Глава 5

Конец декабря

Я устало помассировала виски пальцами и опустила голову на стол.

Чёртово закрытие годового отчёта!

Завтра, а точнее уже сегодня опять придётся на пары отправляться прямо с работы, потому что сроки горят, а я ничегошеньки не успеваю. Ещё и очередные разборки у шефа в кабинете. Звукоизоляция-то у него на уровне, но когда этот... демон начинает орать, она не спасает. 

Мы всё никак не можем найти нормальную ищейку в контору. Уже десятый оборотень с треском проваливается. Не удивлюсь, если шеф попросит рассчитать и этого бедолагу одним днём.

Плюнув на всё, я пошла заваривать себе ещё одну чашку кофе.

У меня сейчас, пожалуй, как в том стишке, вместо крови в венах сорок чашек кофь. 

На часах три тридцать, я пью седьмую чашку за ночь. Как бы не случилось как в том анекдоте, когда сердце во сне заходит и говорит: «Ничего, что я без стука?»

Во всей этой ситуации меня утешает только то, что большую часть зачётов я получила автоматом, поэтому в декабре выдались незапланированные выходные. Впрочем, в январе они у меня тоже будут всё по той же причине. В Среднем мире, разумеется. Где Нижний и где отдых? Но сейчас хотя бы нагрузка с учёбой поменьше был, и то хлеб.

Дверь в кабинет шефа с грохотом открылась.

— Евгения, — слишком спокойным тоном начал мой начальник, — рассчитайте, пожалуйста, одним днём и обновите вакансию, — и продолжил уже не мне: — ВОН!

М-да, тридцатое декабря не задалось с самого утра.

Оборотень в рекордно короткие сроки оказался передо мной.

Устало вздохнув в тысячный раз за ночь, я начала оформлять документы, предварительно активировав новый защитный амулет. Александр позаботился о том, чтобы больше мне не могли навредить неуравновешенные жители всех трёх миров.

К счастью, товарищ не торговался и не пытался на меня каким-либо образом повлиять, и расстались мы быстро. Вакансия на дьявольской работе обновилась ещё быстрее — у меня давно заготовлен шаблон.

Я снова уставилась в монитор ноутбука, сводя отчёты со всех подразделений за последний год в единую таблицу.

Нахрен. Уволюсь. Это выше моих сил.

Сложно что-то делать, когда ни черта не понимаешь в работе? Очень! Ну вот где я и где экономика или аналитика? Или, ещё веселее, я и колдовство?

Можно конечно сказать, что я знала, куда шла работать, вот только это будет откровенная ложь. Не знаю, чем я думала, когда устраивалась сюда, но сейчас в полной мере осознала, что к подобному оказалась не готова. И дело не в обитателях Нижнего, дело во мне. За прошедший квартал я только-только более-менее начала ориентироваться в работе компании, а уже нужно совершить невозможное.

Опять-таки, что предполагает под собой работа секретаршей у нормального шефа? Чаёчек, кофеёчек, бумаги отксерить, билеты на самолёт заказать, номер в гостинице забронировать. На что-то такое я и надеялась, а получилось… как всегда.

Ладно хоть шеф руки куда не надо не тянет — уже хорошо.

Я зевнула до щелчка челюстью. Устала.

Откинувшись на спинку удобного стула, прикрыла глаза. Пара минут отдыха мне не повредит.

В офисе тихо. Только часы на стене тихонько жужжат моторчиком. Шеф у себя, Алек в своём кабинете, Макс пропадает у подчинённых, никто не мешает расслабиться...

Мне показалось, что кто-то позвал меня по имени и осторожно тронул за плечо, но глаза открыть я не смогла, как и сказать что-то — у меня просто не было сил даже на такие простые действия. Над ухом невнятно хмыкнули, а потом я оказалась у кого-то на ручках. 

Что за фамильярность?! 

Кто-то очень-очень горячий прижал меня к себе и куда-то отнёс, опустил на мягкое ложе, а через мгновение укрыл чем-то тёплым и пушистым. Засыпая, я услышала тихое и немного печальное:

— Спи, трудяжка.

***

Проснулась от разговора шефа с его побратимами. Такое ощущение, что они стояли вот прямо тут, в двух шагах.

Я разлепила глаза и приподнялась на локте. Хм. Что я, собственно, делаю в кабинете шефа? На его диване под каким-то не вписывающимся в интерьер ярко-жёлтым пледом с белым геометрическим узором?

— Лекс, нельзя доводить женщину до такого истощения! — снова раздался голос Алека. Я покрутила головой, но никого рядом не увидела. Снова какая-то магия? Так лучше бы звук убрали, а не картинку! я бы, может, ещё поспала...

— Да я знаю! Просто...

— Просто, — передразнил шефа лекарь. — Просто кто-то безответственно относится к своей работнице!

Раздалось тихое рычание.

Я снова покрутила головой и всё-таки слезла с дивана — такого удобного и манящего. 

Может, ещё ненадолго прилечь?..

Боковым зрением заметила движение в углу и резко развернулась. Зеркало, то самое зеркало, которое в этом кабинете выглядело как слон среди балерин, показывало изображение, где один слегка смущённый демон и два дроу стояли напротив моего рабочего стола и препирались.

Вот это магия! Так что, через него можно смотреть на сотрудников? Хотя как-то мелочно это для Александра. Может, вообще наблюдать за кем угодно?

Я подошла к зеркалу ближе и стала внимательно наблюдать за коллегами.

— Алекс, дал бы ты ей выходной, — оттянул на себя внимание Макс. — В Среднем сейчас неделя нерабочая начнётся, пусть Женя её с семьёй проведёт, отдохнёт. Совсем умоталась с этими годовыми отчётами. И ведь сделала же практически полностью! Она ведь только работать тут начала, ничего толком не видела, а ты ей столько привалил.

— Ничего я ей не приваливал, — недовольно проворчал шеф.

— Да? А это что тогда такое? — ехидно ответил Макс, махнув рукой на мой рабочий ноут, развёрнутый экраном к мужчинам. — Сама взялась, хочешь сказать?!

— Вообще-то да. А я заметил, когда почти всё было сделано, — ответ Александра прозвучал даже немного жалко.

— Сам-то понимаешь, как это глупо звучит? Женя спит уже больше суток! — вновь встрял Алек. — Нет, я понимаю, что тебя не было в конторе практически половину месяца, и ты просто не видел такого рвения… Сколько она на работе задерживалась? Неделю тут жила, да?

Ну… почти. Полторы. Полторы чёртовы недели я ночевала на работе, позволяя себе пару-тройку часов дрёмы.

— У девочки переутомление, — продолжил гнуть свою линию лекарь. — Ей надо в отпуск.

Вот тут я не выдержала и распахнула дверь со словами:

— Не надо меня в отпуск!

— Доброе утро, — синхронно пожелали мужчины.

Алек между тем продолжил:

— Надо. Желательно в затяжной. Месяца этак на три в санаторий поприличнее, чтобы стресс снять и отоспаться.

Я закатила глаза.

— Спасибо, я и тут прекрасно выспалась, на несколько месяцев вперёд мне хватит. Разумеется, если не случится какого-нибудь очередного форс-мажора, — я по дуге обошла коллег и разместилась за своим рабочим столом, развернула ноутбук к себе и потянулась за кофе, оставшимся со вчерашней ночи, однако кружка была пуста.

Грустно вздохнув, собралась встать за новой порцией напитка, но неожиданно шеф решил за мной поухаживать: аккуратно забрал у меня кружку, щёлкнул кнопкой чайника, насыпал две ложки кофе, как я люблю, добавил пол-ложки сахара и через минуту, когда вода закипела, залил кипятком, размешал и поставил кружку передо мной. И всё это молча!

— Спасибо, — поблагодарила я. — А отпуск на самом деле не надо. Не сейчас.

— А когда надо? — полюбопытствовал демон.

— А тут всё зависит от того, что Вы мне скажете по окончании испытательного, — улыбнулась я.

Судя по всему, меня не поняли.

— Ну а вдруг Вы решите, что во мне больше не нуждаетесь?

Александр нахмурился. Кажется, я умудрилась его задеть своими словами. Но опасения-то у меня вполне себе оправданные, не так ли?

— Кажется, я не давал повода так думать, Евгения. Вы незаменимый сотрудник, так что расставаться я с Вами не планирую, это мне надо переживать, что Вы от нас уйдёте.

Да, на учителя немецкого языка в какую-нибудь школу. Три раза ха-ха и два раза хе-хе.

— Так я тоже вроде не давала повода так обо мне думать, — ответила я шефу его же словами и перевела тему на более безопасную: — Кстати, что за зеркало такое волшебное у Вас в кабинете? Оно всех показывает или только хозяина? Или только контору?

Дроу недоумённо посмотрели на демона, демон на меня.

— Вообще это артефакт связи, а так через него ещё следить по мелочи, если знать, что конкретно нужно увидеть. А что? — Александр аж подобрался после моего вопроса.

— Когда проснулась, увидела трансляцию прямиком отсюда. Ну… точнее, она меня и разбудила.

Александр стал выглядеть ещё более напряжённым:

— И с какого момента Вы наблюдали эту... трансляцию?

— С того, где говорилось, что я сплю почти сутки, — покривила душой я. Надеюсь, у них нет никого в компании, кто подобно мне чувствует наблюдение?

Александр пробурчал что-то типа «как оно вообще могло активироваться?» и уже громче добавил:

— Ладно. Евгения, я понимаю, что львиную долю отчёта Вы уже сделали, Вы большая молодец, что так справились, остальное доведёт до ума Макс.

И слава Богу! Осталось самое сложное.

Я бросила благодарный взгляд на начальника. Но и это было не всё.

— Поэтому со спокойной совестью можете отправляться отдыхать. Недели на две-три, скажем. В качестве компенсации за такую усердную работу. 

Я только хмыкнула:

— Вы же понимаете, что я всё равно сюда приходить буду? А компенсировать лучше деньгами.

Алек неодобрительно покачал головой. Шеф только поднял руки, признавая поражение — он-то точно знал, что я явлюсь. За всё то время, что я тут работаю, в каждый среднемирский выходной я приходила настолько рано, насколько это было возможно, а уходила как обычно поздно. Ну вот посчитайте, если около четырёх дня я появляюсь на работе в обычный учебный день, а работаю часов по семь, иногда восемь-девять, то во сколько я отсюда ухожу.

— Про премию могли бы и не спрашивать. Но отчёт всё равно отдайте Максу. Если Вам так хочется себя чем-нибудь занять, посмотрите резюме на дьявольской работе или составьте список необходимого для отдела снабжения. И Новогоднюю ночь идите встречать домой, хватит на работе ночевать.

На последних словах раздался звонок.

— Извините, — я не глядя ответила на вызов. Мне махнули рукой, мол, всё нормально.

— Женька, зараза малолетняя, тебя где носит? Сутки дозвониться не могу! — разорялся Гриша.

Стрелки на часах показывали десять утра.

— Небольшой форс-мажор. Что-то случилось?

— А это у тебя надо спросить, — ядовито поинтересовался друг.

Дроу с интересом прислушивались к перепалке, периодически косясь на шефа, который, впрочем, прислушивался ещё внимательнее, чем его друзья.

— Ты чего звонил? По делу или просто поболтать? 

— Да вот предложить хотел тебе Новый год у моих встретить, — немного смущённо булькнула трубка. — Если ты не против нашей компании.

— Нет конечно, давай. Заедешь вечером за мной? 

Что ж, вопрос с Новогодней ночью закрыт. Родня наверняка пойдёт в гости к материной свекрови, меня там не особо жалуют. А у меня будет лучший Новый год за последние лет десять-пятнадцать.

— Кто это у тебя такой заботливый? Брат? — поинтересовался Макс.

— Мой брат пока слишком юн для того, чтобы водить машину, — парировала я.

— Жених? — подключился Александр. А вот ему какое дело? Не замечала раньше за ним любопытства к моей личной жизни.

— Друг. Просто друг. Лучший и единственный. А что? Что-то не так?

Алек проворчал:

— От таких друзей потом обычно дети рождаются.

Я подавилась кофе от такого заявления.

— Не буду тебя переубеждать. В конце концов, не ты первый, не ты последний, кто так думает, — я перекинула Максу таблицу с итогами и вытянула ноги под столом, потянувшись.

Хорошо выспалась, должна сказать...

Алек ди Аллири

Когда я узнал, что Алекс на руках отнёс Женю в свой кабинет и уложил там спать, я был немного в шоке, но всё-таки доволен. Женька — хорошая девочка, если друг её окрутит, оба получат от отношений много плюшек. Да и я давно подозреваю, что она — его истинная. С того самого момента, как она на своих двоих вышла из кабинета, где Лекс потерял контроль. Не только живая, но и без единой царапинки!

В пользу этой гипотезы говорило ещё и то, что он в таком состоянии прислушивался к её просьбам и эмоциям. Ведь он спокойно принимал из её рук чашку с корвалолом и послушно пил успокоительное, да и стоило мне только сказать, что он такой её пугает, как Лекс сразу согласился выпить все те зелья, что я ему предложил.

В общем, я был доволен происходящим. 

Вот только моё хорошее настроение резко испортилось, когда я глянул на нашу девочку. Истощение! Полное физическое истощение! У неё и так постоянное ментальное, а он решил её добить! Работой!

Не сдержался и высказал всё, что думаю. Если бы не Макс, ходить бы мне битым, а так…

Впрочем, и сама Женя вмешалась, вновь неосознанно переключив демона с агрессии на другие эмоции.

Я внимательно наблюдал за реакцией Алекса на слова Жени. И его поведение только больше утвердило меня во мнении, что она — его пара. То, как он обиделся на слова о возможном увольнении, то, как он ворчал о возможном Женином желании покинуть контору, говорило мне намного больше, чем сам друг за бутылкой коньяка недели две назад. Лекс всё отшучивался, а тут прям наглядно было.

Ещё более говорящей была его реакция на звонок этого неизвестного «друга». Я не сдержался и подлил масла в огонь как бы нечаянно оброненной фразой:

— От таких друзей потом обычно дети рождаются.

При этих словах на скулах давнего товарища заходили желваки. А Женька не стала нас переубеждать, ничего не доказывала, что вызвало тихую ярость у нашего общего шефа. К счастью, кроме меня это никто не заметил. Женя была слишком увлечена разговором, а Макс просто не обращал внимания на такие мелочи.

Я проскользнул за другом в его кабинет.

Демон задумчиво стоял у зеркала, разминая пальцы.

Поверхность древнего артефакта действительно показывала тот кабинет, где мы стояли несколько секунд назад, подёрнулась дымкой и, подчиняясь воле хозяина, показало только Женю крупным планом.

— Что собираешься делать? — спросил я, не надеясь на ответ.

— Узнавать, что за друг, — хмуро ответил Алекс.

Я хмыкнул:

— Значит, всё-таки истинная пара, да?.. Расслабься, дружище, с его стороны, даже если они встречаются, никакого серьёзного отношения. Сам подумай, ты бы оценил, если бы твоя женщина так задерживалась на работе? Ты бы её не встречал и не вытаскивал вовремя, а то и до окончания рабочего дня? На худой конец, не заказывал бы ей такси?

— Ты клонишь к тому, что?..

— Ты сможешь легко завоевать её расположение, если захочешь. Дерзай, очаровывай! — усмехнулся я. — Чего резину тянуть?

— М-да… Кстати, один кадр её встречает периодически.

Друг кисло уставился на изображение улыбающейся и ещё немного сонной Женьки.

— Покажи, — попросил я.

Зеркало зависло минут на пять. Сложно искать того, о ком практически ничего не известно? О да, но результат тут зависит от хозяина артефакта. Алексу хватило концентрации, сил, терпения и желания, чтобы найти интересующего нас мужчину.

Хм…

— Оборотень? — предположил я, разглядывая высокого крепкого парня лет двадцати пяти.

В ответ на мой вопрос изображение (ну парень, ладно, но мы-то наблюдаем за изображением) повернулось боком и стащило футболку, картинно поигрывая мышцами. На плече у него красовалась клановая татуировка.

Я присвистнул — парень оказался племянником вожака стаи серых волков в нашем округе. Влиятельная фигура в Нижнем.

Картинка чуть отдалилась, являя нашему взору комнату известного в мужских кругах заведения. М-да, элитный бордель для занятого оборотня?

— У тебя все шансы, — успокоил я друга в очередной раз. — Наиграется и бросит. А так ты её предупредишь, хвост распушишь, и будет тебе твоя женщина на блюдечке.

Оборотни не ходят налево от своих пар, а значит, Женьке ничего не светит. Дети у хвостатых — величайшая ценность, сильные только от истинных рождаются. Поматросит и бросит.

Вариант, что эти двое на самом деле дружат, я отмёл сразу. Оборотни не любят сильных женщин, а Женю что-то в жизни так закалило, что даже Макс её опасается, даром что она безродная и неодарённая в плане магии. Вот уж кто-кто, а брат никогда без причины не высказывал опасения.

Брататься же с противоположным полом не принято. Тем более, с людьми. Племянник вожака стаи не пошёл бы против традиций. Поэтому она явно не названная сестра.

Но и вариант, что они любовники, я исключаю. Девушка ещё девушка, ни с кем ночи не проводила. Только с работой. Тут я как лекарь могу утверждать, хотя Лексу пока ничего не скажу. Пусть понервничает, ему полезно.

Вот только меня беспокоил один маленький, но очень важный вопрос. Кем же этот оборотень приходится нашей девочке?

Евгения Унгевиссова

День прошёл незаметно. Я всё так же ничего не делала, книжки читала в телефоне, потому что список хозяйственникам составить недолго, откликов на вакансию не было, Макс был занят отчётом, а Алек с шефом сидели у него в кабинете.

Около девяти вечера я отметилась у начальства и покинула рабочий кабинет, чтобы отправиться отмечать праздник с единственным другом и его семьёй.

Гриша долго мне вещал о том, какая я безответственная, что довожу себя до такого состояния, что вообще меня забрать надо с работы и запереть где-нибудь, чтобы не занималась глупостями, а нормальной женщиной была…

Но наконец он выдохся.

Мы как раз подъезжали к дому его родителей.

Мама написала мне смс-ку, в которой спрашивала, где я ошиваюсь уже вторую неделю и явлюсь ли я домой хотя бы сегодня. Пришлось перезванивать.

— Да, мам?

На другом конце раздалось недовольное:

— Позвонила-таки! Я о ней переживаю, а она даже пару слов написать не может! Блудная дочь, ты домой явишься Новый год встречать?

— Вы же наверняка опять к Усилевским пойдёте, что мне дома одной делать? Я с друзьями посижу.

— Мы сегодня дома. И очень тебя ждём.

— Вот только не надо. Я неплохо знаю, как твой муж и его сыночка ко мне относятся. В то, что ты с Игорем ждёшь ещё верится, а вот в остальных не очень.

Мама недовольно фыркнула:

— Веришь ли, нет ли, но я действительно хотела тебя увидеть. К тому же праздничная неделя, можем поболтать, как это у нас раньше было. По магазинам пройтись, прибарахлиться хотя бы. А то я со своей работой, а ты с учёбой и личной жизнью… Времени на общение не остаётся совсем.

А у меня оказывается не работа, а личная жизнь? Впрочем, это самое хорошее объяснение, потому как я не хочу, чтобы «домочадцы» знали о моей работе. И тем более — о зарплате. У нас же как, все деньги, которые не Глебом или Никитой заработаны, они в семью должны идти. А я морально не готова выстраданные кровные отдавать. Моё!

— Только если вдвоём или с Игорёшей выберемся куда-нибудь пару раз. Я распланировала себе всё.

Мама замялась.

— Глеб и Никита обидятся, — всё-таки протянула она.

Я вздохнула:

— Давай не сейчас, ладно? Не будем портить вечер друг другу. Завтра вернусь домой. Может быть послезавтра.

Повесила трубку.

Мать я люблю, но… 

По щеке против воли скатилась слезинка.

Да, папа… папа навсегда остался где-то в далёком прошлом, в далёком маленьком городке на окраинах области. А я не смогла приехать попрощаться. Не потому, что не хотела, а потому, что не знала, что он тяжело болен. Потом я узнала, что он звонил бывшей жене, просил встретиться со мной хотя бы на денёк, говорил, что умирает, но она была беспощадна. 

Да, наверняка у неё были причины, по которым она развелась с моим отцом. Наверняка он не был тем самым-самым героем, каким его помню я — маленькие дети имеют свойство идеализировать родителей, но…

Я могла понять развод, переезд, но запрет общения с любимым отцом — никогда. А когда я достаточно выросла, чтобы стребовать номер и позвонить отцу, оказалось, что слишком поздно.

Я отогнала грустные мысли прочь. Нечего в машине сырость разводить.

— Женька, не кори себя, — друг угадал направление моих мыслей. У него это всегда неплохо получалось. — Ты ничего не могла с этим сделать и помочь ему тоже не могла.

— Я знаю, Гриш, но менее больно от этого не становится.

Дома у Серовых я помогала Ксении дорезать салаты и накрывать на стол, и за час до полуночи мы все вместе расселись перед телевизором, по которому фоном шёл праздничный концерт. Мы шутили, смеялись, строили планы на ближайший год.

Вот стрелка часов приближается к двенадцати. Президент вещает с экрана телевизора об итогах года, выражает надежду на будущие успехи, а у нас хлопает бутылка шампанского, и пенящаяся жидкость наполняет бокалы. 

Вот начинают бить куранты…

— А теперь все загадываем желание! Только тихо, в мыслях, иначе не сбудется, — заговорщицким шёпотом сказал Юрий младшим сыновьям, которые с воодушевлением держали стаканы с компотом.

Я посмотрела на свой бокал и решила, что моё желание будет предельно банальным, зато искренним.

«Я счастливой хочу быть», — мысленно произнесла я и при последнем ударе курантов осушила бокал. Хочется новогоднего чуда.

Могу же я помечтать?

Ближе к утру младшие ушли спать, а Гриша посадил меня в такси и сел сам. Я почти уснула на его плече, когда мы подъехали к дому.

Оплатив поездку и мягко меня разбудив, друг помог мне выбраться из машины. Такси исчезло за углом соседнего дома через несколько секунд.

Я поёжилась на ветру и зашарилась в карманах в поисках ключей.

— Женечка, у меня есть тебе подарок.

— Так уже ж… — неуверенно начала я, наконец выцепив звенящую связку ключей.

— Да помню я, что уже одаривались. Не о том речь, — фыркнул он и достал коробочку из кармана. В тусклом свете фонаря было плохо видно, но, кажется, в ней были два парных браслета. — Только вот, золотце, нужна капелька твоей крови.

Помнится, Алек долго мне грузил мозг на тему «никому не давать свою кровь». Я тогда ещё про анализы в поликлинике съязвила, но к сведению приняла.

Только вот Грише-то я доверяла как никому другому, поэтому сняла перчатки и протянула пальчик, который тут же прокололи. Друг совместил свой указательный палец с моим. Я почувствовала, как по коже течёт тонкая струйка тёплой крови.

— Как брат с сестрой? — спросил он, улыбаясь.

Я не могла не улыбнуться в ответ:

— Как брат с сестрой, — сказала, глядя ему в глаза.

Мой пальчик заботливо протёрли салфеткой и заклеили пластырем, а потом на запястье правой руки щёлкнул браслет: тонкая металлическая дуга с замком в виде волчьей головы с маленькими камушками-глазками. Красота. Домой приду — рассмотрю получше.

— Спасибо, — я снова улыбнулась другу.

— Пожалуйста. Эй, а мне браслет надеть? — возмутился он, увидев, что я собираюсь прощаться.

Я удивилась, но всё-таки выполнила требование, щёлкнув на его запястье браслетом, похожим на мой. Отличался он только размером и толщиной, но на руке Гриши выглядел вполне органично.

— Отдыхай, сестрёнка, — друг чмокнул меня в щёку и придержал подъездную дверь.

Нырнув во мрак коридора, я одёрнула рукав куртки, чтобы никто не увидел подарок. Наверняка не из простой стали браслетик-то, а зачем мне лишние вопросы? Тем более от матери. Тем более от отчима и сводного.

Аккуратно отперев дверь в квартиру, я поморщилась — петли и замок безбожно скрипнули, выдавая меня с потрохами.

Из кухни, где продолжалось веселье с караоке, тут же высунулся сын отчима. То ли ещё не оглох настолько, то ли был относительно трезвым, не знаю, но мой приход услышал.

— О, явилась, — усмехнулся он.

Я молча разулась и сняла куртку.

— Где ж ты пропадала почти две недели? И тут вернулась на родину, — продолжал он измываться.

Высокий, тощий, прыщавый двадцатисемилетний светловолосый парень не моей мечты облокотился на стену. В майке-алкоголичке и домашних шортах, которые были больше похожи на семейники, он являл комичное зрелище, вот только мне было не смешно уже очень давно.

— Никитушка, — почти ласково протянула я, — какое тебе дело, окаянный? Я тебе никто, чтобы ты переживал обо мне.

Он схватил меня за воротник, заставляя посмотреть в его светло-серые глаза:

— Ты! Как ты смеешь так говорить! Тебя из дерёвни вытащили, а ты смеешь…

А я настолько устала, что забыла про амулет. Ну и хорошо, ну и правильно.

Никита резко отдёрнул руку, чуть не оторвав капюшон у куртки.

— Ты шокер что ли купила? Ну ты и тварь! — раскричался он, потрясая ужаленной рукой. Амулетик-то мне выдали новый после той истории с Рогоновым, он намного более чувствительный был по сравнению с чёрным кругляшом.

Я закатила глаза и ответила в духе той «дерёвни», откуда была родом:

— Слышь, дубото́лок, последний раз повторяю. Руки. Ко мне. Не тянуть. Иначе ошлея́шу, понятно?

И ушла в свою комнату, обогнув грязно ругающегося сквозь зубы сводного.

Игорь сопел, свернувшись калачиком на моей кровати, укрывшись уголком покрывала.

Младший и любимый брат вообще жил вместе с Никитой в комнате, однако что-то заставило его пробраться ночевать сюда. И я даже знаю, что. Точнее сказать, кто.

Не став беспокоить ребёнка, я по-хорошему укрыла его покрывалом и легла рядом с краю кровати, которая вполне позволяла нам разместиться вместе, пусть и с некоторыми неудобствами. Я — не самая маленькая, а Игорь свернулся калачиком прямо посередь моего спального места.

Мы жили на втором этаже в обычной трёхкомнатной квартире в панельке, каких по городам нашей необъятной миллионы. Мама с новым мужем разместились в комнате побольше, в той, которая с мелким балконом, заваленным хламом. Очень уж там любит курить «глава семейства». Мы с Игорем и Никитой делили две оставшиеся комнаты. В своё время я очень долго требовала себе отдельную от братьев жилплощадь, что вызвало неудовольствие отчима, но своё я получила. Самая маленькая комнатушка была закреплена за мной. И сюда по максимуму старались не заходить остальные жильцы квартиры, потому что никто никогда не мог предугадать, в какой момент тихая и забитая девочка превратится в маленького дьявола. 

В общем, после пары инцидентов, когда я ловила «домашних» за перетряхиванием моих вещей, не рисковали они. Так, заходили порой, когда меня дома не было, смотрели, где что лежит, не более.

К большому несчастью Глеба и Никиты, у меня был идеальный порядок. Никаких лишних личных вещей не лежало в свободном доступе, а откровенно шарить по ящикам они больше не рисковали. Я, конечно, обычно тихая девочка, но раздраконить-то и меня можно. Да и всё ценное я прятала очень, очень глубоко. Порой сама забывала о нычке и искренне удивлялась, когда через несколько месяцев при очередной капитальной уборке находила что-то давно спрятанное. В начале декабря, например, нашла старый фотоальбом, где я маленькая с родителями.

***

Проснулась я от того, что кто-то мелкий пытался выбраться из-под моей руки.

— Доброе утро, Игорёш, — сонно протянула я.

Во сне я обняла братика и не давала выбраться.

— Доброе, Жень. А где ты была так долго? — полюбопытствовал он. — Я соскучился!

Я улыбнулась:

— Я тоже соскучилась. А была я… в сказке. В самой настоящей сказке. Прекрасные благородные эльфы спасали меня от сил зла, — посмеялась я, вспомнив, как дроу пытались спровадить меня в отпуск, чем терроризировали нашего общего начальника.

А что, дроу не эльфы? Эльфы. Только тёмные, но это не важно, правда? А демон в классическом понимании именно что относится к силам зла.

Хотя Александр у нас лапочка.

— Жень, ну что ты со мной как с маленьким? — надулся братишка. — Я уже взрослый! И знаю, что сказок не существует!

Я вздохнула. Ну да, взрослый. Я тоже взрослой в восемь лет стала, когда переехали в этот город. Но я же не сказки рассказываю!

С другой стороны, что меня удивляет в том, что мне не поверили?

Вот сказал бы мне кто полгода назад, что слово «раса» может не только людей по цвету кожи делить, но и иных существ в реальной жизни, а не на страницах фантастических романов, я бы не поверила. Зато теперь окунулась… ну не с головой, конечно, но всё-таки.

Поэтому я не стала переубеждать мальчишку. Сам поймёт насколько сильно ошибался, если ему доведётся столкнуться хоть с Верхним, хоть с Нижним.

Я потянулась и села на кровати.

— Игорёш, а ты не мог бы освободить мою комнату?

Братец подозрительно прищурился:

— Зачем это?

— Ну ты же взрослый. А девушке переодеваться при взрослом мужчине неприлично.

Разумеется, если их не связывают тесные отношения, но не говорить же ему об этом?

Пара секунд и я осталась одна.

Щёлкнула задвижкой, которая не спасала, но хотя бы давала ощущение личного пространства, и вытащила другой костюм. Праздники праздниками, а работа по графику сегодня есть.

Зауженные к низу серые в крупную клетку брючки, чёрная водолазка «в облипочку» с длинным рукавом, под которой прекрасно можно спрятать подаренный Гришей браслет, в добавок ко всему выгодно подчёркивающая грудь и талию, жилетка по фигуре из той же ткани, что и брюки — мне нравился этот образ. А ещё…

Ещё он нравился Александру.

Я совсем недавно заметила, что мой шеф иногда бросает на меня задумчивые взгляды. И улыбается, когда думает, что я этого не вижу. А ещё он стал чаще появляться в нашей компании, Алек же наоборот приходил реже и с усмешкой нас разглядывал.

Уже в коридоре, обуваясь, я снова почувствовала чей-то взгляд и вскинула голову.

Глеб. Взрослая копия Никиты, только с брюшком.

— Дома и так не появлялась полторы недели, куда и на сколько теперь проваливаешь?

— В сказку, — огрызнулась я, заметив, что Игорь тоже вышел в коридор, а вслед за ним появилась и мама.

Они были страсть как похожи. Черноволосые, высокие, худощавые, с карими глазами и смуглой кожей. Да, Игорь был маминой копией в отличие от меня. Мне-то от неё кроме цвета волос ничего не досталось: ни смуглой кожи, ни тёмных глаз. Генетика дала сбой, и, несмотря на то, что карий цвет глаз является доминантным признаком, я родилась с голубыми. Как у папы. А ещё такая же бледная, невысокая и пухлявая, как и он.

— Я думала, ты в эти праздники с нами побудешь, — обиженно протянула мама.

— Я же говорила, всё время распланировала заранее, — я сдула чёлку, настойчиво лезущую в глаза, и застегнула куртку. — Буду поздно, можете не ждать.

Прихватив сумку, покинула квартиру. Немного расстраивал тот факт, что ничего не успела приготовить, но не всё же домашней едой питаться? Зайду в магазин, куплю чего-нибудь сладкого.

С учётом того, что у меня стойкое непринятие покупной выпечки, закупилась я шоколадками, пачкой мягкого творога и пол-литровой бутылкой молока. Форму поддерживать надо.

Два часа дня, а я только появилась в офисе, где не было никого, за небольшим исключением.

— Евгения? — удивился шеф моему появлению. — Не ожидал. Я думал, Вы решите взять выходной.

Было уже как-то, что я взяла один день, когда нужно было отвести мелкого в поликлинику. Так что да, я могла написать начальству, что не приду на работу, и спокойно продолжить отсыпаться.

— Что делать дома? Сидеть и скучать? Или объедаться остатками салатов с Новогодней ночи?

— А что делать на работе? — копируя мои интонации, ответил Александр. — Просматривать отклики на вакансию? Заполнять отчёт до потери сознания?

— Зато я его почти закончила, — обиделась я.

Столько времени угрохала, а он язвит. Неприятно.

— Я же не спорю. Вы большая молодец. Сотрудник, способный настолько хорошо составить годовой итоговый отчёт, проработав в компании столь недолгий срок, дорогого стоит. Поэтому у меня к Вам деловое предложение, — Александр очаровательно улыбнулся.

— Я Вас внимательно слушаю.

— Не хотите досрочно завершить испытательный срок и стать полноправным членом команды?

Я побарабанила пальцами по столу:

— Чем мне это грозит?

Александр непонимающе уставился на меня.

— Ну там кровью договор подписывать, душу продавать, — с покерфейсом произнесла я.

До шефа минуту, наверное, доходило, что я шучу.

— Всего лишь допсоглашение подписать к трудовому, — улыбнулся он. — Не обязательно кровью, можно шариковой ручкой. А душу лучше не продавать, а отдавать истинному, поверьте демону.

— Я человек, у меня не может быть истинного. Только если я кому-нибудь прихожусь, — вздохнула я и пошла ставить чайник. — Нет, ну серьёзно, почему Вы так решили? Не подумайте, что я против, совсем наоборот, но причины-то я узнать могу?

— Можете, разумеется. Я уже говорил, что Вы незаменимы, и вообще я опасаюсь, что Вы уйдёте из нашего коллектива, пока испытательный не закончится. Заявление на стол и увольнение одним днём, ТК П ведь допускает. А в случае с уже нормальным трудовым договором по нашему законодательству так не получится, разве что по соглашению сторон, на что я в данном случае категорически не согласен. И при таком неблагоприятном для меня исходе месяц Вам в таком случае всё равно придётся отработать, а за это время я придумаю, как Вас переубедить.

— Что ж, достаточно честно, — признала я, глядя в лучащиеся смехом глаза начальника.

— Так какое Ваше положительно решение? — подмигнул он мне. — А, да, у нас в этом месяце индексация зарплаты, забыл предупредить.

— Да согласная я, согласная, — проворчала я. — Вот только что-то не припомню, чтобы мы в план закладывали изменение системы мотивации.

— А я тут просто так по-Вашему? — хохотнул демон. — Не всё же подчинённым делать, мне тоже находится чем заняться.

Александр дес Артигарто

Я внимательно наблюдал за Евгешей, пока она вытрясала из меня причины, побудившие сделать ей такое в меру приличное предложение. Забавная. Ещё и вела себя так, будто отказаться думала.

С такой не заскучаешь.

Я тихо вздохнул. Надо ещё придумать, как сугубо деловые отношения перевести в... да хотя бы в доверительные для начала.

Алек хоть и ехидна ушастая, как его за глаза Женя зовёт, но слишком наблюдательный и внимательный. Как-то же догадался, что эта девушка — моя истинная? Надо будет потом поспрашивать, выделить вечер, а то он всё увиливает от ответа.

— Будете чай? — Женя встала в пол-оборота.

Мне кажется, она надо мной сейчас издевается. Встала удачно, костюм надела тот, который мне больше всего нравится...

Так, демон, слюни подбери!

— Давайте кофе, — кивнул я и продолжил любоваться девушкой.

Она уверенно насыпала кофе и сахар в кружку, соблюдая любимые мною пропорции. Какая внимательная, однако.

Демон внутри довольно заворочался. Ему было безумно приятно, что женщина, которую он признал своей, заботится о нём и подмечает такие мелкие детали.

Женя протянула мне кружку со свежезаваренным кофе, и, пока я забирал свой напиток, наши руки нечаянно соприкоснулись. Меня будто током прошибло, да и её, судя по взгляду, тоже.

Демон рвался наружу, ему хотелось утащить свою женщину к себе в нору и… да. Много чего хотел. Даже лишнего.

— Спасибо, — кивнул я, прикрывая глаза. Не хватало ещё, чтобы она увидела, как меня заполняет тьма.

— Пожалуйста, — судя по голосу, она была немного смущена и улыбалась. Наверняка так же светло и тепло, как и всегда.

Как сдержался — не пойму. Наверное, годы тренировок и непрекращающегося самоконтроля. Хотя безумно желал дать волю демону: закинуть на плечо и порталами уйти в загородный дом. Хотелось прижать эту маленькую сильную женщину к себе, сказать «МОЯ», целовать до умопомрачения, пока хватает воздуха в лёгких.

Но я прекрасно понимал, что вот кто-кто, а она такое не оценит. Поэтому добиваться взаимности придётся только лаской и вниманием. 

Впрочем, трудности закаляют характер. 

Только этим себя и утешаю.

Раздался звонок, и я снова начал наблюдать за происходящим.

Женя перевела удивлённый взгляд на телефон, пробормотала своё любимое «извините» и ответила:

— Да, Игорёш?

Говорящего было плохо слышно. Мне-то с моим слухом! Как же этот Игорёша там шепчет? Кто это вообще такой?

Внутри поднималась волна ревности.

— Да, конечно, посиди. На задвижку закройся только, мне поспокойнее будет, — Женя явно нервничала.

Как мне хотелось прервать разговор и выяснить причины таких перемен в её настроении. Только что была милая позитивная девочка, и вот уже она стоит, в панике кусая губы, нервно теребит пуговицу на жилетке и слушает тихие всхлипывания.

— Они же собирались куда-то идти, разве нет?.. Передумали?.. Хорошо, да, да, сиди конечно, мог бы не спрашивать... Под кроватью молоток лежит, достань на всякий случай, мало ли.

Женя сбросила трубку. И вот тут я всё-таки не выдержал:

— Помощь нужна?

— Да тут уже ничем не поможешь, — вздохнула она. — Спасибо, нет. Это так... дела семейные, причём даже не совсем мои.

Женя грустно улыбнулась.

Ар-р-р! Ну зачем? Зачем?! Я же хочу помочь!

— Женя, я понимаю, что Вы сильная девушка. Но не все проблемы можно решить, не прибегая к помощи других. И выговариваться тоже полезно, легче становится, — попытался убедить её я.

Не умею я красиво говорить...

Но видимо её это мало волновало, потому что, немного поколебавшись, она начала сухо рассказывать, что такого у неё дома произошло. Оказывается, младшего брата опять начал задирать её отчим, да так сильно, что мальчишка забился в комнату к своей сестре. А потом...

Потом будто плотину прорвало.

Женя рассказывала и рассказывала. Как её мать развелась с отцом и разорвала все контакты с бывшим мужем, как не давала видеться дочери с любимым отцом, как они обзавелись новой «семьёй» и как к Жене там относятся…

В какой-то момент по её щеке скатилась слезинка, и такой болью это отозвалось в моей душе, что я подошёл и обнял маленькую женщину, такую сильную и такую слабую одновременно. Прижал к себе, позволяя выплакать всё то, что она так долго держала внутри. 

Всхлипнув, она обняла меня и расплакалась.

Евгения Унгевиссова

С чего ему вдруг стало интересно, что там у меня дома происходит?

Поддавшись какому-то иррациональному желанию поделиться своими проблемами, я рассказала о причине звонка младшего брата. И как-то я даже не заметила, что начала делиться другими не самыми радужными подробностями своей жизни.

И столько искреннего участия и сочувствия я видела в глазах Александра…

Я и сама не поняла, как оказалась в объятиях шефа. Вроде бы вот я рассказываю о своих проблемах, связанных с семьёй, а вот уже в кольце рук, таких сильных и надёжных, что я растерялась и обняла его в ответ. А потом моя выдержка мне отказала: я позорно и совершенно по-детски расплакалась. Горько и взахлёб.

Александр ничего не говорил, только обнимал меня и гладил по спине, успокаивая. Он словно чувствовал, насколько мне нужна эта поддержка, и давал её.

Я чувствовала, как бьётся его сердце, я ощущала тепло его кожи через рубашку. Его горячее спокойное дыхание шевелило мои волосы.

И это было так уютно...

Немного успокоившись, я отлепилась от груди демона.

— Спасибо, — прошептала я срывающимся голосом.

— Тш-ш, — он притянул меня обратно. — Всё будет хорошо, маленькая. Всё будет хорошо...

Александр шептал ещё что-то успокаивающее и обнимал, обнимал, обнимал. Была ли я против? Нет, совершенно нет. Более того, я всё больше понимала, что мне хочется чувствовать этого мужчину, узнать его лучше. Его объятия, мерный стук сердца, ровное дыхание дарили такое ощущение защищённости и спокойствия, которое я никогда не испытывала.

Так мы и стояли: я, тихо всхлипывая и уткнувшись носом в широкую мужскую грудь, и он, бормоча слова утешения и обнимая меня.

— Почему ты не переехала? — тихо спросил Александр. Шефом назвать его у меня уже язык не повернётся. Сейчас это был не начальник, а искренне сопереживающий мужчина.

— Потому что было не на что, а потом был испытательный. Меня съедят, если я потом вернусь со съёмной квартиры обратно, — честно ответила я, не решаясь заглянуть в глаза демону.

— А сейчас?

— А сейчас буду искать квартиру. Только брата я с собой забрать не смогу.

Я не верила в то, что отчим так легко отпустит своего ребёнка. Меня-то на все четыре стороны, лишь бы не возвращалась. «Прицеп» же, да ещё и своевольный.

— Я поищу защитный амулет твоему брату, чтобы ты не переживала за него, когда тебя нет рядом. Что-нибудь такое, что сможет нормально работать в Среднем и не навредит человеческому ребёнку.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я. — Это... неожиданно.

— Знаю, что из моих уст для тебя это прозвучит странно, но дети — это святое, — он осторожным движением стёр дорожки слёз с моих щёк.

Я улыбнулась, наконец посмотрев на демона.

— Я подумаю, как решить вопрос с твоим братом, но очень тебя прошу, не затягивай с переездом.

— В ближайшее время начну поиски жилья, — клятвенно пообещала я.

Демон не хотел выпускать меня из объятий, мне не хотелось отстраняться, но нас никто не спрашивал.

В кабинет ураганом ворвалась какая-то высокая худая девушка.

— Алекс, ты должен мне помочь! 

— Ой... — тут же осеклась она, увидев нас.

Демон закатил глаза.

— Айш, можно было предупредить, что ты собираешься наведаться в контору. Женя, это Айша — моя младшая сестра, — представил он мне вошедшую. — Айша, это Евгения Романовна.

— Можно просто по имени, — отмахнулась я и выбралась из таких уютных объятий, вернулась на своё рабочее место. Чай уже успел остыть, поэтому пришлось заваривать заново.

Украдкой я рассматривала вошедшую. Высокая, тонкая, гибкая, с кожей не просто светлой, а белой как бумага, большими серыми глазами с металлическим отливом, так похожими на глаза Александра, изящным породистым лицом и забранными в небрежный пучок длинными иссиня-чёрными волосами. Одета она была в кожаные брюки и стильное пальто светло-серого цвета. Ярко-красные губы, чёткие стрелки, идеальный маникюр… Словом, мужская мечта во плоти.

— Так что ты хотела? — спросил демон у своей родственницы.

— Дед решил, что раз я отношусь к этому, ангелы его дери, роду дес Артигарто, мне пора выходить замуж. А я не хочу. Он же найдёт какого-нибудь консервативного демона, и плакали мои разработки! Сделай что-нибудь, Лекси, ну пожа-алуйста!

Александр хмыкнул:

— Попробую с ним поговорить, посиди пока тут, подожди, я сейчас. И раз ты так удачно зашла, придумай какую-нибудь защитную штуку на человеческого ребёнка из Среднего.

И он ушёл к себе в кабинет, а его сестра уселась на один из стульев и принялась что-то черкать в блокноте, который словно по волшебству оказался у неё в руках.

Я из-под ресниц наблюдала за гостьей, параллельно просматривая Дьявольскую работу на предмет откликов на вакансию и висящих в свободном доступе резюме ищеек.

Не то, что я была спецом в расах, но я не могла понять, к какой относилась эта странная девушка.

Через несколько секунд из-за закрытой двери кабинета демона раздался рык.

— Опять дверь менять, — устало вздохнула я.

— А что, уже приходилось? — полюбопытствовала леди дес Артигарто.

— Ну, на моей памяти было только один раз, хотя я тут работаю всего около квартала. Можно уточнить у Макса. То есть Максимилиана ди Аллири, — поправилась я.

— А что такого случилось, что такой мощный артефакт пришёл в негодность? — улыбнулась леди, обнажив ряд идеально ровных белоснежных зубов. Я мимоходом отметила, что у неё чуть удлинённые верхние клыки. Недо-вампир? Только у них клыки явно выделяются на фоне остальной челюсти, но у этой они были слишком короткие для чистокровного вампира.

Но она же сестра Александра. Как сестра демона может быть вампиром? Тем более недо-вампиром? Тут же в ходу услуги клыкастых по чистке крови у плода, как раз чтобы смесков не рождалось.

— Скажем так, шеф был не в духе, когда к нему зашёл кое-кто из сотрудников. Посетитель полетал.

— Лекс что, кого-то вышвырнул из кабинета? — неверяще уставилась она на меня.

— Не уверена, меня рядом с ним в тот момент не было. Но из того, что наш коллега вылетел на двери сюда, предполагаю, что да. Чаю? — предложила я.

— Если Вам не сложно, — мило улыбнулась она.

Я быстро организовала чашечку зелёного чая и поставила её перед девушкой.

— Евгения, а Вы тут?..

— Секретарь, — правильно поняла её вопрос я.

— И единственная человечка в конторе, да? — продолжила она.

— Нет, есть ещё маги и ведьмы. Но я единственная из Среднего.

В глазах девушки заплясали смешинки.

— Так это Вам тогда Лекси просил сделать охранный амулет с такими необычными характеристиками. Интересно…

— Не знала, что Вы приложили к этому руку, — я вернула улыбку. Девушка была мягкой и лёгкой в общении.

А ещё ей было всё равно, что я человек из Среднего. Обычно ко мне относились с пренебрежением только из-за происхождения. Разумеется, не все. В конторе меня ценили, особенно Александр и ди Аллири, а вот посетители разные бывают.

— Ну, это была моя запатентованная разработка... Хотя не скажу, что ничего необычного. Братец очень уж просил сильную штуку.

Александр переживал за меня? И просил сестру сделать амулет специально для меня? Чудеса, да и только.

Не то, что я не верю в благородные порывы, но...

Чёрт, мне приятно, что обо мне позаботились. Тем более, что позаботился он, а не кто-то другой.

В общем, я сидела довольная.

Разговорившись с Айшей, я забыла о времени. И из немного неловкой беседы вырос вполне себе живой диалог. Мы шутили, смеялись, обсуждали общих немногочисленных знакомых, а я...

Я собирала крупицы информации об Александре, который так некстати вышел, когда я в красках рассказывала о полёте Алека на двери.

Я ойкнула и уткнулась в монитор, чем вызвала у него улыбку.

— Айш, я тебя на некоторое время лишу прекрасной компании. Жень, зайди, пожалуйста, ко мне на пару слов, — сказал он и выразительно посторонился, освобождая проход. 

Вариант отказаться даже не рассматривается?

Я хмыкнула и поднялась со своего места. В конце концов, он начальник, а я подчинённая, а то, что было до прихода Айши...

Моя минутная слабость? Жалость с его стороны? Не знаю, но попробую сделать вид, что ничего не произошло.

Я прошла в кабинет. За моей спиной тихо закрылась дверь, Александр махнул рукой на стул, предлагая присесть, и сам опустился в своё рабочее кресло.

— Так что Вы хотели? — поинтересовалась я, рассматривая мужчину.

— Женя-я, — протянул он, — а давай ты выкать мне перестанешь, а?

На это его предложение я только хитро улыбнулась:

— Я подумаю. И всё же?

Александр вздохнул, но ничего не сказал по поводу первой части моего высказывания, и всё-таки ответил на вопрос:

— Нужен женский непредвзятый взгляд на ситуацию.

Я в удивлении приподняла брови, намекая на продолжение откровений.

— Ты же слышала, что Айшу дед собирается замуж выдать?

— Что-то такое она говорила, когда вошла, — подтвердила очевидное я.

— Ну вот. Она же сказала, что за демона замуж не хочет, но про другие расы ничего не говорила, — чем дольше он рассказывал, тем выше поднимались мои брови. Вот уж от кого, от кого, а от Александра я подобного не ожидала. — Я знаю, что ей нравится Алек. Собственно, он в неё давно и по уши влюблён, поэтому есть у меня мысль...

— Женить Алека на Айше? — правильно поняла его я. — В целом, если он ей на самом деле нравится, то идея неплоха. Как только это сделать?

Демон улыбнулся в который раз за сегодняшний день:

— О, тут не сложно, но опять-таки будет нужна твоя помощь. Просто у нас нельзя как в Среднем прийти и тихо расписаться в маленьком кабинете, обязательно нужны свидетели от каждой из сторон, если мы хотим, чтобы дед не докопался до сестры. И если мы организуем это сейчас, а я планирую сделать именно так, то у Айши никого не будет, кто свидетельствовал бы с её стороны. Поможешь?

— Но я не знаю, что нужно делать, — попробовала отказаться от этой почётной миссии я.

— О, ничего сложного, просто постоять и пару раз сказать «да» на вопрос о чистоте намерений невесты и её желании.

Кстати о птичках.

— Вот ещё момент. Я же не знаю, согласна она или нет. Да и вдруг ей будет некомфортно с Алеком, и она будет проклинать этот день и нас заодно? — озвучила свои опасения я.

— Ну… тогда можно отправиться в Тёмный храм и попросить провести полный обряд. Если они не смогут счастливо жить, то брак просто не будет заключён, ну а если шансы на счастье будут велики, то всё будет идеально. Единственное что, такой союз нерасторжим.

— Надо спрашивать у них самих. Допустим, чисто гипотетически, если бы меня так замуж выдали за мужчину, которого я люблю, я бы конечно сковородкой огрела доброжелателей, но в целом, пожалуй, меня бы в конечном итоге всё устроило. Но я — не Айша, поэтому лучше всё-таки спросить. А ещё лучше вправить мозги Алеку, чтобы он ей сам признался в чувствах. И если она ему расскажет об этой проблеме, чтобы он предлагал её решение тоже сам. А вот уж какое оно будет... В конце концов, он может быть просто не готов к браку. Равно как и она.

Александр насмешливо фыркнул:

— Да он кучу лет уже спит и видит, как сестру мою в храм поведёт. Впрочем, из её слов можно предположить, что и она грезит о том же. Но, пожалуй, ты права, что им стоит самим обсудить этот вопрос. Я как раз послал ему сообщение, чтобы он зашёл.

Александр бросил взгляд на зеркало, его поверхность ненадолго подёрнулась дымкой, и мы увидели Айшу... в объятиях Алека.

— А, ну да, они встречаются уже лет семь, так что, полагаю, нет никаких препятствий, — по-доброму усмехнулся демон.

Мы прислушались к разговору:

— ... а если Лекс сейчас выйдет? Что он скажет? — Айша стукнула ладошкой по груди дроу.

— Он там с Женей, что он нам может сказать? — усмехнулся он.

Александр недовольно заворчал словно большой-большой кот.

— А что с ней не так? — непонимающе спросила Айша. 

— Ну-у... — с намёком протянул Алек и, не отвечая на вопрос, поцеловал девушку.

Вот тут уже я насмешливо фыркнула.

— Пойти что ли за непотребство на рабочем месте надавать ему по шее? — вслух подумал Александр.

— А непотребство — это то, что творится там, или тот прозрачный намёк на непотребство, творящееся тут, которого нет? — усмехнулась я.

— Хм, пожалуй, и за то, и за другое.

— Я не знаю, как к этому относятся в Нижнем, но в Среднем раньше старшие родственники-мужчины вполне могли заставить жениться за подобное, — продолжила я. — Испорченная репутация незамужней девушки, все дела… Исходя из того, что ваш дед собирался заставить её выйти замуж, упирая на то, что он старше, предполагаю, что можно это и сюда притянуть.

И не важно, что эта парочка уже кучу времени встречается, совсем не важно! Это такие мелочи, право слово, особенно когда тут чуть ли не вопрос жизни и смерти решается. То есть счастливой жизни сестры моего начальника.

— Ты ж моё золотце, — на лице Александра появилась хищная улыбка.

Он мгновенно отключил трансляцию из кабинета и в следующую секунду подхватил свой пиджак, переместился к двери и распахнул её со словами:

— И что это вы себе тут позволяете?!

Наши влюблённые оторвались друг от друга и непонимающе уставились на демона.

Я включилась в игру:

— Так скомпрометировать девушку!

— В Тёмный храм! Оба два! Живо! — скомандовал Александр, и вокруг нас хлопнул портал до того, как «оба два» опомнились.

Мы оказались перед ступенями древнего храма. 

— Лекс! — возмутилась Айша. — Ты специально?!

Александр оскалился:

— Ну откровенно говоря, да.

— Айша, солнышко, а почему бы и нет? — Алек выпустил девушку из объятий, заглянул ей в глаза. — Я конечно не так этот момент себе столько времени представлял, но...

Дроу преклонил колени перед смущённой сестрой Александра и, взяв её за тонкую ручку, проговорил:

— Солнышко моё, единственная и неповторимая, я люблю тебя больше жизни. Выходи за меня замуж?

Айша нервно прикусила губу и едва заметно кивнула, а её глаза как будто светились изнутри радостью.

— И чего мы в таком случае стоим на холоде и ждём? — усмехнулся брат счастливой невесты и накинул мне на плечи свой пиджак.

— Может, Макса притащим? — я укуталась в огромный пиджак и кинула благодарный взгляд на мужчину.

— А чего меня тащить, я уже тут, — раздалось довольное за нашими спинами.

Ну и чудненько.

— Только не предполагал, что свидетельницей со стороны невесты будешь ты, — подмигнул мне Макс и поздоровался со всеми остальными. — Поздравляю, братишка.

Мы поднялись в храм.

Это было не очень большое здание из тёмно-серого камня с блестящими включениями. Внутри всё было не менее экзотично: гобелены по стенам, красные магические светильники, парящие над головами и отбрасывающие зловещие отблески на чёрный идеально гладкий пол без стыков, снующие туда-сюда храмовники в длинных чёрных одеждах, так похожих на одеяния батюшек в наших церквях (какая ирония, правда?), а посередине всего этого великолепия — чёрный, будто бы литой из того же материала, что и пол, алтарь с такой же чашей. Ни стыков, ни сколов, только идеально ровная глянцевая поверхность.

Наша компания продвигалась к алтарю, и Алек сказал храмовнику, стоящему прямо позади чаши:

— Мы хотим заключить брак.

— Похвальное стремление, дитя, — скрипучим старческим ответил ему... а, собственно, кто? Как называется этот аналог нашего священника? 

Он был невысок, стар, немного горбат, его тёмную кожу изрезали глубокие морщины, а полностью чёрные глаза будто заглядывали в душу, в самую её глубь. Казалось, что он видит всё, даже самое сокровенное, но под этим пронизывающим взглядом на удивление не было неуютно.

— Займите свои места, — проскрежетал местный священник.

Айша встала с левого края алтаря, Алек с правого. Александр легонько подтолкнул меня в спину, знаками показывая, чтобы я встала чуть левее его сестры, а сам вместе с Максом разместился правее Алека.

Ну я встала, куда положено, кутаясь в такой большой и дорогущий демонический пиджак.

И вот тут началась древняя как мир магия.

Из чаши повалил чёрный дым, стекающий через край на алтарь, с алтаря на пол. Через каких-то несчастных полминуты весь пол храма был залит, если так вообще можно сказать о происходящем, этим странным дымом. Он был тёплый, плотный и едва ощутимо пах каким-то странным цветком.

— Дитя, — обратился храмовник к Алеку, — свидетельствуешь ли ты пред Великой Силой нашего мира свою любовь и уважение к этой женщине?

Какие правильные слова. Я восхитилась.

— Свидетельствую, — безропотно ответил дроу.

— Свидетельствуешь ли ты, дитя, — обратился храмовник уже к невесте, — свою любовь и уважение к этому мужчине перед Великой Силой нашего мира?

— Свидетельствую, — тихо проговорила Айша.

— Свидетельствуете ли вы, приглашенные, — он повернулся к Александру и Максу, — искренность этих душ, принявших решение связать свои судьбы нерушимыми узами брака?

— Свидетельствуем, — хором отозвались мужчины.

Настал и мой черёд:

— Свидетельствуешь ли ты, дитя чужого мира, искренность этих душ перед Великой Силой нашего мира и всеми детьми нашего мира?

Я заглянула в глаза Айше. Она была немного растерянная, но такая счастливая, что я невольно радовалась за неё. Потом я перевела взгляд на Алека, который напряжённо ждал мой ответ. Судя по всему, Айшу он действительно любит.

— Свидетельствую, — ответила я после секундной паузы, и все выдохнули. Кажется, даже храмовник ожидал мой ответ с некоторым напряжением.

— Опустите руки в чашу, дети Тьмы, — сказал он Алеку и Айше, и они послушно выполнили указание.

Миг, и нас ослепила яркая вспышка. Проморгавшись, я заметила, что дым исчез, а счастливые жених и невеста улыбались друг другу, и на их запястьях красовалась чёрная татуировка в виде браслета с завитушками.

— Великие Силы благословили этот союз! — величественно и громко произнёс храмовник и опустил морщинистые руки на склонённые головы уже молодожёнов. — Идите по жизни в любви и согласии. Вас ждут наставники, — и за его спиной возникли два силуэта, поманившие за собой «детей». — А вы, дети, ожидайте новобрачных здесь, не стоит уходить из места силы, тем более, на улице холодает.

Я отошла от алтаря, и ко мне тут же подошёл Александр.

— Ну и как тебе наши местные свадьбы на скорую руку?

— Необычно, — честно ответила я, — магия, магия, магия, кругом одна магия. Но это же не единственный способ пожениться, я правильно поняла?

Мне правда было интересно всё, что тут происходит, оно так отличалось от привычного мне.

— Да, правильно, — вздохнул демон, — всё больше браков заключается в ЗАГСах, а не в храмах. Мало кто готов связывать свои судьбы так, потому что после этого обряда полностью принадлежишь супругу. Ну и он тебе. Кто-то просто ищет удачную партию, а таких тут не женят, Силы не позволяют соединить тех, кто корыстно настроен и не любит партнёра. Но браки с истинными заключаются только здесь, правда более простым способом.

— А как? — продолжила любопытствовать я.

— Можно без свидетелей и без клятв в любви.

Я удивилась. Чем вызваны такие отличия обрядов?

Видимо, Александр прочитал что-то такое на моём лице и улыбнулся, и только он открыл рот, чтобы ответить, как сзади раздался хриплый голос храмовника, проводившего церемонию:

— Это потому, что Силы сами находят избранных, которых вы зовёте истинными парами. Избранные — это те, с кем союз душ будет идеальным, те, кто примет таким, какой ты есть, кто будет любить несмотря ни на что. Силы помнят, кого и кому они выбрали, и знают, что дети будут любить друг друга, как только разглядят своё сокровище. Так зачем им просить подтверждения этого у душ, которые они сами же до этого и соединили?

Я улыбнулась старцу:

— Спасибо за рассказ.

— Не благодари. Тебе это знание скоро понадобится, дитя чужого мира, — и он молча удалился, напоследок вручив Александру какую-то тонкую пластину размером где-то с лист А4.

— А что это? — я сунула свой любопытный нос поверх края пластинки и загородила текст, который демон пытался прочитать.

— Свидетельство о браке Алека и Айши, — просто ответил он. — Тебя не напугали слова жреца?

— О том, что мне то, что он рассказал, скоро пригодится? Нет. Разве это страшно, когда тебя кто-то так любит? — я снова улыбнулась.

Демон хмыкнул:

— Да я и не говорил про любовь. Скорее про то, что за тебя решают, кому ты лучше подходишь.

— Ну... можно потерпеть во имя любви. Хотя я бы предпочла, чтобы меня не на плечо закинули и сюда притащили, а узнать этого несчастного получше и прийти к выводу, что он — именно тот, кого я хочу видеть рядом с собой всю оставшуюся жизнь, а он готов терпеть мой не самый лучший характер.

— Необычная позиция, — сказал только что подошедший Макс. — Интересное сращение классического ответа романтичной девушки из Среднего и какой-нибудь оборотницы.

Что-то царапнуло слух, какая-то мысль промелькнула на границе сознания, но так и не успела оформиться, поэтому я от неё отмахнулась. Не такая она и важная, если уж так быстро пронеслась, что я её почти не заметила.

— Кстати, в тебе что-то меняется, — продолжил Макс, обращаясь ко мне.

— Не поняла.

Дроу хмыкнул:

— Да я и сам не понял, спроси лучше у братца, когда он наконец выйдет от наставника и отлипнет от своей ненаглядной. Без обид, — он примирительно поднял руки.

Я тихонько фыркнула:

— Это на меня так общение с Нижним влияет.

— Квартал не влияло, а тут вдруг резко что-то поменялось? — неожиданно поддержал Макса Александр. — Я и сам заметил сегодня, что что-то стало другим, но подумал... впрочем, неважно. Я тоже не лекарь, ничего толкового не скажу, кроме того, что ты изменилась. На самом деле, спроси у Алека, он должен знать, что с тобой произошло.

Я вняла словам коллег и твёрдо решила, что выпытаю у дроу всю-всю информацию о своём состоянии, как только появится такая возможность.

Через несколько минут показались молодожёны. Такие счастливые, они шли, держась за руки и не обращая никакого внимания на окружающих.

— Эй, ребят, я всё понимаю, свадьба, все дела, но может мы всё-таки это дело отметим, пока окончательно вас не потеряли на энное количество времени? — ехидно спросил Макс, и мы с Александром поддержали его согласным угуканьем.

Как-то за всеми этими замечательными событиями у меня вылетели из головы все проблемы. Равно как и то, что надо как-то помочь младшему брату. Хотя Александр же обещал?..