Глава 17

Разъехавшиеся на следующий день гости быстро разнесли весть о том, как прошло похищение невесты. Наагашейд был весьма доволен: это должно было нанести удар по слухам о незаконной женитьбе Риалаша.

- Если невеста его похитила, значит, он ей нужен. А если на ней женились без её одобрения, то зачем ей такой жених нужен? - рассуждал вслух повелитель.

Родители Дариллы, хоть Таюна и предупредила их о столь непривычной для них традиции, были ошеломлены. Отец никак не мог поверить, что его дочь оказалась способной провернуть подобное.

- Это он ещё про тюрьму не знает, - заметил Риалаш. - И про дракона. Другого дракона, - муж ревниво посмотрел на дракончика, который испуганно прижимался к коленям жены.

Мама к выходке Дариллы отнеслась неодобрительно. По её мнению, похищение - это удел исключительно мужчин.

Зато Вианиша была в полном восторге. Наагасах Шашеолошу даже опасался, что вдохновлённая примером оборотница похитит его внука, и приставил к ней соглядатаев, чтобы упредить с её стороны неугодные ему действия. Так что, когда оборотни через две недели после праздника собрались домой, многие вздохнули с облегчением.

В день прощания Роиша и Вианиша рыдали навзрыд и обещали друг другу писать длиннющие письма. Дарилла, глядя на них, неожиданно осознала, что ей даже будет не хватать шумной оборотницы. Совсем немного.

- Её визит прошёл почти без происшествий, - тихо прошептал Риалаш, прижимая Дариллу к своей груди и пытаясь обвиться вокруг неё хвостом.

Увы, последнему мешал дракончик, который следовал по пятам за свой хозяйкой и испуганно прижимался к её ногам. Окружающий большой мир вызывал у него всеобъемлющий страх, и без защиты матери он чувствовал себя уязвимым. Наагашейд рассказал, что этого малыша по его приказу приобрели на одном из чёрных рынков Дардана. Где его мама, он, конечно же, не знал и выяснить не пытался.

Недовольно взглянув на будущую грозу скальных кошек, Риалаш всё же обвился и вокруг жены, и вокруг её питомца.

- Я обязательно приеду ещё раз! - громко пообещала присутствующим Вианиша.

- Будем ждать, - улыбаясь, ответил ей Дейширолеш. Родственники и подданные в лице стражи с немым укором посмотрели на него.

Дарилла, ненадолго оставив мужа и питомца, крепко обняла Вианишу и поцеловала её в щёку.

- Хорошей дороги, - пожелала она. - И не особо доводи брата.

- Нет, как раз Увашара можешь доводить, - Риалаш неприязненно взглянул на оборотня, который нетерпеливо посматривал на свою взбалмошную сестрицу. Выходку с поцелуем наагасах до сих пор простить ему не мог.

Вианиша слабо улыбнулась нагу и в очередной раз осмотрела провожающих. Дарилла знала, кого она ищет. Низкан стоял у лестницы в сопровождении Вайриша, на плече которого радостно повизгивал Дар. Может, именно из-за Вайриша оборотница раз за разом делала вид, что не замечает их. Словно бы не Низкана ищет, чтобы наагасах не утащил сына прочь.

- Иди, - Дарилла подпихнула девушку в спину и кивнула на Низкана. Та осторожно шагнула к бывшему вольному.

Оказавшись рядом, Вианиша нерешительно замялась. Ей очень хотелось обнять Низкана на прощание. Они же теперь увидятся совсем не скоро. Но ему это вряд ли понравится. Да и наагасах Вайриш смотрел на неё, как на источник всех бед. Заворочавшийся внутри зверь возжаждал покусать неуступчивого нага.

- Ну... до свидания, - тихо пробормотала девушка.

Ей пришлось сцепить руки, чтобы не броситься Низкану на шею. Сдерживаться было невероятно сложно.

Низкан рассматривал золотистый силуэт девушки и испытывал противоречивые эмоции. Отъезд Вианиши его радовал. Девушка была слишком деятельной и пугала этим. Но мужчина знал, что нравится ей, и ему было её жаль. Прощание выходило каким-то неловким, хотелось вроде бы как-то ободрить девушку, но как?

Вианиша переступила с ноги на ногу, но так и не отошла от Низкана. Мысли её ярким хороводом крутились в голове: девушка лихорадочно соображала, что бы ещё сказать.

Неожиданно Низкан шагнул вперёд и, наклонившись, прижал оборотницу к своей груди. Вианиша забыла, как дышать, и изумлённо распахнула глаза.

- Удачной дороги, - прошептал ей бывший вольный и, отстранившись, улыбнулся.

Поражённая девушка продолжала смотреть на него, будучи не в силах пошевелиться.

- И что это было? - недовольно спросил Вайриш у сына.

- Женщин нужно обнимать, - спокойно ответил тот.

Наагасах нахмурился, не понимая, почему ему эта фраза кажется знакомой. Но потом он вспомнил, от кого слышал её раньше, и недовольно искривил губа.

- Ну отец...

На губах Вианиши возникла блаженная, чуть смущённая улыбка. Вайриш недовольно посмотрел уже на неё, а затем ухмыльнулся.

- Ну раз нужно... - протянул коварный наг и, плавно скользнув вперёд, схватил испуганно пискнувшую девушку в охапку.

- Вы что творите? - Вианиша посмотрела на него с выражением самого праведного гнева.

- Обнимаю женщину, - ехидно ответил Вайриш, поднимая девушку так, что её ноги оторвались от земли. - О, простите, девочку.

Вианиша возмущённо замолотила его по плечам.

- А ну пустите! - требовала она.

- Дорогая моя, вы жестоки, - продолжал издеваться наагасах. - Я же всего лишь хочу попрощаться с вами.

Притиснутая к его груди девушка вспыхнула от гнева и смущения одновременно. А Вайриш, склонившись к её уху, горячо прошептал:

- Учти, если не отбросишь мысль завладеть моим сыном, то тебе придётся познать все ужасы мира. Я обещаю, что буду очень стараться.

- Я тоже буду стараться! - пообещала разъярённая девушка.

- Договорились, - хмыкнул наг и, хлопнув девушку хвостом по заднице, отпустил.

Та отскочила, прикрывая руками ягодицы. Щёки её налились пунцовым цветом, а на глазах вскипели слёзы бессильной ярости. Зарычав, она неожиданно ринулась на наагасаха и двинула ему головой в живот. Наг охнул, а затем и зашипел: разъярённая девчонка схватила его руку и изо всех сил укусила за запястье. Но прежде чем мужчина успел отреагировать, Вианиша отскочила в сторону и, прокричав на прощание:

- Чтоб у тебя хвост облез! - припустила к карете.

- Вот засранка! - Вайриш с досадой осмотрел прокушенное до крови запястье. - Низкан, если вздумаешь на ней жениться - я тебя убью.

- Сам убейся, - спокойно ответил ему сын и, хмыкнув, добавил: - Это ведь твой хвост погладил её по заднице.

Вайриш растерянно хлопнул глазами и малость смутился: почему-то стало неудобно перед сыном.

- Не погладил, а хлопнул, - сконфуженно поправил он.

Вианиша, забравшись на подножку кареты, развернулась и, пылая гневом, показала Вайришу неприличный жест.

- Вианиша! - возмутился Увашар, которому вообще-то следовало возмутиться ещё раньше, но действиями Вайриша.

Наагасах только хмыкнул и в ответ показал девушке язык.

- Как дети... - довольно протянул Дейш.

Граф и графиня Авайские покинули дворец через неделю после отъезда оборотней. Дарилла пыталась уговорить родителей остаться на более долгий срок, но отец явно чувствовал себя некомфортно среди нагов.

- Нет, Дарилла, - госпожа Агнесса грустно покачала головой. - Мы уезжали в спешке, я даже не успела отдать все нужные приказы управляющему. Боюсь, если мы задержимся, то в имении могут начаться проблемы. Наши люди не привыкли, чтобы господа отсутствовали слишком долго.

Провожать их вышли сама Дарилла с Риалашем и Таюна с Аршавеше. Наагашейд и наагашейдиса высказали свои пожелания хорошего пути днём ранее, на прощальном ужине, после которого сразу же уехали из города. У повелителя имелись неотложные дела.

У лестницы гостей уже ждала чёрная коробка кареты и отряд из двадцати нагов в качестве сопровождения. Бедняжка Мирид, больше всех радовавшаяся отъезду, побледнела, сообразив, что от нагов они избавятся, только добравшись до имения.

Прощание было недолгим. Все горячие слова и искренние пожелания были высказаны ещё раньше. Сейчас же и гостям, и провожающим уже не хватало слов, чтобы высказать всё, что кипело в душе.

Мама крепко обняла Дариллу и поцеловала её.

- Пиши мне, - попросила она. - И пиши, пожалуйста, чаще, чем раньше.

Дарилла кивнула и сглотнула. В горле застрял ком и захотелось заплакать.

Графиня перешла к Таюне и замерла напротив неё. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, а затем одновременно шагнули навстречу и осторожно обнялись.

- Я тоже буду писать, - прошептала Таюна.

- А я буду отвечать, - пообещала графиня.

Граф смущённо кашлянул, напоминая супруге, что карета их уже ждёт. Мирид мялась рядом, тихо увещевая Ажена, чтобы он вёл себя приличнее и не вертелся так сильно. Для любопытного малыша это было непосильной задачей.

Графиня ещё раз по очереди крепко обняла дочерей и, опёршись на руку Риалаша, забралась в карету вслед за Мирид. Граф неловко улыбнулся Дарилле и Таюне и то ли кивнул им, то ли просто нервно дёрнул головой.

Дверца за ним закрылась, и в окне появилось лицо графини. Она улыбалась и махала рукой провожающим.

Когда чёрная коробка экипажа скрылась за воротами, Дарилла позволила себе больше не улыбаться. На душе было плохо. Казалось, что вместе с матерью уехала какая-то важная часть её жизни. Невозвратимая часть. С особой острой тоской вспомнились имение, в котором она выросла, старшие сёстры, луга, поля и леса родного края... Девушка с трудом вздохнула, чувствуя, как непомерная тяжесть наваливается на плечи. Она столько лет мечтала вырваться из дома и повидать мир, а теперь готова была плакать, представляя, что никогда больше ничего этого не увидит.

- Таюна! - испуганно вскрикнул Аршавеше.

Таюна не сдерживалась и, закрыв лицо руками, плакала. Дарилла почувствовала, что слёзы всё же потекли по щекам, и поспешила прижаться к Риалашу. Муж крепко обнял её и утешающе погладил по спине. Стало немного легче. Всхлипнув, Дарилла подумала, что всегда можно будет посетить родные места. Только уже в качестве гостя.

Вдоволь натосковаться Дарилле не позволили. В холле её отловил наагалей Эош и со словами, что она и так долго отлынивала от своих обязанностей, отправил её в парк к небольшой огороженной полянке, где выращивал неприхотливые лекарственные травы. Поляну эту во дворце называли Заповедным Царством: ограду её украшали охранные знаки, которые по просьбе Эоша вырезал Заашар, чтобы непосвящённые не могли залезть в огород лекаря. Всё же там имелись и ядовитые травы. Заповедное Царство наагалея находилось в дальней части парка отчасти потому, что туда реже заползали гуляющие.

Дарилла, прихватив ключ от оградки и корзину для трав, попросила учителя присмотреть за дракончиком, которому так и не дала имя, и неохотно потопала в сторону парка. На поляне она бывала уже не раз, поэтому, свернув с садовой дорожки, направилась дальше через кусты.

Высокую оградку Дарилла заприметила уже из-за кустов и, подобрав юбки, ускорила шаг. Калитку от оградки пришлось долго отдирать: плющ, оплетающий жерди плотным ковром, привязал её крепче замка. Девушка, ругаясь, отодрала цепкие стебли, подозревая, что Заашар наложил на растение какое-то особое заклинание ускоренного роста, потому что в прошлый свой визит она уже обрывала этот плющ.

Набрав в корзинку необходимые травы, Дарилла решила не спешить и немного отдохнуть. Отъезд родителей словно высосал из неё все силы. Усевшись на прогретую солнцем землю, девушка уставилась на голубое небо, виднеющееся между кронами деревьев, и задумалась. Вдалеке плыли припозднившиеся к сезону дождей плотные серые тучи. Было душно и остро пахло травами и цветами, а где-то в ветвях обеспокоенно щебетали птицы, предчувствуя скорый дождь.

Дарилла почувствовала, что успокаивается. Прощаясь с родителями, она на мгновение вообразила, что они будут жить в одиночестве. Две дочери вышли замуж в другую страну, а остальные разъехались по разным уголкам Нордаса. Девушка представила стареющих графа и графиню в слишком большом для них имении, где они читали письма от своих детей и тяжело вздыхали. И Дариллой овладело такое сильное чувство вины, словно бы она бросила мать и отца.

Но дети рано или поздно покидают родное гнездо. У её родителей ещё есть Ажен, который будет радовать их своим взрослением. И у них шесть дочерей, в конце концов! Даже если только четверо из них будут приезжать в гости, мама и отец не успеют соскучиться по одиночеству. А её место теперь здесь.

Дарилла вспомнила свою первую встречу с Риалашем. Перед глазами опять возник образ высокого нага с длинной тёмно-русой косой, который пристально смотрел на её своими странными жуткими глазами. Мурашки взволнованно пробежали по коже, и девушка счастливо улыбнулась. Ей сказочно повезло: её полюбил мужчина, на ответную привязанность которого она даже не надеялась. Подумать только, а ведь она какое-то время сомневалась в его чувствах! Вот глупая! Нестерпимо сильно захотелось прижаться к мужу и извиниться перед ним за это. Ну или просто прижаться и горячо-горячо прошептать ему, как сильно она, Дарилла, его любит.

Девушка нетерпеливо вскочила на ноги и, подхватив корзинку, решительно направилась прочь из Заповедного царства.

Она бегом преодолела заросли кустов и, выскочив на садовую дорожку, припустила в сторону дворца. Парк уже почти кончился, но едва Дарилла миновала черту, после которой древесные заросли переходили в травяной ковёр, как кто-то обхватил её за талию и уволок обратно в кусты. Сильная ладонь закрыла девушке рот, и запаниковавшая Дарилла вцепилась в неё зубами. Вцепилась и застыла: руки показались ей знакомыми. Осторожно посмотрев через плечо, Дарилла увидела улыбающееся лицо Риалаша.

- Я тебя похищаю, - прошептал муж.

Семь лет спустя

Стража у дверей зала собраний едва не подпрыгнула, когда раздался грохот взрыва. Дверь комнаты, расположенной в саженях двух от них, была вынесена изнутри хвостом, и в коридор выползли двое высоких нагов с хвостами диких расцветок. Одежда на спине одного из мужчин топорщилась лоскутами и была зачернена жирным слоем сажи. У второго мужчины такой же блестящий слой копоти покрывал кончик хвоста. Под руки они держали кашляющую Дариллу, у которой почернели лицо и её растрёпанная коса.

- Госпожа, может не стоит больше пытаться? - серьёзно предложил один из охранников.

В ответ Дарилла чихнула и попыталась рукавом оттереть лицо. Охранник, хмыкнув, провёл пальцами по блондинистой косе наагасахиа, превращая женщину в брюнетку.

Дверь зала собраний резко распахнулась, и на пороге появился недовольный наагашейд. Увидев закопчённую Дариллу, Дейш прищурился и с негодованием раздул ноздри.

- Моя дорогая, напомни мне, о чём мы с тобой договаривались? - вкрадчиво пропел повелитель.

Дарилла оценивающе посмотрела через плечо на комнату, из которой валил дым, и поспешила натянуть любезную улыбку.

- Уважаемый отец, - просипела она, - вы распорядились, чтобы я проводила свои эксперименты только в присутствии учителя.

- Так я не вижу, чтобы условия уговора соблюдались, - Дейш сложил руки на груди и прихлопнул хвостом по полу.

Из глубины комнаты раздался натужный кашель, и на косяк легла когтистая рука. За порог выполз почерневший наагалей Эош.

- Я здесь, повелитель, - наг опять закашлял. - Простите, я отвлёкся буквально на секунду.

Дейш смерил лекаря оценивающим взглядом.

- Дарилла! - наагашейд с укором посмотрел на девушку. Та виновато опустила голову. - Я всё расскажу Риалашу, - пообещал коварный свёкор и опять скрылся в зале.

- Почему?! - Дарилла с возмущением уставилась на закрывшуюся дверь. - Мы же договорились, что если я работаю с учителем, то Риалаш ничего не узнаёт!

Наагашейд не потрудился вернуться и объясниться. Дарилла топнула ногой.

- Вот же жулик! - она хотела сказать кое-что покрепче, но язык не повернулся. А она ещё этого змея отцом назвала!

Наагалей Эош опять натужно закашлял, привлекая внимание ученицы. Откашлявшись, он попытался оттереть лицо рукавом, но лишь сильнее размазал сажу.

- Ох, Дарилла, чувствую я, что в учениках ты у меня проходишь долго, - с намёком протянул лекарь и сурово добавил: - Никаких больше экспериментов!

- Учитель... - жалобно начала Дарилла.

- Не хочу ничего слышать! - Эош заткнул уши и пополз прочь. - Мне сейчас ещё Вааш нервы трепать будет.

Дарилла угрюмо посмотрела ему вслед.

- Не расстраивайтесь, госпожа, - попытался утешить её Ласеэ. - Через пару недель смягчится. Да и наагалей Вааш ему за вас отомстит.

Женщина даже не улыбнулась. Наагалей Вааш может «отомстить» не только учителю, но и ей самой. Даже после того как он стал отцом, его инстинкты никак не хотели успокаиваться. Дарилла всё ещё помнила, сколько наагалей Эош выпил успокоительного, когда его жена, наагалея Рушана, отправилась принимать роды у госпожи Тавриды. Слава богам, всё прошло замечательно. Только учитель потом проспал двое суток подряд.

У сведённого с ума своим родительским счастьем Вааша родилась дочь. Дворец несколько дней гудел как улей, пытаясь вызнать у наагалеи Рушаны подробности о ребёнке. Но нагиня просто отвечала, что ребёнок полностью здоров и крепок телом. При этом на её лице возникало странное выражение, которое наводило окружающих на мысль, что с дочерью Вааша что-то не так.

Увидеть новорождённую удалось, когда сам наагашейд изволил навестить имение Онсаш. Вааш не хотел пускать даже его, но всё же, подержав некоторое время на пороге, пустил. Дарилла была тогда в числе тех, кто прибыл вместе с наагашейдом, и до сих пор помнила собственное лёгкое удивление, когда впервые увидела девочку. Та оказалась поразительно похожа на своего отца. Такая же крупная, как он, и по-детски упитанная. Наагашейд, взяв ребёнка на руки, высказал тогда вслух пожелание многих из собравшихся:

- Надеюсь, когда ты вырастешь, то будешь меньше похожа на своего папу.

Впрочем, пока это пожелание не сбылось. Но всё семейство Онсаш души не чаяло в ребёнке, а госпожа Таврида, Вааш и Райшалаш были очень счастливы.

Дарилла, решительно сжав кулаки, упрямо потопала следом за учителем. Он уже не первый раз отказывался поддерживать её эксперимент, но ей всегда удавалось уговорить его поменять своё мнение. Тем более, как считала сама Дарилла, цель эксперимента была очень достойной, хоть и невероятно сложной.

Полгода назад она задалась целью создать что-то, похожее на мазь, привезённую ею с Гава-Ыйских болот. К удивлению девушки, та за эти годы так и не пропала, сохранив свои целебные свойства. Наагалей Эош, тщательно изучив её, сообщил, что основной компонент лекарства - магия, что Дариллу ничуть не удивило. На Гава-Ыйских болотах всё было пропитано магией.

- Мазать магию на раны! Это ж ещё додуматься... - с некоторым восхищением посмеивался наагалей.

В задумке Дариллы имелась одна очень серьёзная сложность: где взять необходимое количество магии? А ведь её требовалось очень много, даже Заашар не согласился помочь. Поломав несколько месяцев голову над этим, Дарилла попросила Низкана достать ей тифрити. К мужу женщина не рискнула обратиться, посчитав, что он не одобрит её затею. Низкан через деда достал требуемое, но счёл своим долгом сообщить об этой услуге наагашейду. Пришлось договариваться с этим венценосным змеем, чтобы он ничего не рассказал Риалашу.

Казалось бы, все основные проблемы устранены. Но магия, извлечённая из тифрити, никак не хотела соединяться с мазью. Чаще всего проблемы начинались ещё на этапе извлечения магии. Вот и сегодня Дарилле уже почти удалось достать её, но та взбунтовалась, разнесла оболочку тифрити и лопнула как огненный шар.

Нагнать учителя Дарилла смогла только у лекарского крыла, но уговоры пришлось отложить. Их уже ждал наагалей Вааш. Ласково рокоча, огромный наг укачивал на руках упитанную русоволосую девочку с зелёным хвостом. Та внимательно слушала его, широко распахнув жёлтые глазки, и хихикала. Прислушавшись, Дарилла понял, что наг рассказывает девочке весёлую сказку про умного нага и жадного оборотня.

- С чем на этот раз? - вместо приветствия спросил мрачный в прямом смысле этого слова Эош.

Вааш поднял глаза и оторопело замер, рассматривая покрытого сажей лекаря. Шашалан, его дочь, весело захихикала.

- Эт что с тобой? - подивился наг.

- Жертва во имя мира, - пафосно ответил Эош. - Так с чем на этот раз? Опять чешуйка отвалилась?

Вааш оскорблённо посмотрел на него. Он, лишённый в своё время возможности наблюдать за ростом Райшалаш именно в этом возрасте, старался проводить со своей драгоценной дочерью каждую минуточку, словно опасаясь, что потом у него не будет такой возможности. И к каждой ранке Шашалан он относился с достойной другого применения мнительностью.

- У нас выпал зуб, - с достоинством ответил наг.

- О, у вас тоже? - обрадовалась Дарилла.

Вааш мрачно посмотрел на неё, и женщина поспешила прикусить язык. Эош молча указал наагалею на свободную комнату, уже зная, что так просто от него не избавиться, и отправился мыть лицо.

- Вы чем занимались? - не удержался от повторного вопроса Вааш.

- Учитель же сказал: жертва во имя мира, - не стала вдаваться в подробности Дарилла.

- Значит, Риалашу об этом не стоит знать, - по губам нага скользнула хитрая ухмылка, и Дарилла опасливо посмотрела на него. - Расслабься, я не буду трепать языком. Ссадаши-то вернулся?

- Нет, - женщина с благодарностью ухватилась за новую тему. - Даже писем не пишет. Оисиша переживает, госпожа Тейсдариласа тоже волнуется.

- Этот поганец не пропадёт, - уверенно заявил Вааш, щекоча дочь. - Зато виден серьёзный настрой.

Дарилла согласилась с ним. Она ещё никогда не видела Ссадаши таким злым. Да, серьёзный настрой был ощутим.

- Ещё здесь? - вернувшийся Эош недовольно посмотрел на Вааша. - Я же велел ждать в комнате. Да когда же это закончится?! - неожиданно завопил наг.

Малышка на руках Вааша испуганно икнула, но возмущался наагалей по совершенно другому поводу. Из двух комнат лекарского крыла доносилось затейливое разъярённое шипение.

- Если сейчас же не угомонитесь, я лекарем над вами Дариллу поставлю! - пригрозил Эош.

Шипение неохотно умолкло. Всё же Дарилле как лекарю мало доверяли. Она в учениках ещё и четверти века не проходила, чтобы считаться достойным мастером в лечении. К тому же лекарем она была хоть и не очень хорошим, но решительным, что пугало пациентов ещё больше.

Эош распахнул дверь и сделал приглашающий жест для Вааша. Дарилла успела в окно комнаты увидеть, как перед дворцом на траву опускается громадный тёмно-синий дракон. На его спине виднелась крошечная фигурка наездника и более крупное белое пятно. Белое пятно распахнуло широкие крылья и, спланировав вниз, побежало в сторону дворца. Дарилла опознала в нём Дара и ощутила укол зависти. Сама она в последние дни никак не могла найти время на то, чтобы самой выгулять Бродягу и почувствовать радость полёта. Да и Риалаш уехал по делам, а Дарилла уже привыкла прижиматься спиной к груди мужа, который боялся отпускать её летать в одиночестве.

Дверь закрылась, и Дарилла тряхнула головой, пытаясь выбросить грёзы о полётах.

- Госпожа, - Юэс, один из охранников, прикоснулся к локтю наагасахиа, привлекая её внимание, - вы, кажется, кое-что забыли.

Дарилла с недоумением посмотрела на братьев. Ласеэ и Юэс были заменой Миссэ и Доаша. Последние лично подготовили эту парочку и, когда сочли, что те знают уже вполне достаточно, покинули службу и княжество. Где они сейчас, Дарилла даже не знала: письма от бывших охранников поступали нечасто. Последнее пришло ещё четыре месяца назад, и из его содержания Дарилла поняла, только что находятся наги где-то далеко на западе. Переживая за них, наагасахиа даже связалась с их матерью в надежде, что та знает больше, но нагиня с обидой сообщила, что «эти поганцы не балуют её новостями». Выслушав разгневанную женщину, Дарилла мысленно пожелала Миссэ и Доашу исправиться и стать более внимательными сыновьями.

Ласеэ и Юэс так же, как и мать Миссэ и Доаша, были родом из южных ядовитых кланов Шаашидаша. Когда-то их сюда прислал наагариш Гайраш, чтобы они несли службу при дворце. Впервые Дарилла с ними столкнулась в день, когда круг наагаришей решал судьбу Вайриша: именно эти двое тогда несли охрану у зала. Ласеэ и Юэс были братьями, но не близнецами, как Миссэ и Доаш, однако похожи друг на друга они были больше, чем вышеупомянутые. Волосы у обоих были цвета очень тёмной хвои. Настолько тёмной, что их длинные косы казались серовато-чёрными, а не зелёными. Хвосты же у них были коричнево-жёлтые в красно-зелёных крапинах.

Дарилле братья нравились. Они никогда не доставали нравоучениями, всегда были готовы помочь ей сбежать из дворца, и с ними было интересно гулять по городу: Ласеэ и Юэс притворялись её братьями и таскали по площадям и паркам. Правда, через некоторое время жители города перестали обманываться. Больно уж сами охранники и их госпожа были узнаваемы.

Дарилла так и не вспомнила, о чём именно забыла, и вопросительно посмотрела на Юэсе.

- Гости, - ответил тот.

- Ох, Тёмные! - всполошилась женщина. - Полдень же уже! А-а-а, я же грязная!

Подобрав юбки, наагасахиа бегом припустилась к своим покоям. Ласеэ едва успел перехватить её за локоть.

- Вы - в купальню, а я - за одеждой.

- Хорошо, - согласилась Дарилла. - Только осторожнее, не разбуди ребёнка.

Сказав это, наагасахиа развернулась в сторону купален и бросилась к ним бегом, искренне надеясь, что гости немного задержатся. И как она могла забыть, что должны приехать Рийган и Нарена?

Первое письмо от Нарены Дарилла получила только через полгода после свадебного торжества. Но, судя по содержанию, послание было далеко не первым. Куда улетели остальные - одним богам известно.

Дарилла была счастлива узнать, что у этой парочки всё хорошо. Она успела искренне к ним привязаться и по-настоящему переживала за их судьбу. В своих письмах Нарена сообщала, что у них с Рийганом всё замечательно. Их никто не обижал, Рийган учился управлять своими силами, а сама Нарена пыталась помогать госпоже Айшее по хозяйству.

В течение трёх лет от неё поступали письма, содержание которых мало менялось. Рийган быстро учился, вызывая удивление у всех своих учителей, а Нарена, после того как им выделили отдельный дом, сама стала хозяйкой. По её посланиям чувствовалось, что это уже не та испуганная девушка, которая сбежала из дома отца, чтобы начать жить по-другому. Она изменилась, стала увереннее, и былые страхи в большинстве своём теперь вызывали у неё улыбку.

Проблемы у друзей Дариллы начались на четвёртый год: Рийган вырос. Ему исполнилось шестнадцать лет, и он по-прежнему был влюблён в Нарену. Дарилла была поражена и озадачена его постоянством. А вот сама Нарена... Юная девочка выросла, изменилась, и для неё стало очевидным, что их с Рийганом союз невозможен. Она человек, а Рийган хаги. Она состарится и умрёт, не прожив даже ста лет, а Рийган будет молод ещё в течение нескольких веков. Нарена приняла решение и посчитала, что будет правильным отказать Рийгану. Но чувствовалось, что она испытывала сомнения в правильности этого решения.

Эти сомнения были отражены в её письмах. Нарена не писала о них напрямую, но они проскальзывали в отдельных фразах и словах. Дарилла не могла ей что-то посоветовать. С одной стороны, ей хотелось, чтобы Нарена откликнулась на чувства Рийгана. Дарилла была привязана к подруге почти как к сестре и, конечно же, желала, чтобы её супругом стал достойный мужчина. Рийган был именно таким. Его упорство и настойчивость вызывали уважение, и он приложил много сил, чтобы в свои шестнадцать считаться взрослым. Но следовало признать и реальность: этот союз действительно был бы слишком недолог.

Только у Рийгана тоже имелось собственное мнение, и оно сильно отличалось от принятого решения Нарены. Нарена почти ничего не писала из того, как мальчик, то есть уже мужчина, относился к ней самой. И Дарилле в этом умалчивании чудилось что-то стыдливое. Да и упоминания девушки, что Рийган неожиданно перестал ладить с тем-то и тем-то и переломал руки Хайвару, сложили у Дариллы представление, что ревнивый мальчишка отпугивает от подруги всех возможных поклонников.

А два года назад пришлось письмо, где Нарена просто написала, что вышла замуж за Рийгана. Никаких подробностей, только: «Я стала его женой».

Читая то письмо, Дарилла испытала сложную гамму чувств. Она была рада за подругу и гордилась Рийганом, который всё же добился своего, но её заранее начинала мучить тоска от осознания неизбежно трагического финала этого союза. Не выдержав, Дарилла обратилась к Заашару с вопросом, можно ли переделать брачный ритуал нагов под представителей других рас. Придворного мага очень взволновал этот вопрос. Быстро увлекаясь сложными задачами, Заашар преисполнился энтузиазмом, и через некоторое время между ним и Рийганом завязалась переписка. Содержания её Дарилла не знала, но полгода назад Заашар заявил, что, кажется, нашёл решение, но его необходимо проверить на практике «с исходным материалом». И примерно в то же время от Рийгана пришло первое за эти годы очень короткое послание лично для Дариллы:

«Мы едем».

Взволнованная Дарилла с большим нетерпением ждала приезда давних друзей, с которыми она пережила столько приключений. Больше недели назад поступило известие, что гости наагасахиа пересекли Шишейку, и Дарилла, которая за всё это время не получила от Нарены ни одного письма и не знала точно, где именно находятся друзья, пришла в необычайное волнение. А вчера вечером сообщили, что Рийган и Нарена прибудут, вероятно, сегодня к полудню.

И как она могла забыть об этом? Это всё из-за того, что утром Низкан принёс ей новые тифрити, и она, конечно, тут же захотела продолжить свой эксперимент, чтобы опробовать ещё один метод.

Быстро умывшись и переодевшись, Дарилла в сопровождении охраны выбежала в холл, где, скатившись с лестницы, нос к носу столкнулась с Низканом. Бывший вольный вёл за руку упирающуюся Шайлину.

- Я хочу на площадь! - недовольно шипела сильно подросшая за эти годы девочка.

Низкан спокойно её выслушал и отрицательно покачал головой. Не то чтобы он был против прогулки в город, но Шайлина была наказана за то, что залезла на крышу без него, а наказанным девочкам не полагалось что-то требовать.

- Я хочу!

Шайлина вырвала из его руки свою ладошку и замолотила хвостиком по полу, требуя осуществить её желание. У неё сейчас был самый волшебный возраст, когда она считала, что должна получать всё, что хочет. К удивлению многих, Низкан весьма спокойно относился к её взбрыкам и невозмутимо переносил все истерики, и девочке приходилось смиряться с тем, что не всё в этом мире делается по её хотению.

- Ты куда-то уходишь? - Низкан подозрительно посмотрел на Дариллу.

- Нет, мне только к воротам, - отмахнулась та.

Мужчина прикоснулся к медальону на своей груди, и его зрачки расширились. Он всегда так делал, когда хотел увидеть эмоции собеседника и убедиться, что ему не врут.

- Ты взволнована, - заметил Низкан.

- Ко мне сейчас должны приехать гости, - нетерпеливо ответила Дарилла.

Низкан быстро перенял от нагов их стремление постоянно следить за детьми и женщинами, чем порой сильно раздражал Дариллу. «Обнажился», как сказал Ерха.

- Ах, я забыл, - протянул наагасах, задумчиво поглаживая свою совершенно чистую щёку.

Дарилла скользнула взглядом по его лицу и в очередной раз вздрогнула: всё ещё не могла привыкнуть к отсутствию бороды, которая для многих стала неотъемлемой частью образа бывшего вольного.

Исчезла она главным образом из-за наагасаха Вайриша, который последние два года слишком усердно знакомил сына с нагинями. Все знали, как расстраивало наагасаха то, что у Низкана слишком короткий срок жизни, поэтому цель его была ясна многим. Как выяснилось, для Низкана она тоже не осталась тайной. То, что он связался с Заашаром и разрешил магу заняться изменением своей крови, стало известно, только когда у бывшего вольного выпала борода.

Вайриш был в бешенстве. Несколько часов он гонялся по всему дворцу за магом, а когда поймал, то попал в лекарское крыло с переломом хвоста. Конечность сломалась примерно в четверти сажени от кончика. Заашар громко возмущался, что истинных гениев никто и никогда не понимает, и попутно извинялся: он-де так редко дерётся, что не смог правильно рассчитать силы.

А утром лекарское крыло пополнилось ещё одним больным: ночью Заашара навестил наагасах Шашеолошу, и в этот раз хвост был сломан у мага. Наагалей Эош и Дарилла мечтали уже, чтобы кто-то из этих двоих наконец покинул их владения: один рвался убивать, а второй пытался добраться до своей лаборатории, где его ожидал один из многочисленных экспериментов.

Со стороны лекарского крыла донёсся радостный рык, и Дарилла, даже не оглядываясь, поспешила спрятаться за спинами охраны. В дверях владений Эоша показался Дар, который любил отираться рядом с Вайришем, помогая ему выздоравливать как можно неспешнее. Сейчас зверь рвался к обожаемому хозяину, но не мог пройти в дверь, ведь для этого нужно было сообразить сложить распахнутые громадные крылья. Низкан закрыл собой Шайлину и устало посмотрел на взбалмошного питомца, который хоть и вымахал по грудь лошади, продолжал оставаться глупым и радостным малышом.

- Госпожа, может, выйдем на улицу? - почти умоляюще спросил Юэсе, не особо желавший связываться с дружелюбным зверем, которого и ударить было нельзя.

- Пока я здесь, вы ему неинтересны, - мрачно заявил Низкан. - Как там отец?

- Никак не угомонится, - пожаловалась Дарилла. - Он уверен, что Заашар тебя угробит. Низкан, скажи, вы же не проводили никаких более серьёзных изменений?

- Так я тебе и признался, - хмыкнул этот поганец.

- Ну ты... - Дарилла покосилась на любопытную мордашку Шайлины и прикусила язык. - Да, кстати, ты получил письмо от Вианиши? Она жаловалась, что ты ей опять не отвечаешь.

Низкан нахмурился с таким недоумением, что Дарилле сразу стало ясно: никакого письма он в руках не держал. Прищурившись, мужчина мрачно посмотрел в сторону лекарского крыла, и Дарилла была готова поклясться, что он через стену рассматривал Вайриша. Подняв Шайлину на руки, наагасах решительно направился к отцу. Дар радостно подскочил на месте.

- Эй, Кан, ты опять будешь ругаться с Вайришем? - испугалась девочка.

- Я не буду с ним ругаться, - сухо ответил Низкан.

- Вы подерётесь?

- Я не бью больных. На нём и так Дар топчется. Я просто спрошу, где моё личное письмо! - последнюю фразу Низкан прошипел с таким непередаваемым выражением, что Дарилла слегка испугалась за Вайриша, но останавливать названного брата даже не подумала.

- Низкан, твоя нога опять болит? - только и спросила она вдогонку, заметив, что мужчина опять прихрамывает.

- Не болит, - ответил тот и хромать перестал. - В сторону! - рявкнул он Дару, но тот лишь взвизгнул, выражая своё неописуемое счастье от встречи.

Юэсе деликатно подпихнул свою госпожу в спину, и той всё же пришлось продолжить путь.

- Наагасах Низкан такой проблемный, - рискнул высказаться наг.

Дарилла не могла не согласиться с ним. Четыре месяца назад после нескольких лет обучения Низкана отправили в качестве соглядатая в Закарию. Он уехал и пропал. Вайриш нашёл его только через четыре дня и притащил едва живого. Дарилле так и не рассказали подробности произошедшего, но было сложно не сообразить, увидев чудовищно израненного Низкана, что он попал в какую-то жуткую переделку. После этого случая наагасах Шашеолошу зарёкся отправлять внука куда-либо.

Выйдя на лестничную площадку, Дарилла увидела колесницу мужа. Сам наагасах уже стоял на земле и, судя по насмешливому взгляду, ждал именно её. Радостно взвизгнув, наагасахиа подобрала юбки и слетела вниз по ступенькам.

- Соскучилась? - весело спросил наагасах, поймав жену в объятия.

- Очень, - искренне ответила та.

Она уже тосковала по тем временам, когда могла составлять мужу компанию в поездках. Хотя вот это пьянящее чувство счастья, которое накрывало её после возвращения Риалаша, Дарилле тоже нравилось. Она дёрнула мужа за длинную косу и, заставив наклониться, крепко поцеловала.

- Верю, чувствуется, что скучала очень сильно. Ну и почему ты вышла так поздно? - ехидно прищурился Риалаш. - Гости уже почти подъехали.

- Дела, - отмахнулась Дарилла, пытаясь отвлечь мужа солнечной улыбкой.

- Дела? - с сомнением протянул тот и повертел перед глазами кончик её косы.

Дарилла почувствовала прилив досады, заметив не отмывшуюся черноту.

- Да, дела, - недовольно ответила она, вырывая волосы. - Тебе потом наагашейд наябедничает.

- Так, может, сама скажешь? - предложил Риалаш.

- Нет уж, пусть ябедничает!

Разговор пришлось прервать, так как гости всё же подоспели. В ворота въехала чёрная запылённая дорожная карета, и Дарилла успела заметить, что на втором дворе остался внушительный отряд сопровождения. Почему-то ей показалось, что об охране позаботился именно Рийган. Мальчишка уже в свои двенадцать лет порой проявлял похвальную предусмотрительность.

Дверь кареты распахнулась, и на землю, согнувшись, сошёл мужчина. Он выпрямился, развёл плечи и, прищурившись, уставился на встречающих. Дарилла позабыла, как дышать, когда осознала, что это и есть Рийган.

- Вот это он вырос... - вырвалось у неё.

Рийган сильно изменился и в то же время остался прежним. Он вытянулся вверх и теперь был выше самой Дариллы на голову. Плечи его стали куда шире, фигура - крепче и мощнее. Причёска осталась прежней: аккуратно постриженные тёмно-русые волосы едва касались плеч. Лицо тоже казалось таким же, как и почти восемь лет назад, только обрело некую взрослость, которой у него и раньше было хоть отбавляй. А холодность и суровость, которая делала двенадцатилетнего мальчика странным в глазах посторонних, теперь была к месту.

Рийган исподлобья посмотрел на Риалаша своими слегка раскосыми прозрачными зелёными глазами, и наг почувствовал, как зашевелился воздух вокруг. Чужая сила каменной тяжестью легла на плечи, навязчиво демонстрируя собственную опасность.

На Дариллу хаги посмотрел уже куда доброжелательнее, хотя заметить это могла только она: уголки его губ чуть-чуть шевельнулись. Та всё никак не могла прийти в себя, рассматривая хорошо очерченные ключицы бывшего мальчика, виднеющиеся в вырезе рубашки, его крепкий торс и сильные ноги.

- Рийган, ну ты вымахал, - не удержалась от замечания Дарилла.

- Дарилла? - из-за спины хаги раздался смутно знакомый голос. - Рийган, пожалуйста, посторонись.

Рийган молча развернулся и вытащил из кареты Нарену. Он не поставил её на землю сразу. Прижав к своей груди, парень поцеловал её в щёку, мягко погладил ладонями по спине и, прищурившись, посмотрел на стражу у лестницы. Дарилла хмыкнула: мальчишка явно демонстрировал, кому именно принадлежит женщина в его руках.

Опустил Нарену он только перед Дариллой.

- Дарилла! - поражённо охнула Нарена, осматривая давнюю подругу. - Ты так изменилась! Такая женственная...

- Вы тоже сильно изменились, особенно Рийган, - весело ответила Дарилла, шагнув к ней. - Подумать только, а ведь было время, когда он твоей сестричкой притворялся.

Рийган мрачно посмотрел на неё, но Дарилла на правах старой знакомой даже не подумала устыдиться. Прижав Нарену к груди, наагасахиа отметила, что подруга тоже изменилась. Стала чуть выше, бёдра и грудь округлились немного больше, а лицо утеряло детскую мягкость. В остальном же она была такой же тоненькой, изящной и красивой, как и восемь лет назад, а в зелёных глазах больше не отражались испуг и растерянность.

Рийган тоже позволил себя обнять. Дарилла в очередной раз почувствовала себя странно, прижимаясь к его груди. А ведь когда-то она его на руки поднять могла.

Отстранившись, Дарилла поспешила представить Риалаша:

- Это мой муж, наагасах Риалаш.

- Так вот он какой... - с воодушевлением пробормотала Нарена, без всякого страха рассматривая нага.

- Рийган, - куда суше представился хаги.

- Очень приятно, - отозвался Риалаш. - Надеюсь, дворец после вашего визита останется цел.

Улыбка сползла с лица Нарены, и она возмущённо посмотрела на Рийгана.

- Ты опять?! Прекрати!

В лице хаги ничего не изменилось, но давление силы исчезло. Риалаш позволил себе удовлетворённую улыбку.

- Давайте зайдём, - Дарилла потянула Нарену за собой. - Я тебе кое-кого покажу.

- Его? - подруга воодушевилась ещё сильнее и с лёгкостью позволила увлечь себя наверх.

Рийган и Риалаш обменялись оценивающими взглядами и последовали за своими женами.

Женщин они обнаружили в холле. Дарилла и Нарена с одинаково ошеломлёнными лицами смотрели на выползающего из лекарского крыла Заараша. Маг, хвост которого был закован в специальную глину по самые паховые пластины, мог ползти только на руках и уже успел перебраться через порог. Увидев гостей, он ничуть не смутился. Наоборот, невероятно воодушевился.

- О, вы уже приехали? Вы ведь Нарена и Рийган? Простите, что я встречаю вас в таком виде. Это... м-м-м... последствия непонимания со стороны окружающих. Я сейчас доберусь до своей лаборатории и буду готов вам всё показать.

Нарена растерянно посмотрела на Рийгана. Тот же не выглядел хоть сколько-нибудь удивлённым.

- Рад нашей встрече, - Рийган кивнул магу, заинтересованно его осматривая.

- Господин Заашар, ваша целеустремлённость меня уже пугает, - мрачно сообщила нагу Дарилла. - Думаю, вам стоит полностью выздороветь, чтобы достойно провести эксперимент.

- Но нехорошо заставлять гостей ждать, - не согласился с ней Заашар.

- Не переживайте, я найду, чем развлечь их, - пообещала Дарилла. - А теперь живо назад.

- Но, наагасахиа... - страдающе протянул маг.

- Наагалей Эош! - завопила девушка. - У нас побег!

- Что? - тут же отозвался учитель, видимо, выглянув в коридор. - Ах ты поганец! А ну живо на место!

Откуда-то из глубин лекарского крыла донёсся издевательский хохот наагасаха Вайриша.

- Прошу прощения, - Риалаш тяжело вздохнул. - Заашар гений в своём деле, но он увлекающийся гений.

- Это очень хорошо, - серьёзно ответил Рийган.

Предотвратив побег больного, Дарилла нетерпеливо дёрнула Нарену за рукав и потащила её наверх, оставив мужчин внизу.

В покои они заходили очень тихо. Дарилла приложила палец к губам и прошептала, указывая на двери спальни:

- Он должен уже скоро проснуться. Только не называй его красавчиком: он этого совсем не любит. Он страшный и ужасный!

- Непременно, - заверила её Нарена, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения.

Дарилла осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Постель была смята, множество подушек разбросаны в разные стороны, но больше ничего и никого видно не было. Нарена нетерпеливо заглянула внутрь.

- Он у нас трусишка, - тихонечко прошептала развеселившаяся Дарилла.

Хихикнув, она указала на постель. Как раз в этот момент одна из подушек слегка шевельнулась, и Нарена увидела чёрный чешуйчатый хвостик, увенчанный костяным наростом, уходящий за неё.

Дарилла подошла к постели и с ласковым шипением выудила из-за подушки спрятавшегося сына. Малыш беспомощно замотал в воздухе хвостом и испуганно посмотрел на гостью.

- Ох! - Нарена прикрыла рот.

Мальчик был невероятно хорош. Его прелестное личико обрамляли длинные кудрявые блондинистые волосики, выбившиеся из растрепанной косы. На пухлых щёчках всё ещё сохранились отпечатки складок подушки, а полностью чёрные глазища с красной точкой зрачка испуганно блестели и выглядели не жутко, как у отца, а, наоборот, очаровательно.

Дарилла прижала ребёнка в груди и успокаивающе погладила его спинке. Он сразу же обхватил её шею ручками и обвил талию хвостиком, а лицо спрятал у неё на плече. Усевшись на постель, наагасахиа похлопала по покрывалу рядом с собой, приглашая Нарену. Та осторожно присела, продолжая изумлённо смотреть на ребёнка.

- Он такой... - Нарена вовремя вспомнила о предупреждении Дариллы и с восторгом продолжила: - Он такой ужасненький!

Малыш с любопытством посмотрел на неё. Ему было всего пять лет, и по-давридански он ещё не говорил, но некоторые слова понимал. Особенно такие, как «красивый», «страшный», «милый», «симпатичный» и всё в том же роде. Проникнувшись расположением к незнакомке, маленький наагасах поудобнее устроился на коленях матери и, развернувшись к Нарене, деловито представился:

- Лоссаил.

- Лоссаир, - тихо поправила его Дарилла.

- А я Нарена, - улыбаясь, ответила гостья.

- Аянарена? - повторил малыш.

- Нарена.

Лоссаир сморщил носик, принюхиваясь, и, придя в полное расположение, пополз знакомиться ещё ближе. Нарена приняла его с восторгом.

Дарилла, наблюдая за ними, чувствовала, как душа всё больше и больше наполняется радостью. Она была счастлива. Просто и незатейливо счастлива. Даже было странно думать, что всего этого могло и не быть. А ведь с чего всё началось? С желания найти истину.

Женщина с улыбкой посмотрела на золотой кубок, расположенный в одной из стенных ниш. Камни его причудливо переливались в солнечных лучах и разбрасывали вокруг себя радостные блики.

Они ведь действительно нашли эту истину, пусть и не в том виде, в котором ожидали. Самую главную для себя истину - знание того, чего они хотят на самом деле.

Лоссаир возмущённо завопил, привлекая внимание матери и пугая гостью. Прижав ладошку к губам, и он что-то выплюнул, и женщины увидели зубик.

- О, давно шатался, - обрадовалась Дарилла.

На глазах сына заблестели слёзы.

- Ты чего? - Дарилла поспешила перетянуть его на свои колени. - Больно?

Малыш отрицательно мотнул головой.

- Тогда чего расстраиваешься? Ты подумай, что без него будешь выглядеть ещё ужаснее.

Мальчик насупился: с зубами он казался себе страшнее. Дарилла тихо рассмеялась и звонко поцеловала сына. Ощущение счастья распирало её.

Вконец измученный Эош сидел прямо на полу и пытался оттереть полотенцем руки, которые он умудрился измазать о покрытую сажей одежду.

- Что за день? - тихо ворчал он. - То ученица, то больные один хуже другого...

За его спиной лежал громадный Ссадаши, который, утробно урча, с сочувствием вылизывал лекарю грязную голову.

Именно в таком виде и застал наагалея неожиданно нагрянувший Дейширолеш.

- О, - только и смог выдохнуть повелитель, рассматривая мрачного, но ничуть не смущённого лекаря. - Отдыхаешь?

- Пытаюсь, - буркнул Эош. - Вам что-то нужно?

- Ну да, - Дейш задумчиво прихлопнул хвостом, словно соображая, действительно ли ему что-то нужно. - Дай мне зелье. То, которое отменяет действие противозачаточного.

- А, это... - начал было Эош и замер, ошеломлённо смотря на повелителя.

Даже кот, казалось, посмотрел на Дейша с удивлением. Тот прищурился и ответил зверю недовольным взглядом.

- Мой господин, вы уверены? - осторожно спросил Эош.

- В чём? - с вызовом спросил тот.

- Ну... это... Зачем вам зелье?

- Что за вопрос? - негодующе процедил сквозь зубы Дейширолеш. - Я, что, должен отчитываться?

- Простите, я сейчас, - обескураженный Эош вскочил на хвост и бросился вон из комнаты.

Через несколько минут раздражённый Дейширолеш, пряча заветную склянку в широком рукаве, покинул лекарское крыло. Но направился он не наверх, а в один из коридоров, ведущих в сторону кухонных помещений.

- Неужто по маленьким деточкам соскучился?

Дейш резко обернулся и обнаружил в одной из стенных ниш Аглегарисия. Бог, щуря красные глаза, издевательски улыбался.

- По таким совсем маленьким, хвостатеньким и беспомощным...

- Иди ты к Тёмным! - огрызнулся Дейш.

- Я и есть Тёмный! - издевательски хохотнув, Рисий исчез, оставив раздражённого нага скрипеть зубами.

Дейширолеш, убедившись, что бог действительно ушёл, свернул в другой коридор и отдернул гобелен. На него испуганными глазами уставилась Лаодония.

- Зачем ты сюда спряталась? - недовольно спросил Дейш.

- Простите, мне показалось, что здесь кто-то есть, - пролепетала невестка.

- И что с того? Не помню, чтобы я запрещал тебе появляться во дворце. Вот, держи, - Дейш впихнул ей в руки злосчастную склянку.

- О, спасибо, - благодарно выдохнула Лаодония. - Шаш правда хочет детей. Честно-честно! Просто он не хочет, чтобы я их рожала. Но кто, если не я?

- Я уже слышал это, - Дейш был недоволен. Так над своими сыновьями он никогда не издевался. Но Лаодония редко у него что-то просила, а Шаш слишком упорствовал в своём нежелании заводить ещё одного ребёнка, что он всё же уступил. - Следующий раз сама к Эошу пойдёшь.

- Простите, просто мне было так неловко к нему обращаться. И я боялась, что он мне откажет, - пристыженно пробормотала женщина, прижимая к груди заветную склянку.

- Зелье-то подлить сама сможешь или мне помочь? - ехидно уточнил Дейш.

- Я справлюсь, - заверила его Лаодония, пряча зелье. - Папа, спасибо вам. Я не скажу Шашу, что это вы мне помогли.

- Да мне всё равно, - провожая взглядом склянку, Дейш почему-то почувствовал ещё большее раздражение. - Иди уже.

Лаодония счастливо улыбнулась и выпорхнула из коридора.

Дейш прислонился спиной к стене и закрыл глаза ладонью. Внутри тлело непонятное ему разочарование. Нет, это было не чувство вины перед Шашем. Оно тоже присутствовало, но в меньшей мере. Всё же на месте сына Дейш бывал не раз и знал, каково это - желать ребёнка, но бояться его рождения. Страх обычно всегда побеждал, и смелый Дейширолеш отказывался от желаемого в пользу спокойствия.

«По таким совсем маленьким, хвостатеньким и беспомощным...»

Дейш замер, вспомнив и то, каково держать на руках своего только что рождённого ребёнка. Внутри что-то перевернулось, и он тихо, почти с отчаянием застонал.

- Да чтоб ты опять травой зарос! - с чувством пожелал наагашейд Аглегарисию.

Через четверть часа в лекарское крыло опять вломился мрачный как грозовая туча наагашейд.

- Дай мне ещё одну порцию этого проклятого зелья! - сквозь зубы потребовал он у Эоша.

Конец

Лоиссар в переводе с наагатинского означает «Истинный».

Шашалан в переводе с наагатинского означает «Колокольчик».

С момента начала истории, без учёта эпилога «Семь лет спустя», прошло 12 месяцев и 23 дня.