Глава 2. Попутчица

В то время как Ивелли в своем лофте металась в почти контролируемой ярости, Адам Кэмпбелл встречал новость об отмене рейса с совершенно противоположной реакцией. Он стоял в дверном проеме своей мастерской, уютно заваленной полотнами, банками с кистями и краской. Мужчина смотрел на экран телефона с широкой, немного глупой ухмылкой.

— Ну что ж, — произнес он вслух, обращаясь к своему последнему творению — абстрактному портрету таксы в стиле поп-арт. — Похоже, вселенная против того, чтобы я смотрел, как Джейк потеет в смокинге.

Собака на картине, разумеется, не ответила. Адам вздохнул, не теряя улыбки, и потянулся к кружке с остывшим кофе. Он был из тех людей, кого жизнь редко могла выбить из колеи. Художник-фрилансер, чей доход был таким же непредсказуемым, как погода в Новой Англии, он давно усвоил простое правило: если проблему можно решить, не стоит волноваться, а если нельзя — тем более.

Но подвести лучшего друга на его собственной свадьбе? Это было уже серьезно. Он тут же набрал Джейка. На другом конце Адам услышал вечные гудки.

— Вероятно, уже впал в свадебную кому или выбирает между галстуком цвета фуксии и цвета лосося, — весело предположил Адам и, недолго думая, набрал номер Эммы.

Она ответила почти мгновенно, и из трубки на него обрушился шквал паники, перемешанной со слезами.

— …и я не знаю, что делать, торт может не доехать, а папа Джейка уже начал рассказывать тот анекдот про гусара, и я уверена, что моя тетя Шейла наденет белое, я чувствую это костями…

— Эм, Эм, эй, спокойно, — мягко перебил ее Адам, прислонившись к косяку. — Глубоко вдохни. Представь, что тетя Шейла в белом — это просто очень бледный призрак, который случайно зашел на праздник. Добавит атмосферности. В любом случае, самой красивой крошкой будешь именно ты, любовь моя.

Эмма фыркнула, и в ее голосе послышалась тень улыбки.

— Адам, только ты можешь найти плюс в моей тете-призраке. Смотри, Джейк услышит твои слова и будет ревновать.

— Он будет ревновать меня к тебе!

— Это точно, — задорно рассмеялась блондинка, вспоминая все моменты, когда эти двое вели себя как самая преданная друг другу парочка. — Ты уже видел? Все рейсы…

— Видел, — кивнул он, хотя она этого не могла узнать. — Вселенский заговор. Джейк не берет трубку, вероятно, отключил мозг, чтобы сохранить остатки рассудка. Как он там, жив?

В этот момент на линии послышался шум и новый голос, уставший, но решительный.

— Я жив, старина. Пока жив. Но если мне придется еще раз обсуждать оттенок салфеток, я совершу побег в Мексику. Ты же не летишь?

— Джейк! — обрадовался Адам. — Нет, брат, мой самолет превратился в тыкву. Я сейчас, наверное, погуглю, сколько будет стоить снять вертолет. Или научиться управлять им по ютубу за пять дней.

— Забудь, — тут же парировал Джейк. — У меня есть идея получше. Гениальная, если я сам так говорю.

— О, — насторожился Адам с улыбкой. — Твои «гениальные идеи» обычно заканчиваются тем, что мы ночуем в участке или оказываемся должны денег сомнительным личностям. Помнишь ту поездку в Вегас?

— Это было десять лет назад, хватит уже! — взорвался жених, но Эмма тут же встряла в разговор.

— Он прав, дорогой. Твоя идея с живым медведем на мальчишнике до сих пор снится мне в кошмарах. О чем ты там думал?

— Я думал, что это будет круто! Но не в этом суть. Адам, помнишь «Бэтмобиль»?

Адам замер, и его беззаботное выражение лица сменилось неподдельным интересом. «Бэтмобиль» — это старый, видавший историю Ford Bronco, который они с Джейком купили в складчину на последнем курсе. Они собирались перегнать его из Нью-Йорка, где тогда жили родители Джейка, в Майами, но в итоге машина так и осталась ржаветь в гараже отца мужчины, став легендой в их кругу.

— Тот самый, что ест бензин, как заправский алкоголик, и у которого кондиционер работает только на подогрев? — усмехнулся Адам. — Как я мог забыть. Он еще на ходу?

— Папа говорит, что да, нужно только аккумулятор подзарядить и колеса подкачать. Он стоит в том же гараже. Ключи у соседа. Бери и катись до самого Майами!

Идея проехать полстраны на их старой, неуклюжей тачке поначалу показалась Адаму дикой, но чем больше он о ней думал, тем больше ей проникался. В этом было безумие. Приключение. Отличная история для будущих воспоминаний.

— Знаешь, что? — рассмеялся он. — А почему бы и нет? Это будет эпичнее любого перелета. Только я, открытая дорога и ненадежное транспортное средство. Звучит как идеальный план.

— Вот и славно! — обрадовался Джейк. — Но есть одно условие.

— Какое еще условие? Чтобы я не останавливался у стрип-баров?

— Нет, — в разговор снова вступила Эмма, и в ее голосе появились странные, подозрительные нотки. — Дело в том, что ты не единственный, кто остался без рейса. Есть еще одна наша гостья. Она тоже в Бостоне. Вернее, она сейчас в Бостоне, а живет… ну, неважно. Так вот, условие — ты берешь ее с собой.

Адам поднял бровь. Одиночное дорожное приключение внезапно превращалось в совместную поездку с незнакомкой. Его внутренний весельчак и любитель флирта тут же воспрял духом.

— О-о-о, — протянул он игриво. — И кто же эта прекрасная незнакомка, волею судьбы заброшенная в мои объятия? Насколько она… симпатична?

Друзья на линии на секунду затихли, а потом голос Эммы прозвучал с такой ледяной сталью, что Адам невольно выпрямился.

— Кэмпбелл, если ты посмеешь смотреть на нее, как на очередную свою «прекрасную музу», с которой можно пофлиртовать и бросить у ближайшей заправки, я лично доберусь до Бостона и использую твои кисти не по назначению. Понял?

— Эй, я всего лишь поинтересовался! — засмеялся он, поднимая руки в знак поражения, хотя она снова этого не видела. — Просто хочу знать, с кем мне предстоит делить тесный салон «Бэтмобиля» пять дней. Это же естественное мужское… любопытство.

— Забудь свое «естественное любопытство», — отрезала подруга. — Это не обсуждается. Ты просто заедешь за ней, посадишь в машину и привезешь сюда живой, невредимой и… немножко не убитой тобой.

— Немножко? — уточнил Адам.

— Я еще не решила, на сколько, — парировала она.

Мужчина вздохнул, но улыбка не сходила с его лица. Веселая загадка становилась все интереснее. Он поймал себя на том, что ему уже нравится эта авантюра. Пусть его лучшие друзья играют свадьбу, а у него будет свое собственное, настоящее путешествие. С попутчицей. Таинственной и, судя по реакции Эммы, совершенно неприступной.

— Ладно, ладно, уговорили, — сдался он. — Буду паинькой. Святым за рулем. Только… — он не удержался от последней колкости, которую вынашивал все эти годы. — Надеюсь, в этот раз ты познакомишь меня с кем-то более… милым, чем та стерва, с которой ты пыталась свести меня на втором курсе.

На том конце провода повисла гробовая тишина. Слишком гробовая. Даже Джейк перестал шуршать.

— Адам… — наконец прошептала Эмма. — О какой именно… стерве ты говоришь?

— Ну, знаешь, — он махнул рукой, — эта… как ее… Ивелли. Твоя подружка-отличница с манией величия и лицом разгневанного херувима. Та, что посчитала мое искусство «милым, но непрактичным хобби» и сказала, что я пахну растворителем, а не деньгами.

Молчание затянулось еще на несколько секунд, и Адаму показалось, что он даже слышит, как у Эммы перехватило дыхание.

— Вы были вместе пять лет, а ты…

— Брат, — голос Джейка прозвучал неестественно громко и пафосно. — Мы тебе перезвоним через пять минут! Внезапно! Срочное дело! Салфетки, Эмма! Процессия!

Линия оборвалась.

Адам опустил телефон и пожал плечами, глядя на портрет таксы.

— Ну вот, опять я что-то не то сказал. Девушки, брат. Никогда не угадаешь, что выведет их из себя.

Он отпил глоток холодного кофе и поморщился. Ему и в голову не могло прийти, что гениальная идея его лучшего друга, таинственная попутчица и стерва с лицом херувима, о которой он только что вспомнил, — это был один и тот же человек. И что его беззаботное приключение вот-вот превратится в самую эпичную и неловкую поездку в его жизни.