Глава 47 · «Информация»

Рихард вошёл в дом и замер, увидев нас вдвоём. На его лице отразилась целая гамма чувств, от недоверия до гнева, от гнева до непонимания.

— Катарина, — выдохнул он, и в этом одном слове было столько чувств, что у меня сжалось сердце.

— Здравствуй, Рихард, — тихо сказала она, поднимаясь.

— Что ты здесь делаешь?

— Она принесла информацию, — я шагнула вперёд, протягивая ему папку. — Посмотри. Это важно.

Он взял папку, но не открыл, продолжая смотреть на сестру.

— Ты не имела права приходить сюда. В мой дом. К моей…

— К твоей истинной паре, — закончила Катарина. — Я знаю. И я пришла не для того, чтобы разрушать твою жизнь. Я пришла, чтобы попытаться спасти её.

— Спасти? — он усмехнулся.

— Просто посмотри документы, — попросила я, касаясь его руки. — Пожалуйста.

Он посмотрел на меня, и в его глазах борьба уступила место чему-то более спокойному. Он раскрыл папку, пробежал глазами первые страницы. И чем дальше он читал, тем мрачнее становилось его лицо.

— Откуда это? — спросил он, поднимая взгляд на Катарину.

— Я работаю в архивах соседнего королевства короля Ричарда. Наткнулась случайно, но когда поняла, что это связано с ди Сантисом, начала копать глубже. Это только верхушка айсберга. У него были связи с несколькими влиятельными семьями за границей. Они финансировали его, снабжали информацией, обещали поддержку в случае успеха. Теперь, когда он в тюрьме, они затаились. Но надолго ли?

Рихард молчал, переваривая информацию. Потом закрыл папку и посмотрел на сестру.

— Ты рисковала, принося это.

— Я знаю.

— Зачем?

Катарина подошла к нему ближе. В её глазах блестели слёзы.

— Потому, что ты мой брат. Потому что я была дурой много лет назад. Потому, что я люблю тебя и хочу, чтобы ты был в безопасности. И потому что… — она запнулась, — потому что устала бежать от прошлого. Я хочу вернуться домой, хоть ненадолго. Если ты позволишь.

Тишина повисла в комнате, густая и напряжённая. Рихард смотрел на неё, и я видела, как в его глазах борются годы обиды и та самая братская любовь, которую невозможно убить даже самым страшным предательством.

— Останься, — наконец сказал он. — На сегодня. Завтра разберёмся с этим, — он кивнул на папку. — А потом… потом поговорим. По-настоящему.

Катарина кивнула, смахивая слезу.

— Спасибо.

Мы устроили её в гостевой комнате. Когда дверь за ней закрылась, Рихард прислонился к стене и закрыл глаза.

— Ты как? — спросила я, касаясь его плеча.

— Не знаю, — честно ответил он. — Столько лет… я думал, что никогда её не увижу. Злился, ненавидел, хотел забыть. А теперь она здесь, и я… я не знаю, что чувствовать, что говорить.

— Чувствуй то, что чувствуется, — сказала я.

Он открыл глаза, посмотрел на меня, и в его взгляде была такая благодарность, что у меня перехватило дыхание.

— Иди сюда, — прошептал он, притягивая меня к себе.

Мы стояли в прихожей, обнявшись, и я чувствовала, как постепенно уходит напряжение из его тела. Мои руки гладили его спину, перебирали волосы на затылке, и каждое прикосновение было обещанием, что я никуда не денусь.

— Пойдём в спальню, — прошептал он мне в макушку. — Мне нужно… просто побыть с тобой.

Я взяла его за руку и повела за собой.

В спальне горел только ночник, отбрасывая тёплые тени на стены. Рихард закрыл дверь и прижал меня к ней, накрывая губы поцелуем, жадным, требовательным, словно пытаясь забыться во мне, раствориться.

Я отвечала с той же страстью, впуская его язык, чувствуя, как руки уже расстёгивают пуговицы на моём платье. Ткань упала на пол, за ней, рубашка, и вот мы уже стоим друг перед другом обнажённые, освещённые мягким светом.

— Самая прекрасная женщина в мире — выдохнул он, проводя ладонями по моим плечам, по груди, по талии.

— А ты, самый лучший мужчина, — ответила я, касаясь пальцами его шрамов, его метки, его губ.

Он подхватил меня на руки и отнёс на кровать. Его губы, как всегда, находили самые чувствительные места, шею, ключицы, грудь, живот, — и я выгибалась под ним, теряя голову от наслаждения.

— Я хочу тебя, — шептал он между поцелуями.

Утро принесло новые заботы. Мы сидели на кухне втроём. Я, Рихард и Катарина — и изучали документы. Картина вырисовывалась тревожная: ди Сантис действительно имел обширные связи за границей, и несколько влиятельных семей были готовы продолжить его дело.

— Нужно передать это в Верховный Совет, — сказал Рихард, откладывая последнюю бумагу. — Чем быстрее, тем лучше.

— Я могу поехать с тобой, — предложила Катарина. — Как свидетель. И как источник.

Он посмотрел на неё долгим взглядом.

— Ты готова? Не факт, что документы примут. Дело серьёзное, но письма и документы ты привезла без разрешения…

— Да. — В её голосе не было сомнений. — Я готова ответить за всё, что сделала. И помочь, чем могу.

Рихард кивнул.

— Тогда едем.

Они уехали через час, а я осталась дома, ждать, верить и надеяться, что на этот раз всё обойдётся.

На душе было радостно, что Рихард обрёл сестру, но вот физически меня подташнивало… Может из-за волнения?