Глава 13

– О чем вы хотели со мной поговорить? – напоминаю я, устраиваясь на соседнее кресло комфортабельного автомобиля.

Смолов давит на газ, и глядя на дорогу, говорит с претензией:

– Прекращайте, Полина.

– Что?

– Делать вид, – поворачивает голову в мою сторону.

– Я не понимаю…

– Ваше показательное выступление перед матерью я оценил. Но без фантазии, правда.

– О боже, нет… Вы думаете, что я специально? – теряюсь я.

– Нет, вас случайно сюда занесло ветром, и вы случайно заикнулись про диету.

– Не то, чтобы… Мы договорились о встрече, и я правда сижу на диете.

– Хотели надавить на жалость? – босс сжимает руль и свою челюсть.

– Вовсе нет.

– А почему тогда во мне играет совесть после сегодняшнего обеда?

Мой рот растерянно приоткрывается.

– Я не знаю… – встряхиваю головой. – У вас есть совесть?

Это не сарказм, а удивление. Хотя Смолов этого не понимает.

– Представьте себе. Значит так, Полина, забудьте о моем ультиматуме и ешьте что хотите, честное слово!

Он раздражен. А я не знаю, как реагировать, мои глаза хаотично бегают по панели в попытке ухватится хоть за что-то вразумительное. Что происходит, а? Он только что взял свои слова обратно или я сплю?

– Но ведь вы…

– Я не уволю вас. Если, конечно, вы не завалите чью-то свадьбу.

Я прочищаю горло. Его щедрая снисходительность задевает мое ранимое достоинство.

– Вы очень милостивы, – поднимаю подбородок и продолжаю гордо. – Но да простит меня ваша совесть, я не пойду у нее на поводу.

– Что? – его хмурые брови встречаются на переносице. – Хотите вывести меня из себя?

– Нет.

Смолов тормозит на светофоре и всем корпусом поворачивается ко мне.

– Тогда почему у вас это получается?

Я вжимаюсь в кресло от его прямолинейного взгляда, который впивается в меня.

– Я даже не старалась, – сглатываю.

– О как… Значит, все-равно будете худеть?

– Буду.

– Из упрямства?

– Из любви к себе, – неконтролируемо вылетает из меня.

– Что же вы до этого себя не любили?

– Видимо нет. Я не знаю.

– Хм, странная вы… – с прищуром смотрит на меня.

– Приму за комплимент, если вы не против.

– Уж пожалуйста, – хмыкает Смолов и трогается на зеленый свет.

Я отворачиваюсь к окну, за которым бушует непогода и бесшумно вздыхаю.

– То есть вы правда не женитесь на мне, если я похудею? – вспоминаю я некогда сказанные слова босса. Разрядить обстановку.

– Даже не старайтесь, – усмехается он.

– Что ж, переживу… – наигранно охаю я и растягиваюсь губы в улыбке.

– Уверен, у вас еще будет много женихов.

– Упаси боже. Я лучше заведу кота!

Одиночки в тренде. На что мне мужик? От них одни проблемы и комплексы. А так, что хочешь, то и делаешь. Можно даже булку с колбасой умять, никто ничего не скажет и к другой не уйдет. Кот со мной жрать будет, вот это взаимопонимание и поддержка.

– Перестаньте. В конце концов, некоторые мужчины любят пышечек.

Я криво улыбаюсь. Он мастер демотивации.

– Но вы к числу таковых не относитесь естественно. Сторонники бодипозитива сожгли бы вас на костре.

– Точнее они бы съели меня. Это шутка, Полина, – хорошо, что уточнил. – Я нормально отношусь к людям размера plus size. У девушки должно быть за что потрогать…

– Эм-м… Давайте без подробностей, – морщусь я.

– Как скажете, – усмехается.

– Раз вы такой весь толерантный, то зачем же упрекали меня за… Дайте вспомнить… Неподобающий внешний вид сотрудника свадебного агентства.

– Это правда, толстой вас никто не называл, – хочет сострить он, но я его шуточка тупится о мое каменное лицо. – Кхм, вы первая повели себя непрофессионально, поэтому я должен был как-то поставить вас на место, Полина, каюсь…

– Ага! Я была права, и вы обиделись! – не сдерживаюсь я, направляя на него указательный палец. Но меня быстро осаживает предостерегающий мужской взгляд. – Ой…

Смолов задумчиво барабанит по рулю, а потом кивает:

– Меня задели ваши слова, не буду скрывать.

– И вы не нашли ничего лучше, как уцепиться за мои недостатки, да? – складываю руки на груди, предугадывая ответ.

Смолов пожимает плечами.

– Знаете, кто вы после этого? – бросаю косой взгляд в него.

– Снова будете оскорблять? Валяйте.

– Еще чего. Я воздержусь, – деловито закидываю ногу на ногу.

– Полина, извините меня.

Я вздрагиваю от того, что теплая ладонь Смолова касается моей, которая до этой секунды мирно лежала на коленке. На секунды, пока наши ладони лежат друг на друге так нежно и ненавязчиво, я впадаю в ступор.

– Эм-м, пф-ф… – дергаю головой и освобождаюсь от чар Смолова. – Извиняю. Я не злопамятная. Особо.

– Я рад. Получается мне повезло.

– Да…

Я пространно отвечаю, все еще прихожу в себя и перевариваю, что произошло. Мои щеки смущенно вспыхивают, как у девчонки, которую впервые поцеловал парень. В салоне жарко или я пылаю? Я прислоняюсь щекой к стеклу, чтобы его прохлада отрезвила разум, который еще остался в дурной голове.

Босс отвозит меня до дома, и перед тем, как выпроводить меня из машины, говорит:

– У меня есть кое-что для тебя, – он дотягивает до бардачка. – В качестве извинений…

Его рука достает плитку шоколада и протягивает её мне.

– Шутите? – сладкое ка красная тряпка для меня. – Или дразните?

– Не то и не другое. Кстати, это самый вкусный шоколад из всех.

– Хм, с чего это самый вкусный? – быстро клюю на уловку.

– Сомневаетесь?

– Я не пробовала этот, поэтому не могу заявлять, – я беру шоколад в руки и рассматриваю обертку.

– Ну вот, а я пробовал, чего и вам советую.

– Это провокация, да? – подозрительно щурюсь я.

Илья смеется, и я не удержавшись, тоже хихикаю.

– Это всего лишь плитка шоколада и не более того. И она не для веса, а для хорошего настроения и вашей улыбки.

Смолов улыбается мне так очаровательно при этом, что я сама сияю в ответ.

– Ладно… Спасибо, – машинально сминаю губы и поправляю шапку. – Я пойду тогда…

– Все доброго. И хороших выходных.

– И вам.

Я киваю на прощанье и выхожу из машины на свежий воздух. В руке шоколад, а внутри что-то непонятное. Словно метель ворвалась в меня и перевернула все с ног на голову.