Глава 14

— Все-таки не разбудила, — с легким упреком сказала Кира, проснувшись утром и увидев меня уже полностью одетую, причесанную и готовую к новому рабочему дню.

— У тебя сегодня выходной, поэтому можешь спать, — ответила я нарочито бодро.

Сама я почти не спала этой ночью, проведя ее в своих мыслях и воспоминаниях, поэтому и встала почти на рассвете, и даже успела собраться.

— Ой, — насмешливо покачала подруга головой, — будто ты не поняла, что я имела в виду. И уж точно не про утреннее пробуждение… Ну как все прошло? — понизив голос, спросила она и украдкой бросила взгляд на еще спящего Макса.

— Хорошо, — отозвалась я, скрывая улыбку и смущение.

— То есть тебе понравилось? — не отступала Кира, ухмыляясь.

— Да.

— Случилось хоть все? — она сделала ударение на последнем слове, но я и без этого поняла, что имелось в виду.

— Все, — ответила на выдохе.

— Ну слава богу! — Кира театрально вознесла руки к небу. — Не зря я верила в Артемку!.. Теперь и помереть будет не так обидно…

— Ой, Кира, — я, засмеялась, — ты как скажешь!

— Нет, ну а что? — захихикала та. — Знаешь, как я переживала за тебя? А теперь моя душенька спокойна…

— Тебя послушаешь, будто я замуж выхожу!

— Ну с нашим Артемом Викторовичем я бы так далеко не загадывала, — Кира шмыгнула носом. — Все-таки еще свежо предание о его прошлой свадьбой…

— А я и не загадываю, — усмехнулась я. — Мне тоже не очень хочется пока ставить второй штамп в паспорте…

— Значит, наслаждайся пока жизнью без этого штампа, — Кира потрепала меня по плечу. — Для начала просто побудьте любовниками, а там как фишка ляжет!

Я со смехом отмахнулась от нее, она же продолжила свой дружеский допрос:

— А что еще вы делали? Ну… Кроме основного, — и шутливо подергала бровями. — Или с порога прямо…

— Нет, не с порога, — перебила ее я. — Поужинали, потанцевали… И… Цветы! — вспомнила вдруг. — Я же забыла у Артема цветы, что он мне подарил! Надо будет их забрать потом…

— Та не опаздываешь? — Кира, зевнув, посмотрела на часы.

— Ой, точно, — спохватилась я. — Надо Максимку поднимать…

— Не надо, пусть спит пока, — остановила меня подруга, — я сама его подниму, отведу к Карло на завтрак, а потом к Наташке.

— А тебе это не очень трудно? — с сомнением уточнила я.

— Не очень, — снова зевнула Кира, — я сама еще вздремну чуток рядом с Максом, если не возражаешь…

— Конечно, не возражаю. Чувствуй себя как дома…

Впрочем, добавила про себя, Кира и так с самого начала ходит ко мне как к себе домой, так что эти расшаркивания лишние.

— Потом позвонишь, как проснетесь, — сказала на прощание, в ответ же мне донеслось сонное бормотание.

Вот могут же люди так быстро засыпать… Не то, что я: чуть переволнуюсь — и ночь без сна обеспечена.

К началу смены я не опоздала. Спокойно переоделась в форму, взяла тележку с подготовленным инвентарем и собралось было отправиться на вверенный мне этаж, как вдруг меня окликнула Анна.

— Вита, постой. Звонила Татьяна, просила тебя подойти к ней в кабинет к одиннадцати.

— Что-то случилось? — озадачилась я.

— Понятие не имею, — пожала плечами старшая горничная. — Мне она не объясняла причину… Но голос был озабоченный.

Озаботилась и я этой просьбой. Зачем Татьяне надо встретиться со мной? Может, я что-то сделала не то? Или постоялец какой нажаловался на меня? Но, в любом случае, какова бы ни была причина, она навряд ли мне понравится.

Через некоторое время к беспокойству от предстоящей встречи с начальницей присоединилось еще одно: шел одиннадцатый час, а Артем мне еще ни разу не позвонил, хотя раньше, чуть я заступала на смену, сразу раздавался звонок от него. Сегодня же телефон подозрительно молчал. И это странным образом совпало с накануне проведенной вместе ночью. В голову лезли дурацкие мысли о мужском непостоянстве и классическом «получил, что хотел, и до свидания». Они же перемежались с противоположными и типично женскими: а вдруг с ним что-то случилось? Осознавая собственную глупость, я злилась на себя, но при этом продолжала ждать звонка и никак не могла решиться набрать первой.

Между тем пришло время назначенной встречи с Татьяной. Она ждала меня в своем кабинете, как всегда предельно собрана и серьезна.

— Присаживайся, — сказала она, увидев меня на пороге. — Документы о твоем переводе уже почти готовы, сейчас я их подпишу и передам тебе ознакомиться и тоже подписать…

— Документы о переводе? — вкрадчиво переспросила я. — Что это значит? Куда меня переводят, можно узнать?

Татьяна подняла голову и, спустив очки на кончик носа, вопросительно посмотрела поверх них на меня.

— Ты разве не в курсе?

— Нет, конечно! — излишне эмоционально ответила я. — Меня никто ни о чем таком не предупреждал!

— Странно, — Татьяна повела одной бровью, — а Артем сказал, что ты в курсе.

— Артем сказал? — тут я и вовсе растерялась.

— Да, он сегодня утром позвонил и сказал, что вы уже обсудили этот вопрос. Попросил готовить документы.

Уже обсудили?.. После этой фразы я, кажется, начала догадываться, о чем речь. Похоже, Артем так и не отказался от идеи освободить меня от занимаемой должности. В первый миг меня затопила волна радости и облегчения: значит, он помнит и думает обо мне. Но вскоре ее сменила обида на него же: что за самоуправство?

— А меня точно переводят, а не увольняют? — уточнила я у Татьяны, и когда та отрицательно качнула головой, задала еще один вопрос: — Тогда позвольте узнать, куда меня переводят?

— Позволяю, — чуть усмехнулась начальница. — На должность штатного переводчика отеля. Эту должность, между прочим, создали специально для тебя, — последняя фраза прозвучала откровенно язвительно.

По всей видимости, и Татьяна не одобряет наши с Артемом отношения. А, возможно, и вовсе ревнует. Они же с Артемом как-никак дружат, только, кто знает, как далеко зашли они в своей этой дружбе. Возможно, если бы не этот ее сарказм в голосе, я, бы еще подумала над тем, стоит или не стоит соглашаться на столь неожиданный перевод, но теперь подписала все бумаги почти не глядя. Хотят сделать ради меня липовую должность — пожалуйста… А с Артемом я разберусь отдельно. Тоже мне, диктатор нашелся, за моей спиной такие дела проворачивать.

— Все? — спросила с вызовом после.

— Почти, — сухо отозвалась Татьяна. — Не забудь сегодня сдать форму и инвентарь Анне. И завтра твой рабочий день начинается в девять. Пока рабочее место для тебя не нашли, но к завтрашнему дню обязательно что-нибудь подыщем.

Распрощавшись с Татьяной, я не побежала тотчас выполнять ее просьбу и сдавать инвентарь с формой, а первым делом направилась к Артему. Теперь мне было не до смущения, наоборот, хотелось поскорей высказать ему все, что думаю о его самодеятельности, и немного сбросить пар. Но едва переступив порог его номера, сразу поняла, что что-то не так. Во-первых, окна были плотно зашторены, отчего комната была погружена в полумрак. Во-вторых, настораживала тишина.

— Артем? — позвала я, но мне никто не ответил.

Тогда я заглянула в спальню, и наконец увидела его.

— Артем?! — я тотчас бросилась к кровати, где он лежал, накрывшись одеялом почти с головой. — Что случилось?

— Все хорошо, — донеслось из-под того самого одеяла, отчего я опешила еще больше. — Я сплю…

— На улице жара, а ты спишь под одеялом в комнате с наглухо закрытыми окнами и задвинутыми шторами? — спросила я строго.

Затем прошла к окну и раздвинула те самые шторы, впуская в спальню солнечный свет.

— А теперь вылезай из своей норы, — скомандовала потом, — и рассказывай, что случилось. Иначе я сейчас сама стяну с тебя одеяло.

— Я сильнее, — буркнул Артем в ответ.

— Ну хватит, — я села к нему на кровать и похлопала по спине. — Ведешь себя хуже Макса… Как ребенок, честное слово. Давай, рассказывай, чего ты там прячешься.

Из-под одеяла донесся тяжелый вздох, затем Артем начал медленно поворачиваться. Нехотя скинул с себя одеяло, при этом старательно избегая встречаться со мной взглядом.

— Вот, — и показал куда-то себе на грудь.

Я, все еще не понимая, в чем дело, продвинулась ближе, чтобы лучше рассмотреть, что он там мне хочет показать, затем же… В этой ситуации смех было сдержать нелегко, и я все-таки тихо хохотнула: грудь Артема была «разукрашена» очень знакомой сыпью.

— И кто это, интересно, убеждал всех, что болел ветрянкой?

— Я не был уверен, что не болел, — брови Артема сошлись на переносице, он вновь натянул на себя одеяло. — И спросить уже не у кого…

Я поняла, что он имел в виду маму, но не стала развивать эту тему, чтобы не ранить его воспоминаниям еще больше.

— Раз не был уверен, значит, нужно было пропить то лекарство, что тебе предлагал Мануэль, — мягко произнесла я. — И тогда бы уж точно не заболел. А теперь будешь ходить в зеленке, — я усмехнулась.

Артем глянул на меня с опаской:

— Ты даже Макса не мазала зеленкой. И, вообще, в Испании ее нигде не продают.

— И очень жаль, — отозвалась я. — Это пошло бы тебе на пользу.

— Считаешь, зеленый цвет был бы мне к лицу? — Артем наконец тоже улыбнулся.

— И к лицу тоже, — я положила ладонь ему на лоб и тут же одернула. — Да у тебя температура! Наш врач к тебе приходил?

— Нет, я его не звал. Не хочу, чтобы в отеле знали о моем позоре.

— Нашел позор! — возмутилась я. — Тебе же Мануэль говорил, как тяжело проходит ветрянка у взрослых. А вдруг какие осложнения? Я сейчас сама свяжусь с доктором.

— Не надо, — остановил мой порыв набрать номер отельного врача Артем, — я уже связался с Мануэлем. Он сказал, что после обеда принесет мне лекарство.

— Тогда я схожу за жаропонижающим. Как я понимаю, аптечки у тебя тоже нет…

Я больше не стала слушать его протесты, и направилась к себе за таблетками. Заодно прихватила градусник, тот самый, что купил для Макса он же. Кто ж знал, что этот электронный термометр пригодится и ему…

На обратном пути у дверей номера Артема я столкнулась с Герой. Увидев у меня в руках градусник и блистер с таблетками, она в молчаливом удивлении приподняла одну бровь.

— Артем заболел, — ответила я на ее немой вопрос. — Похоже, заразился от Макса ветрянкой.

Гера на это хмыкнула и покачала головой:

— И снова он вляпался…

— Он очень переживает из-за этого, — призналась я и, зная нрав Геры, предупредила — Так что вы с ним будьте поделикатнее.

— Разберемся, — Гертруда Марковна толкнула дверь и первая зашла внутрь.

— И кто это тут такой умирающий? — елейным голоском поговорила она, заглядывая в спальню.

— Гера… А ты тут что забыла? — простонал Артем. — Пришла посмеяться над несчастным?

— Нет, внучкá своего проведать. Может, гостиница тебе принести какого? Чего ты хочешь, милый?

— Не строй из себя добропорядочную бабушку, тебе это не идет…

— Нужно измерить температуру, — встряла я в их словесный пинг-понг и, пока Артем не опомнился, сунула ему под мышку градусник.

Тот запищал буквально через минуту, выдав на электронное табло тридцать девять и пять.

— Ого, — ужаснулась я. — Давай быстрее пей жаропонижающее… Когда, говоришь, Мануэль придет?

— После обеда, — ответил Артем совсем тихо. Похоже, у него уже не было сил даже говорить.

— А поконкретнее? «После обеда» понятие растяжимое.

Артем лишь пожал плечами.

— Ладно, схожу к нему сама, — решила я. — Он же на работе у себя сейчас?

— А ты найдешь его клинику? — спросил Артем.

— Разберусь, ты же сам говорил, что тут недалеко. У меня зрительная память хорошая. В конце концов, телефон Мануэля у меня есть.

— Иди-иди, — поддержала меня Гера. — А я здесь посижу, присмотрю… — и во взгляде, который она бросала на внука, теперь не было прежней иронии, он стал серьезным и обеспокоенным.

Я мысленно улыбнулась: все-таки бабушка есть бабушка, даже если это Гера.

Клинику Мануэля я нашла без всяких проблем. Увидев меня, он почти не удивился и сразу поинтересовался самочувствием Артема. Затем выписал рецепт и объяснили, как его принимать. В аптеке меня тоже ничего не задержало, и вскоре я уже снова была в нашем отеле.

К вечеру Артему стало лучше, температура припала, и он уже даже собрался покинуть постель, но я ему не позволила. Тогда он потребовал заказать ужин в номер на нас двоих, вернее, троих, поскольку к нам присоединился Макс, и побольше, объяснив, что у него всегда после сильного жара проявляется зверский аппетит.

— Теперь ты тоже будешь пятнистым? — веселился Максимка, узнав, что у Артема ветрянка, и раз за разом просил показать ему те самые пятнышки. Под конец они принялись на пару рычать, изображая то ли гепардов, то ли леопардов.

— Артем, раз тебе полегчало, давай обсудим один интересный вопрос, — прервала я их игру. — По поводу моего увольнения.

— Дай-ка мне термометр, — тут же напустил на себя несчастный вид он, — кажется, у меня снова температура…

— Нет у тебя никакой температуры, — я потрогала его лоб. — Во всяком случае такой, которая помешала бы тебе ответить на мой вопрос. Почему ты это провернул за моей спиной?

— Я думал, что мы вчера все решили, — спокойно ответил Артем. — И ты, вроде, была не против.

— А я думала, мы этот вопрос еще обсудим, — сказала я. — Однако утром меня уже рассчитали и перевели на другую должность. Без комментариев. Кстати, зачем в отеле переводчик, если весь персонал обязан знать как минимум английский язык? Зачем создавать ее ради меня? Что я буду делать? Кому что переводить?

— Как кому? А партнерам-итальянцам? — резонно заметил Артем. — Или еще какому постояльцу, который, например, не знает английского. Но больше всего, конечно, будешь помогать мне.

— Тебе? — усмехнулась я. — В чем же? Подавать градусник, пока ты болеешь?

— А хоть бы и это, — Артем, изловчившись, притянул меня к себе и, пока не видит Макс, быстро поцеловал.

— А когда выздоровеешь? — я со смехом взъерошила ему волосы на макушке.

— О, я найду тебе задание, не переживай, — заверил он меня и снова поцеловал, на этот раз только в щеку.

— И все-таки, давай не будем торопиться и обсудим этот вопрос еще раз, когда ты станешь здоровым, — произнесла я уже серьезно.

— Ты так хочешь работать горничной? — с недоверием поинтересовался Артем.

— Нет, не в этом дело, — я немного растерялась. — Просто… Все вот это… Ненужная в штате должность, созданная ради меня… Все выглядит так, будто я нахожусь на твоем содержании. Только завуалировано таким вот образом.

— А было бы лучше, если бы я, действительно тебя содержал? Думаю, ты бы мне этого не позволила. Но и я не могу спокойно относиться к тому, что моя девушка работает у меня же горничной. Чувствую себя в этой ситуации отвратительно, если честно. Представь, мы ночью на этой постели занимаемся любовью, а утром ты приходишь и убираешь здесь все, меняешь белье и выполняешь прочую грязную работу… И как мне на все это смотреть?

На ум сразу пришло, что все жены именно это и делают, только еще и бесплатно, но озвучивать эти мысли не стала, иначе прозвучало бы как какой-то намек.

— Поставь себя на мое место, — продолжал между тем Артем. — Как бы себя чувствовала ты?

Все верно, меня бы тоже это коробило, но…

— Я просто не хочу быть бесполезной, — попыталась объяснить я уже свои ощущения. — Не хочу получать зарплату, ничего не делая.

— А ведь многие именно об этом и мечтают, — усмехнулся Артем. — Получать деньги, нечего не делая.

— Хорошо, добавлю еще один пункт, — вздохнула я. — Мне не хочется зависеть от тебя. Сегодня мы вместе и все хорошо, я при работе, а завтра…

— А завтра будет завтра, — твердо произнес Артем. — И что бы ни произошло между нами, на улице ты не останешься. Даю слово.

И я больше не нашла что возразить. Возможно, он прав: завтра будет завтра.

Следующие несколько дней я, как и ожидалось, провела вместе с Артемом. Татьяна меня не трогала с моими новыми обязанностями, лишь попросила подписать новые бумаги. Уверена почти на все сто, что Артем провел с ней отдельную беседу на мой счет. Максим в эти дни тоже все время был с нами и бесконечно играл с Артемом в ноутбуке. Вернее, играл от скуки Артем, которому нельзя было нарушать постельный режим, а Максимка с удовольствием наблюдал за виртуальными перипетиями. Кроме этого они успели создать свою коалицию и, если какой спор, выступали против меня единым фронтом. Потом же и вовсе начали строить какие-то планы, оповестив меня о них в последнюю очередь и поставив перед фактом.

— Когда с меня сойдет вся эта боевая раскраска, — сказал Артем, — мы поедем все вместе куда-нибудь на выходные.

— Втроем? — уточнила я, немного удивившись.

— Втроем, — подтвердил уже Макс. — Артем пообещал мне парк.

— Парк?

— Ну да… — ответил Артем. — Осталось выбрать какой. Можно, в Порт-Авентуро, а можно и подальше уехать, например, в Диснейленд… Или Гардаленд, это в Италии. Ты же не будешь против?

Против такого предложения устоять было трудно, тем более Максимка уже давно мечтал побывать в Диснейленде, однако дать свое согласие я не успела. Дверь номера громко и как-то по-хозяйски хлопнула, и через несколько секунд в спальне, где мы все трое свободно расположились на кровати, появился грузный высокий мужчина. Я узнала его на несколько мгновений позже, чем Артем недоуменно произнес:

— Папа?

Да, в дверном проеме спальни стоял именно Виктор Борисович Воложин, главный владелец этого отеля, отец Артема и сын Гертруды Марковны в одном лице.