Глава 19

Поборемся за наши денежки и отстоим нашу гордость!!

Когда я вошла в здание компании, меня охватило неожиданное чувство — будто я попала в чужую, но одновременно знакомую жизнь. Коллеги здоровались со мной, улыбались и с любопытством спрашивали:

— Куда это ты пропала?

Я моргнула. Так просто? Никто не знал. Никто не видел. Никто не догадывался о том, что произошло. Непонимание читалось в их взглядах, будто все они пытались сложить недостающие куски головоломки, которую никто не мог объяснить.

Я поднялась на этаж, глубоко вдохнула и потянула ручку двери переговорной.

За большим, тяжёлым столом, занимающим почти всю комнату, уже сидели несколько человек.

Стол был длинный, массивный, тёмное дерево блестело под светом люстр, словно напоминая о своей власти. В начале стола, у окна, сидел Кайто. За его спиной сияли огни города, отражавшиеся в стекле, и смотреть на него было неудобно. Он казался монолитной фигурой, неподвижной и строгой, словно сама комната была выстроена вокруг него.

Сбоку располагались HR-менеджеры, их улыбки были слишком широкими, почти искусственными, и глаза светились слишком дружелюбно. С другой стороны, вдоль стола, сидели сотрудники IT-отдела — тихие, собранные, готовые в любой момент включить свои системы, словно стражи тишины и порядка.

Я шла по комнате, коленки задрожали, а воздух казался густым и тяжёлым. Атмосфера давила так, будто каждый взгляд — невидимый груз на плечах.

Еле дойдя до своего места, я рухнула на стул. Сердце колотилось, пальцы сжимали край стола, готовясь к любой атаке, к любой попытке обвинения. Я была готова сражаться, даже не зная, с кем именно.

Но вместо того чтобы начать, один из HR-менеджеров, слишком сиропным голосом, обратился ко мне:

— Мила… мы тут только что обсуждали… мы так переживали… не могли понять, а вы, пожалуйста, могли бы уточнить — по какой причине вы отсутствовали на рабочем месте?

Я замерла. Голос будто исчез внутри меня.

Отсутствовала?

Отсутствовала? Да меня выгнали, а за плечами маячили угрозы судебного разбирательства!

Я с трудом вдохнула, ощущая, как отступает весь внутренний порядок. Руки потянулись к столу, глаза устремились на Кайто, пытаясь выловить хоть что-то между его непроницаемым выражением и сиянием окон.

Внутри всё сжалось, готовое взорваться.

— …я… — попыталась начать я, но слова не поддавались.

Смех, улыбки, тихие вздохи коллег — всё смешалось в гулкую стену, давящую на грудь.

Я понимала: сейчас не время для слабости. Сейчас нужно выстоять. Сейчас нужно сиять.

И, несмотря на дрожь в коленках и отнявшийся голос, я собралась, чтобы дать понять: я всё ещё здесь, и сдаваться я не собираюсь.

Я выпрямилась в кресле, чувствуя, как внутри всё окончательно собирается в одну точку — холодную, чёткую, контролируемую.

— Поэтому, — закончила я, глядя прямо на HR, — если компания решила “дать мне время прийти в себя”, было бы корректно хотя бы уведомить меня об этом решении. Потому что со стороны это выглядело… иначе.

HR мягко улыбнулась. Слишком мягко.

— Мила, мы действовали в интересах компании и в ваших интересах, — проворковала она, слегка наклоняя голову. — Вы были в нестабильном состоянии. Это было очевидно.

Таракашки в моей голове мгновенно подняли транспаранты:

— КРУШИ ИХ! — РЕВОЛЮЦИЯ! — ЗА СПРАВЕДЛИВОСТЬ!

Я медленно вдохнула.

Выдохнула.

Сложила руки перед собой.

— Давайте тогда уточним, — спокойно сказала я. — Что именно вы увидели?

Она чуть замялась. Едва заметно. Но я это поймала.

— Вы были… эмоциональны. Растеряны. После разговора с директором вы выглядели… не в ресурсе.

“Не в ресурсе”.

Как удобно.

— Понятно, — кивнула я. — Тогда позвольте рассказать, что увидела я.

В комнате стало тише.

Даже те, кто делал вид, что просто “присутствует”, чуть повернули головы.

Я чувствовала это. Но не отвлекалась.

— Утром я обнаружила слив разработанного мной тура, — начала я чётко. — Тура, над которым я работала. Я сразу же зафиксировала это и отправила информацию директору.

Я сделала паузу. Короткую. Контролируемую.

— Через час этот же тур уже рекламировала другая компания.

HR чуть нахмурилась.

— После этого меня вызвали к директору, — продолжила я. — Где я услышала обвинения. Давление. И, если быть точной, угрозы судом.

Тишина стала плотнее.

— В этот момент, — добавила я, — я действительно выглядела “не в ресурсе”.

Таракашки довольно зашумели:

— ВОТ! — ТАК И НАДО! — ДОЖИМАЙ!

Я не улыбнулась. Хотя хотелось.

— Поэтому, — я чуть подалась вперёд, — если компания решила “замять” эту ситуацию и просто отправить меня отдохнуть — я с этим не согласна.

HR развела руками.

— Никто ничего не заминал, Мила. Мы просто…

— Отстранили меня без объяснений, — спокойно закончила я за неё.

Она замолчала.

На секунду.

И этого было достаточно.

Внутри снова шевельнулось что-то неприятное.

Таракашки уже тише, но всё ещё упрямо напоминали:

— АГА. А ДВЕ НЕДЕЛИ ДОМА? — КТО ТУТ СИДЕЛ И СТРАДАЛ? — ГОЛОВУ В ПЕСОК НЕ ЗАБЫЛА?

Я сжала пальцы.

Да.

Было.

Но…

Я подняла взгляд.

— Пока ко мне не было претензий — я молчала, — сказала я уже твёрже. — Я разбиралась сама. Приходила в себя. Как вы и хотели.

Я выдержала паузу.

— Но если меня вызывают “на ковёр” и делают вид, что это я сама решила “пойти домой полежать”…

Я чуть качнула головой.

— Нет. Такого не будет.

В комнате повисло напряжение.

Не громкое.

Но очень ощутимое.

HR перестала улыбаться так уверенно.

— Мила, никто не обвиняет вас…

— Тогда давайте зафиксируем, — перебила я всё так же спокойно. — Я не уходила “просто полежать”. Я не отказывалась от работы. И я не несу ответственность за слив, который произошёл.

Тишина.

Кто-то за столом чуть сдвинулся.

Я перевела взгляд с HR на остальных.

— И если у компании есть иная позиция — я хочу услышать её прямо.

Вот теперь стало совсем тихо.

Даже таракашки притихли, ждали.

Я тоже. И впервые за всё это время — не сжималась внутри, а стояла. Ровно. Спокойно.

И, кажется… впервые не защищалась, а отстаивала.

HR заметно занервничала.

Это было почти незаметно — чуть чаще моргнула, пальцы сжались в замок, плечи стали жёстче. Но после её уверенного тона пару минут назад контраст ощущался слишком явно.

Она открыла рот, будто собираясь что-то сказать — и не сказала.

Очевидно, разговор пошёл совсем не по плану.

В тишине раздался едва слышный шорох ткани.

Кто-то сменил позу.

Кайто.

Я не посмотрела на него — но почувствовала. Почти физически. Его взгляд, тяжёлый, пристальный, прожигающий.

Будто он пытался понять, что я сейчас сделаю.

И на чьей я стороне.

Или… уже не на их.

— Госпожа Орлова, — голос директора разрезал напряжение, как нож, — я приношу свои извинения за доставленные неудобства.

В голове у меня таракашки синхронно ахнули.

— НЕУДОБСТВА?! — ОН НАС В ТЮРЬМУ ОТПРАВИТЬ СОБИРАЛСЯ! — “НЕУДОБСТВА”, СЕРЬЁЗНО?!

Я чуть усмехнулась.

Слишком мягкая формулировка для того, что произошло.

— О чём именно вы, господин Сэйдзи? — спокойно уточнила я.

Он даже не изменил интонацию.

Ни на долю.

— Я провёл внутреннее расследование. Именно поэтому с нами сегодня присутствует господин Торико.

Едва заметное движение.

Сотрудник из IT — я действительно видела его раньше, мельком, пару раз. Тогда он казался… фоновым. Незаметным.

Сейчас — нет.

Сейчас он был частью доказательства.

— Первым делом мы проверили действия, выполненные через вашу учётную запись, — продолжил директор. — И зафиксировали, что никаких действий по сохранению или выгрузке данных с вашей стороны не производилось.

Внутри что-то отпустило.

Не резко.

Но ощутимо.

— Далее мы проанализировали сервера, на которых хранились материалы по туру, — он сделал короткую паузу. — И обнаружили аномальную активность. Массовое копирование файлов ещё на корабле.

Я напряглась.

— Во время перелёта на Вортис IX.

Сердце ударило сильнее.

— Проверка учётной записи показала, что действия выполнялись вторым пилотом. Кайс Эрли.

Таракашки моментально взорвались:

— СЛАДКОГОЛОСЫЙ МЕРЗАВЕЦ! — А КАК ПОДКАТЫВАЛ! — “МИЛА, ВЫ ТАК ТАЛАНТЛИВЫ…” — ТЬФУ!

Я не изменилась в лице. Только пальцы на секунду сильнее сжались.

Кайс. Конечно.

Слишком внимательный. Слишком вовлечённый. Слишком… заинтересованный.

— Дело передано в службу безопасности, — продолжал директор всё тем же ровным голосом. — Они зафиксировали поступление крупной суммы кредитов на его счёт.

Он посмотрел на меня, прямо.

— В отношении него уже возбуждено дело. В ближайшее время состоится суд.

Тишина снова сгустилась, Но теперь она была другой.

— Перед вами, госпожа Орлова, — добавил он, — я хотел бы извиниться и обсудить вопрос компенсации морального ущерба.

Таракашки замерли. Потом очень тихо:

— ОПА… — А ВОТ ЭТО УЖЕ ИНТЕРЕСНО…

Я медленно вдохнула. Вот оно - развязка. Или… только начало?

Я чуть склонила голову, глядя на директора.

— Приятно слышать, что компания разобралась в ситуации, — сказала я ровно. — Хотя, признаюсь, я ожидала этого разговора… немного раньше.

Лёгкая пауза.

— Что касается компенсации…

Я на секунду перевела взгляд на стол.

Потом снова на него. Теперь моя очередь вести этот разговор, и я её не упущу.