Глава 11. Вера

Выходя с работы тем же днём после обеда я позвонила Кире — с этим преследованием меня нужно было что-то делать.

— Привет, — с удивлением отозвалась она в трубку.

Ее удивление было понятно, номера на экстренные детские случаи у нас имелись, но звонить друг другу мы не звонили.

— Алексей снова ко мне пришел, — сказала я. — Предложение мне делал.

— Ты полагаю, не согласилась? — со смешком отозвалась Кира.

— Нет.

— А я тут причем?

Я вздохнула — начинать было неудобно.

— Думаю, если бы ему не пришлось жить с мамой он ушел бы от меня более смиренно. Кира, я понимаю, что он поступил великодушно оставив вам квартиру, но ему самому жить негде, а там целая трешка!

— И что ты предлагаешь?

— Ты не захочешь продавать квартиру. Но может, поможешь ему с первоналкой? Это будет справедливо, трешка которую он оставил, скорее всего, дорогая.

Теперь вздохнула Кира.

— Трёшка и правда дорогая, — согласилась она. — У меня тут спорткомплекс детский рядом и лицей. Район отличный. Распашонка. Кухня пятнадцать квадратов…

— Ты хвастаешься?

— Нет, я веду к тому, что таких денег у Алексея отродясь не водилось. Квартиру мне на свадьбу подарили по дарственной мои родные, скинувшись с бабушкой. Леша к ней никакого отношения не имеет, и никогда не имел. Разбирайтесь сами, пожалуйста, меня не вмешивайте.

И сбросила. Я стояла, словно оглушенная. Леша так гордо рассказывал, как он оставил семье квартиру! Я уши развесила и внимала, какой же он благородный! А теперь выходит у мужика к сорока годам ни кола, ни двора, ничего кроме развода и алиментов за плечами. Конечно он ко мне рваться будет, отвык поди с мамой жить.

Несколько дней было спокойно. Выходные закончились, и все вроде наладилось, почти. Леша больше не появлялся и я расслабилась. Единственное — у меня регулярно тянуло низ живота, я вяло думала о том, что у меня наверное киста, но к врачу не шла — зарплата ещё не пришла, от двух тысяч остались почти одни воспоминания.

В первый настоящий рабочий день я шла домой после восьми — наш ЗАГС был центральным, поэтому работали мы не по приятному графику с девяти до шести, а как придётся — посменно. Я купила Ваське влажный корм, деньги закончились совсем, но грело то, что зарплата уже совсем близко. Едва открыв дверь в подъезд я услышала шум и гам откуда-то сверху. Нисколько не напряглась — мало ли что происходит.

Но вся эта деятельность, в которой участвовало несколько моих соседей происходило возле моей двери.

— Ты почему трубку не берешь? — гаркнула на меня соседка снизу.

— Не слышала, — робко промямлила я, не понимая, что происходит.

— Открывай скорее!

Дрожащей рукой я отперла замок и распахнула дверь. В свете подъездной лампочки по полу коридора пробежала рябь и блики — он был покрыт водой.

— Господи, — выдохнула я.

— Поздно молиться, — сварливо бросила соседка входя в квартиру. — Воду перекрыли уже. Тряпки давай, ведра и тазики, будем спасать остатки моего ремонта.

Я отошла от ступора и бросила к шкафу. Вывалила все полотенце, выдала два тазика и ведро с балкона, в ход пошла и большая кастрюля, в которой я варила борщи. Несколько почти незнакомых человек молча работало, объединившись перед лицом общей беды. Шлёпали по мокрому полу, собирали воду тряпками, отжимали в емкости, выливали в ванную и унитаз.

Сначала я с отчаянием думала о том, что вода никогда не закончится, сколько не работай, у меня уже спину ломило, а от отчаяния звенело в голове. Васьки ещё нигде не видно, но это понятно — Васька трус и в любой непонятной ситуации прячется.

Но прошло десять минут, затем двадцать — и вскоре пол влажно блестел, чуть хлюпая влагой оставшейся под ламинатом, но никаких луж больше не было. Пришел слесарь, вызванный соседкой. Топал в сапогах по мокрым, блестящим полам, оставляя тающие куски снега, но мне было уже все равно.

— Кран на кухне, — сказал он наконец. — Судя по всему у вас тут давно напрашивалось, зачем так запускать? Я сейчас сделал, чтобы воду дали, но вы купите нормальный смеситель и оставьте заявку, приду переделаю уже основательно.

— Спасибо, — глухо сказала я.

Я давно уже говорила Леше, что кран на кухне течет. Он обещал сделать. Завтра. И так бесконечное количество раз. Если честно, я чуда уже не ждала и собиралась все сделать вызвав мастера на час — но не успела.

Соседи разошлись, слесарь смотрел на меня выжидающе. Я прошла к гардеробной в прихожей, открыла. Там, на полках со всякой всячиной стояла коробка с запасными ключами, всякой ненужной мелочью, в ней же на всякий случай лежало несколько сотен наличными. Их я и протянула слесарю.

— Все дела нужно делать своевременно, — назидательно, но несколько подобрев, сказал он. — Я вам номер оставлю, напрямую звоните, как кран купите.

Я закрыла за ним, наконец оставшись одна в квартире. Только сейчас поняла, что все еще в сапогах — некогда было снимать, надо было спасать и свою квартиру, и ремонт соседки. В сапогах было мокро и холодно, стянув и носки, и их, я полюбовалась на бледные, сморщившиеся в гармошку подушечки, пошевелила пальцами ног.

— Вась, — позвала я. — Выходи, все ушли. Я корм твой купила любимый, с лососем. Хоть кто-то порадуется.

Васька не появлялся — у бедного создания целый год жизни сплошной стресс. Я наконец переоделась в сухое, надела тапочки, так как пол все еще был отвратительно влажным. Открыла пачку корма. Этот паштет с кусочками лосося и правда был его любимым, звук открытия Васька мог отличить от тысяч других звуков и сразу приходил на кухню утробно урчал, терся о ноги нетерпеливо, пока накладываю. Всегда, но не сейчас.

— Вась? — позвала я.

Я тогда еще не паниковала, но нервно побежала в комнату, заглянула под кровать. Затем под диваном. За шторами. В гардеробной. Под ванной. Васьки нигде не было.