Глава 5 "Спокойной ночи, сосед,"

Дом, к которому Джон меня привел, оказался старым, но крепким, из серого камня, с высокими окнами и чугунными решетками на первых этажах. Район производил впечатление респектабельности, не трущобы, но и не центр, где селятся богачи. Улица была тихой, вымощенной гладким булыжником, вдоль тротуаров росли чахлые деревца, а на углу работала пекарня, из которой тянуло свежим хлебом.

– Третий этаж, – Джон открыл тяжелую дубовую дверь подъезда ключом и пропустил меня вперед. – Лифта нет, придется топать ножками.– Пешком так пешком, – я начала подниматься по лестнице, стараясь не думать о том, как гудят ноги после бессонной ночи в камере. – Хотя мог бы и донести. Рыцарь из тебя никакой.

– Я не рыцарь, – раздалось сзади. – Я следователь. Не позирую, а просто делаю свою работу. – И давно ты тут живешь? – спросила я, останавливаясь на втором этаже перевести дух.

– Месяц, – он прошел мимо меня, даже не запыхавшись. – Поднимайся давай, не останавливайся.– Легко тебе говорить, – проворчала я, но послушалась. – У тебя ноги длинные и выносливость драконья. А я всю ночь в камере просидела на досках.

– Тренируйся, – отрезал он. – Работа предстоит активная.Третий этаж встретил нас тремя дверями. Джон уверенно направился к крайней слева, достал ключи и открыл замок.

– Заходи. Это теперь твое.Я перешагнула порог и оказалась в маленькой прихожей с вешалкой для одежды и зеркалом. Справа виднелась дверь в комнату, слева, в кухню, а в конце коридора, еще одна, видимо, в ванную и спальню.

– Не Люкс в столичном отеле, но жить можно, – прокомментировала я, проходя в гостиную.Комната оказалась небольшой, но светлой. Высокое окно выходило во двор, у стены стоял диван, обтянутый темно-зеленым бархатом, пара кресел, журнальный столик и старый комод. На подоконнике, горшок с засохшей геранью. Мебель явно не новая, но чистая, без следов чужой жизни.

– Здесь есть все необходимое, – Джон прошел к окну и дернул шнурок, поднимая жалюзи. Свет хлынул в комнату, высветив пылинки, танцующие в воздухе. – Постельное белье в шкафу, посуда на кухне.

Я опустилась на диван. Пружины жалобно скрипнули, но в целом сидеть было можно. Даже удобно.– Мило, – сказала я, оглядываясь. – Бедненько, но чистенько. А где ты живешь?

Он помолчал. Я подняла на него глаза и заметила, как на его лице мелькнуло что-то странное. Удовольствие? Смущение? Не поймешь.– В соседней квартире, – ответил он спокойно.

Я замерла.– В смысле, в соседней?

– В прямом, – он кивнул на стену справа. – За этой стеной. Я снял эту квартиру месяц назад, когда начал разрабатывать твое дело.– То есть ты... – я поднялась, чувствуя, как внутри закипает странная смесь злости и восхищения. – Ты специально рядом с собой меня разместил? В одном доме? За стеной?

– Не с собой, – поправил он. – Рядом с объектом разработки. Это разные вещи. Ты жила в соседнем квартале, но я планировал, что после вербовки ты будешь жить здесь. Под присмотром.– Под присмотром, – повторила я. – То есть ты будешь следить за мной двадцать четыре часа в сутки?

– Скорее, приглядывать, – он пожал плечами. – На время операции ты полезна. Я не могу рисковать. Я прошла к стене, приложила к ней ладонь. Холодная штукатурка. Где-то там, за ней, его квартира. Его кровать. Его жизнь.

– И часто ты собираешься... приглядывать? – спросила я, не оборачиваясь.– Постоянно, – его голос звучал ровно, но я чувствовала, что он следит за каждым моим движением. – Выходные, праздники, ночи. В любое время, когда ты не на задании.

– А если я захочу принять ванну? – я повернулась и посмотрела ему в глаза. – Ты и туда заглянешь?– Мерил, – он вздохнул. – Не надо.

– Что не надо? – я сделала шаг к нему. – Я просто спрашиваю. Ты говоришь, что будешь приглядывать. Я хочу понять границы. Где заканчивается слежка и начинается... ну, скажем, соседская помощь?

– Нигде не начинается, – отрезал он. – Я твой куратор. Точка.– Ах, куратор, – я подошла еще ближе. Теперь нас разделяло не больше метра. – Значит, если мне станет страшно ночью, я не могу постучать к тебе в дверь?

– Не можешь.– А если я потеряю ключи?– Запасные у меня.

– А если вдруг захочу выпить чаю с кем-то…?– Мерил…– А если я просто захочу тебя? – выпалила я.

Повисла тишина. Такая густая, что ее можно было резать ножом. Джон смотрел на меня, и в его глазах бушевало пламя. Настоящее, драконье, едва сдерживаемое.– Невыносима, – сказал он тихо.

– А ты говорил, что драконы греют, – ответила я, делая последний шаг.Теперь мы стояли вплотную. Я чувствовала жар, исходящий от его тела, видела, как расширились его зрачки, как дернулся кадык, когда он сглотнул.

– Мерил, отойди, – его голос сел до хрипоты.– Не хочу, – я подняла руку и коснулась пальцами его груди. Ткань сюртука была теплой, а под ней бешено колотилось сердце. – Твои глаза горят. Ты дышишь чаще. Ты...

Я не договорила.Он двигался так быстро, что я не успела моргнуть. В одно мгновение он схватил меня за плечи, развернул и прижал к стене с такой силой, что я ударилась лопатками и охнула. Но боли не было, только его тело, вжавшее меня в холодную штукатурку, и рука, обхватившая мою шею.

– Ты хочешь знать, чего я хочу? – его голос звучал низко, рычаще, почти нечеловечески. – Ты хочешь поиграть, Мерил? Хорошо. Давай поиграем.И он поцеловал меня.

Это не было похоже на тот поцелуй в номере. Тот был частью спектакля, разогревом перед арестом. Этот... этот был настоящим. Жестоким, жадным, голодным. Его губы впились в мои с такой силой, будто он пытался выпить меня всю, до дна. Я почувствовала вкус кофе, который он пил за завтраком, когда его язык нагло ворвался в мой рот.

Его рука на моей шее сжалась чуть сильнее, запрокидывая голову, открывая доступ. Другая рука вцепилась в мои волосы, оттягивая их назад, заставляя выгнуться навстречу. Я застонала, в его рот, не в силах сдержаться.

Это было неправильно. Это было слишком. Это было именно то, чего я добивалась, и теперь, когда это случилось, я поняла, что совершенно не готова.

Он целовал меня так, будто я была не женщиной, а добычей, которую наконец-то догнали. Его язык вторгся в мой рот с новой силой, властный, горячий, и я таяла, теряла себя, забывала, как дышать.

Мои руки вцепились в его сюртук, притягивая еще ближе, хотя ближе уже было некуда. Я чувствовала каждую пуговицу на его груди, каждую складку ткани, каждое движение мышц под одеждой. Я чувствовала его желание, твердое, настойчивое, упирающееся мне в живот.

И мне было все равно. Пусть. Пусть будет так.Он оторвался от моих губ и впился в шею, там, где билась жилка. Укусил, не больно, но чувствительно, оставляя метку. Я вскрикнула и выгнулась еще сильнее, вжимаясь в него всем телом.

– Ты... – выдохнул он мне в кожу, и его дыхание обжигало. – Ты даже не представляешь... как я хотел... как долго…– Представляю, – прошептала я, запуская пальцы в его волосы. – Я не только это представляла…

Он зарычал. Настоящий рык, низкий, вибрирующий, от которого у меня подогнулись колени. Если бы он не держал меня, я бы точно упала.

Его губы снова нашли мои, и я утонула в поцелуе. Его руки скользнули по моей спине, сжали ягодицы, приподняли, прижимая к себе еще теснее.

Это длилось вечность. Или секунду. Я потеряла счет времени.А потом он резко отстранился.

Так же внезапно, как набросился. Отпустил меня, отступил на шаг, тяжело дыша. Его глаза горели, грудь вздымалась, губы были припухшими от поцелуев. И в этом хаосе страсти я вдруг увидела... ужас. Самый настоящий ужас.

– Нет, – выдохнул он, пятясь к двери. – Нет, Мерил. Так нельзя.– Что? – я все еще висела на стене, не в силах выпрямиться. Ноги не держали. – Почему?

– Потому что, нельзя – его голос дрожал. – Потому что если я начну, я не смогу остановиться. Потому что ты мой агент, черт возьми! Потому что я должен тебя защищать, а не трахать у стены в первый же час!

– А если я хочу, чтобы…? – выпалила я. – Если мне плевать на контракт и на защиту?– Я сказал, нет! – рявкнул он.

Мы смотрели друг на друга. Я, все еще прижатая к стене, с бешено колотящимся сердцем и гудящими от желания губами. Он, в двух шагах, с побелевшим лицом и трясущимися, от возбуждения, руками.

– Мерил, – сказал он тише, проведя ладонью по лицу. – Ты не понимаешь. – Но…– Нет, – отрезал он. – Сначала дело. Сначала операция.

Он развернулся и направился к выходу.– Джон! – окликнула я.Он остановился, не оборачиваясь.

– Ты сказал, что жил здесь месяц. Что следил за мной. Ты хотел этого…

Повисла тишина.– С первого взгляда, – ответил он тихо. – В тот вечер, когда ты пришла в бар к Бригитте в первый раз. Ты смеялась, запрокинув голову, и пила вино. Я понял, что пропал. И понял, что это проблема. Потому что такие, как я, не для таких, как ты.

Дверь открылась. А я стояла, пытаясь понять. Моня только что оскорбили? Этот дракон решил, что я ему не подхожу?!

– Документы на столе. Легенда и первое задание завтра утром. Я зайду в восемь.Дверь закрылась.

Я сползла по стене на пол, обхватила колени руками и попыталась отдышаться. Губы горели. Шея горела. Все тело горело.– Черт, – выдохнула я. – Черт, черт, черт.

Я провела пальцами по губам, все еще чувствуя его вкус. Вкус дракона. – И что мне теперь с этим делать? – спросила я пустую комнату.

Но комната молчала.Я поднялась, доковыляла до окна и выглянула во двор.

Я смотрела в окно, и в голове крутилась только одна мысль:– С первого взгляда, значит. Месяц назад. А я и не заметила.Я улыбнулась. Скверно, злорадно и победно.

Игра только начиналась. И теперь я знала, что он тоже в нее играет. Просто правила пока не определили.Я отошла от окна, скинула туфли и побрела в ванную. Горячая вода, мыло и чистое полотенце ждали. Маленькие радости свободы.

Стоя под душем, я смывала с себя запах камеры, запах вчерашнего вечера, запах его поцелуев. Но вкус оставался. Где-то глубоко внутри, на языке, в памяти.– Ладно, дракон, – прошептала я, закрывая глаза. – Посмотрим, кто кого.

Вода стекала по лицу, смывая остатки возбуждения.Я знала только одно: моя жизнь только что перевернулась. И этот темноволосый дракон с его проклятым самоконтролем был теперь в центре всего. Я его заполучу.

Я выключила воду, завернулась в полотенце и вышла в комнату. На столе действительно лежали документы. Новое имя, новая легенда, новая жизнь.Я взяла папку, но мысли были далеко.

За стеной, в соседней квартире, сейчас сидел мужчина, который целовал меня так… жарко. Я подошла к стене, приложила к ней ладонь. Теплая. Совсем, как его тело.

– Спокойной ночи, сосед, – прошептала я.И пошла спать. Удивительно, но я уснула почти сразу. Без снов, без кошмаров. Просто провалилась в темноту, как в омут.

А утром меня разбудил стук в дверь.– Вставай, – раздалось из коридора. – Выходим через час.Голос Джона. Холодный, официальный, будто вчерашнего не было.Я улыбнулась в подушку.– Иду, дракон, – прошептала я. – Бегу.