Глава 31

— Граф Элмонд, я правильно понял ваши слова? — возглавляющий Совет старец, которого, по мнению Фархана, уже давно было пора снять с должности, презрительно сощурил глаза, превратив их в одну узкую полоску. Никто и не обещал, что осуществить идею будет так легко. — Вы хотите доверить жизни нашей Империи какой-то мнимой Богине?

— Уверяю вас, даже если она не Богиня, то как минимум маг невероятной силы. Если представим её людям, как Богиню, это может сплотить народы, которые последуют за защитой, — Фархан старался говорить как всегда жестко и уверенно. Сегодня это было особенно трудно, учитывая недовольство половины Совета.

— Не слишком ли много чести мы окажем какой-то девушке, назвав её Богиней? — граф Вилморт язвительно усмехнулся. Еще бы. Его кровное родство с умершим герцогом делало из него первого на очередь к замку и трону, уж ему конкуренты не к чему. Любое посягательство на его права он прекращал довольно кровавым путем, однако, на гордости глупцов легко сыграть.

— Религия во все времена объединяла народы. А если вы, граф Вилморт, покажете народу сошедшую Богиню, ваше влияние в массах лишь увеличится.

В зале Совета воцарилась тишина. Эти люди и понятия не имеют, с кем связываются. Фархан вонзил в палец острый ноготь, чтобы хоть как-то сохранить свою невозмутимость и долю злобы. Теперь он очередная пешка этой Богини, несмотря на то, что девушка отнеслась к мужчине радушно. Она улыбалась, но в её глазах не было ничего. Блеклая пустота. И несмотря на то, что роль пешки Фархана злила и раздражала, в награду за службу ему была обещала слишком ценная награда, которую он в тайне желал все это время. Богиня обещала подарить ему женщину, что будет способна выносить его наследника. Откуда ей было знать о том, что граф уже потерял надежду продолжить свой род? Одним Небесам. От этого Фархан начинал бояться Богиню с каждым днем лишь больше. Она видела все: что было и что будет. Своими силами она могла повлиять на судьбу, и это было страшнее смерти.

— Хорошие слова, граф Элмонд. Вы, полагаю, встали на сторону Богини? — граф Вилморт встал со стула, привлекая к себе внимание всех собравшихся.

— Да, я видел, на что она способна. Могу с уверенностью заявить о том, что люди увидят в ней Святую.

— Уважаемый Совет! — Вилморт самодовольно провел рукой по усам. Этот его жест злил Фархана особенно сильно. — Думаю, нам стоит прислушаться к нашему другу. Харран довольно точно изъявили свои намерения касательно нас, и еще один враг нам ни к чему. Если мы можем заручиться поддержкой сильного союзника, то будет глупо с нашей стороны упустить данную возможность, — мужчина еще раз посмотрел в сторону Фархана, — Граф Элмонд и будет ответственным за это. Я не хочу рисковать своим положением, представляя народу мнимую Богиню. Прошу понять.

Все согласно кивнули, и на этом собрание было закончено. Взяв со стола свиток, Фархан быстрым шагом направился прочь из комнаты. По его виску, несмотря на прохладу, стекала капля пота. Все прошло именно так, как Богиня и сказала…

Еще раз поцеловав Эофию и проверив, достаточно ли ей тепло, я наложила на кроху очередной ряд защитных чар, чтобы она всегда была в безопасности. Безусловно, я могла чувствовать её состояние даже на расстоянии в несколько тысяч километров, однако, я и подумать не могла, что разлука вызовет в моем сердце столь сильный отклик. Передав Эофию в руки её дедушки, я еще раз подоткнула её платок, из которого она то и дело высовывала ручки.

— Не волнуйся ты, рыбка, — Алайр в очередной раз за день погладил меня по голове, успокаивая не то меня саму, не то себя. — Я позабочусь о ней. Надеюсь, не разбалую, — он гулко рассмеялся, прижимая сопящую кроху к себе.

Рядом, ломая пальцы, не находил себе места Альфинур. Он то подходил к дочке, то ко мне, пока Алайр одним взглядом не усадил его на место. Ему было тяжело, и мои слова о том, что это ненадолго, на него мало действовали.

— В столице опасно, — повторила я причину столь внезапного решения, — я не могу так сильно рисковать. Пока все не уляжется, ей будет гораздо безопаснее в горах с фениксами.

— И когда же все уляжется? — Альфинур поднял свое грустное бледное лицо.

Нескоро. Я хотела сказать правду, но лишь замерла с приоткрытым ртом. Я видела, сколько выпадет на нашу участь, но объяснить не могла. Будущее не может быть известно многим. Это очередная тяжелая ноша.

Я не ответила ничего, лишь вновь поцеловала Эофию, сжимая руку Алайра. Тот улыбнулся в ответ, целуя меня в лоб.

Мы отправлялись в столицу по морю на небольшом корабле, который я создала из воды. Всего десять человек: я, мои мужья, Фирюэль с Лийамом и Геграсом и еще один помощник-тролль. В присланном письме Фархан сказал, что в народе уже объявлено о сошествии Богини, что, как и предполагалось, было воспринять скептически. Тогда он, как я и просила, огласил весть о том, что с водного корабля Святая снизойдет до земли с первыми отблесками заката. Подобные красивые сказания отчего-то всегда действовали на людей гораздо эффективнее, нежели обычные изречения. Успех, по словам Фархана, это возымело: сегодня столица наполнилась людьми, решившими посмотреть на сошествие. Совет, как и обещал, также помог в привлечении народа, устроив в городе фестиваль на оставшиеся в казне деньги. Поэтому теперь дело было за мной.

Помахав рукой фениксам, стоящим на берегу, я успокаивала бешеное сердце, смотрящее лишь на маленький сверток. Тяжело, слишком тяжело. Корабль поплыл по воде, разрезая волны и устремляясь вперед так быстро, что ни один другой корабль, построенный из древа, не смог бы сравниться с ним по скорости. Море становилось для меня не просто дарованной стихией, не просто домом, что пробуждает бурлящую кровь, оно будто было продолжением меня, неотъемлемой частью. Я не выживу без него, а оно без меня. Настолько крепкой была эта связь, не подвластная описанию.

Два дня назад я случайно порезала палец. Два дня назад я поняла, что в моем теле больше нет крови. Вместо неё текла вода. Во что я превращаюсь? Можно ли сейчас назвать меня демоном, русалкой? Мне не нужна еда, мне не нужен сон, кожа бледнеет, и кто знает, что происходит внутри моего тела, раз вместо крови обычная вода. Мои эмоции остались со мной лишь благодаря людям, что находятся вокруг и дарят свою любовь. А если бы их не было, могла бы тогда я что-нибудь чувствовать? Тот рыцарь из легенды…Которому Богиня даровала такую же силу…Он ведь остаток своей жизни провел в храме, так почему?

— Эолин, — я повернулась к Валефору, что сидел все это время рядом со мной на одной из бочек, — могу я задать тебе вопрос?

Я быстро утвердительно кивнула, переступая через металлические змеиные кольца, которыми Баал раз за разом окружал меня. Наг, как и вампир, выглядел серьезным. Сформировав из хвоста подобие сидения и усадив меня на него, Баал взглянул на Валефора. Их двоих, как и Альфинура, не было рядом со мной долгое время, и я знала, что мои первые мужья быстро во всем догадаются. Впрочем, Алайр опередил их. Главе фениксов было достаточно лишь взглянуть на меня, чтобы понять.

— Этот артефакт, — Баал посмотрел куда-то в горизонт, — он ведь в тебе?

— Да, — ответила совершенно спокойно. Они и сами все поняли.

— Ты умирала, — произнес Валефор холодным отстраненным голосом, от которого у простого человека мурашки бы по коже пошли.

— Да.

Вампир и наг замолчали. Тогда в горах они чувствовали мою смерть, и то, что они испытали в тот день, было поистине жутким.

— Рядом с тобой постоянно чувствуешь себя жалким, — усмехнулся наг, и Валефор горько улыбнулся тому в ответ. Я же удивленно подняла брови. — Ты выглядишь хрупкой. И с тобой постоянно что-то происходит. Но при всем при этом тебе нельзя помочь. Я рад, что Джувиал украл Сферу…

— Эолин, — Валефор устало выдохнул, — мы просто хотим быть рядом. Хотим сделать хоть что-то, чтобы ты была счастлива, но ты вновь и вновь взваливаешь все на себя.

— Да, тебе досталась великая сила, — продолжал Баал, — но не забывай при этом, что помимо спасения народа, ты все та же Госпожа. Ты не видишь, но ты меняешься. Поэтому…

— Живи не только для других. Но и для себя, — закончил Валефор, мягко улыбаясь.

В этот момент обычный бриз показался свежим и бодрящим, волны моря громкими и красивыми, а облака безупречно белыми. Вот оно что…Как просто. Так легко, что даже в голове не укладывалось, как я могла упустить что-то настолько очевидное.

— Спасибо, — смущенно ответила я, опуская голову.

— Это для остальных ты Богиня, — голос Джувиала позади напугал нас всех. Вечно он появляется как черт из табакерки. — А для нас обычный любимый человек. Уж не зазнавайся с новым титулом.

Я искренне улыбнулась, поворачиваясь к демону.

— Меня еще и Богиней-то не признали…

— Ты такая бледная, что чуть ли не прозрачная. Я боюсь, что тебя с привидением перепутают, — произнес Ориас, выходя из-за большой мачты.

— Иногда привидения авторитетнее Богинь, — сказал Альфинур, кивая в сторону оказавшегося рядом со мной оборотня. — Барбатос вам подтвердит.

Так значит, все вы были здесь…Я рассмеялась. Не знаю, кого благодарить за то, что все эти люди сейчас рядом со мной, но это действительно ниспосланное мне счастье. Они не оставят, они будут рядом, они дадут начало шести Великим Валькириям, что уберегут после меня этот мир. И они будут любить меня. Всегда. Как и я их.

Впервые за многие десятилетия на берегу толпились тысячи людей. Больше, чем ожидалось. Однако, большинство из них считали это не более чем весельем, придя в порт уже в нетрезвом состоянии. В километре отсюда на многочисленных камнях, выглядывающих из воды, ютились русалки. Вот уж поистине редкое зрелище. Слухи о Богине разлетелись на удивление быстро. Но все эти люди, все те, кто пришел сегодня посмотреть на сошествие, были готовы уйти ни с чем. Из их разговоров Фархан слышал лишь планы о том, в какой трактир пойти бы дальше, где найти девушку для веселой ночи, да где бы раздобыть денег. Это отношение бесило и раздражало. Да, из всех них только он, граф Элмонд, знает о том, кто сейчас вот-вот прибудет в столицу. Это отрепье даже представить не состоянии, что Богиня одним движением руки может убить их всех.

На улице было холодно. То и дело слышались звоны бутылок тех, кто пытался согреться. Единственными, кто еще был серьезным, были монахи из храма. Одетые в белоснежные рясы, они внимательно вглядывались в горизонт. Что ж, и на том спасибо. Фархан боялся, что местные монахи негативно воспримут вести о Богине. Большинство ведь искренне считало, что все это подстановка, не более.

По плану корабль Богини должен был подойти к порту, где она бы и вышла к людям. Однако, когда на горизонте замаячил водный корабль, Фархан понял, что все пойдет не по плану. Послышались свисты и смех людей. Веселье, конечно же. Граф обернулся к монахам, но те продолжали держать на лице строгие маски.

Корабль остановился километрах в десяти от берега, на что люди отреагировали крайне недовольно.

— Ну а плыть-то будем, али нет!

— Ну и че он встал там…

— Может, они оттуда фейерверки пустят?

Фархан крепко стиснул зубы, замечая рядом с собой довольное выражение лица графа Вилморта. Тот искренне считал, что план с треском провалится и явно наслаждался этим, явно не осознавая, что пользы тогда никому не будет. Тем не менее, ему, видимо, было достаточно того, что Фархан потеряет свое влияние в народе.

— Видимо, и у Богинь бывают неполадки, да, граф? — с весельем произнес Вилморт, смотря на недовольную толпу.

— Зато у вас, гляжу, все хорошо…

— Отчего же? Как вы напряжены!

Русалки на камнях забили хвостами по воде, не отрывая взглядов от корабля. Точнее не от него, а от точки, которая шла от него в сторону причала. Шла?

Недовольство толпы сменилось недоумением. Монахи внезапно оживились и начали пробираться ближе к берегу. Фархан почувствовал, как его злоба улетучивается. Видимо, Богиня решила поставить на эффектное появление все. Правильное решение. Встречают все равно по одежке.

Маленькая точка медленно приобретала человеческие изгибы. Она шла по воде, а позади неё формировалась огромная волна, следующая за ней подобно дикому зверю за хозяйкой. Чем ближе она подходила к берегу, тем тише становился народ, тем больше становилась волна, нависая над Богиней, тем вытянутее становилось лицо графа Вилморта. На этот раз Фархан довольно улыбался. Сейчас начиналось самое интересное.

— Она по воде идет?

— Меня волна напрягает. Если она берег рванет, то смоет нас тут всех к чертям…

— Ой-ой, смотрите, и правда девушка!

Её длинное платье сливалось с водой, а голубые волосы струились до самых пят. И правда неземное создание. Русалки внезапно разом склонили головы. Признали? Так быстро? Впрочем, что от них ожидать. Они — дети моря, они сразу чуют, кому подвластна их стихия, но чтобы склонить головы…Неужели они признали её самой Богиней??

Огромная волна пятнадцати километров в высоту нависла над берегом. Народ мигом притих, явно не зная, куда смотреть. Девушка улыбнулась, и волна обрушилась в море. Русалки тут же бросились прочь с камней, а люди громко закричали, почему-то приседая к земле, будто это могло их спасти. Началась суматоха. Но ровно до тех пор, пока огромная волна не столкнулась с невидимой преградой, отделяющей берег от морской глади. Волну отбросило назад, и она упала в море, волнуя его подобно настоящему шторму.

Фархан облегченно выдохнул. Конечно же, она бы не стала топить всех их. Нельзя начинать свое правление со страха. Однако, она показала, на что способна. Это и пугало. Когда море успокоилось, её уже не было. Все взволнованно переговаривались, русалки вновь показали свои лица из воды. Корабль стоял на горизонте, как ни в чем не бывало. Оранжевое небо пускало свои блики на воду.

— Вон она! Вон!

Истеричный голос мальчишки, что тыкал пальцем на отвесную скалу, тут же привлек внимание испуганных жителей. Да, она действительно сидела там. Богиня…Все были так заворожены ей, что никто, кроме русалок, и не заметил — море стало чистым…