Глава 19

Хеликс – Это абсурд. Я не собираюсь тебя трогать, – ворчу я, толкая стену из подушек, которую построила между нами Амелина. Я совершил ошибку, встав с кровати на тридцать секунд, чтобы сходить в ванную, а, вернувшись, обнаружил гигантский ряд подушек, разделяющих мою кровать пополам, и Амелину, которая завернулась в одеяло и притворялась спящей. Я переживал, что она расстроится из-за моей выходки в душе, и все время думал об этом, пока она находилась в ванной комнате одна. К счастью, инцидент, похоже, имел противоположный эффект. Амелина хоть и была напряжена, но начала говорить немного больше, иногда даже огрызаясь на меня, несмотря на мое раздражение. Я уже несколько часов сопротивляюсь желанию прикоснуться к ней. Она не знает этого, но она дразнила меня всю ночь, пока я делал вид, что не замечаю, как она разглядывает меня, сладкий запах ее возбуждения наполнял всю комнату. Я снова толкаю стену из подушек, громко вздыхая, хватаю ту, что между нашими головами, и сбрасываю ее с кровати. Эта стена дурацкая, и ее притворство, будто она спит, меня раздражает. Вздохнув еще громче, я хватаю еще одну подушку и швыряю ее на пол. – Перестань трогать мои подушки, – наконец говорит она, поворачиваясь и глядя на меня в темноте. Несмотря на то, что она не может разглядеть меня в темноте, ее глаза смотрят в моем направлении. Это очень мило, и я не могу сдержаться, когда поднимаю руку и подношу ее к ее лицу, наблюдая, как ее зрачки расширяются, когда она пытается разглядеть приближающуюся тень. Она не вздрагивает, поэтому я трогаю пальцем кончик ее носа. – Нет, – строго говорю я. Меня очень раздражает ее поведение по отношению ко мне. Всю жизнь женщины, как люди, так и звери, лебезили передо мной, умоляя взять их в свою постель. И вот я впервые предлагаю САМ свою постель девушке, а она не хочет быть здесь и строит эти подушечные перегородки. – Ты будешь спать здесь, и тебе это понравится, – приказываю я, еще раз тыкая ее пальцем в кончик носа. Ее рот открывается, и она пытается оттолкнуть мою руку. Я убираю руку до того, как она дотронется до нее, и моя улыбка спадает, когда я вижу ее медленные движения. Я почти не пытаюсь двигаться быстро, но, несмотря на это, Амелина очень медлительна. Она никогда не станет сильной королевой, и спаривание с ней только ослабит меня. Когда звери спариваются, они объединяют свои силы, чтобы стать сильнее. Амелине нечем поделиться со мной, поэтому у нее нет другого выбора, кроме как взять силу у меня. Спаривание Зверя с человеком случается редко и почти всегда заканчивается смертью обоих. Мой Зверь будет пытаться до самой смерти делиться своей силой и защищать ее. И его не будет заботить, что он со временем отдаст всю свою силу и умрет. Я прокрутил в голове тысячи сценариев, и ни один из них не привел к нашему счастливому концу. Даже если мой Зверь достаточно силен, чтобы справиться с привязанностью, не убивая себя, акт спаривания с человеком приведет к восстанию. Мои люди придут по наши головы, нападут, когда я ослабею. А что же наши дети? На них будут охотиться, считая их позором для всего моего вида. Ни один уважающий себя Зверь не захочет спариваться с ними, и мой род прервется. Так что мне нельзя быть с Амелиной. Амелина вздыхает, поправляя подушки, чтобы восстановить образовавшуюся щель. Я хмурюсь, когда она снова кладет подушку между нашими головами. Мне не нравится, что я не увижу ее лица. – Я не понимаю, зачем мне спать здесь, – говорит она. – Мой Зверь неспокоен, поэтому ты должна спать здесь, – отвечаю я. По правде говоря, она могла уйти несколько часов назад. Мой Зверь успокоился, как только я почувствовал ее взгляд на себе в душе и почувствовал ее желание. Не знаю, почему я заставил ее остаться, солгал, что Зверь не успокоился, но я не жалею об этом. Хоть Амелина и показывает свое недовольство, я знаю, что ей нравится, что она привлекает мое внимание. Ей нравится особое отношение, которое я к ней оказываю каждый раз, когда делюсь с ней личной информацией, или предлагая угощения, которые я никогда не предложил бы другому человеку. – Это неправда. Вы уже несколько часов совершенно спокойны, – возражает она, слегка приподнимаясь на кровати. Я протягиваю руку и сжимаю ее запястье, быстро притягивая ее обратно. Амелина издает тихий визг и падает, но неловко приземляется на руку, и я тут же отпускаю ее. Из моего горла вырывается тихое рычание, мой Зверь выражает свое недовольство тем, что случайно причинил ей боль. Рычание заставляет Амелину вздрогнуть, и через нашу слабую связь я чувствую приступ ее страха. Как бы я ни сожалел о том, что завязал начало нашей связи в ту ночь, это оказалось весьма полезным в чтении ее эмоций. – Амелина, хватит бояться! Я вздрагиваю, когда она обхватывает свое запястье другой рукой и нежно потирает его. Если бы мы были полностью связаны, это не причинило бы ей даже малейшей боли. – Простите, Господин, – бормочет она. Я молчу, не зная, что делать дальше. Хватаю еще две подушки и в гневе швыряю их с кровати. Между нами остается только та, что у наших голов, и я точно знаю, что Амелина смотрит на меня сквозь нее. – Большинство женщин умоляли бы меня, чтобы я позволил спать со мной в одной постели, – говорю я. Хватаю последнюю подушку и швыряю ее на пол. Как и ожидалось, Амелина смотрела на меня, ее брови были сморщены, а губы поджаты. – Если вы хотите, чтобы кто-то просил остаться с вами на ночь, позовите Идэн. – Ты ей завидуешь, – комментирую я, потрясенный гневом, вспыхнувшим через нашу связь. Обычно я чувствую ее эмоции не так сильно, но ее близость сейчас усиливает их. – Нет, – возражает Амелина, поворачиваясь, чтобы лечь на спину. Наивная, я же знаю, что ее слова не соответствуют действительности. – Да, завидуешь. Это понятно, ведь она провела годы, доставляя мне удовольствие, и это-то и сделало ее такой дерзкой. Физически вздрагиваю, когда в голове проносится неприятное воспоминание о сексе с Идэн, о том, как она ублажала меня своим ртом. Чувствую, как через связь меня обдает отвращением. Мои кулаки сжимаются, ногти вытягиваются и впиваются в ладони, пока я изо всех сил пытаюсь справиться с неприятными эмоциями. Я сдерживаю стон, когда понимаю, что Амелина не знала об этом. Я не должен был ничего говорить. – Ты не знала? – спрашиваю я, притворяясь тупицей. Судя по ее эмоциям, конечно, она этого не знала. Я смотрю, как Амелина поворачивается ко мне спиной и бормочет дрожащим голосом “нет”. Гнев и смущение заполняют комнату, и я задыхаюсь, когда чувствую ее внезапный стыд. Я сразу понимаю, что это из-за того, что произошло сегодня в ванной, и мой Зверь подталкивает меня, чтобы утешить ее и исправить ситуацию. Его ярость удушает, когда он чувствует боль и гнев своей пары. – Я позабочусь об этом, – говорю я, пытаясь сдержать своего Зверя. Обычно, когда Звери встречают свою пару, они убирают любого человека, с которым у него был до этого сексуальный контакт, но, поскольку я не хотел привлекать внимание к Амелине, я позволил Идэн и остальным остаться. Это привлечет внимание некоторых охранников, и я не сомневаюсь, что Аксис будет в бешенстве, но пора избавляться от тех женщин. Вздохнув, встаю с кровати. Я слышу, как Амелина поворачивает голову, пытаясь увидеть, что я делаю, но в этот раз я не собираюсь быть медленным или громким,как делаю это обычно ради нее. Пробираюсь к входной двери и выхожу наружу. Мой охранник стоит у дальней стены и слегка кланяется в знак приветствия. – Избавься от моих шлюх, – приказываю я и иду обратно в комнату. Ами будет очень рада этому. Она молчит, когда я снова забираюсь под одеяло. Я лежу и внимательно слушаю, как ее сердцебиение постепенно замедляется, и она засыпает. –– Амелина Я со стоном обхватываю подушку, глубже зарываясь в нее головой. Он пахнет Хеликсом, так что я украдкой делаю глубокий вдох, обнаружив, что запах странно успокаивает. – Вставай! Я приготовил еду, – слышу, как он кричит с кухни. Я игнорирую его слова, вместо этого зажмуриваюсь и пытаюсь снова заснуть. Хеликс не давал мне спать всю ночь, постоянно хватал меня за талию и притягивал к себе. В какой-то момент я попыталась встать и лечь на диван, но он проснулся и приказал мне оставаться в постели. – Я приготовил мясо, которое ты хотела попробовать, и, если ты не придешь сюда через тридцать секунд, я съем его, – говорит Хеликс, успешно привлекая мое внимание. Я тихо фыркаю, поднимаясь с кровати, не обращая внимания на легкое покалывание, которое пронзает мое запястье. Я, наверное, задела нерв, когда упала на него прошлой ночью, и держу пари, что буду чувствовать боль еще пару дней. Нужно взять немного льда на кухне, чтобы приложить к опухоли. Хеликс стоит на кухне у плиты, отвернувшись от меня. Я все еще злюсь на него за то, что он позволил охранникам забрать девушек. Возможно, прошлой ночью ему удалось успешно отвлечь меня, но больше меня не обманешь. Мы заслуживаем какой-то защиты, гарантии безопасности от убийства или изнасилования всякий раз, когда Зверь того пожелает. И сегодня я намерена разъяснить это Хеликсу. Я сажусь на стул в кухне и внимательно наблюдаю, как Хеликс с широкой улыбкой ставит передо мной полную тарелку с едой. – Думаю, тебе понравится, – говорит он, хватая вилку и начиная есть свою порцию. Я смотрю на него прищуренными глазами, осторожно беру в руки кусок приготовленного бекона и подношу ко рту. Бекон – это довольно редкая еда даже для Зверей из-за высокой стоимости свинины, и его часто приберегают для праздников и особых случаев. Хеликс наблюдает, как я пробую мясо, его глаза расширяются, а губы растягиваются в улыбке. – Очень вкусно, – бормочу я между укусами. Это настолько вкусно, что я не могла остановиться, пока не съела все мясо. Хеликс берет пару кусочков со своей тарелки и кладет их на мою, посмеиваясь, когда я тут же накалываю их вилкой и кладу в рот. Звук грохота двери останавливает меня, я быстро хватаю салфетку и вытираю рот. Не хочу, чтобы Идэн застала меня в неряшливом виде. Раздается громкий хлопок двери, я слышу, как она приоткрывается немного и снова захлопывается. Это происходит еще пару раз, и я в замешательстве хмурю брови, глядя на это. Почему она не может открыть дверь? Это непросто, но определенно выполнимо. Хеликс встает и подходит к двери, громко вздыхая. Во мне вспыхивает ревность из-за того, что он помогает Идэн, но я сдерживаю себя и пытаюсь подавить это чувство. Хеликс – наш король, и я не имею права быть собственницей. Одним плавным движением он открывает дверь, отступая назад, и в комнату врывается девушка. Она пролетает через дверной проем и врезается прямо в Хеликса. Это не Идэн, и я вытягиваю голову, чтобы лучше разглядеть. Я видела ее пару раз, она носилась по замку с каким-то чистящим средством в руке. Она очень молода, вероятно, не старше тринадцати лет, и замкнута в себе. Она с криком отскакивает от Хеликса, склонив голову и извиняясь. – Мне очень жаль, Господин. Я просто пыталась открыть дверь, – объясняет она, указывая на дверь, которую Хеликс все еще держит открытой. Он понимающе кивает, обращая внимание на меня. – Она тебе нравится? – спрашивает он, кивая головой в сторону девушки. Дверь захлопывается, когда он выпускает ее. Схватив девушку за руки, он грубо разворачивает ее лицом ко мне. Она заметно дрожит, лицо побледнело, а в глазах слезы. Почему он так обращается с ней? – Она тебе нравится? – повторяет он. – Да, да, она мне нравится! – кричу я, вставая и бросаясь к ней. – Почему вы такой злой? Я обнимаю девушку за талию, вытаскивая ее из его жесткой хватки. Она тут же в страхе хватает меня за руки, болезненно впиваясь ногтями в кожу. – Я хотел убедиться, что тебе нравится моя новая рабыня. Я хмурюсь, крепко сжимая девушку в объятиях. – Что случилось с Идэн? Хеликс улыбается в ответ на мой вопрос. – От нее избавились, – небрежно констатирует он. – Что? Его улыбка слегка спадает, когда он смотрит на меня, по-видимому, недовольный отсутствием у меня радости. Я жду его разъяснений, но он молчит. Вместо этого он грубо проводит рукой по волосам и выходит из комнаты. Перевожу взгляд на девушку, которая издает сдавленный крик. Она прижимается к моей груди, когда дверь за Хеликсом захлопывается, и я глажу рукой по ее волосам, пытаясь успокоить. – В чем дело? – спрашиваю я. – Звери пришли в наши покои прошлой ночью и убили несколько спящих девушек. Я не знаю, почему. Мы провели всю ночь, убирая кровь и … – едва удается ей произнести слова сквозь сдавленные всхлипы, все ее тело содрогается рыданий. Я в шоке от ее слов, с трудом пытаюсь осознать, что произошло. Звери убили спящих девушек? Почему? Отпускаю девушку и бросаюсь к раковине, потому что тошнота подкатывает болезненными спазмами. Неужели Хеликс приказал сделать это?