Глава 23

Отдохнул я на славу, искупался, почистил и обновил магией одежду, проверил и зарядил амулеты и артефакты, а вечером как всегда перед сном, поговорил со своей доченькой. Ну как поговорил? Я тихонечко рассказывал обо всём, что произошло за целый день, делился раздумьями и впечатлениями, поглаживал пальцами свою куколку и конечно с удовольствием прислушивался к сопению маленького носика, потому как только его и можно было пока разглядеть вполне себе отчетливо.

Утро принесло с собой новые раздумья, решения и впечатления. Перво-наперво я поинтересовался у хозяина, где находится Академия магии, и как можно попасть на её территорию, объясняя свой интерес желанием навестить учащегося в ней кузена. Узнал.

Академия как оказалось находится на окраине города, ибо высокородные столичные жители побаиваются соседства с недоучками, но эти же жители очень обеспокоенные безопасностью и комфортом учащихся в ней своих наследников сумели позаботится обо всём. Во-первых, попасть на территорию академии без специального разрешения совершенно невозможно. В небольшом домике, стоящем недалеко от ее ворот, налажен прием посетителей. Каждый имеющий желание: поступить в академию, навестить кого либо, подать жалобу, узнать ответ на жалобу, нанять мага для разовой работы, может обратиться к дежурному магу или его секретарю. Там же находятся и несколько стражей охраняющих академию снаружи. Без разрешения главы или одного из преподавателей ни попасть на территорию академии, ни выйти невозможно. Обслуга попадает на её территорию по именным магическим пропускам. Ученики первого и второго года обучения с территории академии имеют право выйти только в сопровождении одного из преподавателей.

Во-вторых, специально для удобства магов и их учеников кварталы торговцев и мастеровых почти вплотную примыкают к её территории. Есть там и трактиры, бордели, пара театров и даже рынок с прилегающими к нему конюшнями. Жизнь кипит вокруг стен этого учебного заведения, поскольку простой мастеровой люд пустых страхов испытывать не склонен, а за возможные обиды и разрушения Академия платит звонкой монетой.

Услышав всё это, я понял, что моё желание проникнуть на территорию Академии и попасть в её библиотеку, отодвигается на неопределенный срок. Быстро и просто у меня не получится, а значит в городе придется жить и жить долго. Постоянное проживание на постоялом дворе, даже на таком хорошем как этот, мне не подходит. Слишком много тайн мне нужно сохранить, слишком многое мне нужно уберечь. Следующее о чём я начал расспрашивать своего хозяина – это цены на дома и возможность их приобретения.

Оказалось, что в той части города, где расположены особняки богатых торговцев и магов, дома дорогие, но выбор есть почти всегда, тогда как в районе проживания высокородных, близ королевского дворца купить дом почти невозможно. Особняки там зачастую принадлежат не конкретной семье, а целому роду и содержатся они тоже всем родом, а потому и продаются они только в том случае, если род обеднел или если он впал в немилость у короля и по его высочайшему повелению должен покинуть столицу, а его недвижимость изымается в пользу короны. Сейчас в королевстве тишь и благодать, провинившихся нет и в продаже имеется только один дом, достойный, по словам Вацлава, моей милости. Вот только с домом, по слухам, не все в порядке, поскольку продают его уже лет двадцать как, и даже пару раз продавали, но вот жили там новые хозяева не доле десятины. Нынешние хозяева уже отчаялись его продать, и цена на него сильно упала, в квартале торговцев и то дома дороже. Раньше в трактирах и тавернах ставки делали, кто и когда его купит и кто как долго в нем проживет, но вот уже лет десять никто не верит в такую возможность. Пару раз звучало предположение, что дом просто снесут, но пока еще он стоит. Хороший дом-то, крепкий, настоящий особняк. Сейчас-то как, господа моду завели, заборы все из решеток кованных, магией защищены, а так все видать. Хвалятся они друг перед другом, вишь, садами, беседками, красотой особняков, а в этом доме всё ещё по старинке. Забор глухой, высокий, дом за высокими, неухоженными деревьями и не видно, но слухи идут о том, что убранство в доме богатое. Хозяева, что прежние, что нынешние так почему-то из него ничего и не вывезли, а вот в чем причина точно не знает никто. Говорят всякое.

Не знаю, намеренно или нет, но раззадорил он мое любопытство дальше некуда, а потому закончил я завтракать, и пошёл хозяина этого дома искать, очень уж глянуть захотелось.

Заморыш, которая заморышка, как оказалось уже давно ожидает меня на лавочке, во дворе постоялого двора, вот она-то и рассказала мне, что поиск хозяина любого дома нужного начинать с городской префектуры. Там все про всех знают, обо всем расскажут и что хочешь продадут. Ну что, посмотрим, попробуем, познакомимся.

Любые чиновники они такие чиновники. Как их только земля носит? Мне, правда, повезло: Малыш рявкнул, чувствуя мое раздражение, мелькнул на руке родовой перстень и все двери передо мной открылись. Все сразу стали такие вежливые и услужливые, а когда узнали, что я интересуюсь единственным находящимся в продаже на территории высокородных особняком, забегали как блохи на собаке. Тучный, напомаженный господин закрутился вокруг меня волчком, расписывая все прелести и преимущества для меня в случае его покупки, которую и предложил оформить сразу же, без проволочек. Сам же вызвался меня проводить и показать дом. Видя его такую заинтересованность, я догадался, что старается он наверняка не просто так, а за процент от продажи.

Экипаж, принадлежавший по всей видимости префектуре, доставил нас в район проживания высокородных, причем господин так торопился, что даже не стал протестовать против присутствия в экипаже моего Малыша. Провожавшую меня девчонку я отпустил до следующего утра, высыпав ей в ладони десять медяшек. Такую счастливую мордашку я не видел очень давно.

Район проживания высокородных выгодно отличался от всего виденного мною ранее. Чистые, широкие улицы, магические фонари, высаженные строчкой высокие вечнозеленые деревья с гладкими, очищенными от веток и сучков стволами. Крона которых шумела далеко над головой. Глухих заборов и оград действительно не было. Окутанные сторожевой магией решетчатые ограждения соревновались друг с другом в высоте и красоте ковки. Все желающие могли видеть не только красоту сада, великолепие фонтанов и дорожек для прогулок, но и величие особняков. Ехавший рядом со мной господин Вернер расхваливал мне все, что я вижу, упирая на то, что просто так попасть в этот великолепный район нельзя, что любого подозрительного горожанина стража остановит еще на подступах к этим домам и их жителям. Он с пеной у рта доказывал мне, что проживание рядом с самыми именитыми высокородными само по себе обеспечивает самую лучшую защиту от злоумышленников и дебоширов.

Выставленный на продажу дом я заметил еще издали. Высокая, глухая ограда, сложенная из кусков гранита и мрамора, сама по себе уже была произведением искусства. К моему удовольствию, какое я не спешил показывать, ворота, ведущие на территорию прилегающую к дому, тоже были цельными и прикрывали все происходящие от чужого внимания также надежно как ограда. С удивлением я наблюдал за тем как мой сопровождающий, кряхтя, вылезает из экипажа, достает ключ и собственноручно их отпирает. У меня возникли вопросы: почему за домом не наблюдает привратник, почему он стоит совершенно пустой, что может быть в нём такого, что не просто пугает людей, а ещё и явно не дает им разрушить проблемный дом, с чем настолько серьезным не могут справиться местные маги? Не может быть, чтобы высокородные господа, не имеющие проблем с оплатой любой работы, не привлекали к решению своей проблемы сильнейших магов королевства. И самое главное – почему господин Вернер, если всё так плохо, не боится показывать мне дом? Может потому, что на улице день и вовсю светит солнце? Пусть осеннее, но пока нету обложных туч, по-прежнему яркое.

Работник префектуры буквально «катился» впереди меня продолжая нахваливать густо заросший и потерявший привлекательность сад, рассказывая мне какие редкие и безумно дорогие растения окружают нас со всех сторон. Малыш бежал чуть в стороне, настороженно принюхиваясь, а я, скептически посматривая на Вернера, не торопясь следовал за ним, уж про растения я знал все намного лучше нашего провожатого. Ничего особенного сад из себя не представляет. Да, по ограде до сих пор струилось мощное заклинание охраны, сработавшее на ключ, как на допуск в фазе свой-чужой, магией светился сам особняк, а вот насчет сада мне откровенно врали. Ну, ловить толстяка на вранье мне было пока неохота, а потому я промолчал, ожидая дальнейшего представления и оно последовало.

Крыльцо «порадовало» сколами на мраморных ступенях, потускневшими перилами и растрескавшимися столбиками выполняющими роль основной поддержки для бывшего, когда-то невероятно красивым, навесом над ним. Господин продавец, как опытный уличный зазывала, сумел похвалить и его тоже, рассказав мне, что такая уникальная резьба и красота не сохранилось нигде больше. Стоило только войти внутрь особняка и впечатление ветхости данного дома усилилось в разы. Довольно большой холл выглядит удручающе и даже солнце, щедро освещающее его в огромные окна, не делает его более привлекательным, поскольку всё, на что падает мой взгляд, выглядит просто отвратительно. Полинялая ткань, обтягивающая мебель, растрескавшийся лак на шкафах и креслах, тусклые люстры и мутные стёкла бра, толстый слой пыли покрывающей всё, что только можно. Глядя на всю эту «красоту» замолчал даже сладкоречивый господин продавец.

Молчали мы не долго.

– Дальше смотреть будем? – расстроенным голосом спросил он меня, видимо уже не надеясь на то, что мое желание купить дом все еще живо.

– Давайте посмотрим, не зря же мы сюда ехали, – ответил я, стараясь как можно яснее показать голосом свое разочарование увиденным.

Ну, что? На самом деле дом мне понравился. На втором этаже я обнаружил десяток гостевых комнат с личными удобствами и небольшими гардеробными, хозяйские покои, состоящие из кабинета и небольшой библиотеки, входить в которую мы по понятным причинам не стали, кто его знает что случится с книгами если их потревожит движение воздуха например, роскошной спальни и вместительной гардеробной. На первом этаже кроме уже осмотренного нами холла мы обнаружили кухню с отдельным входом, столовую, музыкальный зал и как не странно зал для тренировок с примыкающей к нему оружейной комнатой. В дополнение ко всему осмотренному ни на что уже видимо не надеющийся господин Вернер сообщил мне, что на территории данного особняка, вдали от дома, находится так же и небольшая конюшня, рассчитанная на десяток голов с манежем для их выгула.

Глядя на его расстроенное лицо, я всё-таки задал ему вопрос, который он уже видимо и не надеялся услышать:

– И сколько хотят получить хозяева за весь этот хлам, который любому новому владельцу придется самому вывозить на свалку.

– Десять тысяч золотых.

– Что?! Да Вы с ума сошли! Да ремонт и обстановка дома новой мебелью обойдется мне вдвое дороже. Названная Вами цена была бы приемлемой только в том случае, если бы Вы продавали этот особняк во всем блеске его красоты, сейчас же брать деньги здесь можно только за заросший, опять-таки сорняками, участок земли очень удачно расположенный. Но он к Вашему сожалению не стоит больше тысячи золотых, – возмутился я.

– Извините меня, милорд, но я всего лишь посредник и не могу устанавливать цену, – проблеял он, сотрясаясь всем телом, ибо гневные нотки в моем голосе его явно напугали.

– Мой Вам совет, возьмите с собой мага, магический кристалл, запишите на него как выглядит все то, что господа хотят продать, и самое главное побольше внимания мелочам, и предложите им мою цену. Еще пару дней я буду готов заплатить ее за этот памятник былому, но чем дольше они будут думать, тем ниже будет предложенная мною цена. Остановился я на постоялом дворе Вацлова, вот именно через него Вы и сможете меня найти, если сделке будет суждено состояться.

Обратный путь мы проделали в полном молчании. Мой провожатый о чём-то усиленно думал, а я старался ему не мешать, ведь именно от его красноречия будет зависеть то, как быстро я окажусь владельцем данного дома. Десять тысяч золотых для меня не проблема, но я не хотел бы привлекать внимание ни к своему богатству, ни к вопросу: «А зачем кому-то платить такие огромные деньги за старую рухлядь?». Я предпочел бы, чтобы все вокруг считали меня доверчивым простаком, которого обманом заставили купить то, что использовать нельзя, а впоследствии решили – новичкам и неучам бывает и везет. Самое смешное же было в том, что именно этому дому с полным основанием можно называться старым. По моим ощущениям простоял он на этом месте уже века так три, но выглядел рухлядью не от «прожитых» лет, а от того, что кто-то нарушил работу заклинания, буквально опутавшего весь дом, заклинания сохранения и восстановления. Его отключили очень простым способом – удалили магический накопитель и все. Я уверен в том, что развалиной дом стал выглядеть всего лишь за одну ночь, доведя этим своих хозяев до нервного тика. Наверняка именно поэтому никому и не пришло в голову забрать, что-либо из дома. Особняк восстановится всего лишь за один день, стоит только вернуть накопитель, а вот сад и конюшни потребуют вложения денег, но по сравнению с возможным якобы ремонтом дома, это такие мелочи. Останется только разобраться с тем, кто отвадил от дома магов, ведь при желании с восстанавливающими чарами они наверняка бы могли справиться.

Следующий день я провел очень результативно для самого себя. В сопровождении девчонки-замухрышки я не торопясь прогулялся до знаменитой Академии магии. Убедился в неприступности окружающих её стен и осознал, что хочешь, не хочешь, а придется мне искать повод не просто посетить её вполне легально, а желательно поселиться на её территории и не просто поселиться, а сделать так, чтобы получить доступ в её библиотеку. Сделать же это можно было только, если я смогу устроится туда на работу. Кем? Магом не могу! Обслугой? Не хочу! Простого уборщика в библиотеку точно не пустят. Да-а-а! Задача не из простых, но времени у меня много, а судьба и удача дамы непредсказуемые. Подождем.