Часть 4

Поутру умывалась и завтракала ни на кого не глядя, однако все время чувствовала взгляды мужчин на себе, особенно — Рейна.

Уже, когда усаживались на лошваров, увидела рядом с собой Дартвааля. Беспокоилась я напрасно — с ним, вроде, все в порядке, на первый взгляд. А вот на второй — привлекли внимание его здоровенные торчащие рога. Все в зазубринах и сероватых потертостях, словно по ним били камнем… или ими — о камни. Мысленно представила, какую силу надо приложить, чтобы эти костяные выросты приобрели столь плачевный вид, и побледнела, испуганно глядя на демона, золотистые волосы которого радостно трепал ветер.

Дарт усмехнулся, отметив произведенное на меня впечатление собственным видом и, успокаивая, тихо произнес:

— Не пугайся так! Глава ничего плохого никому из нас не сделает, пока мы выполняем миссию и обеспечиваем защиту наследника и… его приемной матери. Ваша безопасность стоит на первом месте! Мне, всего-навсего, доступно пояснили, что слишком мало знаю аро Рейнвааля, чтобы рассказывать тебе о его видении семейных отношений.

Я непроизвольно прижала ладонь к щеке, переваривая эти самые пояснения в версии Дарта и анализируя. Тихо спросила:

— Выходит ты соврал мне?

— Нет! — Дарт нахмурился, бросил напряженный взгляд мне за спину. — Я не соврал, просто моя правда отличается… Сказал так, потому что считал свои выводы верными, но оказалось по-другому.

— Я не понимаю тебя, — нахмурилась и попросила, — поясни, пожалуйста…

— В дорогу! — прервал мой лепет грозный рык Рейнвааля.

Испуганно обернулась: демон, стоящий за моей спиной, мрачно уставился на Дартвааля. Мы с блондином быстро заняли седла, и наш отряд двинулся в путь.

— Мама, аро Рейнвааль живет вместе с папой? Рядом? — тихо спросил Хем.

Я взглянула на мальчика, удивляясь его вопросу. Демоненок смотрел в спину Рейну напряженным, словно застывшим взглядом, даже немного пугая меня. Вообще, рядом с этими демонами неврастеничкой скоро стану. Похуже любого арути будут: что взрослые, что маленькие!

— Я не знаю, тыковка! Если хочешь узнать, сам спроси… — нашла выход из щекотливой ситуации.

А сама, затаив дыхание, принялась ждать развития ситуации. Ответ на этот вопрос, мне самой дико хотелось выяснить, но интересоваться напрямую неловко, не прилично, наверняка бы смутилась и невнятно блеяла извинения, а демоны развлекались бы за мой счет. И не приведи сила, Рейн еще подумает, что для себя выясняю… навязываюсь. Это было бы унизительно!

— Аро Рейнвааль, вы живете вместе с папой? — повторил свой вопрос Хем, направив Терна чуть ближе и вглядываясь в резкие черты лица огромного демона.

Рейн медленно окинул нас с Хемом внимательным взглядом. И хоть лицо его выглядит бесстрастно, но в лиловых глазах вспыхнула насмешка. А затем прозвучал ответ:

— Преисподняя раньше принадлежала всем кланам владеющих. У каждого было свое крыло. После попытки переворота остался только один клан и два его представителя. Повелитель и я! Наш клан состоит из двух ветвей: старшая — теперь это ты, аро Хемвааль, и твой отец — Повелитель, и младшая — только я один. Но ты прав, можно сказать, что мы живем вместе. Покои Повелителя находятся в южном крыле над пещерами, мои — в северном. А почему ты спрашиваешь, Хемвааль?

Рейнвааль посмотрел на Хема, который, чрезвычайно внимательно выслушав ответ на свой вопрос, привычно развернулся лицом ко мне, обнял руками за талию, хвостом обвив мою ногу. Затем легонько потерся рожками о мое плечо и повернул лицо, выражения которого я не увидела, и странно многозначительно ответил Рейну:

— Я хочу, чтобы мама была со мной!

— Я согласен!

Рейнвааль одарил мальчика таким оценивающим и одновременно понимающим взглядом, что я невольно признала — они сейчас говорят на одном, только им понятном языке. Языке мужчин-собственников!

Через несколько часов холмистая местность вновь сменились равнинной, и у горизонта показались шпили городских башен.

— Мы заедем в город? — с надеждой спросила у едущего рядом Рейна.

— Да! Это приграничный с людскими землями город драконов. — Заметив на моем лице восторг, демон добавил: — Мы здесь только переночуем и пополним запасы продуктов. Хочешь, можем зайти в лавку, если тебе что-то надо из вещей?

Мой восторг тут же утих. Конечно, я с большим удовольствием посмотрю город драконов, пусть и не столица, но все равно интересно. Да и на самих ящеров любопытно взглянуть вживую. А вот лавки посещать… Золото я вернула Ярису, и теперь у меня остался кулон с портретами родителей и родовой перстень матери. Поэтому отрицательно мотнула головой, глухим голосом ответив:

— Нет, спасибо, у меня есть все необходимое… на данный момент.

В конце концов, прохудившиеся носки вполне можно заменить портянками, а нижнее белье… я всегда стираю панталоны на ночь. Мне и одних хватает пока. Чувствовала, что Рейн смотрит на меня, но отвечать на его взгляд не могла и не хотела.

— Посмотрим! — лаконично закончил он.

Дальше мы некоторое время ехали в молчании, пока я осторожно не поинтересовалась, заметив, что Хем спит, уткнувшись мне в плечо:

— Аро Рейнвааль, вы можете рассказать о Владеющем?

Рейн буквально обжег меня холодным лиловым взглядом.

— Я сказал обращаться ко мне по имени и на ты! — неожиданно мягко произнес он в разрез с выражением лица.

Закусив нижнюю губу клыками, смущенно пожала плечами. Но лиловый холод из глаз моего собеседника уходить не торопился.

— Что именно тебя интересует? — спросил он, когда я уже не надеялась на продолжение темы.

— Из сведений, полученных о демонах, мне не понятен один момент. Существенный! Вы говорили, что только избранная может дать демону потомство. Я правильно поняла: раз у пары есть дети, то образовалась брачная связь. Это так?

— Да! Всегда так! Секс с избранной приводит к установлению прочной связи, закреплению и углублению возникших чувств, а главное — появлению потомства. Подобные отношения всегда становятся законными и нерушимыми, — ответил Рейн, заинтересованный моими вопросами.

— Тогда, если ваш Владеющий — отец Хема, а леди Азарель из рода Каменистой реки — его мать, значит, у них брачный союз? Но ты сам при встрече говорил, что ее убьют за ненадлежащее отношение к Наследнику. А где же ваша пресловутая безумная любовь к своей женщине? Матери своего сына? Я не понимаю!

Рейнвааль задумчиво посмотрел на меня, обернулся на других спутников. А затем вкрадчиво, словно предупреждая, поведал:

— Азарэль короткое время была любовницей Повелителя… Его магия слишком сильна, ты ощутишь ее, когда встретишься с ним лично. Скрывать от других силу владеющего мне помогает мощный блок, а вот Повелитель настолько силен, что способа прикрыть ее нет. Создается своеобразная аура, которая давит на любого физически, и поэтому многие боятся нас. Сильно боятся и ненавидят! Как нам сообщил Владеющий, Азарель происходит из обедневшего, но очень старого эльфийского рода. Она прибыла с одной из дипмиссий светлых и специально легла под нашего Правителя, используя древний артефакт, чтобы забеременеть. И как ни удивительно, ей это удалось! Она желала стать хозяйкой Преисподней и возродить свой эльфийский род. Повелитель не признал ее избранной, но ведь она и по сути таковой не являлась. Более того, когда все выяснилось, от смерти ее спас только Хемвааль, носимый под сердцем. Она согласилась взять деньги в обмен на ребенка. А в итоге, даже о ребенке толком не позаботилась!

Я молча слушала, поражаясь изложенным фактам. Чудовищным фактам! Стала понятна причина безразличного отношения Азарэль к сыну, а также всеобщее негативное отношение к нему практически всех, кто нам встречался в пути. По-видимому, они чувствовали его темную ауру. Хотя почему я не ощущаю? Наоборот, сразу прониклась сочувствием и жалостью? Вероятно, потому что сама находилась в жутко подавленном состоянии, и дальше подавлять было некуда, а аура Хема вопреки логике вызвала какую-нибудь встряску у меня? Столько вопросов, и так мало ответов.

— А почему Азарэль не осталась в Преисподней до рождения Хема? — поинтересовалась я снова.

Рейн нахмурился и нехотя произнес:

— Повелитель опасался за жизнь своего сына! О его существовании знают только восемь глав высших кланов — самые приближенные и верные Владеющему. Представители от каждого клана были направлены встречать Азарэль. Как его дядя я возглавил отряд.

— Но вас же шестеро? — тут же возразила, припоминая о двоих, что должны присоединиться позже.

— Двое — охотник и палач — отправлены мною в род Каменистой реки, чтобы воздать Азарэль.

Я испуганно вздрогнула, почувствовав как холод заползает в душу. Ведь именно Рейнвааль отправил убийц к женщине. Да, изворотливой, расчетливой и жадной, но женщине. А он так спокойно, бесстрастно об этом говорит, в то время как остальные равнодушно смотрят на дорогу, крутят головами, отслеживая обстановку и выискивая возможные опасности. Жуткий мужчина! Но отчего же собственное сердце начинает неистово биться, стоит мне оказаться в руках грозного демона или увидеть фиолетовый бархат в его глазах, когда смотрит на меня?! Уму непостижимо!

Пока я пыталась разобраться в собственных чувствах под сладкое посапывание не подозревавшего о таких проблемах демоненка, мы добрались до тракта, которым продолжили двигаться к городу. Вскоре Хем проснулся, смешно потягиваясь, привычно потерся рожками о мое плечо. Пошутила, что скоро дырку там протрет. Наш дружок светляк, до этого чаще всего паривший впереди отряда, завис между острых торчащих ушей Терна. Наш лошвар чуть не окосел, пытаясь сфокусировать на нем взгляд, удивленно задирая голову. А его четвероногие товарищи гнусно хихикали над собратом.

Мы с Хемом, забыв обо всем, тоже задрали головы и смотрели в небо, где жизнь шла полным ходом, нет, даже не так — летела. Разноцветные ящеры спешили по своим делам, пролетая над нами, и наш отряд их мало интересовал. Зато народ, ехавший с обозами по тракту, провожал нас подозрительными настороженными взглядами.

Как ни странно, но городская стража состоит из людей, и как тут же пояснил Кервааль, многие из этого племени столетиями живут рядом с драконами и верно служат малочисленной расе драконов. Впрочем, как и многие другие народы, не наделенные магией.

И я в этом скоро убедилась. По узким, мощенным мелким булыжником, мостовым ходили люди, на часто встречающихся круглых площадях полно лавочек или торговцев мелким товаром. Стройные низкорослые гномы громко зазывали покупателей.

Мы проехали мимо огромной кузницы, где работал горный тролль, увидев которого мы с Хемом, затаив дыхание, во все глаза наблюдали за уверенными мощными движениями сероватых обнаженных рук.

Отметив наше изумление и восхищение, даже Рейн с Дартом синхронно усмехнулись и снисходительно выдали: «Два ребенка!»

Несмотря на то, что мы ехали по улицам многонаселенного города, демоны продолжали держать нас в «коробочке», остро реагируя на любые опасности.

Даже городская стража, медленно передвигавшаяся верхом на лошадях, дружно шарахнулась в сторону при виде нас. Хотя, думаю, это скорее реакция обычных лошадей, на плотоядных лошваров. Надо полагать, животные остро чувствуют хищников.

В одном переулке мы остановились, ожидая пока разъедутся две столкнувшиеся телеги, и я во всю крутила головой, осматривая достопримечательности. Все же я лишь два раза была в столице Светлейшего Повелителя, и новый город для меня представлял неподдельный интерес.

Взгляд зацепился за большое окно-витрину лавки напротив, в котором выставили милое изящное платье, пошитое по моде людей, также на всеобщем обозрении красовалось женское нижнее белье и моя любимая часть гардероба — чулки и носочки различных цветов, в том числе.

Мой взгляд буквально прикипел к этим вещам, не желая отрываться, и такой пристальный интерес не остался не замеченным.

— Тебе что-то нужно? Нравится? — раздался рядом голос Рейнвааля.

Я отвернулась от витрины и, посмотрев на Рейна, вновь утонула в фиолетовом бархате его глаз. Смутилась и, помотав головой, глухо пробормотала, уверенная что услышит:

— Нет-нет, спасибо!

— Если нравится, мы возьмем, что хочешь! — уверенно заявил Рейн, сдал назад на своем Темном и поравнялся с Терном.

Я начала злиться: неужели он не понимает моего положения? Поэтому ответила чуть резче, чем хотела:

— Мое нынешнее финансовое положение не позволяет делать какие-либо покупки!

Мощный хвост Рейна скользнул к моей серебристой кисточке, погладил, словно успокаивая, а потом мужчина тихо произнес:

— Послушай меня, Хель, мы сейчас зайдем туда без препирательств и купим все, что тебе необходимо. Не забывай о своем новом статусе матери Наследника! И обязательно приобретем платье, любое — какое захочешь, в котором ты приедешь в Преисподнюю. Обо всем остальном я позабочусь уже во дворце, но сейчас нужно купить самое необходимое. Ты поняла меня?

Ну знаю, знаю, что не права, но во мне вопят неловкость, стыд и злость на свое зависимое положение. Просто раньше я была независимой от него, а сейчас, если он заплатит за мои вещи, это… это усугубит моральные страдания. О боги, сила, никогда не думала, что покупка одежды может принести столько проблем и стыда. А ведь совсем недавно я оставила у отца в поместье гардероб, в который можно было бы одеть женщин целой деревни.

— Я не принимаю подарки от посторонних мужчин! — процедила сквозь зубы, пытаясь заставить Терна тронуть с места.

Хем крутил головой, глядя то на меня, то на своего дядю, который услышав мой ответ, плавным движением спрыгнул на мостовую, а затем рывком вытащил меня из седла, заставив охнуть, вцепиться в него и обнять за шею, а потом неосознанно, с упоением вдохнуть интенсивный аромат можжевельника. Рейн держал меня под ягодицами, прижимая к себе, а хвостом поддерживал под коленями. Мой же хвостик начал нервно мотаться из стороны в сторону, словно маятник у часов.

— Что ты себе позволяешь? — зашипела на него.

Но крепко державший меня в руках демон, посмотрев на Кервааля с Дартваалем, предупреждающе кивнул на Хема и быстрым шагом пошел к лавке. Мне ответил коротко, но слишком двусмысленно:

— К моему великому сожалению, пока слишком мало! Но я терпеливый и упорный, а эти качества, как многим известно, вознаграждаются!

Я невольно залюбовалась мощной шеей, которую обнимала и погладила ладошкой горячую кожу, чуть задевая столь загадочный рисунок. Мысленно сделала заметку, что надо бы спросить, что означает.

Мы вошли внутрь лавки под перезвон колокольчиков над дверьми, и в помещении нас окутала приятная прохлада. Навстречу выбежала невысокая худенькая гномка, а вслед за ней — скорее всего муж, если судить по возрасту и быстрым, привычным обменам взглядами.

— Чего желаете, господин? — пролепетала гномка, напряженно застывая в паре шагов от нас.

Рейн бросил быстрый взгляд на витрину, видимо гадая, что меня там привлекло, потом насмешливый — на меня и ответил:

— Носки и чулки!

— Сколько пар? — оживилась гномка.

— Десять! — был веселый ответ.

— Зачем так много? — тут же воскликнула я, уже не пытаясь вырваться из его рук и вглядываясь в бархат его глаз.

— Мне понравилось, как ты в них смотришься!

Ответ Рейна плеснул жара мне на щеки и заставил вырваться, чтобы хоть на шаг отойти в сторону. А главное, унять бешено стучащее сердце. Ему понравилось, как я в них смотрюсь…

— Может господин желает чего-нибудь еще?

— Нижнее белье… ажурное! — вкрадчиво произнес Рейн, а я вновь уставилась на него. У меня горели уже не только щеки, но и уши, и шея.

— Сколько, господин?

— Десять пар! — снова короткий ответ, хотя он не вслушивался в вопросы гномки, а не отрываясь смотрит на меня.

— Что-то еще? — уже даже весело спросила гнома.

— Нам нужно два легких плаща с капюшоном, красивое платье по темноэльфийской моде, но облегченный вариант, пару легких рубашек и штанов. И еще пару перчаток. Все на эту леди!

Пока он методично перечислял вещи, я в замешательстве смотрела на него. Похоже, разум рядом с ним теряю только я, а Рейн в любой ситуации все контролирует.

— А зачем платье по темной моде? — пролепетала я.

Рейн хвостом ухватился за мой и подтянул к себе, теперь удерживая и за спину.

— Увидишь, как одеваются наши женщины, поймешь!

— У меня есть рубашка с синей юбкой… — вспомнила я.

— Оденешь сегодня вечером на ужин в таверне. Хочу посмотреть, как ты выглядишь в женской одежде, а не в мужских штанах.

Я слышала, как суетятся рядом гномы, упаковывая наши покупки, но смотрела исключительно на него. Горячая ладонь скользнула по моей спине к лопаткам, прошлась по плечам, а потом застыла на шее. Большой палец начал поглаживать чувствительную кожу, а Рейн следил за моей реакцией на его ласки.

Скорее прохрипела из-за внезапно пересохшего горла, чем спросила:

— Зачем ты делаешь все это? Со мной?

— Неужели не понятно? — криво ухмыльнувшись и приподняв фиолетовую бровь, поинтересовался демон.

— Дарт сказал, что тебе не нужна семья, а любовницей я не…

Рейнвааль глухо, зло зарычал, вынудив меня замолчать и испуганно посмотреть на него.

— Ты плохо слушаешь, Хельвина! Во имя своего будущего, внимательно слушай окружающих и запоминай. Статус матери Наследника обязывает ко многому. Главное, учись анализировать информацию. Я только сегодня говорил, что временного, ничего не значащего секса с избранной быть не может! А Дартвааль, если еще раз попробует промыть тебе мозги различной чушью, лишится рогов.

— Понятно! — сконфуженно пробормотала я.

Рейн зарычал уже на хозяев:

— Долго еще?

Супруги, вздрогнув, подвинули к нам большой сверток, нервно глядя на демона. Рейн быстро, не торгуясь, расплатился, достав деньги из кошелька на поясе, подхватил покупки и меня за локоть и повел наружу.

— Он, по крайне мере, говорит хоть что-то, а ты вообще молчишь! — буркнула я уже на улице.

— Пчелка, я попусту болтать не привык! У меня наследник на руках, которого многие враждующие с нами кланы с удовольствием стерли бы с лица Тирэя и прекрасная эльфийка… Вчера вот представилась возможность поухаживать за тобой, я попытался, и если бы не этот блондинистый щенок…

— Ты… ухаживал?.. — потрясенно выпалила я. — Демонстрируя себя?

Рейн усмехнулся, бросил сверток Сунваалю, меня посадил на Терна к Хему и сам взлетел в седло.

— Знаешь, а мне показалось, что тебе понравилось… то что я показывал.

Я задохнулась от его слов, хватала ртом воздух и не знала, что ответить. А еще чувствовала, что краснею как помидор от стыда. Боги, ну почему у меня кожа такая светлая?

* * *

В следующий раз наш отряд остановился перед большим двухэтажным зданием таверны. Под навесом стояло несколько лошадей, а из дома доносился шум. Сунвааль с Шанваалем шли первыми, за ними, держась за руки, — мы с Хемом, по бокам — Рейн с Дартваалем, а позади нас прикрывали Кервааль с Войсом.

Стоило зайти внутрь и осмотреть помещение, шум стих, и все посетители уставились на нас. Рейн подошел к хозяину — грузному мужчине из расы людей, протирающему кружки за барной стойкой — и, о чем-то пошептавшись, положил на столешницу несколько золотых. Через мгновение тот услужливо семенил перед огромным демоном, показывая дорогу на второй этаж, одновременно с этим громко окликая помощников. На его зов явилась молодая женщина и здоровый детина.

Нам выделили четыре комнаты: три с одной стороны узкого темного коридора, и одну напротив нашей с Хемом. Демоны по двое разошлись по своим номерам, а Рейн остался с нами.

Бугай-слуга притащил огромную металлическую лохань к нам в комнату, а затем натаскал туда воды.

Перед тем как уйти, Рейн оставил мои новые вещи и старый рюкзак на кровати и предупредил:

— Мы рядом, за стенкой, стоит тебе только пискнуть, и все через мгновение будут здесь. Так что ничего не бойтесь! Как помоетесь и оденетесь, пойдем ужинать. Хозяин сказал, что сегодня вечером здесь будет представление заезжих артистов.

Я радостно потрепала меланхоличного Хема по макушке и счастливо улыбнулась Рейну. Ведь сегодня столько хорошего произошло в моей жизни. И еще может произойти. Мой демон сказал, что я ему нравлюсь! Что он за мной, оказывается, ухаживает, пускай очень специфичным образом (в конце концов, может у демонов так принято), но все это может привести к серьезным, влекущим за собой брак, отношениям. Разве можно после этого печалиться о чем-то?

Рейн смотрел на меня, а я наблюдала, как лиловый цвет стремительно меняется на фиолетовый, а зрачок расширяется. Мужчина раздраженно поднял обе руки и потер основания своих рогов, от чего мои щеки вспыхнули смущением. Я вспомнила наше, скажем так, купание у водопада. Видимо заметив мои краснеющие щеки, демон довольно усмехнулся, а потом обронил загадочную фразу:

— Надо лишь чуть-чуть потерпеть! Доберемся до дома, там и снимем этот зуд.

— В каком смысле? — недоумевая, о чем речь, переспросила я.

— В прямом, Хель! Просто сейчас не время и не место, чтобы я мог тебе подробнее об этом рассказать, а еще лучше наглядно продемонстрировать, — в его голосе ощущалось раздражение.

Закончив говорить, Рейн развернулся и на выходе задел рогами косяк двери, с шипением наклонился, чтобы снова не зацепить и вышел в коридор.

Сначала искупала Хема, а потом сама помылась, причем впервые обнаженная, посадив мальчика спиной и предупредив не оборачиваться.

Тщательно промыла волосы душистым мылом с запахом сирени, потерла тряпкой тело до красноты и, ощущая себя совсем чистой, вылезла из лохани. Высушила и расчесала волосы, а потом причесалась, как мы с Микой делали. Две тоненькие косички, украшенные бисером, заплела вдоль лица, одну — на макушке, словно корону, а нетугой хвост из остальных волос перетянула крест на крест в нескольких местах струной с бисером.

Хема одела в чистые новенькие вещи, которые Рада подарила, а сама надела купленное Рейном ажурное белье, состоящее из коротеньких панталончиков и рубашечки на бретельках, верхнюю рубашку и синюю длинную юбку. Когда завязывала бантики на носочках, в комнату без стука зашел Рейнвааль. Увидев меня с задранной до колен юбкой, испуганно взирающей на него, в два шага оказался в непосредственной близости. Присел на корточки, обхватил большими ладонями мои ступни и положил себе на колено.

С большим интересом потрогал ноги в носочках, погладил их, а потом его ладонь скользнула чуть выше по обнаженной коже до колена. Я судорожно выдохнула. Его прикосновения вызвали толпу возбужденных мурашек по всему телу и там, где он касался меня, начинала гореть кожа. Так же молча, с неохотой убрал руку, а потом, подняв мои ботинки, помог обуться. Закончив со вторым ботинком, посмотрел мне в глаза и глухо пообещал:

— Как только окажемся в Преисподней, куплю тебе много, очень много носочков, никогда не думал, что они окажутся настолько… занимательными.

С кровати я вставала на подгибающихся ногах, словно загипнотизированная не могла оторваться от его глаз, тянулась к нему, даже не осознавая этого. В себя привел Хем, который втиснулся между нами и, ткнувшись рожками мне в плечо, потерся.

Рейн отошел чуть подальше, полюбовался на меня в женской одежде и криво усмехнулся:

— Сама невинность! Столько веков ни о чем не думал, зато теперь хлопот не оберешься!

Нахмурившись, осторожно поинтересовалась:

— Ты о чем? Я плохо выгляжу? Неприлично, да?

— Наоборот! Слишком хорошо, слишком прилично и абсолютно невинно… — мрачно ответил Рейн.

Я остолбенела, попыталась, как он советовал, проанализировать сказанное, чтобы сделать верные выводы, и не смогла. Мужчина же взял меня за руку и повел на выход.

— Почему-то никак не могу уловить связь между твоими словами и мрачным выражением лица! — с досадой произнесла я.

— Я тебе потом помогу… уловить, а сейчас есть очень хочется!

В коридоре нас ждали остальные демоны, и мы спустились вниз в общий зал.

На противоположной от двери стороне большого прямоугольного помещения располагался невысокий подиум, на котором молодой эльф и пожилая гнома пели веселую заводную песенку под аккомпанемент трех музыкантов. Перед ними плясали посетители таверны, а мимо столов сновала прислуга с подносами. Зал был почти полностью заполнен, но для нас был оставлен длинный стол неподалеку от артистов.

Долго ждать ужин не пришлось, стоило нам занять свои места, как служанки мигом натаскали тарелок, закусок и напитков.

За вкусной горячей едой, я, однако, успевала поглядывать на окружающий народ. А Хему было не до музыки и артистов, демоненок голодными глазами осматривал стол, и хватался за все подряд: не съест, так хоть покусает. Наши спутники смотрели на своего будущего повелителя с умильными заботливыми улыбками и сами подкладывали лучшие куски мяса, пирожки и даже овощи.

Музыка становилась все задорней, а мое любопытство и настрой все активнее. Я притоптывала под столом ногой и кисточкой хвоста отбивала ритм музыки, когда увидела темных эльфов: трое мужчин и женщину. Двое темных, даже поглощая еду, внимательно зыркали по сторонам. Наша компания им явно не понравилась, а мое присутствие среди демонов обеспокоило эльфов. Третий эльф, положив руку на плечо женщины, что-то ворковал той на ушко, одновременно, словно маленького ребенка кормил с вилки, предлагая маленькие кусочки.

Сама эльфийка тоже очень-очень примечательная. Вспомнился прочитанный мною любовный роман из жизни темных. Оказалось — не лгал. Внешне похожа на меня: светлокожая, стройная, хрупкая, с личиком в виде сердечка. Большие небесно-голубые глаза в обрамлении пушистых ресниц. С длинными черными косами, уложенными высокой короной на макушке, украшенными яркими живыми цветами. Изящные руки и плечи обнажены, тонкие запястья и длинную шею украшает множество браслетов и бус.

Платья полностью я не увидела, но верх рассмотрела: топ из красного шелка, а через плечо перекинут палантин из тончайшего желтого газа. Действительно, женщина похожа на маленькую яркую сказочную птичку.

А как она смотрит на своего мужчину… Как на бога! Послушно открывает ротик и подхватывает кусочки мяса с вилки. И если рядом кто-то просто громко чихал или возмущался, она вздрагивала и пряталась в объятиях своего эльфа.

Глядя на эту женщину, отчетливо поняла, что я совсем не такая как она: не чопорная, хладнокровная светлая и в то же время не пугливая, зависимая от всего и всех темная. Я — полукровка. Боги! Отец, неужели ты не знал, не подумал об этом, когда отправлял к деду?! Как? Как я смогу прижиться там, где женщина — словно тепличный цветок? И это после того, через что мне пришлось пройти! Я слишком слабая для демонов и слишком сильная для темных, похоже, мне нигде нет места.

Настроение резко упало, даже показалось, что услышала его удар об пол. В горле пересохло, и я, не глядя, схватилась за кружку, стоявшую рядом с рукой. Залпом выпила, а уже спустя мгновение, выпучив глаза и хватая ртом воздух, судорожно замахала руками. Дартвааль, сидящий с другой стороны, посмеиваясь, сунул мне другую кружку.

— Вы выпили крепкого эля, леди Хельвина! Ай-ай, какая неосмотрительность! На демонов спиртное фактически не действует, а как на вас?

Поспешно запив пожар во рту, чуть не плача, пожала плечами:

— Не знаю, никогда не пробовала! Да и не все ли равно!

— Девочка, что случилось? — озабоченно спросил Рейн, поднимая мое лицо за подбородок.

Едва заметно кивнула в сторону темной и хрипло произнесла:

— Я не такая!

— Естественно, ты гораздо красивее ее! — тихо сказал Рейн, наклонившись к моему уху.

— Да нет же, ты не понял! Я слишком слабая по вашим меркам, но слишком сильная для темных.

Рейнвааль расслабился, но продолжал удерживать рукой мое лицо. Я заметила момент, когда лиловый холод начал быстро меняться на фиолетовый бархат. Он понял, о чем моя печаль.

— Тебе не о чем переживать, моя пчелка! Для демонов твоя сила во мне, а темные меня не интересуют. И я надеюсь, тебя тоже больше не будут!

Я слушала тягучий, вкрадчивый, обволакивающий сознание голос демона, и сама постепенно расслаблялась. Чувствовала, как эль, недавно огнем полыхавший в горле и желудке, теплом расползается по венам по всему телу, придавая легкости и заставляя пузыриться кровь весельем.

Состроила бровки домиком, посмотрела вниз и переплела свою пятую конечность с хвостом Рейна.

— Провоцируешь? — хрипло шепнул мне на ухо демон, обдавая горячим дыханием.

Жар смущения плеснул в лицо, но освобождать захваченный в плен хвост Рейна не стала, лишь отвернулась и, схватив вилку, начала ковыряться в тарелке.

Чувствовала, что Рейн сверлил меня взглядом, но встречать его открыто и отвечать на провокацию не осмелилась.

Неожиданно замерла, заметив неподалеку еще темных. Трое мужчин пристально следили за мной, но старались, чтобы их интерес не был очевидным для других. Заметив, что я обратила на них внимание, отвернулись и занялись едой. А я, спустя совсем немного времени, расслабилась, музыка играла все быстрее, задорнее и хотелось пуститься в пляс перед импровизированной сценой.

И как только рука Рейна оказалась на моем бедре, вскочила, схватила Хема за руку и потащила танцевать. Уж лучше там, чем рядом с ним гореть от стыда и вожделения.

— Тыковка, я люблю тебя! — испытывая непривычную легкость и даже эйфорию, сказала Хему.

Держась за руки, мы весело дрыгали ногами с остальными танцорами, хлопали в ладоши, расходясь и снова сходясь парами. Гикали и ухали, приседая и вновь подпрыгивая. И забыли про все неприятности и тревоги, задорный танец увлек не на шутку. Даже флегматичный Хем хохотал вместе со мной.

Но в какой-то момент передо мной появился темный — один из той тройки. Он быстро, напористо зашептал:

— Леди, идите за мной! Я уведу вас отсюда, иначе…

— Иначе, я вырву тебе хвост и заставлю сжевать его! — рядом со мной возник мрачный Дартвааль и угрожающе двинулся на эльфа.

И хотя темный ростом на голову ниже и гораздо более щуплый, нежели демон, тот кинул на меня напряженный задумчивый взгляд, а потом, буркнув извинения, быстро удалился к своим. Я заметила, что все трое вскоре исчезли. Странно!

Танцевать расхотелось, кураж прошел, и захотелось пить. Эмоциональная активность Хема тоже резко пошла на убыль, и он уже привычно привалился к моему боку и бесстрастно смотрел в никуда.

Возвращаясь к столу, я заметила наших соседей. Четверо ярких брюнетов, со смуглой кожей. Не менее крупных, чем демоны, а судя по самодовольным лицам, то таким же наглым. Но без хвостов и видимых клыков — почти как люди.

Подойдя еще ближе, я догадалась, что это драконы. Характерные глаза как у ящериц, с желтой поперечной полосой посередине. И эти жутковатые глаза, не отрываясь, рассматривали меня с немного плотоядным интересом. Если бы не знала, что драконы не едят разумных по религиозным принципам, содрогнулась бы от ужаса.

Служанки обслуживали наш стол, меняя посуду и закуски, поэтому мне пришлось пропустить Хема вперед, а самой сесть спиной к драконам. Дартвааль поставил стул рядом с моим, а Рейнвааль помрачнел.

Я всеми фибрами души ощущала, что обстановка вокруг нас накаляется. Драконы говорили на своем языке, который я с трудом понимала. Эти ящерицы громко обсуждали женщин, в частности, страстность темных эльфиек. Какие те послушные, услужливые в постели…

Компания из темных за столом напротив, среди которых женщина, насторожилась еще сильнее и потемнела лицами, а руки, державшие вилки и ножи, побелели от сдерживаемых эмоций.

Моя спина становилась все прямее от ярости. Дартвааль поставил локоть на стол и начал демонстративно рассматривать свои когти. Не знаю как другие, а я впечатлилась. Рейнвааль мягко пересадил Хема подальше, под защиту Войсааля, а остальные демоны начали странно ухмыляться.

По залу поплыл красивый голос пожилой гномы, которая пела о безответной любви дракона к своей избранной. И в этот момент я ощутила, как моей обнаженной ноги касается что-то прохладное и немного шершавое. Нервно одернула юбку и посмотрела вниз. В полнейшем ступоре увидела мощный, похожий на драконий хвост с зубчиками, кончик которого подбирался к обнаженной коже моих ног. И эта чешуйчатая жуть тянулась от сидящего позади меня дракона. Посмотрев на него, я чуть не завопила от ужаса. Видимо, чтобы хоть таким способом незаметно для демонов потрогать меня, он частично трансформировался и отрастил хвост, и лицо, соответственно, начало меняться, превращаясь в драконью морду.

Отреагировать на подобную наглость не успела; Дартвааль резко подскочил и со всей силы придавил ножками своего тяжелого деревянного стула хвост дракона. Тот завыл, перекрывая нежный голос певицы. В таверне тут же стало тихо. Правда, буквально на мгновение, затем раздались звуки отодвигаемых стульев.

Все четверо драконов встали и угрожающе уставились на Дартвааля. Один из них, показавшийся мне самым красивым, холодно произнес:

— Брачный гон тебе разум замутил, демон? Или запах избранной заставил потерять осторожность и страх?

Дартвааль ядовито ответил:

— Судя по цвету чешуи твоего спутника, вы — молодняк. Поэтому, если ты сейчас извинишься передо мной и леди, сможешь уйти живым!

Рейнвааль встал, резко поднял меня со стула, приподнял и, нисколько не напрягаясь, передал Керваалю на другую сторону стола, поближе к Хему. Я услышала шум других отодвигаемых стульев — это остальные посетители спешно вылезали из-за столов и отходили к стенам.

Все еще шипящий от боли в хвосте дракон процедил:

— Это наш город, и мы устанавливаем здесь правила! А вы, я смотрю, вдвоем претендуете на эту темную цыпочку? Что, рогатые, — дракон кивнул на прямые, гордо торчащие, витые рога Дарта и Рейна, — еще не поделили избранную, или вместе пользовать будете?

Дартвааль было дернулся к обидчику, но в этот момент по залу разлилась страшная сила. Она неимоверно давила на психику, а физически ломило все тело, хотелось зажаться где-то в комочек и не высовывать носа.

Хем, почувствовав чужую магию, зашипел не понятно на кого, оскалился и прижался ко мне. Мои спутники демоны морщились, силясь сидеть прямо, но их, видимо, придавливало к столу неизвестной силой. Бледный Дартвааль чуть дрожал, а драконы… Четверо драконов распластались по полу, а Рейнвааль стоял над ними и яростно рычал:

— Я — аро Рейнвааль, младший Владеющий! Ты, ящерица, оскорбил мою честь и честь моей избранной! Она… моя… женщина! За свои слова надо отвечать по любым правилам и законам, жри свой хвост, ничтожество, и смотри не подавись, а то придется начинать заново!

К моему ужасу, дракон скрючился и начал отгрызать собственный хвост. Какой же силой обладает этот «слабый владеющий», если дракон не смог сопротивляться внушению и сам себе отгрызал часть тела?! Это немыслимо! Темная эльфийка свалилась без чувств на руки своему спутнику, но темные, как ни удивительно, покидать это мероприятие не торопились, а с довольными мстительными лицами наблюдали за экзекуцией. Я бы тоже куда-нибудь прилегла и желательно без чувств, но вместо банального для эльфийки в подобной ситуации обморока, прижала к груди рычащего напряженного Хема, заставив отвернуться от жуткого зрелища, и гладила по голове, пытаясь успокоить не то его, не то себя. Я поняла, что если сейчас вмешаюсь, меня вряд ли послушают, ведь уже предупредили.

Неожиданно раздался хриплый голос другого дракона:

— Аро Рейнвааль, позвольте принести извинения вам и вашей избранной паре. Тер Кронес — третий и самый младший племянник нашего Повелителя. Он действительно молод и резок в суждениях, я прошу проявить снисхождение к его молодости и глупости, и…

Сбивчивую просящую речь заступника, прервал леденящий душу голос Рейна:

— Может, тогда ты заменишь его? И сожрешь свой хвост, ведь тоже сидел рядом и смеялся над его глупостями?

Дракон не умолял, не лебезил, хоть и просил, но после слов Рейна ошарашено выпалил:

— Вы же знаете, аро, что дракон без хвоста — ничто… пустое место, — затем уже более твердым голосом выдавил, — мы заплатим, много заплатим за хвост племянника Повелителя. И за мой тоже!

Жуткая, давящая на сознание и тело сила исчезла так же неожиданно, как и появилась. А Рейн, между тем, процедил:

— Можете быть свободны, пока. Сумму компенсации сообщим Повелителю позднее.

Драконы встали и, пошатываясь, побрели на выход. За племянником Повелителя драконов тянулся жуткий кровавый след. Он основательно травмировал хвост, и как долго будет залечивать и восстанавливать — неизвестно. Но зато я смогла вздохнуть свободнее: никого не убили, и маг жизни во мне с облегчением шумно вздыхал. Даже Хем успокоился, вновь потянувшись за очередным куском еды.

Бледный Дартвааль продолжал стоять возле стола. Взял свою кружку и залпом выпил содержимое. Затем печально посмотрел на меня, повернулся к Рейну и твердо произнес:

— Глава, поздравляю с принятым решением!

Рейн смотрел мне в лицо, видимо, переживал, как я на кошмарную ситуацию отреагирую. Вымученно улыбнувшись ему, попросилась уйти отдыхать. Закрывая за нами с Хемом дверь, заметила, с каким мрачным выражением лица остался стоять в коридоре Рейн.

Я завтра все обдумаю, а сегодня уже ни на что нет сил.

* * *

Из объятий сна выдернул шорох, немного диссонирующий с другими звуками. Даже ночью в городской таверне не может быть абсолютной тишины: с улицы доносится бряцанье железа и цокот копыт — скорее всего, стража проезжает. Пьяные крики и ругань. На первом этаже под нашей комнатой кто-то заливисто мощно храпит. Хоть и непривычные звуки для девушки, выросшей в поместье с четким распорядком дня, где у каждого свои дела, но все же успокаивающие тем, что вокруг много народа. И ты не один в лесу с хищниками и неизвестными опасностями.

Шорох раздался слишком близко, почти рядом, и волосы на голове зашевелились от ужаса. Рукой метнулась под подушку за ножом, но чуть не застонала от досады, когда вспомнила, что давно не клала его туда. Я так доверилась демонам, так расслабилась рядом с ними, что полностью забыла о мерах предосторожности и безопасности.

Хем во сне зарычал, но не проснулся. А во мне в эту секунду все сжалось — так сильно испугалась за ребенка. Но не успела ничего предпринять: на лицо легла чья-то рука, закрывшая нос влажной тряпкой, и сознание сразу заволокло странным туманом, не дав даже пискнуть. Я превратилась в безвольную, молчаливую куклу, которую во что-то бережно завернули, а потом, перекинув через плечо, понесли.

Я ощущала прохладу, слышала звуки ночного города, цокот копыт под собой — мы явно передвигались на лошадях. Разумные мысли медленно пробивались сквозь туман в моей голове, но не могла ни пошевелиться, ни издать звука протеста, просьбы, чтобы отпустили, вернули…

Странное состояние, я вяло соображала, что нас остановили стражники, наверняка возле городских ворот и опять ничего не могу предпринять. Тихо заговорили мужчины, только я никак не могла вникнуть, о чем. А затем мы тронулись дальше, удаляясь от моего ставшего родным Хема и, кажется, любимого Рейна. Душа плакала, но из глаз не пролилось ни слезинки.

Закончилась каменная мостовая, и какое-то время копыта лошадей стучали по утоптанному тракту, а потом начало трясти гораздо сильнее, и по шороху травы, которую задевали ноги лошадей, я догадалась, что мы свернули с основной дороги.

Боги, боги всемогущие, зачем и кому я нужна? Что со мной сделают? В отличие от тела, разум начал потихоньку проясняться, и мысли живее заметались в голове. И новый страх прошил сознание: меня украли, а что с Хемом? Он спал, и я не слышала борьбы, но все может быть, ведь он совсем малыш…

Мои мысленные стенания прервал мужской голос:

— Надо найти место и привести ее в порядок. Долго под дурманом держать нельзя…

Ему ответил другой мужчина:

— Я знаю поляну неподалеку, там и займемся.

Неожиданно я услышала странно знакомый хрипловатый голос:

— Давайте быстрее, Глава нам троим головы поотрывает за нее. Поторапливайтесь. Это ж надо, как девочке не повезло на демонов нарваться, да еще на высших. Надеюсь, Глава сможет решить с ними проблему.

По их короткому разговору я поняла, что меня украли для кого-то и вроде вреда пока причинять не собираются, да еще и жалеют. Мы еще некоторое время ехали молча, а я начала задыхаться в коконе тряпки, в которую меня завернули с ног до головы. Ведь уже второй день стоит неимоверная духота — предвестница грозы. И мои мысли по этому поводу подтвердил мужчина с хриплым голосом:

— Похоже, скоро начнется гроза. Слишком темно, да и живность помалкивает. Придется искать укрытие. Как все не вовремя…

— Может без укрытия? — засомневался его спутник. — У нас всего пара часов форы у демонов, лучше быстрее добраться до своих земель, там прикроют.

— С леди на руках? Ты шутишь? — ответил Хриплый с сарказмом. — Она от страха помрет без чьей-либо помощи.

— Она может сойти с ума еще здесь, когда гроза наступит. А вообще, мне она не показалась уж слишком нервной и слабой, — тут же заспорил другой.

Они дружно замолчали. По запахам и знакомым звукам определила, что мы въехали в лес. А уже в следующую секунду грянул гром, от которого сердце чуть не выпрыгнуло от страха. Потом еще и еще, вскоре по ткани забарабанили первые капли дождя — редкие и крупные.

Наконец, похитители остановились. Меня сняли с лошади и аккуратно уложили на землю. Ткань с лица убрали, но глаза никак не открывались, и не осталось ничего иного, кроме как слушать суету вокруг себя, да ощущать, как капли падают на лицо, шею и все тело, прикрытое лишь тонкой коротенькой рубашкой, панталонами и носками. Укладываясь спать, не захотела снимать новые вещи, подаренные Рейном. Они успокаивали, давали ощущение его присутствия рядом.

Надавив на нижнюю челюсть, мне приоткрыли рот и влили какую-то жидкость. Горькую, но с мятным послевкусием. Все замолчали, ожидая, когда я приду в себя. Я же лежала и все сильнее промокала, пока кто-то не додумался накрыть чем-то, наверное, плащом.

Спустя несколько минут я, наконец-то, смогла пошевелиться и открыть глаза. О, да это те самые трое темных эльфов из таверны! А хрипловатый голос принадлежит как раз одному из них, который подходил, пока мы танцевали с Хемом. Расширившимися от страха глазами я разглядывала их, а они — меня.

— Кто вы такие? — с трудом прохрипела.

Мне помогли сесть, заботливо укрыв спину полой плаща, а потом ответил Хриплый:

— Я Дервин, леди Хельвина! Мы из клана вашего дедушки лорда Алвина. Две недели назад ему сообщили о гибели дипмиссии, с которой вы следовали к нам. Глава миссии — лорд Сиэль лично написал в наш клан сообщение, уведомив, что вы остались живы, но были пленены злобными арути. Лорд Алвин послал лучших разведчиков на место трагедии, а также разослал во все стороны наших эльфов по трое, чтобы найти вас. Больше вы не должны переживать ни о чем, мы доставим вас прямо в заботливые объятия лорда Алвина.

Пока слушала столь приятные новости, рассматривала мужчин. Наверное, из-за моего пристального интереса их длинные хвосты с кисточками начали нервно мотаться из стороны в сторону. Ну да, они же ждут от меня истерики или в лучшем случае — горячих слез радости за спасение.

Значит, дедушка тоже меня ищет. Зная, что со мной приключилось, все равно ищет и ждет. Замечательно, что ни говори, узнать об этом, даже сидя в лесу под дождем в одном белье рядом с незнакомцами, кутаясь в плащ одного из них.

Дервин подхватил меня подмышки и помог встать.

— Простите, леди Хельвина, но нам нужно поторопиться. Не стоит дожидаться демонов тут, — он мгновение помолчал, а потом осторожно спросил. — Леди, они не сделали вам ничего плохого?

Упоминание о демонах привело меня в чувство. Я отрицательно замотала головой и нервно спросила:

— Что вы сделали с мальчиком?

Мужчины переглянулись, прежде чем ответить:

— Ничего! Он остался спать дальше, мы лишь забрали вас.

— Поклянитесь, Дервин, что вы Хему не причинили вреда! — потребовала у него.

Дервин нахмурился, но ответил немного резким жестким голосом:

— Леди Хельвина, я знаю, что светлые нас не любят и часто называют зверьми, но поверьте, с детьми мы не воюем. И не убиваем!

Я не смогла сдержать судорожного облегченного вздоха, что не осталось не замеченным, последовал вкрадчивый вопрос:

— Он дорог вам?

Я кивнула, невольно улыбаясь, думая о Хеме.

— Мы вместе спаслись от арути, все это время путешествовали, и теперь я — его приемная мать. Я люблю его, а он меня.

Темные хмуро взирали на меня, внимательно слушая. А дождь все усиливался, заставляя кутаться в полы плаща.

— Леди, мальчик остался со своими, так что вам больше не надо переживать за него. Мы доставим вас к лорду Алвину, у вас будут свои дети. Демонское отродье вам ни к чему.

Последние слова Дервина резанули по сердцу и заставили злобно уставиться на него.

— Не смейте так говорить о моем ребенке! Совсем недавно так называли меня из-за темной крови!

Темные еще больше нахмурились, вновь переглянулись и Хриплый снова осторожно произнес:

— Простите, леди, я не хотел обидеть ни вас, ни вашего приемыша! Нам нужно торопиться, у нас приказ лорда Алвина найти вас и доставить в клан. Он двинулся ко мне, а я, выставив руку в защитном жесте, потребовала:

— Послушайте, Дервин! Мне необходимо вернуться к ребенку, ему без меня будет плохо. Я прошу вас, верните меня в город, а моему дедушке сообщите, что со мной все в порядке, я жива. Я еду в Преисподнюю, у нас там есть некоторые дела, а потом загляну в гости и к деду…

— Леди Хельвина, я заметил, что двое демонов из вашего сопровождения среагировали на вас как на избранную. Как только они решат между собой, кому из них вы достанетесь, вы никуда и никогда не сможете вырваться. Вы станете собственностью, которую от себя не отпускают ни на шаг. Нам повезло вовремя вас найти и вырвать из их загребущих лап. Поверьте, теперь только лорд Алвин способен защитить вас от притязаний демонов.

Двое темных подвели лошадей, Дервин хотел подойти ко мне и уже протянул руку, чтобы посадить в седло. Я замотала головой и попыталась убедить:

— Вы не понимаете всей ситуации. Хем — мой приемный сын, он не сможет без меня, я должна быть с ним. Мне надо вернуться, я даже пешком к нему пойду…

— В носках и нижнем белье? — резко поинтересовался Дервин.

Посмотрела вниз — действительно стою в мокрых носках. С досадой вспомнила подробности своего похищения, в конце концов, не я виновата, что стою сейчас в таком виде и плотнее закуталась в плащ. Затем подняла лицо и, чувствуя как вместе с каплями дождя текут слезы, попросила:

— Верните меня назад, Дервин. Там мой ребенок и мужчина, которого я люблю. Рейн при всех признал меня своей избранной, и я согласна с его выбором.

— После того что с ней случилось, леди повредилась умом! А я предупреждал… — удрученно произнес один из темных, качая головой.

— Поймите — это последствия недавней трагедии! — опять начал уговаривать Дервин. — Когда окажетесь под заботливым крылом вашего дедушки, будете вспоминать обо всем, как о дурном сне. Вас ждут дома, будут празднества, балы, десятки мужчин будут у ног такой прекрасной девушки как вы, леди Хельвина…

— Мне нужен только Рейн! — оборвала я, выпалив. — И я нужна моему сыну, я требую, чтобы меня вернули назад. Если нет, я уйду сама.

Они переглянулись и промолчали. Понятно, возвращать меня никто не собирается. Дервин посмотрел на меня как на умалишенную и печально произнес:

— Все будет хорошо, леди Хельвина! Лорд Алвин все решит и позаботится о вас.

Больше не слушая, развернулась и бросилась бежать. Но меня догнали в два прыжка. Я заорала, сопротивляясь, и в этот момент с ближайшего дерева на землю спланировала огромная тень.

Рядом со мной и Дервином распрямился после приземления жуткий монстр. Как раз в небе вспыхнула молния, а через мгновение громыхнул гром, и я уставилась на освещенного ярким светом демона в боевой трансформации, потрясенная прямо-таки запредельным зрелищем.

На голову выше темных, перевитый мускулами гигант, по телу которого словно змеи ползут рисунки татуировок, скользя по коже, напоминающей шероховатый камень. На плечах, локтях и животе топорщатся устрашающие наросты в виде шипов. По расправленным темным кожистым крыльям и обнаженному до пояса телу стекает дождевая вода.

Я в ужасе смотрела на изменившегося Рейна и, хотя узнать его не составило труда, но вид демона в боевой ипостаси неизменно производит кошмарное впечатление. Черты лица стали еще резче, острее. В глазах будто полыхает пламя, а изо рта торчат мощные клыки.

Дервин едва слышно прошептал:

— Леди, станьте у меня за спиной.

Спутники темного начали медленно обступать демона, продолжающего молча и не двигаясь сверлить меня пылающим взглядом.

Мысли, наскакивая одна на другую, замельтешили в голове, мешая связно думать. В груди грохотало сердце. Неужели он пришел один? О боги, он пришел за мной?! Хвала силе, он пришел за мной! А давно он тут? А как Рейн узнал так быстро, где меня искать? И что я тут? А где я? А что теперь будет? А где остальные? Хем? А он… много ли он слышал? И долго ли сидел на дереве? А слышал ли он мои слова о любви? И что я приняла его как избранного? Ведь когда провожал меня спать после ужина и драки, так мрачно смотрел… А вдруг он винит меня за ситуацию с драконами? А теперь еще и темные на его голову свалились и слабая избранная. Наверное, он винит меня во всем? Но тогда зачем пришел? Только ради Хема? А я навязываю ему свои чувства?

Пока судорожно раздумывала, что сделать, снова вспыхнула молния, и загрохотало, и одновременно с раскатами грома трое темных ринулись в атаку на демона, а я застыла.

Дервин скользнул к Рейну с коротким узким мечом в руках, и вид оружия, наконец, вывел меня из ступора.

— НЕТ! — заорала я от страха за жизни темных и моего демона.

Рейнвааль легко и стремительно крутанулся в кольце темных, и они дружно разлетелись в стороны на пару метров, сметенные мощными крыльями. Затем он подскочил к Дервину и, схватив темного за горло, приподнял над землей, закрываясь от двух других, которые в нерешительности остановились, не зная, что делать дальше.

Дервин двинул локтем Рейвена, но причинил боль лишь себе. Демон же просто прижал его к себе за шею, словно тряпичную игрушку и зашипел на ухо:

— Ты напал на младшего Владеющего с мечом, знаешь, что за это полагается?

— Смерть! — прохрипел Дервин.

От вида Рейна в ярости и голоса пробирало уже не холодом, а лютым морозом до самых костей, но я упорно продолжала стоять и смотреть на него во все глаза. Дождь усилился, превратившись в ливень. Молнии теперь сверкали одна за другой, добавляя мистичности и мрачности творящемуся на поляне.

— Ты посмел прикоснуться к избранной демона, знаешь, что за это полагается? — зарычал демон на Дервина.

— Мучительная смерть, — вновь захрипел Дервин, — но она — внучка Повелителя нашего клана, и у нас приказ доставить ее домой!

В таком неуравновешенном состоянии, переполненным яростью и злобой, я еще ни разу не видела своего демона. Не знала, что сказать, как подступиться. Слезы текли по щекам, смешиваясь с дождем. Несмотря на то, что было тепло, замерзла, да еще мокрое нижнее белье прилипло к телу, и от происходящей жути меня потряхивало крупной дрожью.

Рейнвааль одним движением отбросил от себя Дервина, и тот, пролетев несколько шагов, упал между своими товарищами, которые тут же помогли тому встать, и теперь темные, ощетинившись мечами, создавали вокруг себя магическую защиту, одновременно с этим подбираясь ко мне.

— Какие настойчивые… — злобно хмыкнул демон и неожиданно плавно для такого массивного тела двинулся на моих защитников-похитителей.

— Не-е-ет, Рейнвааль! Я прошу тебя! Они из моего клана, их дедушка отправил за мной. Они меня защищают, а ты…

За жизнь Рейна бояться перестала, реально оценив шансы этой троицы против демона, с восхищением признав, что темные нарвались на смертельные неприятности. Не зря же они так торопились убраться отсюда подальше. И даже насчет двухчасовой форы сомневались. Хм-м-м, фора…

— Я предупреждал, что ты первый и последний раз мешаешь мне защищать тебя! — зарычал Рейн.

Я шарахнулась в сторону, спровоцировав новое нападение темных на демона.

— Хватит! Хватит, я прошу вас, хватит! — рыдая, заорала я, хоть и боялась, что в грохоте грома меня никто не расслышит.

Снова раскидав крыльями темных, демон навис над Дервином и, прижав свой длиннющий острый коготь к шее эльфа, зарычал:

— Передай Алвину, что аро Рейнвааль — теперь его зять! И только это сегодня спасло вашу жизнь! Убирайтесь прочь!

Темные поднялись и вопросительно уставились на меня, чем вызвали новый приступ ярости у демона. Он явно передумал оставлять их в живых. Поэтому я отчаянно замахала руками на эльфов, приказывая убираться подальше отсюда. Да я бы и ногами помахала, если бы могла.

Темных просить долго не пришлось, они через мгновение исчезли в пелене дождя. Мы с Рейном остались вдвоем на поляне в окружении разверзшихся небес, полыхающих молниями. И он продолжал злиться.

— А где остальные? — спросила громко.

Рейнвааль, услышав вопрос, яростно полыхнул глазами и двинулся на меня.

Сложно сказать, что послужило толчком, но я, вконец испугавшись, бросилась бежать от него. Вломилась в заросли и, продираясь сквозь них, рванула по лесу, петляя между деревьями. В какой-то момент сорвала плащ, и теперь он мокрой тряпкой болтался в руке. Темнота вокруг окружала, давила, однако, частые вспышки молний позволили осмотреться вокруг и убедиться, что меня никто не преследует. И вокруг никого нет. Остановилась, потому что совсем выбилась из сил и, схватившись за дерево, пыталась отдышаться, дрожала от страха и усталости и крутила головой, не соображая, что же делать дальше. И вновь кляла себя за глупость, которой страдаю, стоит рядом появиться Рейну.

Из-за туч показалась луна, но как ни удивительно, ливень продолжал идти сплошной стеной. К таким дождям я абсолютно не привыкла и видела впервые. Куда теперь бежать? Темные ушли, демон тоже исчез, а я одна в нижнем белье и носках посреди леса.

Паника и истерика набирали обороты, но резко прекратились, стоило заметить между двумя деревьями силуэт мужчины. Затаив дыхание, я словно превратилась в пружину, готовую в любой момент снова сорваться с места и бежать сломя голову.

Тень приблизилась, и я с невероятным облегчением разглядела в ней Рейна, вернувшего себе обычную форму. Вода бежала по его лицу и обнаженной груди. Он подошел очень близко, и теперь нас разделяли только струи дождя.

— Ты не ушла вместе с ними! — зачем-то констатировал столь очевидный факт Рейн.

— А т-ты х-хотел, чтобы ушла? — зуб на зуб не попадал, а хотелось, чтобы голос звучал бесстрастно, но чувствовала, если он согласится, внутри меня что-то умрет.

— Я не дам тебе уйти! Никогда! В этом они правы! — жестко и немного глухо ответил он.

Странный разговор посреди леса, нарушаемый шумом дождя, наконец-то начавшего утихать.

— Я т-так понимаю, т-ты следил за нами? — заметив его короткий согласный кивок, уточнила. — С-с-с момента похищения?

Струи воды бежали по виткам его рогов, по щекам и скулам, обрисовывая четкий овал лица и словно лаская.

— Да! — после молчания, показавшегося мне слишком долгим, ответил Рейн. — Я увидел темных и сделал верный вывод, что они посланы твоим дедом. Алвин никогда бы не бросил родную кровь на произвол судьбы и обязательно бы выяснил, что с тобой стало. Приказал Дарту с охраной оставаться с Наследником и последовал за тобой.

Потрясенная его ответом, дрожащим голосом спросила:

— Н-но з-зачем? Н-неужели нельзя было сразу предотвратить похищение и решить все мирным путем?

Вновь короткое задумчивое молчание, а потом спокойный ответ:

— Ты вчера была настолько потрясена конфликтом с драконами… Я не знал, что тебя больше напугало, скрытая во мне сила Владеющего или заявленное на тебя право как на избранную. Ты все время молчала и не дала никакого знака, что согласна принять меня как пару. Сразу ушла и закрыла перед моим носом дверь…

— И что? Я испугалась — это правда, просто как магу жизни мне было страшно смотреть на дракона, который жует свой хвост. Это чудовищно — калечить самого себя! — Демон сверкнул глазами, а я подняла руку, призывая к молчанию. — Хотя я благодарна, что ты его не убил, не поджег, не утопил… Я выпила за ужином, и эта кровь… меня затошнило, и я хотела уйти в комнату прилечь. И ты так неожиданно объявил о нашем союзе… не поговорив со мной… — прервалась, заметив, что мрачное выражение его лица меняется на какое-то другое, пока не понятное и потребовала. — Так зачем было тащиться сюда?

— Я хотел убедиться, что мои выводы верные, — Рейнвааль стер с лица капли дождя, — что я действительно нужен тебе. И Хемвааль тоже! Ты отказалась уехать с темными. Пыталась сбежать, несмотря на уговоры и сложную ситуацию. Ты сказала, что любишь Наследника. И ты сказала, что любишь меня, и кроме меня тебе никто не нужен.

Он говорил спокойно, хладнокровно и ни один мускул не дрогнул на его резком, словно высеченном из камня лице. А я… я задохнулась от ярости.

— Да ты… ты — демон гадский! Самовлюбленный, эгоистичный, жестокий…

Он сделал последний шаг ко мне, прижался вплотную, захватывая лицо в свои ладони и нависая надо мной, глухо прорычал:

— Ты знаешь теперь, кто такой Хем? Знаешь, кто я такой! Какое положение занимаю?! Из-за одной лживой суки, в которую без памяти влюбился дядя нынешнего Владеющего, вырезали почти всех, кто был тогда в Преисподней, в том числе мою и семью брата. Мне было всего тридцать два года в тот момент… щенок совсем, но урок я усвоил на всю жизнь. Доверять можно лишь проверенным фактам. Мне необходимо было убедиться, что ты такая, какой я тебя вижу, чувствую… Не умеющая лгать, заботливая, мягкая, ласковая, моя! И только моя!

Рейн подхватил меня под ягодицы, приподнял и притиснул к себе, позволяя ощутить его твердое желание. Даже дыхание перехватило от новых ощущений. Он выпустил крылья и, закрыв нас от дождя в кокон, прижал меня спиной к дереву. Перехватил поудобнее и наклонился к моему лицу, ласково шепча:

— Ты такая маленькая! Твоя попка вся умещается у меня в ладонях. Такая упругая, гладенькая… МОЯ! Я должен, должен был убедиться, что ты хочешь меня, а не Дартвааля, когда подглядывал за вами и умирал от вожделения. Должен был убедиться, что нравлюсь, когда показывал себя. Хотел, чтобы ты увидела меня, грезила мной… А эти чешуйчатые твари нарушили мои планы… дотронулись до тебя… до твоих дурацких, но почему-то возбуждающих меня носочков… рррр…

Страстная речь прервалась. Рейн, поддерживая меня одной рукой, второй погладил по ноге, бедрам, прошелся по всему моему телу. Стиснул упругие холмики грудей, а потом, приподняв мое лицо, впился жестким поцелуем в губы.

Мой второй поцелуй произошел в лесу и был жестким и немного соленым на вкус. Смешался с дождем и капелькой крови из моей губы, Рейн клыком поцарапал ее, но ничего не замечая, упивался прикосновениями к моему телу, трогал, тискал, сминал и снова ласкал. А еще шептал: «Пчелка моя! Маленькая моя!»

Постепенно страх неизведанного и неуверенность от его решительных действий растаяли, сменившись жаждой обладания. Сначала, просто прилипнув к его влажному от дождя телу, повисла на нем, а по мере его чувственного напора, все сильнее выгибалась навстречу, все увереннее касалась ладонями мощных широких плеч. Чувствуя как нагревается его тело, ощущая гладкость кожи, силу мускулов под ней, осмелела и уже сама тянулась к его губам, пробовала на вкус и горела.

Рейн все сильнее терся между моих ног, вдавливаясь в меня и утробно рыча. Неожиданно раздался треск разрываемой ткани, и прохладный ветерок прошелся по чувствительному местечку между ног. Демон, не в силах больше терпеть, порвал мое белье, открывая для себя доступ. А потом я почувствовала, что сползли и его штаны, а в меня протискивается то самое — горячее и большое.

Запаниковала, попыталась отстраниться, но ни дерево за спиной, ни Рейн спереди не позволили. Он зарычал еще сильнее, просунул между нашими телами руку и начал ласкать меня внизу, находя чрезвычайно чувствительные местечки, посылая волны тепла по всему телу. Я видела по вздувшимся венам на шее и руках, чего стоит Рейну не торопиться, а медленно продвигаться внутрь меня, возбуждая еще больше и заставляя вскоре начать самой подаваться навстречу его пальцам и его твердости. Прохрипел у меня над ухом: «Такая тугая, нетронутая, моя, моя, только моя…»

Стоило ему начать двигаться мощными сильными толчками, как я забыла обо всем на свете. О том, что это мой первый раз, о страхе, о первых неприятных ощущениях, я слышала лишь утробное довольное рычание своего невозможного демона, который крепко держал меня за ягодицы и все сильнее прижимал к дереву, ритмично двигаясь во мне. Закрыв глаза, подняла лицо навстречу мелкому моросящему дождю, наслаждаясь новыми ощущениями и чувствуя, как что-то дикое и невероятное нарастает во мне, грозит взорваться прямо внутри шаровой молнией.

В какой-то момент все же испугалась, что волна ощущений захлестнет меня с головой, поэтому рефлекторно схватилась за основания рогов Рейна, от чего он еще сильнее зарычал, и толчки стали еще мощнее и интенсивнее. Буквально через секунду мой крик наслаждения слился с его ревом победителя. Демон неистово прижал меня к себе. Я чувствовала, как он пульсирует, и что-то горячее разливается внутри. Не выдержав накала эмоций, заплакала и прошептала:

— Я так сильно люблю тебя, мой демон, ты не представляешь!

Рейн впервые за все время нашего знакомства легко и весело захохотал. Я же ощущала его смех и внутри себя, там, где мы все еще были соединены. Наверное, поэтому тоже улыбалась сквозь слезы, глядя на смягчившиеся черты лица любимого.

Он посмотрел на меня с такой нежностью, и сжал в объятиях так крепко, словно боялся, что испарюсь как дождь с наших разгоряченных тел.

— А ты меня? — буркнула я, неожиданно уязвленная тем, что он молчит и не говорит мне ничего в ответ.

Он посверлил меня темными в ночных сумерках глазами, а потом все же ответил:

— Хель, любой демон, решивший соединить судьбу с избранной, уже по-своему любит ее. И чем дальше, тем сильнее. Правда, сила этой любви не всегда адекватно воспринимается женщиной.

— Меня другие не интересуют! Меня волнует лишь тот демон, который сейчас во мне!

Снова заразительный смех, а потом ласковые нежные поцелуи всюду, куда дотягивались его губы.

— Люблю! — можно сказать заставила, выдавила из него, выжала по капельке.

А ладно, главное — сказал, а то с его манерой разговаривать раз в неделю я могла бы еще долго не услышать заветного признания. Мы еще немного постояли и, постепенно приходя в себя, отметила, что дождь прекратился, а крылья демона давно не накрывают нас, но в лесу сейчас тепло и сыро, пахнет свежестью и можжевельником, и я, счастливо улыбаясь, вдыхаю его полной грудью.

Наконец, меня осторожно опустили на землю, оказалось, для того, чтобы в первую очередь натянуть собственные штаны. Только успела, привалившись к дереву, потому что собственные ноги отказывались держать еще дрожащее тело, рассмотреть плачевное состояние своих панталончиков и подумать, что ванну бы принять не мешало, Рейн поднял меня на руки, предварительно укутав в уже сухой эльфийский плащ, вновь укрыл крыльями и быстрым шагом двинулся через лес. Неожиданно резко свистнул, заставив вздрогнуть и вцепиться в него еще крепче, и вскоре к нам вышел лошвар Рейна — Темный. Посмотрел на нас недолго, повел мордой, словно принюхиваясь, а потом привычно мерзко, нет, не захихикал — загоготал. Гад страшный!

В город мы вернулись под утро, но слава богам, почти никого не встретили, лишь городская стража проводила нас из будки напряженными изумленными взглядами. Видимо крылья демона и им показались достойными внимания.

Я же всю обратную дорогу дремала, убаюканная мерным покачиванием Темного, жаром, исходящим от тела Рейна, тесно прижатая к его груди и закутанная в крылья. Царившая до этого пару дней духота исчезла, и ночная прохлада после прошедшей грозы дарила упоительное ощущение свежести и чарующего аромата цветов и трав.

На подъезде к таверне тихонько спросила, чувствуя как жар стыда заливает щеки:

— Ты не поранил крылья?

— Когда? — не понял Рейн.

— Ну, э-э-э, когда мы, хм-м-м… возле дерева… — сбивчиво пояснила я.

Мои «э-э-э» и «хм-м-м» вызвали тихую усмешку у демону, его руки собственническим жестом прошлись по моей спине, поглаживая, а потом, склонившись надо мной, серьезно поинтересовался:

— С крыльями все в порядке, они и не такое выдержать могут. А у тебя ничего не болит?

Мощный хвост забрался под плащ, скользнул по обнаженным ногам и погладил мои бедра. Действие походило на завуалированное извинение.

Положила ладошку на его обнаженную грудь, погладила, уж очень полюбилось мне это простое прикосновение. И только потом смущенно ответила:

— Спина не болит, твои крылья защитили от жесткой коры, а вот ТАМ немного саднило, но я уже залечила.

Рейн наклонился еще ниже, прошелся губами по моему виску, легко целуя, и хрипло прошептал:

— Прости!

— За что? — тут же поинтересовалась я.

— За то дерево! За отсутствие должного антуража, ведь это был твой первый раз, а я как зверь накинулся. С трудом сумел удержать контроль, не поранить тебя… Если честно, со мной такое впервые. Даже в молодости всегда полностью контролировал себя, а с тобой… С тобой я забываю обо всем! Теперь понимаю других демонов, которые в паре.

Я обняла его, пройдясь руками по мощной и широкой груди, потом мои ладони легли на спину, чувствуя как под кожей перекатываются тугие мышцы.

— А мне понравилось, нашу брачную ночь уж точно никогда не забудешь, неважно сколько пройдет веков.

— Доберемся до дома, я устрою для тебя настоящую брачную ночь, — пообещал Рейн, а потом с досадой в голосе продолжил. — Не хотел, чтобы было так, учитывая обстоятельства, возможную опасность и твою хрупкость, но я рад, что все произошло и особенно до прибытия в Преисподнюю.

— Почему? — поинтересовалась, потому что в последнее время меня неизменно напрягает все связанное с будущим.

Кончик его хвоста попытался протиснуться между моих бедер к чувствительному местечку, но я теснее сжала ноги и хмуро уставилась в его сразу сузившиеся недовольные глаза.

— Скажем так, я избавился от лишних проблем, непонимания со стороны свободных демонов и возможных соперников. Мне Дартвааля хватило. Сейчас вновь начинаются брожения в Преисподней, и провоцировать новые конфликты из-за чьей-либо глупости, было бы еще большей глупостью уже с моей стороны.

Я мысленно хмыкнула, услышав его объяснения. Вот уж точно — расчетливый, наглый, эгоистичный демонюка! Но замечание о брожениях во дворце заставило встрепенуться и почти совсем проснуться.

— А что за брожения?

Рейн прижал теснее, зарылся в мои высушенные его же магией волосы, щекотно прикусил за кончик острого ушка и твердо произнес:

— Давай ты отдохнешь сейчас, а позже мы обязательно поговорим об этом.

— И ты мне все честно расскажешь? — недоверчиво спросила, упираясь обеими ладошками ему в грудь и пытливо заглядывая в темные в сумерках глаза.

— Непременно, Хель! — все так же твердо ответил Рейн.

— Ты мне уже доверяешь? — все еще сомневаясь, тихо переспросила.

Неожиданно он положил немного шершавую ладонь мне на щеку и погладил большим пальцем скулу и висок, а потом жестко ответил:

— В тот момент, когда ты взяла опеку над Наследником Повелителя демонов, твое детство закончилось, пчелка! Пойми, родная, теперь ты выше всех нас! Выше самого Владеющего — отца Хема и моего брата. Единственная, кто может управлять будущим Повелителем — это ты, и только потом его избранная, если он когда-нибудь встретит таковую. Мой брат пока так и не смог! Более того, ты стала избранной главного и единственного советника нынешнего Повелителя и Младшего Владеющего. Моим единственным слабым местом, на которое кто-нибудь попытается давить, использовать для своей выгоды. Я приложу все усилия, чтобы ты знала реалии нашего мира, была готова к неожиданностям. Обеспечу самую лучшую защиту своей пары, но политика — грязное дело, и тебе придется общаться с аристократами, вести некоторые дела нашего рода и дома, стать главной арой клана и… тебе придется стать сильной ради Хема и наших детей, Хель, и я тебе в этом помогу.

Когда Рейн замолчал, я затихла, потрясенная всем, что на меня свалилось. Я еще до конца не осознала масштаба ответственности и проблем, которые ждут, и оглушенная внезапно свалившимся грузом, прижалась к его груди и молчала.

— Не бойся, Хель! Я никому не дам тебя в обиду. Ты — моя слабость, но я — твоя сила и хочу, чтобы ты во мне всегда была уверена. За моей спиной тебе ничего не грозит, а об остальном позабочусь. Я сказал, чтобы ты знала и была готова к сюрпризам или неожиданностям.

Слушая глухой, успокаивающий голос понемногу расслаблялась. Сомнения, начавшие было мучить с неимоверной силой, понемногу уходили. Уверенность Рейна в нашем будущем помогла немного успокоиться. Ранее я решила из-за Хема стать сильной, научиться жить среди демонов, и теперь придется ускорить обучение и утроить рвение. Теперь уже ради себя, любимого и, возможно, когда-нибудь и своих детей. Последняя мысль снова вернула к Хему. Как он там? Проснулся или нет? А вдруг испугался? Я занервничала, и в этот момент мы подъехали к воротам во двор таверны.

Из конюшни, располагающейся сбоку от основного здания, вышел Кервааль и, заметив нас, направился навстречу. Заметив его хмурый и недовольный вид, напряглась, предположив все что угодно: от проблем с Хемом до его недовольства лично мной. Дернулась в объятиях демона, ожидая очередных неприятностей.

— Что случилось? — резко спросил Рейн, успокаивающим жестом погладив меня по спине.

— Наши лошвары самостоятельно поужинали! Умяли одного коня-задиру… — мрачно поведал нам Кер.

Уф-ф-ф… Но все равно стало холодно от новости и жалко беднягу. Никак не привыкну к агрессивности этих плотоядных животных. Рейн же бесстрастно приказал:

— Выясни у хозяина таверны, кому принадлежал конь и заплати. Лишние склоки нам ни к чему. Остальные где?

— Наследник не просыпался, Дартвааль добавил немного сонных чар, когда мальчик занервничал из-за отсутствия матери рядом, и сейчас с ним сидит. Остальные в соседних комнатах спят. Я решил подождать вас, аро, снаружи, да вот, случился такой конфуз с чужой собственностью, — отрапортовал Кервааль.

— Моя избранная устала, так что задержимся здесь, хочу, чтобы она отдохнула в нормальных условиях, — сообщил подчинённому Рейнвааль.

Кервааль окинул нас быстрым взглядом, повел носом, шумно выдохнул, а потом, насмешливо хмыкнув, произнес:

— Поздравляю с образованием связи, аро! Вы побили все рекорды по скоротечности периода ухаживания и завоевания избранной!

Я насторожилась, услышав от этого серьезного, солидного демона столь сомнительный комплимент в свой адрес. Но в этот момент Кервааль, коротко поклонившись уже лично мне, добавил:

— Для моей избранной будет двойной честью стать вашей подругой, ара Хельвина! Если вы, конечно, удостоите мою Соаль подобной чести… — быстро поправился Кервааль.

Я почувствовала, как кончик хвоста Рейна одобрительно погладил мои бедра, поэтому, смущенно улыбаясь, согласилась:

— Спасибо, эро Кервааль, с большим удовольствием.

— Пусть эра Соаль, пока не разродилась, займется обучением Хельвины. История, интриги, кланы и все, что может пригодиться в придворной жизни. Это важно, Кервааль! — не прося, а скорее приказывая, произнес Рейнвааль.

Но я отметила, что глаза медноволосого демона вспыхнули удовлетворением и гордостью. Словно его наградили сейчас. Да-а-а, мне еще расти и расти до них с их традициями и интригами. И куда я попала… Опять становится страшно!

Когда мы спешились, Керр, увидев за предательски взметнувшейся полой плаща мой жалкий вид, резко отвернулся. Да и сам плащ после того, как я протащила его по лесу, нуждался в чистке. Но Рейн вновь подхватил меня на руки, укрывая от чужих случайных взглядов крыльями.

Войдя внутрь таверны, мой демон на ходу приказал сонному слуге в общем зале принести в комнату горячей воды и лохань, за что я благодарно шепнула ему на ухо слова признания пусть за столь незначительную заботу.

Увидев крепко, безмятежно спящего Хема, смогла, наконец, унять внутреннее беспокойство, а душу затопило счастье, что вновь вижу своего приемыша, вернулась к нему и могу обнять ставшего родным и любимым мальчика. При виде маленького демоненка, трогательно свернувшегося под одеялом, почувствовала, как защипало в глазах от облегчения.

Маленький светлячок тусклой звездочкой парил под потолком над Хемом, и стоило нам войти, замерцал ярче и заметался из стороны в сторону. То ли оттого, что я его теперь «подкармливала», то ли привык ощущать меня рядом с Хемом, но стало еще легче и приятнее, захотелось прижать к себе обоих подопечных и понежить в объятиях.

Дартвааль стоял возле окна, опираясь о подоконник и сложив руки на обнаженной груди, прикрытой лишь расстегнутой жилеткой. В тот момент, когда наши взгляды столкнулись, я заметила в его глазах горечь и даже боль. Мне стало жаль его, но быть сразу с двумя — немыслимо для благородной эльфийки. Да и как рассказывали сами демоны, они — большие собственники. И самое главное, хоть Дартвааль и красивее Рейна, но люблю я только своего сурового фиолетоволосого демона. Слишком люблю, теперь точно знаю!

Дарт так же как и Кер повел носом, стоило зайти в комнату и прикрыть дверь, скрипнул клыками, сильно ударив хвостом по стене рядом, а потом мрачно, твердо, но думая над каждым словом, произнес, обращаясь к Рейну:

— Я надеялся, но уже с первого дня догадывался, что так и произойдет. Вы вели себя иначе… чем обычно, и она… открытая книга. Я видел, что не задел ее души. Несмотря на личную неудачу, рад, что хоть один из нынешних владеющих нашел избранную. И я хочу, чтобы вы знали, я справлюсь… со всем!

— Очень надеюсь на это! — с угрозой приглушенно произнес Рейнвааль.

Дартвааль склонил голову уже передо мной и бесцветным, но уверенным голосом сказал:

— Для меня и моего клана — честь войти в ваш ближний круг, аро Хельвина, как приемной матери Наследника! Мы — хранители Владеющих, и наша жизнь теперь принадлежит и вам.

А я не смогла промолчать и ехидно спросила, осторожно спускаясь на пол с рук Рейна:

— А что, до того как я согласилась на связь с Рейном, это было не так? Я вроде и тогда была мамой Хема?

Дарт слишком быстро, как мне кажется, вернул себе былое игривое и нахальное поведение. Потому что насмешливо, но немного с горечью произнес:

— До этой ночи я рассчитывал, что моя жизнь и клан будут принадлежать лично вам, а не владеющим, — услышав глухой яростный рык Рейна, Дарт поспешил закончить речь и удалиться из комнаты. — Но теперь я — хранитель матери Наследника и избранной Главы Совета и Младшего Владеющего. Ничего больше и никогда!

Он грустно улыбнулся на прощание и вышел, сопровождаемый злобным взглядом Рейна. Вот теперь я оценила ревность демона в чистом виде.

— Я люблю тебя! А ты меня? — поспешила перевести его настроение в положительную сторону.

Мой теперь уже муж хмуро уставился на меня, затем черты его лица расслабились, но ответил он с некоторым, как мне показалось, демонстративным недовольством:

— По этому поводу я все сказал!

Я одарила его таким взглядом, что завяли бы любые цветы, но этот «цветочек» выпустил меня из объятий и направился к двери, в которую в этот момент едва слышно постучали.

— Ну что ж, мой цветочек… вжиу, вжиу, вжиу… — голосом, полным предупреждения, напомнила ему песенку про легкомысленную пчелку.

— Лучше не шути так со мной, избранная! — с нешуточной угрозой прошипел мой демон, заставив вздрогнуть.

Рейн открыл дверь и пропустил в комнату пару дюжих парней, которые чуть ли не на цыпочках внесли ведра с горячей и холодной водой и почти бесшумно наполнили лохань. Затем так же тихо удалились, закрыв за собой дверь. Рейн подошел ко мне и намеренно медленно снял плащ, затем стянул бретельку с плеча, глядя темнеющими глазами.

— Мне необходимо слышать ЭТО! Думаю, так же как и тебе, Рейн! — прошептала я, не отводя взгляда.

— Девочка, — демон закатил глаза на мгновение и покачал головой, — мне достаточно знать и чувствовать ЭТО, а слова — всего лишь слова, но я подумаю, как постараться убедить тебя в своей любви! И не говори потом, что не просила об этом!

Странная угроза прозвучала в голосе и предвкушение, позволив закрасться сомнениям: может мне и одного признания в… неделю, скажем, достаточно?!

Лезть в лохань пришлось под пристальным голодным взглядом Рейна, но отвернуться, как и покинуть комнату, он отказался наотрез. Поэтому, смирившись с новыми условиями жизни, горя красным, маковым цветом, быстро помылась и, переодевшись, легла спать.

* * *

Из сна меня вырвало тихое яростное рычание Хема. Спать хотелось неимоверно и вообще родилось ощущение, что по мне лошвар потоптался. Я не успела даже дернуться, как услышала приглушенный, но тем не менее уверенный голос Рейна:

— Хемвааль, я дал тебе слово, что на Хель как на твою мать не претендую. В этом отношении тебе никто не соперник. Но теперь Хельвина моя избранная, моя половинка и постоянно будет со мной. Так что нам с тобой придется учиться делить ее между собой, а в будущем и нашими с ней детьми — твоими братьями и сестрами… если они будут.

Я почувствовала как Хем навис надо мной, его хвостик собственически лег поверх меня, а его рык стал еще громче и угрожающе. Услышала тяжелый вздох Рейна, а потом его устало — озабоченный голос:

— Да-а-а! Мне еще и с детьми придется учиться ладить! Хватит! Я все сказал! И не забывай на кого рычишь мальчишка! Я твой дядя и как только приедем домой, поверь, лично прослежу за твоим воспитанием!

Детский рык заглох после выволочки родственичка, превратившись в упрямое едва слышное ворчание. Неожиданно оба замолчали, а потом Хем быстро юркнул ко мне под одеяло, прижимаясь к боку и обхватывая руками за талию. А с другого бока раздался с явными довольными рычащими звуками голос Рейна:

— Соня, я знаю, что ты уже проснулась!

Тяжелая большая ладонь демона, легла мне на грудь, а потом скользнула к подбородку, мягко заставляя повернуть голову к нему и посмотреть ему в лицо.

А мне было неловко и смущение заливало щеки. Почему-то ночью я этого чувства не испытывала, занимаясь с ним любовью в лесу у дерева. И потом, когда мылась под его горящим страстью взглядом тоже. А сейчас боялась поднять взгляд и посмотреть правде в глаза. Я люблю и любима и уже жена!

Хем сжал на мне свои руки и снова глухое ворчание с его стороны направленное на Рейна и мой демон тоже уже порыкивает на моего мальчика.

Это заставило шикнуть на стыд и неловкость, широко распахнуть глаза и прижав Хема рукой, потянуться к шее Рейна, чтобы тоже прижать.

— Я люблю вас обоих мальчики! Не ссорьтесь!

После моих слов возникла тишина, а потом хохот Рейна сотряс комнату. Уже через пару мгновений и я, и Хем оказались в плену его крепких объятий.

— Эхх племяничек и повезло же нам с тобой!

Хем затих, а я наконец, решилась посмотреть в глаза Рейна, с упоением и восторгом вглядываясь в этот фиолетовый бархат, который был предназначен лишь мне.

— Отдохнула немножко? — хрипловато спросил мой теперь уже муж.

Пальцами погладил кожу на моем лице и мне показалось, он очень пристально рассматривает меня, запоминает каждую черточку, что он тут же подтвердил словами:

— Знаешь, я заметил, что когда ты смотришь на меня, твои глаза темнеют до темно-серого цвета. Как расплавленное серебро! А в любое другое время они светло— серые, почти прозрачные. А еще ты все время норовишь меня потрогать.

Закусила нижнюю губу клычками, все еще смущаясь, но Рейн улыбнулся и я забыла обо всем. Улыбка кардинально меняла его лицо. Резкие черты сглаживались, глаза сияли теплом, а тонкие губы чуть подрагивали от удовольствия.

Нестерпимо захотелось попробовать их на вкус, но возня Хема рядом, заставила увять этому желанию на корню.

Хотя Рейн с этим явно был не согласен, наклонился и прикоснулся к моим губам в нежном, как будто приветственном поцелуе. Но под конец игриво прикусил мою губу, а потом лизнул, тут же отстраняясь.

— Обед на носу! Хель, Хем умываться, одеваться, завтрак уже ждет и в путь…пока наши лошвары еще кем-нибудь не перекусили.

После подобного предупреждения, меня поторапливать не надо было, я сама кинулась суетливо собираться. Рейн встал с пола одним сильным плавным движением и отряхнул свои черные шаровары слегка наклонившись.

А я засмотрелась вновь на него. Наш светляк похоже принял и его в нашу маленькую компанию и завис между мощными витыми рогами. И именно в эту минуту до меня дошло, что же меня беспокоило. Я потрясенно выдохнула:

— Эээ…твои рога, Рейн?!

Демон с недоумением посмотрел на меня, обеими ладонями провел по загнутым, похоже обычным для любого представителя их расы рогам и вновь посмотрел на меня.

— А что с ними не так? — приподняв бровь поинтересовался он.

— Так они же загнулись?! — уже начиная понимать, почему, все же выдала я.

Я подошла вплотную и встав на носочки, потянулась руками к основанию его рогов. Рейн тут же обнял меня и прижал немного приподнимая над полом. И зарываясь носом в серебристую лохматую гриву моих волос.

— Так и должно быть, Хель! Ты истинная избранная, на тебя они встали, а после завершения образования связи, снова загнулись. И хвала богам, хоть смог поспать несколько часов без этого выматывающего зуда. Специфика нашей расы, пчелка. — Пожав плечами ответил Рейн.

— А у Дарта тоже загнулись? — весело спросила я, не смело и восхищенно проводя по всей длине этих странных костяных выростов.

— Нет! До него откат от нашей завершенной связи, дойдет в течении пары последующих дней. Так что он еще походит с этим проклятым зудом! — с мрачным ехидным удовлетворением произнес Рейн.

Хем вышел из-за шторки в уборную, поправляя штанишки, а я хмуро уставилась на мужа, сразу вспомнив о насущном.

— Шли бы вы оба завтракать. Мне надо в дорогу собраться.

Рейн ухмыльнулся, опустил меня на пол и помог Хему застегнуть рубашку. Затем подхватил свою жилетку хвостом и помахивая ею направился на выход.

— Не задерживайся, малышка! — попросил уже в дверях.

— Она полдня спит, что вы с ней ночью делали, Глава? — услышала я веселый приглушенный голос Шанвааля.

— В женщину превращал! — ответил ему холодный голос Дарта.

— Даже та-а-ак, — присвистнул Сунвааль.

— Заткнитесь, зубоскалы! — тут же тихо, зло рыкнул на них Рейнвааль.

— Аро Рейнвааль, я начинаю чувствовать себя ущербным рядом с вами. Первый советник Повелителя, а теперь еще единственный мужчина у прекрасной эльфийки, которая добровольно согласилась на законную связь с демоном… и ко всему прочему приемная мать Наследника, — медленно произнес бесцветным голосом Войсааль.

И было не понятно, то ли он завидует, то ли критикует…странные эти демоны.

— Ты только сейчас начал чувствовать себя ущербным Войс? Лично я решил, что у тебя проблемы с головой, когда ты месяц назад отказался от второй избранной. Сивиаль красива, сексуальна и благодаря ей ты стал бы первым претендентом на место главы их клана, учитывая, что даже ваша магия идентична. А ты уступил ее Эреваалю — этому недоноску с планами Повелителя… и предоставил ему возможность еще больше нагадить Владеющим. Ты меня разочаровал!

Мрачно и жестко произнес Рейн. От тембра его голоса и прозвучавшей в его словах легкой угрозы, мне стало не по себе.

— Единственным кто не побывал в ее постели был я, Глава! Я побоялся, что если она начнет сравнивать всех своих любовников, я окажусь в проигрыше. А я самолюбив! — ехидно ответил Войс, а потом добавил с досадой. — Я решу вопрос с Эреваалем, аро. Он и его клан слабее нашего, и мой отец уже давно точит на них клыки.

— Думаю, можно проверить на верность и приверженность Владеющим все кланы. А то я чуя новые брожения, токи заговоров и интриг вокруг Повелителя и мне это портит настроение. Отец муштрует наших воинов и усиливает защиту Преисподней. Он слишком хорошо помнит события прошлого переворота… — мрачно произнес Дартвааль.

— И каким образом ты планируешь это сделать эро Дартвааль? — услышала вопрос Кервааля, который видимо ехал немного позади нас.

— Аро должен будет представить свою избранную Преисподней. А Повелитель объявить о существовании Наследника, так может быть всей этой суетой и воспользоваться, чтобы прополоть наш огород от сорной травы… Уверен Сувааль с Керком соскучились по своим прямым обязанностям, а их клан палачей сможет стряхнуть с себя пыль бездействия, — непривычным холодным голосом озвучил свой план Дартвааль.

И это говорит легкомысленный весельчак Дарт? Мне стало холодно от их разговора. Со мной они вели себя по-другому. Весело, иногда с ехидцей или насмешкой ухмылялись, но всегда предупредительны и заботливы. Но я видела их отношение к другим расам и жалости или мягкосердечия в них не обнаружила. А теперь я слушала их пока еще беспредметный разговор и планы, и трепетала от страха. Холодный расчет, жесткость, переходящая в жестокость, полное равнодушие к чужой жизни.

Наверное, Рейн, почувствовал мое пробуждение, потому что все внезапно замолчали, а кокон из его крыльев немного раскрылся, пропуская внутрь солнечный свет. Я лежала у него на коленях, крепко прижатая к его груди.

Из города драконов мы выехали ближе к обеду и какое-то время, я развлекала Хема сидя с ним на Терне. А потом бурная ночь и короткий неполноценный сон, вызвали быстрое утомление и зевоту. Рейн отметив мое состояние на ходу перенес меня на Темного, прижимая к себе и укрывая от солнца крыльями.

И сейчас я смотрела в фиолетовый бархат его глаз и гадала, за что он полюбил такую слабачку как я? Хотя более насущный вопрос был: какого лешего я влюбилась в этого беспринципного, жестокого демона? И главное, как я там в подобных условиях жить буду?

Думая об этом, ухватилась за фиолетовую толстую косу Рейна, кольцами свернувшуюся у меня на животе и начала ее теребить. И самое удивительное эта шелковистость темных волос, приятная тяжесть и красота насыщенного цвета отвлекла от тяжких дум.

Рейн наклонился, чуть приподнял меня над коленями и поцеловал, нежно, едва касаясь, словно пробуя на вкус своими жесткими тонкими губами. Затем отстранившись, с едва заметной, даже скорее ощутимой тревогой, всмотрелся в мои глаза, считывая мои эмоции.

Я подняла руку и пальчиками обрисовала его лицо: большие раскосые глаза, высокие скулы, прямой нос, немного впалые щеки и большой рот с четко очерченными тонкими губами. В отличии от людей или тех же самых гномов и оборотней, демоны, как и эльфы отличались гладкостью щек. Бороды у них не росли. Погладила, насладилась гладкостью его загорелого лица и с удовольствием отметила как сильно загорелись его глаза, а черный зрачок заливает фиолетовую радужку. Я уже знала, что это значит — его желание. А еще знала, что похоже теперь всегда буду не менее остро реагировать на этот взгляд — своим ответным желанием.

Рейн повел носом, хищно улыбнулся заставив мое сердце пропустить удар и глухо спросил:

— Кушать хочешь? Или в туалет?

Я лишь кивнула и тут же услышала рокот его приказа:

— Короткий привал!

— А здесь не опасно? Мы не опаздываем? — быстро спросила, переживая, что становлюсь реальной обузой.

Короткий нежный поцелуй в шею, а потом спокойный ответ:

— Нет! И Хемваалю тоже не плохо было бы пройтись и перекусить.

Крылья с тихим шелестом убрались, и я смогла оглядеться. Мы все еще ехали по степи и вокруг была сплошная трава по крутые бока лошварам, а мне по самую шею. А впереди высились драконьи горы. Правда это лишь часть их владений, основные были в другой стороне.

Спешившись, я тихонько поинтересовалась у Рейна:

— Далеко отсюда до Эмеруна и темных земель?

Его глаза стремительно сузились и он внимательно уставился на меня.

— Сегодня, ночь проведем в седле и поэтому уже завтра, мы проедем мимо него. Но заезжать не будем Хель, больше нет повода!

— А если бы не похищение, ты бы позволил мне заехать в Эмерун, чтобы отправить сообщение дедушке? — спросила тихо, но смотрела на него требовательно и ожидая честного ответа.

— Нет! — ответил Рейн, при этом внимательно следя за моей реакцией.

— Спасибо за честность! Значит Дарт соврал, когда сказал, что мы заедем туда? — разочарованно спросила я.

— Нет! Он не обещал заехать в Эмерун, сказал лишь, что мы поговорим об этом когда окажемся поблизости. Как только я узнал твое полное имя, я знал, что тебя будут искать однозначно. Алвин слишком дотошный и упрямый, впрочем как большинство темных. Стоит нам заехать в Эмерун, тебя сразу узнают или просто заинтересовавшись тем, что темная в одной компании с демонами, сочтут за обязанность выяснить как и почему это случилось. Вытащить тебя из Эмеруна, было бы немного проблематично потом.

Кивнула и ссутулившись от новых открытий подошла к Хему, погладила по черным вихрам, а потом все еще рассеянно кивая пошла в траву. Искать уединенное местечко, чтобы справить нужду. И все это я проделала в полной тишине, даже лошвары молчали кося на меня свои большие блестящие глаза.

Уже возвращаясь, услышала приглушенный разговор.

— Может не надо было так в лоб говорить? — осторожно спросил Сунвааль. А потом добавил, — она все же темная и ранимая очень.

— Она мать наследника, и моя избранная! У меня мало времени, чтобы научить ее жесткости и открыть глаза на нашу суть, — холодно парировал Рейн.

— Она слишком юная и может решить, что лишь вы, Глава, такой…бессердечный. Девушка уже раз называла вас так и сейчас, может полностью утвердиться в своем мнении. Не поймет ваших мотивов… — еще более осторожно и вкрадчиво произнес Кервааль.

— Хельвина сильнее чем вы думаете и уверен, предпочтет честный ответ, спокойному, но опасному неведению! — безапелляционно заявил Рейн, сразу повысив мое настроение.

Если быть честной и с самой собой, я догадывалась о том, что вряд ли доеду до Эмеруна с демонами. Встретиться с дедушкой я способ найду, так о чем сейчас печалиться?!

Под пристальными взглядами вышла на вытоптанную в траве полянку и уселась рдом с Хемом. Посмотрела на его улабающуюся мордашку и в недоумении спросила:

— Рейн, а у Хема точки на лице стали ярче и крупнее. Раньше я думала это грязь, а потом выяснила, что это у него с рождения, но теперь они растут…

Мой демон присел у меня за спиной, обвивая меня руками и своим длиннющим мощным хвостом, а потом протянув руку повернул лицо Хема к себе. И только потом ответил:

— Это родовые татуан растут. У всех мужчин они появляются на торсе. У высших демонов на груди и плечах, у более слабых лишь предплечья. А у женщин татуан вырастают на лице, шее и ушных раковинах. И так же: у слабых лишь на ушах, а чем сильнее род, тем все больше забираются на лицо. И только у Владеющих — мужчин, татуан растут на лице, плечах и груди.

Я повернула голову к Рейнваалю, чтобы еще раз осмотреть его татуан. Его рисунки покрывали и плечи, и грудь, и большую часть шеи и подбородка. Но совсем на лицо не выходили.

— Я слабый Владеющий, но самый сильный обобщающий. Мой клан второй на ступени иерархии демонов, — улыбаясь мне одними глазами, произнес тихо Рейн.

При этом он протянул Хему кусок мясного пирога, а затем и меня заставил взять. Но я прежде чем мне заняли рот едой, успела спросить:

— А что означают эти рисунки?

— Это руны! Они говорят любому демону о клане к которому ты принадлежишь и роду. Так что скрыть свое незаконнорожденное происхождение не возможно. Говорят, и о твоей магии. И любой демон предупрежден какие способности тебе дарованы природой. А еще, — Рейн расстегнул жилетку и продемонстрировал мне свою грудь, на которой был по-прежнему уже виденный мною ранее рисунок, но только теперь под сердцем словно свились два клубочка из веточек. — Как видишь, теперь любой знает, что у меня есть избранная.

Я невольно посмотрела на Кервааля, который развалился в траве подперев кулаком голову что-то жевал. Заметив мой интерес, он молча привстал и расстегнул жилетку так же продемонстрировав два витиеватых клубочка под сердцем. А я не выдержала и тут же поинтересовалась:

— А если у демоницы два избранных? — А потом сама ужаснувшись такому варианту добавила, — или три, как тогда?

Кервааль хмыкнул, заметив как Дартвааль плавно, скользяще подобрался к нам и присел на корточки, поясняя:

— Будет три или четыре кольца! Правда подобная связь может образоваться, лишь если в течении двух-трех дней сразу всех избранных оприходовать. И у нас еще есть такая возможность…

Договорить он не успел, мимо меня метнулась тень, а вскоре Дартвааль распластанный в траве лежал и хрипел. Рейн сидел у него на груди и душил соперника.

Лошвары переступая с ноги на ногу подобрались чуть ближе к мужчинам и громко заржали переглядываясь. А я заорала:

— Да над вами даже кони ржут, что делать больше нечего?

Теперь все дружно уставились на меня. Рейн мрачно и явно ревнуя, Дарт хрипя и откашливаясь, а «кони» обиделись за столь низкое по их понятиям сравнение.

И только Кервааль, смеялся тихо и весело. Его все искренне забавляло, он даже позу не изменил и продолжал жевать. Впрочем как и флегматичный Хем.

И только Кервааль, смеялся тихо и весело. Его все искренне забавляло, он даже позу не изменил и продолжал жевать. Впрочем, как и флегматичный Хем.

После этого инцидента все быстро перекусили и тронулись в путь. В этот раз, Рейн сразу забрал меня к себе, пояснив, что ночь не за горами, больше привала не будет и спать мне придется на его Темном.

Я чувствовала, что Рейн напряжен, даже его руки, лежащие на моих бедрах и удерживающие поводья, были сжаты в кулаки.

— Ты теперь всегда будешь пытаться кого-нибудь убить, если кто-то скажет глупость? — тихо спросила я, поднимая к нему лицо.

Его широкая сильная ладонь медленно скользнула с моего бедра вдоль тела и добралась до шеи. Длинные пальцы мужчины тыльной стороной провели по моей, оказывается слишком чувствительной коже, а потом он с неожиданной досадой ответил:

— Это наша связь усиливается…не смог сдержать мгновенный порыв убить соперника. Лишь в последний момент удержался и не оторвал его глупую голову. Так слегка горло повредил этому молокососу, чтобы помолчал пару дней и не выводил меня из себя.

— Но почему, он же даже не дотронулся до меня, а ты…сорвался? — недоуменно переспросила.

— Этот золотой защитник, чтоб ему вечно Высшим прислуживать, знает, что еще пару дней он сможет попытаться стать твоим вторым избранным и явно провоцирует меня. Мстит за свою неудачу…

— Вы ненормальные! Знать, что тебе оторвут голову и провоцировать на драку?! — изумленно выдохнула я.

Рейнвааль неожиданно расслабился, начал массировать мою шею вызывая у меня мурашки этой вроде бы простой лаской, а потом чуть наклонившись ко мне поближе, губами касаясь моего острого ушка, произнес:

— Провокация — любимое развлечение демонов. Заставить противника или соперника совершать глупости или необдуманные действия, это та-а-ак приятно и вдохновляет на новые идеи. И не важно, что любая провокация — это хождение по лезвию кинжала, зато это горячит кровь, заставляет бежать ее стремительно и пьянит голову. Особенно у молодых, когда кровь играет и часто именно они погибают в этой игре без правил.

Переварив услышанное, со страхом выдохнула, бросив перед этим быстрый взгляд на Хема:

— Я боюсь за своего мальчика! В вашем мире все так ужасно и убийственно опасно…

Ладонь Рейна чуть сжалась на моем горле, не позволяя отвернуться или отвести взгляд. А я в этот момент особенно ощутила его силу, его власть надо мной и припомнила все его внутренние качества среди которых — милосердию и добродетели места не досталось.

Я смотрела в фиолетовые глаза моего мужчины, видела отражение своего немного испуганного лица и внутри что-то сжалось. Вот вроде и боюсь этого грозного опасного демона, а с другой стороны, его смертоносная сила вызывает во мне внутренний трепет и восторг. Ведь он двумя пальцами может скрутить мою беззащитную под его ладонью шею, но я подсознательно уверена, что он никогда так не сделает. Более того, не раздумывая отдаст свою жизнь, чтобы защитить мою. Откуда во мне это знание, я не знала, но всеми фибрами души чувствовала — это истинная правда.

— Не бойся! Воины из клана Защитников, будут постоянно рядом с ним. Повелитель лично займется воспитанием и подготовкой своего сына — он уже принял это решение. Для Хемвааля сын — это чудо, на которое он явно не мог и рассчитывать. Учитывая, что за пять тысяч лет, еще ни разу не встретил избранной!

Широко распахнув глаза, уставилась на Рейна и еще не веря своей догадке, спросила:

— В каком смысле сын Хемвааля? Ты хочешь сказать, что Повелителя тоже зовут, Хемвааль?

Рейн потер большим пальцем руки мой подбородок, легко коснулся губами моих и только после этого мягко ответил:

— Преемственность, Хельвина! Для любого демона, важна преемственность. Начиная с имени, рода, клана и властителя. Любой старший сын нарекается именем своего отца. Например, ни один демон не перепутает, что нашего Повелителя зовут Хемвааль, потому уже несколько поколений Владеющих первого клана носят это имя. Наш с тобой старший сын — тоже будет носить мое имя.

Смочив пересохшее горло слюной, просипела:

— А дочери как же?

— Правило первого имени касается лишь сыновей. Несмотря на свободу нравов, демоница не может претендовать на высшее главенство в клане. У нас всегда правит сила, а женщина априори слабее мужчины и этим все сказано! — пояснил Рейн.

Я же в шоке от услышанного, кивнула головой и замолчала.

— Не переживай об этом, я с тобой и помогу в любой момент. Со временем ты привыкнешь и освоишься. И в моих силах и возможностях дать тебе это время на адаптацию.

— А мой Хем? — озабоченно спросила я.

— Я позабочусь о вас двоих и Владеющий мне в этом очень поможет. Не переживай заранее. Давай решать проблемы по мере их поступления.

Снова кивнула, откидываясь на его широкую грудь и расслабляясь. Рядом с ним мне ничего не страшно.

Еще через некоторое время, мой хвостик почувствовал рядом пятую конечность Рейна. Провокация, значит? Любимое занятие демонов, значит? Ну, поиграем!

Моя мягкая пушистая серебристая кисточка, скользнула по бархатистой темной шкурке хвоста Рейна. Поглаживая, льнула к нему, поднималась вверх. Я сидела в прежней позе, не двигаясь и лишь мой хвост проказничал. Ощутила, как кисточка добралась до толстого основания хвоста Рейна, а потом и того места, откуда он собственно растет. Погладила, а потом пустилась в обратный путь.

Невольно расплылась в довольной ухмылке, услышав учащенное дыхание моего демона и рычание в его груди. Его ладони легли на мои бедра и с небольшим усилием прижали к его паху. Теперь уже я ощутила своими ягодицами и основанием хвоста, что в меня упирается такое внушительное и твердое.

— Провоцируешь, темная? — раздался над ухом вкрадчивый довольный голос Рейна.

— Ну что ты демон, только учусь! — хихикнула я в ответ.

Не поворачиваясь, подняла руку и чуть выгнувшись обвила его шею, притягивая к себе поближе. Зарылась пальцами в густые фиолетовые волосы, помассировала его затылок, слыша как все глуше и интенсивнее слышится рычание в его груди.

— Слишком быстро учишься! Но я только за, малышка!

Наши нескромные игры прервались, демоны настороженно вслушивались в окружающие звуки степи. А вскоре на дороге показался обоз, который сверху сопровождали две крылатые тени драконов. Люди, гномы и пара охранников драконов на лошадях проехали мимо нас, сверля подозрительными взглядами.

А потом я попросила рассказать что-нибудь интересное из жизни Рейна и он усмехнувшись, согласился. Так мы и ехали до самой ночи, шепча друг другу. Как-то так получилось, что в итоге больше говорила я, чем демон.

* * *

Два дня в пути и под вечер второго, когда мы спустились в долину, преодолев драконьи горы, я увидела вдалеке шпили высоких городских башен. Нас разделяли темно-зеленые леса, на первый взгляд не проходимые, а дальше в туманной дымке и в другой стороне от красного заката, на фоне которого так хорошо были видны шпили города, я заметила горные пики вершин.

Рейн указала рукой на виднеющийся вдаль город и тихо произнес:

— Там Эмерун, а здесь проходит граница земель Темных и драконов, — потом он указал на едва различимые горы на юге и добавил. — А там начинаются наши земли и уходят далеко на юг, до самого океана. Теперь ты понимаешь, что сейчас нам нет смысла делать такой огромный крюк и заезжать в Эмерун?!

Я хмыкнула, кивнула пару раз, а потом не выдержала и ехидно заметила:

— Да! Только ты в любом случае в город не заехал! Так что моему дедушке и мне, повезло, что на нас наткнулись его эльфы.

Рейн поморщился, неосознанно прижал меня крепче к своему телу, а потом тронул каблуками Темного.

— Сегодня, мы остановимся на ночлег. Лошварам надо поохотиться, а НАМ помыться и отдохнуть, — заявил Рейн.

Под стоянку мы выбрали уединенное место возле небольшого лесного озерца. Пока мужчины охотились и готовили ужин, мы с Хемом хорошенько помылись и даже вещи постирали. А после обильного ужина, пока мы укладывались спать, помылись уже мужчины.

Когда Хем, наверное, видел уже третий сон, а я почти заснула, внезапно ощутила как словно воспарила к небесам. Вздрогнув, открыла глаза и поняла, что Рейн несет меня на руках к озеру.

— Ты куда? — тихо спросила мужа.

— Я терпел два дня! Больше не могу! — получила его короткий ответ.

Бросив короткий взгляд за спину Рейна, заметила понимающие ухмыляющиеся рогатые морды демонов. Дартвааль пересел поближе к Хему и улегся на мой коврик рядом с мальчиком.

— Рейн, я так не могу! Они же знают куда и зачем мы уходим… — пролепетала я.

Рейн хохотнул отвечая:

— Ты забыла про завидуют! И мне это по душе!

— Рейн, я…

— Ты моя избранная, жена, в этом ничего плохого или постыдного нет. Вон Кервааль только тем и занимается, что делает своей Соаль очередного демоненка. А если бы она каждый раз думала, что весь клан знает, чем они занимаются в спальне, поверь, до сих пор бы старшего делали! — прервал меня Рейн.

— Рейн… — предупреждая прошипела я, пытаясь вырваться.

Но мой демон в два прыжка добрался до озера и прыгнул в воду вместе со мной.

Мы всплыли через секунду, а я хватала воздух от неожиданности. Чем дальше мы продвигались на юг, тем жарче становилось. Сейчас даже ночью была вполне комфортная температура не только воздуха, но и воды.

Рейн проворно расстегивал рубашку на мне, брюки, а ботинки так и остались лежать возле коврика. Уже через пару мгновений, меня вытащили на берег немного подсушив используя магию. Наши вещи кучкой улеглись рядом, а передо мной сидел полностью обнаженный мужчина, который осторожно расплетал мои волосы.

— Зачем волосы расплетать? — хриплым от накатывающего все сильнее желания, спросила у Рейна.

— Мне так больше нравится, ты похожа на богиню, когда они окутывают тебя серебром.

Он всего пару раз говорил мне комплименты и эти слова заставили затаив дыхание, посмотреть на него.

Закончив с моими волосами, Рейн спустил бретельки тонкой рубашки, которая сползла мне на талию, подхватил меня и пересадил к себе на колени.

— Сегодня побережем твою спину! — заявил мой потрясающий демон.

Обхватил крупными ладонями мое лицо и наклонившись надо мной, впился в губы поцелуем. Жадным, нетерпеливым, утверждающим его право на меня. А я ощутила его напряженную твердость между ног, и сама неосознанно потерлась об нее.

В этот раз он тщательно контролировал себя и свои желания. Отклонил назад, поддерживая одной рукой, второй же ласкал мое тело. Насладившись моим ртом, скользнул губам по шее, прикусывая, а потом зализывая эти места. Я цеплялась за его сильные предплечья руками и постанывала от удовольствия. И все сильнее ерзала на нем, терлась, стараясь унять желание, которое становилась с каждым его прикосновением ко мне все ощутимей и болезненней.

Когда его губы обхватили вершинку одной из моих грудей и втянул в себя, я вскрикнула, а потом вцепилась в темные волосы, прижимая его голову к себе все теснее. Я слышала его хриплое прерывистое дыхание, которое касалось моей влажной кожи, еще сильнее обостряя мои ощущения. И стонала все громче сама начиная сходить с ума от желания стать заполненной им. Была на грани внутреннего взрыва от действий его губ и рук, которые так умело и изощренно подводили меня к краю.

И именно в этот момент, он чуть отстранился от меня и тягуче медленно не отрываясь взглядом от моих глаз, улегся на спину. Его глаза даже при свете луны горели неистовым пламенем, предвкушали дальнейшую игру и вынуждали перейти меня в наступление.

— Хочешь власти надо мной? Садись сверху, как на лошвара…я тебя покатаю, — вкрадчиво, хрипло мурлыкнул мой демон, сейчас немного смахивающий на кота.

Его хвост обвился вокруг моей талии и приподняв, усадил на Рейна верхом. Я непроизвольно расставила по шире ноги и ахнув, ощутила как в буквальном смысле насаживаюсь на своего демона. Уперлась руками в его мощную грудь, чувствуя как под моими ладонями перекатываюсь стальные напряженные сейчас мускулы. Хвост Рейна усилил хватку и чуть надавил, заставляя глубже принять его хозяина. Всем своим внутренним рельефом я ощутила как он проникает внутрь, а я наливаюсь соками и скольжу все легче, а вскоре и быстрее.

— Хорррошая девочка, моя, такая тугая, уже влажная… — хрипел Рейн полностью откидываясь на траву.

Я могла бы поверить его словам: «отдать мне полную власть над ним», но действия его хвоста доказывали лишний раз, что всегда и везде главным будет только Рейн.

Когда я приноровилась к незнакомым до этого движениям и сама все сильнее подавалась вверх-вниз и все громче вскрикивая от острых ощущений, хвост Рейна заставил меня наклониться пониже, чтобы руки хозяина достали до моей груди, которой он тут же занялся. Его действия балансировали на грани боли и наслаждения, но это еще больше возбуждало, а вскоре он полностью забрал у меня, и так призрачную власть, ненадолго подаренную мне. Обхватив мои ягодицы ладонями, начал сам править нашим балом. Сильнее, глубже, быстрее, я буквально взлетала над ним, чтобы через мгновение со стоном наслаждения опускаться вновь на него. Мой вскрик наслаждения слился с его удовлетворенным рыком. Упала ему на грудь, обняв руками и слушала как неистово колотиться его и мое сердце. Сейчас мне казалось, что в унисон, разделяя общее счастье и удовольствие от соития.

Я не успела прийти в себя после первого акта любви, как не выходя из меня, он перевернулся вместе со мной, бережно защищая мою спину от нечаянных веточек и вновь начал движение. Глядя глаза в глаза, нависая надо мной, заставляя крепко обхватить ногами его за талию. Моя кожа загоралась там, где он касался меня. Его чуть шершавая широкая ладонь добралась до моего бедра, заставляя еще сильнее раскрыться под ним, отвести в сторону и ощущать, ощущать ощущать его в себе.

Его рука защищала от земли и прижимала еще сильнее к мужскому разгоряченному телу. Я закрыла глаза, отдаваясь этой странной агонии наслаждения, отрешившись от всего вокруг. Это невероятно — чувствовать движение внутри себя твердости Рейна, рельеф его тела на себе, силу его рук вокруг меня и прохладу травы под собой. Так контрастно, так невероятно мощно и ярко, что резко выгнувшись, вновь разлетелась на мелкие кусочки от взорвавшейся внутри меня шаровой молнии наслаждения. Так и умереть не страшно!

В следующий миг зарычал и Рейн, изливаясь в меня.

— Моя пчелка! Такая чувственная, страстная, моя! Любимая… — я поняла, что последнее слово вырвалось у Рейна само, без спроса и бесконтрольно.

— Я так сильно люблю тебя, мой демон, — шепнула ему на ухо, обнимая за шею и орошая его кожу своими горячими слезами счастья.

— До слез? — с явной удовлетворенной ухмылкой самца победителя и собственника спросил Рейн.

— До смерти! — игриво прорычала я, куснув его за шею клычками.

Посмеиваясь, Рейн скатился с меня, поднял на руки и понес в воду. А потом меня посетило желание побаловаться и побрызгаться.

Посмеиваясь, Рейн скатился с меня, поднял на руки и понес в воду. А потом меня посетило желание побаловаться и побрызгаться.

Так разыгралась, что вскарабкавшись на один из камней вводе прыгнула ему на спину и хватаясь за рога, окунула его в воду. Отлетела в сторону и услышала рычание Рейна. Сначала решила, что он разозлился от моих вольностей, но посмотрев на него и заметив блеск в горящих страстью глазах, счастливая взвизгнула и рывками выбралась из воды и рванула в лес, на ходу подтягивая рубашку с талии и одевая бретельки. А то полностью обнаженной бегать, до такой наглости я еще не доросла. Хотя рубашка второй кожей облегала влажное тело и думаю ничего не скрывала, а наоборот подчеркивала.

Мокрые волосы так же облепили тело, но я не обращала на них внимание, чувствовала, что мой демон слишком близко и лишь играет со мной, позволяя еще немного побегать…разгорячиться.

Стоило мне на бегу обернуться, чтобы убедиться в своих подозрениях, как со всего разбегу врезалась во что-то твердое и…живое. Мне не дали упасть чьи-то руки, перехватившие за талию.

У меня сработал рефлекс, я вывернулась и отскочив в сторону, повернулась в сторону угрозы и зашипела обнажая клыки. Передо мной стояли двое незнакомых демонов. В привычных шароварах и кожаных жилетках, у обоих волосы были забраны в высокие хвосты, кончики которых болтались возле ягодиц, а еще благодаря выплывшей из-за облаков луне, мне показалось, что они оба красноволосые. И татуаны украшали не только их руки, но и грудь — значит высшие демоны.

Оба демона скривились в довольной усмешке и один из них двусмысленно произнес:

— Темная? Обнаженная? Просто подарок небес!

А второй тем временем принюхался, похоже ко мне, нахмурился и сделал невольный шаг назад. А уже через полмгновения и второй отступил.

— Моя! Избранная! — раздался позади меня ледяной голос Рейна.

А потом и его руки опустились мне на плечи. Я же тут же успокоившись, скользнула ему за спину, не хотелось показывать себя дольше, чем они уже успели насладиться.

Оба демона молча склонили головы перед Рейном, а я, как только первый страх от встречи прошел, не сдержалась и хихикнула, уткнувшись лицом между лопаток Рейна. Ну уж больно смешно смотрелось: голый бог — Рейнвааль в явно возбужденном состоянии, полуголая я за его спиной и два вооруженных одетых демона почтительно и настороженно склонившие головы.

Незнакомцы не глядя на нас и не поднимая глаз, кивнули и обойдя нас по кругу скрылись между деревьев, они направлялись явно к нашему лагерю.

— Кто это? — поинтересовалась я тихо.

— Палачи!

— Палачи!

Испугавшись переспросила:

— Палачи? Для кого?

Рейн повернулся ко мне, обхватил лицо ладонями заставляя поднять лицо и взглянуть на себя, а потом бесстрастно произнес:

— Для любого, кто несет в себе угрозу последним Владеющим. Представители всех восьми высших кланов, присягнули кровью на верность Повелителю. Все кроме меня, я сам Владеющий, пусть и слабый.

— А ты сам хотел бы занять место Повелителя? — спросила тихо и тут испугавшись сути своего вопроса.

Рейн молча пару мгновений, всматриваясь в мои глаза, а потом ответил, заставив похолодеть меня внутри:

— Теперь уже нет!

— Почему именно теперь? — неожиданно сиплым голосом спросила его.

— Это причинит тебе боль, ведь мальчишка стал тебе настоящим сыном! А для меня важны твои чувства как ни что другое! Не уверен, что ты сможешь простить мне его смерть…

— Значит ты думал об этом… может даже планировал… — в ужасе пролепетала я.

Рейнвааль стоял расставив ноги, высокий, мощный, обнаженный и в свете луны был мистически прекрасен, но сейчас я до дрожи в ногах испугалась его.

— Я обобщающий и собирающий — думать, анализировать и планировать — это часть моей магии и внутренней сущности. Не буду лгать, что не думал и не планировал, но лишь как развлечение, а может возможный план развития событий. Старший Хемвааль, мой брат по второй линии, он спас мне жизнь, вырастил и ему я обязан многим. И этот долг удержит меня от любых соблазнов, но его сыну я ничем не обязан, — слушая его, я попыталась отстраниться, но он прижал меня к своей груди и твердо произнес. — Но теперь, он твой сын, и его боль — это твоя боль. А я никому не позволю причинить тебе вред, так что ТЕПЕРЬ, обязан позаботиться и о жизни и устроенности младшего Хемвааля. Я твой избранный, твоя половинка, мне ты можешь верить абсолютно!

Схватила Рейна за предплечья покрытые татуанами и жарко зашептала, потребовав:

— Поклянись мне, что ты не причинишь моему Хемваалю вреда, будешь защищать как нашего сына, поможешь ему, когда будет трудно.

— Глупышка! Такая наивная, добрая, ласковая, моя! — проворчал он, с нежностью поглаживая мое лицо большими пальцами рук. Наклонился и подарил легкий успокаивающий поцелуй.

И только потом ответил:

— Я клянусь тебе в этом, но лишь до того момента, пока тебе это важно! Жизнь слишком длинная, чтобы давать не точные клятвы, любимая!

— Он мой ребенок, так что мне это будет важно всегда! — ответила я, чувствуя как от облегчения ноги подкашиваются.

Мой демон поднял меня на руки, крепче прижал к себе, выпуская немного своей огненной магии и высушивая мою рубашку и волосы, а потом произнес:

— Жизнь покажет, но успокойся, я на его стороне целиком, раз тебе это нужно!

— Вы ужасные, эгоистичные, коварные и вероломные — это я уже поняла! — буркнула прижимаясь к его горячей гладкой коже.

— Я рад, что ты так быстро это усвоила! Доверять и верить, можно только избранному, он никогда не предаст и не причинит вреда. Хотя предупреждаю, любовь демона еще больше эгоистична и коварна, чем его честолюбивые планы. Ради нее мы способны на многое. Например: ради тебя, я забуду о своих коварных планах на трон Повелителя, так что оцени насколько я люблю тебя, — спокойно произнес Рейн.

Но вот его слова, особенно последние… Мне показалось, что он специально завел весь этот жуткий разговор и даже «честно» признался в своем коварстве, чтобы я действительно оценила, поверила, сильнее полюбила и стала зависима от него еще больше.

Сузив в подозрении глаза, уставилась на его невозмутимое лицо, а потом процедила:

— Оценила!

Он лишь хмыкнул в ответ.

В лагерь мы вернулись немного позже, после того, как Рейн меня снова «полюбил», потом вымыл высушил и помог одеться. Уже сквозь дрему услышала тихие смешки наших спутников и короткий диалог Рейна с незнакомцами:

— Расплатились? — спросил пустым голосом мой муж.

— По полной! А эльфийка оказалась горячей дамочкой. Пыталась телом откупиться и очень старалась угодить… А потом так мило изумилась, когда пришел черед расправы, — произнес один из незнакомцев лениво цедя слова.

— Думаю светлые вспомнят, что с демонами не шутят и договор не нарушают, надолго запомнят…

От голоса второго, стало так зябко, что я передернулась покрываясь мурашками. Сильнее прижалась к Рейну и его крылья тут же плотнее сомкнулись вокруг меня. А незнакомцы продолжили тихий разговор:

— Наследник вылитый Повелитель! И аура такая мощная, что все дрожит в груди, как Дартвааль может с ним рядом лежать?

— Сам знаешь, он защитник и с рождения настроен на эту энергию… — медленно ответил Рейн укладываясь на своем коврике вместе со мной и теснее прижимая к себе.

— Тем более, что чаще всего с аро Хемваалем едет ара Хельвина, она его мать и как мне кажется, даже не ощущает давления его ауры, — задумчиво высказался Кервааль.

— Невероятно! Эта темная совсем девочка…и уже мать наследника и избранная аро Рейнвааля…ооо и я забыл про эро Дартвааля, — сначала все еще недоверчиво, а в конце весело произнес незнакомый демон.

— Да уж какой сюрприз для Повелителя… — с легким сарказмом добавил Кервааль.

— Хватит болтать! — резко шикнул на спутников Рейн.

Уже через мгновение прижался ко мне со спины и обвивая не только крыльями, но и руками. Эх и тяжелый мне мужчина достался, но это была уже родная, приятная тяжесть. Необходимая!

* * *

Впереди нас ехали трое: Шанвааль и оба красноволосые — Керквааль и Сувааль. Два дня назад, когда мы познакомились с ними, схожесть их имен с Керваалем и Сунваалем, меня напрягла, но сейчас уже привыкла. Хоть и старалась общаться с ними пореже.

То, что они развлекались в постели с Азарэль перед тем как убить ее, меня ужаснуло. Но сущность демонов передо мной уже раскрылась в полной мере, поэтому сильно я не удивилась этому факту, лишь испытывала к этим двум мужчинам неприязнь и брезгливость. И опять же хорошо понимала, что вероятнее всего от такого «подарка» ни один из путешествующих со мной демонов не отказался бы. Может даже и Рейн, ведь его не покоробил рассказ красноволосых и оставил равнодушным.

Впереди все ближе виднелись горы, они давили своей мощью и пугали своим безжизненным видом. Хотя Рейн уже рассказал нам с Хемом, что это лишь первая гряда такая пугающая и каменистая. А за ней скрывается много долин с горячими источниками, окруженными на первый взгляд неприступными горами. И долины эти напоминают райские сады в людских сказаниях и легендах.

Я снова уперлась взглядом в эти три широкие спины по которым маятниками качались косы: голубая Шанвааля и две красные — Керка и Суна. Последние были похожи словно братья и эта мысль заставила повернуться и заглянув в лиловый глаза Рейна произнести:

— Керк с Суном похожи как братья…

Рядом с нами раздался голос Дарта, который сменил меня рядом с Хемом не так давно, позволив понежиться в объятиях своего мужчины:

— Так они и есть братья по матери. Она признала избранными двух глав соперничающих кланов палачей. И теперь она главная эра двух кланов, но с одной супружеской постелью, правда на троих…

Сун и Керк обернулись и одарили Дарта тааакими взглядами, что от полыхавшей в них злобы мне самой не по себе стало.

А Дарт тем не менее продолжил:

— Долгое время они грызлись между собой как кошка с собакой, но как это не удивительно для демонов с их низкой и редкой рождаемостью, их избранная одного за другим принесла погодок сыновей. Одного каждому избранному! И с этого момента ситуация в корне изменилась. Теперь номинально клана все еще два, но в реальности правит ими демоница. Очень — очень умная и властная демоница…

Закончил рассказ Дарт, зло поглядывая на красновлосых, которые с не меньшей «любовью» смотрели на защитника наследника. А я в который раз тяжело вздохнула: куда я попала?

Ближе к вечеру мы забрались высоко в горы, лошвары без проблем ступали по камням не широкой, всего в одну телегу шириной, тропы.

Здесь не было водоемов и купаться не где. Воду запасли в кожаные бурдюки, как и будущий ужин нам и лошварам. Хотя как заметил Кервааль, лошвары всегда и везде найдут чем поживиться.

Найдя широкую пологую площадку, решили заночевать на ней. По ночам ноги ломать никому не хотелось. После ужина, Рейн позвал меня прогуляться и хотя я знала, что он подразумевает под этим словом, но не смотря на стыд и смущение встала, чмокнула Хема в макушку и пошла за мужем. Ведь сама хотела испытать, это пока еще новое невероятное чувство, когда горишь в его руках от наслаждения.

Но в этот раз, мы не смогли уединиться, потому что забравшись на самый хребет, услышал дикий многоголосый хохот, разъярённые крики и отчаянный вопль умирающего. Этот полу хрип — полу стон заставил забыть обо всем, кроме того, что я маг жизни— целитель.

— Стой! — крикнул мне в догонку Рейн, но я не слышала почти, я бежала прыгая с камень на камень.

Последний прыжок и я стою на гребне горы, а с другой стороны, в ложбине по курумнику пытается удрать одинокий лошвар от стада своих соплеменников. Он отличался от остальных своей белоснежной шерстью без единого темного пятна, хотя сейчас на его теле расплывалось множество красных пятен. Кровавых!

Вот и увидела я, как лошвары охотятся, загоняют добычу в ловушку, окружают, резко кусают за ноги, за бока, вырывая целые куски мяса, обескровливая, обездвиживая и выматывая. Стадо догнало белого лошвара, стояли вокруг него и громко, мерзко пронзительно хохотали. Судя по размерам — белый совсем молодой, еще подросток совсем. К нему подошли трое самых крупных самца и принялись добивать беглеца, топтать когтистыми лапами, наскакивать на него, давить в буквальном смысле.

А я стояла, рыдала и не знала что делать…с целым стадом. А жуткий хохот все усиливался, звуки в горах разносятся далеко…

— Пойдем! Тебе не надо на это смотреть! — твердо, но тихо произнес Рейн.

Резко повернулась к нему и заглядывая в лиловые глаза, буквально закричала:

— Останови их! Я умоляю останови их, они убивают его!

Лицо моего демона застыло в бесстрастной маске, а потом он произнес:

— Они сломали ему спину, он умрет в любом случае!

— Останови! Я знаю, ты можешь! — выдохнула с невероятной надеждой и мольбой в глазах и голосе.

Рейн бросил быстрый взгляд вниз на лошваров, отодвинул меня в сторону и быстро побежал вниз, спускаясь по сыпучей насыпи из мелких камней.

А я именно сейчас, следя за его движениями, поняла, о чем попросила. Стало жаль беднягу лошвара и я тут же потребовала его спасения, а о своем собственном демоне не подумала. Эти бестии опасны, плотоядны и к тому же дикие, а я…Дура! Какая же я дура!

Чуть ли не кубарем покатилась вслед за Рейном, но стоило мне открыть рот, чтобы остановить его, как увидела стену огня, которая понеслась от рук демона. Лошвары почувствовали опасность и испуганно заржав, рванули прочь, бросив недобитого соплеменника. А стена огня все гнала и гнала их прочь от нас.

А я бросилась к раненому животному. Рейн наплевав на магию и стадо, кинулся на перерез мне, но не успел. Осторожно подошла вплотную к окровавленному телу, задние ноги которого нервно подергивались. Белый мех весь залит кровью и на нем место живого не осталось. Какая жестокость? Боги откуда такая жестокость в лошадях?

Лошвар с трудом дышал, постанывая, но косил на меня диким красным глазом. Он не угрожал мне, даже не сделал попытки дернуться в сторону, он явно ждал, что его сейчас добьют, пусть не свои так чужие.

— Если ты еще раз выкинешь нечто подобное и неразумное, я привяжу тебя к себе навечно! — зашипел рядом Рейн, оказываясь между мордой лошвара и мной.

— Прости любимый! Прости за то, что совсем не подумала о твоей безопасности. Кажется, я привыкла, что ты всемогущ и умнее всех живых, — все еще плача, ткнулась лбом мужу в колени и обняла обеими руками.

Молчание длилось мгновение, потом я по ногам демона в своих руках ощутила как он расслабился, а потом довольный произнес:

— Твое состояние позволяет мне сделать выводы, что ты действительно так думаешь, а не льстишь… — еще через мгновение, он неожиданно участливо добавил. — Я же предупредил тебя, этот лошвар фактически труп. У него явно перебита спина. Дала бы добить его своим, и он не мучился бы долго, а теперь…

— А теперь я сама им займусь, такой красавец не может умереть так рано! — перебила мужа и погладила странно мягкую, белую шерстку животного.

Самое удивительное, раненный приоткрыл глаза и с неожиданным интересом начал косить на меня своим красным глазом. А я приступила к лечению и лишь краем сознания услышала позади себя, задумчивое, с легким сарказмом замечание Кервааля:

— Похоже после сегодняшнего, наш молодняк не скоро сможет добыть себе жеребенка лошвара. Учитывая, как вы их сегодня погоняли аро Рейнвааль.

— Ничего, упорство и труд лишь закаляет молодого демона, а легкость в охоте добавляет жира на талии и в мозгах, — жестко отпарировал Рейн.

— Для смерти молодой, но уже слишком взрослый для привязки к хозяину. Зачем эта суета вокруг этого недоделка? — поинтересовался Кер.

— Она целитель! А стадо избавлялось от конкурента, что мне было делать?! Так что посмотрим! — процедил Рейн.

Когда я закончила, обессиленная почти лежала на лошваре.

— Ему нужна еда! — обратилась к мужчинам.

— А тебе нужен отдых! — резко ответил Рейн, наклонился и подхватил меня на руки. И его резкое движение, вызвало цепную реакцию. Белый лошвар вскочил и бросился прочь. Ну это он на одних рефлексах так поступил… Шаг, другой, закачался и опустив голову замер в нескольких метрах от нас. Видимо тошнит от слабости и потери крови.

— Ему нужна еда! — снова попросила мужчин, но те качнули головой и Кервааль ответил:

— Он сам может о себе позаботиться.

Рейн кивнул и не выпуская из рук понес к лагерю, причем легко и не напрягаясь поднимаясь в гору.

Я прислонилась щекой к груди Рейна находя в этом успокоение и радость, просто касаться его. Ощутила как моя кисточка скользнула по его хвосту и переплелась с ним. Положила ладошку на горячую кожу и обвела веточки татуан. А потом тихо шепнула:

— Спасибо!

— За что? — поинтересовался Рейн.

— За него! За то, что не дал почувствовать боль от чужой смерти. Лишний раз! — пояснила свои чувства и поправилась в конце.

— Я прошу не поступать тебя необдуманно! — так же тихо попросил Рейн, я лишь молча кивнула, уверенная, что он почувствует. А еще поцеловала его в грудь, лизнув ее, чтобы просто попробовать на вкус. Чуть соленый, но мой и такой вкусный!

А потом пришла в голову мысль, которая заставила оставить столь приятное занятие и поинтересоваться у Кера:

— А как вы оказались тут? Так своевременно!

— Вы кричали…почти…но не как обычно… — попытался объяснить Кервааль.

А я чувствуя как щеки заливает горячий румянец смущения, переспросила:

— То есть вы всегда слышите…как я хмм кричу?

Я ощутила как подрагивает от смеха грудная клетка Рейна, а Кер ухмылясь пожал плечами и осторожно сказал:

— Мы демоны! У нас отличный слух, обоняние и зрение…тоже.

Я задохнулась от стыда и неловкости. Получается эти демонюки слышат ее вздохи, крики страсти и мольбы о продолжении. Оооо а Рейн зараза, не зря говорил, что другие завидуют и…дальше мысль решила не развивать, чтобы сберечь остатки нервов.

— Смотри-ка за нами тащиться! — заявил Кер, обернувшись назад.

— Смотри-ка за нами тащиться! — заявил Кер, обернувшись назад.

Рейн не обратил на слова Кера внимания, зато я высунулась из-за его плеча и посмотрела вниз. Снежок сильно шатаясь, на подгибающихся ногах топал за нами. Стало так жалко, что защипало в глазах, но я промолчала, если завтра утром он не уйдет, все же уговорю мужчин поделиться кормом с этим беднягой. Ведь Кервааль заявил, что приручить уже нельзя, поздно, а подойти к нему вряд ли возможно, вот даже полуживой отпрыгнул от нас.

Мы вернулись в лагерь и под внимательными взглядами мужчин, Рейн усадил меня по моей просьбе рядом с Хемом. Уже вторую ночь мой демон спит рядом, укрывая нас с мальчиком своим крылом. А сверху нас освещал Светляк. Отчего у меня трепетало внутри от счастья — мы настоящая семья!

А сейчас обняв приемыша, который почувствовав мое настроение, обнял меня за шею и тихонечко сидел на коленях. «Моя маленькая любимая тыковка» — прошептала ему на ушко, заставив улыбнуться.

Нечаянно поймала взгляд Рейна, который сидел возле костра. В его задумчивых лиловых глазах не горели желание и страсть как обычно, стоило ему коснуться или посмотреть на меня. Нет, сейчас я видела в них нежность! Стоило мне заметить и понять это, как в груди защемило и тепло разлилось по всему телу. Мой, мой любимый демон!

Мужчины напряглись и встали со своих мест, а я услышала шорох позади себя. Стоило мне оглянуться как непроизвольно вытаращилась на объект всеобщего внимания. Окровавленный, но уже здоровый лошвар, выпятив мощный круп, на полусогнутых ногах, практически ползком подбирался ко мне. Тяжело дышал от усилий притвориться невидимкой. Косил глазом в сторону наших лошваров, стоящих в сторонке, и я видела, что ему дико страшно и его сотрясает мелкая дрожь. Но судя по целенаправленному упорству в продвижении ко мне, он действительно считал, что его никто не видит?! И не важно, что наш светлячок завис сейчас над оттопыренным задом лошвара активно его подсвечивая. А то вдруг и правда не заметим…

Рейн подошел к нам с Хемом и встал рядом, похоже лошвару все же пришлось признаться самому себе, что его заметили. Он тяжело вздохнул, немного передохнул, продолжая лежать на животе, бросил быстрый оценивающий красноглазый взгляд сначала на меня, потом Хема, а потом и Рейна и… активно замахал длинным белым хвостом. Чуть не достав им Светляка. И похож он был в эту минуту на такую ну очень большую, лошварскую собаку.

— Он есть хочет и похоже просит! — стараясь не делать резких движений, прокомментировала я увиденное.

— У нас своих голодных ртов девять штук, мяса не напасешься! — недовольно проворчал Кервааль.

— Рейн… — умоляюще посмотрела на мужа.

Хвост лошвара заработал усерднее, а он сам подполз еще ближе, глядя на нас своими жуткими красными глазами.

Рейн быстро сходил к месту кормежки лошваров и подхватив пару здоровых птиц, подстреленных накануне, подошел и кинул белому. Тот слишком быстро, давясь проглотил все вместе с перьями, а потом внимательным голодным взглядом посмотрел в ту сторону, откуда принесли мясо.

— Все! Пошел прочь! — рыкнул на белого Рейн.

Снежок, как я мысленного его окрестила, снова тяжело вздохнул, встал и тоскливо посмотрел на меня, потом недожавшись нужной ему реакции, уже укоризненно. Мужчины расхохотались, что напугало лошвара и тот отскочил в сторону, но не далеко.

Мне в голову пришла мысль, и я тут же решила ее проверить. Встала и попросив Хема оставаться на месте, пошла к лошвару. Рейн тут же оказался рядом и предупреждая посмотрел на меня.

— Я только поглажу! Хочу попробовать приручить его, вдруг у меня получится, ведь такая возможность, и он вроде не против… — быстро зашептала мужу.

Рейн думал пару мгновений, а потом пошел со мной к лошвару, который насторожился и напрягся.

— Постой здесь! Я сама хочу! — попросила демона.

А потом медленно, сама страшась в душе, подошла к Снежку. Погладила по холке, сначала едва ощутимо, а потом все сильнее, похлопывая. Коняга в первый момент трясся как осиновый листок на ветру, а потом расслабился и успокоился.

Через пару мгновений и Хем подошел, и мы в четыре руки массировали шкуру Снежка. Я торжествующе посмотрела на Рейна, но он качая головой и улыбаясь произнес:

— Это ничего не значит! Вот позволит седло на себя одеть, там поглядим!

— Ему сейчас нельзя, пару дней спину лучше не трогать, а потом уже можно и верхом! — Лошвар внимательно прислушивался к нашему разговору, что заставило поинтересоваться, — неужели они все понимают? И даже разные языки? Я думала понимают речь только те, кто прирученные?!

— До конца не выяснено, но наши жрецы говорят, что лошвары понимают любой язык если слова выражены определенной тональностью, тембром и созвучием букв. Большая часть языков на Тирэе, имеют схожу звуковую базу, наверное, именно поэтому эти животные так много понимают. И находят для себя смешное…

Про лошварский черный юмор, я уже все поняла и даже на себе ощутила.

Мы еще погладили белого, громко назвали его Снежком, а потом не обнаружив негатива на данное ему имя, успокоились и пошли спать.

Вскоре наш лагерь затих, луна светила ярко и позволяла все хорошо видеть.

— Ты смотри, что этот недоделок делает? — рыкнул злобно Кервааль.

Мы все подскочили, чтобы увидеть как в глотке Снежка исчезает добыча. Он подобрался к тому месту, откуда ему принесли недавно еду и разворошив мешки выкрал себе еду. Но никто из мужчин не успел среагировать, зашипев к месту преступления подобрались другие лошвары. Дальше произошло то, что заставило меня обомлеть. Снежок заметив, наконец, угрозу в лице соплеменников, захрипел и рухнул на спину как подкошенный и лежал так с прямыми вытянутыми ногами не делая ни одного движения.

— Все сдох бедолага! — прокомментировал Кервааль. — Мало того что альбинос, так еще и трусливый как мышь, вовремя избавились от такой обузы.

У меня привычно защипала в глазах, и я кинулась к Снежку. Присев рядом на корточки, провела ладонью по его телу и чуть не заплакала от облегчения:

— Он живой! Просто в глубоком обмороке!

— Он сожрал двухдневную норму…. — громко и злобно произнес Керк — палач.

После его слов все лошвары угрожающе зароптали и стали надвигаться на нас со Снежком. Пришедший в себя в этот момент белый, увидев соплеменников начал сильно икать.

— Надо было внимательнее смотреть и предупреждаю, если ваши четвероногие обидят моего Снежка, то ВЫ останетесь без лошваров! — угрожающе рыкнула я, осматривая животных и заглядывая каждому из них в глаза.

Рядом с моими коленями раздался истерический недоверчивый смешок. Я посмотрела на Снежка — источника этого звука и столкнулась с его красными глазами. Уж не знаю, что лошвар смог прочитать на моем лице, но его хвост снова замел по каменистой поверхности поднимая пыль, а морда расплылась в оскале обнажая крупные острые клыки. И все же сразу было видно, что мне улыбаются заискивающе так…дружелюбно.

— Похоже с седлом у нее проблем не будет! — бесстрастно заметил Дартвааль, появляясь сбоку от нас.

— Да зачем вам альбинос то? С ними одна морока! А еще хуже чем другие, трус! — изумленно недовольно снова подал голос Кервааль.

Снежок перевернулся на бок и затих, а я спросила:

— А что с ним не так? Ну белый и красноглазый, зато красивый…местами!

— Альбиносы после полового созревания, приобретают жуткий темперамент и привлекают этим самок лошваров. А еще они выделяют феромоны, от которых у любой лошвары голову сносит. Ты думаешь почему за ним все стало гонялось? Конкурента убирали со своей дороги. Альбиносы целые прайды из самок формируют вокруг себя и поверь их страсти на всех хватает. Они плохо видят, плохие охотники, но им это и не нужно, все их богатство под хвостом висит, за счет этого и живут. Короче паразиты они, вот и вся песня! А этот еще и труслив как заяц…. да кто прознает, что лошвар Повелительницы в обмороки со страху падает, помрут от смеха!

Я переводила взгляд с одного демона на другого и их лица явно говорили, что с мнением Кервааля они полностью согласные.

Положила ладошку на заскорузлую от крови белую шерстку, погладила и сказала:

— Он мой! Я его спасла и он мой лошвар! С проблемами будем справляться по мере их возникновения. Правильно?

Посмотрела с мольбой о поддержке на Рейна, который мрачно смотрел на конягу, но тем не менее сказал:

— Да! Моя избранная так решила, значит так и будет! От нас лишних пару птичек подбить не убудет…

Я вскочила, подошла к Рейну и подпрыгнув обвила его руками за шею, потянувшись к губам. А после сладкого, жаль короткого поцелуя прошептала:

— Я говорила тебе как сильно я тебя люблю?

Я своими губами ощутила его усмешку, а потом и ответ:

— Вымогательница!

— У вас учусь! — отпарировала весело я.

К нашему коврику мы возвращались уже впятером. Я с Хемом за ручку, Рейн, позади него почти довольно и бодренько семенил цокая когтями по камням Снежок, а над ним словно изучая и привыкая Светлячок. Моя семья стала еще чуточку больше, но это такое счастье для той, у кого ее фактически и не было!

* * *

Безжизненные скалы постепенно сменялись пологими склонами, покрытыми бурной растительностью, но все равно то тут, то там эти склоны перемежались скальными образованиями или ложбинами с отвесными каменными стенами. Я ехала с Хемом на Терне, а рядом трусил Снежок, опасливо поеживаясь, стоило обозлившимся после того приснопамятного воровства фуража лошварам бросить на него красноречивый взгляд. И, судя по мерзкому сиплому смеху, который те издавали, мстительному зверью понравилось развлечение в стиле «доведи альбиноса до обморока».

Жара удушающим влажным покрывалом окутывала тело, заставляя потеть и много пить. Я уже красовалась в легкой верхней рубашке, надетой на нижнюю, и штанах, которые купил Рейн, радуясь, что эту одежду сшили на юге из мягкой тонкой ткани. Хем тоже второй день путешествовал в брюках и рубашке, на которой я закатала рукава. Впрочем, демоненок гораздо легче переносил жару, нежели я. Может, и мне рукава закатать? Или снять верхнюю рубашку вовсе? Ходят же демоны в одних жилетках?! Но вбитые с рождения правила приличия давили недостойные эльфийской леди желания на корню.

Почувствовала взгляд и резко обернулась. Рейн, следующий на Темном за нами, смотрит. Уже третью ночь подряд мой муж так и не смог меня уговорить уединиться: после того как я узнала, что остальные слышали мои крики и стоны страсти, а может даже видели… Гады! Но взгляд отнюдь не раздраженный или злой — голодный и страстный, и еще в нем светятся новые чувства.

На привалах он следил за мной как кошка за мышкой, не отрываясь. Касался, не заботясь о мнении окружающих, гладил мои волосы, перебирая пальцами. Изучал черты моего лица, словно впаивая их в свою память навечно. И смотрел, смотрел, смотрел… словно не в силах наглядеться. Я же дрожала от переполнявших меня чувств, ощущая эти взгляды, откликаясь на них всем телом, всей душой. Тянулась за его прикосновениями, остро чувствовала моменты, когда взгляд Рейна переключался на меня, и тут же оборачивалась, заворожено глядя, не в силах дернуться или отвернуться.

Не знаю, какой Владеющий он для демонов, но что он теперь единственный владеющий моим сердцем — это однозначно и неизменно!

Внезапно ласковый взгляд Рейна из теплого фиолетового превратился в холодный лиловый. Настороженный! Спустя мгновение встрепенулись все наши спутники, и даже лошвары напряглись и крадучись ступали по камням.

С тихим шорохом крылья демонов расправились, испугав меня: сразу вспомнилась кошмарная стычка в лесу с разбойниками. Через минуту, наполненную тревожным ожиданием, перед нами в ложбине появились всадники — незнакомые демоны на лошварах.

И если в нашем отряде восемь мужчин и женщина с ребенком, то в том, что стоит напротив, не меньше двадцати мужчин, и все с раскрытыми крыльями — явно готовы к нападению.

Вперед выдвинулся один из незнакомцев. Серебристые волосы, заплетенные в высокую тугую косу, блестят в свете яркого солнца, а черные глаза словно поглощают лучи светила. Слишком резкий контраст. Опасный, весьма опасный демон.

— Аро Рейнвааль, мы узнали причину вашего отсутствия… Отдайте нам наследника — и мы сможем договориться, — предложил он хрипловатым голосом. Серебристый, похоже, нервничает.

Я заметила, как у Дартвааля, едущего перед нами, напряглась и словно окаменела спина. Показалось, что он, затаив дыхание, ждет ответа Рейна.

— И зачем же вам наследник Повелителя, эро Меровааль? — бесстрастным и странно бесцветным голосом поинтересовался Рейн.

Лошвар под серебристым эро сделал шаг и его владелец громко ответил:

— Многие кланы не согласны с политикой Владеющего! Пора менять общее устройство! Высший совет нужно расширить… И если вы встанете на нашу сторону, новый совет позволит вам встать во главе его как Владеющему!

— Ого! Так доверяете мне? — ледяным голосом прокомментировал услышанное Рейн.

Серебристый демон нахмурился, отвечая:

— Сильный Владеющий — вред для блага всех демонов. Власть не должна быть сосредоточена в одних руках, мы ратуем за создание большого совета…

— Чтобы в итоге все перегрызли друг другу глотки, как это бывало раньше? — с жестким смешком переспросил Рейн.

Эро Меровааль скрипнул зубами (даже я услышала).

— Мальчишка взамен места Главы Совета — разве это не приемлемый обмен? Не равноценный? — вкрадчиво поинтересовался он.

Я ощутила давление выпускаемой Рейнваалем силы. Такой мощной и удушающей, что перехватило горло. Наши спутники ссутулились, но не дрогнули, а мои демон между тем ответил, заставив меня выдохнуть от облегчения:

— Повелитель — мой брат! Наследник — мой племянник! За свою семью я лично вырву ваши глотки, предатели! Будете, захлебываясь кровью, молить о прощении…

Мне кажется, от силы Рейнвааля, которую он направил на нападающих, даже воздух застыл. Но, к нашему всеобщему удивлению и к моему ужасу, ничего не произошло. Предатели скривились, побледнели и даже чуть пригнулись (отголосок силы Владеющего до них все же дошел), но усилием воли заставили себя выпрямиться, а потом Меровааль громко презрительно рассмеялся. Показав руку с браслетом, он ядовито произнес:

— Нынче век артефактов, кто владеет ими — тот владеет троном Повелителя. Ваша сила глушится и теперь мы на равных, аро. Глупец, ты сам отказался от трона!

Меровааль вскинул руку вверх и на нас со скал начали планировать демоны.

Рейн с Дартом закрутили головами вокруг, а потом, видимо, заметив то, что искали, в унисон крикнули:

— Хель, за камнем пещера! Полезайте туда и не показывайте носа наружу!

На нас уже неслись, жутко оскалив пасти, лошвары, сверху камнями падали демоны, стаскивая моих спутников с седел. Снежок, обозрев мрачную, смертельно опасную обстановку, неожиданно рухнул на спину и, выпрямив ноги, лежал без движения. Обморок! Как в прошлый раз!

А я, недолго думая, слетев с Терна, сняла Хема и рванула в указанном направлении, отметив, что Рейн с Дартом меняются на глазах, принимая боевую форму. То еще зрелище! Впору вместе со Снежком рухнуть на спину и отрешиться от происходящего.

Наше укрытие оказалась совсем неглубокой пещерой, точнее даже — гротом, мы с Хемом с трудом там поместились. Но тут, к моему дикому изумлению, Снежок, приоткрыв глаза и заметив наше отсутствие, быстро перевернулся и, отыскав нас взглядом, ползком ринулся к месту, где мы спрятались. Так он что, притворялся? И в прошлый раз? О-о-о!..

Однако, надо полагать, к его великому сожалению, протиснуться полностью к нам в пещеру не смог — габариты не позволили, поэтому круп и задние ноги торчали снаружи.

Но если судить по облегченному вздоху белого трусливого хитреца, если он не видит опасности, значит таковой и не существует.

А за пределами нашего укрытия началась страшная кровавая битва. Рейн и Дарт отражали нападения многочисленных демонов, действуя крыльями наравне с руками, вооруженными короткими мечами, и крылья тоже служили грозным смертельным оружием. Несмотря на ужас происходящего, не могла оторвать взгляд от Рейна, который, крутанулся вокруг своей оси, прикрываясь крыльями, скользнул за спину противнику и коротким, точно рассчитанным движением отрубил ему голову. Словно сама смерть снизошла до смертных и решила развлечься.

Новый нападающий — и Рейн плавно уходит от клинка, хвостом подсекая ноги противника, а затем, еще в полете, заостренные костяные концы крыльев пробивают насквозь грудь демона, посмевшего выступить против младшего Владеющего. Еще этим утром я проснулась в уютном коконе крыльев любимого, а сейчас вижу, насколько это смертельное оружие.

Дарт кружится, словно золотой смерч, поражая всех, кто посмел приблизиться к нам, но противников в разы больше. Они наступают, пытаются добраться до наследника, а во мне зреет паника, что нас слишком мало и конец уже близок. Сильнее прижала к себе Хема и достала из-за пояса кинжал. За своего ребенка я готова отдать жизнь, поэтому чтобы добраться до него, сначала чужакам придется убить меня. И вдруг до меня доходит невероятное — мой малыш не боится, он с любопытством следит за боем, изучает, запоминает, вызывая во мне гордость. Невольно его спокойствие передается и мне.

Крики боя, рев нападающих и защищающихся, лязг металла — все это заставляет Снежка сотрясаться мелкой дрожью в тесном пространстве пещеры. Сверху на круп лошвара сыпятся камешки, и этот трус, хрипя от ужаса, пытается протиснуться еще дальше, чтобы спрятаться за меня, и даже вытесняет меня чуть ближе к выходу. Гад!

Сверху со скалы на площадку перед гротом, отрезая от нас Рейна с Дартом, спланировал демон с ярко-оранжевыми волосами. Мгновенно оценил ситуацию и кинулся к нам с мечом наперевес. Ни Дарт, ни Рейн не заметили угрозы: на них, чтобы отвлечь, специально усилили натиск.

Даже пикнуть не успела, как демон, согнувшись позади туши лошвара, попытался достать до нас мечом. Но ему здорово помешал светляк, мерцая резкими вспышками и мельтеша перед лицом. Два раза я смогла отвести удар, с ужасом слыша, как острие, высекая горячие искры, скрипит по камням в опасной близости от меня. Если проткнут мечом меня, то однозначно убьют и Хема за моей спиной. Кинжал против боевого меча — детская игрушка и светляк не сможет долго отвлекать от нас нападающего. Что же делать?

Неожиданно для себя в отчаянии ткнула Снежка ногой в брюхо и крикнула:

— Бей! Бей!

Видимо, сегодня боги были на моей стороне: лошвар все-таки послушался и двинул задними лапами с такой силой, что демона впечатало в камень. Но тот довольно быстро пришел в себя и, пошатываясь, опять ринулся к нам, угрожая мечом.

Я снова заорала:

— Бей! — и толкнула ногой лошвара.

Тот вновь отправил в полет неудачливого убийцу наследника. Только в этот раз нападавший умудрился перелететь камень и свалиться под ноги своим спутникам.

Дарт с Рейном с ревом кинулись к нам, но, увидев наши испуганные глаза из-за белой задницы лошвара, принялись добивать противников, уже не отходя от пещеры ни на шаг. Потом увидела, как красноволосые палачи, стоя спина к спине, заняв прежнюю позицию Рейна и Дарта, отбивали слабеющие попытки атакующих.

С облегчением заметила Кервааля, залитого кровью, но дерущегося как бог войны.

Тишина наступила внезапно, и в первый момент показалось, что я оглохла, поэтому так тихо. Лишь глухо икал от страха Снежок, лежа у меня под боком. Я тоже начала икать от неожиданности, когда на камень перед пещерой запрыгнул Шанвааль, держа в руках окровавленные короткие мечи и, присев на корточки, уставился на нас. Довольно ухмыльнулся, утирая кровь с рассеченной щеки.

Подошел Кервааль, прижимая руку к окровавленному животу, и тяжело опустился на землю, пробормотав:

— Видимо, твой Снежок не столь пропащий, раз от вас так эффектно демоны отлетали. Я сначала думал, что белый поганец прятался, а выходит — занимал оборонительную позицию…

Рейн присел перед входом и протянул руку:

— Вылазь, моя пчелка!

Его глаза так лихорадочно горели, а обычно смуглое лицо непривычно посветлело, что я, не раздумывая и не медля, протиснулась мимо лошвара, вытаскивая за собой Хема и одновременно в спешке осматривая своего демона — не ранен ли.

Через мгновение Рейн прижал меня к себе, приподняв над землей, все еще находясь в боевой трансформации, лишь убрав с живота шипы, и, обнимая… дрожал всем телом.

Зарылся носом в мои волосы, собранные в растрепавшийся хвост, и целовал ухо, шею, подбородок, скулу, шепча:

— Прости! Прости! По моей вине тебя чуть не убили… чуть не потерял избранную… — судорожно вздохнул, а потом, словно был обязан это сделать, объяснил. — Меня учили убивать, защищать собственную спину — ни разу в жизни не защищал кого-нибудь в бою. И забылся, отошел чуть дальше, чем имел право, и чуть не потерял тебя… вас обоих. Не услышал, а он сверху напал. А я не заметил… Проворонил, чуть не потерял. И если бы не этот альбинос… я сдох бы рядом с вами, Хель!

Слова из него выплескивались сбивчивым потоком, ему сложно было говорить, я чувствовала это. Сложно осмысливать собственный, почти смертельный промах и понимать, что именно мог потерять. Его трясло, и объятия сильных рук становились почти удушающими. Рейн испугался за меня, и этот страх никак его не отпускает. Я видела по почти черным глазам, что он боится даже расслабить руки, не то чтобы опустить на землю. Он буквально сходил с ума от страха за меня, и это меня тоже испугало. Прижалась к его губам, а потом целовала лицо, касаясь нежными успокаивающими поцелуями глаз, висков, щек и даже ушей. Гладила загнутые рога и шептала, как сильно его люблю и что все уже хорошо.

Из приступа сумасшедшего мужского страха за свою женщину нас вывел стон Кервааля. Меня с большой неохотой отпустили, сжимая руки в кулаки, и я подошла к Керу. Досталось ему лихо: живот располосован, да так, что кишки вылезли наружу. И он дрался с таким ранением?! Забыв обо всем, занялась пострадавшим, после лечила щеку Шану. Подошел Сунвааль, прижимая к себе руку: рубленая рана до кости. Затем подлатала остальных своих спутников. Нападение не прошло даром не только для напавших, но и для нашего отряда. И я возносила благодарственные молитвы Высшим и богам за то, что помогли нам, защитили.

Закончив лечение, снова оказалась на руках Рейна, а Дартвааль держал возле себя Хема, положив ладонь ему на плечо. Выглядел золотоволосый блондин мрачнее некуда, наверняка солидарен в самобичевании с Рейном, ведь его-то как раз воспитывали и готовили защитником.

Зато Снежок, который под общие уговоры, наконец, решился выбраться из пещеры, в одночасье сделался героем, И стоило демонам высказать две скупые похвалы в его адрес, еще и хрипло довольно похихикал, глядя на своих соплеменников, пока все садились в седла, чтобы продолжить путь. Хотя остальные лошвары в этой битве пострадали не меньше своих хозяев. Но кто будет считать их раны, когда белый спас жизнь наследника, и неважно, каким образом, главное — сам факт, так что лошвары шли, понурив головы, быстро унося нас с места нападения.

А жуткие, изуродованные и обезглавленные трупы погибших демонов, на которые я старалась не смотреть, остались лежать на тропе. Над ними уже кружили пернатые падальщики, пока их отпугивали лишь оставшиеся в живых чужие лошвары.

С одного из них, принадлежащего убитому Мероваалю, Сунвааль снял красивое седло и закрепил на Снежке, который под грозным взглядом демона при этом даже не дернулся. Лишь бросил на меня короткий возмущенный взгляд, вызвав усмешку: с этими демонами уже превращаюсь в циничную практичную женщину, которая не против воспользоваться трофейным седлом… Жуть!

Светляк парил перед нами, тускло спокойно мерцая — надо бы подкормить нашего малыша, а то столько сил потратил на защиту подопечных.