4. После бала

Как ни странно, но после одного танца Император отпустил меня отдыхать. Правда, успел сообщить, как доволен моей покорностью и милой улыбкой, направленной на него. А я внезапно открыла в себе занимательные и очень удивительные способности. Я смогла показать Императору именно то, что он хотел увидеть. И даже не уловил самого маленького отголоска моих настоящих чувств. Воодушевлённая новыми способностями, которые странным образом проявились до инициации, сообщила Лиловым, которых даже мысленно теперь никогда не назову отцом и братом, что устала и хотела бы отдохнуть. Не забыла добавить, что Император меня отпустил сам. Получила добро и быстро, пока никто из любопытных дамочек меня не остановил, отправилась в выделенную до меня комнату. Разделась с помощь Лаисы и отправилась в ванную. Горячая вода с большой и пушистой шапкой пены уже была подготовлена заботливой горничной. И я с наслаждением опустилась в нее. Необходимо было понять, как действовать дальше. Ведь вполне могло случиться такое, что артефакт примет меня. И придется быть супругой Императора. Что тоже не вызывало восторгом. Слишком уж на меня давила его энергия. Вариант другой, артефакт меня не примет и тогда Император вполне может выдать меня за кого-нибудь из придворных. Тоже не сильно радостное будет событие. Кто знает, к кому я могу вот так попасть. В нашем обществе женщина всегда подчинялась мужчине, сперва отцу, а потом мужу. А ведь когда-то я радовалась, что отца у меня нет и власти его тоже. Теперь попала к Лиловым. И они оба подчинили меня своими воздействиями. Поэтому так внезапно вспыхнули у меня чувства к Динилиону. Чувства, которых на самом деле не было. Император тоже сообщил мне про это воздействие, аккуратно снимая его во время танца. И поставил свою защиту, которую никто пробить не сможет. Конечно, была благодарна ему за это. Вот только не желала находиться с ним рядом. Но ничего другого не оставалось, как ждать и действовать уже по обстоятельствам.

Так ничего не придумав, отправилась спать. Лиловые до сих пор развлекались, но мне это было только на руку. Видеть их не желала. И была уверена, что Динилион не будет рисковать, посещая мою спальню. Подобного Император не простит. Засыпая, мечтала расправить крылья, отправившись в полет. Что до инициации было недоступно. А проснувшись, улыбнулась новому дню. От всех вчерашних горьких чувств не осталось и следа. Словно Император и с этим постарался. Быстро собралась и отправилась на встречу с Изумрудной.

— Доброго утра, — пожелала я, войдя в большую комнату, где была Изумрудная со своими фрейлинами. Некоторые из девушек о чем-то общались. Одна сидела за фортеном, клавишным музыкальным инструментом, и что-то наигрывала легкое. Сама же Изумрудная, сидя в кресле, читала какие-то бумаги. Видя такую картину, задумалась над тем, чем же вообще фрейлины занимаются. Как по мне, так просто бестолковое сборище девиц.

— Доброго утра, Диналия, — ласково отозвалась Леди Селина и взглядом указала на небольшой стульчик возле нее. Кивнула и, подойдя, присела на него. Поразившись немного тому, что заведомо оказалась ниже Изумрудной.

— Расскажи мне о себе, дорогая, — попросила Первая Леди Империи.

— Я даже не знаю, что рассказать, — чуть пожала плечами, собираясь с мыслями.

— А ты петь умеешь? — вдруг спросила девушка с голубыми волосами. Все остальные тут же с любопытством уставились на меня, ожидая ответа. А я подумала, что нужно стать именно такой. Обычной глупышкой, которую мало что интересует. Потому что, если я сейчас скажу, что больше всего люблю читать и не только развлекательные истории, наподобие той, что предоставила мне Лаиса, девушки не поймут и посчитают нудной.

— Немного, — призналась я, сделав вид, что смутилась.

— Сможешь что-нибудь исполнить? — спросила девушка с Аметистовыми волосами.

— Девочки, в другой раз, — остановила порывы своих подопечных Изумрудная.

— А мы видели, как ты танцевала с Императором, — с некоторой ревностью в голосе сообщила мне Жемчужная. — Как ты смогла привлечь его внимание?

— Илирина, ротик прикрой! — сухо приказала Леди Селина. — И не смей даже думать о подобном. Иначе отправлю к родителям.

— Ой, — пискнула Илирина и замолчала, но все равно успела бросить на меня ревнивый взгляд.

«А Изумрудная не так проста, как кажется», — задумалась я. Теперь мне было понятно, что она не является фавориткой Императора. Но какие именно отношения их связывают, еще не разобралась. И снова утвердилась в своей идее — выглядеть именно такой, как эти девчонки. От которых много и не ожидаешь. Вот только не знала я тогда, что именно эта маска приклеится ко мне на несколько лет.

С того самого момента, как Император практически взял меня под свое покровительство, жизнь изменилась. Никто не принуждал, не подчинял, заставляя делать то, что нужно другим, а не мне. Вот только все равно ощущала себя в золотой клетке. Пусть даже и не видела семейку Лиловых. Сразу после того, как стала фрейлиной Изумрудной, меня переселили в отдельное крыло к другим девушкам, куда вход для родственников был ограничен. И это очень сильно радовало. Правда, других поводов для радости было мало. Как оказалось, быть фрейлиной, не означало праздной жизни. Необходимо было полностью соблюдать все правила Изумрудной. А правила у нее были достаточно жесткие. Постоянные обучения, которые казались мне до ужаса нудными. Этикет, танцы, игра на инструментах. Все это доводилось до идеала. Так же мы должны были знать, как управлять слугами и заниматься домом, чтобы все дела, которые издревле считались женскими, никоим образом не касались мужчины. А еще Селина очень строго следила за тем, чтобы никто из мужского пола не крутился рядом с девушками. Мне же все это было достаточно скучно. Не то, чтобы я желала мужского общества, совсем нет. Просто все эти ограничения невероятно душили. Но все равно приходилось строить из себя глупышку, которая жадно внимает наставникам. А еще Император не оставлял меня. Каждый вечер приглашал на прогулку. И каждый день я ждала этого вечера с внутренним содроганием. Все казалось, что Император рассекретит мою игру, и больше не будет ждать, строя из себя обходительного кавалера. Ведь мое притворство могло очень сильно его разозлить. Хотя, если бы он не подавлял настолько сильно своей аурой, возможно, решила бы, что с ним достаточно интересно. Император рассказывал разные истории из жизни, в основном легкие и веселые, вызывая у меня смех. Немного расспрашивал о моей жизни до Лиловых, хотя я была полностью уверена, что он и так все знает. Как и обещал, давал мне время, чтобы привыкнуть к нему. И постепенно я начала привыкать к нашим вечерним прогулкам по парку. Вот только завистливых взглядов, не смотря на все старания Селины, становилось все больше и больше. Но, мне уже было все равно. Я знала, что долго не задержусь с этими завистливыми девицами.

— Диналия, ты сегодня какая-то задумчивая, — внезапно произнес Император, когда мы, как всегда, в полном одиночестве, прогуливались по парку. Никто другой не рисковал подойти близко к Императору, когда он не желал никого видеть из посторонних.

— Вроде нет, — пожав плечами, отозвалась я.

— И все же, — потребовал более детального ответа Император.

— Я просто думаю, что же будешь дальше, — собравшись с силами, ответила я. Ведь действительно от всего этого ожидания устала. К тому же, начала проникаться к Императору совершенно ненужными чувствами. Нет, не любовью. Но что-то такое начало зарождаться в душе.

— Все, как я и обещал. Ты будешь моей, — сообщил Император. А потом, признался: — Правда, я уже устал ожидать, когда ты полностью привыкнешь ко мне.

— Я уже привыкла, — выдохнула я, словно бы случайно. Но именно этих слов я и ждала. Хотела решить вопрос, как можно быстрее. Ожидания просто убивали. Лучше уж потом разбираться с проблемами, чем ожидать, не зная, куда все приведет.

— Уверена? — вкрадчиво спросил Император, наклонившись и приподняв пальцами мой подбородок.

— Да, — выдохнула я, облизнув губу. И сразу же после этого Император поцеловал меня. Не так, как я ожидала, жестко, властно, напористо. Нет. Его поцелуй был мягким и ласкающим, заставляющим растекаться патокой перед ним. Совершенно неожиданно для самой себя, ответила на поцелуй. Император, почувствовав, как я поддаюсь ему, не обрывая поцелуя, подхватил меня на руки, и я ощутила, как мы куда-то перемещаемся.

— А где это мы? — оторвавшись от губ Императора, спросила я, удивленно оглядываясь. Комната, где мы оказались, была достаточно просторной. Но без особого убранства. Только огромное ложе и небольшой столик рядом. На котором уже красовались виза с фруктами, графин с темно-бордовой жидкостью и два бокала. Но что больше всего удивило, из комнаты не было выхода.

— Это комната с артефактом, — пояснил мне Император и опустил на пол. Подошел к столику, налил вино в бокалы и подал один мне.

— Спасибо, Ваше Величество, — поблагодарила я, пытаясь унять быстро бьющееся сердце. Я уже понимала, что произойдет дальше. Но, как оказалось, я совершенно не была готова к тому, к чему так торопила время.

— Наедине можешь называть меня Дарион, — милостиво позволил Император.

— Хорошо, Ваше… Дарион, — с непривычки запнулась я. И чтобы скрыть смущение, отпила вина.

— Не бойся, — вкрадчиво произнес Дарион. Забрал у меня бокал и начал медленно снимать с меня платье, не забывая целовать. А когда руки мужчины обхватили мою грудь, слегка сжав возбужденные горошины сосков, невольно застонала, выгнувшись.

— Какая чувствительная, — довольно прошептал Дарион, отрываясь от моих губ и сорвал платье полностью, оставляя в тонкой сорочке.

— Ох, — выдохнула я и попыталась закрыться от горящего взора Императора.

— Не смей от меня закрываться, — приказал Дарион и разорвал мой последний бастион, тонкую сорочку.

Испуганно выдохнула, но сказать ничего не успела. Дарион обхватил меня и опустил на ложе. А потом обрушил на меня свои ласки. И спустя мгновенье я перестала соображать, что вообще происходит. Все сознание было подчинено только наслаждению, которое дарил мне мужчина. И я терялась в нем, в собственных ощущениях. Его губы ласкали мою грудь, легонько царапая клыками, а рука, проведя дорожку по телу, спустилась вниз, к уже разгоряченному лону, проникая между ног.

— Влажная, уже вся влажная, — выдохнул Дарион, раздвигая пальцами нежные лепестки, добираясь до чувствительного бугорка, где уже пульсировало от желания. А внутри меня словно сжалась пружина, требуя освобождения.

— Дарион, — простонала я, прося о большем.

— И нетерпеливая, — усмехнулся Дарион, надавливая ладонью на бугорок, и медленно проникал пальцем внутрь, растягивая, подготавливая. Потом добавил второй палец, вызвав некоторый дискомфорт, но тут же убрал его, снова надавил ладонью на чувствительный бугорок. Громко застонала, приподняв бедра. Хотелось, чтобы он вошел глубже. И Дарион выполнил мое желание, вошел пальцами глубже и быстрее ими задвигал внутри меня. Выходя и входя до самой преграды, не нарушая ее.

— Дарион, — снова застонала я.

— Какая же ты сладкая, девочка моя, — прошептал Дарион. Приподнялся и расположился между моих широко раздвинутых ног. Еще сильнее выгнулась к нему, ощутив его невероятно мощное возбуждение. Мужчина шелковистой головкой раздвинул влажные лепестки, провел по чувствительному бугорку и медленно принялся входить внутрь, раздвигая мое лоно, растягивая под себя. Застонала от легкой боли, попытавшись отстраниться и сдвинуть ноги. Но руки мужчины, крепко сжимали мои бедра, не давая двигаться.

— Больно, — выдохнула я.

— Немного потерпи, — стиснув зубы, зашипел Дарион и застонал: — Как я же ты невероятно горячая и узкая.

— Мне больно! — воскликнула я, когда он продвинулся еще глубже.

— Потерпи, потерпи, — снова зашипел Дарион, потом зарычал и резко ворвался на всю длину, прорывая препятствие. От обжигающей боли закричала во весь голос, задергалась всем телом, пытаясь избавиться от мужчины.

— Тихо, моя дорогая, тихо, — Дарион замер внутри меня и поцеловал, вытирая слезы. — Сейчас все пройдет. Только потерпи.

— Не надо, ну, пожалуйста, не надо, — всхлипнула я и застыла, даже боясь пошевелиться, словно ожидая нового витка боли. А внутри все пульсировало, полыхая огнем, обжигая и заставляя сердце учащенно биться.

— Все, все, — снова попытался успокоить меня Дарион. И, просунув руку между нашими телами, принялся ласкать чувствительный бугорок. Сперва из-за боли практически ничего не ощущала. Но потом она ушла, и робко вернулось возбуждение, расползаясь теплом по телу. И вот я уже сама шевельнула бедрами, наслаждаясь новыми ощущениями.

— Вот так, девочка моя, вот так, — прошептал Дарион и начал двигаться внутри меня. Сперва медленно, а потом все быстрее и быстрее, жестко вколачиваясь. Но больше боли не было. Наоборот, я очень хотела, чтобы именно так он и действовал. Поэтому делала все, чтобы мужчина оказался во мне, как можно глубже, обхватила его ногами и схватила его за плечи, прижимаясь к груди. Но и этого было мало. Как мне, так и ему. Дарион внезапно вышел из меня и, перевернув, поставил на колени, заставив опереться о спинку ложа. Сам же резко ворвался внутрь сзади, крепко обхватив за бедра. А потом вышел почти полностью и снова ворвался.

— Еще, еще, — застонала я, чувствуя, как все внутри снова собирается в тугую спираль, грозящую вот-вот распрямиться.

— Давай, покричи для меня! — приказал Дарион, убыстряя движения. И спираль внутри распрямилась. Меня словно молнией пронзило, и я выполнила приказ, закричав. И кричала, кричала, пока наслаждение пронзало насквозь, заставляя дрожать всем телом. Услышала, как зарычал Дарион, резко вошел настолько глубоко, насколько это возможно и принялся исторгаться внутри меня. Это вызвало новую волну наслаждения и перед глазами у меня потемнело. Руки задрожали и разом ослабли. Я просто упала на ложе, понимая, что в самое ближайшее время даже двигаться не смогу.

— Очень жаль, — услышала голос Дариона надо собой.

— Что? — прохрипела я.

— Артефакт не принял тебя, — сообщил мужчина.

— Жаль, — вздохнула я, еще не особо понимая, о чем именно сожалею. А потом ощутила на себе волну очищающей магии и благодарно улыбнулась. На полноценное купание сил у меня не было. Как не было больше слов у Дариона. Он подхватил меня на руки и, открыв портал в мою комнату, аккуратно положил на кровать. Лишь погружаясь в сон услышала:

— Завтра утром сообщу о своем решении насчет тебя.