Глава 14

— На каком основании князь? — холодно произнесла королева и поднялась со своего места.

Следующие его слова острыми лезвиями вспороли самообладание, терзали своей бесчувственностью… И… неотвратимостью.

— На том основании, что как Истинный из рода Вершителей имею все права и веское слово в Конвенции на Совете, а также в решении судьбы мира если на то воля Богинь и Извечного. Властью данной мне, — и в руках князя появилась золотая пластина, которая медленно складывалась в корону. Все смотрели с напряжением и неверием на символ, о котором знали, но никогда не видели. Символ, который дается только Истинному альву с божественной сущностью. В руках князя была корона Всевластия.

Все молчали, потрясенные.

Все чувства Энтрери пришли в состояние убийственного спокойствия, когда она увидела корону Всевластия. Но ее поразила не красота и сила короны, а хрустальные глаза Вершителя — вот что ее ошеломило.

Глаза Истинных Королей.

Князь поднял голову смотря твердо в лицо Верховному Магу.

В зале царила мертвая тишина.

— Ваше слово Истинный, — с почтением произнес Магистр Ордена Двух Домов Империи.

— Я согласен с вашим решением о создании Третьего Королевства, но Амира Т'Нурра станет моей женой. Ей будут восстановлены полностью ее права на имя, титул и возвращены родовые земли, замки. Мое решение на благо мира и властью данной мне Богиней, неоспоримо.

— Я не против этого союза, — выкрикнул повеселевший Атрогейт.

Принцессу затрясло от обуревавшего ужаса, и она вскочила, дрожащие руки сжались в кулаки. И все услышали ее слова. Негромко. Но в тишине, что стояла вокруг, эта фраза звучала хлестким выстрелом:

— НЕТ!

Ее «Нет» пролетело по залу и болью отозвалось в сердце князя.

— Нет! Я не стану вашей женой Вершитель. Я приняла решение и озвучила его перед лицом собравшихся.

Черная бездна глаз смотрела на нее равнодушно, бескровные губы треснули улыбкой.

— Ненавижу вас князь, — процедила Амира сквозь сжатые зубы.

Мира же потеряла дар речи, как и способность хоть что-то соображать. Мысли ее перепутались. Она не могла понять того, что сейчас происходило. Откуда у него корона? Кто он? Откуда в нем столько власти? И ОН РЕШИЛ СДЕЛАТЬ ЕЕ СВОЕЙ ЖЕНОЙ?! Значит он знает, что она жива!

— Совет не вправе оспаривать слово Истинного, — медленно сказал Маг, — но девушка не желает этого брака. Почему именно она, Вершитель?

Но князь молчал и смотрел на нее.

— Сделай что-нибудь, — в панике взмолилась Амира и выпустила Миру.

Глаза Миры блеснули, и маска разлетелась на осколки. Она подняла взгляд на Вершителя и встретилась с его темным взглядом.

На один долгий миг оба затаили дыхание — такой острой и сладкой оказалась эта боль.

Не осталось ни тайн, ни печалей, ни сокрытого, ни потерянного. Прошлое и будущее умерли, а на смену им пришло бессмертное настоящее.

Она видела его.

Он видел ее.

А больше они не видели ничего.

На мгновение он всматривается в ее глаза, затем какой-то нюанс его лица смягчается, и его глаза светлеют.

— С возвращением, — бесстрастно сказал он.

— Взаимно, — тихо ответила она.

Любовь, которую Мира испытывала к нему, возвращает ее костям стальную грацию, а ее духу — стойкость надежды. Именно сила любви удерживает тьму в узде.

— Я не могу стать твоей женой Азамат, — прошептала она.

Его лицо было застывшим и ничего не выражало. Совсем. Глаза казались кусками безжалостного льда. Обжигающего холодного, ужасающе прекрасного…

— Твой выбор? — равнодушно поинтересовался он.

— Мой выбор!

Он стремительно направился к ней. Это было похоже на взрыв, когда сознание не успевает оценить происходящее. И смотрел не мигая, его взгляд ничего не выражал, лицо казалось высеченным из камня. Он изучал ее в такой манере, которая ей не нравилась, и она больше никогда не хотела ее видеть. И не прикасался к ней. Да ему и не нужно. Порой ей казалось, что радость от встречи они ощущают на клеточном уровне, посылая друг другу импульсы, создающие напряжение, усиливающие желание и любовь, объединяющие между собой острова, которыми они являются.

— Ты станешь моей женой Мира.

— Нет, — прошептала она.

Сердце его болезненно вздрогнуло, а затем вернулось к нормальному ритму.

— Почему? — тихо спросил он.

— Нам нужно поговорить. Ты и я. Наедине. После Совета.

Несколько секунд он просто смотрел на нее, изучая.

Все присутствующие следили за ними, и не прерывали их.

— Мира!

Ее имя было единственным, что он смог произнести. Но от тона, которым это было сказано, вздрогнули все. И оцепенели в недоумении от того, с какой силой его руки сжали ее плечи.

Но она была относительно спокойна.

— Я знаю, что делаю. — Его дыхание было прерывистым, губы плотно сжаты и чуть вздрагивали от того, что он хотел, но не смел ей сказать. Словно понимая, что неосторожное слово может ненароком разрушить то, что их связывало.

Он медленно опустил руки, но стальные зрачки продолжали смотреть в глубь нее.

— Ты должна мне доверять.

Как только Мира отошла от него князь некоторое время молчал словно обдумывая что-то, затем резко вскинул голову.

В его руках появился камень.

Сердце Халруаа.

Амира в ужасе смотрела на камень.

Мира же знала, что он собирался сделать.

— НЕТ! — закричали обе девушки одним голосом. — Не делай этого!

И тут князя скрутила острая боль в груди, из носа закапала кровь. Он неверующе смахнул ее и выронил камень хватаясь за сердце. Лорд Каир устремился к другу. Маги встали со своих мест. Амира бросилась к камню и схватив его зажала в кулаке. Рядом с ней оказался Риар и Мэй.

— Амира! — Риар схватил ее и прижал к груди закрывая ото всех.

— Все хорошо, — прошептала она, — теперь все хорошо. — Она сжимала камень с такой силой, что его острые края причиняли ей боль. — Я не стану его женой. Не стану… — отчаянно шептала она, спрятав лицо на его груди. — Ни за что не стану…

— Амира… — руки Риара чуть сильнее сжали ее, а его взгляд становился задумчивым. — Князь не позволит тебе уйти.

Она покачала головой, пытаясь не согласиться с его мнением. Воспользовавшись тем, что все внимание было переключено на князя, Риар заговорил тихим голосом.

— За эти месяцы многое изменилось. — В его голосе грусть, от которой ей было тяжело. — Ему нужна ты, а не зельевар, которого он хотел заиметь. Но… — И улыбка на его лице становится немного безумной, заставляя Амиру напрячься. — Я не отступлюсь от тебя. Иметь в соперниках самого Вершителя… Не знаю, какую игру затеял он, но мне уже достаточно известно, чтобы понять: между вами существует какая-то тайна, связь. Я видел его взгляд, я видел твой. Но потом… что-то изменилось в тебе, и ты снова смотрела на него… иначе, так словно…

— Я все тебе расскажу и объясню, — и, дождавшись, когда на его лице появилась заинтересованность, добавила: — Когда мы победим.

Он усмехнулся. И свободно, словно скинув тяжелый груз со своих плеч, улыбнулся:

— Это достаточно серьезный стимул… Чтобы победить.

Их взгляды встретились. Риар заглянул в ее глаза, пытливые и сияющие, увидел, какая глубина чувств таится в них, и в тот же миг оказался связан с нею каким-то непостижимым образом.

Все это время князь молча смотрел на Риара в объятиях которого была Она. И смотрел Молчаливо. Выжидающе. Безмолвствуя. Оценивая.

Амира медленно обернулась, смотря на князя, чувствуя, как замирает от предчувствия больших неприятностей ее сердце.

Как только все вернулись на свои места, чтобы выслушать окончательное решение Совета в центр зала вышла фигура в белом одеянии. В руках его был посох. Такой же, как и у самого Верховного Мага Ордена Двух Домов.

— Приветствую тебя Почтеннейший, — поклонилась фигура магу.

Верховный поднялся и тоже склонился в уважительном поклоне.

— Приветствую тебя Посланник.

Амира изумленно смотрела на фигуру в белом одеянии, но изумленной выглядела не только она, а и присутствующие в зале.

— Двое Верховных? — вслух прошептала Амира.

— Это Посланник Богини, — тихо сказал Мэй. — Посланник Светлой Богини.

— И что это значит? Как он тут появился?

— Не могу сказать, — потрясенно ответил Мэй. — Наверно присутствовал здесь с самого начала.

Все наблюдали, как маги склоняли головы перед Посланником, а затем король Атрогейт и королева Энтрери. Князь же сделал легкий кивок и на долгий миг задержал свой взгляд на Посланнике, затем слегка усмехнулся.

Время тянулось медленно и молчание густым туманом повисло в зале. Никто не понимал зачем на Совете появился Посланник Светлой Богини. Никто не знал, чего ожидать.

Удивительно бледный, с невероятно белоснежными волосами, поблескивающими в свете факелов, он оглядел присутствующих в рассудительном молчании, и почти бесцветные глаза оценивающе сузились и остановились на Королеве Благого Дома.

Странный это был взгляд, первый взгляд, которым они обменялись. Энтрери сразу же охватило всепоглощающее чувство узнавания, будто она знала этого альва всю жизнь. И таким мощным был этот импульс, что она, не отдавая себе отчета, что делает, улыбнулась. На какую-то долю секунды ей показалось, что знает его, но в следующее мгновение на ее лице вдруг появилось выражение слепого, беспричинного ужаса, когда он с головы скинул капюшон.

— Невероятно, — беззвучно шептали ее губы.

Он стоял напротив, королева продолжала молчать, не в силах сказать хотя бы слово или сдвинуться с места. Она все еще не могла поверить, что видит его живым.

— Невероятно.

Амира видела, как побледнела Энтрери, как что-то прошептав схватилась руками за подлокотники кресла.

— Как видите, я жив.

— Ейн Д’Орт, — выкрикнул потрясенно лорд Ореан.

Она ПРОИГРАЛА!

Они встретились глазами, словно скрестили клинки на поле боя. Бывший Советник Светлого короля сразу понял, что не следует обольщаться невинным видом и бледным лицом королевы. В красивых голубых глазах сверкала не притягательная голубизна, а сталь. Энтрери не привыкла сдаваться без боя.

— Вам слово Посланник, — сказал Верховный.

— Я пришел за возмездием и справедливостью. Я отрицаю, что Королева Энтрери благословлена на трон Светлой Богиней. Коронована — да! Но НЕ благословлена!

— Чушь! — сквозь зубы произнесла Энтрери намертво вцепившись в подлокотники.

— Королева Энтрери убила Истинного Светлого Короля, своего мужа. Отравила. Она убила и архимага Кай'Хара. Он вычислил яд, который не имеет ни цвета, ни запаха, ни вкуса. Яд, которым пользуется только королева. Она собирает росу с определенного цветка и в этом ее сила зелий. Цветок этот растет в ее оранжерее. Еще до своей смерти архимаг тайно встретился со мной и рассказал об этом. Я обвиняю королеву в убийстве. Когда умирал мой король он произнес имя своего убийцы. Это имя было ваше Энтрери.

— Ложь! Навет! — вскричала королева. — Где доказательства? Твои слова Д’Орт ничего не значат.

— Я обвиняю вас в сговоре с ныне покойным Армго Предвечным в заговоре против короля Атрогейта! — громко провозгласил Ейн Д’Орт.

— Ложь! Неправда! — закричала королева и вскочила. — Это все ложь!

— Я подтверждаю слова Посланника, — сказал Вершитель и все разом затихли, когда князь встал рядом с бывшим советником. — ОТВЕЧАЙТЕ. ЭНТРЕРИ. НА. МОИ. ВОПРОСЫ.

Приказ обрушился на нее, словно кирпичная стена, и она потеряла контроль над собой. Королева дернулась и посмотрела на князя.

Миру пробрал холод и страх. Князь только что использовал Глас и королева не может ему противостоять.

— РАССКАЗЫВАЙТЕ. КАК. ВЫ. УБИЛИ. СВОЕГО. МУЖА.

И королева под давлением Силы Слова все рассказала. Рассказала, как убила не только Светлого Короля, но и архимага, а также о причастности к заговору против Неблагого Дома, вернее против Атрогейта.

Амира задрожала.

— Он использует его на мне?

— Нет. Я не позволю, — тихо ответила Мира. Она помнила все свои чувства, когда князь применял Глас к ней. Амира просматривая воспоминания Миры затряслась еще сильнее.

— Да что же он такое? — вопрос вырвался у нее прежде, чем она успела прикусить язык.

— Это невероятно, — произнес Мэй.

— Он обладает такой силой, — сузил глаза Риар внимательно слушая признания королевы.

В зале стояла мертвая тишина. Все были настолько в шоке, что не могли даже дышать.

Князь не стал принуждать королеву говорить о других убийствах и полностью раскрывать правду о ее деяниях, достаточно было этих признаний, чтобы свергнуть ее с трона.

Когда допрос был закончен королева упала на колени, но ее поймал лорд Ореан. По приказу Верховного Мага их окружили маги-воины. Распахнув глаза, Энтрери с лютой ненавистью взирала на Вершителя и Посланника.

— Правом Вершителя и Истинного, — в тишине заговорил князь, — а также в присутствии всех, я передаю корону Всевластия Ейну Д’Орту Посланнику Светлой Богини. Его решения будут справедливы и на благо. — Князь вручил корону в руки бывшего советника. — Она ваша.

— Вы только что предали Темную Богиню, — тихо произнес Д’Орт.

— Я Вершитель и принадлежу Извечному.

— Она вас не простит друг мой.

Азамат лишь улыбнулся, и Посланник вновь поразился его хладнокровию и с каким спокойствием и достоинством князь принимал довольно неожиданные изменения в своей судьбе.

— Мы выносим свое решение, — огласил Верховный Маг. — Королева Энтрери выпьет Напиток Забвения и до конца своих дней останется в храме Светлой Богини. С этого момента наследники Серхина I перейдут под руководство и воспитание Светлейшего королевского регента Ейна Д’Орта. На трон Благого Королевства взойдет и будет править Светлейший и, когда наступит время один из ваших детей Энтрери примет корону и благословение богини. Кто станет следующим правителем Благого Королевства решит Посланник.

Королева вздрогнула и закрыла глаза, когда посох Верховного Мага с громким стуком ударился об пол.

Светлейший надел на голову корону Всевластия.

Бывшая опозоренная королева перевела взгляд на ухмыляющегося Атрогейта.

— Ты ведьма Энтрери, я всегда это знал. Наконец ты получила по заслугам. Возмездие. Убивала скрыто и подло, устраивала заговоры, плела интриги.

Королева сузила глаза и до синевы в суставах сжала подлокотники кресла.

— Как ощущения? — язвительно ухмыльнулся Атрогейт.

— Ты идиот, — ее голос треснул, как тонкая льдинка под сапогом, а затем она усмехнулась сначала слегка, а потом и вовсе во весь рот, сверкнув зубами. На лице королевы промелькнула ликующая улыбка. Ее Скайли еще слишком мала, но именно она в будущем станет Верховной Королевой Благого Единого Королевства во всей Империи альвов.

— Мой король, прекратите, — сухо сказал лорд Каир положив руку на плечо короля. Но Атрогейт был несказанно рад такому повороту событий и подошел к королеве.

— Я лично буду сопровождать тебя в храм и подам Напиток Забвения, — не скрывая радости язвил он.

Ее странная улыбка тенью коснулась лица и исчезла. В следующий миг королева оказалась за спиной Атрогейта.

Король умер, даже не успев обернуться и взглянуть на нее. Его горло было перерезано и кровь хлестала, заливая королевские одежды.

Энтрери откинув голову хохотала: — Ну и как ощущения старый паук?

— Боже мой! — прошептала Мира. Все произошло так молниеносно, что никто не понял, что произошло. Но когда из горла короля захлестала кровь, и он начал оседать на пол осознание произошедшего захлестнуло всех.

Амира же молчала, находясь в шоке.

— Ты не представляешь, что ты наделала! — взревел лорд Ореан.

— Представляю. Избавила мир от редкостного мерзавца. — Энтрери смеялась. Ее смех был рваным, но в нем звучала ненависть и триумф.

— Ах, Энтрери, — простонал ее фаворит и схватился за голову упав на колени. — Что ты наделала!

Маги с оружием обступили королеву и Амира увидела, как она падает на руки одному из них.

— Ее усыпили, — мрачно сказал Мэй, и все следили, как выносили ее бесчувственное тело в распахнутую дверь. Ее фаворит следовал за своей королевой.

— Ее казнят или дадут Напиток Забвения отправив в Храм? — тихо спросила Амира. Ей было важно знать, что станется с королевой. Но ей никто не ответил. Все наблюдали, как выносят тело мертвого короля в другую распахнутую дверь в окружении магов и его советников. Но Мира заметила, как обменялись взглядами Каир и Азамат.

В мрачной тишине все посмотрели на Верховного Мага. В этот роковой день, в этот час мир альвов остался без двух королей. Если Благой трон до определенного дня будет занимать Светлый Посланник, то что на счет Неблагого?

— Совет принял решение, — сказал Верховный Маг в гнетущей тишине. — Неблагим Королевством будет править дочь Истинного короля принцесса Ирвин I. Ее дар Утешительница Душ скажется на благо в королевстве. Под руководством Вершителя и Советников, принцесса станет Истинной Королевой. Оглашение о произошедшем в королевствах должно быть немедленно оглашено по возвращению вас князь в Неблагое Королевство, и вас Светлейший Посланник в Благое Королевство. Немедленно проводите подготовку к коронации принцессы Ирвин и утверждение всех прав Ейна Д’Орта. Со стороны Совета будут незамедлительно подготовлены манифесты и решения для народа и поданных. Что касается вас, — Маг посмотрел на Амиру и Риара. — Третье Королевство будет существовать, и мы выдадим все необходимые манифесты и соглашения. Принцесса Амира официально не признанная дочь, но мы все слышали, что в вас течет кровь Светлого Короля. Вас признали, но не успели заключить и подписать с обеих сторон манифест. И по сему вы не имеете право претендовать на трон Благого Королевства и считаться офицально дочерью Серхина I. Но имеющие бумаги, переданные нам Энтрери подтверждают, что вы Отступник. Вы имеете право выбрать то королевство, которому хотите присягнуть, но только после коронации принцессы Ирвин. Сейчас вашим опекуном является будущая королева Ирвин Утешительница Душ. Какое она примет решение то и станет вашей судьбой. Заключение брачных уз с Риэр’Дэном или князем Аль’Аиром решать вам, мы не вправе вмешиваться, но повторюсь, будущая супруга и королева отступников должна быть не опальная. — Маг резко опустил руку с посохом об пол и воздух вмиг наполнился сверкающей серебристой пылью, кружившейся по залу, словно множество малюсеньких светлячков. Маг забормотал заклинания больше напоминали пение. Серебристая пыль снова закружилась, и всем показалось, будто в зале вдруг стало светлее и холоднее. Вот теперь решение Совета было окончательным.

Амира пребывала в шоке. Мира тоже. Говорить о других не стоило у всех были одинаковые чувства. Все покинули замок Магов и исчезали в порталах. Лорд Каир переговариваясь с князем и Посланником вскоре исчезли в портале перехода, но Амира заметила, что князь вернулся.

— Я не хочу в Неблагое Королевство, — выдавила она удрученно.

— Мы вас и не отдадим принцесса, — резко сказал Мэй выхватывая свой клинок, когда к ним подошел князь.

Амира выдержала взгляд Вершителя, черная бездна глаз смотрела на нее равнодушно, и от этого холодок пробегал по спине, а ноги отказывались поддерживать тело.

— Прошу вернуть мой камень принцесса.

— Не отдам, — вздернула она подбородок.

Князь сощурил глаза.

— В ваших же интересах его мне вернуть, — темные глаза почти без белков уставились на замершую от ужаса принцессу, бескровные губы треснули улыбкой.

— Я не пойду с вами! Я останусь со своим женихом.

— Оставайтесь! — зло бросил князь и раскрыл ладонь. — Камень.

Амира прибывая в изумлении хлопала глазами.

— Это значит… что…

— Камень, — требовательно сказал князь.

— Обещайте, что не воспользуетесь камнем для нашего с вами перемещения, — голос Амиры непроизвольно выдавал страх.

— Вы поданная Неблагого Королевства так что не заставляйте меня применять к вам Силу.

— Князь… — Риар сделал к нему шаг прикрывая собой Амиру.

— Не стоит Риар, — сухо сказал он. — Было постановление Совета и принцесса последует его решению. Вы подчинитесь, как и принцесса, иначе.

— Иначе мы будем с оружием защищать свою королеву, — рядом с Риаром прикрывая Амиру встал Мэй.

Обстановка накалялась, Амира до ужаса испугалась.

Мира же буквально вылетела из тела и кинулась к Мэйю.

— Сделай так, чтобы князь увидел и услышал меня! — закричала она.

Мэй не стал задавать вопросов вглядываясь в ее лицо.

— Это важно Мэй, — умоляюще смотрела она на него. — Медлить нельзя.

Он отрывисто кивнул и подошел к князю, тот сузив глаза изучал черноволосого воина и насторожился, когда парень говорил с пустотой.

— Я сделаю так, что вы увидите ее. Мне нужна ваша рука, — сухо сказал Мэй обращаясь к нему.

— Мэй, что происходит? — спросил Риар.

— Доверьтесь мне князь. Ей нужно с вами поговорить.

— Вы видите ее? — осторожно спросил он.

— Их двое.

Как только Мэй это произнес князь ни секунды не мешкая протянул ему руку.

Мэй своей кровью нанес ему на запястье руны, а затем схватил руку Риара и тоже нанес на нее руны. — Как только руны сотрутся вы потеряете возможность ее видеть и слышать.

— Кого? — не понимал Риар.

— Теперь мы наконец все узнаем правду. На острове нам никто не помешает, — сказал Мэй.

Амира подошла к нему и протянула свою руку, — Обнови руны Мэй.

Риар ничего не понимая переводил взгляды с друга на свою невесту.

— Что происходит? — тихо спросил он.

— Сейчас все узнаешь, — понурила голову принцесса и протянула Вершителю сердце Халруаа. Он окинул ее взглядом, от которого хотелось замереть. Она смотрела на него и ей казалось, что это длилось — вечность. И в этой вечности у нее не было жизни, настолько было пронзительно и страшно. Амира пытаясь в пустоте его взгляда, в изгибе бровей и едва заметном движении губ увидеть будущее, которое он ей приготовил.

А затем глаза князя светлеют, когда он смотрит в сторону.

Она улыбаясь смотрела на него. Стояла и своей солнечной улыбкой, легкой и светлой, как теплый утренний лучик согревала его бессмертную душу.

— Мира.