9
Мне кажется, я проспала полдня, не меньше. Как еще объяснить то, что, очнувшись в самой мягкой постели, которая была у меня когда-либо в жизни, я обнаружила за шикарным полукруглым окном закат, а в животе при этом так громко урчало, словно в нем целую неделю не появлялось ни крошки?
Все это мелькало в голове короткими вспышками и тут же гасло. Я скинула пухлое одеяло, хотя, признаться, гораздо сильнее хотелось подтянуть его к подбородку, закутаться, как в кокон, и соснуть еще часок-другой.
Признаков вчерашней истерики не наблюдалось, и, кажется, я будто бы даже совершенно свыклась с тем, что оказалась в этом странном месте. В другом мире.
Да, все происходящее явно не могло быть сном просто потому, что я тут спала уже несколько раз. Спать во сне — это слишком скучно, чтобы быть правдой, и уж точно совсем не смешно. А со мной должны случаться только очень смешные вещи!
Как же иначе? Сперва я очутилась в одном халате на проезжей части, затем попала в бордель, потом бежала босиком от бешеного пса, а в конце чуть не была съедена вампиром после сбора продуктов собачьей жизнедеятельности. Ну смех да и только!
Именно поэтому я решила взять себя в руки и обследовать сперва шикарную комнату, в которой мне удалось так сладко выспаться, а затем постараться разузнать, по каким правилам тут все устроено. В конце концов, со своими помидорами в чужой огород не лезут, а у меня и помидоров никаких нет.
Поэтому в ближайшие полчаса я, открыв рот от восхищения, скакала по всему периметру моего “трехкомнатного номера”, который больше напоминал спальню Шахерезады или покои какой-то важной королевской персоны. Повсюду шелка, замша, драгоценные металлы, статуэтки, лепнина, странные предметы, которым я не могла придумать применения, и разные сверкающие штуки. Одна огромная кровать с балдахином чего стоила! Ткань, свисающая вниз полупрозрачными оборками, похоже, была вышита вручную золотыми нитями по белому шелку. А в промежутках между петельками сверкали ограненные бусины… Такие же нити бус висели на огромном окне и местами украшали потолок.
Но, признаться, больше всего меня удивило даже не это. А то, что я увидела, когда подошла к огромному напольному зеркалу в раме из потрясающего черного металла. Этот металл был… теплым. Словно живым. Из него же были выкованы дивные цветы, напоминающие то ли лилии, то ли лотосы. И они казались живыми.
Стоило дотронуться до них, как меня пронзило странное ощущение. Словно через каждую кость в теле прошел крохотный ток.
Впрочем, даже эти цветы шокировали меня не так сильно, как… я сама в отражении!!! Сквозь блестящую гладь зеркала на меня смотрела какая-то голая ведьма! Как мастеровская Маргарита, клянусь Булгаковым.
Я всегда гордилась своими волосами, это правда. Они у меня были красивого светло-русого цвета с легким персиковым оттенком. Если приглядеться, конечно, да к свету под правильным углом встать, но не суть! Главное, что я была натуральной блондинкой, да еще и не лысеющей, что, в наше неэкологичное время, между прочим, большая редкость.
Но сейчас мои волосы начали виться и отливать золотом! Красновато-персиковым золотом! Хоть срезай и в ломбард сдавай.
Я даже несколько раз покрутилась перед черными металлическими цветами, чтобы убедиться, что у меня не обман зрения. Но, увы, ничего не поменялось. И либо это какой-то очередной фокус, либо…
Я уже устала удивляться. Честное слово, уже проще не обращать внимания!
Однако стоило в легком раздражении коснуться стеклянной поверхности зеркала, как произошло еще кое-что… Да такое, что впору все же поискать психиатра…
Серебристая гладь дрогнула. Кончики пальцев будто провалились в прозрачную, немного прохладную воду, а затем я ощутила, как под ребрами что-то запульсировало. Словно сердце начало увеличиваться в размерах, а затем потихоньку утекать сквозь руку в зеркало.
Признаться, сперва меня это сильно напугало…
Вот только, когда мое отражение пошло рябью, а затем вместо него я увидела совсем другую комнату и других людей, о странных ощущениях мигом забыла. Ведь там из ртутной глубины показалась широкоплечая фигура Айдениона… Моего принца.
Я быстро отшатнулась назад, нервно прячась за стойкой балдахина, но продолжая заглядывать в колдовское окно. Казалось, вот-вот мужчина обернется и заметит меня. Увидит, как я за ним подглядываю… Вдруг это у них тут такие двери, а сам дарк расположился за стеной, почем я знаю?
Вот только шло время, но Айденион меня будто бы не замечал. Он ходил из стороны в сторону по помещению, которое было даже еще более массивным и широким, чем мои царские апартаменты. Хотя это и казалось невозможным! В общем, вся фигура дарка выдавала напряжение. А я невольно любовалась его идеальным профилем, тем, как великолепно сидела на его мускулистой сильной фигуре жилетка из черной замши с золотой шнуровкой и отделкой. Как сверкают на его бицепсах витые браслеты, как обтягивают брюки упругую за…
— Джейд? — проговорил дарк, резко развернувшись, и я заметила, как в помещении появился еще один мужчина.
Его длинные волосы были убраны назад в плотный хвост, одежда строгая, с серебряными вставками. На плечах — куртка, отдаленно напоминающая какой-то военный мундир времен царизма. Только с серьезным добавлением таких элементов, как рисунок в виде драконьей чешуи и драконьей фибулы на груди.
Помнится, похожее украшение было у Айдениона на одежде в нашу первую встречу. Только у него под фибулой сверкал огромный алый камень. Вероятно, дракон был символом их государства или что-то вроде того. Если мой дарк являлся принцем, то, судя всему, был и главнокомандующим. А этот Джейд, видимо, его непосредственным подчиненным.
— Мой принц, вы уже вернулись? — не поднимая головы, спросил коленопреклоненный воин.
Айденион дернулся, и его лицо чуть исказилось от раздражения. Сперва я даже подумала, что он злится на своего слугу. Но все оказалось не так. Принц легким движением руки поднял того с колен и, бросив отвлеченный взгляд в окно, проговорил что-то совершенно непонятное для меня:
— Нет, оракула не было на месте. Он пропал, и никто из его кровососных слуг не смог сказать мне, где его искать.
— Вот как, — задумчиво потер подбородок Джейд, его серебристо-голубые глаза сверкнули. — Если пожелаете, я соберу отряд и немедленно отправлюсь на поиски.
— Нет, — покачал головой Айденион. — Я чувствую, что его исчезновение не случайность. А значит, и искать его нет смысла.
— Как скажете, — поклонился Джейд. — По вашему прошлому приказу все выполнено, делегация расселена по пятому этажу Часовой башни. Максимально далеко от атриса.
В голове мелькнуло: “Что это еще за атрис?”
Но осталось без ответа.
— Посол не высказывал… необычных пожеланий? — неторопливо поинтересовался Айденион, настороженно взглянув на слугу. — Прогуляться по Чертогу, изучить… достопримечательности?
Джейд дернул головой:
— Нет, ничего похожего. Делегация ведет себя тихо, и я бы даже сказал, что гораздо спокойнее, чем обычно.
— Это и настораживает, — нахмурился Айденион. — Ладно, оставим их пока. Что там с девчонкой? Она проснулась, ей принесли ужин?
Меня слегка встряхнуло от этого вопроса, потому что, похоже, имел в виду он именно меня.
“Девчонка”! Я у него, выходит, какая-то там “девчонка”!
В горле запершило от легкого, но необъяснимого раздражения.
Ведь, в конце концов, он меня и не знает вовсе. Как и я его. Не мальчик же я ему, в самом деле?!
Я попыталась успокоиться, но налет горечи никуда не делся.
— Нет, ваше светлейшество, — с легким испугом ответил Джейд, подняв широко распахнутые глаза на повелителя. — Такого приказа не поступало…
Айденион повернулся к нему всем телом и посмотрел так выразительно, что даже у меня колени едва не подогнулись.
— Я все понял, мой принц, — низко поклонился воин, — распоряжусь немедленно.
И в тот же миг исчез в небольшом вихре огня.
А вот мне стало ясно, что вот-вот кто-то должен войти в мою комнату и мало того, что обнаружить меня тут голую, так еще и подглядывающую за принцем этого их местного королевства любителей драконов!
Я старательно замахала рукой перед зеркалом, надеясь, что получится “отключить трансляцию”, но ничего не выходило! Айденион все еще стоял на другой его стороне со своим королевским разворотом плеч и шикарными черными волосами, рассыпавшимися по широкой спине!
Ничего-ничего, у меня же была еще капелька времени, верно? Я быстро засуетилась по комнате, надеясь, что обнаружу свою одежду. Но старых тряпок, в которых я покинула дом скорняка, нигде не было. Я, конечно, не расстроилась из-за их пропажи, но нужно же мне в чем-то ходить? А если сейчас посреди комнаты в вихре своего пламени появится Джейд?!
Проклятые фокусники!
В общем, я металась по апартаментам, путаясь в вихре своих золотистых волос, но в итоге не нашла ничего лучше, чем халат в той самой ванной, где вчера… ох...
В общем, когда в мою дверь кто-то довольно скромно постучался, я уже выглядела чуточку лучше, чем раньше, хотя и краснела как помидор, потому что вспомнила то, чего вспоминать было не нужно.
Вот только зеркало! Оно все еще показывало Айдениона!
Я дернулась к нему, затем к двери, а потом снова к нему и…
— Аара Селина, позвольте мне войти? — раздался незнакомый женский голос, а меня окатило ледяной волной страха.
— Да прекрати ты показывать!!! — зашипела я на зеркало, хорошенько тряхнув его за раму, и оно вдруг… погасло, снова вернув мне мое отражение. Злобное и раскрасневшееся.
И в этот миг дверь моих комнат открылась.
Когда в комнату проскользнула молодая девушка ослепительной красоты с подносом, уставленным едой, я почти мгновенно позабыла все на свете. По воздуху тут же распространился запах сладкой выпечки, горячего бекона, какого-то мяса, салатов и специй. Разобрать что-то конкретное было нереально, но голодно урчащий желудок помогал: мысленно я уже жадно расправлялась с угощением.
— Да уж, к вам не так просто пробраться, аара Селина, — мягко проговорила девушка, ставя поднос на большой каменный стол неподалеку от кровати.
После этого она развернулась, снова подошла к двери и приложила к ней массивное кольцо, немного странно смотрящееся на ее пальце. В тот же миг украшение стремительно вспыхнуло, а на поверхности двери появился удивительный рисунок. Он был похож на одну из тех печатей, который появлялись, когда рядом со мной был Айденион. Вот только сейчас на рисунке было гораздо больше всяких кругов и деталек. Настолько много, что его нужно было целенаправленно изучать не меньше часа, и то вряд ли удалось бы все запомнить.
Тем более что почти сразу золотые линии потухли.
— Ух, вот это силища, — выдохнула незнакомка, отшатнувшись от вспыхнувшей и погаснувшей двери.
И тут же повернулась ко мне.
— Итак, значит, вот кого скрывает повелитель Йенлавей, — улыбнулась она, и от этих слов я немного напряглась. Но почти сразу заметила, что в лице девушки не было раздражения или претензии, скорее любопытство.
Я молча присела за стол и подтянула к себе тарелку с горячим стейком, политым каким-то желтоватым соусом с травами. Пахло куриным желтком, розмарином и чем-то аппетитно-пряным.
Опасаться, что меня в очередной раз чем-то отравят, я не стала. В конце концов, если я умру от голода, это будет ненамного более веселая смерть, чем от отравления.
Как только первый кусок мяса оказался во рту, я блаженно выдохнула, зажмурившись, и проговорила:
— Прячет? Айденион меня прячет? А зачем?
Новый кусочек проскочил внутрь, пережеванный со скоростью офисного шредера, поглощающего бумагу.
— Почем я знаю? — добродушно усмехнулась незнакомка, усаживаясь напротив меня и подпирая голову рукой. — Может, ты регулярно пытаешься сбежать? — предположила она, приподняв бровь. — Я, правда, не в курсе, кто в здравом уме станет убегать от имперского принца, ну да мало ли, — пожала плечами она. — Обычно-то все бывает наоборот.
Я на секунду замерла, пытаясь понять, не шутит ли она. Но, похоже, нет, не шутила.
Вообще, продолжая торопливо есть, я раз за разом отмечала, насколько девушка была привлекательна. Длинные черные волосы спускались по спине блестящими волнами цвета ночи, хрупкая фигурка была наряжена в платье с плотным, но коротким корсетом, открывающим пышную грудь и плоский живот. С рук и талии легко падала вниз полупрозрачная ткань. На шее незнакомки блестела золотая цепь, в которой звенья перемежались с розовыми жемчужинами. В ложбинку высокой груди падала крупная капля какого-то камня, напоминающего розовый топаз.
Первая мысль, которая появилась в голове насчет того, кем могла являться моя гостья, это “принцесса”. Однако вряд ли принцесса стала бы приносить еду какой-то пленнице.
— А еще, как вариант, ты настолько понравилась его светлейшеству, что он решил скрыть тебя ото всех вокруг, — добавила она, чуть подавшись вперед и взглянув на меня широко раскрытыми от любопытства глазами. Они у нее, кстати, оказались удивительного орехового цвета с розоватым оттенком. Очень подходящим к ее украшениям. — Скажи, как оно на самом деле? Принц от тебя в восторге, да?
У меня даже кусок в горле застрял. Хорошо, что к этому времени я уже почти наелась. Поэтому неторопливо, не сводя глаз с гостьи, я налила себе в стакан какого-то напитка, что поблескивал в кувшине, и, быстро запивая ужин, проговорила:
— Я очень извиняюсь, но вы вообще кто?
Девушка откинулась назад на стуле и заливисто рассмеялась. Очень красивым, звонким смехом, от которого по спине пробежали мурашки. А еще где-то под ребрами защемило от непрошеной… ревности. От ревности, которая еще сильнее вспыхнула, когда она ответила:
— Я главная аара в атрисе повелителя Йенлавей, — проговорила она, склонив голову, — меня зовут Валира Мейш, и, если что, я чистокровный оборотень, — добавила, подмигнув, словно эта информация могла меня успокоить. Но она не успокоила, а очень даже наоборот!
Оборотень! Она оборотень!
— Эм, — проговорила я, проглатывая нервный спазм в горле и пытаясь сразу расставить все по местам, — аара — это кто? Любовница? Служанка? Рабыня? Наложница?
Слова сами собой вспыхивали в голове, складываясь в детальки пазла. Раз меня тут называли аарой, а Валира — главная аара, то вариантов моего положения было не так много. И все же казалось очень важным понять, куда меня притащил и кем решил сделать мой треклятый огненнокрылый любовник!
Девушка пожала плечами, чуть сдвинув брови.
— Нет… — пробормотала она, немного задумавшись. — Это все не подходит. Но в целом что-то общее, наверно, есть… Я, правда, никогда не думала о нас в таком ключе, — усмехнулась она снова, — аара — это должность при дворе дарка. Аарой может стать кто угодно, но обычные дарки в основном берут одаренных магией человеческих девушек, однако в атрисе Айдениона всяких полно. Магия для принца не критерий, поэтому и мне удалось попасть сюда.
— Так я не поняла, — как-то громко сглотнула я ком в горле, — аара обязана проводить ночи с принцем или нет?
На губах Валиры медленно начала натягиваться улыбка.
— Вообще-то, все аары на это обычно очень надеются, — сквозь рвущийся смех проговорила она. — Но принц может и вовсе не приходить в атрис, это уж как ему заблагорассудится. Тогда мы просто служим в Чертоге. Кто-то занимается садом, кто-то выполняет мелкие поручения, кто-то пишет картины, если есть талант, кто-то шьет праздничные гобелены или платья для аар, кто-то занимается организацией торжеств и приемов. Когда в атрис попадает новая аара, ей сразу подбирают работу.
— Значит, все-таки служанка, — кивнула я, не совсем понимая, чего бы мне хотелось больше: работать или быть наложницей. Потому что вообще-то я не планировала ни того, ни другого!
— Да, в некотором роде — служанкой, но до тех пор, пока принц тебя не выберет, чтобы провести очень горячую и незабываемую ночь, — проворковала Валира так, словно это была самая большая радость в ее жизни.
Впрочем, заметив, как краснеют ее щеки, я почему-то решила, что так оно и есть.
Но хуже всего было то, что мои щеки тоже покраснели.
— Значит, ты главная аара и Айденион приходит к тебе чаще, чем к другим, верно? — спросила я, не сводя глаз с девушки.
Снова под ребрами шевельнулся какой-то зубастый червячок, вгрызающийся в сердце. Но я предпочла мысленно замахать его тапкой.
Глаза Валиры хитро и понимающе блеснули.
Вот нахалка! Интересно, что это она там понимает? Ничего же не происходит, я задала вполне стандартный вопрос. И никакой ревности!
— Увы, — проговорила она наконец со вздохом. — Принц уже давно не приходит ко мне. Я главная аара просто потому, что умею организовывать атрис, находить общий язык со всеми девушками, решать конфликты и устраивать аар на ту работу, которая им более всего подходит. Я отличный командир, если хочешь, — по-доброму усмехнулась она.
Было неприятно отмечать этот факт, но ответ Валиры мне понравился. Прямо очень.
— А атрис — это?.. — приподняла бровь я.
— В переводе с драконьего — “личная тьма”, — ответила она с мечтательной улыбкой. — Это место, где живут аары. Личная тьма в душе каждого дарка…
От этих слов кожу защипали мелкие мурашки, а Валира вдруг подмигнула мне.
— Просто поэтичное сравнение. Все же аара в первую очередь должна приносить удовольствие дарку. И за это нам щедро платят. Ежели дарк в нас не нуждается, мы занимаемся другими делами, но получаем те же деньги.
— Ясно, — коротко выдохнула я.
Все же, выходит, я попала из одного Логова в другое. Только в первом ко мне должны были являться десятки любовников, а в этом будет только один.
Блеск.
Что ж… думаю, принц Айденион будет удивлен тем, что его новая аара совершенно не планирует выполнять возложенные на нее обязанности. И ему явно придется с этим смириться!
— Ты, я вижу, не очень довольна, да? — покачала головой Валира, задумчиво крутя на пальце тот самый перстень, которым она дотрагивалась до двери. Я заметила, что кроме него на ее руке было еще одно кольцо. Симпатичное, с розовым камнем и с виду дорогое. Впрочем, у этой девушки все украшения выглядели дорогими, однако почем я знаю: может, это все бижутерия какая-нибудь?.. Вряд ли “наложницам” принца платят бешеные деньги.
На прозвучавший вопрос я ответить не успела, но Валира будто бы особенно от меня ничего и не ждала, продолжая рассказывать:
— Если ты думаешь, что принц станет держать тебя против воли, то ты заблуждаешься, — проговорила она спокойно. — Можешь не переживать на этот счет. За должность аары платят золотом. За кольцо принадлежности с защитой самого драконьего принца многие девушки готовы убивать. А ты уже здесь. И поверь, тебя никто не держит.
“Значит, деньги все-таки бешеные…” — мелькнуло в голове отрешенное.
— Поэтому ты сумела войти ко мне только с помощью своего перстня? — приподняла бровь я, бросая короткий взгляд на ее руку. — Я заперта здесь, потому что меня никто не держит?
Валира на миг нахмурилась, потерев крупный камень на пальце, явно задумавшись над моими словами. А я тем временем продолжала расспрос:
— Это какой-то ключ, да? Ты, как главная аара, имеешь ключи ко всем комнатам во дворце?
— Нет, — поспешно покачала головой она и улыбнулась, откинув назад пышный черный водопад волос. От этого движения взгляду открылись маленькие мочки ушей, что были украшены крупными кольцами, усыпанными сверкающими камнями.
Драгоценности у этой девушки и впрямь были везде. Хотелось спросить, не припрятала ли она алмаз где-нибудь у себя в трусах, но я слишком боялась, что ответ будет положительным.
— Конечно, нет, — проговорила она. — У меня не только нет ключей от чего бы то ни было, так и этот перстень мне буквально десяток минут назад вместе с подносом доставил Джейденион Северный Луч, правая рука принца. Сказал, что я должна немедленно встретить новенькую и покормить, пока у тебя от голода не начались галлюцинации. — Она негромко усмехнулась и слегка покраснела, добавив: — Сказал, что ты особая аара и никто, кроме меня, не имеет права к тебе заходить. А кроме того, если не потороплюсь, он лично спустит с меня три чешуи.
Судя по беспокойному взгляду, Валира и впрямь опасалась, что ее могут наказать.
Но меня тревожило другое: ведь, похоже, то, что явилось мне в зеркале, — правда! Джейд, которого главная аара назвала Джейденион, в точности и максимально быстро исполнил приказ принца. Я едва успела найти халат и набросить на плечи!
Все это вкупе подводило меня к очередному откровению, которое мой привыкший к рационализму мозг никак не хотел принимать за чистую монету: в этом мире и впрямь существует магия! Колдовство, ведунство, чары и самая настоящая волшба!
Уму непостижимо...
Но раз так, у этой магии должны быть и законы. Все в мире существует по правилам, поэтому, изучив их, мне наверняка удастся применить их для собственной пользы.
Возможно, я даже смогу вернуться домой!
Сердце застучало оглушительно быстро, даже в жар бросило.
— Ладно, я, наверное, пойду, — проговорила Валира, оглядывая меня с ног до головы. — Тебе неплохо бы отдохнуть, а завтра я вернусь и поговорим о том, кем ты хотела бы работать в Огненном Чертоге. У нас ведь здесь все работают, — улыбнулась она, поднимая руку, чтобы коснуться перстнем двери.
— Нет-нет, постой! — воскликнула я, пока она не ушла. — А ты умеешь колдовать? Можешь меня научить?
Не уверена, что это все понравится моему новому хозяину, зато, если мне удастся что-то запомнить, вдруг я смогу это использовать при встрече с ним? Не все же одному огненному принцу быть сильным и властным?..
Валира удивленно взглянула на меня и на миг замерла.
— Я говорила, что не обладаю магией, — покачал головой она. — Увы, этот дар дан далеко не всем.
Холодный ком разочарования ухнул в желудок.
А что, если я тоже им не обладаю? Я, в конце концов, не местная. Если у здешних колдунов за волшебство отвечает, например, какой-нибудь внутренний орган, то у меня его может просто не быть.
Обидно было бы. Всю жизнь читаешь сказки, мечтаешь попасть в волшебную страну, полетать на ковре-самолете или помахать палочкой в школе чародейства и волшебства. И вот, наконец, когда оказывается, что все перечисленное правда существует, тебя все равно на этот праздник жизни не приглашают.
— А как определить, есть дар или нет? — спросила я, пока надежда еще теплилась в груди.
— Ну, — пожала плечами Валира, — маги чувствуют силу. Она у них просто есть, и все. Колдуны называют ее “тиаре” в честь волшебного цветка. Это старая легенда Крылатого племени, — начала она рассказывать. — Говорят, на заре существования всего сущего богиня, которую именуют Яросветной девой, напитала своей кровью цветок тиаре, что ей подарил ее возлюбленный. Цветок стал источать аромат божественной магии, и этот запах наполнил весь мир колдовством. С тех пор те немногие, кто ощущают тиаре, могут ею воспользоваться. А для тех, кто ничего не чувствует, магии как будто бы и нет.
Я снова почувствовала странное дежавю. Ведь, по сути, в моем собственном мире тоже магии может не быть только потому, что ее никто не чувствует. Может, она и есть, но как рентгеновское излучение — ее почти невозможно обнаружить. Как узнать, что вокруг тебя что-то происходит, если нет ни одного органа чувств или прибора, чтобы это зафиксировать?
— Но люди ведь способны колдовать, верно? — приподняла бровь я. — Ты говорила, что некоторые могут.
— Да, — кивнула она. — Но тебе лучше попросить помощи у его светлейшества принца. Если на то будет его воля, он найдет тебе учителя.
Она поощряющее улыбнулась, а я вот не была так уверена, что предложенный ею вариант действительно хорош. Зачем бы принцу меня учить?
Однако внутри меня уже проснулся исследовательский зуд, и я была готова испробовать все варианты. Это как же должно быть здорово изучать волшебство!
Оставалось лишь надеяться, что я не бездарна.
— А колдуют здесь с помощью таких кругляшей, типа печатей, да? — с энтузиазмом спросила я. — Они еще переливаются желто-золотым светом, а иногда как будто огнем. Как вообще они появляются?
Валира обиженно надула губы.
— Да ну, я думала ты ничего не знаешь, рассказываю тебе тут. А ты вон... Не надо меня разыгрывать.
Она коснулась кольцом двери, и на нем снова вспыхнул тот самый витиеватый рисунок. Десятки и даже сотни линий сливались в причудливые узоры, от которых невозможно было оторвать взгляд. Валира открыла дверь, а я едва успела выкрикнуть:
— Я не разыгрывала тебя! — ахнула поспешно. — С чего ты взяла? Я просто хотела понять, что это за светящиеся окружности и можно ли как-то на них воздействовать. Вот как, например, те, что сейчас на двери.
Тем временем магический рисунок медленно гас.
Валира бросила недоуменный взгляд на гладкую деревянную поверхность, а затем хмурый — на меня.
— Это называется “магическое руно”. Говорят, количество символов на печати руна подобно количеству ворсинок на шкуре овцы.
— Ага, руно, значит, — поспешно закивала я, пытаясь запомнить хоть какую-нибудь часть исчезающего рисунка.
— Колдуны мысленно чертят рунные печати, затем наполняют их силой. Вот и все, — продолжала Валира, но почему-то на этот раз очень прохладным и недовольным голосом. — Вот только даже очень сильные маги не способны разглядеть получившийся рисунок. А ты говоришь, что увидела какие-то “кольца”. Если ты хотела произвести на меня впечатление, то стоило лучше подготовиться, — покачала она головой и резко вышла прочь.
Только в самом конце, когда уже почти захлопнула за собой дверь, сунула в проем голову и добавила:
— Его светлейшество принц Айденион Огненнокрылый просил передать, что появится у тебя после заката. А это уже… совсем скоро.
На этот раз все же раздался хлопок и щелчок замка, а я стремительно развернулась к окну, наблюдая, как последние лучи огромного огненно-оранжевого солнца скрываются за горизонтом. У меня действительно остались какие-то ничтожные минуты до прихода принца!
Сердце глухо забилось в горле. За сегодняшний вечер я поняла слишком многое. Мне нужно было время, чтобы это переварить, но у меня его, увы, не было.
Все мои понятия о мире и законах физики перевернулись, когда стало ясно, что магия тут и впрямь настоящая. Она действительно существует! А еще — я ее вижу, хотя почему-то не должна.
Еще я стала наложницей Айдениона и по совместительству — его же служанкой. Убежать у меня не получится, потому что дверь запечатана, несмотря на то, что меня тут якобы никто не держит.
Впрочем, убегать-то мне все равно некуда…
Однако самой будоражащей и вызывающей нервную дрожь новостью было то, что вот-вот ко мне снова должен был прийти мой дарк…
Имперский принц, при виде которого у меня подгибались колени, а дыхание неизменно сбивалось.
Мне нужно было решить хотя бы, как себя вести. Однако чем больше я думала об Айденионе, тем сильнее нервничала и уже совершенно не могла построить хоть какую-то разумную линию поведения.
Поэтому, когда в дверь громко, но нарочито неторопливо постучали, у меня сердце упало в желудок и замерло, а по спине прокатилась прохладная волна.
Тук.
Тук.
Тук...
Кровь быстрее заструилась по венам, и я почувствовала в сжавшемся горле собственный пульс.
Последний раз в присутствии этого мужчины я разрыдалась, как глупая и слабая девчонка. А до этого совершенно лишилась рассудка, едва дотронувшись до него и ощутив его прикосновения на своей коже.
Все говорило о том, что мне с этим мужчиной лучше вовсе не оказываться ближе друг к другу, чем на расстоянии пары метров. И в колдовские глаза его лучше не смотреть…
Поэтому, когда дверь стала медленно открываться и краем глаза я заметила широкоплечую фигуру с длинными черными волосами, рассыпавшимися по груди, тут же отвела взгляд к окну, предварительно отойдя подальше.
Впрочем, боковым зрением я все равно не могла его не замечать. Сознательно отслеживала его фигуру, чтобы случайно не подпустить за спину опасного хищника. А потому не смотрела, но все равно видела крупные мышцы на его руках, окольцованных золотыми браслетами, распахнутую жилетку, из-под которой виднелись кубики пресса и гладкая смуглая кожа...
“Поверни голову и рассмотри подробнее…”
“Нет, ни в коем случае не поворачивайся!..”
В ушах зазвенело.
— Не смотришь на меня, — тихо проговорил Айденион, заставив вздрогнуть. От его голоса у меня под ребрами словно кто-то провел лебединым пером, мягко защекотав каждый нерв. — Обиделась…
Проклятье, нет! Я не обиделась! Может быть, и должна была, вот только не чувствовала ни капли подобного. Меня мучило совсем иное!
Едва он вошел в комнату, как вокруг словно стало на несколько градусов жарче. Не знаю, почему это происходило. Словно какая-то невидимая магия разливалась повсюду, заставляя сжиматься каждую мышцу. В беспокойстве, страхе… предвкушении.
Я встряхнула головой. Даже не смотреть на него не помогало!
— Не обижайся, я не хотел тебя обидеть, — проговорил принц, и я заметила, как расстояние между нами стало медленно сокращаться.
Солнце за окном окончательно село, вокруг стало темно, и я закрыла глаза, потому что ничто уже не помогало сосредоточиться. В ушах стучал пульс, и казалось, что я слышу в целом мире только тихие шаги кожаных сапог, утопающих в высоком ворсе ковра.
А потом мужские руки обхватили меня сзади, заключив в прочное кольцо объятий, из-за чего тихий беззвучный стон сам собой сорвался с моих губ.
Это было восхитительно…
Проклятый дарк что-то делал со мной одним своим присутствием. Я снова почувствовала его тонкий аромат, горячий и дикий, от которого закружилась голова. А затем ощутила, как Айденион зарылся носом в моих волосах где-то чуть ниже макушки и глубоко вдохнул, задержав дыхание. Такой хищный, животный жест, от которого у меня едва не подогнулись ноги.
Глупость... которую я ужасно хотела повторить.
Я не знаю, нравился ли Айдену мой запах, но, едва он оказывался рядом, мне хотелось повернуться и коснуться языком его кожи. Слизывать его собственный аромат, чувствовать его не только обонянием — всем телом…
— Отпусти меня, это что-то ненормальное, — пробормотала я, чувствуя себя пьяной от одного его присутствия.
— Не могу, — выдохнул он и медленно наклонился к моей шее, проникая сквозь волосы к самой коже.
Я прикусила щеку изнутри, зажмурившись, когда он скользнул по моему телу распахнутыми губами, целуя и чуть прикусывая.
Голова еле заметно повернулась в сторону и откинулась назад… на его плечо. Мне стало тяжело дышать.
Руки Айдениона сжались по обеим сторонам от моего живота, объятия стали крепче, жестче, когда он убрал назад мои волосы, полностью открыв доступ к шее. И стал жадно покрывать ее поцелуями, одновременно поглаживая мое тело, одной ладонью поднимаясь к груди, а другой спускаясь вниз…
— Ай… Айденион… — хрипло проговорила я, почувствовав, как дрожат руки, одновременно желающие оттолкнуть и притянуть его к себе ближе.
— Айден, зови меня Айден, — тихо прошептал он, — пожалуйста…
Почему-то я была уверена, что ему не нужно было просить. Откуда-то я знала, что не каждому дозволено сокращать имя имперского принца. Но сам факт, что меня он об этом именно попросил, внезапно заставил покрыться мурашками с головы до ног.
В этот момент дарк под халатом сжал пальцами вершинку моей груди.
Из горла вырвался тихий стон, напугавший меня до беспамятства. И я тут же отскочила от дарка как ошпаренная, осознав, что опять не могу не то что сопротивляться, а даже думать, когда он меня касается. Когда его губы…
Проклятье.
— Не трогай меня, — охрипшим голосом выдохнула я, закутываясь в тонкий шелковый халат, как в кокон. Мягкая, обычно такая прохладная ткань приятного розовато-золотого цвета вдруг стала горячей. — Хорошо, что ты пришел. Я намеревалась сказать, что не собираюсь быть твоей наложницей и служанкой. Я не рабыня и никакая там не аара.
Едва я вырвалась из его рук, Айденион нахмурился и сделал шаг вперед. Однако, как только я начала говорить, он приподнял бровь и замер. В уголках его губ даже на миг скользнула тень улыбки.
Какое же у него было красивое лицо… Он мог просто смотреть на меня, и я уже таяла, как медуза, выброшенная на берег.
“Соберись, Селина!”
— Хочешь вернуться обратно на улицу? — неторопливо спросил он, а у меня в животе словно что-то ухнуло.
Конечно, я не хочу ни на какую улицу! Я домой хочу!..
Впрочем, если подумать, то и дома мне делать особенно нечего. У меня уже давно не было там ни хороших друзей, ни семьи, ни даже одного несчастного любовника. Разве что работа мне очень нравилась, не зря же я из-за нее лишилась и личной жизни, и свободного времени.
Но говорить принцу, что мне надо домой из-за работы, как-то не очень солидно!
— Знаешь, мне даже не нужен твой ответ, — вдруг сбил меня с мысли Айденион и шагнул ко мне. — Потому что я и так знаю все, о чем ты думаешь.
— Правда? — выдохнула я недоверчиво.
— Конечно, — кивнул он и, пока я задумчиво хлопала глазами, подхватил меня на руки, заставив ахнуть от неожиданности.
А в следующий миг нас обоих закружил черный ветер с огненно-красными всполохами.
Я чувствовала крепкие объятия Айдена, и сердце клокотало в горле. Ничего не было видно вокруг, и страшно открыть глаза, потому что вокруг распространялся такой нестерпимый жар, что, кажется, втяни воздух поглубже — и обожжешь легкие. Из-под опущенных ресниц я видела всполохи пламени, кружащие вокруг нас в неистовом вихре цвета расплавленного солнца. И все тело сжималось в спазме страха… Вот только принц продолжал прижимать меня к себе, и я понимала, что, пока он меня держит, со мной ничего не произойдет.
Именно поэтому я и сама инстинктивно жалась к нему сильнее, словно стоит ему хоть немного меня отпустить — и пламя сожжет дотла.
Я касалась щекой его обнаженной груди сквозь распахнутую жилетку, и создавалось впечатление, что его тело ничуть не холоднее, чем огонь, беснующийся вокруг. Но он не обжигал… напротив, чем дольше я дотрагивалась до его гладкой, как шелк, раскаленной кожи, тем жарче становилось мне самой. И тем меньше я замечала бешеный свет, кружащий вокруг.
И в какой-то момент, когда я набралась смелости и подняла голову, взглянув вверх, в лицо дарка, оказалось, что он тоже смотрит на меня. Его длинные черные волосы развеваются вокруг, подхваченные огненным ветром, а глаза горят ярче звезд в беспросветную ночь.
Сердце пропустило удар и тут же застучало десятикратно быстрее.
В этот момент Айден коснулся моего подбородка и медленно, умопомрачительно неторопливо склонился к моим губам, коснувшись их так осторожно, что я вмиг потерялась. Вокруг нас кружило раскаленное пламя, а я чувствовала лишь его губы, мягкие и жгучие, как вино и лава, проникающие через его поцелуй глубоко внутрь меня. Заставляющие плавиться и таять, вспыхивать и гореть под рев всепоглощающей огненной стихии...
А затем пламя вдруг опало. Мы оказались в странном месте, с одной стороны которого возвышалась громадная скала с лестницей, уходящей в самое небо. С другой же стороны в бесконечную пустоту вел черный провал обрыва.
— Айден! — ахнула я, когда едва не шагнула в провал, сорвавшись в бездну.
Схватилась за жилетку принца и резко притянула, заставив его еще сильнее обхватить себя и ни в коем случае не отпускать.
— Какого… какого овоща, Айден?! — возмущенно воскликнула я, едва подбирая слова дрожащими губами.
— Овоща? — усмехнулся принц, приподняв остро изогнутую бровь, но, хвала богам, объятий не размыкал. — Мне нравится, что ты зовешь меня укороченным именем, Лина, но давай уж без овоща, ладно?
— Лина? — удивленно переспросила я, мысленно повторяя это слово у себя в голове.
“Лина...”
Меня никто и никогда так не называл. Только, кажется, мама, очень-очень много лет назад. Когда я была совсем маленькой и родители еще не погибли в автокатастрофе.
Впрочем, возможно, мне это только кажется и Линой меня вообще никто никогда не называл… Мое имя и так слишком странное, чтобы делать его еще более необычным.
В любом случае на несколько секунд у меня вылетело из головы все, о чем я думала прежде. Стало очень грустно, ведь мать с отцом погибли как раз в канун Нового года. Мне тогда было лет девять, не больше.
— Тебе не нравится? — негромко проговорил дарк, коснувшись кончиками пальцев моего лица и каким-то неуловимым образом заметив смену моего настроения. Словно мысли читал. — Если хочешь, я не буду…
— Нет-нет, — поспешно покачала головой я, не подавая виду, что чем-то расстроена. — Лучше скажи мне, что это сейчас был за огонь вокруг и где мы оказались?
Айден тут же хитро улыбнулся, отчего мне под халат будто кто-то просыпал ведро мурашек.
— Огонь — это всего лишь перемещение. Иногда у нас это называется “эксплозия дракона”, то есть вспышка, взрыв, в результате которого огненная магия сжигает часть пространства, позволяя нам мгновенно попадать из одной точки в другую. Эксплозия доступна только драконам, носителям магии пятого уровня. Иногда с четвертым с половиной — тоже. Но реже.
— Ух ты, а для этой эксплозии тоже нужен особый рисунок? То есть это… как его… руно? — тут же спросила я, едва дыша.
Это ж насколько удивительной силой нужно обладать, чтобы перемещаться в пространстве! Я, признаться, всю жизнь мечтала о чем-то подобном. Эдак захотел на Бали попасть, р-р-раз — и ты уже там! И никаких тебе шестнадцати часов в самолете с блевотными пакетиками и страхом, что вот-вот шасси отвалится или двигатель вспыхнет. Захотел после работы домой побыстрее, р-р-раз — и ты уже у себя в постельке телевизор смотришь под одеялом. И никаких тебе автобусных остановок темным вечером, душных вагонов метро и пробок на дороге.
В общем, я бы сказала, что это не просто магия, а “мастхэв” для любого человека двадцать первого века.
— Да, для любой магии нужно колдовское руно, — охотно кивнул Айден, беря меня за руку и крепко сжимая ладонь. — Но зачем это тебе? Люди, как правило, не обладают уровнем выше третьего. В тебе действительно есть довольно большая сила, я ее чувствую, но на эксплозию дракона ее все равно не хватит, увы.
— Что, совсем? — ахнула я, даже забыв, что мы все еще стоим на самом краю скалы. — Ты не можешь меня так разочаровывать, нет, правда. У меня сейчас сердце разорвется, я клянусь!
Айден усмехнулся, но как-то очень по-доброму, и я даже не захотела на него злиться.
— Если хочешь, мы проверим, какой у тебя на самом деле уровень, если, конечно, этого еще никто не делал прежде. А потом посмотрим, чему тебя можно научить.
— Что, правда? — подавилась я воздухом, не веря своим ушам. Я-то боялась, что он не захочет даже говорить со мной о каком-то там обучении. Все же явно он не за этим меня во дворец притащил… А вот теперь взял и предложил сам…
— Конечно, — спокойно пожал плечами он и потянул меня за собой, словно в этом нет ничего особенного. А я наконец заметила, что все это время он ждал, пока я приду в себя, чтобы подняться со мной наверх. — А пока пойдем, вон из того храма открывается совершенно потрясающий вид на всю Новую Райялари. Уверен, тебе понравится.
— Из храма? — переспросила я, поднимая голову вверх и заглядывая далеко-далеко в черное ночное небо. Там в свете серебристой луны поблескивал какой-то небольшой купол, напоминающий хрустальную каплю с тысячей граней. Безумно красиво и… далеко! Казалось, что идти дотуда просто нереально долго. — Слушай, я, конечно, все понимаю, но если ты такой крутой колдун и все дела, то разве нельзя было переместиться прямо туда?
Тем временем мы начали подниматься по лестнице, и если сперва, когда мы появились на вершине этой горы, я еще пару раз задумалась о том, что тут довольно прохладно для прогулок в халате, то теперь мне, наоборот, хотелось раздеться и идти голышом. Мы преодолели полсотни ступенек, и за это время с меня сошло столько же потов. Но казалось, что осталось ступенек гораздо больше!
— Нет, храм развеивает эксплозию, — покачал головой Айден, а потом, бросив на меня короткий и странно блеснувший взгляд, добавил: — А на спине дракона, мне кажется, тебе кататься пока рано.
— На чем?.. — с трудом промямлила я сквозь сбившееся от ходьбы дыхание. — А, неважно, — махнула рукой. — В общем, клянусь тебе, тут тоже прекрасный вид. Давай посидим немного, а?.. Ты же принц, вон какой сильный и могучий, весь из себя колдун, а я, между прочим, работник умственного труда. Самое спортивное, что было в моей жизни, это подъем с первого этажа на третий, когда у нас лифт сломался. Я даже потом статью об этом написала юмористическую. Про офисный планктон, карьерную лестницу и творческий эскалатор, но начальство не пропустило. Сказало, мол, у нашей газеты серьезная аудитория… И всякое такое…
В общем, я сама не заметила, как начала говорить что-то совершенно несуразное. То, чего понять мой дарк никак не должен был. И в какой-то момент он даже остановился и, чуть прищурившись, посмотрел на меня.
У меня сердце ухнуло в желудок.
Я ведь так и не решила, стоило ли вообще говорить ему о том, что я из другого мира. А вот теперь и решать не пришлось. Правда оказалась такова, что мне было слишком спокойно в обществе Айдениона, словно он мой старый знакомый. Или даже близкий друг. Впрочем, казалось, что это чувство появлялось лишь тогда, когда сам дарк того желал. В такие моменты он не глядел на меня глазами хищника, от пристального внимания которого все внутри зажигалось и горело.
А еще — в такие моменты я сама не чувствовала его сводящего с ума запаха, отвлекалась на что-то другое. Например, на треклятую лестницу.
Но стоило принцу остановится и посмотреть на меня… Как я вспоминала все. И то, что я давно уже была не у себя дома, а в чужом агрессивном мире. Вспоминала и то, какую роль мне уготовил Айденион Огненнокрылый в своем Чертоге. То, кем являлся он сам и что творил с моим телом в те моменты, когда ему этого хотелось…
— Где, говоришь, ты родилась, Селина? — неторопливо спросил дарк, и все внутри меня покрылось корочкой льда, чтобы уже через секунду эта корочка расплавилась в горячую кислоту, растекающуюся по желудку.
Глаза принца показались ядовито-яркими в окружающем ночном мраке. И даже приятное тепло летней ночи и легкий цветочный аромат дивных растений, которые произрастали тут повсюду, не могли смягчить остроту момента.
Взгляд Айдена был пронзительным и полным опасного подозрения, что пугало меня еще больше.
Я понятия не имела, как он отреагирует на новость о том, что я из другого мира. Например, во времена Средневековья в Европе за такой сюрприз меня приняли бы за ведьму и сожгли. Да и тут, признаться, люди не отличались особым терпением.
Едва сана Миури узнала, что я “ничейная”, как с радостью сделала меня одной из своих работниц. Стоило скорняку Кермаку подобрать меня на улице, как он, не спрашивая моего желания, записал меня в свои помощницы. Без оплаты труда, между прочим, что в целом равносильно рабству. А когда проведал про кольцо, просто решил отрезать его вместе с пальцем. Опять же и не думая узнавать, как я отношусь к его решению! Замечательный благодетель, ничего не скажешь...
Потом нарисовался вампир Рэнвиэль, который спас меня от членовредительства, взамен едва не присосавшись к моей шее. Ну и под конец явился мой принц, который в тот момент уже несколько дней считал, что я на самом деле его собственность и ничья иная.
Что будет, когда я скажу ему, что моя родина настолько далеко? Может, он решит, что я и не человек вовсе, а какой-нибудь демон?.. И опять поступит по своему усмотрению, не дав мне и слова сказать? Здесь вообще никто не дает мне сказать ни слова!
Я глубоко вздохнула.
— Что же ты молчишь, Селина? — мягко, но настойчиво спросил Айден, сильнее сжав мою ладонь и заставив меня преодолеть оставшееся между нами расстояние, буквально поймав в свои объятия. Сам принц оперся спиной о поручень лестницы и так крепко обхватил меня за талию, что можно было и не мечтать вырваться.
Впрочем, если я не собиралась на крыльях воспарить к подножью скалы, то деваться все равно было некуда. А крыльев у меня отродясь не было.
Поэтому, глубоко вздохнув, я закрыла глаза и неторопливо проговорила:
— А что бы ты сказал, если б узнал, что я не из… Новой Райялари?
И, не открывая глаз, почувствовала, как Айден медленно откинул тяжелую копну моих волос назад и вдруг коснулся губами шеи, неторопливо прошептав:
— Это я понял еще со дня нашей первой встречи, Селина… Но, уверен, это не все, что ты могла бы мне поведать.
Его дыхание начало становиться глубже и отрывистей, и я не могла этого не замечать, как бы ни хотела.
— Как же ты приятно пахнешь, — тихо выдохнул он вдруг, словно вовсе не собирался этого говорить. — Каждый раз, как я дотрагиваюсь до тебя, все самообладание трещит и разлетается на осколки.
Он впился губами в основание моей шеи, отчего сотня мелких молний словно проникла под кожу, ударяя в каждый нерв. Я начала мелко вздрагивать, так и не в силах открыть глаза. Только в голове мелькнула отрывистая мысль: пусть лучше целует, чем задает неудобные вопросы. Тем более когда выходит так горячо…
Я прижалась к нему в ответ, стараясь немного схитрить и еще сильнее увлечь его тем животным голодом, который ощущался в каждом его движении, в каждом хриплом вздохе, которые раз за разом становились чаще.
Пусть лучше целует…
— Ох… — Отрывистое дыхание слетело с губ и оказалось слишком громким. Я почувствовала, как жар приливает к щекам от легкого стыда, но не стала отстраняться. Не стала даже пытаться оттолкнуть принца, хотя прежде думала, что ни за что не буду играть в его эротические игры.
Но сейчас, когда я самостоятельно потянулась к нему навстречу, зарываясь пальцами в черных волосах и практически управляя его движениями, чтобы заставить поцеловать себя в губы, это было тысячекратно горячее, чем раньше. Когда я все еще обманывала себя, что мне не нравится...
Когда горячий язык проник ко мне в рот, с жадностью и неудержимым голодом раздвигая мои губы, меня накрыло таким острым желанием, что ноги на миг подогнулись. Раскаленная волна нырнула в основание живота, расплываясь там горячим озером исступления и жажды, отдавая ноющей пульсацией гораздо ниже. Я невольно сжала бедра, чтобы хоть немного успокоить бешеную необходимость в его прикосновениях.
Вот только… похоже, вся моя хитрость, от которой у меня самой едва не потемнело перед глазами, прошла даром. Потому что Айден явно не собирался забывать то, о чем мы только что разговаривали.
— Так откуда ты, Селина, если не из моего королевства? — выдохнул он, распахивая шелковую ткань и касаясь губами моей груди.
Я едва дышала. Теперь это было похоже не на то, что я отвлекала его от разговора, а на то, что он пытался выведать у меня правду… совершенно нечестным способом.
— Я… издалека, — выдохнула через силу, сжимая пальцы в его волосах и пьянея от жара его губ. Лгать и умалчивать становилось все сложнее.
— Это я понял, — бархатно рассмеялся он и вдруг опустил руку, проникнув мне между ног… и тут же низко и хрипло закончил: — Моя влажная и горячая девочка…
Его зубы обхватили вершинку моей груди, а там, внизу, один палец легко проник в ноющую глубину, вырвав из груди невольный стон.
— Айден! — выдохнула я, прикусив губу, когда он начал двигаться внутри меня мелкими, но непереносимо сладкими толчками, одновременно лаская ладонью все самые чувствительные точки поблизости. Я широко распахнула глаза, встретившись с его хищным горящим взглядом. И услышала сквозь отголосок порочной улыбки на его губах:
— Давай, Селина, я хочу узнать о том, где ты родилась и как попала в Новую Райялари… И пусть это будет правда, моя хитрая фурия, потому что за обман придется снова тебя наказать…
И от его хриплого, бархатистого голоса, в котором звучала неприкрытая угроза, меня словно током ударило, а проклятая спираль внизу живота лишь сильнее натянулась, пульсируя голодом от каждого нового толчка пальцев имперского принца.
Мне казалось, я вот-вот умру на месте.
Мне не хотелось, чтобы он меня наказывал. А может, очень даже хотелось... Сложно было соображать в такой момент.
— Я… Айден… — выдохнула отрывисто, когда он прикусил меня за нижнюю губу, чуть оттянув ее и тихо прошептав:
— Не томи, моя горячая девочка. — И мягко, но настойчиво ускорил движения там, внизу.
Я рвано дышала, пытаясь удержаться на ногах, но в висках уже так сильно бил пульс, и казалось, что в любой момент от перенапряжения я просто упаду. В обморок или вниз со скалы, а может, и туда, и туда.
— Я не могу… не могу говорить, — ахнула, когда он каким-то невероятным образом надавил ладонью на самую чувствительную точку в моем бермудском треугольничке удовольствия, и у меня потемнело перед глазами.
Все тело скрутило, и создавалось впечатление, что я или разлечусь на осколки, или мышцы разорвет от напряжения.
— Я могу и остановиться, Селина… — обжег он меня горячим дыханием и вдруг стал нарочито замедляться.
Тихо выдохнув и кусая губы, я все же старалась ничем не выдать эмоций и острой волны разочарования, от которого бросало в жар. Однако дарк все же не останавливался, и промедление становилось слишком жестоким.
— Не молчи, я ведь прошу не так много, верно? — тихо спросил он, наклонившись к моему уху и мягко, но горячо обхватывая мочку губами, погружая ее в рот и тут же проводя раскаленным языком по краю ушной раковины. Казалось, что рядом со мной разговаривает само пламя, сводит с ума каждым словом... — Давай, Селина. Ты ведь можешь мне доверять, правда? — спросил он, но тут же сам ответил: — Ты можешь мне доверять...
Твердо и спокойно, так, что его голос проник в каждую клеточку моего тела, распространяясь там бесконечным теплым морем, обволакивающим и умиротворяющим. Он вызывал доверие, заставлял подчиниться и забыть обо всем в объятиях своего хозяина. И так хотелось, чтобы это была правда…
Когда я зажмурилась, стараясь не обращать внимания на его колдовской тембр, не пускать в себя его сладкий яд, пальцы Айдена в очередной раз как-то хитро очертили круг по влажному бугорку у меня между ног, и с моих губ сорвался неконтролируемый стон.
Я была на грани, но никак не могла достичь пика, и эта черта, за которую было невозможно шагнуть, стала болезненно острой.
— Пожалуйста, — прошептала я еле слышно, и Айден скользнул по моей щеке, губами поймав сорвавшийся с губ выдох.
— Я хочу услышать это, Селина, — проговорил он, продолжая то и дело прихватывать мои распахнутые в жадном дыхании губы. — Ты все равно скажешь, а я все равно узнаю. Так пусть лучше это произойдет сейчас, чтобы ты понимала, что можешь доверять мне. Чтобы ты запомнила это, Селина…
Его хриплый шепот все сильнее доводил меня до состояния каленого металла. Его прикосновения, его дыхание, его слова… Всего этого было уже чересчур.
— Айден… — почти всхлипывая, выдохнула я, широко распахнув глаза и неожиданно увидев перед собой совсем другого мужчину. Такого, каким он становился в моменты, когда будто бы терял контроль.
Когда это успело произойти на этот раз? Почему мне казалось, что это я схожу с ума, а он — спокоен, как вековые скалы? И могла ли я ошибиться?
Прямо сейчас в глазах Айдена горел яркий раскаленный огонь, а за спиной колыхались огромные крылья цвета лавы. Черный перетекал в красный и желтый, затем будто застывал, обращаясь в камень цвета тьмы, но через мгновение снова разогревался до раскаленно-багряного. И это движение казалось бесконечным.
А еще — на широких плечах принца сверкали мелкие огненные чешуйки, словно кто-то раскрасил его мышцы пламенно-золотым. А в черных волосах играл ветер…
— Я не из твоего мира, Айденион Огненнокрылый, — выдохнула я сбивчивым от спазма в горле голосом. Сама не до конца веря, что произношу вслух фразу, которая еще недавно показалась бы мне самой абсурдной на свете. — И я не знаю, как оказалась здесь… Не знаю…
В тот же миг принц накрыл мои губы своими, а его ладонь между моих ног толкнулась жестче и сильнее, прибавляя к одному пальцу внутри меня еще один. Он жадно целовал меня, двигаясь так, словно занимался со мной любовью, словно брал меня, делал своей собственностью прямо здесь, на краю бесконечной скалы, под шелест теплого ночного ветра.
И я не могла сопротивляться его силе. Его желанию, которое было ровно настолько же его, как и моим. Можно было сказать с уверенностью, что, если бы он захотел трахнуть меня прямо на этих каменных ступеньках, я бы не стала мешать и сопротивляться. Я бы не стала, потому что рядом с ним чувствовала такой голод, словно по внутренним органам разливалась кислота. И только Айден был способен залить этот яд своими поцелуями.
Натянутая до предела пружина моего желания лопнула в тот же миг, как принц позволил ей это сделать. И я расплавилась в его руках, как послушный металл в руках умелого кузнеца. Меня трясло от удовольствия и жара, волнами накатывающего на тело. И Айден крепко держал меня в своих объятиях, не позволяя шевельнуться.
Вероятно, если бы он отпустил руки, я все же упала бы. А поскольку стояли мы на лестнице, то падать пришлось бы очень долго…
Вот только едва я хоть немного восстановила дыхание, слегка краснея и вглядываясь в лицо принца, как оказалось, что он уже давно смотрит на меня. И его глаза, полные хищного огня, уже опасно потемнели.
Я старалась не обращать внимания на его крылья, все еще до конца не понимая, как они вообще могут существовать. Мне и горящих радужек было достаточно… Вот только сам Айден явно не мог о них забыть.
Он глубоко и часто дышал, его смуглая кожа стала горячей и чуть влажной, будто ему нестерпимо жарко, а глаза лихорадочно и опасно блестели.
— Что-то происходит со мной, когда ты рядом, Селина… — прошептал он, вдруг медленно сжимая пальцы на моих бедрах и тут же сдирая с моего тела последний несчастный халат, который еще прикрывал мою наготу.
Я едва успела ахнуть, как он поднял меня на руки, заставив лихорадочно обхватить себя за шею. А затем его огромные огненные крылья распахнулись за спиной, и он проговорил:
— Ну что ж… посмотрим, как работают эти бабочкины крылышки…
И спрыгнул со скалы.
Вроде бы кто-то кричал. Громко так, звонко, до заложенных ушей. Но, честное слово, это была не я!
По крайней мере, я намеревалась именно так потом и говорить. А пока по ветру свистели мои пронзительные восклицания:
— Бабочкины крылышки? Бабочкины крылышки, Айден?!
Мы в это время сперва падали с огромной скалы, основание которой почему-то приближалось прямо-таки некультурно быстро. А затем дарк сдвинул брови, бросив короткий взгляд себе за спину и слегка поведя плечами, будто рюкзак поправлял. Рюкзак!!! Когда я тут голая в пропасть падаю!
Айден, конечно, тоже падал, но если его собственная смерть не беспокоила, то меня моя — очень даже!
Однако как только он сделал несколько таких нехитрых движений, его огромные огненные крылья дернулись, будто наливаясь силой, резко расправились и словно стали в два раза больше, хотя они и прежде были просто невероятными.
Жесткий рывок встряхнул нас с дарком, когда воздух ударил о крылья, и мы прекратили падать, планируя над широкой долиной, словно громадная птица. Ветер засвистел в ушах, но теперь вовсе не так, как прежде. Он уже не оглушал и не путал волосы где-то над головой. Теперь он мягко ласкал кожу, словно морское течение, колышущее анемоны на дне океана.
Айден бросил на меня чуть насмешливый взгляд и проговорил, скривив красивые губы:
— Когда вернемся, сама будешь объяснять моим министрам, с какой стати их принц оглох.
— А ты будешь объяснять… — я возмущенно начала говорить, но все слова на миг оборвались, когда я вспомнила, что у меня не так уж много аргументов в диалоге с принцем империи. — Валире ты будешь объяснять, почему у меня сердце разорвалось. Да-да, Валире! Между прочим, она мне там уже какую-то работу подбирает. Пол, там, мыть или посуду. А я не смогу! Как пить дать — не смогу! С разорвавшимся сердцем еще никто ни разу полы не мыл!
Я была так возмущена, что даже не сразу заметила, что Айден смеется. Громко и бархатисто, до слез из глаз. Хотелось стукнуть его чем-нибудь, но я неожиданно улыбнулась. В этот момент я так засмотрелась на него, на его идеальный профиль, на восхитительно изогнувшиеся губы и ямочки, появившиеся на смуглых щеках… Что снова забыла, как дышать.
Краем глаза Айден перехватил мой взгляд и на миг замер, внимательно изучая. А я покраснела, отвернувшись.
Было стыдно и неловко, что он видит, замечает, как я реагирую на него. На такие простые вещи, как смех или улыбка.
Но у Айдениона Огненнокрылого была самая красивая улыбка во всем мире, и я ничего не могла с этим поделать.
— И вовсе не смешно, — было единственным, на что у меня хватило сил ответить. — Мне, между прочим, холодно. Зачем ты снял с меня халат?
О том, что я босиком, и так давно забыла. Что с этого дарка взять? Умыкнул из дворца, а об обуви даже и не подумал. Но жаловаться особенно не тянуло: каменные ступеньки глубоко прогрелись от солнца и до сих пор не отдали до конца свое тепло. Да и мне самой было скорее жарко от всего происходящего.
— Холодно? — приподнял бровь Айден и на миг нахмурился, окинув меня подозрительным взглядом. Сам-то он буквально исходил огнем, казалось, вот-вот начнет его выдыхать.
“Как настоящий дракон…”
Я встряхнула головой, стараясь не отвлекаться на нелепые мысли. Ну какой дракон, в самом деле?..
— Я хотел быстрее донести тебя до храма, — проговорил он, словно немного оправдываясь. — Ты же жаловалась, что идти далеко, а я очень галантный принц и всегда готов прислушаться к просьбе леди.
На последней фразе уголки его губ хитро приподнялись, и я все же поняла, что даже сейчас он умудряется надо мной издеваться.
— Хорошо же ты прислушался, — фыркнула я, сперва решив демонстративно сложить руки на груди. Но когда крылья Айдена в очередной раз сделали мощный взмах, дернув вниз и вверх нас обоих, я передумала, с силой схватившись за жилетку дарка. — Я лечу над пропастью, у меня чуть не остановилось сердце и я голая!
— Хочешь, я тоже буду голый? — иронично приподнял бровь он, и его огненные глаза сверкнули.
— Нет-нет, я не это… — едва успела начать говорить я.
— Поздно, — усмехнулся принц, когда из моих пальцев буквально в воздухе начала растворяться ткань.
Секунда-другая — и нити богатой одежды, расшитой золотом, просто исчезли, превратившись в пыль, что унеслась по ветру куда-то позади нас. А я теперь хваталась за горячие обнаженные плечи, за грудную клетку, гладкую, как шелк, и смуглую, как летняя ночь.
Громко сглотнув, я попыталась отвернуться, но оказалось, что громадный храм, который будто бы был невероятно высоко, уже прямо перед нами. Белоснежные стены отражали лунный свет, а большой купол был сделан из какого-то темного стекла, ограненного, словно драгоценный камень. На самой вершине храма на золотом шпиле блестело изображение солнца странного розово-красного цвета. Словно его покрасили жидким рубином, переходящим в кровь.
— А зачем мы прилетели сюда? — выдохнула я, едва Айден приземлился и наконец поставил меня на ноги.
Я думала, что удар о землю будет сильнее, но создавалось впечатление, что принц всю жизнь летал на своих “бабочкиных крылышках”, а вовсе не впервые сегодня.
— Неужели только для того, чтобы посмотреть на окрестности? — спросила я, разворачиваясь и неожиданно вглядываясь в даль.
Все слова в один миг пропали, настолько широка и удивительна была панорама, открывшаяся взгляду. Ради нее и впрямь стоило слетать сюда хотя бы и на огненных крыльях. Хотя бы и под страхом упасть.
Вот только принц вдруг проговорил:
— Вообще-то не только ради этого.
Он неторопливо подошел сзади, пока я смотрела вдаль, разглядывая тысячи огней, которыми горели дома далеко внизу, и громаду замка на самой вершине еще одной большой скалы кирпично-красного цвета. Что-то подсказывало мне, что это и есть Огненный Чертог, из которого мы прибыли сюда. По крайней мере, подобное название прекрасно подходило к замку, напоминающему вереницу острых каменных клыков из еще не до конца застывшей черно-огненной лавы.
Чертог располагался далеко-далеко слева, а впереди и справа виднелась темно-синяя линия ночного моря, в водах которого отражалась серебряная луна. Но и это еще не все. У самого горизонта, там, где угольное небо почти сливалось с такими же непроглядно-черными водами, сверкала бесконечность огоньков. Мелкая россыпь искр, которая говорила о том, что где-то там, за морем, есть еще один город…
— Внизу перед тобой Йенлавей, — тихо проговорил Айден, обхватывая меня за талию и прижимая к себе. Затем он шагнул к высоким белоснежным перилам, окружающим храм со всех сторон, и оперся о них, бесстрашно всматриваясь в ночную даль. Мне же было сильно не по себе, ведь под нашим небольшим балконом не было земли — лишь бесконечность обрыва. Впрочем, я не подавала виду, что трясусь как осиновый лист.
Ведь на самом деле внутри меня что-то клокотало, что-то бурлило в венах. Казалось, что прямо сейчас вместе с Айденом я стояла на вершине всего мира! Обнаженная и свободная. И казалось, что мир смотрит на нас в ответ, но смущения или стеснения уже не осталось, и это было удивительно и странно одновременно. Непривычно. Самое легкое дуновение ветерка теперь ощущалось сильно и ярко. Каждое прикосновение — к перилам, к плитам пола, к цветущим кустам вокруг — дарило нечто новое и неизведанное. Я внезапно почувствовала себя совсем другим человеком, частью всего этого мира, который был мне совсем незнаком. Я была лепестком, бризом... дикой птицей, вольной лететь туда, куда она захочет…
Ведь у птиц нет халата или тапочек. И они не думают о том, что выглядят при этом плохо. Впервые в жизни со мной происходило нечто подобное. Несмотря на то, что я была максимально уязвима, чувство первозданной свободы заполнило меня целиком.
А Айден стоял рядом и спокойно смотрел вдаль. Тоже лишенный одежды, лишь с одними громадными черно-огненными крыльями за спиной. И создавалось впечатление, будто для него это самое нормальное и обыденное состояние в жизни.
— Что такое Йенлавей? — переспросила я, стараясь в точности повторить непростое произношение.
Это слово казалось настолько чужеродным, что, проговаривая его вслух, я вспоминала, что с моих губ срываются буквы неизвестного языка. А я этого даже не замечала! Словно иномирная речь прочно въелась в мой мозг, настолько, что стала почти родной.
И все же я нет-нет да и задумывалась об этом странном факте. И, как оказалось чуть позже, о ней думал и Айден.
В тот момент принц перевел на меня задумчивый взгляд и, повернувшись вполоборота, начал рассказывать:
— Йенлавей с драконьего переводится как “Королевство Огня”. Это седьмое королевство Новой империи Райялари. Мы находимся на отшибе, на небольшом острове вдали от основного континента империи, где сконцентрировались остальные шесть королевств. Наша столица называется Даркайск.
Он сделал небольшую паузу и снова кивнул вниз.
— Я и прежде догадывался, что тебе нужен небольшой вводный курс в наши правила, но не думал, что все настолько серьезно. — Он покачал головой и слегка сдвинул брови. — Ты не знаешь, как у тебя получилось прожечь пространство между мирами? Это может сделать только дракон.
Я вздрогнула. Последний раз, когда я видела свой мир, там уж точно не было никаких драконов. Кроме…
— Елочный шар, — проговорила я, в очередной раз вспоминая старую игрушку, которая так выбивалась внешним видом из общей массы украшений. — У меня в руках разбился стеклянный елочный шарик. Однако на руках не оказалось ран, а через мгновение я уже очутилась посреди проезжей части. Над головой летали автомобили, что уж совсем за гранью нормальности.
Айден усмехнулся.
— Авто… Что-то там… У нас это называется дарклер. Вроде летающей кареты, усовершенствованной с помощью высшей магии. Дорогая штука, ее могут позволить себе только очень богатые граждане.
— Ну, у нас в целом тоже бедняки на машинах не ездят, — проговорила я, кивнув. — Впрочем, и среднему классу они доступны.
— Интересно… А ездят на них у вас только нелюди или люди тоже? — невозмутимо спросил он, будто в этом вопросе не было ничего странного.
— У нас нет никаких нелюдей, — покачала головой я, даже слегка запнувшись.
Принц повернулся ко мне, и его глаза удивленно распахнулись.
— Что, совсем нет нелюдей?
— Ни одного, — уверенно кивнула я. Хотя вот, признаться, мне всегда казалось, что в старой соседке, что жила напротив моей квартирки, текла как минимум гномья кровь, настолько она была ушлой, хитрой и говорливой.
— А драконы? — продолжал Айден. — Впрочем, я в других мирах драконов тоже не встречал, но отец говорил, что кое-где наши сородичи все же живут.
— Ты умеешь путешествовать между мирами? — ахнула я, и сердце в груди забилось быстро-быстро. Ведь это означало, что он может вернуть меня домой! Вот так просто! Не нужно искать каких-то хитрых способов, тайных знахарок или колдуний, не нужны редкие свитки с заклинаниями. Требуется просто найти одного имперского принца! И он у меня был!
— Это высшая магия, пятый уровень, — кивнул Айден. — Сложное колдовство даже для меня, но не невыполнимое. Вот только если ты думаешь, что я прямо сейчас могу вернуть тебя туда, откуда ты каким-то чудом все же пришла, то ты сильно ошибаешься. Отыскать среди тысяч миров твой — это как найти медяк в драконьей сокровищнице.
Воздух вышибло из легких, а меня словно окатило ледяной волной.
— Так что же это… значит, нет смысла и искать? — выдохнула я, чувствуя, как голова начинает неприятно кружиться от этой новости.
И почему-то с тоской, грозившей разорвать сердце, вспомнилась одна-единственная резиновая белочка, что всегда стояла у меня в ванной на самой дальней полке. В памяти всплыл не ноутбук с кучей статей, которые я написала за свою жизнь, не картины, которые любила иногда покупать и завешивать ими выкрашенные в шоколадный цвет стены. Нет, всего лишь одна рыжая резиновая белочка… которую в детстве подарила мне мама...
— Ну почему же, — задумчиво протянул Айден, вырывая из тяжелых мыслей и вглядываясь острым, как лезвие, взглядом. — Попробовать всегда можно. Вот только какой мне смысл стараться?
Он приподнял темную бровь, и его глаза хищно и дерзко блеснули.
У меня позвоночник будто обвила раскаленная лента, застывшая где-то в районе крестца. Кожу защипало от мелких мурашек.
— Ты чего-то хочешь взамен? — прошептала я одними губами и почувствовала, как меня кидает в жар.
В голову пришла только одна плата, которую можно было потребовать. Ведь у меня в этом мире не было ровным счетом ничего, кроме тела. Разве что можно было в качестве валюты предложить серьги или, на худой конец, копну волос. Вот только вряд ли это все нужно принцу целой империи.
Но Айден меня удивил, и от его ответа я покраснела с головы до ног, чувствуя, как перехватывает дыхание.
— Я хочу твое послушание, Селина.
— Что, прости? — выдохнула я ошеломленно.
— Ты будешь делать то, что я скажу, и так, как я пожелаю, — ответил он ровным и уверенным голосом, не сводя с меня пронзительного взгляда. — Ты прекратишь свою борьбу, отрицание, попытки сопротивляться. И просто примешь ту роль, которую я предлагаю тебе в моем Чертоге.
И пока я подыскивала достаточно хлесткие, но не слишком грубые слова, чтобы возразить, Айден продолжал:
— Рано или поздно я все равно добьюсь своего. Ты уже моя, и осталось только это признать.
— Я… твоя?.. — только вырвалось из моей груди. И, клянусь, я почти слышала “ты уже моя собственность”, но казалось, что в последний момент Айден благоразумно решил опустить последнее слово.
— Именно так, — невозмутимо ответил принц, глядя на меня не моргая.
Легкий ночной ветер играл в его длинных волосах, и на контрасте с переливающимися глазами они казались черным пламенем.
— Мне нет никакого резона изо дня в день приручать тебя, Селина, — проговорил он неторопливо, все так же не отводя взгляда. — Я не люблю непокорность и не привык к тому, чтобы мои приказы не исполнялись. Однако, если ты хочешь идти по более сложному пути, воля твоя. Я продолжу ту игру, в которую мы играем. — От его слов по ребрам изнутри будто пролился огонь. — Просто знай, что в итоге все равно будет так, как хочу я. Но в этом случае, когда придет время, на мою помощь можешь не рассчитывать. Я буду слишком… уставшим, — закончил он после легкой паузы, чуть склонив голову набок, и в огненных глазах сверкнули насмешливые искры.
А у меня все внутри клокотало.
Я, видите ли, должна была подчиняться! А до это я, получается, сопротивлялась? Куда же мне быть еще более послушной, чем сейчас?
Озвученные требования были возмутительны от начала и до конца.
В этот момент принц выпрямился, нарочито медленно шагнув ко мне и кладя руки на мои бедра.
По коже скользнуло раскаленное пламя, горячими угольками распространяясь по телу. Но я стиснула зубы, не подавая виду, как меня трясет от каждого его прикосновения.
— Можешь не отвечать сейчас, — прошептал он, склонившись ко мне и едва касаясь в ответе моих губ. Но так и не поцеловав.
— И не планировала, — ответила я, и все, на что меня при этом хватило, — это немного возмущенно посопеть.
Как я могла накричать на него, если ценой моей покорности должно было стать возвращение домой? Как я теперь вообще могла сопротивляться хоть какой-нибудь его просьбе? Требованию? Приказу?
И все-таки возмущению во мне не было предела. И оно уже разрослось до совершенно невозможных пределов.
— Я уже голая рядом с тобой, на вершине какой-то скалы, — проговорила я через силу, направив на принца раздраженный взгляд. — И при этом веду себя так, словно в этом нет ничего необычного. Какой еще покорности ты от меня хочешь?
Айден приподнял бровь и коротко усмехнулся.
— Что ж, ты увидишь разницу… скоро.
Я так и не поняла, о какой разнице он говорил, но в следующий миг он взял меня за руку и потянул в сторону храма. Там была невысокая ажурная дверца из белоснежного камня, и сквозь нее смутно проглядывались темные очертания комнаты.
Тем временем принц продолжал говорить так, словно между нами ничего особенно не произошло:
— Судя по тому, что ты переместилась в Райялари от лопнувшего шара, то им был артефакт отложенного действия. А значит, к нам сюда тебя кто-то вызвал. Либо, как вариант, кто-то заранее спланировал перемещение. Ты уверена, что в твоей семье прежде не происходило никаких странных вещей? Уверена, что не встречала дарков?
Он коснулся двери, и она легко поддалась.
— Уверена, — фыркнула я. — В моем мире магии нет, так что кого-то вроде тебя я сумела бы запомнить.
Я постаралась вложить в голос столько сарказма, что Айден просто не мог его не заметить. Прищурившись, он бросил на меня короткий взгляд и хмыкнул.
— Значит, ни капли магии… Удивительно, — покачал головой он. — И очень странно. Я попрошу тебя, Селина, чтобы ты никому не говорила о том, откуда прибыла. Хорошо?
— Почему? — удивилась я, почувствовав прохладный укол где-то возле сердца.
Айден сжал мою руку, и я поняла, что он меня так и не отпустил. И на короткий момент стало тепло… и страшно, потому что по тонкой связи наших рук ко мне будто перетекло беспокойство принца.
А если что-то беспокоило мужчину с огненными крыльями и способностью путешествовать между мирами, то это явно был не пустяк…
— Потому что кому-то было нужно твое появление в Райялари, — мрачно проговорил принц. — И нам как минимум следует понять, кому именно. А желательно и зачем.
— А что, если это я сама? Может, это у меня такая сильная магия? — усмехнулась я, впрочем слабо веря в то, что говорю. Но вдруг?..
Но Айден не улыбнулся в ответ. Когда он искоса посмотрел на меня, в его взгляде было еще больше напряжения, чем прежде.
И это не могло не пугать.
— Это мы тоже проверим, Селина. Можем узнать твой уровень магии прямо здесь. Прямо сейчас. Хочешь?
Сердце подскочило к горлу.
— Конечно! — ахнула я, и Айден потянул меня дальше, в залитый лунным светом полумрак.
В этот миг дверца за нами закрылась и, странно сверкнув, поменяла цвет на закатно-красный.
Я не успела удивиться.
— Это значит, что внутри храма кто-то есть, — пояснил Айден, заметив мое изумление. — Сюда может войти только один дарк, так положено по правилам. Чтобы не мешать молитве и... прочим таинствам.
Почему-то от последних слов под кожей будто расплескалась стайка раскаленных рыбок, хотя разговоры о молитвах и храме вовсе не способствовали возбуждению. Однако у меня складывалось впечатление, что святилища дарков очень далеки по смыслу и содержанию от того, к чему привыкла я. Да и нагота не давала покоя.
Мы вдвоем в темноте, за закрытыми дверями...
Место, в котором мы оказались, было наполнено чем-то неосязаемым. Каким-то разлитым вокруг напряжением — казалось, что сам воздух тут слегка вибрировал.
— Ты будешь повторять за мной, договорились? — спросил вдруг дарк негромко, проводя меня вперед к небольшому бассейну, наполненному искристой голубой, как топаз, водой. От нее исходили свет и тепло, и лунные лучи, проникая сквозь прозрачный ограненный купол храма, будто тонули в этой воде, превращаясь в живое волшебство.
Удивительная красота, насладиться которой Айден мне толком и не дал, внезапно встав за моей спиной. Он откинул назад мои волосы, коснувшись губами основания шеи.
Я вздрогнула, почувствовав, как слабеют мышцы от крохотных молний удовольствия, что яркими импульсами распространялись от его губ по каждому нерву в моем теле.
— Ты же не будешь опять топить меня в бассейне? — дрогнувшем голосом спросила я и тут же почувствовала, как дарк напрягся. Он резко обхватил пальцами мой подбородок, заставив посмотреть себе в глаза.
— Тебе не надо бояться меня, — строго сказал он, сдвинув брови. — Но нет, в бассейн мы залезать не будем, если ты не захочешь.
Я мгновенно расслабилась, страх отступил. Вот только проклятое возбуждение при воспоминании о том, чем кончилась та пугающая сцена в ванне, никуда не делось.
— Так ты готова?.. — едва слышно прошептал Айден, склонившись к моему уху и окончательно заставляя меня забыть обо всем.
— Готова, — выдохнула я, старательно концентрируясь на том, что вот-вот узнаю свой уровень магии.
Вот только долго концентрироваться не удалось, потому что дальше начало происходить нечто совсем уж невероятное.