ГЛАВА 6

Надя не стала задавать лишних вопросов, молча снабдив меня одеждой, доставив обратно в Дом спасения и переспрашивать, что я имела в виду, передавая устное сообщение моему альфе тоже, за что я ей была чрезвычайно благодарна. Все же, положа руку на сердце, я и сама бы черта с два объяснила, ну с какого перепугу так психанула, что даже потребовалось расстояние от Риэра, чтобы успокоиться. Мы и так катастрофически мало времени проводили вместе, особенно последние полгода. А может, в этом и причина? Я так тосковала по нему, но постепенно научилась смиряться с его отсутствием, жить в ожидании среди забот и других людей, что когда он появляется, то сложно и перестроиться с того ритма постоянного предвкушения встречи на интенсивность его реального присутствия? Ну не из-за страха же его перед беременностью, которой еще и в помине нет, в самом деле? Меня не обуяла дикая жажда размножения и не затикали внезапно в голове биологические часы, не накрыло осознанием ускользающего последнего шанса оставить в этом мире потомство, ничего из этого, чушь, ей-богу! У нас туева куча времени впереди с Риэром…но, похоже, я вдруг явственно поняла, что ничего этого он со мной не захочет никогда.

По коридору до своего кабинета я кралась как диверсантка по минному полю, а все потому, что столкнуться сейчас с Машей откровенно боялась. Она не Надя и тактично не смолчит, потребует правды, как она есть, а что я могу ей сказать? Что умудрилась полаяться с Риэром, считай, на пустом месте, да еще на ту самую болезненную для нее тему. Стыдись, Рори, вот кто живет столько лет с любимым и любящим мужчиной, но с перманентным отказом в возможности иметь ребенка, у которого почти нет шансов быть отмененным. А тебе в голову шарахнуло откуда ни возьмись и все — трагедь!

Разве доводы Риэра об опасности засевшей во мне магии не разумны? А то, что мы живем, считай, под прицелом ненависти стольких недоброжелателей — чистая выдумка? Так что за дела то?

А то! Он даже не заговорил о том, какие меры мы могли бы предпринять по решению и обеспечению безопасности, а сразу отмел это, предлагая лишь одно решение — чисто радикальное. Раз — и нет проблемы!

Ну а с другой стороны, кому как не ему лучше знать о решении проблем? И мне, чем психовать и выискивать обидные или указывающие на обреченность нашего будущего признаки, следовало сконцентрироваться на том же, что и Маша все эти годы: я люблю и любима и это такой дар в принципе по жизни, а уж в наших обстоятельствах и подавно, что позволять ему потускнеть или треснуть из-з мелочности и пустой обидчивости не глупость — преступление. То есть, само слово на букву «л» я так ни разу и не услышала, но между нами и без него все очевидно.

Закинув босые ноги на стол, я отыскала в ящике свой второй рабочий сотовый, который по давнему запрету Риэра никогда не брала домой, ибо «я сказал, никакой хреновой работы и посторонней мысли, когда я в тебе» и набрала его. Несколько раз прослушала долгие гудки и предложение оставить сообщение и вздохнула, окончательно ощущая себя идиоткой. Скорее всего он спал. Ведь видела, что выглядел усталым, но блин…опять это долбаный нудеж внутри! Нет, ну а чего ты хотела, Рори? Ты сама буксанула, сама ушла, теперь еще и сама готова губы надуть за то, что мужик не стал заморачиваться на твои дурацкие, совсем ему не понятные с точки зрения логики обидки, а просто завалился спать, в ожидании пока ты развеешься, и сама же домой вернешься. Не ожидала же я, что мой альфа, весь такой с жалобным взглядом, станет гоняться за моим хвостом и скулить «прости, любимая, давай все обсудим еще и в этом раз все будет по-твоему».

Я аж хрюкнула от вырвавшегося смешка, представив такое. Заставила себя несколько часов поковыряться в деловой переписке со стаями и вот ни капельки и не косилась на экран лежащего рядом гаджета. Прекрасно слышала, когда за Машей приехал Исайтари, они прошли мимо моей двери, а я боролась с почти детским желанием спрятаться, чтобы меня не засекли вот такую всю из себя красотулю, в чужой шмотке на несколько размеров больше, растрепанной шевелюрой и запахом недавнего обращения и гнева.

После так же по-партизански прокралась в душ для персонала, чувствуя себя глупее и глупее с каждой минутой и невыносимо желая очутиться сейчас под боком у моего волчары, но добавлять неловкости и просить кого-то отвезти меня обратно за город не хотела, да и вызвать такси и свалиться среди ночи, ну это вроде как совсем уж признать себя бестолочью, и косых взглядов окружающих, не говоря уже о подколках Риэра, не избежать. Короче, я свернулась клубком на скрипучем кожаном диване в кабинете, накрылась с головой пледом и отрубилась. Подумаешь, вернусь домой завтра как ни в чем ни бывало. Нормальное взрослое решение.

Разбудил меня запах кофе, поскрипывание моего кресла и открыв глаза, я уставилась на Машу, что расположилась за рабочим столом с двумя парующими чашками.

— Я тебя внимательно слушаю, — ехидно прокомментировала она мое пробуждение, — Мне стоит поехать и оторвать яйца одному придурку или все же тебе настучать по черезчур светлой башке?

— Ни то, ни другое, — ага, если уж и захочу оторвать, то и сама справлюсь, руки прочь от моего, а с тем, чтобы самой организовать себе головную боль и осознание степени вчерашнего тупизма, то тут я тоже неплохо справилась, — Все нормально.

— Твой креативный видок на это прозрачно намекает, чего уж там, — вздохнула Маша и поднялась, — Может, напьемся после работы? Что-то давно мы с тобой во все тяжкие не пускались.

— Обязательно, но не сегодня, извини, — я все еще не могла посмотреть подруге прямо в глаза, мне казалось она возьмет и прочитает в них причину нашей с Риэром ссоры и на фоне ее собственных проблем я стану выглядеть совсем уж истеричкой.

— Ясно, поболтать по душам ты не хочешь, а судя по виноватой моське, это от того, что ты уверена, что тема способна меня задеть, — вот, так и знала, что врать я даже молча не умею, — Спасибо за заботу, Рорька, но если все же нужно будет высказаться — я всегда рядом.

Пробормотав ей благодарность в спину, стала раздумывать как бы так не сильно палевно для окружающих добраться домой, как меня прервал звонок. Риэр. Сердце подскочило и запрыгало, будто припадочная мелкая собачонка при встрече со своим хозяином, по которому она долго скучала и готова от радости скакать, визжать и мотать хвостом, пока тот не отвалиться к чертям.

— Да? — хрипло буркнула в трубку.

— Пупс, выйди к воротам, — и оборвал связь. Я даже не успела уловить в каком он настроении, но что-то мне подсказывает, что не в радужном.

Подтянув повыше спортивки из Надиного костюма, я влезла в банные шлепанцы и глянула на себя в зеркало. М-да, красота неописуемая ты, Рори, и какого черта не держать на работе хоть что-то из одежды, тогда не пришлось бы сейчас изображать пугало.

А с другой стороны, какой он меня уже только не видел, так что все это мелочи. Приехал, сам, вот что главное!

К проходной я неслась едва ли не в припрыжку, но увидев Риэра опять устыдилась своего внешнего вида. Секунд на пять, а после забыла обо всем на свете.

Мамочки, он был в костюме, с букетом и-и-и-и…я реально могла бы кончить в тот момент, просто стоя на месте и глядя на него. Взъерошенного, небритого, с темными кругами под прищуренными до тонких щелок глазами и кривящимся в недовольстве ртом, с косо застегнутым воротом на идеально выглаженной голубой рубашке и такого нестерпимо великолепного. Моего родного.

Наплевав на все, взвизгнула бешеной хрюшкой, выпрыгнула из дурацких шлепанцев, подбежала к нему и запрыгнула, как чокнутая обезьянка на дерево, обвивая сразу всеми конечностями и впиваясь в губы.

Риэр ответил мне сразу же, ни мгновения заминки, перехватывая инициативу в поцелуе, разворачивая и вжимая в металл машины и воруя все мое дыхание до капли первым же своим протяжным стоном, кричащим о нужде во мне такой же сильной, как и моя в нем. Господи, ну вот дура я же, такая дура-дура-дура, что и слов нет, мне ведь без него никак, ни мига, ни вздоха.

— Вообще-то, по моим планам, такая твоя реакция должна была последовать уже после того, как я бухнусь на колени и окольцую тебя, пупс, — пробормотал Риэр между рваными вдохами и поцелуями, — Но мне стоило помнить, что с тобой все планы можно засунуть куда солнце не заглядывает.

— Так ты принес мне кольцо? — улыбаясь так, что лицо точно должно треснуть, спросила я, продолжая жадно ловить его губы своими.

— И букет не забудь, — буркнул Риэр, — Вон он валяется. Но если мы не остановимся прямо сейчас, то я рискую делать тебе предложение в присутствии наряда полиции, который на нас науськают за непристойное поведение в публичном месте.

Продолжив целовать меня и тереться всем телом в противоположность своим словам, мой альфа умудрился сунуть руку в карман костюмных брюк и выудил оттуда…

— Черт, не то… — сразу напрягшись, раздраженно пробормотал он, попытавшись спрятать вытащенное обратно, но я успела заметить блеск темной склянки и схватила его за запястье.

Новый виток разочарования начал скручиваться под сердцем, но я мысленно яростно огрызнулась на него, запрещая испортить этот потрясающий момент. К такой-то матери эти поганые ненужные сейчас неосознанные желания и страхи! Риэр здесь и сейчас потому что я ему нужна, потому что точно, как и я, жить без меня не может, потому что не видит без нас своего будущего и ему-то как раз начхать, есть там впереди у нас дети или нет. Так почему же я должна быть тварью неблагодарной судьбе за него и мелочно цепляться к тому, что полный пакет, как нормальным людям она мне не предоставила? Риэр прав: мы не люди и чужие правила и ценности нам не подходят.

— Дай сюда, — вытащила я из его ладони склянку и откупорила плотную крышку, — Наше здоровье.

Замахнула вонючую гадость одним глотком, передернулась, зашвырнула точным броском сосуд в мусорку у входа и подняла перед нашими лицами свою кисть.

— Ну, где мое колечко?

Риэр резко вздохнул, глядя на меня потрясенно и неожиданно вздрогнув всем телом, прижал к себе, пряча лицо в изгибе моей шеи.

— Пупс…ты, блин, однажды доконаешь меня… — пробубнил он, — Другой такой не существует…Ты знать должна, что это потому что боюсь за тебя, а не…Нет других причин. Нет нас врозь…Я так тебя…

Самые долгожданные слова я не услышала. Мой альфа конвульсивно дернулся, взвыл, роняя меня и грохнулся на асфальт, скручиваясь в клубок.