ГЛАВА 19
Иллирия позволила облачить себя в ярко– алое платье в пол, красота которого заставляла даже ее искушенное роскошью сердце забиться чаще, а дыхание замереть. Ее длинные волосы были распущены и красиво уложены на местный манер. На лбу светилась красивая диадемма с большим рубином по центру. Наверное, еще пару недель назад она бы была готова сорвать с себя это украшение, как и весь наряд, но сегодня это делать она почему– то не спешила… После всего услышанного ей хотелось порадовать его глаз… Самой было смешно от таких мыслей, но стоило подумать о том, что рассказал ей Эмиль, сердце сжималось… Никогда Иллирия не думала, что у нее в душе найдется место для сострадания тому, кто отнял у нее все… Нашлось… И страшно себе было признаться, чему еще нашлось…
– Госпожа,– послышался сзади знакомый мягкий голос.
Иллирия обернулась, чтобы увидеть Эсмера. Тот стоял, почтенно склонив голову.
– Эсмер, как Вы?– спросила искренне,– мне жаль, что в прошлый раз так получилось… Я не ожидала, что Зверь сорвется на Вас… Все эти дни думала, как Вы… Не было шанса сказать Вам, что я сожалею…
– Все нормально, госпожа… Люди на моем месте готовы к подобного рода прихотям хозяев… На нас, как на кошках… Шрамы и раны заживают быстрее, чем вы успеваете снова разгневаться… Это и спасает…
В его словах действительно не было упрека или укора… Спокойствие, покорность, обреченность…
– Я здесь, чтобы сопроводить Вас к Господину, – предпочел сразу перевести тему мужчина.
– Разве мы идем не на праздненство?
– Да, но сначала Господин хочет видеть лично Вас…
Не прошло и пары минут, как они заходили в просторный зал, расположившийся на самом высоком этаже одной из башен замка… Поднимаясь по довольно широкой винтовой лестнице, Лира ненароком посмотрела в одно из окон– бойниц, и обмерла, как же высоко было… Внизу все так же яростно и неистово билось о скалы море, голова закружилась… А ей ведь казалось, что выше покоев Зверя быть не может…
Пару шагов, и они ступили в просторный зал. Он был совершенно пуст. Эсмер сразу откланялся и удалился обратно, а Иллирия стала оглядываться по сторонам в ожидании Зверя и невольно пытаясь понять, что же такого странного было в убранстве стен этого одновременно давящего и поражающего какой– то своей внутренней силой помещения… Разные по форме и размеру камни… Базальт, известняк, красный мрамор… В их расположении не было абсолютно никакого порядка и логики… И все же, общее впечатление говорило о том, что все они водружены на свои места не случайно…
– Странное место, да? Символичное…– раздался знакомый глубокий голос.
Иллирия дернулась, когда теплые руки тут же накрыли ее талию, развернули к себе, с жадностью оглядели…
– В красном ты еще красивее, Лира… Глаза режет как красива… Ты создана для этого цвета… Создана для этого места…
– Какого места? Места рабыни?– Усмехнулась… Не стала дожидаться его ответа. Спросила, – почему это место символично?– Отвела глаза. Его взгляд здесь и сейчас ее смущал… Слишком он был личный, интимный… По– мужски искренний что ли…
– Все эти камни, Лира,– отошел в сторону, давая ей возможность снова осмотреться,– это обломки замков и дворцов, которые я разрушил… Поверженные мною правители, которые готовы были присягнуть мне на верность, обязаны были своими руками принести сюда символ своей утраченной силы и могущества… Должны были подняться на самую высокую башню моего замка по винтовой лестнице, не упав в пропасть. Превозмогая боль и ощущая тяжесть нелегкой ноши, не только на словах, нутром ощутить, что теперь в моей власти…
– Жестоко…
– Справедливо… Другие бы на моем месте не дали бы им шанса выжить… Когда я только появился и заявил о себе, они потешались надо мной, предрекая быструю бесславную кончину… И вот, где они и где я, Лира…
– Я тоже здесь как трофей?– спросила, вскинув голову.– Или мне тоже нужно что– то принести? Заставишь тащить часть моего замка? Ах, нет же… я ведь больше не королева, я рабыня… У тебя была другая Королква Золотых песков…
Он улыбнулся. Снова подошел к ней вплотную. Поцеловал в губы.
– Ты не трофей, красавица… Ты сокровище…
Теперь Лира засмеялась. Горько, отчаянно…
– Неужели ты не понимаешь, Эмиль? Не слышишь себя? Ты хочешь моей любви, но как может любить та, кого изначально лишили этого права?
– О чем ты?– напрягся он, схмурив брови, – никто не может лишить права любить!
– Та, кого называют вещью– не важно, какие определения ты ей даешь– трофей, собственность, сокровище– лишена права любить… вещь вообще чувствовать не может! Ты с самого начала забрал все… Не оставил мне ничего… Ничего взамен… Ни выбора, ни прав, ни…свободы…
– У тебя никогда этого всего и не было…– резко ответил он,– разве ты могла выбирать? Была свободна?
– Пусть не было… Да, наверное, королева Иллирия не знала, что можно выбирать, была заключена в рамки и условности своего положения… А потом…– ее голос дрогнул,– потом в моей жизни появился раб Эмиль… Свободный духом даже в своей несвободе, призывающий сломить все, довериться сердцу… Это он дал мне понять, что нельзя быть счастливым, будучи закованным в цепи… И пусть я отвергала саму мысль о бегстве с ним, сердце мое отчаянно этого хотело… а потом… потом случился Зверь…
– Лира,– он быстро подскочил к ней, развернул к себе,– это я, Эмиль… Я никуда не делся… Я твой… Теперь ничего не мешает нам быть вместе… я тот единственный достойный во всем Идоне, равный тебе, способный стать твоим мужем… Или ты все еще считаешь, что грязный гладиатор, сын потаскухи тебя не достоин?– навис грозно, посмотрев на нее исподлобья.
– Я никогда так не считала… Никогда… Но… Ты не Эмиль, ты Зверь… И ты так же не свободен, как и Королева Золотых песков… День ото дня ты сам все дальше и дальше от того Эмиля, которого я узнала когда– то… возможно, его никогда и не было… я просто придумала его себе… может быть, всегда и был только Зверь… вот только это я больше его не достойна… Кто я такая, чтобы со мной считались, чтобы меня делали женой? Я рабыня… Все, для чего я пригодна– раздеть меня, клеймить, бросить подстилкой в свою кровать… даже тогда, когда ты ради развлечения привлек меня к обсуждению своих дел, все закончилось на столе… с моими расставленными ногами. Ты брал меня, как куклу, зная, что на нас смотрит твой военачальник… Ты показывал одновременно мне и ему, что я твоя собственность… Не более… Что дальше, Зверь? Что?
– Дальше будет иначе,– он как отрезал, положил руки на ее плечи,– ты говоришь, что я тот, кто забрал у тебя все… Возможно, это и так… Я же буду тем, кто даст тебе столько, сколько не дал бы никто… Сегодня, Иллирия, нас обручат… Ты станешь моей невестой… законной невестой… А по прошествии луны, как велит обычай Земли Черных скал, нас обвенчают… Ты будешь королевой этих земель, ты будешь королевой всего Идона… И этого тебе мало? И после этого ты будешь смотреть на меня волком?
Она сглотнула, немного покачнувшись… И только благодаря тому, что его руки были у нее на талии, не упала.
– У меня ведь нет права выбора?– тихо, не своим голосом, спросила, даже не его, как казалось, пустоту…
– Нет,– он ответил сухо, жестко…– ты останешься моей. В том статусе, который я сам тебе избрал.
– Я поняла… Тогда делай, как считаешь нужным… Мог и не говорить мне о своем решении… Кто я такая, чтобы ты делился со мной своими планами…
– Диспатер, женщина, как тебе угодить?!– раздраженно воскликнул он, отойдя,– что мне еще сделать, чтобы ты поняла, что я люблю?! Что я не хочу твоей боли, унижения?! Да, я совершил много ошибок… Да я даже открылся тебе, вскрыл всю ту грязь, о которой никто не знает, чтобы ты попыталась меня понять… Понять то, почему я так одержим ревностью, почему так нетерпим даже к мысли о другом мужчине в твоей жизни… Так одержим твоей чистотой… Только ты теперь знаешь, что это комплекс матери– шлюхи гложет меня изнутри… Но знаешь, иногда мне кажется, что если достать и посмотреть на твое сердце, оно будет из золота, а не из плоти…
Иллирия не стала больше ничего говорить, отвернулась… Повисло тяжелое молчание.
– Нас ждут на торжестве…– ответил он сухо, выдохнув, восстановив дыхание. Подошел вплотную. Протянул руку к вуали, струящейся от центра диадемы на голове Лиры, закрыл ей лицо.– Пойдем…