкой. Охуеть, расклад. Но некоторую необходимую информацию выведать мне все же удалось, по вторникам и пятницам она со своими понтовыми курицами зависала в ресторане «Fresco» — это было одно из числа самых пафосных заведений города. Откуда же у тебя бабла столько красавица? Там чашка самого дешевого кофе стоит дороже, чем кроссовки у среднестатистического работяги.

Ладно, устрою я тебе пафосный выход в свет, сестренка.

Собралась я за минут двадцать, вытащив старые люксовые ботинки, кожанку, черные брюки и черную водолазку из шкафа, осмотрела их, вроде Алинка не таскала, пойдет. Волосы в низкий хвост, надеть цацки в уши и на пальцы, чтобы точно пустили. Парочку колец сунула в карман, надо зайти в ломбард, денег даже на такси не осталось. Сумку тоже отрыла в одной из неразобранных коробок, плюс водительские права на всякий случай и паспорт с собой. Права еще действительны, а вот страховки на машину нет, ладно, может она вообще уже «недвижимое» имущество и путь ей только на металл. Сейчас к Валерке забегу, узнаю.

Но Валерка не подвел.

— Привет! — он пожал мне по-мужски руку, перекидывая сигарету с одного края рта в другой.

— Привет! Ну как шанс есть? — кивнула в сторону тачки.

— Так все готово, садись и езжай. Жива еще твоя лошадка, вчера все сделал, сегодня даже по району прокатился, заправил.

— Отлично. Ты не представляешь, как я тебе благодарна. Сколько я тебе должна?

— Оль, за работу ничего не должна, это так от души, а по запчастям я не считал еще, забеги вечером, если несложно.

— Хорошо Валер. Забирать уже можно?

— Конечно.

Попрощавшись с Валеркой, залезла в тачку, как же давно я не садилась за руль и еще дольше не водила механику, но ручки-ножки еще помнили. С места тронулась лишь со второй попытки, но дальше все пошло как по маслу, сделав круг вокруг гаражей, остановилась и достав телефон, загуглила ближайшие ломбарды. Через полчаса в кармане уже лежала небольшая сумма, с Валеркой, конечно, навряд ли полностью рассчитаться хватит, но какую-то часть я оплатить смогу.

Уточнив через карту в телефоне маршрут до реста в центре, я завела машину и выдвинулась в путь. Злость на Алинку не уменьшилась, а когда я увидела ее сидящей в ресте у окна, и смеющейся в компании таких же идиоток, то и вовсе внутри все забурлило. Припарковав машину, которая, к слову, очень артхаусно смотрелась на парковке среди люксовых брендированных танков, двинулась к входу. Я была в этом месте пару раз с Владом и примерно понимаю, что за публика тут собирается и для чего сюда повадилась Алинка.

— Добрый день! У вас забронировано? — встретила меня надрессированная девушка у входа с натянутой улыбкой на лице.

— Меня ожидают, вон те девушки, — она снова улыбнулась, окинув меня взглядом, явно оценивая стоимость моих шмоток и угадывая год коллекций, у работающих тут девиц глаз-алмаз они не то что привыкли к блеску Картье, но и давно научились определять подделки. Только было одно «но», меня мнение подобных людей давно не трогало, поэтому вместо смущения, на которое так рассчитывала девушка, на моих губах заиграла презрительная улыбка. — Я могу вас проводить?

— Нет спасибо, я сама.

«Да, разверзнутся небеса и грянет гром, приготовьтесь смерды, грядет буря!»

С этими мыслями я направилась к столику, за которым сидела моя сестра и вся гёрл-пати проститутского разлива…. Приближаясь, до меня доносились обрывки фраз, я даже замедлила шаг, чтобы услышать больше, хотя нового в их трепе не было ничего. Но больше всего меня взбесили фразы отдельных барышень, ибо я знала их и их родителей.

— Ебать-копать, прям особы голубых кровей тут собрались, у каждой ярды на счету что ли, или я чего-то не знаю? Что за слет тупоголовых инстакуриц?

— Оля? — Саша Голубева, что жила через два дома от нас, удивленно вскинула брови. — Давно тебя не видела. Где была?

— Срок мотала на зоне, — внаглую сцарапав стул у соседнего столика, подсела к ним. — Или Алинка не сказала вам? Простите ее за это, застеснялась, наверное, — сестра нервно сглотнула.

— О, Улечка, не видела тебя давно. Я же не обозналась, правда? Это же у тебя мать в две смены въёбывает фельдшером на скорой, чтобы ее дочери было что поесть завтра и что обуть, или я снова чего-то не понимаю? — Уля потупила глаза с ненавистью смотря на Алинку, а я переключилась на следующую.

— Что, Анечка, рыбка вдруг «фу» стала, омаров и деликатесов захотелось? Так заработай, милая, ручками своими, на которых маникюр за пятак сделан, который папочка твой оплатил, а перед этим на рынке в мороз стоял, рыбку продавал, которая тебе вдруг «фу» стала. Все для любимой дочери.

— Оля, — шикнула Линка, пытаясь меня остановить, но раньше думать надо было своей одной извилиной.

— Вы если в игры эти играть вздумали, то вы, хотя бы играйте с выгодой, а не вхолостую. Когда ты вбухиваешь в себя родительское бабло, то оно должно окупаться. — Взглядом впиваюсь в Улю. — Если позиционируете себя товаром, то он должен продаваться, а не на полках киснуть, найдите покупателя. Вон, хотя бы такого, как те мужики за соседним столиком, — веду головой в сторону колоритной мужской компании, где все как на подбор, по ним хоть гид ведущих домов мод устраивай, — у одного из них часы на руке, как четыре твоих Марча стоят. Вот он будет готов платить за тебя и твои хотелки, в случае удовлетворения его инстинктов.

— Что ты имеешь в виду? Мы не… — Улин бунт мне был побоку.

— Упрощаю для особ с клиповым мышлением: если не умеешь зарабатывать головой, заработай пиздой. Лайфхак милая, ему уже не одна сотня лет, особы не одаренные серой жидкостью в черепной коробке, к коим ты относишься, им часто пользуются, возьми на заметку, — улыбнулась Ульяне и тут же, обращая потемневший от злости взгляд к своей сестре. — А ты, еще раз из матери деньги вытрясешь, я из тебя твою паршивую душонку вытрясу, а тушку в лесу под березками прикопаю. А заодно и твоих подружек, чтобы тебе скучно не было. Благо, у нас в России берез много, на вас точно хватит, и на несколько поколений таких же дур вперед. Чтобы через два часа свою жопу домой притащила, у тебя генеральная уборка по плану в квартире, с мытьем сортира.

— Да пошла ты, — неосмотрительно решила взбунтоваться Линка, когда я уже поднялась со своего места, собираясь покинуть это заведение, этим вынуждая меня обернуться и я, оперевшись руками о край стола, попытаться в последний раз донести до ее тупой башки, что я не мать и ее взбрыки терпеть не буду.

— Ну, давай, вякни еще раз, только сохраниться не забудь, а то твое рабочее табло обретет сейчас нетоварный вид. У тебя два часа. Не придешь — считай, взяла больничный по причине сломанных ног, — еще одной попытки мне возразить не последовало, поэтому я спокойно направилась к выходу провожаемая взглядами остальных посетителей. Наслаждайтесь, господа, навряд ли вы где-то еще увидите такое представление.