Глава 2. Павел

Женились все. Кто-то женился в первый раз. Большая же часть моих знакомых разводилась со старыми жёнами, с которыми пуд соли съели, и женились на новых. Я же никак, все эта участь меня как-то обходила. Не сказать, что я этого боялся или специально избегал, просто не находился нужный человек, и все свои силы я пускал в работу. Потом оказалось, что денег уже много, все вокруг женатые, а многие по второму кругу, а я такой вот, холостяк закоренелый.

— Жениться бы тебе, — сказал мой друг Серега. — Наследников наделать и все такое.

Детей я хотел. Наверное. Скорее, теоретически хотел, а на практике черт его знает. Что-то незнакомое такое, эфемерное, как из фантастики.

— На ком? — с сомнением протянул я. — Это же надо знакомиться, понимать насколько тебе человек интересен.

— Пф-ф-ф, — чего там понимать надо. — Брать кобылку помоложе и все. Вон Катька моя среди подружек присмотрит.

И огладил свою молодую кобылку по крупу, то есть Катьку, по энному месту. Катька рьяно взялась за дело, отбиться от нее и самого Серёги было невозможно и так в моей жизни появилась Полина. Как — сам не понял. Просто раз и женили.

Полинка была молодая. Сколько лет я даже не помнил, но явно не больше двадцати пяти. Глаза карие в крапинку оленьи, ресницы длиннющие, вот она ими хлоп хлоп и я в ЗАГСе. А потом — в шоке.

Не то чтобы она не нравилась мне, эта самая Полинка. Но теперь, год спустя, мне казалось, что я просто завел дома диковинную зверушку. Милую такую, смешную и хорошенькую, щебечет что-то на своём — не понять. И все что надо это созерцать и баловать. Баловать ее несложно было, всего-то карточку банковскую дать. А вот созерцать быстро надоело.

— Павлуш! — сердито воскликнула хорошенькая Полина и топнула хорошенькой ножкой.

Я вздохнул — это ее «Павлуш» меня раздражало неимоверно, но донести до Полины это оказалось невозможно, я не понимал её языка, она моего.

— Что? — устало спросил я.

— Я тебе говорю-говорю, а ты не слушаешь! К Афанасьевым я пойду в платье глубокого синего цвета. Мне хочется монохромного образа, поэтому срочно нужно купить мне комплект сапфировых украшений. А тебе… ну не знаю, может галстук синий.

— Купи, — вздохнул я. — Что хочешь купи, только не называй меня Павлушей, пожалуйста.

Полина напряглась. Даже от зеркала отвернулась, а она в него чаще смотрела, чем на окружающий мир.

— У тебя кто-то есть, да? Честно говори, Павлуш, мы с этим справимся. Карина такого семейного психолога посоветовала, я немедленно же нас запишу.

— Нет у меня никого.

— У нас секса уже пару месяцев нет!

Надо же, заметила. Я думал она только о себе думает да собой любуется.

— У меня много работы.

Полина задумалась. Прямо всерьёз так. Если могла бы, нахмурилась бы даже, но ее лоб обкалывался ботоксом лет с восемнадцати и забыл, как хмуриться.

— Давай я тебе ребёнка рожу, а?

Я чуть не заржал. У нас и близости не было потому, что я начал воспринимать Полинку, как ребёнка несмышлёныша, а тут уже два ребёнка будет. И что мне с ними делать, как уследить? Нет, не надо.

— Не хочу детей.

Полина удивлённо округлила рот.

— Как не хочешь? Ты же старый уже.

Стало обидно, но так, самую капельку. Мне и правда сорок будет в наступающем году, и нафига вообще Серегу слушал, зачем позволил женить себя на этой красоте?

— У меня есть идея лучше, Полин. Давай мы с тобой просто возьмем, и разведёмся?

Рот приоткрылся ещё сильнее, показав и ослепительно белые зубки — обошлись мне в миллион, и розовый язычок. Она была обворожительна, моя Полинка, жаль только не под меня лекала кроились.

— Ты обиделся, да? Я больна так не буду, честно, Павлуш! И совсем ты не старый, мужу Карины вообще шестьдесят, а ты у меня самый молодой и красивый!

С пуфика своего вскочила, к ходящей ходуном груди прижала тонкие руки, того и гляди разрыдается или вовсе ко мне в объятия бросится, а то и вовсе все разом. Я упреждающе выставил ладонь — не надо мне таких фокусов.

— Полин, я просто устал. Мне другая жена нужна, понимаешь? Как я… старая. Чтобы мне с ней интересно было. Чтобы мы студентами на дискачах под одни песни дрыгались. Ты их олдовыми зовёшь, а у меня ностальгия вот.

— Я не интересная?

— Зато ты очень красивая! — торопливо воскликнул я.

Полинка покосилась в зеркало и немного успокоилась.

— Но как я теперь буду, Павлуш? Без тебя… без денег?

Я спрятал улыбку и печально вздохнул.

— Я тебе дам немного, хватит, пока нового мужа не найдешь, я думаю ты быстро справишься. Цацки-тряпки все свои заберёшь, сумочки.

— А машину? — хищно вскинулась Полина.

— Свою розовенькую забирай, — великодушно разрешил я.

Я уже почти чувствовал свободу.

— А жить мне где?

Я задумался. Выкидывать хорошенькую Полинку с голой жопой было неловко.

— Оставлю тебе квартиру.

— Эту?

— Ну нет уж, — осадил Полину я. — Однушку на Адмиралтейской. Не наглей, Полина.

Полина обиженно надула губки, но сдалась, поняв, что ее чары на меня не действуют.

— Она же маленькая, — проныла Полина, но осеклась, встретив мой взгляд. — Ладно уж… надеюсь поместятся все мои сумочки.

И бросилась что-то нащелкивать ноготками по экрану телефона — наверное подружкам рассказывает, что старый Павлуша ее бросил. Да и черт и с ней, и с подружками ее. Я ушёл в кабинет, созвонился с юристом, чтобы готовил документы на развод. Проблем быть не должно — брачный контракт был составлен железно, и все что я Полине даю, просто компенсация за то, что поматросил и бросил. После разговора налил себе в бокал виски, сделал глоток и вдруг так хорошо стало — как за последний год не было ни разу. Пусть женятся те, кому это нравится, у каждого свое хобби. Я же лучше удочку куплю или ружьё охотничье, и сам как нибудь, без жены, наследников и прочих нервотрепок.