Глава 17
Чуть не забыл одно из главных поучений мастера: «Как бы не было все вокруг хорошо, обязательно найдётся тот, кто все испортит».
Двух часов не прошло, как оставил я караван и вот уже «хорошее» закончилось, началось…
Высыпали на дорогу прямо под ноги Злюки с десяток мужичков. Такие все из себя страшные: обросшие, грязные, злые как демоны, с железками острыми да луками корявыми. Пока я их разглядывал, а на меня сзади ещё десяток подтянулся. Самый здоровый из них оскалился, улыбнулся так наверное, и начал требования предъявлять:
– Гляньте-ка, мужики, какую редкую птицу к нам в гости занесло! Господин-то высокородный! Ну, так и мы этикету обучены, и будем его соблюдать… – стоящие вокруг мужики заржали как кони ушибленные, а здоровяк рявкнул: – Слазь с коня, Ваша высокородность! Приехал ты. Сейчас мы тебя грабить будем. Собачку твою придётся, конечно, пристрелить. Ты на неё не надейся, мои ребята её быстро пристрелят, не один ты зверюг с собой таскаешь, много вас тут таких, а вот коняшку мы твою не обидим, не бойся!
Все дальнейшее произошло очень быстро. Настроение они нам испортили, а это плохо, для них плохо.
Я соскользнул из седла, в моих руках уже был меч, глава разбойников упал с ножом в горле, оскалился принимая свою вторую форму Малыш, оскалился Злюка. Послышались крики:
– Вервлок!!!
– Камхатец!!
Ещё мгновение назад такие грозные мужики попытались рвануть обратно в лес, но удача не улыбнулась никому. А как хорошо начинался день. Нет, пришли. Всё испортили, да ещё и вот намусорили, оружие везде валяется, да дрянное какое. Жуть. Вот не буду убираться сам, там караван сзади ползет, приберут поди. Вряд ли у этих бродяг есть что-либо ценное. И тут я оглядел место побоища магическим взглядом и вспомнил еще одно поучение мастера: «Не доверяй глазам своим».
Возле самого леса лежал упокоенный Малышом невзрачный щупленький мужичок, так именно возле него сверкала очень яркая магическая искорка и, уже готовый двинуться в путь, я повторно соскользнул из седла, решив, что пройти мимо точно не могу.
То, что так сверкало перед моим магическим взором, никогда бы не привлекло взгляд обычного человека. Тоненькое, темное, поцарапанное колечко на грязной руке не вызывало желания взять его в руки, но мое любопытство победило и я забрал его у мертвого хозяина, вряд ли он сам знал о его магической начинке.
Следующие часы прошли для меня незаметно. Колечко я очистил, но блестеть оно не стало, оставаясь тусклым и непривлекательным на вид, а вот с магической начинкой – как ни бился, но так и не разобрался. Никаких плетей я в нем не видел, магические потоки оно не впитывало, магию не отдавало, для чего оно и что с ним делать я так и не узнал.
– Что за напасть?
Одевать на палец его не хотелось, и я бросил его в карман. Ну, как бросил? Попытался бросить. Оцарапался до крови и удивился. Нечем там было царапаться. Я его несколько часов в руках держал. Гладкое оно было, как и положено колечку.
Осмотрел вновь. Гладкое! А вот царапина на ладони глубокая, кровоточит даже. Я уже даже и отвык от такого, последние пять лет у меня и кровь-то никогда не течет, сразу ранки закрываются и все, а тут на тебе… Новости?!
И вот держа в пораненной ладони злосчастное кольцо я пустил по руке живицу, собираясь заживить ранки, целитель я или как, и тут…
Ну, ранка-то зажила, а вот колечко засветилось и чем больше живицы его омывало, тем ярче разгорался огонек. Еще совсем немного и вот уже на моей ладони топчется, переминаясь с ноги на ногу, небольшой серебристый зверек. Его маленькое гибкое тело очень пропорционально сложено, длинный пушистый хвост скользит по руке, маленькая аккуратная мордочка тычется в ладонь. Вот цвет его шубки становится почти белым, затем чернеет. Он застывает, свернувшись калачиком чуть прикрыв хвостом нос. Задорно поблескивают изумрудные глазки и вот уж на моей ладони колечко. Да необычное, но всего лишь колечко. Не видел бы сам, ни за что бы не поверил, что еще пару мгновений назад это чудо было вполне себе живым, а сейчас вот тебе пожалуйста: черненькое, блестящие колечко, необычной формы изображающее маленького зверька, глазки на мордочке которого поблескивают двумя маленькими зелеными камешками. И опять ничего, никакой реакции ни на магию, ни даже на живицу, но на этот раз я все же одел его на правую руку и даже подивился тому, как плотно он сел на палец.
За всеми этими экспериментами я как-то упустил из внимания дорогу, но к моему удовольствию ничего непоправимого не произошло. Все тот же лес, тишина и ветер. Пора устраивать привал, уж очень есть хочется.
* * *
Десять дней я путешествую по дорогам королевства славящегося своими сильными магами и умелыми воинами. Всё больше и больше мне хочется явиться в столицу и потребовать оплаты за «чистку» их дорог. Чищу я качественно, беру не дорого! Ну в самом-то деле пять нападений за десять дней. И чем я только их привлекаю? По прошествии этих дней мне почему-то стало казаться, что на караваны и группы людей здесь нападают намного реже. Почему так? Магов боятся? Так маги вроде бы наоборот должны не бояться ездить в одиночку.
Ну вот наконец-то именно на этом бедном, но удивительно чистеньком постоялом дворе в небольшой деревеньке мне все и объяснили. Оказалось, что разбойники-то пошли не простые, а очень даже умные. Покупают у тех же магов слабенькие амулеты и свободно без затей при помощи амулетов могут защититься как от магического удара, так и от физического, пусть ненадолго, но все же. Еще оказалось, что маги не ездят по одному потому, что резерв у них не бесконечный и по-настоящему сильным магам по дорогам раскатывать некогда. Дела у них, в основном государственные, а по государственным делам они тоже по одному не разъезжают, так вот.
А как же я? А я ведь не один. Во-первых, Малыша моего магия не берет, ему все равно есть там у кого амулет или нету, а, во-вторых, сам-то я тоже не без сюрпризов. Чужую магию мои наручи поглощают на раз-два, а мечу моему и вовсе никакая защита противостоять не может. Вот и работаю я «чистильщиком», причем бесплатно. Надоело. И все же присоединяться к каравану не хочется. Пыльно. Шумно. Медленно.
* * *
Как же все было хорошо! Дорога. Лето. Разбойники. Бой. Трофеи. Красота! Нет. Не нравилось, возмущался. И что?
Еще час назад я был почти доволен жизнью и всем, что в ней происходит. Уже пару дней как я решил срезать путь и пройти через могучий Вечный лес. К концу второго дня лес сильно изменился. Пытаясь двигаться более короткой дорогой, великолепно себя чувствуя в нем, я не предвидел трудностей в пути, но они появились. Нет, разбойников не было. Хищники не беспокоили, но вот сам лес стал намного гуще, деревья мощнее, заросли молодняка оказались непролазными, кроны вековых деревьев смыкались над головой все сильнее, накатывало чувство тревоги и беспокойства.
Костер тихонько потрескивал, на небольшой полянке, окруженной со всех сторон могучими деревьями, дремали трое: человек, вервлок и камхатец. Тихонько шелестели листья деревьев, где-то совсем не далеко устроили перекличку ночные птицы.
Мне снился великолепный сон: одна за другой ко мне приходили девушки, что дарили мне свою ласку, а было их совсем и немало, ибо путь мой был до сих пор длинен и извилист, но все когда-нибудь кончается. Разбудил меня некстати заворочавшийся Малыш. Моя мохнатая подушка почему-то именно сегодня спала слишком беспокойно. Сразу заснуть у меня не получилось. Я, повинуясь охватившему меня вновь чувству беспокойства, поднялся и решил обойти вокруг нашу стоянку. Проверил магическую сигнальную нить. Она оказалась совершенно не тронутой. Проведенный вслед за этим магический поиск показал, что никого крупнее мелких грызунов вокруг нет, и все же беспокойство не думало меня отпускать. Зато на руке, неожиданно для меня, засветилось маленькое колечко, снятое мною совсем недавно с руки разбойника. Оно потеплело, стало казаться, что кто-то или что-то ласкаясь гладиться о мою ладонь. Еще через пару мгновений я понял, что неторопливым размеренным шагом удаляюсь от костра, а Злюка и малыш продолжают спокойно спать, никак не реагируя на мой уход. Не видя и не чувствуя вокруг никакой опасности, я позволил себе и дальше подчиняться тому, что меня вело все дальше в глубь леса. Ещё вполне можно было рассмотреть отблески нашего маленького костерка, когда остановился. Великолепно ориентируясь в темноте, я внимательно огляделся. Ну что? Лес, как лес. Вот только под ногами у меня не земля, а камень, причем не просто камень, а правильной круглой формы каменная плита.
Ах! Если бы только был жив мастер, я бы уже получил бы хорошую оплеуху, ибо как глупый неуч стоял и рассматривал разгорающуюся у себя под ногами незнакомую мне руну.
Слишком поздно в мою самоуверенную голову пришло желание убраться оттуда, как можно дальше! Но уже было поздно. Сначала я просто не мог сдвинуться, а потом стал падать. Куда? А не знаю куда, но падаю я быстро, в совершенно непроглядной тьме. Даже мое магическое зрение не могло мне помочь разглядеть то, что меня окружает. Судя по тому, что я периодически ударяюсь о боковые стенки, лечу я вниз по какому-то узкому колодцу. Удар спиной и последующее скольжение по каменному желобу оказалось для меня неожиданностью, но вселило в меня надежду на благополучное приземление. И вот наконец скорость моего падения замедлилась и закончился мой неожиданный путь в куче каких-то палок?.. Нет, не палок – костей. Несмотря на то, что я вроде бы оказался очень глубоко под землей, зрение мое наконец-то «решило» начать служить мне вновь. Сумрак пещеры не помешал мне разглядеть множество невероятных вещей, например таких как: огромный зал, высокие каменные колонны поддерживающие свод, гладкий каменный пол, высокую статую, у ног которой я и барахтался в куче мусора.
Начнем с конца. В куче мусора преобладали кости совершенно различный животных, причем некоторые из них были такого размера, что позволяли мне сделать вывод о том как долго они накапливались именно в этом месте, ибо, как я знаю, сейчас на поверхности земли не было таких огромных животных. Сама пресловутая куча находилась у подножья просто огромной статуи изображающей женщину. Ее изящные босые ступни поражали искусством выполнения, но при этом удивляли размером. Они были точно больше меня, причем каждая.
Она стояла опираясь на небольшую, по сравнению с ней самой тумбу держа в руках чашу и кувшин. Поблескивала орнаментом вырезанных рун чаша. Она была наполнена чем-то похожим на монеты и темными, абсолютно круглыми не то камнями, не то жемчужинами. Кувшин же в ее руках был гладким. Его наклон и довольно широкое горлышко помогло мне предположить, что именно из него я, и не только я, и вывалился.
Саму статую хорошо разглядеть не получалось. Видно было лишь, что стройная фигурка застывшей прелестницы одета в легкое, чуть тронутое ветерком платье, причем искусство создателя этой красоты было таково, что разум начинал сомневаться в том, что передо мной скульптура. Хотелось подойти и убедиться в том, что это камень, что она не живая, дотронутся до пальцев стопы, провести рукой по ткани платья, увидеть наконец ее лицо, понять куда она смотрит, что чувствует.
Зрение без помощи магии не справлялось, а магия проявляться не спешила, казалось даже, что где-то во время стремительного спуска я ее потерял. Приложив немало труда, я наконец-то выбрался из той кучи, в которую попал и внимательно огляделся ещё раз. Освещения не было. Но в зале тем не менее было не темно, я бы назвал это поздними сумерками. Огромный по своему размеру зал был пуст. Кроме статуи, скорее всего богини, ничего в нём не было. Стены лишь угадывались, входа и выхода видно не было, а поскольку вернуться тем же путем, по какому я прибыл, возможности не представлялось, придется мне оглядывать все здесь более внимательно и на ощупь.
Кувшинчик у красавицы оказался с сюрпризом. Залезаешь в него и оказываешься, как и положено, в огромном кувшине, и ничего примечательного, гладкие стенки и… дно! Все. И ни туда, ни обратно оно не двигается, не сдвигается и не откидывается, стоит намертво, но другим путем я попасть сюда не мог. Точно не мог! Придется искать иной выход.
* * *
Зал великолепен! Стены ровные, гладкие, отшлифованные неизвестными мастерами демонстрировали естественную красоту камня, вот только двери в этом зале оказались одни и открылись они для меня совершенно бесшумно и, что больше всего меня потрясло – сами.
Вот тогда я окончательно осознал, что нахожусь глубоко под землей и до сих пор не могу понять, где именно. Малыш и Злюка, не сумевшие проснуться при моем исчезновении, наверняка не без помощи некого маленького колечка мерцающего голубоватыми всполохами у меня на руке, остались на верху и что с ними будет теперь я не знаю. Я остался один, совсем один. Оружие, припасы, снадобья, и даже магия стали для меня недоступны, оставшись где-то там, наверху.
Ощущение пустоты пугало меня невероятно сильно. Казалось, что проклятое колечко просто выпило меня досуха, и теперь, весело подмигивая, просто издевается надо мной. Как не пытался, снять его со своей руки я так и не смог и все отчетливее понимал, что именно оно виновато в том, что я оказался именно здесь. Правда если перестать лукавить с самим собой, то не только оно, виновата ещё и моя глупость и самоуверенность. Учитель не раз повторял мне: «Слушай меня, Неуч! Никогда не цепляй на себя неизвестные тебе артефакты, да и просто вещи в коих ты хоть на миг заподозрил наличие магии!» А что сделал я?
Если бы мастер сейчас был где-нибудь поблизости, то от сильнейшей трёпки меня ничего бы не спасло и поделом мне, пора взрослеть.
Залы и галереи сменяли друг друга. Тусклое освещение исходило прямо от стен и, чем дальше я продвигался, тем четче понимал, что все то, что меня окружает, создали не люди. Отличия были почти неуловимыми, но они были. Формы помещений, колон, украшение стен, лестниц и балюстрад – всё отличалось изяществом линий и изображением совершенно незнакомых мне растений и животных. Последние сомнения исчезли именно в той галерее, где я сейчас нахожусь, ибо она наполнена статуями, выполненными примерно в мой рост. Все они разные: высокие и низкие, мужчины и женщины, воины и вельможи, объединяло их лишь одно – у всех скрыты лица. Их просто не было. Насколько четко и правдоподобно проработаны руки, ноги, тело, настолько же размытыми казались лица. Создается впечатление густой вуали накинутой каждому из них на голову. Руки просто тянутся откинуть ее в сторону, но… Такие живые с виду, они каменно холодны. Больше всего поражают их руки: изящные запястья, длинные пальцы заканчивающиеся маленькими острыми ноготками у женщин и настоящими когтями у мужчин. Они не те люди, которых я привык видеть.
В конце этой, пугающей меня до дрожи, галереи я нашел то, что меня наконец-то порадовало впервые за несколько часов шатания по подземному храму. И это были не статуи, казавшиеся живыми застывшими в результате заклинания существами, а обычные стойки с различным оружием. Да, в сапогах у меня было пара ножей и так много чего еще по мелочи, но со мной не было ни посоха, ни меча, ни стилета и я чувствовал себя очень глупо. От одного нападающего я смогу защитить себя и так, ну пусть даже и не от одного, но если придется встретить кучу тварей, то неплохо бы иметь что-либо посущественней маленького ножичка. Правда до сих пор я ни разу не встретил даже следов кого-нибудь живого, но считаю, что это ни о чем не говорит.
Зачем меня сюда привела судьба? Наверняка не просто так. И ведь Что-то продолжает вести. Все двери, кроме одних, во всех залах оказываются закрыты и самому выбирать путь мне не дают.
Оружие. Глаза скользят, ни за что не зацепляясь. Не мое. Все вроде бы такое, как нужно и все же отличие от привычного мне просматривается. Нет посоха. Есть копье и опять же, наконечник не привычной конусной формы, а листовой и древко… Короткое. На замену вместо привычного посоха не пойдет. Мечи: опять же, изумительный металл, отличная заточка, рукоять и лезвие просто произведение искусства. И опять есть, но! Сделано не под руку человека. Не ладно лежат в ладони, да и слишком тяжелы. Что же выбрать? Оружие должно быть продолжением руки, должно ощущаться как часть целого, должно помогать в бою, а не мешать.
Неудобное оружие – это отсроченная на пару мгновений смерть.
Спокойствие начинает покидать меня. Раздражение берет верх. Неужели при всем этом разнообразии я так и не смогу подобрать ничего под свою руку? Вся моя, еще час назад дремавшая интуиция, буквально кричит о том, что дальше двигаться без оружия нельзя, но что же делать?
И вот передо мной открываются очередные двери, стоит сделать шаг и возврата назад уже не будет, а коридор впереди уже не похож на дворцовый. Он узок, стены отшлифованы грубо, без прикрас и украшений. Последний взгляд назад. Да, пути кроме как вперед нет. Двери открыты только те, что передо мной, но вот именно последний взгляд цепляется за что-то очень знакомое. Шаг назад и я стою возле каменного воина, облаченного в почти привычные для меня латы. Что-то подобное я видел в сокровищнице моего рода, на острове. Рядом на каменном постаменте меч. Короткий. Беру в руки и испытываю непередаваемое ощущение благости и покоя. Мой. Рукоять легла в ладонь как влитая. Пару ему составляет стилет, длинный, тонкий, как настоящее хищное жало. Теперь я готов.
Осталось только попить. В каждом зале, что я проходил возле каждой из дверей были глубокие чаши с маленькими фонтанчиками воды. Есть такая чаша и здесь, вот только набрать воды мне не во что. Сколько я уже брожу по этому храму, и сколько мне еще предстоит пройти? Дойду ли? И есть ли выход? Собираются ли меня отпустить?
Без еды человек может вытерпеть довольно долго, маг еще дольше, а вот без воды… Ну, чтобы там ни было впереди, вернуться я уже не могу, да и смысла в этом нет. Придется идти вперед.
Ждите меня. Я иду.