Глава 6 "Замуж? Я подумаю"

Я натянула вчерашнее платье, другого у меня все равно не было, и кое-как привела себя в порядок перед треснувшим зеркалом в прихожей. Синяки под глазами замаскировать нечем, губы все еще чуть припухшие после вчерашнего, и эта дурацкая улыбка, которая никак не желала сходить с лица.– Прекрати лыбиться, – приказала я своему отражению. – Ты агент на задании, а не влюбленная дурочка. Ты лучшая!

Отражение послушно сделало серьезное лицо. На целых три секунды. А потом снова расплылось в улыбке.– Черт.Стук повторился – настойчивее, громче.

– Иду я, иду!Я распахнула дверь и чуть не столкнулась с Джоном нос к носу. Он стоял на пороге, свежий, выбритый, в идеально отглаженном мундире, с неизменной чашкой кофе в руке. И смотрел на меня так, будто вчера ничего не произошло.

– Доброе утро, – сказал он ровно. – Выглядишь... сносно.– А ты выглядишь так, будто спал всю ночь как младенец, – я отступила, впуская его. – Мне бы твою совесть.

– Совесть у меня чиста, – он прошел в комнату и поставил вторую чашку кофе на журнальный столик. – Пей. В участок сегодня не поедем, нам нужно готовится.– А куда?– В магазин.

Я подозрительно прищурилась.– В какой магазин?– В плательный, – усмехнулся он, отвернувшись к окну, делая вид, что рассматривает двор. – Тебе нужно платье.

– Платье? – я схватила чашку и сделала глоток. Кофе был обжигающим, крепким, идеальным. – То есть ты хочешь сказать, что мне, как настоящему агенту, полагается шоппинг за казенный счет?

– Полагается рабочая экипировка, – поправил он, не оборачиваясь. – Не обольщайся.– Я никогда не обольщаюсь, – я допила кофе в два глотка и поставила чашку. – Я просто радуюсь маленьким прелестям жизни. Например, возможности потратить твои деньги.

– Государственные деньги, – поправил он.– Твои, государственные... какая разница, – я схватила свою старенькую накидку и направилась к двери. – Главное, что они не мои. Веди, дракон.

Магазин оказался в центре города, на улице, где я раньше бывала только в качестве зрителя, разглядывающего витрины снаружи. «Мадам Изабель. Высокая мода для высокородных дам» – гласила золотая вывеска над входом. За стеклом красовались манекены в таких платьях, что у меня перехватило дыхание.

– Ты серьезно? – я уставилась на Джона. – Сюда? Я?– А что не так?– А то, что здесь платья стоят как мой годовой доход. Бывший годовой доход, – поправилась я.

– Поэтому мы здесь, – он открыл дверь и жестом пригласил войти. – Тебе нужно выглядеть убедительно. Граф де Вейл не клюнет на девушку в дешевом тряпье. Нужно готовится к маскараду.

Внутри пахло духами, дорогой и тканью. Мне сразу стало неловко. Не должен никто, на меня, такую…столько денег. Пол был выложен мрамором, люстры сияли хрусталем, а по залу плавно скользили продавщицы в строгих черных платьях, похожие на породистых кобылок.

К нам тут же подплыла одна из них, высокая, худая, с идеальной укладкой и взглядом, который мгновенно оценил мой наряд, мои туфли и мое положение в этом мире. Оценка была не в мою пользу.

– Господин... – начала она, обращаясь к Джону, явно принимая его за покупателя, а меня за... непонятно кого.– Моей спутнице нужно платье, – перебил он тоном, не терпящим возражений. – Для бала. Лучшее, что у вас есть.

Продавщица моргнула, перевела взгляд на меня, и ее профессиональная улыбка дрогнула. Всего на секунду. Но я заметила.– Разумеется, – она щелкнула пальцами, и откуда-то из-за штор выпорхнули две девушки помоложе. – Прошу вас, мадам, присаживайтесь. Мы принесем модели.

Я плюхнулась в кресло, обтянутое розовым бархатом, и с наслаждением откинулась на спинку.– Знаешь, – сказала я Джону, который сел напротив и взял какую-то газету, – в этой жизни у меня было много всего. Деньги, драгоценности, мужчины. Но чтобы мне покупали платье в таком месте... Это впервые.

– Наслаждайся моментом, – буркнул он, не отрываясь от газеты.– А ты не будешь меня сопровождать? – я подмигнула. – Помогать с выбором? Застегивать крючки?

Он дернул плечом, словно отмахиваясь от моих слов, и промолчал.Принесли платья. Много платьев. Они висели на вешалках, переливались шелком, шуршали атласом, мерцали кружевами. У меня глаза разбежались.

– Оно, – выдохнула я, ткнув пальцем в первое попавшееся – золотистое, с глубоким декольте и пышной юбкой.– Это вам нужно примерить, мадам, – продавщица, которую звали мадемуазель Клер, смотрела на меня с плохо скрываемым превосходством. – Не все платья одинаково хорошо сидят на... разных фигурах.

Я уловила намек. Она смотрела на мои бедра, которые явно не вписывались в стандарты моделей, и сомневалась, что хоть что-то здесь налезет на такую, как я.– Несите, – отрезала я. – Разберемся.

Первое платье не налезло. Второе налезло, но трещало по швам. Третье было велико в груди. Четвертое мало в бедрах. Я уже начала злиться, а продавщица улыбалась все шире, предвкушая мой позор.– Знаете что, – сказала я, вылезая из очередного шедевра портновского искусства, – может, у вас есть что-то... другое?

Мадемуазель Клер поджала губы.– Мадам, наш магазин ориентирован на…– На кого? – раздался голос Джона из кресла. Он даже не поднял головы от газеты. – На кого ориентирован ваш магазин, мадемуазель?

Продавщица побледнела.– На взыскательных клиентов, господин.– Вот и обслуживайте взыскательно, – он перевернул страницу. – Моей спутнице нужно платье. Лучшее. И если я увижу, что вы продолжаете смотреть на нее с таким выражением лица, я куплю этот магазин и уволю вас лично. У меня хорошая память на лица.

Я замерла. Продавщица замерла тоже. В зале повисла тишина.– Прошу прощения, господин, – выдавила она наконец. – Я сейчас принесу другие модели.Когда она упорхнула, я подошла к Джону и наклонилась к самому его уху.

– Ты только что купил мне платье, пригрозил уволить продавщицу и вообще ведешь себя как... – я запнулась, подбирая слово.– Как кто? – он поднял голову, и наши глаза встретились.– Как мой мужчина, – выдохнула я.

– Я просто всегда на защите правды, это моя работа. И что это за бутик? Если нет платья на нормальный размер, сшейте на заказ. Кто-то должен морить себя голодом, чтобы влезть в платье, которое стоит, как небольшой домик у моря?

– Звучит почти интимно.– Мерил…– Молчу, молчу.

Принесли новые платья. И вот тут началось волшебство.Я перемерила, наверное, штук десять. Каждое было прекраснее предыдущего. Синее, как ночное небо, красное, как закат, розовое, как утренняя заря, черное, с серебряной вышивкой, от которого у меня перехватило дыхание.

– А как делают такую вышивку? – спросила я у мадемуазель Клер, которая после угроз Джона стала само радушие. – Это же ручная работа, да?– Да, мадам. Мастерицы вышивают золотой нитью по шелку. Это занимает около трех месяцев.

– Три месяца, – я провела пальцем по узору. – Невероятно. А это что за ткань? – указывая на другое платье.– Шантильи, мадам. Лучшее кружево из столицы.

– А цвет? Как они получили этот изумрудный оттенок?Продавщица оживилась, почуяв в моих вопросах неподдельный интерес, а не каприз богатой клиентки.– Особая технология, мадам. Сначала красят в желтый, потом в синий, и только потом, в зеленый. Получается глубина, видите?

– Вижу, – я приложила ткань к щеке. – Боги, это же настоящее искусство.– Вы разбираетесь в тканях, мадам?– Нет, – я усмехнулась. – Просто когда-то мечтала стать портнихой. Шить платья для таких вот магазинов. Чтобы женщины приходили и чувствовали себя красивыми.

Я сказала это и вдруг поняла, что сказала лишнее. Джон смотрел на меня поверх газеты, и в его взгляде было что-то новое. Настоящий, теплый интерес.– Мечты иногда сбываются, – сказал он тихо. – Примерь вот это.

Он указал на платье, которое висело отдельно от остальных, изумрудно-зеленое, с глубоким вырезом на спине и простым, но элегантным лифом. Оно словно светилось изнутри.– Давай, – кивнул он. – Ты должна его примерить.

Я взяла платье и скрылась за ширмой.Когда я вышла, в зале стало тихо.Платье сидело идеально. Будто его шили по мне. Изумрудный шелк обтекал формы, подчеркивая талию, мягко ложась на бедра, ниспадая к полу легкой волной. Глубокий вырез на спине открывал лопатки, а лиф... лиф делал с моей грудью такое, что даже я сама засмотрелась.

– Ну? – я повернулась к Джону, стараясь не выдать волнения. – Как тебе?Он смотрел. Просто смотрел, забыв про газету, про продавщиц, про все на свете. В глазах горело то самое пламя, что и вчера, только теперь он даже не пытался его скрыть.

– Ты... – начал он и запнулся. Сглотнул. Начал снова: – Сносно, Мерил.– Ого, – я приложила руку к груди. – Комплимент от самого генерала? Я падаю в обморок.

– Не падай, – он поднялся, подошел ближе. Остановился в шаге, разглядывая платье. – Оно твое.– Ты серьезно?– Абсолютно. И вот это, – он указал на черное с серебром, – и вот это, синее. И вон то, бордовое.

– Джон, – я рассмеялась. – Ты собираешься открыть мой магазин?– Я собираюсь обеспечить тебя всем необходимым для работы, – отрезал он, но в его голосе слышалась улыбка. – А для работы тебе нужно несколько платьев. Разные выходы, разные образы.Нельзя на светские вечера ходить в одном и том-же.

– Несколько, – повторила я. – То есть я теперь официально твоя содержанка?– Ты мой работник, – он вздохнул. – Сколько раз повторять?

– Буду повторять, пока ты сам в это не поверишь, – я подмигнула и упорхнула переодеваться.К тому моменту, как мы вышли из магазина, я была обладательницей четырех роскошных платьев, двух пар туфель, перчаток, вееров и какой-то невероятно красивой шали, которую продавщица подсунула со словами «к такому платью обязательно нужна эта шаль, мадам».

Джон нес все пакеты. Он выглядел нелепо, генерал-полицеймейстер, дракон, грозный следователь, нагруженный ворохом коробок, как носильщик. Но я молчала. Не потому что боялась, а потому что наслаждалась зрелищем.– Куда теперь? – спросила я, когда мы вышли на улицу.

– Обедать, – он кивнул в сторону маленького ресторанчика через дорогу. – И поговорить о деле.– Опять говорить, – вздохнула я. – А когда действовать?– Скоро, – пообещал он. – Не капризничай.

Ресторан оказался тихим, уютным, с отдельными кабинетами, скрытыми тяжелыми портьерами. Мы сели в дальнем углу, заказали еду, и Джон наконец поставил пакеты на пол.– Устал? – ехидно поинтересовалась я.

– Привык таскать тяжести, – он потер плечо. – Но обычно я таскаю оружие, а не дамские тряпки.– Привыкай, – передразнила я его вчерашнюю интонацию. – Теперь ты мой личный носильщик.

– Прекращай, – в который раз повторил он. – Давай к делу.Принесли еду. Я набросилась на мясо с таким аппетитом, будто не ела вечность. Джон ел аккуратно, отпивал вино и смотрел на меня.

– Граф де Вейл, – начал он, когда я прикончила половину тарелки. – Что ты о нем знаешь?– Ничего, – я отпила вина. – Кроме того, что он богат, знатен и любит вечеринки.

– Любит, – согласился Джон. – Очень любит. Особенно закрытые вечеринки, на которые приглашают только избранных. И на которых происходит то, что не должно становиться достоянием общественности.– То есть моя стихия, – усмехнулась я. – Компромат.

– Именно, – он кивнул. – Твоя задача, попасть на такую вечеринку. Познакомиться с графом. Заинтересовать его. Стать его... близкой подругой.– Любовницей, – поправила я. – Давай называть вещи своими именами.

– Временной любовницей, – уточнил он, и в его голосе послышались стальные нотки. – Только для дела. Только чтобы войти в доверие и получить доступ к его бумагам.

– А тебя это не смущает? – я наклонила голову, разглядывая его. – Что я буду с ним... близкой подругой?– Это работа, – отрезал он.

– Работа, – повторила я. – А если он захочет большего? Если полезет под юбку прямо на первой встрече?– Ты справишься, – Джон сжал вилку так, что та чуть не погнулась. – Ты профессионал.

– Профессионал, – я откинулась на спинку стула. – Интересно, а что ты будешь делать, пока я буду развлекать графа? Сидеть в кустах и ждать сигнала?– Я буду рядом, – пообещал он. – Всегда рядом. Если что-то пойдет не так, я войду и вытащу тебя.

– Как романтично, – вздохнула я. – Прямо рыцарь на белом коне. Только ты дракон и коня у тебя нет.– Мерил, – он отложил вилку. – Это серьезно. Граф де Вейл опасен. Он связан с людьми, которые не остановятся ни перед чем. Если он поймет, что ты шпионишь...

– Я знаю, – перебила я. – Я не первый год в этом бизнесе, Джон. Я умею выкручиваться.– Умеешь, – согласился он. – Поэтому ты здесь.

Мы помолчали. Я доела мясо, допила вино и почувствовала, как приятное тепло разливается по телу.– И когда начинать? – спросила я.– Через три дня, – он полез во внутренний карман мундира и достал что-то маленькое, блестящее. – Но сначала...

Он взял мою руку. Я замерла. Его пальцы были горячими, чуть шершавыми, и от их прикосновения у меня мурашки побежали по коже.– Что ты делаешь? – спросила я, когда он надел мне на палец кольцо.

Тонкое, серебряное, с маленьким темным камнем. Простое, но изящное. Очень красивое.– Джон, – я поднесла руку к свету, любуясь кольцом. – Это, конечно, неожиданно, но я пока не готова выходить замуж. Мы слишком мало знакомы. Хотя ты, конечно, видный мужчина, и у тебя есть деньги...

– Мерил, – он закатил глаза с таким выражением, будто у него сейчас голова взорвется. – Это не обручальное кольцо.– А что? Помолвочное? – я захлопала ресницами. – Тогда тем более. Я должна подумать. Взвесить все за и против. Ты же дракон, у вас там свои традиции.

– Это артефакт слежения! – рявкнул он так, что соседние столики затихли.Я замерла. Потом расхохоталась.– Артефакт слежения? – сквозь смех выдавила я. – Серьезно? Ты надел мне на палец жучок?

– Не жучок, – он уже взял себя в руки, но щеки его слегка порозовели. – Магический артефакт. Я всегда буду знать, где ты. Если сбежишь, найду. Если попадешь в беду… подожду, потом тоже найду.– То есть это такой драконий способ сказать «я всегда буду рядом»? – я вертела кольцо на пальце. – Мило. Немного жутко, но мило.

– Это необходимость, – отрезал он. – Я должен тебя контролировать.– Контролировать, – я вздохнула. – А я-то думала, что ты просто решил сделать мне приятно. Купил платья, накормил обедом, кольцо подарил... Прямо ухаживания какие-то. Ну настоящий мужчина!

– Мерил…– Молчу, молчу, – я подняла руки в примирительном жесте. – Артефакт так артефакт. Буду носить с гордостью. Как каторжница, ошейник.– Это не ошейник, – он поморщился. – Это защита.

– Защита, – согласилась я. – Ладно. Спасибо. Правда спасибо.Я посмотрела на кольцо. Камень темнел в серебряной оправе, переливаясь глубоким синим. Красивая вещь.

– Оно сработает, если меня будут топить в реке? – спросила я деловито.– Оно покажет, где тебя топят.

– А если закопают в лесу?– Покажешь.– А если...

– Мерил, – он вздохнул. – Оно показывает твое местоположение. Всегда. Неважно, где ты и что с тобой. – Придешь, – я посмотрела ему в глаза. – Обещаешь?– Обещаю.

Настала моя очередь отводить взгляд. Потому что в его голосе было столько уверенности, столько силы, столько... чего-то еще, что у меня внутри все перевернулось.– Ладно, – я допила вино. – Рассказывай про графа. Что я должна буду там делать?

– Для начала, просто быть, – он откинулся на спинку стула. – Появиться на балу. Привлечь внимание. Заинтриговать. Он любит новых людей, особенно красивых женщин. Ты подойдешь, заговоришь, он клюнет.– А если не клюнет?

– Клюнет, – уверенно сказал Джон. – Я видел его типаж. Ты, то, что ему нужно.– То есть я типаж? – притворно обиделась я. – Просто типаж?– Ты, Мерил, – поправил он. – Этого достаточно.

Я улыбнулась. Спорить не стала.Мы пообедали, расплатились и вышли на улицу. Солнце стояло высоко, воздух прогрелся, и город жил своей обычной жизнью. Я шла рядом с Джоном, чувствуя его тепло, и думала о том, как странно все складывается.

Еще вчера утром я сидела в вонючей камере и ненавидела его. А сегодня иду с ним под руку, в новых туфлях, с кольцом на пальце и чувствую себя... почти счастливой.

– О чем думаешь? – спросил он, когда мы свернули на нашу улицу.– О том, что жизнь – странная штука, – честно ответила я. – Еще неделю назад я была королевой шантажа, а теперь, тайный агент при драконе. Соседствую с ним. Ношу его кольцо.

– Это артефакт слежения, – напомнил он.– Ага, – я улыбнулась. – Конечно.Он остановился у моей двери. Посмотрел на меня долгим взглядом.

– Завтра в восемь. Начнем подготовку. Легенда, манеры, детали.– Я буду как штык, – я взяла у него пакеты. – Спасибо за платья. И за обед. И за кольцо. Даже если это просто жучок.

– Мерил…– Пойду отдыхать – я чмокнула его в щеку быстрее, чем он успел отстраниться, и скрылась за дверью.

Я улыбнулась и пошла разбирать покупки. Изумрудное платье я повесила на видное место. Пусть висит. Напоминает.О том, что я прекрасна. О том, как он смотрел. О том, что в его глазах горело пламя, которое он так отчаянно пытается погасить.

Я разобрала пакеты, развесила платья, еще раз полюбовалась изумрудным, приняла душ и наконец рухнула в кровать. Тело гудело от усталости, голова кружилась от событий последних суток, но на душе было... тепло.

Кольцо на пальце слабо мерцало в сумерках. Я крутила его, глядя, как камень ловит отблески уличных фонарей, и глупо улыбалась.– Артефакт слежения, – прошептала я. – Ну конечно.

За стеной было тихо. Интересно, он уже спит? Или сидит там, в своей квартире, и думает о том же, о чем и я? О поцелуе. О том, как он прижимал меня к стене вчера?

– Прекрати, Мерил, – приказала я себе. Я закрыла глаза и постаралась уснуть. Мысли путались, уносили куда-то в темноту, где смешивались запах его духов, вкус кофе на его губах и жар рук на моей талии. Я проваливалась в сон медленно, как в теплую воду, уже не понимая, где реальность, а где грезы.

И вдруг… Щелчок.Я не сразу поняла, что это. Просто звук. Тихий, но резкий. Щелчок дверного замка.

Я замерла. Сердце пропустило удар, потом заколотилось где-то в горле. Кто-то вошел в мою квартиру…Я не успела даже вдохнуть, как в проеме спальни возник силуэт. Темный, широкоплечий, огромный на фоне тусклого света из окна. Он двигался бесшумно, как хищник, и от этого было еще страшнее.

Я хотела закричать. Хотела вскочить, схватить что-то тяжелое, защищаться. Но тело не слушалось, парализованное ужасом.

Силуэт приблизился к кровати. Остановился. Наклонился.И тут луна вышла из-за облака, и слабый свет упал на его лицо. Джон.

Я выдохнула, судорожно, со всхлипом.– Джон? – мой голос прозвучал хрипло, испуганно. – Ты что здесь делаешь?

Он молчал. Глаз не было видно. Может спит? Лунатик? – Джон? – повторила я, начиная дрожать. – Ты меня пугаешь. Ответь...

Он не ответил. Он шагнул к кровати, наклонился и поцеловал меня.

Это не было похоже ни на тот, первый поцелуй в номере, ни даже на тот, у стены.Нежный, долгий.Я вскрикнула в его губы от неожиданности, но он не остановился. Руки вцепились в мои волосы, его тело навалилось сверху, прижимая к матрасу, и я чувствовала, как он дрожит.– Джон, – выдохнула я, когда он на секунду оторвался, чтобы перевести дыхание. – Что случилось? Ты…Но он снова накрыл мой рот поцелуем.