Глава 10

Заканчиваю с ранами, пытаясь игнорировать напряжение между нами. Неловко и не к месту.  Кэл тоже старается держаться в стороне. Мы не хотим этих эмоций. Между нами совсем другое, и ни ему, ни мне не хочется что-то менять. Мы даже не друзья,  скорее враги.

Делаю кофе, и мы устраиваемся в столовой, чтобы, наконец-то, спокойно поговорить. У нас много тем для обсуждения, и я чувствую, просто не будет. Эля нет, точнее, нет в человеческом воплощении, но под потолком вижу силуэт летучей мыши.  Вампиру тоже интересно, о чем будет идти разговор. Сколько бы Эль ни обижался, все равно будет рядом со мной – контролировать, оберегать, пытаться стать больше, чем я того хочу. Такова его натура.

— Что задумал эш Грис? За что он тебя так?  – спрашиваю я, присаживаясь в кресло напротив Кэла. Он, откинувшись, сидит на диване. Пока это максимум, который позволяют его раны. — Я думала, вы на одной с ним стороне.

— Не в этот раз… — Человек без лица делает глоток кофе и это смотрится странно. Чашка наклоняется в пустоту. Наверное, к такому непросто привыкнуть.

— Я подслушал один занимательный разговор. Сейчас я перескажу тебе. Не его, а все то, о чем я догадался. Что-то знал раньше, что-то стало понятно только сейчас, что-то я просто предполагаю. Но все вместе это складывается в единую, пугающую картину.

— И что же там такого, что ты вступил в открытый конфликт? – спрашиваю я, чувствуя в желудке тугой комок неприятного страха. – Тебя же ранили, когда ты пытался забрать  артефакт.

Человек без лица кивает, показывая, что мои предположения верны.

— И хуже того, эш Грис знает, что мне удалось что-то достать. Но не в курсе насколько много… к счастью, ему для того, чтобы начать действовать нужно время. Насколько я знаю, у него еще не все готово. Но он спешит.

— Так что ты такое узнал? – Этот разговор начинает тревожить. Кэл говорит загадками, и это раздражает. Я хочу узнать все и сразу.

— Тебе не понравится, те выводы, к которым я пришел,  —  предупреждает он.

— Мне вообще сейчас не нравится моя жизнь, — парирую я. – Давай, как-то ближе к делу.

— Блэкфлая создал эш Грис…

— В смысле? — Мне пока сложно уловить суть слов Кэла. Начинаю злиться сильнее. Но пока сдерживаюсь, чтобы не сорваться. Мне нужно получить эту информацию, даже если придется ее выдавливать по крупицам.

— Эш Грис уже достаточно давно озабочен вопросами долголетия, — издалека начинает Кэл. Закусываю губу, чтобы его не торопить. —  И когда он начал сотрудничать с Блэкфлаем, то уже имел смутное представление о том, что может дать ему долгую жизнь и власть. Эш Грис задолго до встречи с Мраком начал изучать  вопрос живых сохронов. Он по всему свету искал необходимую информацию и накопил большую библиотеку, но его знания были неполными и теоретическими. Ему был нужен кто-то достаточно сильный и умный, чтобы довести задуманное до конца.

— Первый раз, когда Блэкфлай впустил в себя демонов… — сглотнув, уточняю я, и от догадок становится нехорошо на душе.

— Да. Это подстроил эш Грис. Он заманил Мрака и его учеников в ловушку. Искусственно создал ту ситуацию, не оставив твоему учителю выбора.

— Но зачем? Я не понимаю…

— Мне кажется, на том этапе эш Грис и сам не до конца понимал, что делает и для чего это нужно. Он долго изучал вопрос, имел доступ к старинным книгам и знал о сильных магах, которые могли становиться сохронами.  Также он знал, что  для этого надо делать, и  понимал  — сам это не потянет.

— И тогда он решил, что Блэкфлай достаточно сильный маг…

— Именно. Думаю,  за какое-то время перед этим эш Грис показал Мраку свою коллекцию книг и позволил ему изучить их. Так что Блэкфлай знал, что нужно делать, чтобы стать  сохроном. Таков уж его характер, он впитывает, как губка всю информацию, которую получает из внешнего мира. Эш Грис просто спровоцировал нападение, и чтобы спасти хотя бы часть своих учеников, Блэкфлаю пришлось использовать себя, как сосуд для демонов. Он мог погибнуть, и тогда бы эш Грису пришлось начинать сначала, но Мрак действительно всегда был очень сильным. И справился с поставленной задачей, а еще… он не раскрыл эш Гриса и начал с ним сотрудничать более плотно.

—  Но если бы Мрак не стал этого делать? – спрашиваю я. - Как бы эш Грис решал эту проблему.

— Если бы Блэкфлай тогда не принял это решение, погибли бы все и он, в том числе. Эш Грису пришлось бы просто искать новую жертву. Но все сложилось, как он и задумывал. Все же Юриус хорошо разбирается в людях и не зря подготавливал почву, вел с Блэкфлаем  соответствующие разговоры, сажал те зерна, которые дали нужные всходы. Шли годы, тандем твоего учителя и эш Гриса прекрасно функционировал, но…

— Что «но»?

— Демоны могли поглотить Блэкфлая. Он держал их в узде. Перерождения, на которое рассчитывал эш Грис, не происходило, и тогда он ускорил процесс. Прежде всего, нашел тебя. Понял, что именно ты можешь  расрыть секрет Мрака, и позволил тебе увидеть поглощение демона. Ты должна была начать искать ответы. Если бы этого не произошло, тебе бы помогли.

— Я и начала. — Сглатываю, понимая, что мы все стали марионетками в руках эш Гриса. А ведь я чувствовала, что он враг, но все равно, раз за разом делала то, что он  хочет. А он просто талантливо разыгрывал свою партию.

— Вообще, предать Мрака должна была ты. Снова, — продолжает Кэл. – Эш Грис считал, что тебе не привыкать, и ты так ценишь свою свободу, что пойдешь ради нее на все. Но он ошибался.

— И предал Кэвин.

— Именно, — соглашается Кэл, проявляя удивительную осведомленность, и отставляет чашку, в  которой кофе не осталось. Я же про свой просто забыла, несмотря на то что в нем кровь. Я даже запаха ее не чувствую.  —  Эш Грис добился своего, Мрака забрал МагСтраж и сломал.

— Не сломал. – Я качаю головой. – Если бы эш Грис не нашел  наше убежище и не  послал МагСтраж по нашему следу, Мрак бы снова обрел контроль. Ему нужно было просто время. Неделя или месяц покоя и тишины.

— И ты? – в голосе непонятный мне намек, но я не спорю.

— И я. Сломался Мрак тогда, когда сначала пытался меня защитить, а потом убил.

— Ты же понимаешь, это неважно? Важно лишь то, что  эш Грис добился своего. Мрак, подобно древним жрецам, стал одним целым с демонами. Осталось только выпустить его в люди.

— Но зачем эш Грису это надо?

— А вот тут начинается самое интересное. Эш Грис не тратил времени даром. Он собирал по крупицам сведения о том, что происходит с сохроном, и накопал много всего интересного. Он понял: если сделать так, чтобы сущности демонов смешались с магией внутри человека,  превратились в одно целое, то их также вместе с магией можно изъять и переселить в другого мага, более слабого. Не способного самостоятельно пройти этот путь с начала до конца. Тогда  маг-сохрон погибнет, а другой обретет его силу, силу демонов, бессмертье и власть… прекрасный план.

— Но он не уговорит Блэкфлая. – Я качаю головой и верю в свои слова, хотя в душе поселяется холод.

— Ошибаешься, он уже уговорил. С одной лишь поправкой. Блэкфлай считает, что эш Грис, которому он, кстати, доверяет, нашел способ  убрать демонов, сохранив жизнь сохрону. А демоны… демоны чувствуют, что их не хотят убить, и поэтому позволяют действовать в своих интересах. Не мешают. Но оставить сохрону жизнь невозможно, увы, Дайана. Демонам  гораздо больше хочется  переместиться в эш Гриса. Блэкфлаем слишком сложно управлять. А эш Грис… он не понимает, что  не сможет подавить их, он изменится и станет орудием в руках демонов – очень опасным.  Мы попадём в ад, если не остановим его.

— Мы должны сказать Мраку!

— Нет. — Мне кажется, на миг я могу разглядеть сквозь дымку печальные глаза. Только цвет уловить не получается. – Мы должны уничтожить сохрон, потому что иначе это сделает эш Грис. Только мы можем выкинуть демонов в запретные земли, а эш Грис заберет себе, и тогда он повергнет мир в хаос. Просто представь эш Гриса,  одержимого жаждой власти и наделенного силами Блэкфлая. Ты же понимаешь – это конец того мира, который ты знаешь. Мы не можем этого допустить.

— Если Мрак будет знать…

— Дайана. Если даже он будет знать, даже если он справится с демонами, которые подталкивают его к лучшему для них решению, не стоит недооценивать эш Гриса. Нужно убрать любую его возможность заполучить демонов. Это опасно, если знание станет общедоступным, то  мы попадём в волну экспериментов – люди начнут добровольно становиться одержимыми, в надежде на власть. Все сильные маги окажутся в опасности.

— Нет… — шепчу я.

— Ты сама понимаешь, что да. Я нашел тебе заклинание, ты сможешь его прочитать. Ты должна это сделать. И Блэкфлай, если бы им не управляли демоны, тоже бы принял такое решение. Вспомни, ты сама говорила о том, что он подарил тебе кулон, позволяющий его убить. Это его воля, а не твоя. Сделай то, о чем он тебя просил, пока еще был тем, кого ты любила и уважала.

— Я до сих пор его люблю, даже того, в кого он превратился.

— Тогда ты тем более должна это сделать. Если не сделаешь ты, это сделаю я. Другого варианта просто нет. И я говорил, что тебе не понравится та информация, которую я смог найти.

Во мне все сопротивляется этому решению.  Хочется раствориться черным дымом и сбежать к Мраку прямо сейчас, не позволив никому опомниться. Предупредить,  оградить и будь, что будет. Мне физически плохо от  душащей боли в районе груди. Ненавижу эш Гриса. Всегда ненавидела. Я  понимаю, что движет Кэлом, я понимаю, что движет всем этим миром, но не могу. Не могу сама подписать Мраку приговор.

— Ты уверен, что другого решения нет? – сипло выдыхаю я, понимая, что кажусь сейчас жалкой. Наплевать. Я люблю. Это чувство делает меня уязвимой и сильной одновременно.

— Ты знаешь это «другое решение»? – отвечает вопросом  на вопрос Кэл. Выдыхаю и отрицательно мотаю головой.

— И я нет. И эш Грис не знает. Смирись, Дайана. Я понимаю, что тебе больно, но представь, что он уже умер.

- Но он жив, Кэл. И в нем гораздо больше от знакомого мне Блэкфлая, чем считают все остальные. И мне он дорог.

— Может, он знает, но не хочет оставлять Блэкфлая в живых? Для него это угроза. – Мне самой противно, насколько  жалко звучит мой голос. И я рада, что не вижу лица Кэла. На нем явно презрение и жалость. Наплевать.

— Последний раз упоминания о маге-сохроне встречаются более пятисот лет назад, — произнес Человек без лица, словно просил прощение. — Тот свиток, который мы нашли, уникален…

— К чему ты клонишь?

— К тому, что мы один раз изгоняли сохрон, и у нас с тобой самый большой опыт в этом деле. Остальные еще меньше понимают, что представляет собой Блэкфлай… Никто не знает, как это исправить, если не знаешь ты, я или сам Блэкфлай. Мы можем только избавить этот мир от опасности. Опции «спасти» нет. И времени нет ее искать…

— Откуда ты знаешь? – Липкий страх мешает нормально дышать. —  Еще вчера ты говорил, что есть…

— Есть подозрения, что я ошибаюсь. Блэкфлай здесь, как я понимаю недалеко. Эш Грис тоже сорвался в Сноург, мне кажется, они уже договорились… Мрак ничего тебе не говорил?

— Нет. — Качаю головой. – Когда уходила, он спал.

— Ему не нужно спать, Дайана… — с тихой грустью отвечает Кэл.

— Думаешь, он  специально притворился?

— Ты знаешь его лучше, чем я. Лучше, чем кто-либо, вот и ответь сама себе на этот вопрос.

Притворился. Не хотел разговаривать. Что-то решил для себя и боялся, что я догадаюсь. Вечером нам было не до этого. Демонов Блэкфлай! Он предполагал, что эта встреча может быть последней и именно поэтому подпустил меня к себе.

Срываюсь с места, чтобы предупредить, и тут замечаю, что под потолком больше нет силуэта летучей мыши. Сердце опускается в желудок.

— Вот демоны… Эль… - шепчу я, оглядываюсь по сторонам и подбегаю к окну, чтобы вдалеке заметить растворяющуюся струйку черного дыма.

— Что случилось? – настороженно спрашивает Кэл.

— Засранец… — выдыхаю я, чувствуя, что руки стали ледяными.  Даже для вампира.

— Я? – удивляется он.

— Нет. – Я качаю головой. — Не ты.  Нам нужно спешить.

— Куда? – уточняет он, и не торопится подписаться. Наверное, дают о себе знать раны.

— Надеюсь, к Мраку.

— Дайана, ты хочешь сделать глупость? – осторожно интересуется Кэл. — Ему нельзя говорить, его надо уничтожить.

— Может быть, хочу сделать, а  может, и нет. Не тебе решать,  должен знать Мрак или нет. Если кому-то суждено его убить, то только  мне…

— Да, о чем ты говоришь?

Выдыхаю, ругая себя, что не поняла раньше. Но все же пытаюсь объяснить все Кэлу.

— Эль. Он сейчас слышал наш разговор, и… когда я умирала, на шее был кулон, который дал мне Мрак, то же заклинание, что в свитке,  но заключенное в артефакт. Я не помню… вроде бы я об этом говорила…

— Использовать его может кто угодно.

— Именно, не нужно знать его, не нужно быть магом… когда я очнулась в гробу, кулона не было. Я не подумала о том, что его мог забрать Эль. А зря. Ведь это очевидно. Не знаю, что задумал Мрак, но Эль точно не станет ждать. Пошли. Эль ненавидит Блэкфлая, потому что я его люблю. И считает, что уничтожив Мрака решит наши проблемы, но это не так.

Я разворачиваюсь к Кэлу спиной и делаю шаг к выходу. А потом меня накрывает боль и темнота. Демоны тебя забери, Человек без лица! Я  должна бы понять, что в этом вопросе я доверять  ему не могу. Никому не могу. Свет перед глазами меркнет. Я проиграла.

Мрак.

Доверяю ли я эш Грису? Глупый вопрос. Конечно, нет.  Я не идиот, чего бы он себе ни возомнил, но мне хочется узнать, что он задумал. Исследовательский интерес. Раньше мои силы и время отнимали ученики, сейчас цель жизни потерялась. Я не могу вернуться к ним таким. Сейчас моя единственная спутница – скука. У меня имеются некоторые подозрения на счет планов эш Гриса, и я сегодня иду на встречу, чтобы их проверить. Знаю, что играю с огнем, но от этого, пожалуй, только интереснее.

Демоны недовольны. Сегодня у меня с ними разлад  впервые за долгое время, это доставляет почти физическую боль. Они стали частью меня, я уже не могу противиться им, абстрагироваться и сделать вид, будто их не существует во мне. Но у нашего полного симбиоза есть один положительный момент. Они тоже не могут подавить меня. Мои желания – это их желания.

Я понял это не сразу. Мы стали одним целым,  возможно, разбитым на сотни осколков и криво склеенным, но целым. Я не могу управлять ими, они мной. Только договариваться, а это мучительно и для меня, и для них. Смогу ли я так жить долго? Вряд ли. Мне не позволят попробовать привыкнуть к новому состоянию, вопрос кто меня убьет и как?

По-настоящему действенный инструмент есть только у Дайаны, но в последние наши встречи я не видел кулона на ней. Сняла? Потеряла? Уничтожила? Почему не использовала? Я так и не решил задать этот вопрос, возможно, боялся ее спровоцировать. Сам же всегда учил не задавать вопросы, к ответам на которые не готов.

Думаю сегодня, меня попытается убить эш Грис. Он слишком нетерпелив, а  его предложения… они такие заманчивые, что  тошнит от слащавости. Просто, я не верю в хороший конец для меня – это раз.  Я не думаю, что  отдать власть в руки эш Гриса — разумное решение – это два. Но посмотреть, что он задумал, несомненно, стоит.

Он так плохо меня знает? У него есть козырь? Он настолько повернут на какой-то бредовой идее, чтобы сыграть ва-банк? Не знаю, но хочу узнать. Поэтому и иду на встречу, которая состоится в какой-то богом забытом доме на окраине города. Идеальное место для магического ритуала, который может иметь непредсказуемые последствия. Экипаж не беру, мы с демонами слишком приметны, чтобы открыто рассекать по городу. Если люди часто невнимательны, то животные чувствуют тварей из запретных земель. Раньше, когда демоны были запечатаны во мне, как в сохроне, это было незаметно, но сейчас… сейчас я уже не сохрон, но пока еще не понял, в кого превратился. И можно ли меня уничтожить как сохрон — это большой вопрос. Пока я не готов рискнуть и проверить. Не знаю, это решение демонов или мое.

Мне не страшно, не знаю ту силу, которая способна меня сейчас укротить, если я не захочу сдаваться. Эш Грис умен и у него явно есть заклинание, способное меня уничтожить. Тот  свиток, который достала Дайана, но мне не страшна смерть, да не уверен я, что заклинание подействует или я не успею уйти. Демоны внутри бунтуют, они в отличие от меня, не хотят  никуда уходить, но Запретные земли их манят, как и меня. Странное состояние.  Разум сопротивляется, а чему-то сидящему глубоко внутри нравится ходить по лезвию. Наверное, это  для меня единственное оставшиеся развлечение в жизни. Риск и Дайана, которая приходит, несмотря ни на что. Несмотря на тьму в моей душе, демонов и то, что я ее убил.

Я прохожу внутрь полуразвалившегося дома без стекол. С его серых стен слез ледяной узор, а по пустым коридорам гуляет ветер и летают снежинки. Здесь уныло и серо. В Сноурге не так много  подобных зданий. Город  похож на сказочную картинку, на которой разруха выглядит неуместно. Но за всем не уследишь и на окраинах есть несколько не очень благополучных районов. В этом особняке, кажется, когда-то давно, лет тридцать назад был ресторан, но на улице, населенной кухарками, дворниками и разнорабочими,  он оказался не нужен. Закрылся очень давно, а здание так никому и не пригодилось. Слишком вычурное и пафосное, оно со временем превратилось в развалины.

Мне не нужны провожающие, я просто двигаюсь в том направлении, где чувствую живых людей. Иду уверенно, минуя весь первый этаж, и поднимаюсь на второй, тоже разрушенный. Лестница местами раскрошилась, но все равно выглядит довольно крепкой. Строили на совесть. Попадаю в огромный  зал, по нему гуляет метель из-за разбитых витражных окон, которые занимают почти всю левую стену. Целых осталось немного. Старинные витражи залеплены снегом.

В центре зала возвышается огромный алтарь. Видимо, приготовили для меня. Смешно. Столько пафоса.  Ведь любое самое сложное заклинание можно произнести хоть на королевском приеме, хоть в подворотне. Эффект будет одинаковым. Отдельно стоящее, разрушенное здание еще можно объяснить нежеланием привлекать внимание простых людей и стремлением избежать случайных жертв, если что-то пойдет не так. Но алтарь, безусловно, лишний.  Сказать, что ли, об этом Юриусу? А то, что он как маленький.

Людей много. Зачем эш Грис привел столько жертв? Они не смогут удержать моих демонов, но могут погибнуть. Люди удивительно хрупкие. Да и вампиры тоже, как я недавно мог в этом убедиться. Странно, что он не понимает этого.

— Я рад, что ты пришел Мрак, — говорит Юриус и без опасения двигается ко мне навстречу. Ведет себя, как радушный хозяин, уверенный в своей безопасности. Зря. От него фонит магией. Столько амулетов, что хватит на защиту всего Сноурга, а, может быть, и северных земель целиком, если, конечно, не собираешься защищать их от армии демонов.

— Ты же в курсе, что я тебе не верю? – спрашиваю с усмешкой, наблюдая за активными приготовлениями.

— Ты был бы идиотом, если бы доверился. – Юриус пожимает плечами. Он словно ждал моих слов.

— Тогда зачем все это?

— Ты любопытен. Тебя не может, не интересовать получилось ли у меня добиться того, чего не смог ты. Тебя привело любопытство.  Мне демоны — тебе жизнь и свобода. Разве не справедливый обмен.  Ты ведь хочешь этого?

Я действительно хочу этого, точнее, хотят демоны, и эш Грис откуда-то это знает, но моя личность никуда не делась, я сохраняю критичность мышления и, видимо, какие-то принципы. Несмотря на то, что часть меня  мечтает поддаться уговором, все же мне достаточно легко отказаться. Я понимаю, что эш Грис, обладающей демонами – это страшно. Кто будет сражаться с ним? Я? Но мои силы будут значительно меньше, это при условии, что ритуал не убьет меня.

— Я пришел сказать тебе, что меня это не устраивает. Предпочитаю держать силу там, где способен ее контролировать. — Улыбаюсь ему и расправляю крылья, демонстрируя свою мощь и единение с демонами.

— Я предполагал подобный ответ, — говорит эш Грис с холодной улыбкой  и делает знак своим людям. Сердце совершает кульбит… так как  за спинами людей появляется мой старый враг  — Человек без лица. Так, кажется, его сейчас называют. И он тащит за собой Дайану. Так как она почти не сопротивляется, не растворяется  черным дымом  и смотрит словно сквозь меня, я понимаю – она под действием сильного заклятия. Закипает злость, а из груди рвется рычание. Тени за мой спиной сгущаются. Демоны ликуют, они чувствуют – скоро я отпущу их убивать.

— Как тебе мой аргумент? – иронично спрашивает эш Грис, и я понимаю, что проиграл. Когда идет речь о ней, я не контролирую эмоции, разум  отключается, и я позволяю демонам действовать. Сейчас пытаюсь сопротивляться.

— Если я соглашусь, то боюсь, она все равно умрет. Так что позволь мне взять этот грех на душу еще раз… но если ты убьешь ее, я уничтожу весь город. Ты ведь понимаешь, что я не шучу?

Демоны обнимают меня и готовы действовать, но в душе сомнения. На лице эш Гриса мелькает ужас. Юриус делает жест, и один из его магов начинает скороговоркой читать заклинание. Другие голоса подхватывают, и тело сковывает болью. Эш Грис действительно знает, что делает,  из меня будто выдирают черный сгусток из демонов, но сил еще достаточно, чтобы воспротивиться этому. А вот желание тает с каждым словом, потому что я вижу перед собой пустой взгляд и огненно-рыжие волосы. Дайана. Я хочу, чтобы она жила.

Я способен еще удивляться. Думал, алтарь для меня, но на него укладывают эш Гриса. И как только Юриус оказывается на камне, что-то меняется. Я чувствую другую магию, она перебивает речитатив магов эш Гриса. И в ней чудится нечто знакомое, словно меня пытаются убить моей же силой.  Кажется, среди врагов бунт. Один падает, захлёбываясь кровью, и на миг я чувствую свободу, так как заклинание оборывается. Что-то с алтаря кричит эш Грис, но он прикован браслетами и неспособен повлиять на бунт, который поднялся среди его людей.

Человек без лица читает мое заклинание. Я способен его узнать из тысячи. Именно его заучивала Дайана, и именно оно заключено в амулет.  Дайана повторяет за ним, а по щеке течет слеза. Бедная девочка, она понимает, что делает, но не может сопротивляться. Передо мной сгущается тьма, и я вижу проявляющегося в ней бледного, сосредоточенного Эля, который сжимает в руках  мой кулон – голос вампира третий, читающий заклинание.

Нас отделяет от  людей эш Гриса защитная подрагивающая дымка. Я чувствую у себя за спиной дыхание смерти. Крылья меня тянут назад – в открывшийся портал в Запретные земли.