Глава 33

После тренировки мы с Валюхой заехали в супермаркет, и ограбив его на две корзины, довольные поехали к ней домой.

– Полина, сюда. Фух, – подруга выгружает толстые пакеты с продуктами на стол. – Чуть не откинулась пока несла.

Она встряхивает руки, и ноет, увидев отпечатавшиеся следы от ручек на ладонях. Я поддерживаю её и следом взбираюсь на барный стул, икры гудят.

– Быстро привыкаешь к лифту, да?

– И не говори. Сломался, зараза.

– И куда столько набрали? – шуршу пакетами. – Запасы на вторую мировую?

Валя пожимает плечами и смеется.

– Так, и что готовить будем? – на энтузиазме прокручиваюсь на стуле вокруг своей оси.

– Индейку с овощами в духовке.

– О, звучит неплохо. Приступим?

Желудок, привыкший есть по часам уже с укором стучит по циферблату, а другой рукой стучит ложкой по столу.

– Для начала надо переодеться, – смотрит она на белый комбинезон.

– У меня все с собой. На этот раз обойдусь без мужских футболок.

– Как хочешь.

Розовая в белую полоску пижама идеально вписывается в атмосферу девчачьих посиделок. Выхожу из ванной комнаты и попадаю под удивленный взгляд подруги. Она заставляет меня покрутиться.

– Не поняла, когда ты стала секси? – изогнув бровь, смотрит на мои короткие шорты Валя. – Попу накачала – мальчики, держите яйца.

– Валя, – смеюсь я. Она же специально подтрунивает. – Не преувеличивай, пожалуйста.

– Нет, Маркова, сегодня я тебя расколю, как орешек, – её указательный пальчик направлен на меня. – Ты мне все расскажешь!

– Спасите…

Валин ответный хохот символизирует только одно – никакой пощады.

Мы разгружаем пакеты и начинаем приготовление ужина. Никогда бы не подумала, что белая кухня может прийтись по душе, но у Вали именно такая, еще и просторная с большим высоким продолговатым столом по центру.

– Так, ты займешься овощами, а я беру на себя мясо, окей? – раздает команды хозяйка в фартуке.

– Без проблем, – осматриваюсь я, глаза разбегаются. – Где у тебя тут все… Нож, доска?

Одним взглядом она указывает на все необходимое.

– Спасибо.

Я готовлю себе рабочее место, мою овощи, то и дело натыкаясь на Валин испытывающий взгляд. Её дико раздражает, что я от неё что-то скрываю. Ждет, когда сама начну, но у меня язык не поворачивается.

– Может музыку включим? – предлагаю я, чтобы сбить напряжение, повисшее в воздухе.

– Легко!

Она переваливается через спинку дивана и берет пульт. Пару нажатий и в музыкальных колонках начинает петь приятный мужской голос что-то на английском про любовь. Как актуально.

Бедра самовольно начинают двигаться в такт музыке. Пританцовывая и подпевая гнусавенько под нос, я нарезаю овощи, пока Валя разбирается с индейкой, приправляя её по авторскому рецепту.

– Ну-с, я жду, – Валино терпение кончается. Требовательно смотрит прямо в глаза. – Рассказывай, дорогуша.

– О чем? – непонимающе моргаю, надкусываю красный перец. – М-м, вкуснота.

Не оценив шутку, подруга чересчур сильно сжимает индейку, и слышится хруст хрящей.

Я прикрываю рот и смотрю на бедную тушку.

– Ты сломала ей бедро, варвар.

– Следующее будет твое, если не перестанешь прикидываться дурочкой!

Даже музыка затыкается от её угрозы.

Я вспыхиваю.

– Ах так, – лезвие ножа вонзается в цукини. – Чего ты хочешь от меня, а?

– Правду. Ты с кем-то встречаешься?

– Допустим.

– Поздравляю. А почему скрываешься по кустам? Не с президентом ведь.

Я хмыкаю. Конечно, куда мне.

– Нет, не с президентом.

Между нами летают невидимые искры. Как хорошо, что стол такой широкий, и мы стоим по разные стороны баррикады.

– Говори.

– Зануда ты, – фыркаю.

– Говори.

– Я на допросе?

– Говори же!

– Илья!

– Какой Илья?

Она спрашивает и тут же прозревает.

– Смолов! – говорим вместе в унисон.

Валя хватается за голову, онемев на время, и медленно опускается на стул. Я с зардевшим лицом продолжаю дробить цукини на кусочки, восстанавливая внутреннее равновесие.

– Так, так… – приходит в себя Валя. Она нажимает на виски, переваривая поступившую информацию. – И как ты до этого докатилась, м?

– Что значит «докатилась»? – прищуриваю глаза я.

– А то, – вылетает смешок.

Вытерев руки полотенцем, Валя как – то опасно приближается ко мне.

– Я напомню тебе, милая Полиночка, – натужно выговаривает слова, словно её рот онемел. – Ты встречаешься с тем, кого недавно на дух не переносила? Несостыковочка образовалась.

Она подходит близко, дышит чуть ли не в лицо. Конкретно давит, и я увожу взгляд.

– Так получилось, – пожимаю плечами. – Само собой. Почему я должна оправдываться?

– Не должна.

– Вот и всё. Прими это как факт.

– Угу, хорошо, – обижено хмыкает она. – И когда успела… Маркова, честно, я от тебя в шоке!

– Я сама от себя в шоке, – выпускаю воздух из легких. – Овощи готовы, Валюша…

Говорю мягко, чтобы сбавить повышенный градус, царящей на кухне.

Валя молча берет миску, добавляет соли, поливает оливковым маслом и отправляет овощи вместе с мясом в духовку.

Потом снимает с подставки два бокала и, ни говоря ни слова, разливает вино. Боюсь даже что-то вставить лишнее, жду, когда она успокоиться и сама начнет разговор. Переглянувшись, мы чокаемся каждый за свое, Валя осушает почти половину бокала и звучно ставит его на стол.

Уставившись на меня, она серьезно спрашивает:

– И как он?

Я беру секунду на ответ.

– Отлично.

Валя усмехается, закидывает в рот виноградину и тщательно разжевывает. Я повторяю за ней.

– У вас все серьезно?

Вопрос не в бровь, а в глаз.

– Настолько, насколько это возможно.

– Это как? – морщится подруга на такое словоблудство. – «Волшебством» занимались уже, м?

– Кхм, – подкашливаю я.

– Что такого?

– Все было.

– Было значит, мхм… – задумчиво тянет она.

– Странная ты. Рассказала тебе, что опять не так? Илья – нормальный мужчина.

– Нормальный. Только вот у него на лбу написано «Бабник», а у тебя «Раз и навсегда». Вот в чем проблема, понимаешь? Как бы этот хозяин жизни не кинул того, как попользуется.

– Такого не случится, – сухо говорю я, понурив голову. – У нас свободные отношения.

Даже язык сопротивляется говорить об этом. А Валя просто в ауте.

– Чего? – её брови выгибаются дугой. – Повтори.

– Никто никому ничего не обещал, – чеканю механически то, о чем всегда напоминаю себе после встреч с Ильей. Чтобы не забываться. – Тебе ли не знать о таких отношениях? Для здоровья, все дела.

В горле собирается ком, я поджимаю губы и опускаю глаза.

– Для здоровья… А ну смотри мне в глаза, Маркова, – берет меня за подбородок Валя. – Смотри в глаза, я говорю. Ты согласна на такие отношения или это его инициатива?

– Мы оба так решили. Он не хочет серьезных отношений, а я только недавно из них вышла, и не готова разочаровываться в новых. Так что…

– То есть тебя все устраивает?

– Да.

Валя смеется – не верит ни слову. Добивает меня уточнениями:

– То есть, пусть он шарохается, где хочет, с кем хочет, а ты – так, один из вариантов.

– Насколько знаю, я – единственный вариант, – в голосе сквозит сомнение. – Его все устраивает.

– Смешно. Те, кто выбирает свободные отношения, не привязываются к одной женщине. И отчитываться перед тобой за количество он не будет.

В голову сразу всплывает сегодняшний флирт с девушкой. Меня это напрягает? Жутко. Кусаю губу.

– Зачем ты мне все это говоришь, а?

– Я переживаю за тебя, – Валя берет меня за руки, насквозь видит, как мне хреново. – Илья возьмет сполна и оставит тебя ни с чем. Ах нет, разве, что оставит разбитое сердце. Так что завязывай с ним, Поля.

– Не могу, – тихо стону.

– Можешь, пока еще не поздно.

– Поздно.

– Твою мать, – выругивается Валя и с опаской спрашивает. – Влюбилась?

– Кажется, да. Раньше моей слабостью была еда, а сейчас… Этот человек. Я все время думаю о нем, и мне хорошо, когда он рядом.

Говорю, а сердце в груди начинает колошматить, пульс учащается.

– Вот черт. Соболезную…

– Что мне делать, Ва-а-ля-я, – закрываю лицо ладонями.

Она обнимает меня, гладит по спине.

– Вечно ты вляпываешься в чувства, нельзя что ли похолоднее, с головой к делу подходить? Чудобразие ты наше… А может перебесишься?

Открываю грустное лицо с влажными ресницами и обреченно мотаю головой.

– Нет. Я крепко влипла, даже с бывшим такого не было, – сразу вспоминаю про нашу с ним встречу и пуще завываю. – Ох, еще же Костя явился, как с потолка свалился! Век бы не видела.

– Костя? Ну-ка поподробнее.

– Перевелся в спорткомплекс, где мы занимаемся. Случайно пересеклись с ним, он явно подкатывал, а я сказала, что у меня есть парень.

– Лихо ты… Костик, значит, переобуться решил?

– Ага, не по погоде. Он в кроссовках, а у меня для него всегда будет студеная зима.

Валя задумчиво кусает губу, а потом хитрюще смотри на меня:

– Слушай, а Смолов ревнивый?

– Как сказать. Но на бывшего вроде взъелся, на зло мне какую-то деваху согласился подвести.

Я с досады шлепаю по столешнице, а Валя довольно улыбается:

– Так. Слушай сюда, есть план, как проверить чувства Смолова к тебе. Может не все потеряно.

– Как проверить? – любопытно тянусь к подруге, чей голос стал дико интригующим.

– Будешь дразнить его бывшим. Сделай так, чтобы Илья заревновал и думал, что ты хочешь вернуться к Коле. Если у Ильи есть чувства к тебе, то он не позволит, чтобы это случилось, и ты была только его.

– Я с Колей должна играться ради этого? Знаешь ведь, что терпеть его ненавижу!

– Ну он же с тобой игрался, будет ему уроком. Ты только слегка, пусть слюни пускает, чтобы общение завязать, пересекаться почаще перед Смоловым.

– Попробовать можно, выйдет ли что из этого… – сомнительно сминаю губы.

– Вот и проверим, – наши бокалы чокаются. Глоток вино подкидывает Вале еще одну идею. – Кстати, раз такие дела, то пойдем сегодня в клуб.

– Чего?

– Того. Расслабимся, – её брови весело прыгают. – Ты выложишь сториз у себя на страничке, чтобы Илья увидел.

– Но я сказала, что мы у тебя дома тихо, мирно сидеть будем, – теряюсь я. Илья точно будет недоволен.

– А с чего ты должна отчитываться перед ним? У вас же свободные отношения. Вот и пользуйся. Или только ему можно с разными рода дамочками общаться?

У Вали получается спровоцировать, гордость просыпается по щелчку.

– Правильно. Чего это я? – выпячиваю грудь вперед. – Обязательно пойдем.