6

Мороз щипал щеки и медленно забирался за воротник, а Нея все сильнее поднимала плечи в попытке не пустить холод внутрь.

За год она так и не привыкла к холоду. И как никогда жалела, что согласилась на такую сомнительную награду, как служба на Северной заставе. Неплохо было, только когда она просыпалась вместе со Свеном.

— Тебе не нужно так рано вставать, — говорил он, прижимая ее к своему горячему телу. — Ты здесь единственный офицер, сама себе начальник.

— Так могут говорить только свободные от обязательств и очень наглые скертанцы, — обычно отвечала Нея и еще минут десять грелась в его руках.

Часто Свен этим бессовестно пользовался, и она задерживалась далеко не на десять минут. Зато, выползая почти пьяной из его медвежьих объятий, чувствовала, что в крови разлито тепло, как от прогоревших углей. Оно грело ее почти весь день, а вечером опять приходил Свен.

Но ждать скертанца раньше весны не стоило. Пока не сойдет снег, он не повезет товары. Такие громадные обозы, как у него, требовали хорошей погоды без метели, которая может разделить вереницу на десятки отдельных телег. Да и что будет, когда он приедет? Может Свен женился или увидел кого-то симпатичнее. Строго говоря, она почти ничего о нем не знала, возможно, у него даже была невеста. Не жена. Брачной татуировки на руке точно нет. Но девушка могла быть. Они слишком о многом не говорили. Она точно знала только одно — с ним было тепло.

«Крайне мало для женщины, считающей себя очень разборчивой», — немного грустно усмехнулась про себя Нея.

Она сама не знала, почему Свен заинтересовался ею. Так же как не понимала, каким образом скертанец оставался на заставе в качестве гостя. У него все происходило без лишнего напряжения. Он был слишком спокоен и мил и ему никто мог отказать.

Вот так просто договорился с комендантом, и скертанца вместе с двумя авторитетными купцами пустили на постой. Хотя места было мало. Им отдали комнату жены коменданта, а сама леди Чертон перебиралась к мужу, что для нее считалось верхом неприличия.

И так же просто Свен заполучил Нею. Хотя, может, и она его.

— Лейтенант, подгоните своих людей. Плетутся, как коровы.

Резкий голос чиновника по особым поручениям оборвал уютные мысли. И она обернулась к солдатам, придерживая свою лошадь.

Олмер ей был неприятен, где-то глубоко внутри Харт его даже опасалась. И старалась лишний раз не говорить при нем, мало ли как он расценит неосторожные слова. Ей нужно было сохранить звание лейтенанта и привилегии, которые к нему прилагались, а чиновник мог этого лишить. Для спокойствия достаточно было во все с ним соглашаться, но у нее редко получалось быть послушной. Поэтому перед тем, как говорить при чиновнике, она глубоко вздыхала и приказывала себе молчать. Хотя Олмеру стоило бы знать, что при быстром темпе лошади издохнут раньше, чем обоз докатит до первой деревеньки

— Не растягивать строй! — тем не менее крикнула Нея.

Ей пришлось взять девятерых солдат. Оставив на заставе всего двух человек с одним ружьем. Олмер четко дал понять, что люди, встречающие обоз, должны быть вооружены и плевать на все остальное. Еще один повод лишний раз не говорить с чиновником, дабы не сказать ему, что она в действительности думает о пустой заставе.

И вместо того, чтобы убеждать упертого Олмера придержать темп, она обратилась к ведьмаку, который ехал рядом:

— У вас есть зелье для лошадей такое же, как вы давали курице?

— Нет, это был экспериментальный состав.

— И вы его дали солдатам?

— Сначала все же курице. И она не умерла. Даже хорошо бегала. Только после этого я дал его солдатам.

— У вас совсем головы на плечах нет?! — уточнила Нея.

— Пока есть, — с уверенностью ответил он. — За мои зелья не переживайте, как помните в характеристике значилось, что я хороший зельевар.

— Да, и потому вы при любом удобном случае предлагаете самогон, — Нея заметила удивление на лице ведьмака. — О, вы думали, я не знаю, кто два дня подряд объяснял солдатам чудодейственные свойства самогона?

— Одной рюмки самогона в свой законный выходной, — поправил он. — И я же не виноват, что пока это единственное в мире средство, которое способно помочь в любых ситуациях.

— Лошадям тоже его нальете?

— Кто же ездит на пьяной лошади? — удивился он, и зеленые глаза блеснули. — Лошадям я просто нашепчу ласковых слов.

— Если они поскачут бодрее, можете даже признаться каждой в любви.

— Это я оставлю на крайний случай, — широко улыбнулся он и отстал, чтобы заняться лошадьми.

Нея проследила за ведьмаком, который все с той же улыбкой наклонился к кобыле.

Еще одна головная боль неожиданно перестала быть таковой. Для нее стала открытием сила земли у этого изнеженного парня. Об этом даре она читала лишь в книжках. И тем более, ее удивило, что Эзра применил это умение вот так — выкопал ров.

Нея по-прежнему злилась на него по многим причинам и особенно из-за недисциплинированности. Но теперь к этому примешалось удивление и крошечная доля уважения.

К тому же у ведьмака было чувство юмора. Благодаря которому ощущение нависшего надо всеми топора, появившееся с приездом чиновника, развеивалось.

Нея посмотрела на лошадей, над которыми уже колдовал парень и нахмурилась. Впереди был долгий путь. Они выехали очень рано, но по всем подсчетам выходило, что встретят обоз уже на пути к заставе, не доезжая до скал. Неизвестно как на это посмотрит чиновник, но дорогу им никак не сократить.

После ведьмовского колдовства лошади действительно побежали бодрее, только Олмер все равно подгонял. Каким образом он узнавал, что они опаздывают, Нея могла только гадать.

Какой-то амулет, связанный с охранной, или особое заклинание? Вряд ли вчерашний вестник мог быть от кого-то из обоза. Она не знала мага, способного отправлять письма без почтовой башни.

— Господин Олмер, нам на следующей развилке нужно свернуть направо. И к деревеньке мы подъедем примерно через полчаса. Там у нас всегда остановка.

— Мы едем прямо.

— Но мы же обговаривали маршрут, — удивилась Нея. — Лошадям нужен отдых.

— Мы опаздываем, поэтому планы изменились. И лошадям не нужен отдых. Позади вас ведьмак, прикажите наложить заговоры, — распорядился чиновник, не сбавляя скорость.

Они с Боном возглавляли колонну и иногда чуть расчищали дорогу, чтобы лошади могли пройти попарно. Оба были сосредоточены и не смотрели назад. И их безразличие раздражало.

Нея знала, отдых необходим, чтобы там не делал ведьмак. Любые магические воздействия влияют на состояние живых существ. И даже если сейчас лошади идут, это не значит, что на обратной дороге они не встанут.

— Простите, но другого места для стоянки не будет, — в спину чиновнику крикнула Нея.

— Мы остановимся здесь на обратном пути, — бросил через плечо Олмер.

Она с трудом промолчала, судя по всему, человек короля решил их уморить. Потому что в обратный путь они двинутся ближе к вечеру. К тому моменту неизвестно, что будет с лошадьми, да и с людьми.

Спустя час Харт подумала, что, возможно, зря переживала. Ведьмак время от времени что-то шептал над животными, а людям один раз дал пригубить зелья из пухлого флакона. И вроде бы дорога никого не утомляла.

Но чем дальше они ехали, тем сильнее Нея хмурилась, хотя вокруг все было спокойно.

Снег медленно и разрозненно порхал, и будто ленился падать на землю. Ветер спрятался до лучших времен… Такую погоду в их местности видели редко и ценили. Но сейчас лейтенанта настораживала тишина.

Обычно, когда нет метели и ломового мороза, видно как бегает зверье. Какая-нибудь заблудшая белка обязательно бы прыгала по дереву, а где-то вдали слышался бы вой, нечасто и небоевой. Нея могла бы предположить, что звери убегают от звуков, которые издают тяжелые всадники, но раньше подобного за ними не замечала.

— Еще зелья? — предложил ведьмак, поравнявшись с ней.

— Нет, — она опять оглядела ближайшие деревья. — Вы заметили, насколько вокруг тихо?

— Вы уверены? Милкот уже час не замолкает. Рассказывает о своей бабушке, которая вяжет прекрасные конопляные носки.

— Издеваетесь?

— Ничуть. Он обещал показать их на первой стоянке.

Нея отвернулась от ведьмака и опять оглядела ближайшие деревья.

— Ни одного зверя, — пробормотала она.

— А какой зверь вам нужен?

— Любой.

— Ну, медведя поднять из спячки я вряд ли смогу, но белку приманить можно. Только вам зачем?

Харт удивленно оглядела расслабленно сидящего на лошади парня и не нашлась что ответить. Она слышала, что иногда ведьм просили избавить склады от крыс. Ходили истории о таких, которые манили лишь одним пальцем, а из подвалов сразу выходили стройные ряды грызунов. Но ее передергивало от мысли, что ведьмак поставит перед лошадью шеренгу мышей. Она их искренне недолюбливала.

— У вас масса скрытых талантов, — сказала Нея.

— Вы незнакомы даже с половиной.

— Чему очень рада.

— Зря вы так, — улыбнулся он. — Я же могу убрать головную боль, вылечить от простуды и даже заставить Милкота больше не говорить о бабушке.

— И не надоело вам еще себя хвалить?

Он шире улыбнулся, а Нея лишь покачала головой.

Она хотела вернуться к серьезному разговору и поинтересоваться, может ли ведьмак понять, отчего звери затихли. Но разве с таким шалопаем получится поговорить без шуток?

Впереди Олмер вдруг поднял руку. Нея сразу придержала лошадь и пустила ее шагом, а зубами стянула варежку. На кончиках ее пальцев засверкала магия.

Напряжение, которое росло по мере пути, наконец-то отпустило. Теперь все станет ясно, и эта неправильная тишина прекратит давить на плечи. Жаль только что они не видят за деревьями, кто к ним движется. Дорога в этом месте неудачно изгибалась, уходя немного в лес.

Когда лошадь лейтенанта остановилась рядом с конем Олмера, послышался мерный стук копыт и скрип, а потом они увидели невдалеке повозки.

— Все же не успели, — сказал, будто выругался, Олмер.

— Возможно, все камни еще на месте.

— Возможно, — согласился он с Неей и направился навстречу обозу.

До скал им оставалось не так уж далеко. Отчего-то чиновник был уверен, что грабят телеги примерно в том месте. Хотя о бандитах знал не больше Неи.

Всегда происходило одно и то же. На последней стоянке в деревеньке Поляна зачарованные камни были на месте, а на заставу уже прибывало на одну телегу меньше. Деревня стояла в часе пути от тех самых скал, о которых говорил Олмер. Не раз Нея вместе с солдатами обходила и скалы, и домишки, выискивая следы — тщетно.

Она развеяла заклинание и с удивлением обнаружила, что и ведьмак сжал голые пальцы в кулак. Ей почему-то казалось он не из тех, кто сражается в первых рядах.

Легкости, с которой Эзра создал и развеял боевое заклинание, позавидовали бы многие боевики. Не все в ее школе могли так небрежно стряхнуть колдовство.

«Похоже, ведьмак и, правда, талант», — и эта мысль заставила ее поморщиться.

Он остановился по правую руку от лейтенанта и молчал. Строго говоря, он не был болтуном и обычно лишь отвечал на вопросы или шутки

Но Нея как-то болезненно ощущала его присутствие и опять поморщилась. Как будто этот хрупкий парень специально держался рядом и при случае сразу давал о себе знать.

Так же вдвоем они неспешно двинулись вслед за Олмером. Ведьмак сидел на лошади и лениво крутил головой.

Ни дать ни взять, уставший от балов аристократ на прогулке. Только вот тулуп не к месту, да еще ружье, притороченное к седлу. Умел ли он стрелять из него, задавалась вопросом Нея. Но вспоминая быстро развеянное заклинание, полагала, что это ему не нужно.

Больше всего Нею удивляло, да и что скрывать, злила, даже не его самоуверенность, а разгильдяйство.

Он же мог рассказать ей о себе, но не стал. Вроде бы ничего не утаивал. Просто забыл, не посчитал важным. В конце концов, кто думает о какой-то силе земли, когда ему надо, чтоб корова разродилась.

Даже сейчас, думая об этом, Нея сжимала губы.

Ему от природы досталось множество умений, а он относился к этому, как чему-то незначительному. Вот что ей не нравилось.

Она помнила школу, в которой каждый удавил бы за толику такой силы. И как сейчас видела себя, до изнеможения тренирующую закрученный пульсар. Это для мага с хорошим резервом такое заклинание не представляет сложности. Любые погрешности несущественны, если ты можешь залатать дыры в плетении лишним сгустком силы. Не очень экономично и аккуратно, но действует почти так же. Нее же приходилось экономить резерв, иначе у нее не получилось бы и одного такого пульсара.

В их обычной школе всего трое из пятнадцати учеников освоили это заклинание. И о том, что Харт тренировала его ночами два года подряд, чтобы войти в эту тройку, никто не знал. С тех пор у нее вызывали злость люди, которые не ценили своего дара.

Возможно, если бы их знакомство началось не со снежных баб и выпивки, она бы проще смотрела на вещи. Но первое впечатление о ведьмаке пока ничто не могло затмить. Поэтому в ее глазах, он был шалопаем и никем другим. У такого поведения был всего один плюс — подозревать его в сговоре с бандитами не выходило. Глядя на Эзру легко было представит, что он уехал на всеми забытую заставу только назло богатому отцу.

Ведьмак как будто понял, что думают о нем, и мимолетно улыбнулся Нее. Она быстро отвела взгляд, скрывая раздражение.

Хотя, может быть, это была вовсе не злость, а зависть? Легкость, с которой парень служил, не могла не привлекать.

Было ощущение, что он получает удовольствие от жизни даже на Северной заставе. Там, где другие служили, сцепив зубы. Для него каждая минута существования, казалась, очень забавной и увлекательной игрой. Может быть, и ей хотелось так же, но она знала, что не получится, оттого и злилась.

Пока Нея раздумывала, Олмер вместе с Боном доехали до обоза. Хотя и отсюда было видно, что все десять телег с камнями остались на месте. Но чиновник, кажется, решил ощупать каждую лично. Он проехал по ряду и вернулся во главу обоза с лейтенантом, который отвечал за сохранность груза.

Своих солдат Нея распределила по веренице, и сама замкнула шествие вместе с ведьмаком. Если уж готовиться ко встрече с бандитами, пусть у последней телеги им попадутся двое магов.

Но Харт была уверена, что сегодня никто не подойдет к их подводам. Слишком много охраны, а воры предпочитали делать все тихо. А сейчас каждую телегу сторожил хотя бы один человек с ружьем. В любом другом месте такая охрана привлекла бы нежелательное внимание и еще больше грабителей. Но на северной дороге сегодня им не встречались даже белки.

Так они и ехали. В молчании и тишине. Нея рассматривала в основном обочину, но бывало и переводила взгляд на блондинистого пижона, который держал поводья одной рукой.

Все было спокойно. Снег как падал, так и падал, люди почти дремали в седлах, а лошади вроде бы не собирались издыхать.

Они мирно ехали около получаса, а потом послышался отдаленный вой. Он встряхнул наездников, а ведьмака заставил оглядываться.

— Здесь все время воют, — сказала ему Нея. — Не обращайте внимания.

— Сегодня завыли первый раз, — спокойно ответил он. — И на самом деле они не должны подходить близко, сила ведьм и ведьмаков отпугивает хищников, если мы не хотим их приманить.

— Они далеко, а не близко…

В эту секунду волки снова завыли. Ближе. Так, будто за несколько секунд они преодолели километр. Лошади заржали и сбились с шага. И снова послышался вой. Еще ближе.

Но увидеть волков пока никто не мог, этот участок дороги тоже шел через лес. Справа и слева высились деревья и мешали рассмотреть хоть что-то.

Лошади нервно задергались, порываясь бежать. Люди напряженно сжимали поводья, будто это могло усмирить животных. Харт, чтобы кобыла не нервничала, дала ей проехать немного вперед к следующей телеге, чуть сдерживая коленями. На всякий случай Нея сняла варежку и приготовилась бросить таран.

Неизвестно будет ли стая нападать, но их можно хотя бы пугнуть.

Только вой стих. Несколько минут охранники вертели головами. Они умышленно ближе прижались к телегам и через некоторое время обоз замедлился.

Впереди больше не звучал пробирающий до костей зов стаи. Только лошади все равно перестукивали копытами. Шли минуты, охрана перестала так нервно оглядывать деревья. Но Нея ждала. Голые пальцы она сунула под мышку и напряженно смотрела вперед. Туда, где дорога сужалась, и телеги изредка бортами задевали толстую кору гигантских елей. Тихое и странное ожидание затягивалось.

Волков недалеко от Северной заставы, конечно, хватало. Но звери не были дураками и редко выходили на людские дороги. Что им делать там, где нет пищи и путники едут не поодиночке, да еще вооружены? Бывало, волки близко подходили к дальним деревням и могли напасть на одного мужичка, едущего за дровами в лес. Но в основном избегали людей. По какой такой причине они могли настолько озвереть, что выбежали к тракту?

Рука Неи без варежки замерзла, но еще несколько минут она прислушивалась к окружающей обстановке и только потом засунула пальцы в рукавицу.

— Эй, ты куда это!

Она резко обернулась на голос. Последняя телега дергалась. Лошадь упорно тянула и со скрипом разворачивала ее в обратную сторону.

— А ну стой, скотина бестолковая! — заорал возница.

Нея тронула поводья, но ее опередил ведьмак. Он погладил лошадь, что-то пошептал, но кобыла не успокоилась и, вцепившись зубами в удила, поехала вперед.

Воздух разрезал новый вой. Он прозвучал, как выстрел, порождающий эхо, на которое нужно ответить. И ответ без замедления пришел с другой стороны. Новый леденящий вой вдали был громче и потянул за собой другие голоса. Завыли как будто везде где-то далеко, и где-то очень близко.

Нея увидела, как лошадь одного из охранников понеслась вперед, но ее остановил следующий вой. Он ударил, точно в лоб и заставил обезумевшее животное метнуться к деревьям. Охранник кричал и матерился, только остановить ее не смог.

Лошадь самой Неи тоже взбрыкнула, но она от природы была спокойной и послушной, потому нервничала, но стояла. У остальных кони гарцевали. Вслед за одной понесла и вторая.

А с новым пронзительным волчьим зовом начался кошмар. Лошади из телег рвались, снег пенился у копыт и летел в стороны. Колонна совсем разошлась: кто-то ускакал вперед, кто-то назад.

Теперь Нея боялась отпустить руки и крепко держала поводья, чтобы не свалиться со своей «спокойной» кобылы.

Двое солдат уже слетели на землю, и их кони ускакали в неизвестность. Были ли мужики живы, не сломали ли они шеи, никого не волновало. Их не замечали и запросто могли затоптать. Но Нее самой приходилось держаться, да еще стараться увести свою кобылу от упавших людей.

Опять поднялся вой. Очень близко. Харт готова была поклясться, что слышит их дыхание. Но быстро поняла, что хрипят не волки, а два бегущих на всех парах коня.

Нея ошалело переводила взгляд с валяющихся солдат на несущихся без всадников лошадей и не знала, что можно сделать.

Только держаться крепче.

— Аркан! — крикнул откуда-то сбоку ведьмак, и Харт увидела, как в воздух полетела магическая петля.

Аркан зацепился за сапог лежащего на снегу солдата и выдернул его из-под копыт испуганной лошади.

Нея опомнилась, зубами стянула варежку и выплюнула ее вместе с заклинанием. Еще одна петля убрала другого солдата с дороги. Кони проскакали мимо.

Снова послышался вой. Почти насмешливый и непохожий на тот, которым обмениваются волки. Он казался опаснее. Только вместо того, чтобы испугаться, Нея поддала кобыле пятками и понеслась к первой телеге.

Арканы не помогут ни солдатам, ни лошадям, если эти чумные волки продолжат выть. Нужно было действовать резче и наверняка. И лучшее пойти точно на зов.

— А ну собрались! — рявкнула она, замедляясь рядом со своим немногочисленным гарнизоном. — Спешиться, зарядить ружья!

Обычная команда отрезвила солдат, но спешиться сразу не удалось никому. Они закопались. А когда послышалось очередное завывание, кобыла чуть не поволокла одного солдата, запутавшегося в стремени. Но лошадь уверенно поймал ведьмак. На удивление руки у него оказались крепкими.

— За мной! Бегом марш! — и Нея на нервничающей кобыле поскакала вперед.

Она не знала, как в такой ситуации действуют опытные офицеры, но полагала, маги должны вселять в людей не только страх, но и уверенность в том, что сила на их стороне.

Как только она поравнялась с елями, моментально слетела с лошади. Вынула шпагу, шепча заклинание, и уже через секунду сталь мерцала магическим огнем. Нея провела линию по снегу. Место, где должны остаться стрелки на случай, если кто-то из волков побежит.

Харт встряхнула шпагу и решительно пошла к тем деревьям, за которыми слышала вой. Эта демонстрация магии, была для солдат, которые точно трусили. Для волков у нее имелись тараны и пульсары. А для острых зубов она припасла магический щит.

Она обернулась, когда услышала приближение солдат.

— Стоять на линии! Приготовиться, — и уже тише добавила. — Они точно побегут.

Она никак не отреагировала на ведьмака, который спешился и быстро пошел к ней. Ее больше удивило приближение Бона. Маг бежал ровно, как обычно боевики работали на разминке. И его совершенно не беспокоил вой.

Нея развернулась опять к деревьям и прежде, чем идти коротко сказала:

— Их надо пугнуть, чтобы прекратили выть.

И не оглядываясь, ровным шагом пошла вперед. Ее не интересовало, что на этот счет думают нежданные помощники. Они сами подошли, а значит, признали за ней лидерство.

— Не лезьте к ним близко и используйте тараны, под них попадет больше, чем под один пульсар. Заметите вожака, палите что есть силы.

Скорее всего, эти инструкции были не нужны. Припугнуть волков можно и без лишних советов. Но Нея успокаивалась, когда окружающие точно понимали, что им делать.

Она ускорилась. Заклинание уже висело на кончиках пальцев, а стоило поравняться с деревьями, она почувствовала, как воздух сгустился оттого, что и другие готовились атаковать.

Они выбежали к каменистым буграм и резко остановились. Нея нервно крутнулась вокруг своей оси.

Здесь не было никаких зверей… Ни следов, ни звуков.

И если бы не поднялся новый многоголосый вой, они бы даже не знали, в какую сторону смотреть.

Слаженно, как будто давно вместе работали, маги выставили щиты и ровно побежали на звук. У всех чувствовалась боевая выучка, даже ведьмак с легкостью поддерживал темп и двигался чуть вверх, к скальному выступу, не спотыкаясь на бугристой земле.

Куски острых камней заваливали все вплоть до деревьев. Скертанские скалы, которые отделяли холодное море от суши, крошились от любого ветра, особенно по весне. На километр вокруг рассыпались камни, и талая вода растаскивала крошево почти по всей кромке леса. А здесь, уже на почтительном расстоянии от виновников, по воле природы получился крутой склон из осколков.

Нея раньше полагала, что звери, как и люди, не могут там ходить. И очень удивилась тому, что увидела. Над ними будто тянулась серая лента из шкур. Волки быстро бежали вперед, почти не соскальзывая с каменистых и покрытых снегом уступов. Их своеобразный строй плавно изгибался и уходил за деревья. Они стремились совсем не к повозкам, наоборот — их будто привлекало что-то в противоположной стороне.

Но Харт видела в этом всем и другое: позиция для атаки сверху у волков была существенно лучше их собственной.

Ничего не говоря, ведьмак бросил таран в самый хвост волчьей вереницы. Все как договаривались. Нея тоже приготовилась. Но кто-то заскулил, и линия перестала напоминать серую ленту, она распалась на отдельные клыкастые пасти. Волки замедлились и завыли с новой силой. Только по-прежнему не останавливались, бежали вперед, не замечая ничего, словно проходили мимо.

— Наверное, надо просто подождать, они сами уйдут, — тихо проговорил ведьмак.

Это стало ошибкой. Их заметили. Из середины вынырнул матерый темно-серый волк. За ним выскочили еще двое. Все как один с широкой грудью. Они молниеносно спрыгнули прямо на Нею.

Но вспыхнул щит, и волки только клацнули зубами, когда врезались в него. От столкновения Нея повалилась на спину, но быстро встала, укрепила тройной щит и выше подняла шпагу.

Вой стих. Тут бы всем выдохнуть, но на смену пришел утробный рык. Стая, до этого не обращавшая ни на что внимания, дернулась, словно один организм. Секундная заминка и в сторону Неи уже смотрят десятки диких и голодных глаз.

Прозвучал резкий, как команда, рык. И с уступа почти посыпались волки. Крупные звери падали на щиты, но не убегали, а оставались рядом, пробуя подобраться то с одной стороны, то с другой. Тройной щит, словно купол закрывал каждого мага. И пока все атаки заканчивались лишь разочарованным лязгом зубов.

— Ну и где ваша сила земли? — крикнула Нея.

— Откопайте мне землю, и будет сила, — огрызнулся в ответ ведьмак, укрепляя свой щит.

Буквально за минуту их окружил десяток волков. Зверей не пугал запах магии и их не останавливали щиты. Они то бросались, как бешеные псы, то кружили, выбирая новое место для атаки. Их настораживала лишь мерцавшая шпага Неи и на нее как будто кидались реже. А вот ведьмак по какой-то причине их притягивал.

— Так, у меня тут есть кое-что, — невнятно проговорил Эзра и зарылся в свою потрепанную сумку.

— Что задумали? — напряженно спросила Харт, следя за тем, как волки кружат между ними.

Три мага стояли на расстоянии вытянутых рук друг от друга. Это позволяло хорошо укрепить щиты, но в то же время давало простор волкам.

— Бросим в воздух пару склянок, подорвем пульсарами, только…, — ведьмак замолчал, выискивая что-то.

Он в конце концов вынул маленькую бутылочку и сразу же отлил из нее часть в пустой пузырек. Сжал их в руках и зашептал.

Нея вдруг подумала, что на самом деле можно ничего не делать. Щиты надежно прикрывали и истончались бы не раньше чем через час. Правда, вся прелесть быстрой атаки в этом случае терялась.

— Нужно их отвлечь от меня, чтобы я мог убрать щит, — проговорил Эзра, сосредоточенно переливая что-то в еще один флакон. — Будет три бутылочки. Подброшу и подожгу пульсарами… Но лучше бы в две попасть сразу. Я их брошу в разные стороны.

— Бон, вы стреляете по бутылкам, — сказала Нея и нервно сжала пальцы с готовым заклинанием. — А я отвлеку.

«Не сдохнуть бы», — подумала она, и как только ведьмак кивнул, сбросила щит.

Она заорала во все горло и бросила пульсар, а затем, перехватив шпагу, понеслась на ближайшего волка. Тот лишь оскалился, как и его сосед.

До этого момента Нея считала себя неглупой женщиной. Лишний раз не нарывалась на драки, не лезла вперед в атаках и выполняла все инструкции начальства… И несмотря на то что на волков она шла впервые, сразу же решила: это самый глупый поступок в ее жизни.

На нее напали раньше, чем она выставила шпагу. За свободную руку попытался укусить волк, но не учел, что легкий щит лейтенант поднимала за доли секунды. Его зубы стукнули о магическое полотно, и он отпрыгнул. Тут же на спину Нее опустились лапы. Ее норовили опрокинуть. Нея завела руку за спину, сбрасывая волка щитом. Легкий в отличие от тройного был схож с тем, который носили на руке, и он был маневреннее.

Харт не остановилась и не опустила шпагу. Странно горящая железяка отпугивала хищников лучше факела. Волки от нее отпрыгивали, но все равно считали лейтенанта легкой добычей в сравнении с теми, кто прятался за щитами.

Она знала, что ее тулуп порван у шеи, но не отвлекалась. Закинула щит на спину и зажгла в руке огненный пульсар. Нея сосредоточилась на одном из волков и бросила в него заряд. Никакого визга. Серый мощный зверь перекатился по снегу и потушил занявшееся пламя. А на нее теперь зарычали двое, приседая на лапах для прыжка. В этот момент лейтенант очень пожалела, что доверила ведьмаку их спасение. В голове она уже представляла, как сомкнулись зубы на ее шее. Щит из-за спины перекочевал на руку, но вряд ли бы это могло остановить волков, к которым прибежали другие собратья.

Вдруг в воздухе раздались взрывы.

— Щит!

Уверенный голос ведьмака включил отработанные рефлексы, и Нея без раздумий сбросила один и установила другой.

Волки влетели в магический купол тройного щита мордами и с рыком отскочили назад, но тут же завизжали. С неба на них сыпались искры. Они разгорались на шкурах огнем, и волки остервенело катались по земле, пытаясь его сбить. Но сверху сыпались новые искры. Медленно, как снежинки.

Хищники разбежались в стороны, но почему-то замешкались и не стали возвращаться к стае. Нея даже подогнала волков тараном, но те все еще не уходили. Они крутились рядом, боясь зайти под неторопливый дождь из искр.

А потом резко все волки остановились и навострили уши. Они синхронно посмотрели на магов, а потом нехотя развернулись.

Через несколько минут их серые шкуры скрылись где-то за камнями. Стая к тому моменту уже убежала, и вокруг магов не осталось никого и ничего. Лишь шорох тающего снега под искрами.

Они нерешительно переглянулись и сняли щиты.

— Их как будто позвали, — пробормотал ведьмак.

Воя больше не было слышно. Довольно быстро потух огонь от зелий Эзры, и Нея развернулась в сторону обозов.

Кто мог приручить волков? — задавалась она вопросом. Да и приручил ли в действительности? Мощные звери совсем не походили на тех, кто попадался ей раньше. Этих словно откармливали и тренировали, как охотничьих псов. Но где бы в мире могли существовать волки, готовые служить человеку?

Свен когда-то ей рассказывал о том, что скертанцы почитают этих животных. В их легендах есть упоминания о двоедухих людях, способных слышать зов стаи. Что это значило, он не объяснял, да и в той легенде, которую рассказывал, речь шла лишь о любви. О другом в постели с женщиной лучше и не говорить, шутил скертанец.

В общем, герой по легенде спас дочь короля и по ходу действия навалял волшебным мечом всем неприятелям. А смог это сделать благодаря волкам, которые обходили войско стороной и каким-то образом передавали воину расположение сил противника. Как? Почему? Возможно ли такое? Никаких ответов. Совершенно бесполезная история, с точки зрения любого лейтенанта. Мало того, что целое войско победил всего один мужчина, так ему еще и волки помогали.

Легенды Нее никогда не нравились. Если хотелось историю о любви, она брала роман, а если нужно узнать и разобрать военные хитрости — хроники и воспоминания.

За этими почти ничего не значащими мыслями Нея старательно прятала более глубокие и страшные. О волках, которые только что ее чуть не загрызли. О том, что стая, подчиняющаяся приказам — это не только необъяснимо, но и жутко. Но железному лейтенанту не пристало бояться, поэтому она шла и думала о легендах, смотрела на покрытую белым «ковром» землю и на всякий случай еще вспоминала снежных баб, слепленных ведьмаком.

— Шевелитесь! — рык Олмера их встретил на подходе к обозу.

Чиновник без шапки и с растрепанными волосами командовал испуганными возницами и охранниками, которые ставили телеги. Три штуки опрокинулись, людям приходилось их поднимать и заново складывать упавшие камни. Лошади, запряженные в повозки, нервно брыкались, но стояли. У первой, которую заметила Нея, губы были разодраны в кровь. Видимо, отчаянно хотела убежать, но не могла, решила Харт.

— И куда же вы сорвались? — зло спросил Олмер, когда она подошла ближе.

— Отгонять волков.

— Прогнали без единого выстрела? — прищурился он.

Нея только пожала плечами. Олмер между тем уже приказал ее солдатам собирать камни. Сам он, прихрамывая, пошел к дальним повозкам, по-прежнему распоряжаясь. Трости при нем не было.

Люди, как и повозки, выглядели потрепанными. Половина лошадей убежала. Другие поранились, когда пытались бежать. Все нервничали и не будь окриков Олмера панически бегали бы в поисках своих шапок, варежек и кто его знает чего еще. Чиновник своими руками ничего не делал, но всех пристроил к работе и прикрикивал, чтобы пошевеливались. Правда, Нея сомневалась, что они успеют вновь собрать обоз и выдвинуться к ближайшей деревне до наступления ночи.

— Фарун, оставьте кобылу и идите сюда, — громогласно крикнул чиновник. — Харт, тоже не стойте столбом.

Нея сжала губы и пошла к Олмеру. Ведьмак, в отличие от нее, не торопился и сначала закончил шептать что-то кобыле с порванными губами.

Обоз сейчас казался очень маленьким, и путь от первой до последней телеги можно было преодолеть за пять шагов. Четыре повозки почти наехали друг на друга и сгрудились в середине.

— Объясните, что с этой лошадью? — резко спросил Олмер, как только подошел Эзра.

Кобыла была знакомой. Именно она пыталась развернуться вместе с телегой. Сейчас она так же, как и другие нервно дергалась даже несмотря на то, что вой стих. А еще, она упорно отворачивала морду от Олмера, который что-то пытался на ней рассмотреть. Ведьмак встал рядом с чиновником.

— У меня два предположения, — весомо проговорил Эзра. — Либо она перенервничала, либо вы ей не нравитесь.

— Ваши шутки не к месту. Она не подчиняется и куда-то рвется. Из нас только вы можете управлять животными с помощью магии… Все это странно, не так ли?

— Ведьмаки не могут силой мыслей заставить лошадь развернуть телегу, вы-то должны знать.

— В общем, вы это или не вы — не играет роли, нужно это исправить. Как видите, лошадь не желает идти вперед и куда-то разворачивается.

— Так отпустите и посмотрите куда.

Вид у ведьмака был какой-то злой. Нея не понимала отчего. Их короткий бой сложно было назвать неудачным, да и вроде бы все живы.

— Отпущу, — внимательно разглядывая ведьмака, сказал Олмер. — А вы за ней проследите. Харт пойдет с вами. Но через двадцать минут вы должны вернуться с лошадью, которой можно управлять!

Чиновник быстро ушел. Уже через две секунды послышались его команды. А лошадь, дернув головой, наконец-то развернулась и поскакала вперед. Ее выпрягли из телеги, и сейчас она с легкостью трусила по заснеженной дороге, опустив голову.

Все выругались, в том числе возница, стоявший рядом. И втроем бросились за кобылой. И хоть скакала она не так уж быстро, не смогли сразу догнать.

Вдруг лошадь резко остановилась и лизнула снег у своих копыт. А потом как-то рванула вперед, забежала за дерево и исчезла. Они были всего в трех шагах, но ничего и никого больше не видели.

Нея растерянно остановилась, как и возница, только Эзра побежал дальше.

— Быстрее, — крикнул он и тоже неожиданно исчез.

Харт сорвалась с места, стараясь не выпускать из вида место, где пропал ведьмак. И еще старалась не думать, просто действовать.

Она забежала за дерево и чуть не въехала носом в огромный сугроб, приостановилась и обогнула его справа.

Ведьмак оказался прямо пред ней. Он поглаживал кобылу, которая усердно лизала снег. Но что больше удивило Харт, которая эту местность излазила вдоль и поперек, здесь была дорога! За этим странным сугробом, который на поверку оказался валуном, пряталась узкая тропа. Почти незаметная зимой. Но сейчас на ней четко просматривались следы волков.

В спину Нее врезался возница, и она по инерции налетела на ведьмака. Худой парень почти не пошатнулся.

Почему-то это заставило ее вспомнить о словах Олмера. Точнее, о его подозрениях. Ничего особенного в том, что хрупкий с виду мальчик выдержал налетевших на него людей. Но Нея за последние два дня слишком часто думала, насколько он не прост. На злоумышленника был по-прежнему не похож, только вопросов к нему становилось все больше.

— Как вы поняли, что лошадь поскакала сюда? — спросила Нея, обходя Эзру.

Она стремилась заглянуть ему в лицо, но ведьмак занимался исключительно кобылой и был довольно зол.

— Почувствовал.

— Ясно, — сказала она, хотя все стало еще запутаннее. — Знаете, почему она шла сюда?

— Из-за снюта, — он продолжал сосредоточенно гладить кобылу.

— Что это?

— Стимулятор. Его дают крошечными дозами лошадям, чтобы те лучше переносили длинные дороги. Ты же давал? — парень повернулся к вознице.

Сухонький мужчина посмотрел исподлобья.

— Все дают. Никто без него не ездит в обозах.

Ведьмак прекратил гладить лошадь и развернулся к вознице.

— А сколько давал?

— Так же как все. Щепотку раз в день.

— Врешь.

— Да на кой мне врать-то?

— Чтобы воровать камни? — предположил Эзра.

— Я?!

И ведьмак, и возница одновременно шагнули друг к другу.

— Объясните по порядку, — Нея просунула между ними руку, отодвигая ведьмака. — С чего вы решили, что возница врет и почему это связано с камнями?

— Здесь все связано с камнями, если вы не заметили, — ответил он с усмешкой. — Вы голову ломали над тем, как бандиты уводят повозки. Вот вам ответ. Увести телегу легко, если лошадь почует снют. Обычно животные к нему относятся не лучше и не хуже, чем к простой еде. Но если лошади дают его постоянно и большими дозами, появляется зависимость, почти как у любителей опиума. И конкретно эта кобыла без снюта жить уже не может.

— Я давал ей одну щепотку! — снова возмутился возница.

— В общем, лошадь почуяла снют и свернула, — закончил ведьмак. — А вместе с ней и повозка. По-моему, отличный способ тихо увести камни.

— Лошадь — наркоман, — пробормотала Нея, полагая, что возницу лучше бы отдать Олмеру. Даже если давал животному всего щепотку, за лошадь отвечал именно этот коренастый мужичок. Значит, с него и спрос.

Она прошептала заклинание аркана и накинула петлю на его локоть.

— Эй! — возмутился он.

— Дернетесь, и руку оторвет, — спокойно соврала она и обратилась к ведьмаку. — Значит, вы думаете, что телеги уводили именно так. Но это все не надежно, не находите? Предположим, другие лошади никак не реагируют на снют. Но ведь та, которая его любит, могла оказаться в середине обоза. Тихо свернуть уже не получилось бы. И возница мог поднять шум, если только…

— Ему не заплатили, — закончил ведьмак, разглядывая мужичка. — Хотя…

— Да вы что!!

— Если бы заплатили, он бы сам тихо увел телегу, без снюта, — закончила Нея за ведьмака и тот кивнул.

— Да ни при чем я! — крикнул возница, но помня об аркане, рукой почти не шевелил, даже отставил ее в сторону. — Мне и так хорошо платят. Да и кому нужны эти камни?

— За два таких камня можно купить приличный домик неподалеку от королевского дворца, — сказал ведьмак.

Возница икнул и резко опустил руки. Аркан чуть дернулся, но он и не заметил. Мужчина побледнел, вероятно, представляя сколько «домиков» он перевозил на телеге.

И кобылу он не закармливал снютом, и сам мало понимает в происходящем… и что остается?

— А лошадь точно ваша? — вдруг спросила Нея, без особой надежды.

— Моя, вон и уши с пятнами, и на ноге… — возница замолчал, внимательно рассматривая левую заднюю ногу кобылы. — Постойте.

Он наклонился, посмотрел, с одной стороны, с другой.

— А где пятно у копыта? — растерянно уточнил он.

Нея и ведьмак тоже взглянули и не обнаружили даже намека на что-то кроме снега.

— То есть не ваша?

Мужик почесал подбородок, чуть прошел вперед, наклонился, заглянул в морду лошади, лижущей снег.

— Не моя, — без особой уверенности сказал он.

— Вы с ней почти две недели и не уверены? — спросила Нея.

— Ну, они все похожи. Все десять с пятнами и крепконогие. Одна у нас ровно-серая, а остальные: то тут пятна, то там.

— Мда, отличительная черта королевских обозов — одинаковые лошади, — усмехнулся ведьмак. — От королевского заводчика всех не удавшихся мастью прямо в обозы.

— Видать так, — как будто со знанием дела подтвердил мужик.

— Ясно, — Нея потерла щеку. — Значит, вы просто запрягли чью-то чужую лошадь?

— Да я не сам запрягал, — замялся мужик. — Я на стоянке что-то крепко заснул, меня, когда растормошили, уже все готово было.

— Кто-то запряг в вашу телегу другую обозную кобылу?

— Ага, — возница неуверенно кивнул.

У Неи начало стучать в голове. Ей все не нравилось: странная дорога, кобыла, возница и даже деревенька, в которой была стоянка. Но больше всего ее раздражало, что теперь им нужно развернуться и идти к Олмеру. Не искать, где начинается или заканчивается дорога и есть ли на ней какие-то намеки на бандитов, а исполнять приказы чиновника. Первым ей чудился приказ разом смотреть за всем обозными возницами и охраной. Она уже понимала, что под подозрением любой, кто мог запрячь «правильную» лошадь в последнюю повозку.

И этого мужичка тоже нельзя списывать со счетов. Он мог врать или чего-то не помнить, если его опоили.

Лейтенант рассчитывала, что по поводу трав или зелий, которые могли затуманить разум, ее просветит ведьмак. Но он как-то быстро потерял интерес к происходящему и даже не заметил, оговорки о том, что возница слишком крепко спал. Этот блондинистый щеголь привалился лбом к лошади и что-то ей проникновенно шептал.

— Надеюсь, эта кобыла после ваших нежностей нормально побежит. Олмер ее ждет.

— Непременно побежит, — заверил он, не оборачиваясь. — Доест снют и побежит.

— И какой прок от ведьмака, если даже кобыла побежит из-за снюта, а не из-за заговоров? — еле слышно усмехнулась Нея.

Эзра резко отлепился от лошади и в один шаг оказался рядом с Неей. Он взял ее лицо в ладони и зашептал. Только что наметившаяся боль в голове моментально ушла. Вместо нее от макушки до пяток прокатилось тепло. Магия забрала усталость и даже раздражение, которое всегда появлялось вместе с молоточками, бьющими в висках.

— Вот примерно для этого нужны ведьмаки, — жестко сказал он, убирая руки.

Его зеленые глаза недобро сверкнули, но Нея лишь подняла брови. По ее мнению, обижаться было не на что.

Будь перед ней рядовой, она бы просто расправила плечи. Лишь за счет своего немалого роста заставила бы почувствовать себя не в своей тарелке. Но ведьмак был чуть выше, к тому же в этот момент сам мог кого угодно подавить одним видом. Видимо, сейчас он был слишком злым, чтобы изображать изнеженного мальчика.

— Берите кобылу и идемте, — прекращая разглядывать Эзру, сказала Нея.

Как она и ожидала, Олмер начал подозревать всех в помощи бандитам. Он приказал Бону поставить метки как на возниц, так и на охранников. А потом вновь вернулся к распоряжениям, заставляя людей таскать камни.

— Нам нужно проехать по той дорожке. Возможно, остались какие-то следы. Магии я там не обнаружила, — сказала Нея, ругаясь на себя за то, что каким-то непостижимым образом пропустила тропинку, которая даже не прикрыта заклинаниями. — Но могут попасться зацепки относительно бандитов и того, где они хранят краденое.

— Сейчас вы там никого не найдете, — уверенно сказал Олмер. — А где вход на дорогу уже знаете, так что вернетесь сюда, когда мы доставим камни на заставу.

— Но бандиты могут увезти все, что украли…

— Если они действительно способны их увезти, то, вероятно, уже это сделали, — перебил ее чиновник. — А если нет, то они останутся до весны. Не вы ли мне говорили, что зимой здесь протащить такой груз можно только по главному тракту?

Нея поджала губы и кивнула.

Правоту чиновника сложно было не признать. Но после стольких месяцев погони за бандитами ей отчаянно нужно было знать, куда ведет эта дорога, будь она проклята.

— Фарун! — Чиновник привлек внимание ведьмака, который выдавал охранникам зелья из свой пухлой сумки. — У нас убежало четыре лошади. Полагаю, вы можете их приманить?

Это даже не было вопросом, скорее приказом от которого ведьмак стал еще злее. Причин для такого настроения Нея до сих пор не видела. «Хотя, что она могла знать о душевных переживаниях такого хрупкого юноши», — усмехнулась про себя Харт.

Возились с обозом довольно долго. В этой жестко контролируемой Олмером суете Нее совершенно не было места. Она ходила вдоль повозок и иногда чуть подгоняла солдат. Ее как офицера и женщину никто не думал заставлять таскать камни.

Таких, не марающих руки, было всего трое — она, Олмер, да ведьмак. Но последнему и так хватало работы. Половина лошадей прихрамывала, половина людей страдала ушибами. И он изящно скользил между повозками, раздавая пузырьки и шепча заговоры.

Нея все ждала, что чей-то разбитый нос и высохшая кровь его впечатлят. Но парень ловко совал зелья и отворачивался в нужный момент.

Вообще, в работе он выглядел совершенно по-другому. Не красовался, а просто знал, что делать. За ним можно было долго наблюдать и сочувствовать его бедным рукам, которые алели на морозе.

— Лейтенант, — к Нее подошел солдат. — Милкота нет.

Она быстро оглядела ближайшие повозки, намериваясь указать солдату, где видела затертую шапку сержанта. Но буквально сразу остановила себя — не видела.

— Давно его нет?

— Да я думаю с тех пор, как волки завыли. Я видел, его лошадь понесла. И лошадь-то ведьмак вернул, а Милкота все нет.

Нея про себя выругалась и прямиком направилась к Олмеру. Она уже знала, что чиновник первым делом запишет сержанта в подозреваемые. Но у нее был один аргументы на этот случай.

— И что же? Вы хотите его искать? — без особых эмоций спросил чиновник. — Скоро ночь, обоз едва сможет добраться до деревни.

— Я понимаю, но сержант может быть ранен.

— Или мертв, — бросил он. — Наша главная задача доставить камни… И ваш сержант вполне может быть сообщником бандитов.

— Нет. Когда пропали первые камни, я считала, что он замешан, так как лучше знает эту местность. И он согласился провести ритуал правды. Я провела. Он непричастен.

— Вы умеете проводить такой ритуал?

— Да, — четко ответила Нея, считая свой ритуал предметом гордости, пусть это и опасная магия на крови.

Чиновник лишь прищурился, как будто заново оценивая лейтенанта. И Нея понимала, что теперь она на особом счету. Маги со скромным резервом не могли использовать некоторые сильные заклинания, и вместо них самые отчаянные проводили ритуалы на крови. Сложные и требующие точности.

— Хорошо, — согласился чиновник. — Вы можете прочесать окрестности. Но к завтрашнему вечеру вы должны прибыть на заставу, а еще лучше к утру быть в деревне. В помощь никого выдать не могу. Возьмите зелья восстановления у ведьмака… и постарайтесь не замерзнуть.

Нея облегченно кивнула.

— Я тоже еду, — как бы между прочим сказал Эзра, гладивший лошадь в трех шагах от них.

И по лицу было видно, что его совершенно не волновало мнение Олмера на этот счет.