Глава 16

Пробуждение было приятным. Наверное, самым приятным с момента моего появления в этом мире – кажется, я, наконец, выспался. Удобная кровать, мягкая подушка, красивая девушка – что еще нужно для счастья? Стоп! Красивая девушка? От этой мысли, пришедшей мне в голову еще до того, как я окончательно открыл глаза, я едва не вскочил с постели как ошпаренный, удержавшись только в самый последний момент.

Теперь открывать глаза мне совершенно хотелось: я и так знал, что сейчас увижу. Я это чувствовал. Чувствовал приятную тяжесть на моей правой руке и какой-то едва уловимый аромат с нотками цитрусов и свежих ягод. Так пах то ли гель для душа, то ли шампунь, а теперь так пахли ее волосы. А еще я слышал дыхание – ровное и спокойное дыхание спящего человека. Этот факт удивил меня настолько, что я все-таки рискнул разлепить веки. Рядом со мной в постели лежала Лиза и она … спала. Не пялилась на меня не моргая, как обычно это делала, дожидаясь, пока я проснусь, не делала вид, что спит, а именно что спала.

Я с удивлением уставился на княжну: что-то в ней изменилось и я не сразу понял что. Ее кожа перестала быть как обычно очень бледной, а рука, которой она обнимала меня, была теплой и даже горячей. Я потянулся к плечу девушки, пытаясь потрогать ее и тут сообразил, что Лиза голая. Впрочем, как и я сам…

- Блять, - я откинулся на подушку, закрывая себе глаза ладонью, - Ну и зачем?

Ответа на этот вопрос у меня, само собой, не было. Да и откуда ему было взяться, если я из вчерашнего вечера помнил только то, как мы искали тараканов в царском дворце, а что было после этого начисто из моей памяти стерлось.

Я аккуратно выбрался из постели, стараясь не разбудить княжну и попутно еще раз убедившись, что я совершенно голый. Пару минут потратил на поиски моих шмоток, которые нашлись с другой стороны кровати, натянул штаны и футболку и поспешил выйти из комнаты.

- Ну ты и мудила, Виктор Демидов, - пробурчал я себе под нос. - Просто классический урод…

В столовой, куда меня вывел не слишком длинный коридор, я, естественно, столкнулся с завтракающим Александром – все в самых лучших традициях жанра…

- Доброе утро, - радушно улыбнулся мне блондин, и я почувствовал как вина и самобичевание прибавляют к моему рейтингу мудака еще несколько пунктов. - А Лиза где?

- Спит наверное, - брякнул я.

- Спит? А разве она вообще спит?

- Откуда я знаю! Чего ты меня-то спрашиваешь? - разозлился я собственной тупости, - Может спит, а может не спит. Может на подзарядку встала! Я понятия не имею, как нежить силы восстанавливает…

Альский принял мой выпад на свой счет и примирительно поднял руки:

- Ты чего, Виктор, не выспался? - усмехнулся он.

Я только криво улыбнулся в ответ.И что теперь прикажете делать? У себя дома в подобной ситуации я бы признаваться точно не стал - врал бы до талого, открещиваясь от того факта, что провел ночь в постели с невестой друга… Но в этом мире ситуация несколько усложнилась. Здесь я не просто провел ночь с невестой моего друга… я провел ночь с невестой моего ЕДИНСТВЕННОГО друга… и не просто с невестой, а с нежитью, которую некоторое время назад собственноручно поднял из могилы… Звучало отвратительно. Да и на деле, судя по всему, было также.

- Я поговорил с Сергеем Ивановичем, - как ни в чем не бывало продолжил Александр, - попросил его доставить сюда моего дворецкого и книги из моего особняка, которые вы начали читать тогда у меня дома…

- Угу, - буркнул я, решив, что лучшее что в этой ситуации я могу сделать, это занять себе рот завтраком и щедро намазывая масло на булку.

- Слушай, Виктор, - Альский как-то неловко замялся, но быстро взял себя в руки. - Я не хотел чтобы так вышло…

“В смысле ты не хотел?” - подумал я. “Это я не хотел, чтобы так вышло”

- Теперь из-за меня и Лизы много кто узнал о твоих способностях, Император тебя на службу пригласил… Хотя, конечно, в дворянских кругах и до этого ходили слухи о появлении в Петербурге некроманта, хотя и криворукого!

- Это ты про кошку? - вспомнил а.

- Ага.

- Не думай об этом, - вздохнул я. - Просто забей. Это не твоя вина…

- И все же. Теперь тебе придется уехать из Петербурга…

- Ну, тебе тоже, - напомнил я блондину.

Тот усмехнулся.

- Я не против, меня тут ничего больше не держит.

- Ну а меня тут держит еще меньше твоего, - я засунул в рот уже второй бутерброд с маслом, но прожевать его не успел, поскольку в столовую вошла Лиза. Девчонка была в прекрасном расположении духа. А я за несколько секунд, успел и испугаться и поблагодарить местные магические силы за то, что Лизу слышу только я: дожевывая свой завтрак, я с облегчением подумал, что даже если она начнет сейчас утро с какой-нибудь тупой фразочки типо “Доброе утро, дорогой” или “Это было незабываемо”, то Альский все равно ее не услышит. К счастью, княжна молча уселась на стул между нами, дотянулась до кремового пирожного, красующегося на столе, и запихнув его себе в рот блаженно прикрыла глаза от удовольствия. И у меня, и у Александра от удивления открылись рты (из моего даже остатки бутерброда выпали), а Лиза облизала пальцы в креме и потянулась за яблоком.

- Што фы на меня так фмотфите? - спросила она с набитым ртом, переводя взгляд с меня на блондина и обратно.

- Что она говорит? - уточнил тот, тем самым убедив меня, что слышать Лизу он все также не может.

- Спрашивает, чего мы на нее уставились, - озвучил я, а Лиза закивала.

- А ты разве ешь? - спросил ее блондин.

Княжна в ответ пожала плечами и улыбнулась, пробормотав что-то вроде “Не знаю, просто захотелось!”

Весь последующий день я слонялся по дворцу, стараясь тщательно избегать встреч и с Александром, и с Лизой. Очень хотелось нажраться и заснуть, но здравый смысл мне услужливо напомнил, что моя ночь с нежитью случилась именно из-за выпивки и повторять ее не стоит. Блондин, решивший, что меня все достало и мне надо побыть одному (по нашей некромантской традиции) ко мне не лез, а вот Лиза пыталась навязать свое общество.

Где-то в обед в имение прибыл дворецкий Альского – блондин наотрез отказался уезжать без своего доверенного лица и сообщил Риттиху, что тот в курсе всех его дел – включая и дела со мной – и оставлять старика одного в Петербурге он не намерен. Впрочем, назвать этого крепкого мужчину лет 60-ти, который у Александра выполнял и роль слуги, и роль управляющего, и роль водителя, “стариком” у меня язык не поворачивался. С собой дворецкий привез книги, среди которых я увидел уже знакомый мне гримуар. Позаимствовав его я закрылся в своих покоях и погрузился в чтение. Но то ли я был слишком тупым по жизни, то ли голова моя сейчас была занята всем, чем угодно, но только не темными искусствами, я не смог усвоить ни одной строчки из прочитанного. Слышал, как под дверью топталась и сопела Лиза, но общаться с нежитью сейчас мне совершенно не хотелось.

Ближе к ночи в дверь моих покоев постучали и, хотя сначала я проигнорировал пришедшего, постучали еще раз более требовательно, а затем взволнованный голос дворецкого Альских произнес:

“Господин Виктор, вы здесь? Проснитесь, вы мне очень нужны!”

Удивившись, я отпер дверь и увидел перед собой бледное лицо помощника блондина. Тот молча протянул мне клочок бумаги, на котором было написано:

"Если ты хочешь узнать, что на самом деле случилось с твоими родителями - жду тебя в старом саду сегодня ночью. Это твой последний шанс.

И запомни, сопляк, я не буду бегать за тобой, как нянька. Приходи один. Альский ты все-таки или так, тень нашей фамилии?”

- Что это? - спросил я, не сразу сообразив, что произошло.

- Это Сергей Григорьевич, - отозвался дворецкий. - Дядя Александра.

- А сам Саша где?

- Ушел, - последовал ответ.

- Как ушел?

- Не знаю, господин, - растерянно развел руками дворецкий. - Но ему угрожает опасность. Его дядя, он не самый хороший человек, да и Саша не справится с ним…

- Погоди, как он ушел-то когда весь дом охраной нашпигован?

Дворецкий только пожал плечами, мол, понятия не имеет.

- Виктор Павлович, - тихо произнес он и в его голосе я услышал, что старый слуга и правда беспокоится за своего хозяина. - Господин Демидов… Пожалуйста, сделайте что-нибудь. Сергей Григорьевич, он убьет Сашу скорее, чем отпустит из Петербурга. Он не самый хороший человек…

- Да понял я, понял, - я отодвинул дворецкого в сторону и зашагал по коридору в сторону покоев Елизаветы. Слуга блондина последовал за мной.

Нежить словно ждала моего визита – даже стучать не пришлось, девчонка открыла мне дверь едва я подошел к порогу, заулыбалась и потянулась обнять за шею.

- Не сейчас, - я достаточно грубо убрал ее руки и взял Лизу за плечо. - У нас проблема.

- Проблема? Какая? - в голосе нежити звучало разочарование.

- Александр сбежал…

- Сбежал? - фиолетовые глаза Лизы округлились и в них мигнул огонек волнения. - Как сбежал? Почему сбежал?

- На дуэль поехал, с дядей своим… Придурок!

- И что теперь делать?

- Как что! Он пошел и мы пойдем, собирайся давай, поедем жениха твоего спасать, пока ты до свадьбы не овдовела.

Лиза кивнула и, к моему счастью, почти моментально потеряла ко мне всякий романтический интерес. Судя по всему, за Александра она беспокоилась не меньше, чем за меня и тот факт, что этот придурок на ночь глядя в одиночку отправился в старый сад выяснять отношения со своим старым родственником ее взволновал не меньше, чем меня. Оставалось только решить, что делать дальше: пойти к Сергею Ивановичу и Чагодаеву и честно во всем признаться, переложив на их плечи необходимость спасать блондина, или же идти за ними самим? Но вечером ни одного, ни второго в поместье не было и я почему-то был уверен, что времени вызывать их, а потом объяснять что-то поручику и гофмейстеру у меня просто нет и нужно действовать быстро самим.

- Эй, как тебя…

- Олег, - услужливо подсказал дворецкий. - Олег, ваш Благородие…

- Так вот, Олег, где этот старый сад про который говориться в записке?

- Недалеко от заброшенного Михайловского дворца, господин.

- Мы туда, а ты - остаешься здесь. Если мы не вернемся через три часа, расскажи все Риттиху и поручику, покажи им записку, скажи мы сбежали, а ты пытался нас остановить, но не смог…

Олег сдержано кивнул.

- Как Саша вышел из дома? - спросил я.

- Не знаю, господин, - ответил дворецкий, - я зашел вечером к нему в комнату, но не обнаружил его там, только эту записку и сразу побежал к вам…

- Ясно, тогда мы будем искать свой выход с территории, а ты - помни что я сказал, если не вернемся, расскажи все и пусть найдут нас.

- Ваше Благородие, господин Демидов… - как-то замялся дворецкий, - Если что, если Сашу ранит Сергей Григорьевич, вы знайте, что в больницу ему нельзя. Ему сюда надо…

- Да-да, - машинально кивнул я, только задним числом уловив в этой фразе что-то странное, хотя и не предал этому особого значения. Сюда так сюда. - Ну что, Елизавета Федоровна, - обратился я к Лизе, стоявшей рядом с напряженным лицом, - есть идеи, как нам выйти с территории, не привлекая внимание охраны?

* * *

Злость – это великая сила…

Восемь лет назад – до той злополучной аварии – Александр Евгеньевич Альский прекрасно умел управлять такими эмоциями как злость или ярость. Превращая свой гнев в фаерболы, а зависть или обиду - в огненные хлысты, он, с их помощью, выигрывал турниры одаренных и приводил в восторг оценивающие силу комиссии как в Петербурге, так и за его пределами. Ему пророчили великое будущее, родители гордились им и даже сам Император обращал внимание на одаренного подростка.

Восемь лет назад Александру Евгеньевичу Альскому было почти 15 лет. Как и любой пиромант он отличался вспыльчивым и агрессивным нравом, вспыхивал как вулкан от любого оскорбления или когда что-то шло не по его плану. Но, как говорили менталисты, психологи и лекари, этот молодой человек в совершенстве овладел искусством использования своих негативных эмоций так называемым социально одобряемым методом – во благо себя и Империи.

Восемь лет назад все было именно так, а потом… потом, как выражались все те же психологи, менталисты и лекари, Александр Евгеньевич Альский потерял свой дар. Потух. Перегорел. Стал слишком спокоен и холоден, научился мириться с обстоятельствами и стал податлив, как вода, принимающая форму сосуда, в который ее наливают.

А как иначе, если в один миг жизнь забирает у тебя не только твою семью, но и твое будущее? Психологи, менталисты и лекари все как один разводили руками, говоря о том, что в такой ситуации у Александра было только два пути: или взорваться настоящим вулканом силы, или затаиться до лучших времен (ведь сила то в нем осталась и это показывали все без исключения тесты, которым подвергали молодого человека после аварии). Альский выбрал второй путь. Но лучшие времена не наступили ни после того, как он несколько месяцев провел в реанимации и больнице; ни после того, как вынужденно унаследовал фамилию и родовые регалии своей семьи; ни после того, как под чутким руководством своего дядюшки вступил в управление семейным бизнесом. Лучшие времена не наступили и после того, как сначала он решил жениться на последней из обнищавшего княжеского рода Троекуровых, ни после того, как он свою невесту потерял… Наступят ли лучшие времена сейчас, когда дядя, несколько дней назад пытавшийся убить своего племянника, вознамерился открыть ему тайну гибели его семьи в той страшной автомобильной аварии? Было не ясно…

Сейчас – восемь лет спустя – ярость которую испытывал Александр уже не не распыляла его внутренний огонь, не вырывалась наружу диким пламенем, как из огнемета, не сворачивалась в огненные шары. Она тонула в темном, глубоком и холодном омуте, образовавшемся внутри этого молодого человека восемь лет назад и на дне этой впадины зарождалось что-то совершенно новое, мощное, прекрасное и устрашающее не меньше, чем огненные хлысты. Хотя, если бы хлысты вдруг появились, Альский был бы этому, конечно, несказанно рад. Но он знал, что этого не произойдет.

Блондин уже добрался до Михайловского замка и сейчас, скрываясь в тени стен этого здания, где по преданиям привидений жило больше, чем живых людей, шел в направлении старого сада. За последние восемь лет молодой человек уже привык к невозможности полагаться на свой дар, поэтому в его руке лежал револьвер с полным барабаном.

- Ну здравствуй, племянничек. - знакомый голос, раздавшийся со стороны, вынудил молодого человека остановиться. - Ты и правду пришел один? Похвально но глупо! Впрочем, этого и стоило ожидать. С того момента как ты стал главой фамилии у тебя прямо пунктик какой-то появился на сохранение чести…

Сергей Григорьевич вышел в свет луны, освещающей заброшенный сад и криво улыбнулся.

- Здравствуй, дядя. - отозвался Альский.

- Щенок! Ты и правда идиот, Саша, - мужчина сделал шаг по направлению к блондину, - Ты идиот! Связался с некромантом, поднял княжну из могилы. Ты знаешь что тебе за это грозит? Ты знаешь? Ты все испортил, придурок!

- Ты же пригласил меня не за тем, чтобы рассказывать какой я идиот, верно…

- Конечно верно, баран, - Сергей Григорьевич больше уже не мог держать себя в руках. - Я тебя просто убью и все!

- Э нет, дядя, - Александр почувствовал, как даже злость на родственника покидает его, оставляя место только всепоглощающим спокойствию и равнодушию, словно круги по воде перестали расходиться и водная гладь снова стала ровной. - Ты пригласил меня, чтобы рассказать, что случилось с моими родителями. И я готов выслушать тебя…