Глава 12

Сама поездка в Суррей мне ничем не запомнилась за тем лишь исключением, что меня не покидали мысли о сходстве с тем днём в тысяча восемьсот восемьдесят пятом, когда Джеймс отвёз меня туда на допрос. Оставалось только надеяться, что в этом времени обстоятельства складываются для меня более благоприятно. Тогда я была никому не известной Искательницей, а сейчас Розмари и Майкл точно ринутся меня защищать, и Алан с ними за компанию. И пусть я бессердечная стерва, но тот факт, что Чарльз без сознания в больнице, сейчас только сыграет мне на руку. Он вполне мог бы попытаться испортить мне жизнь просто так, из вредности характера.

А вот то, что в той же больнице находится и Закери, наоборот, осложняет ситуацию. Хотя… Это с какой стороны посмотреть. Я сейчас столько всего скрываю, что не хотелось бы мне иметь дело с человеком, который выведет тебя на чистую воду как нечего делать. Какие-то вещи он бы наверняка из меня вытянул, а этого в данный момент совсем не хотелось.

Да и что Алисия сможет мне сделать? Я не маг, под их законы не попадаю. Максимум — посижу пару дней взаперти. Не страшно.

В резиденции Хранителя, которая в данный момент использовалась просто как штаб Рыцарей и место собраний ковена, меня отвели в подвальный этаж и заперли в местном аналоге тюрьмы. Розмари в Суррей не поехала, а сразу из моего дома умчалась, как ошпаренная, пообещав мне всё уладить. Я так поняла, она как раз отправилась к Майклу или Алану.

Впервые увидев помещение, в котором меня, по всей видимости, собирались закрыть, я невинно поинтересовалась:

— А где у вас выдают арестантские робы?

Алисия не удостоила меня ответом, и Рыцари ушли. Проскрежетал засов, и всё стихло.

Помещение, в котором меня закрыли, ничем не напоминало тёмный и сырой театральный подвал, в котором Гровер когда-то держал нас с Анабелл. Это была небольшая комната с гладко отштукатуренными стенами, залитая электрическим светом. Окна здесь не было, так что спустя какое-то время наверняка становилось невозможным определить, день снаружи или ночь. Но лампа под потолком горела достаточно ярко, и выключатель был здесь же. Обстановка самая спартанская — узкая застеленная койка, стул. Никаких ярких цветов, всё однородного серого цвета, так что действительно начинаешь чувствовать себя заключённым. Была ещё одна дверь, за которой обнаружилась миниатюрная ванная, напоминающая санузлы в самолётах.

Терпимо. При условии, что Алисия сдержит слово и действительно будет рыть землю носом, и расследование не затянется ещё на несколько месяцев. Провести в этой камере больше двух дней уже будет пыткой.

Я растянулась на жёсткой кровати, заложив руки за голову и скрестив ноги. Перед уходом Рыцари не сказали мне ни слова о том, что будет дальше, и оставалось только ждать. Надеюсь, что маги предупредят Тею и моих друзей, что со мной. И ещё очень надеюсь, что моим родителям не придёт в голову именно сейчас проверять, как у меня дела. А то представляю себе реакцию мамы, если на вопрос, чем я занимаюсь, Тея расскажет, что меня схватила магическая полиция и держит взаперти где-то в Суррее. Маму удар хватит на месте.

Когда минутная стрелка на моих наручных часах описала почти полный круг, а я успела окончательно заскучать, за дверью наконец-то послышалось какое-то движение, заскрипел засов, и я увидела Майкла. Он пришёл один, без Розмари, и за его спиной я увидела только Роджерса, местного дворецкого, а по совместительству, похоже, и тюремщика.

— Алисия там что, окончательно рехнулась? — гневно осведомился он, едва увидел обстановку комнаты. — Она же не настоящую преступницу арестовала!

Роджерс развёл руками и удалился, оставив нас одних. Я же указала Майклу на стул.

— Добро пожаловать в мои королевские апартаменты. Располагайтесь с комфортом, прошу вас.

Он косо взглянул, кажется, ожидая истерики, паники или угроз обратиться в полицию за незаконное удержание человека, но я оставалась вполне спокойной. Признаться, собственная невозмутимость удивила даже меня саму, хотя ей, пожалуй, можно было найти объяснение. Вероятно, будь на моём месте хотя бы Шарлотта, она бы точно начала возмущаться и доказывать свои права. Но я, проведя три месяца в девятнадцатом веке в непосредственной близости от магов, успела неплохо изучить их нравы. Алисию сейчас не переубедить, а серьёзная опасность в данный момент мне вряд ли угрожает.

— Прости, Джейн, — наконец выдохнул Майкл. Посреди убогой обстановки он, в своих куртке и ботинках, стоимость которых была наверняка сопоставима с бюджетом небольшой латиноамериканской республики, выглядел особенно неуместно. — Розмари и Алан пытаются втолковать Алисии, что она переходит все границы. Надолго ты здесь не задержишься, обещаю.

— Вряд ли вы её переубедите, — кисло заметила я. — Кажется, нападение на Закери и убийство члена Совета её здорово потрясли. Она теперь настроена серьёзно.

— Но за это не должна была расплачиваться ты, — возразил Майкл, и красивое, мужественное лицо страдальчески скривилось. — Это наша с Роуз ошибка, и мы будем нести ответственность. Если Алисия не образумится, мы просто расскажем ей правду о книге заклинаний. Это снимет с тебя подозрения…

До этого момента я продолжала лежать на койке, но на последнем высказывании я прямо подлетела. Майкл посмотрел с удивлением, а я резко села — так, что в глазах поплыли цветные круги — и уставилась на него.

— Вы этого не сделаете!

Мой голос звучал так требовательно, что маг опешил ещё больше, и я поспешила разъяснить свои умозаключения, к которым пришла ещё у себя дома.

— Майкл, посуди сам. Ведь именно этого и добивался наш враг! Вот почему он всё это время молчал, хотя ему было известно, что книга заклинаний у вас! Этого он и хочет — чтобы вы с Розмари сознались Алисии, что всё это время хранили у себя книгу заклинаний, принадлежавшую тёмному магу, что вообще-то запрещено! Тогда она арестует вас, посадит в камеру, и всё наше расследование накроется медным тазом, ведь именно вы с Розмари его двигали больше всех! Пока Алисия разберётся, кто тут прав, а кто виноват, колдун успеет довести дело до конца! Ему много не надо — всего пять дней выиграть!

Он взглянул на меня с искренним изумлением, которое, однако, не портило его красивого лица, а потом погрузился в глубокую задумчивость. Кажется, до этого вывода они с Розмари ещё не додумались.

— Выходит, он всё это спланировал заранее? — уточнил он, хотя по его тону было понятно, что ответ на данный вопрос был ему очевиден. — Это всё было задумано, чтобы избавиться именно от нас с Роуз? Но ведь это означает, что…

— Что вы подобрались к нему очень близко, — закончила я за него предложение. — Не Алисия с Рыцарями, а именно вы. Возможно, следующим он попытается убрать Алана. И именно поэтому вы должны продолжить поиски, пока я сижу здесь. Осталось совсем немного, и вы должны довести дело до конца. Со мной здесь ничего не случится.

Майкл вздохнул; благородство в нём явно боролось с желанием поскорее закончить эту историю.

— Джейн, ты берёшь на себя слишком многое…

— Брось. Это не самое плохое развитие событий, которое можно было бы представить. Послушай, Майкл, — я постаралась вложить в голос всю убедительность, которая у меня на данный момент оставалась. — Мне не слишком нравятся методы Алисии, но в одном она права — сейчас нет ничего важнее, чем остановить убийцу. Он натворил слишком много. Помимо Путешественников, он убил Бернарда. Пытался убить тебя, Алана, Розмари, и наверняка попытается снова. Даже Чарльзу досталось, хоть он не вызывает у меня ни симпатии, ни сочувствия.

Кажется, моих последних слов про Чарльза Майкл просто не услышал — при упоминании Розмари в его глазах появился нехороший блеск, обещавший смерть в мучениях тому, кто будет угрожать жизни его возлюбленной. Про себя я искренне порадовалась, что они смогли за прошедшие годы разобраться со всеми своими разногласиями и обрести счастье вместе.

— И ты хочешь пока просто остаться здесь? Взаперти? — уточнил он.

Я развела руками.

— В особняке полно Рыцарей, так что я абсолютно уверена, что в данный момент нахожусь в самом безопасном месте Англии. Не думаю, что тёмный маг попытается убить меня здесь. Со мной всё будет в порядке.

О том, что однажды Рыцарям уже поручили задачу позаботиться о моей безопасности, а они её с треском провалили, я предпочла не вспоминать. Я выглядела вполне уверенной в себе. Окончательно приняв решение, Майкл поднялся.

— Джейн, как только ты почувствуешь, что ситуация выходит из-под контроля, немедленно дай знать. Поднимай на ноги Рыцарей, вали вину на нас с Роуз. Мы тебя вытащим.

— Хорошо, — покладисто согласилась я, находясь в полной уверенности, что этого не произойдёт.

Он сделал шаг к двери, но в последний миг остановился.

— Джейн, ты действительно уверена, что Джеймс здесь ни при чём?

Должно быть, несмотря на все мои старания, на лице отразились какие-то сильные эмоции, потому что Майкл теперь смотрел на меня очень внимательно. Я снова ощутила боль и щемящую тоску — от нашего разговора на крыльце моего дома, от того, как он поступил со мной, заблокировав моей кровью магию в Оствике, от мысли, как бы у нас всё могло сложиться, если бы я снова не перенеслась во времени…

— Я знаю, что на его руках много крови, — наконец с усилием произнесла я, и отвернулась, пока Майкл не прочитал на моём лице что-нибудь ещё. — Но в том, что он не совершал жертвоприношения и не убивал Бернарда, я абсолютно уверена. И ты тоже это знаешь. Он же был твоим лучшим другом…

Майкл не отвечал, и тогда я повернулась к нему. У него было очень серьёзное и грустное лицо.

* * *

До вечера я просидела в одиночестве. Единственным гостем стал Роджерс, который часов в шесть принёс ужин — какие-то безвкусные, разогретые в микроволновке полуфабрикаты, которые я сжевала просто из принципа, поскольку голодовка не принесла бы никакой пользы. Наконец, когда часы показывали половину девятого вечера, ко мне пришёл новый посетитель, которому я обрадовалась не меньше, чем Майклу.

Алан Маршалл переступил порог и застыл, недоверчиво обозревая обстановку, а потом с не меньшим удивлением посмотрел на меня. Затем сурово сдвинул брови.

— Алисия! — гневно громыхнул он, так что даже всегда невозмутимый Роджерс вздрогнул и слегка попятился. — Ты совсем спятила?! Это что за беспредел? Ты кого тут держишь, военного преступника? Тебе надоело занимать свой пост, так, что ли?

— Мистер Маршалл, не забывайтесь, — холодно ответила откуда-то из коридора невидимая Алисия. — Лишить меня звания главы Рыцарей может только Хранитель, коим вы не являетесь. Эта Искательница — подозреваемая и соучастница. Пока я не разберусь, что к чему, она останется здесь.

Алан посмотрел на меня виновато.

— Прости, Джейн, — он вздохнул. — С формальной точки зрения она права. Впрочем, я всё равно постараюсь на неё надавить. Она явно перестаралась…

— Не страшно. Я в порядке, — улыбнулась я. — Лучше скажите, что теперь будет с Советом? Бернард мёртв, а ведь он был претендентом на место Хранителя…

— Да, и остаётся у нас один Чарльз, — лицо Алана стало кислым. — Не скажу, что доволен таким раскладом. С другой стороны, не совсем понятно, на что рассчитывал наш противник — ведь раздоры за место Хранителя теперь автоматически закончатся. Остался один главный кандидат…

Я посмотрела на него выразительно, и Алан поспешно замахал руками с несколько испуганным видом.

— Что ты, что ты! Я в этом участвовать категорически не хочу! Быть Хранителем ковена — на редкость неблагодарное занятие, Джейн. И прости мне моё малодушие, но я предпочёл бы провести остаток своих дней спокойно, не разбирая дрязги между магами. Это не по мне. Честно.

Я слабо улыбнулась, испытывая симпатию к человеку, который не гнался за властью и чётко знал, чего он хочет. В то же время, при взгляде на постаревшего Алана с глубокими морщинами и седыми волосами, я вспоминала полного сил человека, которого встретила в тысяча восемьсот восемьдесят пятом. За минувшее столетие он оправился после смерти Эмили, смог жить дальше, но… Я не сомневалась, что то, как сильно он постарел, было следствием именно горя, а не возраста.

— В общем, не беспокойся, Джейн, — Алан ободряюще мне улыбнулся и похлопал по плечу. — Ты здесь ненадолго. Признаться, было бы проще, если бы Майкл и Розмари не играли в тайны, а с самого начала рассказали, что они сохранили книгу заклинаний Томаса Гровера…

Он выглядел изрядно раздосадованным, а я поразилась:

— Они вам рассказали?

— После того, как тебя забрали Рыцари, Розмари и Майкл наконец-то поняли, что игры кончились, — утомлённо отозвался Маршалл. — Как дети малые, честное слово… Ну ладно Майкл, он всегда был горячая голова, но уж Роуз-то достаточно разумна…

Тут я вспомнила о ещё одном важном моменте, который точно должен был меня озадачить, будь я просто Джейн Эшфорд:

— А кто такой Томас Гровер?

— Колдун, который совершал жертвоприношения в тысяча восемьсот восемьдесят пятом. Джеймс, Майкл, Розмари и Путешественники тогда его остановили… Впрочем, сейчас это совершенно не важно, — рассеянно отозвался Алан, а потом посерьёзнел. — Джейн, Алисия собирается этим вечером устроить допрос. Правда, не в присутствии всего ковена, а только при Рыцарях. Как член Совета я имею право присутствовать, так что не беспокойся. Я буду с тобой. Хочу дать тебе совет — ничего не признавай. Отрицай все обвинения. Ссылайся на собственное незнание и непонимание ситуации. Джеймсу ты этим уже не навредишь — Алисия и так подозревает его во всех смертных грехах, и ты ситуацию вряд ли ухудшишь. Для нас сейчас главное — вытащить тебя. Понятно?

— Вы так говорите, будто мне грозит настоящая опасность, — недоумённо нахмурилась я.

Алан взглянул на меня пристально, словно хотел просверлить взглядом насквозь.

— Не исключено, — тихо признал он. — Так что будь осторожна.

— Вы о чём? — я вся подобралась. — О какой опасности вы говорите?

Он запнулся, будто не был уверен, стоит ли мне это объяснять, но всё же заговорил:

— Теперь, когда Закери в больнице, Рыцарям труднее понять, врёт допрашиваемый или говорит правду. Алисия — весьма решительный человек и предпочитает следовать принципу «цель оправдывает средства». Особенно сейчас, когда наш противник окончательно распоясался и почувствовал собственную безнаказанность. Если твои ответы покажутся ей неудовлетворительными, или она просто заподозрит тебя в чём-то, она может приговорить тебя к ментальному допросу.

— Судя по названию, кто-то должен влезть в мою голову, чтобы узнать мои настоящие мысли? — уточнила я, подумав, что читала пару фэнтези-книг, где подобное было возможно.

Алан подтвердил мою мысль:

— Именно так. Проблема в том, что… Специалиста, который смог бы работать с такой тонкой материей, как человеческий разум, у нас не было очень давно.

Я почувствовала, что бледнею. Кажется, однажды я уже проходила через подобное — когда Чарльз настаивал, чтобы мне стёрли память, а Джеймс и Алан встали на мою защиту, поскольку знали, насколько это опасно и непредсказуемо. Да, сейчас Чарльз со своими радикальными идеями был в больнице… Но Алисия, кажется, теперь была настроена ещё более радикально.

— Риски весьма велики, — негромко подтвердил мою догадку Алан. Вид у него был мрачный.

Теперь мне стало по-настоящему не по себе. Признаться, к такому повороту я вовсе не была подготовлена. Одно дело, когда тебя просто хочет кто-то убить, и другое — когда тебе в голову влезает какой-то неумёха-маг, и твои мозги в результате превращаются в кисель…

Отлично. Теперь я вполне напугана. Ещё немного — и начнётся паника. Поскольку уж чего-чего, а убедительных ответов, которые удовлетворили бы Алисию, у меня нет, и взяться им неоткуда.

Лицо у меня, должно быть, стало совсем дикое, потому что Алан поспешил сказать:

— Джейн, даю слово, я приложу все усилия, чтобы подобного не произошло! Алисия, при всех своих недостатках, всё же здравомыслящий человек. Она не дойдёт до такого. Но всё же… Джейн, поскольку я фактически буду выступать в роли твоего адвоката, я должен знать. Тебе известно что-то такое, о чём ты умалчиваешь? Что-то, что могло бы пролить свет на все совершённые колдуном преступления?

Он смотрел на меня внимательно. В глазах Алана я не прочла сочувствия и слегка приободрилась. Раз маг совершенно спокоен, собран и деловит, значит, не так уж плохи мои дела. Я честно задумалась.

— Есть… вещи, о которых я умалчиваю. Они не имеют отношения ни к колдуну, ни к ритуалам, хотя Алисия мою точку зрения не разделяет. Она считает, что я что-то скрываю, хотя на самом деле это просто слишком личное.

— И это «личное» связано с Джеймсом? — проницательно уточнил Алан.

Я слегка покраснела и неловко кивнула. Одно хорошо — как и Майкл с Розмари, он спишет мои чувства на романтическую привязанность к магу, который спас меня от захвата Путешественником, и которого я, в свою очередь, спасла от тех же Путешественников. О том, что я Элиза, пока никто не должен знать. Даже Алан, Розмари или Майкл.

Он понимающе улыбнулся, не заметив моего замешательства.

— Он был хорошим человеком, Джейн, — заметил он, и как-то по-отечески погладил меня по голове. — И вполне возможно, что остался им до сих пор. Ведь ты смогла увидеть в нём что-то положительное… Но нам лучше сосредоточиться на деле.

Металлическая дверь снова открылась, пропуская внутрь Алисию в компании ещё двух Рыцарей. Глава Рыцарей вошла, чеканя шаг, как солдат на плацу. Рыжеватые волосы были стянуты в узел на затылке, так что кожа, казалось, туго обтягивала лицо. Её подчинённые держались куда более тихо. В лицо я их не знала, это были не те, кто приходил с ней утром.

— Мисс Эшфорд, мы хотим вас расспросить, — остановившись перед моей койкой, процедила Алисия. — Вставайте.

— Алисия, я пойду с вами, — заявил Алан, поднимаясь на ноги.

— Не вижу в этом необходимости, — отрезала та, даже не взглянув в его сторону. Она всё ещё казалась взвинченной. Может, Закери стало хуже?

— А я как раз вижу. Хочу убедиться, что ты не выйдешь за рамки, — возразил Маршалл таким тоном, что, будь я на месте главы Рыцарей, точно попыталась бы забиться в какой-нибудь тёмный угол. Алисия, однако, не испугалась и посмотрела Алану в лицо. Поскольку она была довольно высокой, разница в росте двух магов была несущественной, но сейчас Алан словно возвышался над ней. И, наверное, всё же он был сильнее её, поскольку она отвела взгляд первой.

— Как пожелаете. Идёмте.