Глава 14

О том, что романтика между боссом и подчиненной почти всегда плохая идея

Завтрак начался с вида на плато и горы, покрытые снежной шапкой, которые выглядели особенно величественно через панорамные стекла спа-комплекса. Столы стояли на террасе, а аромат свежего кофе смешивался с лёгкой прохладой утреннего воздуха.

Я пыталась сосредоточиться на планах на день, когда Кайто сел напротив и, как назло, сразу принялся демонстрировать свою обиду.

— Ну что за предательство, Мила, — начал он с театральным вздохом, слегка иронизируя, — оставила меня вчера наедине с Ури! Представляешь, какая это психологическая травма для мужчины?

Я приподняла бровь, сдерживая усмешку, стараясь не дать понять, что мне внутренние тараканчики уже громко смеялись: «Ахах, Кайто-хищник в шоке!»

— Ты в порядке? — тихо спросила я, пытаясь сохранить деловой тон.

— В порядке? — он сделал вид, что падает лицом в поднос с тостами, — Я почти уверен, что она планировала меня приручить. А я, как идиот, оказался одной добычей на ужин!

Я перевела взгляд на свои руки и тихо посмеялась про себя.

— Так это ты переживаешь, что остался один? — спросила я, стараясь придать голосу лёгкую иронию.

— Естественно! — Кайто наклонился вперёд и понизил голос, делая вид, что раскрывает тайну века, — Я же не ожидал, что тебя не будет рядом, а я буду в этой… Ох, «охоте» с Ури.

Тараканчики в моей голове тут же устроили стендап: «Вот он, хищник в ловушке! Наедине с амазонкой!»

Я села поудобнее, вздохнула и поняла, что настроение слегка подпортилось. Не из-за Кайто — а потому что я внезапно осознала: наверное, он впервые почувствовал себя с другой стороны. По всем слухам, обычно он был тот самый хищник, который охотился на красивых сотрудниц, а тут — сам оказался в «клетке» ситуации, когда заигрывания оказались направлены на него.

Внутренне я решила, что лучше сосредоточусь на маршрутах и своих обязанностях. А Кайто пусть разбирается со своими «страданиями» и тараканчики продолжают веселый комментарий.

После завтрака мы отправились на морскую прогулку. Шаттл мягко скользнул над розоватой поверхностью планеты, а перед глазами раскрывался ещё один чудесный мир — этот раз океанский. Вода переливалась необычным светом, как будто сама впитала оттенок фиолетового неба и розовой зелени суши. Каждый луч рассветного солнца, пробиваясь сквозь легкую атмосферу, создавал на поверхности воды золотисто-розовые отблески, словно сама планета решила встречать гостей в торжественном наряде.

Под водой открывался целый подводный город: кораллы и водоросли имели переливчатые цвета — сиреневый, розовый, янтарный, а местные рыбы плавали медленно, но грациозно, словно танцевали балет. Некоторые из них светились в темноте, испуская мягкое голубое свечение, другие обладали длинными прозрачными плавниками, которые волной колыхались в струях воды. Был даже один вид, который напоминал миниатюрных зонтиков с глазами, что выглядело одновременно странно и умилительно.

Шатл был полностью на ручном управлении и водителем сегодня был Кайто. Находясь в подводном шатле, я видела, как свет преломляется на плавниках рыб, и дыхание замедлялось от красоты, почти как в замедленной киноплёнке. Кайто, похоже, не мог отвести глаз — и, честно говоря, меня слегка веселило это внимание.

Мы плыли медленно и осторожно, чтобы не тревожить местные водоросли. Я старалась не отвлекаться от маршрута и места, где планировался отдых туристов, но всё равно ловила себя на том, что любуюсь игрой света и танцем рыб. Некоторые из них подходили очень близко, будто интересовались нами, а одна группа причудливых существ с длинными плавниками даже попыталась кружиться вокруг окошка Кайто, что вызвало у него лёгкий смех и моё тихое хихиканье.

Эти несколько часов под водой прошли почти магически. Ощущение веса исчезало, дыхание замедлялось, а в голове стоял только шум воды, переливы света и тихие шепоты моих тараканчиков, которые дружно подсказали: «Вот это настоящий отдых для глаз, а не офисный стресс!»

Когда мы вышли из воды, солнце уже полностью поднялось, окрашивая океан в розово-золотые тона, а ветер с морской глади приятно щекотал кожу. Я поняла, что такие моменты — это именно то, за что я люблю эту работу. Мы устроились на пледе на берегу, ветер тихо шевелил волосы, а вода переливалась оттенками розового заката. Сначала разговор шел спокойно и строго по делу: уточняли маршруты, где лучше остановить туристов для наблюдения подводного мира, какие участки рифа стоит посетить.

— Думаю, если добавить еще пару точек возле западного рифа, туристы смогут увидеть больше редких видов, — сказала я, показывая координаты на планшете.

— Отличная идея, — кивнул Кайто. — И, наверное, лучше увеличить время на лагуне с прозрачной водой, там видимость просто невероятная.

Мы смеялись над мелкими трудностями с оборудованием, обсуждали нюансы спа-зоны, замечали, что дрон иногда «застревает» в ветках деревьев на берегу. Атмосфера была легкая, почти дружеская.

Постепенно разговор стал откровеннее. Я рассказала, как переживаю за работу, что боюсь сделать ошибку и подвести команду. Кайто в ответ поделился своими опасениями: — На прошлом месте меня сильно подставили, — сказал он тихо. — После этого я стал осторожен с людьми, особенно когда кто-то пытается быстро втереться в доверие.

Я кивнула, соглашаясь, и мы начали обсуждать личные трудности: привычки, смешные недоразумения, иногда случайные проколы на работе. Я впервые почувствовала, что могу говорить честно, а он внимательно слушает, не перебивая.

Потом он чуть наклонился ближе, и вдруг его голос приобрел мягкий оттенок: — Знаешь, этот маршрут и правда романтический. Все места невероятно красивые и навевают такую атмосферу……

И тут в самый неподходящий момент коммуникатор на его панели завибрировал. Я взглянула на экран и, словно током ударило: на дисплее мелькнула подпись — «моя малышка».

Я замерла. Внутри всё смешалось — удивление, осознание, что он тоже обычный человек со своими слабостями и привязанностями. На несколько секунд я даже позволила себе улыбнуться. Но тут же раздался строгий внутренний голос тараканчиков:

— Мила! Ну что ты, смотри на вещи реально! Таких «малышек» у него в каждом офисе по три штуки! Не забывай — это директор. Сосредоточься на работе, а не на поцелуйчиках и секретиках!

Я глубоко вздохнула, вернувшись в рабочее русло, словно ударилась об холодный металлический пол. Коммуникатор снова загудел тихим сигналом, а Кайто спокойно продолжил разговор, будто ничего не произошло.

— Так, вернемся к маршруту на завтра, — сказала я сдержанно, поднимая взгляд на планшет. — Нужно проверить все точки и уточнить время для фотографий.

Внутри я всё еще ощущала лёгкое удивление и смятение, но тараканчики строго наблюдали за мной: «Вот теперь держи себя в руках, Мила. Работа важнее, директор — не друг».

И я поняла, что впервые реально осознала: доверие — это роскошь, и в этом случае её придется отложить до лучших времен.

Вечер, собираясь на ужин, я вдруг почувствовала, как что-то в организме начало шалить. Глаза слезились, тело горело, а кожа чесалась так, будто я только что устроила соревнование с сотней мелких мошек. Таракашки тут же устроили целое шоу: листали невидимую энциклопедию болезней и шептались:

— О, смотри, похоже на аллергическую реакцию на чужую флору! — пискнул один. — А может, микромошка в глаз попала, или песочек какой-то, — вторили остальные с надеждой. — Нет, очевидно что это энцефалит или волчанка, — с уверенностью отвечали самые знающие.

Вспомнив про нейтрализатор в номере, я рванула в темноту, почти не разбирая дороги. Дверь оказалась чуть тяжелой, я толкнула её плечом и, не обращая внимания на полумрак, начала чесаться, продвигаясь к кровати. Две руки вцепились в блузку, пытаясь растегнуть её быстрее, приговаривая:

— Божечки, я вся пылаю! Скореее!

Туфли полетели куда-то под ноги, а я, стараясь разглядеть тумбочку в темноте, наклонилась над кроватью, одной рукой гладя заднюю часть юбки — комар, наверное, ужалил в самое неположенное место. Пытаясь ковыряться в тумбочке, я вдруг услышала хриплый голос:

— Мила… неужели наш тур настолько разгорячил вас?

В тот же момент раздался шорох на кровати, и чья-то рука коснулась задней части моей юбки. Первой реакцией была резкая оборонительная разворотка и удар по щеке.

— Что за…?! — выдавила я, подскочив и в слепую пытаясь разглядеть, кто же это.

Потерев глаза, я наконец поняла: кровать не моя, номер не мой — а лежит на ней… Кайто.

Но в полной боевой готовности и с налетом паники, моя защитная реакция взяла верх.

— Хам! — выпалила я, отчаянно пытаясь уверенно покинуть комнату. — Я не готова к таким… отношениям!

Сквозь темноту я несколько раз наткнулась на дверь, споткнулась о стул, но в конце концов выбралась из номера, сердце бешено колотилось, а таракашки устроили бурный хор:

— Вот видишь, Мила! Он уже был на низком старте. Как резво полез к нашим достоинствам со своими недостатками.

Я глубоко вдохнула, пытаясь прийти в себя, и, пошатываясь, направилась к выходу, осознавая, что эта ночь точно войдет в мою личную книгу «самых неловких моментов».

Вечер, несмотря на все приключения, завершился мирно. Когда я, всё ещё слегка дрожа от случившегося, выбралась из номера, то обнаружила свою обувь — ту самую, которую Кайто так активно разбрасывал по комнате. Стыд накрыл меня с новой силой, но сил отбиваться от этого чувства уже не оставалось. Поэтому я стойко перебежками добралась до кафе, где быстро засунула в себя ужин.

Утром я уже сидела в шатле, готовясь к возвращению на корабль, когда услышала короткое сообщение: Кайто остаётся на планете. Он решил задержаться, чтобы изучить детали маршрута более внимательно.

Дейр, верный своему привычному язвительному тону, поделился секретиком: с утра Кайто приказал отвезти его сначала в административный комплекс планеты.

Мои таракашки, тихо урча и шурша, достали свой мини-трансапорт, на котором было выведено кривовато - Не долго жертва убегала. Устала и побежала прям в лапки хищнику. Один таракан, правда, особенно оживленно махал трансапортом с жизнеутверждающей надписью — А может это по работе?

Но толпа остальных скоро взяла своё и смела его протест.

Обратный путь прошёл спокойно и почти идиллически. В криокапсуле я была одна. Спокойствие окружало меня со всех сторон, мягкий гул систем успокаивал, а глаза сами закрывались от умиротворения. Параллельно я успела обдумать маршрут и начать формировать отчёт — впервые за последние сутки моё тело и разум могли сосредоточиться только на работе, не отвлекаясь на Кайто, таракашек или неловкие воспоминания.

Спокойствие было редким подарком, но я ценила его всем сердцем.