Глава 10. Алекс

Иду по коридору к отделу тестирования, и каждый мой шаг отдается в висках глухим стуком пульса.

Я чувствую себя конченым, параноидальным идиотом.

Всю ночь я не сомкнул глаз. Смотрел в потолок и раз за разом прокручивал в голове, как она стояла посреди разгромленного опен-спейса, как защищала свою стажерку, как швырнула мне телефон.

И понял, что действительно повел себя как загнанный в угол, истеричный тиран. Я перешел черту. Облажался.

И я иду извиняться.

Я еще ни разу, никогда и ни перед кем не извинялся. Но сейчас я должен сказать Рите, что был неправ.

От одной мысли об этом у меня сводит скулы, но есть кое-что еще. Кое-что, от чего внутри разливается самодовольный триумф.

«Он объективно красивый мужик…»

Эта строчка из ее вчерашнего гневного сообщения в игре выжжена на моей сетчатке.

Рита считает меня красивым.

Я прекрасно осведомлен о своей внешности, женщины всегда вешались на меня гроздьями, но почему-то я был абсолютно уверен, что именно у Риты мой вид вызывает только рвотный рефлекс.

А вот поди ж ты.

Эта рыжая фурия, которая поливает меня ядом каждый божий день, втайне пялится на меня. Эта мысль возбуждает так сильно, что я почти забываю о слитом коде.

Вхожу в опен-спейс тестировщиков.

Мой взгляд мгновенно находит ее. Сегодня она в брючном костюме благородного изумрудного цвета.

Пиджак расстегнут, под ним — шелковая блузка, которая так возмутительно облегает ее грудь, что мне хочется немедленно объявить в офисе пожарную тревогу и выгнать всех остальных на улицу.

Ее огненные кудри водопадом спадают на плечи, губы накрашены дерзким алым цветом.

Рита выглядит как богиня войны, и меня тянет к ней с такой силой, словно я попал в гравитационное поле.

Подхожу к ее столу.

Она даже не поднимает головы, ожесточенно вчитываясь в логи на экране.

— Рита, — мой голос звучит чуть хрипло.

Я прочищаю горло. Я должен сказать это.

— Рита, послушай. Насчет вчерашнего… Я хочу сказать, что я…

Я почти произношу слово «извини». Оно уже на кончике моего языка. И тут мой взгляд падает на ее стол.

Мои слова застревают в горле. Мозг, натренированный на безопасность, мгновенно фиксирует вопиющее, немыслимое нарушение.

Прямо к ее рабочему системному блоку, имеющему доступ к защищенной внутренней сети компании, тонким шнуром подключена дешевая, глянцевая, кислотно-красная пластиковая мышь неизвестного происхождения.

Паранойя, которую я пытался задушить последние десять часов, взрывается во мне с новой силой, сметая все остатки здравого смысла.

— Какого дьявола, Маргарита?! — мой голос бьет по ушам.

Все извинения летят в мусорную корзину. Я резко нависаю над ее столом, указывая пальцем на этот красный кусок пластика.

— Что это за дерьмо торчит из твоего порта?!

Рита вздрагивает, ее зеленые глаза вспыхивают, и она медленно, с убийственной грацией поднимается со своего кресла. Изумрудный пиджак распахивается.

— Это — компьютерная мышь, Александр, — чеканит она так, словно разговаривает с умственно отсталым. — Инструмент, с помощью которого я, представь себе, работаю!

— Я вижу, что это мышь! — рычу я, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

Мгновенно забываю, что она женщина, к которой меня тянет, и вспоминаю, что я генеральный директор компании, которую вчера обокрали.

— Я спрашиваю, откуда она взялась?! Менее двадцати четырех часов назад у нас украли исходный код, а ты притаскиваешь из дома неучтенный, непроверенный USB-девайс и втыкаешь его напрямую в серверную сеть?! Ты совсем из ума выжила?! Ты понимаешь, что в этой дешевой китайской дряни может быть зашит аппаратный кейлоггер или троян?!

Лицо Риты покрывается пятнами от гнева. Она подается вперед.

Расстояние между нами сокращается до минимума. Воздух искрит от напряжения, пахнет ее сладким парфюмом и моим закипающим адреналином.

— Неучтенный девайс?! — срывается она на крик. — А знаешь, почему я работаю на этом «неучтенном девайсе», ты, параноидальный диктатор?! Потому что твои цепные псы из службы безопасности вчера выпотрошили мой отдел и не вернули мою мышь! Они конфисковали мое оборудование и оставили меня с голым системным блоком!

— Значит, ты должна была пойти на склад и получить новую под роспись! По регламенту! А не втыкать первую попавшуюся хрень в мой сервер!

— У меня дедлайн, Александр! — она бьет ладонями по столу, ее изумрудные глаза горят адским пламенем, губы дрожат от ярости. — Твой кривой код сам себя не протестирует! Я взяла эту мышку у Леночки, из приемной, чтобы хоть как-то запустить работу отдела, пока ты занимаешься охотой на ведьм!

Она стоит так близко, что я вижу золотистые крапинки в ее зеленых глазах. Я вижу, как часто вздымается ее грудь.

Меня накрывает первобытным желанием схватить ее за плечи, встряхнуть, а потом впиться в эти алые, дерзкие губы, чтобы заткнуть ее.

И от того, что я не могу этого сделать, я злюсь еще сильнее.

— Мне плевать, где ты ее взяла! — цежу я сквозь зубы, упираясь руками в ее стол по обе стороны от нее, беря ее в капкан. — В моей компании есть протокол безопасности! И ты его нарушила! Немедленно выдерни это из компьютера!

Рита не отстраняется. Она задирает подбородок, глядя на меня снизу вверх, и ее презрение обжигает меня не хуже кипятка.

— Сам выдерни, раз тебе так страшно, — шипит она прямо мне в лицо. — Запри нас всех в клетку, Александр. Забери клавиатуры, отключи интернет, заставь писать код на бересте. Ты ведь так боишься, что кто-то украдет твое величие. Только знаешь что? С таким отношением от тебя и воровать ничего не надо. Люди сами от тебя сбегут.

Она попадает в мою самую больную, самую незащищенную точку.

Резко отшатываюсь от нее, словно обжегшись.

Моя челюсть сжата так сильно, что ноют зубы.

Смотрю на ее пылающее лицо, на эту непокорную, невозможную женщину, и понимаю, что только что своими руками уничтожил последний шанс на нормальный диалог.

Я пришел извиняться, а в итоге снова наорал на нее из-за куска пластика.

Резко тянусь к системному блоку, и выдираю шнур красной мышки из порта и швыряю ее на стол.

— Оформляй заявку на новую в IT-отдел. И чтобы больше я не видел подобной самодеятельности, — бросаю я ледяным тоном, возвращая на лицо маску бездушного мерзавца.

Разворачиваюсь и ухожу из опен-спейса. Спиной я чувствую ненавидящий взгляд Риты. Он прожигает меня насквозь.

Мои шаги звучат гулко и ритмично. Но стоит мне завернуть за угол, как внешняя невозмутимость дает трещину.

Я прислоняюсь плечом к прохладной стене, закрываю глаза и с силой тру лицо ладонями.

Господи, какой же я идиот. Кретин. Конченый мерзавец с комплексом контроля.

Совесть, которую я считал атрофированной за годы управления корпорацией, вдруг просыпается и начинает грызть меня изнутри живьем.

Рита взяла мышку у секретаря, чтобы делать мою же работу. Чтобы спасти мой же проект. А я снова на нее сорвался.

Я отталкиваю ее все дальше и дальше, собственными руками копаю пропасть между нами.

Запах ее парфюма все еще стоит у меня в легких. Я хочу ее. Я до сумасшествия, до боли в висках хочу эту женщину.

И я делаю все, чтобы она ненавидела меня до конца моих дней. Какой же я идиот!