10

Айден

 У него кружилась голова. От ее запаха, от голоса, от тихого сбивчивого дыхания, которое она так тщательно старалась выровнять, что нервная дрожь проходила по коже волной жара, приподнимая едва заметные крохотные волоски.

Она вздрагивала, когда он касался ее, задерживала дыхание, стоило ему губами пройтись по шелковому изгибу шеи… А ему самому чудилось, что земля уходит из-под ног.

Она казалась идеальной. Простая человеческая девушка… из другого мира.

Нет, подобные перемещения не были сюрпризом для седьмого принца Новой Райялари. Недаром он был сыном Вайлариона Черной смерти — последнего истинного дракона. Его отец ходил между мирами еще тогда, когда о совместной империи людей и нелюдей даже не помышляли. Когда шелест драконьих крыльев не звучал в голосе диких ветров, потому что все дети Яросветной девы считались давно уничтоженными.

Но вот они здесь… Драконы возродились, Новая Раялари распространилась на все континенты, а он, младший сын императора, вдруг встретил еще одну иномирную путешественницу. И пусть сам Айден никогда не творил подобных пространственных переходов, в них как таковых ничего особенного не было. Кроме того, что через один прошла человеческая девушка! Да не простая, а с очень странной силой, что сейчас бурлила внутри самого Айдена, привязывая, околдовывая, сводя с ума, как подростка. Как какого-нибудь дикого и не контролирующего себя оборотня или шерблайда.

Он желал ее каждой чешуйкой своей драконьей души. Желал простую девчонку, свою новую аару, которая явно не понимала, что значит быть человеком в Даркайске.

Лучше бы она попала на континент к одному из его братьев. В соседнее королевство к Элайдару или Глендхейду, например. Там она могла бы вообще никогда не нарваться ни на одного из драконов! Жила бы себе спокойно, устроившись в любую таверну подавальщицей и не боясь быть съеденной какой-нибудь особенно недружелюбной тварью.

Ведь именно таким было Йенлавей — королевство Огня, седьмая часть Новой Райялари. Место, куда стекались все самые опасные и мрачные существа со всей империи, ведь именно здесь законы были настолько специфичными, что в некоторых случаях даже разрешали убивать.

Пространственный переход выбросил Селину именно сюда, хотя трудно найти более неблагополучное место. Разве что можно было сразу кидать ее в вампирский Шеллаэрде или лес шерблайдов. Чтобы гарантированно разорвали.

Но нет. Странная девушка досталась ему, и теперь стоило Айдену лишь на миг закрыть глаза и представить, что все могло случиться совсем иначе, как все внутри переворачивалось, а руки сами собой сжимались в кулаки.

Он не мог ею надышаться. Не мог отпустить. Не мог перенести тот факт, что кто-то еще имеет на нее планы. Кто-то желает заполучить его аару.

Его собственность.

Его женщину.

Его…

Айден стоял позади Селины, обнимая, с закрытыми глазами зарываясь носом в ее волосах и стараясь не думать о том, что могло бы случиться, но не случилось.

Она с ним.

Она его.

Острая молния пронзила позвоночник, когда очередная непрошенная мысль сверкнула в голове. Что-то о Селине, вампирских клыках, блондинистой голове Ренвиэля и его кишках, намотанных на драконьи когти…

Айден тихо зарычал, не открывая глаз, зарылся ладонью в шелке золотисто-персиковых волос и, сжав пальцы, с силой потянул, заставив девушку хрипло выдохнуть и откинуть голову назад, подставляя горло… как зверю. А он жадно целовал ее гладкую красивую шею, чувствуя биение крови в тонких венах, ее страх и желание, застывшее под кожей… Слизывая его, как голодный хищник, дорвавшийся до слабой добычи.

Беззащитной, не способной противостоять…

И не желающей этого делать.

Сегодня он пришел в храм их древней богини — Яросветной девы, той, что создала драконов вместе со своим возлюбленным — Громтуманным мужем. Айден пришел к непознанному божеству, не являвшемуся своим детям уже как минимум три сотни лет, однако оставившему для Крылатого племени две реликвии: свой храм и бассейн с водой истины.

Сперва Айден собирался попытаться узнать правду с помощью этой воды, что, по сути, была чистой магией. Кто-то даже называл ее кровью самой Яросветной девы и соком священного цветка тиарэ. Айден не верил ни в то, ни в другое. Но тот факт, что жидкость в бассейне обладала удивительными свойствами, был неоспорим.

Вот только прямо сейчас вместо того, чтобы с помощью бассейна узнать ответ на тот единственный вопрос, который его мучил, принц ласкал свою женщину, с затаенным дыханием слушая, как она тихо стонет от его прикосновений, от его поцелуев. Вместо того чтобы закончить дело, он вдруг решил потратить единственное благословение, доступное каждому дарку лишь раз в сотню лет на… Селину.

Девчонка еще не знала о том, что он собирался сделать.

Сам Айден до сих пор в это не верил. Вот только его губы уже тихо шептали древние слова, пока рука скользила между ее ног, раскрывая податливые бедра:

— Повторяй за мной, Селина… и не ошибись: “Авэр ун Шельери…”

* * *

Селина

— Авэр ун Шельери… — еле слышно прошептала я, чувствуя себя так, словно вот-вот сгорю изнутри.

Как только я произнесла эти слова, перед глазами вспыхнули какие-то витиеватые буквы. Было ясно, что это алфавит чужого языка и не понимать его абсолютно нормально.

Вот только каждое слово, которое произносил Айден, тут же отзывалось внутри инстинктивным узнаванием.

“Авэр ун Шельери” означало “Старое станет новым”. Вот только в чем глубинный смысл этого заклинания?

А еще — золотые буквы… Их перевод никто мне не сделал, но я была настолько поглощена красотой магии, что почти не замечала таких нюансов.

Буквы… Что-то они мне напоминали, разделяясь небольшим расстоянием, словно два слова.

Имя и фамилия?..

Все мелькало перед глазами, мысли мешались друг с другом, и мне едва удавалось сконцентрироваться на чем-то одном.

Не знаю, в какой момент мы с Айденом оказались лежащими на полу. Тогда я с какой-то зачарованной отстраненностью заметила, что пол сделан вовсе не из камня. Поверхность несимметричных округлых плит была теплой и гладкой, мягкой и твердой одновременно. Она совсем немного продавливалась, однако оставалась прочной и жесткой, как и положено. А еще, если повернуть голову, становилось видно, что странные черные плитки в лунном свете отдавали легким розоватым блеском…

“Драконья чешуя…” — мелькнуло в голове и исчезло.

“Не может быть!”

Но мне уже было вовсе не до пола. Айден целовал меня исступленно и страстно, уложив на спину и оказавшись сверху так ловко, что я едва успела сообразить, когда это произошло. И вот уже его длинные волосы цвета обсидианового мрака щекотали мою кожу, губы оставляли горячие поцелуи, а все, что я видела, — огромные огненные крылья за его спиной.

— “Шельери ун Кейнар”, — прозвучал жаркий, хриплый голос принца, раздвинувшего мои ноги и оказавшегося между ними.

Я едва дышала от напряжения и желания, сковавших каждую мышцу, ползущих по телу, как золотые цепи, раскаленные в горниле вулкана.

Ни единого шанса освободиться.

— Шельери ун Кейнар, — с безупречной интонацией повторила я за Айденом, краем глаза замечая, как сверкнула хищная улыбка в уголках его красивых губ.

Читать слова заклинания получалось у меня слишком легко. Подозрительно легко… Но эта мысль была одной из тех, что мелькнули и исчезли в вихре сумасшествия.

Огонь плеснул в кровь, вспыхнул в сердце, вызывая взрыв адреналина в груди.

Что за колдовство творил Айден? Почему я должна была повторять эти странные слова?

К сожалению, это были вопросы доверия и выбора, который я уже сделала.

Доверие в нашем случае оставалось слишком зыбким и скорее принудительным. Ведь Айденион Огненнокрылый мог добиться от меня чего угодно, потому что был принцем, а я — лишь служанкой-любовницей.

Выбор же мне и вовсе предоставили из серии ультиматума. Либо я подчиняюсь, либо никакого возвращения домой.

И, признаться, все это могло бы крайне расстраивать, если бы не один факт: я сходила с ума от этого человека.

От седьмого принца странной империи под названием Новая Райялари.

Поэтому, как только я произнесла все фразы, которые требовалось, внутри словно вспыхнуло что-то. И в тот же миг Айден вошел в меня, сливаясь со мной, как бушующее море сливается с грозовым небом на горизонте.

Острое удовольствие прошило позвоночник, заставив выгнуться, запрокинуть голову и закрыть глаза, обхватывая ногами узкие мужские бедра, жестко двигающиеся вперед. Вырывающие хриплый стон сквозь рваное дыхание.

Горячо, глубоко…

Странные символы перед глазами начали сливаться, образовывая одно крупное сверкающее руно. Магическую печать. Она дышала силой и казалась смутно связанной со мной. Словно в сердце что-то откликалось на ее мерную, еле заметную пульсацию.

Я была абсолютно уверена, что колдовство окончено и теперь со мной остались лишь жар тела Айдена и его сильные страстные движения, доводящие до безумия, до самого предела.

Вот только оказалось, что я ошиблась и это было еще не все.

Перед мысленным взором внезапно всплыло третье слово! Его не было прежде, и оно казалось совершенно выбивающимся из общей конструкции печати. Буквы висели над уже созданным руном и пульсировали пугающей силой.

— Эльдели ун шейнар… — прошептал Айден в самое мое ухо, обжигая горячим дыханием.

И именно в этот момент словно что-то лопнуло внутри меня, ударной волной расходясь по венам сладким ядом удовольствия.

Я не могла двигаться и разговаривать. Казалось, не могла даже дышать. Но вслед за принцем я все же пробормотала буквально одними губами:

— Эльдели ун шейнар…

Одновременно с тем в голове отпечатывался непонятный смысл сказанного: “Чужое станет истинным”.

В тот же миг золотые буквы будто врезались в уже созданное руно печати, отламывая от него куски. Заклятье рассыпалось буквально на глазах, лишние элементы отпадали, и их место занимали символы последнего таинственного слова.

Я почувствовала, как сердце тянут невидимые нити, срастаясь с новой печатью, которая восстановила все свои границы, словно став многократно сильнее.

А через несколько секунд все исчезло. Вместе с тем, как жесткие и пьянящие движения Айдена стихли, а он сам, уперев локти в пол по обеим сторонам от моего лица, взглянул мне в глаза и проговорил:

— У тебя четвертый уровень магии, Селина.

— Что? — ахнула я, не вполне соображая, что он имеет в виду.

— Очень высокий уровень для человека, — добавил он негромко и очень серьезно. — Я никогда не встречал людей с таким уровнем, но факт остается фактом.

С этими словами он откатился чуть в сторону и лег на спину, сложив руки за головой. Его взгляд был направлен в сверкающий хрустальный потолок храма и казался спокойным и умиротворенным. Вот только почему-то я видела где-то в его глубине нечитаемую мысль, будто тайну, которую скрывал от меня принц.

— Ты это понял с помощью произнесенного заклинания? — уточнила я, переворачиваясь на бок и удивляясь тому, насколько теплый тут был пол. Словно и не пол вовсе…

Айден повернул ко мне голову и несколько мгновений молчал.

Под ребра будто медленно проникало что-то острое.

— Почти, — уклончиво ответил он, я мгновенно поняла, что это ложь. — Храм усиливает способности колдунов, потому что именно тут раскинулся самый большой источник магии во всем мире, — кивнул принц на высокий бассейн, борта которого выступали над полом не меньше чем на метр. Я в очередной раз пригляделась к этому дивному сооружению и стала замечать, что с трех сторон круглых бортиков вверх торчат огромные шипы, практически смыкаясь над центром бассейна. Эти шипы сверкали золотом и рельефом напоминали… чешую.

Так же как и пол...

— Этот храм, — начала я говорить еле слышно, сжимаясь от страшной догадки.

— Поговаривают, что он был сделан из тела Яросветной девы, — сказал Айден, не дав мне договорить. — Якобы на заре веков, будучи драконом, она прожила полную жизнь, положенную всем ее созданиям. И умерла как одна из них. Одна из нас… Но чешуя ее была столь огромной, что из нее создали храм, едва ее плоть истлела.

По спине пробежали ледяные мурашки.

— С тех пор каждый, имеющий драконью кровь и носящий драконье имя, может раз в сто лет прийти сюда и попросить ее благословения, — продолжал принц, не мигая глядя на бассейн. — И богиня исполнит любое желание.

— Любое? — не поверила я. — А ты уже что-то загадывал?

Айден перевел на меня тяжелый задумчивый взгляд. А через мгновение кивнул, так ничего и не сказав.

— А я могу загадать желание? — подскочила я на полу, ощутив прямо-таки нестерпимое желание это сделать.

В моем мире тоже, конечно, были всякие бассейны молодости и фонтаны желаний. Вот только все это работало лишь по привлечению туристов, не более того.

А здесь и магия есть, и огненные крылья, и вампиры! Наверняка и бассейн должен по-настоящему исполнять желания!

Но Айден покачал головой, заставив меня тут же сникнуть и вспомнить его слова.

— Я не дракон, а значит, мне желание не положено, да?

По губам принца скользнула короткая усмешка.

— Желание — нет. Но если ты понравишься бассейну, он может показать тебе истину. Все же в нем плещется первородная магия. Она может явить тебе любые чудеса… или не показать ничего.

— Замечательно, — фыркнула я тихо.

— Не расстраивайся раньше времени, — улыбнулся Айден. — Я уверен, бассейн тебя не оттолкнет. Иди, коснись воды кончиками пальцев.

— Не пойду, — надулась я неожиданно для самой себя.

Мне казалось, что, если я просто останусь на своем месте, у меня все еще останется вера в чудо. В то, что волшебство могло случиться со мной. Но если я дотронусь и ничего не произойдет...

— Давай, не бойся, — усмехнулся принц, ловко вскочил на ноги и подтолкнул меня к воде. — У тебя четвертый уровень магии, а это значит, что бассейну ты понравишься хотя бы за твой мощный источник.

А когда я подошла к самому краю каменной стенки и опасливо взглянула на свое сверкающее отражение, из-за спины донеслось почти неслышное:

— Да и драконье имя у тебя теперь есть…

— Что ты сказал? — резко переспросила я, так быстро повернувшись, чтобы взглянуть на Айдена, что не удержалась на ногах.

Гладкая поверхность пола под ногами внезапно стала чудовищно скользкой! А в следующий миг я упала в сверкающие колдовские воды.

Плавать я умела, а потому, в общем-то, захлебнуться не боялась. Но инстинктивное чувство беспокойства, сдавливающего горло и мышцы, никуда не делось. В этом мире все было новым и непонятным, и я опасалась, что из бассейна с колдовской водой может быть вовсе не так легко выплыть, как хотелось бы. Неспроста же я так глупо в него упала?..

Оказалось, что мои опасения были вовсе не напрасны. Едва я с головой ушла под воду, как кожу обожгло прохладой и тут же окутало каким-то странным теплом. Я пыталась выбраться на поверхность, но отчего-то все понятия о пространстве исчезли. Я будто зависла в космическом корабле, лишенном гравитации, без возможности понять, где верх, где низ.

Перед глазами сверкали искрящиеся звезды, словно каждый пузырек в воде был настоящим бриллиантом, но из-за этого света я не видела ничего вокруг.

Осознав, что чем больше я барахтаюсь, тем меньше пользы это приносит, я постаралась успокоиться и замерла.

Сердце глухо стучало в горле, пока мои волосы золотистым облаком всплывали вверх, мешаясь с переливающимися пузырьками. Я смотрела сквозь них, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь: бортики бассейна, его дно или Айдена, который мог бы помочь мне выбраться.

Но внезапно все вокруг просто исчезло, а я увидела то, что должно было серьезно пошатнуть мое психическое здоровье.

Передо мной раскинулось все то же помещение храма, вот только над куполом крыши занимался рассвет. Это было заметно по желтовато-золотым лучам, проходящим сквозь хрустальные грани потолка и падающим в волшебный бассейн… из которого меня прямо сейчас доставал дарк. Я смотрела будто со стороны, как выплевываю воду, откидывая назад мокрые волосы, как кашляю, пытаясь понять, что вообще происходит. И как обнимает меня принц, осторожно поглаживая по спине.

Он что-то говорил, что-то шептал. Кажется, успокаивал, а я не верила:

“Не бойся, воды этого бассейна не приносят зла… Они никогда не навредили бы тебе…”

“Почему тогда я у меня полные легкие воды?..”

Но прямо сейчас, будто паря над бассейном, я никак не могла понять, что происходит. Может быть, я все же захлебнулась и это предсмертные галлюцинации? Или все это сон? Как могло получиться, что я больше не в своем теле?

В голову тысячей игл вонзились ужасные подозрения — одно страшнее другого. На короткий момент я даже решила, что в мое тело кто-то вселился, вытеснив мою собственную душу. Мало ли что может случиться в мире, полном волшебства?

Вот только дальше стало происходить совсем уже что-то невразумительное.

Откуда-то со стороны окна мелькнула и стала приближаться к нам какая-то тень. Мгновение — и этих теней уже был десяток, и у каждого в руке мелькала острая игла черного лезвия.

Сон становился похож на кошмар.

Айден заметил непрошеных гостей почти сразу. Однако недостаточно быстро. Вот буквально мгновение назад он успокаивал другую меня, захлебывающуюся рваным после бассейна дыханием, а вот этой заминкой воспользовалась первая тень, чтобы подкрасться к принцу со спины. Незнакомец замахнулся, и не успела я даже вскрикнуть, как рука с его кинжалом стала опускаться на Айдена.

Все произошло так быстро, что в это почти невозможно было поверить.

Настоящая я кричала и махала руками, пытаясь привлечь внимание обнимающейся парочки, но все бесполезно. Они не видели и не слышали ничего, кроме друг друга.

Что за влюбленные олухи?!

На меня начало накатывать безумие паники. Зависнув бесплотным существом над бассейном, я ничем не могла помочь Айдену и моей двойнице.

Однако в самый последний момент принц почувствовал угрозу и развернулся. Смертоносное лезвие не вошло в его тело, а скользнуло вдоль, нанеся лишь поверхностную рану. А дальше все закрутилось слишком быстро.

Кровь и всполохи огня смешались в одно сплошное ослепительное марево. Айден дрался с нападающими, не давая им отступать. Раздавались какие-то крики… Люди умирали.

Не прошло и пяти минут, как на полу храма остались лежать пятнадцать человеческих тел… и одно — Айдена Огненнокрылого.

Другая я стояла возле него на коленях и плакала.

Вместе со мной настоящей.

“Пожалуйста, нет… Как же так могло получиться? — спрашивала девушка, всхлипывая и окровавленными руками дотрагиваясь по мужского тела. — Это ведь просто царапина, лезвие не вошло в тело!”

На лице принца скользнула болезненная улыбка, и он тихо ответил:

“Черное золото… Кинжал был выкован из черного золота и дополнительно отравлен его жидкой формой. Я не заметил… А теперь уже поздно…”

“Что еще за черное золото?” — рыдая уже в голос, спрашивала другая я.

“Единственное, что может убить дракона… — прошептал в ответ принц, через силу поднимая руку и касаясь лица моего двойника. — Прости… кажется, я тебя подвел…”

“Что? Конечно, ты меня не подводил! — кричала девушка внизу. — Прекрати меня пугать, все будет хорошо! Сейчас я только остановлю чем-нибудь кровь, и…”

Айден перехватил ее руку и крепко сжал, поцеловав кончики окровавленных пальцев. А потом, сдвинув брови, серьезно сказал:

“Найди моих братьев и скажи им…”

“Что сказать?”

“Скажи… — Айден запнулся, не сводя глаз с девушки, но затем все же закончил: — “Мьель данвер лависшаэс тес вартенфьен”, и тебе никто и никогда не причинит вреда.

“Что?.. Почему? Что это значит? Айден!!!”

Последний сдавленный крик моего двойника не был услышан, потому что голова принца качнулась набок, а сам он навсегда перестал дышать.

Чувствуя, как от ужаса начинаю сходить с ума, я закрыла глаза, стараясь не смотреть, как девушка внизу безудержно рыдает над мертвым телом.

И в тот момент я уже вовсе не была уверена в том, что вторая я — действительно мой двойник…

А затем вдруг все образы вокруг исчезли, я почувствовала, как чьи-то сильные руки вытягивают меня из воды, мокрую кожу обдало прохладой ночного ветерка, и я начала судорожно кашлять.

Прижавшись к горячему мужскому телу, я втягивала воздух, пытаясь понять, что произошло. И только тонкий пряный запах Айдена и тепло его тела потихоньку приводили меня в сознание.

Все прошло, можно больше не бояться.

Но отчего так быстро бьется сердце в груди, словно вот-вот разорвется на части?..

— Не бойся, воды этого бассейна не приносят зла… — раздался тихий голос принца, и от этих слов меня прошило насквозь.

— Айден… — выдохнула я и тут же закашлялась, потому что остатки воды снова хлынули из горла.

— Они никогда не навредили бы тебе… — снова проговорил принц, и меня буквально затрясло от страха.

От ужаса и непонимания, как такое вообще возможно. Я судорожно дернулась, пытаясь вырваться из его объятий, но дарк сильнее прижал меня к себе, явно думая, что у меня шок от падения в бассейн.

У меня и вправду был шок. Вот только вовсе не от этого!

— Айден! — воскликнула я, но получилось хрипло и нервно, а вовсе не громко, как мне хотелось.

Принц коснулся ладонью моего лица, заставляя смотреть на себя. Его глаза успокаивающе сверкали в полумраке храма на фоне прозрачного хрустального купола, сквозь который были видны первые оранжевые лучи… рассвета.

Того самого, который я только что видела. Рассвета, окрашенного кровью.

— Успокойся, все будет… — говорил неторопливо Айден, но я больше не могла ждать.

Все внутри натянулось струной, которая вот-вот грозила лопнуть, оставив после себя только блестящие озера багрянца на полу храма.

— Айден, сзади!!! — закричала я что есть сил, чудовищным усилием вырываясь из стальных объятий принца и быстро дергая его за руку на себя.

Я успела в последний момент. Вокруг не было видно совершенно ничего. Если прежде в моем видении помещение было залито едва заметным утренним светом, то сейчас казалось, что сквозь этот свет не так уж много всего можно разглядеть. Словно, будучи бесплотной тенью под потолком, я обладала гораздо более острым зрением, чем сейчас.

Тени, подкрадывающиеся к нам от окон храма, оставались незаметными ровно до тех пор, пока я не толкнула на себя принца, надеясь лишь на то, что у меня не поехала крыша.

Хотя, наверное, лучше бы поехала…

Едва я сделала это, как в полосу света перед нами ворвался закутанный в черное человек. В его руках подрагивал длинный кинжал, зловеще блестящий в темноте, и незнакомец явно был недоволен, что ему не удалось им воспользоваться.

Удар, который он пытался нанести, прошел мимо.

— Это еще что такое?.. — мрачно выдохнул Айден, одной рукой заталкивая меня к себе за спину.

— Это твоя смерть, дракон, — прорычал убийца и снова ринулся вперед, пытаясь достать принца.

Между двумя мужчинами, словно пропасть, пролегла очевидная разница: незнакомца плотно облегала черная одежда, вышитая кожей и металлическими пластинами. На его поясе висело еще несколько видов оружия, включая хлыст и набор странных шипованных шаров на цепях. Айден же был абсолютно обнажен. Только огромные огненно-красные крылья с момента своего появления так и не пропали вновь.

— Боюсь, ты что-то перепутал, человек, — с очевидной угрозой в низком голосе проговорил принц.

— Осторожно, он не один! — выкрикнула я, надеясь только на то, что моя легкая истерика не слишком отвлечет Айдена.

Он должен был справиться с ними всеми… Должен ведь был, правда?..

Мой дарк ничего не ответил, даже не повернул ко мне головы. Только тихо хмыкнул. А затем выбросил вперед левую руку, пальцами рисуя в воздухе какие-то символы. Со стороны казалось, что он едва двигает кистью, будто играет на струнах невидимой арфы, вот только с огромной скоростью вслед за этим в пространстве между ним и нападающим материализовывалось сложное магическое руно. В нем было множество концентрических колец со вписанными внутрь треугольниками, линиями и буквами. Почти сразу все они вспыхнули огненно-золотым и взорвались, наполнив храм слепящим светом.

А еще — отбросив первого убийцу и всех его подельников на десяток метров назад.

— Ты была права, — задумчиво проговорил тогда принц, все же уронив на меня короткий взгляд, пока нападающие пытались прийти в себя вдали от нас. — Откуда узнала?

И его огненные глаза чуть сузились в подозрении, больно резанувшем меня изнутри.

Не хватало еще, чтобы Айден решил, будто это я подстроила нападение на него.

От одной мысли об этом легкие будто покрывались изморозью и становилось тяжело дышать. Вот только обсуждать это было совсем некогда.

— Их оружие сделано из черного золота, — вместо ответа проговорила я, схватив Айдена за руку. — И вымазано им же. Хотя я понятия не имею, что это, но это тебя совершенно точно убьет, — добавила на всякий случай.

Ну, вдруг он не в курсе?

Брови Айдена сдвинулись, а челюсти совершенно очевидно сжались.

Я вздрогнула, отметив, что ярость седьмого принца Новой Райялари выглядела невероятно пугающе.

После этого Айден отвернулся, и в каждой его руке попеременно вспыхнуло по три новых печати. Каждая была настолько сложной, что мне с ходу не удалось бы перерисовать на бумагу даже одну из них.

— Шесть печатей! Шерблайдова задница… — прорычал первый из нападающих, ловко отпрыгивая в сторону.

А потом сразу же раздалось несколько чудовищных огненных взрывов, после которых помещение вокруг нас заполонила непроглядная стена пламени. Одна из печатей рассыпалась на пол осколками огня, каждый из которых обратился маленьким скорпионом. Насекомые застучали горящими лапами по драконьим плиткам и помчались к нападавшим.

Вот только и те явно подготовились к встрече.

— А ты силен, дарк, — раздался все тот же голос первого нападавшего. — Но и мы не промах, не обессудь.

В воздухе свистнуло что-то яркое, словно белая молния, обожгло глаза и потухло, разрезав стену огня. Как только мне удалось проморгаться, я поняла, что это тот самый хлыст, что висел на поясе убийцы. Он приобрел калено-белый цвет и теперь рассекал пространство, оставляя после себя рваные порезы на камне храма.

Тем временем остальные две дюжины нападавших рассредоточились по кругу, блокируя нам с Айденом все возможные пути отступления. Разве что мой дарк вовсе не собирался отступать.

— Не выходи у меня из-за спины, — проговорил Айден негромко. — Не двигайся и не делай ни единого шага. Ясно?

— Ясно, — шепотом выдохнула я, боясь шевельнуться.

События, происходящие вокруг, давно уже не были похожи на те, что я видела, упав в бассейн. Убийцы даже не думали пытаться бежать, и я вовсе не была уверена в том, чем все закончится.

Бой только набирал обороты, и, похоже, у каждой из сторон в нем была особая заинтересованность, только я понятия не имела, какая именно. Это мне только предстояло узнать… Если мы, конечно, выживем.

— Как вы узнали, что я появлюсь в храме сегодня ночью? — нарочито спокойно спросил Айден, глядя только на самого первого нападавшего. — Об этом не ведал никто, даже я сам.

— Как узнали? — приподнял бровь мужчина, откидывая назад черный капюшон плотного черного плаща. Его лицо выглядело удивленным, одна бровь была приподнята. Впрочем, сверкающий белым светом хлыст не опускался, готовясь в любой момент ударить вновь. В это время я заметила, что остальные нападающие хоть и не рвутся вперед, но у каждого в руке что-то сверкает. Примерно у половины были короткие мечи, у двоих — прочные сети, словно они собирались ловить рыбу. А оставшиеся, равномерно рассредоточившиеся по периметру круга, активно делали в воздухе короткие пассы руками, их губы непрерывно что-то шептали.

Кожа покрылась испариной страха. И в этот момент я едва ли вспоминала о том, что полностью обнажена перед двумя дюжинами незнакомых мужчин. Меня больше волновал тот факт, что они собирались не насиловать, а убивать.

— Мы ни о чем не узнавали, а караулили храм две недели. Хороша святыня, ничего не скажешь, — ухмыльнулся он, и вслед за ним послышались усмешки со всех сторон. — Сразу видно, как дарки чтят своих богов, раз ни один из вас не явился сюда за столь длительный срок.

— Айден, среди них как минимум пять магов, — прошептала я тем временем на ухо своему защитнику, скрываясь за его огромными крыльями, которые внезапно оказались столь близко, что казалось, будто меня окружает живое пламя.

Принц никак не отреагировал, а та самая пятерка колдунов уже доплела свои руна, и теперь возле каждого из них висело по одной прозрачной печати. Они казались блеклыми и слабыми, словно им чего-то не хватало. Но инстинктивно я поняла, что маги еще не наполнили их силой. Не закончили колдовство. Однако они готовы, и в любой момент может последовать удар.

— То есть вы не в курсе, на кого напали, правильно я понимаю? — осторожно уточнил Айден, и мне почудилась в уголках его губ опасная усмешка.

Что его так радовало? Я понятия не имела.

— О, ты наверняка очень властная и сиятельная особа, — осклабился убийца, поудобнее перехватывая хлыст, — как и все драконы, мнящие себя вершинами творения. А по факту мало чем отличаетесь от нас, простых людей, потому что все вы когда-то и были людьми. Только почему-то упорно игнорируете этот факт. Ну да мне нет до тебя никакого дела, дарк.

С этими словами он подал короткий знак кому-то из своих подельников, и тут же в воздух взлетели те самые две сети, намереваясь опуститься на наши с Айденом головы.

— А вот это вы зря, — выдохнул принц и, резко развернувшись, обнял меня.

Вокруг взревел огненно-черный вихрь с красными всполохами, и только в последний момент я успела заметить, что под нашими ногами тоже горела печать. Только ужасно сложная.

Эксплозия дракона. Она тоже активировалась магическим руном!

В то же мгновение мы очутились на другом конце храма.

— Он исчез! — зарычал главарь. — Не может быть, здесь же стоит магический запрет на эксплозию, как и на оборот!

— Нет ни одного запрета, который не смог бы обойти истинный дракон, — спокойно ответил Айден, взмахнул рукой, и в ту же секунду прозрачные печати магов рассыпались хрустальной пылью, так и не вступив в силу.

Колдуны выглядели ошарашенно и даже отступили на шаг назад, пропуская вперед своих товарищей, натренированных на ближний бой.

— Истинный?.. — выдохнул убийца. — Айденион Огненнокрылый… — проговорил он без вопроса, кивая самому себе, словно наконец-то сложил два и два. — Я должен был догадаться по твоим странным крыльям…

Он ударил хлыстом о пол, и стены храма задрожали. А затем выбросил вперед кисть с зажатыми в ней шарами, скрепленными тонкой цепью. Они полетели в нашу сторону, на ходу обращаясь в ураганные вихри, засасывающие все вокруг, вытягивающие сам воздух и, кажется, жизнь.

— Что ж, принц… не обессудь, — добавил тогда главарь, когда вслед за вихрями к нам стали подбираться остальные убийцы, приготовив клинки. Как ни странно, маги отступили назад, словно это был не их бой. — Нам, по сути, все равно, принц ты или нет. За твою кровь дадут даже больше. Девчонку только жалко, хорошенькая. Хотя дарковские шлюхи заслужили свою участь.

Последние слова он почти выплюнул.

— Убейте их, парни! Против “Голода бездны” любая магия бесполезна!

И я поняла, что он прав. Эти вихри, что вращались с трех сторон от нас, не приносили какого-то физического вреда, вот только едва Айден активировал новую сложную печать, как ее засосало в центр одного из этих торнадо. Уже там, внутри, она разрушилась и исчезла, будто ее и не было.

А на нас с принцем прыгнули сразу двое воинов.

Я видела, как мелькали острые черные клинки перед обнаженной кожей Айдена, и у меня внутри все сжималось от ужаса. Я помнила, что всего одна царапина для него будет означать смерть. Принц уворачивался от лезвий, каким-то неведомым образом умудряясь проскальзывать под занесенными ударами, а я отступила на пару шагов назад, упершись спиной в стену.

Пару мгновений назад дарк переместил нас сюда так, что враги могли приблизиться к нам лишь с одной стороны. Это было выгодно тем, что теперь никто из них не мог достать, например, меня. Вот только и отступать нам обоим было уже некуда.

Айден продолжал уворачиваться и бить в ответ. Одним ударом он разбил челюсть первого нападавшего, затем сделал ловкую подсечку, сбив с ног второго, и, припав на одно колено, кулаком сломал ему шею. Я услышала страшный глухой хруст, после которого оказалось, что кадык убийцы просто вошел в его горло. Мужчина захрипел и почти сразу же потерял сознание. Только его тело продолжало конвульсивно дергаться: он умирал.

Но место первых двоих тут же заняли трое новых. А сзади в рассветных лучах виднелись еще десяток человек, готовившихся нападать.

Я закрыла рот дрожащими пальцами, пытаясь понять, что вообще можно сделать. Чем помочь? Ведь я не умела драться! А если бы воспользовалась магией, то та тут же рассеялась бы в вихрях. Так на что я могу сгодиться, кроме как стоять в углу и дрожать?..

Однако когда совершенно неожиданно и вторая тройка врагов оказалась полумертвой на полу перед Айденом, а он в это время лишь стер кровь с разбитой губы, уверенность убийц ощутимо пошатнулось. Уже пятеро из них были выведены из строя, и остальные не торопились занимать их место.

— Дожимайте его, парни, он не даст нам уйти, — глухо сказал главарь, самолично выходя вперед. — Это имперский принц. За его кровь нас озолотят, а вы, ребята, — он бросил короткий взгляд на своих магов, которые благоразумно стояли в стороне, — будете иметь возможность повысить свой уровень до небывалых высот.

После этих слов маги тоже переглянулись и шагнули вперед.

Несмотря на то, что вихри все еще завывали рядом, пульсируя голодной мощью, у каждого из колдунов в руках оказалось какое-то личное магическое оружие, похоже заготовленное на крайний случай.

Тогда мне стало ясно, что не будь Айден принцем, возможно, лишившись нескольких товарищей, нападавшие попытались бы отступить. Как это было у меня во сне. Однако теперь, зная, что повелитель в любом случае найдет их и убьет за столь дерзкое покушение на себя самого, они готовились драться до последней капли крови.

— Не стоит стараться, — коротко бросил принц, выпрямляясь и давая себе несколько секунд на передышку. — Кровь дракона повышает магию лишь временно.

— Твоей крови нам хватит на много лет, Айденион Огненнокрылый, — улыбнулся главарь. Впрочем, в его улыбке не было ни капли веселья. — Но если ты готов отпустить нас, мы уйдем.

Убийца на миг поднял руку вверх, ожидая ответа принца, и каждый из его приспешников замер, повинуясь приказу.

У меня сердце остановилось в груди. Они могут уйти! Оставят нас в покое! Я едва не подпрыгнула от радости, вот только неожиданно Айден… не сказал в ответ ни слова. И мне стало ясно, что он их не отпустит.

Но как?! Почему?

Я на цыпочках подошла к принцу, боясь сделать какое-то неверное движение, и прошептала ему на ухо:

— Они же могут нас убить, тебя убить, Айден! Я это видела! Пусть катятся на все четыре стороны.

Мужчина не поворачивал ко мне головы. И за несколько коротких мгновений, пока он молчал, прежде чем ответить мне, я успела заметить на его теле несколько наливающихся синяков. Царапин не было вовсе. Лишь губа, разбитая от чьего-то меткого кулака, немного кровоточила.

— Они видели мои крылья, Селина, — проговорил наконец принц еле слышно.

И я поняла, что это конец. Айден не выпустит врагов даже под страхом смерти.

— Но тебе не стоит бояться, — тихо добавил принц для меня одной и уже гораздо громче закончил: — Знаешь, в чем твоя ошибка, человек? — направил он свой вопрос главарю банды. — Ты не учел, что ни одна человеческая магия не способна остановить истинного дракона.

Главарь склонил голову набок и ощутимо напрягся. Слова Айдена звучали как пустая бравада, ведь буквально весь последний десяток минут принц дрался на их условиях — то есть без магии. Создавалось впечатление, что у нападающих все получается.

Но если принц не лжет… значит, он поддавался специально?..

В тот же момент, как прозвучали последние слова дарка, он поднял руки и широко раскрыл пальцы на ладонях. Вслед за этим движением, словно цветы, на полу храма начали распускаться магические печати. Одна за другой, будто замаскированные мины, на которые нельзя наступать, они проявлялись из темноты, заставляя нападавших в ужасе оборачиваться и озираться по сторонам.

Несмотря на то, что серые вихри все еще завывали силой, они никак не могли всосать эти новые печати.

— Но… как это возможно? — ахнул главарь, делая шаг назад. — Ведь “Голод бездны” уничтожает любое руно еще на стадии изготовления!

Я же рассматривала колдовской рисунок чудовищной сложности, что теперь испещрял весь пол храма, и не могла представить, как вообще можно было держать в голове нечто подобное.

— “Голод бездны” — печать четвертого уровня с концентрическими кругами пятого, — с готовностью пояснил принц, щелкнув пальцами. Вслед за этим движением его собственные руна вспыхнули золотом, наливаясь силой.

Я почувствовала, как завибрировал воздух от незримой мощи, что разливалась вокруг. Воды бассейна задрожали, поднимаясь вверх искрящимся паром, который втягивался в эти самые печати, наполняя их.

Похоже, так Айден напитывал свое колдовство силой... Удивительное зрелище! получалось, что сперва печать нужно мысленно нарисовать, подготовить ее, на что требуется иногда изрядное количество времени, а затем, как пустую емкость, наполнить получившийся рисунок содержимым — магией, которую здесь называли тиарэ.

— Я не знаю, где вы умудрились раздобыть артефакты, способные воспроизвести заклятие “Голодной бездны”, ведь они явно были зачарованы драконом. Полагаю, что выкрали, — продолжал Айден. — Однако все старания оказались напрасны. Печать четвертого уровня не способна противостоять пятому. Думаю, теперь это понятно даже вам. Вы рассчитывали встретить здесь простого дарка, чей уровень и впрямь не превышал бы четвертый с половиной. Мало кто из них сумел бы быстро разрушить магическое руно “Голодной бездны”. Вот только для истинного дракона это не помеха.

В тот же миг он едва заметно шевельнул пальцами, и вслед за этим все те печати, что рассредоточились по полу, вспыхнули слепящим желто-красным светом.

Я вжалась в стену, едва раздались первые крики. Излучение, сочившееся из колдовских рун, оказалось не простым. И едва оно падало на кожу наших врагов, как люди начинали сгорать заживо.

Я не могла на это смотреть. Испуганно закрыв лицо ладонями, я мечтала не только ничего не видеть, но и не слышать. С каждой секундой, что сквозь мои пальцы просачивался ядовито-желтый свет, я чувствовала, что вот-вот то же самое, что произошло с убийцами, случится и со мной.

В ушах громко и оглушительно стучало.

Но время шло, крики вокруг становились все тише, а я не чувствовала ничего, кроме сухого жара, словно совсем рядом разгорелся высокий костер…

А потом кто-то вдруг обнял меня, заслонив своим телом пугающее свечение. И я стала слышать только биение чужого сердца, успокаивающее, уверенное. Только оно и поглаживание горячих ладоней по моей спине.

Время шло, но я все еще не хотела открывать глаза. Словно стоит мне это сделать — и ужас вернется.

Тела. Кровь.

Шипение человеческой кожи.

Останки людей на полу…

— Посмотри на меня, — тихо проговорил принц, осторожно перебирая мои волосы, поглаживая, как кота, которого только что спас с дерева. То ли опасаясь, что тот убежит от страха, то ли отслеживая момент, когда зверь выпустит когти, чтобы разодрать руку спасителя.

Я хоть и не была страдающим котом, но чувствовала себя не менее паршиво.

— Не хочу смотреть, — выдохнула, но руки от лица все же убрала. Правда, глаза не открыла. Только прижалась щекой к обнаженной груди Айдена, к горячей гладкой коже, напрочь лишенной растительности, и глубоко вздохнула.

— Жалко, — вместо попытки убедить меня беззаботно проговорил принц, уперев подбородок в мою макушку. — Значит, придется прогнать ирлиса, а я думал, ты успеешь посмотреть.

Он начал выпускать меня из объятий, словно и впрямь собирался что-то делать.

— Кого прогнать? — встрепенулась я, быстро оглядываясь по сторонам и лишь в последний момент замечая хитро приподнятые уголки губ Айдена.

Впрочем, оказалось, что принц вовсе не обманул. Он тут же повернулся вполоборота к балкону и, взяв меня за руку, отвел туда, где утреннее солнце уже красиво освещало храм сквозь густую листву какого-то кустарника.

Сперва я ничего не замечала, несмотря на то, что Айден, прижав указательный палец к моим губам, другой рукой осторожно указал вперед, в просвет между веток.

Однако прошло несколько томительных мгновений, в течение которых любопытство начало превышать все мыслимые и немыслимые размеры, как я увидела между крупных темно-зеленых листьев чью-то острую мордочку.

Это оказался удивительный зверь! Его было почти невозможно разглядеть, потому что черная, как сажа, шерсть совершенно неожиданно переливалась изумрудно-зеленым, таким же, как и его миндалевидные глаза.

— Ух ты, какой хорошенький! — проговорила я, подавшись вперед, но Айден меня тут же вернул на место.

— Не стоит приближаться к нему, Селина, смотри лучше издалека.

— Но почему? — ахнула я, между прочим позабыв даже про трупы, которые должны были плотно усеивать пол храма.

Но в этот момент, случайно взглянув через плечо принца, поняла, что там, в зале, никого нет!

— Ой, а где же… — вырвалось из горла, тут же сжавшегося и пересохшего.

— Не думай о них больше, храм выглядит так, как и до того момента, когда мы в него вошли, — ровным голосом ответил дарк. — Ничто уже не напомнит тебе о случившемся.

Я тихо вздохнула и отвернулась, уперевшись локтями в поручни балкона. Таинственный зверек все еще сидел между листвой, внимательно смотря на меня и Айдена. Мне даже показалось, что он нас изучает с не меньшим интересом, чем мы его.

— Зачем этим людям была нужна твоя кровь? — спросила я принца, стараясь делать вид, что меня это ни чуточки не беспокоит.

Айден расположился рядом, касаясь плечом моего плеча. Черные волосы упали вниз вдоль лица, и только сейчас я заметила, что синяки, которые покрывали его мышцы еще пару минут назад, заметно побледнели. Теперь о пережитой схватке напоминала лишь разбитая нижняя губа… от взгляда на которую в груди все сжималось. Какой-то внутренний инстинкт жалеть и сострадать раненому не давал покоя; кроме того, и сам мужчина с такой царапиной выглядел по-разбойничьи привлекательно.

Я сглотнула ком в горле и сделала вид, что ничего не чувствую. Никакого там нестерпимого желания прижаться, прикоснуться или провести ладонью по щеке…

— Кровь дракона обладает магическими свойствами и на черном рынке магов стоит огромные деньги, — спокойно ответил дарк. — Но мало кто отважится попытаться ее добыть. Наказание — смертная казнь. Признаться, я впервые вижу столь дерзких преступников.

— Ясно, — кивнула я.

Другой мир — другие правила. Но и в моем мире продажа человеческих органов или частей тела не сюрприз. В Танзании, например, где людей-альбиносов периодически убивают или отрубают им руки или ноги, съедая по кусочкам. Причем частенько — собственные родственники.

Я встряхнула головой, отгоняя дурные мысли.

— Так что это за зверек и почему к нему нельзя приближаться? — вернулась я к таинственной мордочке в кустах.

Та, между прочим, неожиданно сменила положение и переползла слегка вперед. Теперь я видела короткое, довольно ловкое тело, маленькие лапки и длинный хвост с ярко-зеленой кисточкой на конце.

— Этих зверей называют ирлисами, — охотно ответил принц. — Они очень быстрые и опасные хищники. Умеют скрываться в листве и нападать оттуда на мелких животных. Или людей, если у тех вдруг окажется в руках что-то интересное для них. Они крайне живучи, убить ирлиса нужно еще постараться. А еще они совершенно неприручаемые.

— Ого, неприручаемые? Видимо, как у нас манулы, — проговорила я, зачарованно разглядывая существо. — И что же ты такой злой-то? Вот будь ты как кот, я бы тебя к себе взяла, — улыбнулась я, заглядывая в ярко-зеленые глаза зверька.

А тот вдруг прищурился и… повернул голову набок.

— Смотри, он меня понимает! — ахнула я, но Айден усмехнулся, покачав головой.

— Это вряд ли, — отметил он. — Ирлисы очень красивые, это факт. Но совсем-совсем дикие, Селина.

Но я резко схватила принца за руку, почувствовав небывалый ажиотаж.

— А ты можешь наколдовать мне… — на миг задумалась, — кусок мяса? Небольшой такой?

Айден приподнял брови, явно решая, что со мной такой теперь делать, но, покачав головой, вдруг сунул руку в неожиданно зажегшуюся прямо в воздухе печать.

С другой стороны от магического рисунка рука исчезла, но уже через мгновение появилась вновь с крупной ощипанной перепелкой.

— Держи, — подал принц ее мне, но я выхватила быстрее.

— Спасибо! — кивнула с улыбкой, чмокнув гладковыбритую щеку, и тут же протянула руку с перепелкой в сторону ирлиса. — Держи, красивый мой!

— Нет, Селина, не так! — крикнул Айден, но было уже поздно.

Зверь прыгнул прямо на меня.

Я успела только немного испугаться, а потом словно само время стало стремительно замедляться.

Айден двигался очень быстро, поэтому, наверное, если бы не вот этот самый страх, заставивший меня соображать резче и четче, чем обычно, то я наверняка пропустила бы момент, когда принц уничтожил бы ирлиса. По крайней мере, мужскую ладонь, которую вдруг окутало раскаленно-оранжевое пламя, я уж точно не сумела бы заметить, а значит, и нейтрализовать удар по зверю.

Но я заметила.

Мне одновременно было страшно оттого, что странный хищник вот-вот вцепится мне в пальцы, неосмотрительно сжимающие перепелку, и оттого, что другой хищник, значительно крупнее и опаснее, вот-вот подпалит шерсть первому.

И вот на размышления, к сожалению, времени не осталось. Нужно было решать — спасти свою руку или защитить бедолагу ирлиса, который ну никак не походил на злобную тварь.

Поэтому пришлось поступать не раздумывая, инстинктивно. Я подалась вперед и перехватила зверька в полете, меняя его траекторию, навстречу которой уже двигалась огненная кисть Айдена.

Огненная кисть! Ну как он вообще это делает, а?..

Но это я отвлеклась.

Поскольку здравый рассудок мне тоже пока не отказал и я понимала, что дикий зверь может располосовать меня на лоскутки когтями, а затем догрызть оставшееся острыми клыками, я попыталась тут же отбросить его в сторону. Вроде как поймала, увела из-под удара и позволила бедолаге бежать дальше вместе с перепелкой. Ну, то есть ирлису — бежать, перепелке — лететь в последнем бескрылом полете в сторону стены.

— Селина! — прорычал Айден, явно не предполагая, что я успею провести такой хитрый маневр.

Признаться, я и сама не предполагала. Потому что у меня ничего не вышло… Ирлис вцепился лапами в мою руку, а я по инерции полетела назад, грозясь больно удариться спиной о пол.

Пространство храма завертелось, стены поменялись местами с потолком, я успела попрощаться с пальцами, чувствуя, как к груди прижимается самый теплый и мягкий мех в моей жизни, а затем вдруг ощутила себя лежащей в крепких объятиях практически в полной темноте. Только через щели в больших красновато-огненных крыльях виднелось девственно-голубое небо и яркое утреннее солнце…

— Айден! — воскликнула я, запоздало сообразив, что он собственными крыльями заключил мое тело будто в кокон в паре сантиметров от пола, упав вместо меня.

Крылья тем временем раскрылись, а мужчина быстро навис надо мной всей своей мощной, увитой тугими мышцами фигурой, расставив руки по обе стороны от моей головы.

— Селина, — выдохнул он и вдруг… замер, не мигая глядя куда-то мне в область груди.

Только вот в этот раз я была уверена, что не моя обнаженная фигура так привлекла мужское внимание, а нечто подозрительно тихо чавкающее на моем левом предплечье.

— Что там? — еле слышно спросила я, глядя только на принца и боясь опустить голову вниз. — Он уже ест мои пальцы, да?

— Что самое удивительное — нет, — покачал головой принц, а меня немного успокоило то, что его кисти больше не горели и, похоже, он не собирался с рычащими криками отдирать от меня местного “манула”.

Тогда я наконец взглянула на своего подопечного и расслабленно выдохнула. Черная шерсть с изумрудным отливом переливалась на солнце, напоминая удивительный минерал лабрадор. Честное слово, маленькое тельце ирлиса могло бы принадлежать лемуру или очень крохотной и худой панде, а вот узкая мордочка с острыми клыками и крупными глазами явно давала понять, что это опасный хищник. Зверь, который с упоением хрустит сотней мелких косточек перепелки и от удовольствия даже щурится.

Вот только едва он открыл свои глазищи и заметил Айдена, приблизившегося настолько, чтобы схватить за шкирку и выкинуть, как сразу же шерсть на загривке приподнялась, а из горла донеслось предупреждающее рычание.

— Да-да, я понял, ты мне тоже не нравишься, — неторопливо произнес принц, не двинувшись с места, внимательно глядя в горящие зеленые глаза зверька и явно не опасаясь быть укушенным. — Селина, не двигайся. Сейчас я раздобуду еще пару перепелок, отброшу их в сторону, и ирлис с тебя слезет.

— Но я не хочу, чтобы он с меня слезал, он такой забавный! — надула я губы, совершенно покоренная теплым и блестящим комком любви. Ну как он мог быть злым? Я совершенно не понимала.

И более того, где-то глубоко внутри меня зиждилось воспоминание о том, что вообще-то прежде дружить с животными у меня не слишком-то получалось. Бывают люди, которые легко находят общий язык с собаками или кошками, кто-то умудряется приручить паука-птицееда или даже змею, потому что у них это в крови. Мое же общение с братьями нашими меньшими ограничивалось попугаем моей старой соседки бабы Лиды. Тот был породистый, большой. Она научила его разговаривать и запрещала меня клевать, видимо поэтому огромный “птеродактиль” по кличке Гром всегда разрешал мне себя чесать. С остальными животными как-то не ладилось. Уличные псы на меня бросались с лаем, кошек я сама не гладила, стараясь ничего не подцепить. В общем… устоять перед обаянием ирлиса у меня не было ни малейшего шанса.

Но и спорить с Айденом явно мог только человек, совершенно не дружащий с головой. Едва я хотела что-то возразить, как он грозно взглянул на меня, уже в процессе активируя в воздухе свою печать.

Я глубоко вздохнула и отвернулась к чавкающему зверьку. Пока принц добывал перепелок, я осторожно протянула к животному палец и, внимательно отслеживая малейшее изменение в его поведении, осторожно почесала ирлису ухо.

Как он заурчал! У меня даже сердце подпрыгнуло. Я сперва подумала, что он рычит, но нет! Зажмурился и урчал от удовольствия, даже не взглянув на новое угощение, которым Айден многозначительно водил у него под носом.

— Это какая-то магия, — выдохнул принц, все же бросив трех крупных перепелок к стене. — Он на них даже не посмотрел!

Я довольно растянула губы, стараясь не подначивать дарка. Он и так хмурился, стиснув зубы, явно не зная, что предпринять.

— Слушай, а у вас во дворце есть какой-нибудь зверинец или вольер?.. — едва я произнесла эту фразу, как зверь поднял голову и зарычал, внимательно глядя мне в глаза. Я тут же замолкла и поправилась, не веря, что делаю это: — Может, сад для животных?

Ирлис замолк и положил голову обратно мне на руку, ожидая продолжения глажки.

— Сад у нас есть, — мрачно ответил Айден. — Но не для животных, а для дарков. А еще для аар и челяди.

— Ну, значит, считай, что я раздобыла тебе новую аару, — фыркнула я, не сдержавшись.

После этой шутки Айден так взглянул на меня, что у меня мурашки пробежали по спине.

— Кто-то явно заигрался и очень хочет быть наказанным сегодня вечером. А может быть, даже днем, — мрачно проговорил мужчина, заставив меня изрядно покраснеть. В низ живота ухнул сноп жара.

Ну, честно говоря, у меня складывалось впечатление, что Айден наказывает вполне себе, кхм, терпимо. Ну, можно немного “помучиться”. Раз эдак парочку-троечку.

Но я ни за что не сказала бы этого принцу. Впрочем, похоже, от него все же не укрылась мое выражение лица. Я старательно старалась не улыбаться, видя, как сужаются его глаза.

Губы начали зудеть от напряжения, а насмешливо взлетевшую бровь я медленно опустила обратно пальцами, не сводя взгляда с мрачнеющего повелителя целого седьмого королевства Новой Райялари.

— Что ж, жребий брошен[1], Селина, — неторопливо проговорил он, выпрямляясь и вставая на ноги. От этой фразы меня изрядно встряхнуло.

 — Гай Юлий?.. — невольно вырвалось у меня.

Вдруг мелькнуло пугающее подозрение о том, что мой собственный мир связан с этим гораздо теснее, чем сказал Айден. Гораздо прочнее, чем я полагала.

Разум посетила болезненная мысль о том, что, может быть, все происходящее вообще плод моего воображения. Есть ли вероятность, что прямо сейчас я лежу в коме в какой-нибудь больнице своего родного города? Знакомые с работы пару раз приехали к белоснежной койке, опутанной трубками, чтобы посмотреть на мое лишенное сознания тело, убедиться, что это и впрямь я. А тем временем у меня в голове творится вся вот эта дикая магическая фантасмагория с колдовскими печатями, огненнокрылыми принцами и головокружительным сексом.

Может, у меня вообще кома на фоне длительного воздержания?..

Я встряхнула головой, чувствуя, как холодеют кончики пальцев.

— Какой еще Гай? — не понял Айден, сдвинув брови и стиснув зубы. — Это твой любовник? Я, кстати, все хотел спросить, но не находил момента. У тебя… в твоем мире был мужчина?

От резкой перемены темы я так опешила, что даже сперва не знала, что сказать. А потом так громко расхохоталась, что не могла остановиться. И по раздраженно-мрачному лицу принца поняла, что он точно не лжет. И совпадение цитаты великого полководца древнего Рима и мельком брошенной фразы Айдена — действительно случайно.

Дарк тем временем подал мне руку, и я, стараясь не тревожить “кота”, приняла ее и встала.

— Какой еще у меня может быть мужчина, когда ты, скажем так, сорвал цветочки, к которым я двадцать лет никого не подпускала? — фыркнула я, стараясь не глядеть на него.

Почему-то все равно было неловко. Однако краем глаза все же заметила, что после моего ответа Айден словно бы немного успокоился.

— Хорошо, — просто выдал он, прямо ладонью рисуя в воздухе одновременно несколько печатей. Мне захотелось его стукнуть, но я слишком засмотрелась на его волшбу. К тому же бить принца — тоже такое себе решение…

Медленно он выводил указательным пальцем рисунок, и вслед за его движениями напротив появлялся полупрозрачный символ. Затем еще один, и еще, и еще. Только спустя несколько бесконечных мгновений восторга, получив возможность наблюдать за процессом рождения магии в такой непосредственной близи, я поняла, что дарк делал это специально для меня, искоса отслеживая мою реакцию.

— Нравится? Теперь я понимаю, что ты и впрямь видела магические руна с самого начала, а я-то думал, что ошибся, ведь это почти невозможно…

Он покачал головой.

— А что ты делаешь? — завороженно спросила я, рассматривая один большой символ, зажегшийся в самом центре печати, что оказалась нарисована ниже остальных. И, кажется, я ее уже видела. Там внутри множества кругов горели тонкие линии, изображающие языки пламени.

— Это руно “Эксплозии дракона”, — с готовностью объяснил Айден, указывая на так заинтересовавшее меня изображение огня. — Оно ведет в Огненный Чертог, именно поэтому в центре начертано “истинное имя” замка.

После этих слов он обвел пальцем несколько языков пламени, прилегающих к ним завитушек и довольно простых символов.

— О, у замка есть свое имя? — выдохнула я.

А Айден бросил на меня такой странный взгляд, что мне вдруг показалось, будто я задала вовсе не такой уж простой вопрос. Словно в нем заключался какой-то скрытый смысл, который я не уловила.

— Да, — кивнул он наконец. — И не только у замка. При необходимости истинное имя можно дать чему угодно. И тогда с помощью этого имени можно будет переместиться к объекту из любой точки пространства.

— А человеку истинное имя дать можно? — без скрытого подтекста спросила я, но принц вздрогнул, будто я его ударила. И на этот раз его взгляд был настолько мрачным, насколько мрачен закат перед бурей.

В глазах цвета красного пламени я вдруг увидела вновь вспыхнувшее недоверие. Ядовитое, оранжевое.

Мне стало холодно.

Но прошел короткий миг — как дуновение ветра. Айден моргнул и спокойно ответил:

— Можно. Но у нас это считается таинством. И сменить его затем очень непросто.

— А зачем же менять? — не поняла я.

Принц глубоко вздохнул.

— Потому что истинное имя может узнать твой враг. И тогда скрыться от него будет невероятно сложно. Представь убийцу, способного подкрасться к тебе в ночи, когда ты спишь, незаметно появиться у тебя за спиной, пока ты умываешься перед сном, или утопить тебя в ванне, едва ты закроешь глаза?

— Какой ужас, — выдохнула я. — Это что же, такого убийцу потом и найти не получится? Любой человек может…

Принц покачал головой.

— Не любой. Использовать истинные имена может только очень сильный маг. Четвертый уровень. Последние три сотни лет — это только драконы. Теперь вот еще ты.

Он кинул на меня очередной странный взгляд, а меня бросило в жар от восторга.

Я единственная за последние триста лет! Я могу использовать тайные, или как их там, имена!

— Значит, я могу перемещаться в пространстве? — выдохнула я, так сильно прижав к себе ирлиса, что он возмущенно фыркнул.

За последний десяток минут я даже забыла о его присутствии, машинально продолжая поглаживать милашку за ухом. Он же явно никуда не торопился, уютно устроившись у меня на руке.

— Сможешь, — кивнул Айден, одновременно медленно выпуская силу в еще одну печать, что висела напротив него.

В этот раз я воочию увидела, как из центра его ладони словно лавиной пролилась вперед какая-то невидимая сила. Это было невозможно не заметить, потому что именно так чайник кипит, а из носика выходит жар. Так дрожит воздух, наполняясь горячим паром.

— Это тиарэ, — прокомментировал дарк, похоже вполне успешно отслеживая каждый мой взгляд, каждое выражение лица.

В тот же миг монета печати вспыхнула золотом, а мы с Айденом… перестали быть обнаженными. Восхитительно медленно на дарке стала материализовываться одежда — красивый костюм с длинным фраком, расшитым золотом, с рисунком драконьих крыльев на отворотах. Из кармана на груди вниз полукругом свисали пять тонких золотых цепей. Черные штаны, облегающие бедра и немного расширяющиеся книзу, украшал тонкий кожаный ремень, обмотанный вокруг тела трижды и закрепленный застежкой в виде ножен для кинжала на боку. Там же торчала драгоценная рукоять оружия.

А на мне из воздуха появилось платье. Сперва оно было полностью прозрачным, но с каждым мгновением ткань словно обретала плотность, становилась настоящей. Я трогала наряд, восхищаясь мягкостью, и не могла поверить.

Оно было великолепно! Все, что я носила прежде, не выдерживало никакого сравнения с ним.

Одновременно тонкое, но плотное, оно напоминало дым, который внезапно обратился нитями и сплелся в дивное совершенное творение. Удивительная светло-голубая ткань поблескивала в утреннем свете золотом и совершенно не нуждалась ни в каких украшениях. Лиф был расшит едва заметными рельефными цветами, тающими по направлению к подолу.

Едва мы вместе с принцем оказались полностью одетыми, а у него еще и пропали крылья, как он взял меня за руку, с подозрением косясь на ирлиса, но не проявляя к нему больше никакой агрессии. Тут же нас окружил огненно-красный вихрь с черными всполохами, обжигая легкие раскаленным воздухом.

Я задержала дыхание и зажмурилась, инстинктивно боясь, что сгорю заживо. Но снова все обошлось, и уже через мгновение Айден потянул меня вперед, а я поняла, что мы переместились. Открыла глаза и увидела высокие своды замка, который для меня прежде был доступен только изнутри одной-единственной комнаты. Теперь же вся красота Огненного Чертога навалилась на мое хрупкое сознание всепоглощающей лавиной.

Здесь было удивительно! Мне кажется, что ни один дворец в моем мире не стоял рядом с тем, что я увидела сейчас. Казалось бы, все замки должны быть одинаковы: высокие стены, каменные коридоры, мраморная отделка, прекрасные барельефы и лепнина… Но здесь было что-то совершенно иное.

Невероятно огромное пространство вокруг вызывало внутри ощущение чудовищной, почти нестерпимой свободы. Мне, привыкшей жить в узенькой квартирке многоэтажки человеческого муравейника, здесь было едва ли не страшно. Айден шел со мной по огромному коридору, который скорее напоминал зал размером с футбольное поле… С потолком, который уходил далеко в небо, и полом, отлитым будто бы из чистого золота.

У меня рябило в глазах от драгоценностей, которых тут было бессчетное количество. На стенах висели нити ограненных камней и жемчуга, золотые картины и золотые статуи. В некоторых местах с потолка на пол падали прозрачные шторы, которые, видимо, служили тут чем-то вроде имитации колонн. В складках ткани также прятались нити бус, заканчивающиеся маленькими летящими дракончиками.

Со всех сторон туда-сюда сновали какие-то люди. При виде нас они застывали и низко кланялись, а у меня сердце сжималось от нервов.

Я чувствовала, как по мне скользят любопытные взгляды, как они изучают мой наряд, мое лицо, всю мою внешность. И это было настолько неловко, насколько возможно. Казалось, что я выгляжу ужасно!

Вот только в какой-то момент мы остановились перед поворотом коридора, и в отражении гладкой зеркальной стены, также отлитой будто бы из чистого золота, я увидела свое отражение. И оттуда на меня смотрела... незнакомка.

Дикарка с огромными голубыми глазами на светлом лице, обрамленном облаком пышных персиково-золотых волос, что спадали на красивую грудь и узкие плечи. Хрупкая фигура оказалась идеально подчеркнута невообразимым по красоте платьем, а на руке этой нимфы, в которой я просто чисто рационально не могла узнать себя, сидел довольный ирлис, подняв голову и внимательно глядя вокруг острым взглядом изумрудных глаз. Глаз, которые, между прочим, и впрямь внушали некоторые опасения. Он смотрел так, как смотрит тигр, приготовившийся зажевать косулю.

Видимо, по этой причине все, кто встречал нас с Айденом на пути, предусмотрительно держались на приличном расстоянии.

— Почему ты разрешил мне взять ирлиса во дворец? — спросила я тогда, испытывая острое чувство, что принц нарочно показывает меня всем вокруг. Но не в силах на это как-то повлиять.

— Потому что звереныш совершенно точно не собирается с тебя слезать, — ответил Айден, бросая короткий взгляд на животное. — Я еще не понял почему, но, возможно, так даже лучше. Если тебе удастся приручить его, может быть, это даст подсказку…

— Подсказку? — не поняла я, но Айден вдруг замолк, словно сболтнул лишнего.

Он посмотрел на меня и, чуть прищурившись, улыбнулся одними уголками губ.

— Аара не должна быть такой любопытной, — проговорил он неторопливо, и от его низкого грудного голоса мурашки пробежали по пояснице. — И не забывай, что во дворце ты обращаешься ко мне на “вы”, Селина.

— Действительно, — выдохнула я, краснея. Слишком уж быстро я привыкла думать, что принц мой и только мой.

А ведь я для него всего лишь “одна из”.

— Что ж, тогда, ваше великолепие, будьте добры показать мне, как добраться до моей комнаты, и я с удовольствием не буду вас больше утруждать.

Айден замер, как ударенный, и его брови слегка удивленно взлетели вверх. Взгляд огненных глаз угрожающе сверкнул.

— Прямо и налево до конца, — ответил он спокойно, будто ничего не произошло. — К принцам Новой Райялари принято обращаться “ваше светлейшество” или просто “мой принц”. Дверь откроется от твоего прикосновения и не впустит больше никого.

После этого он дотронулся до моей руки и медленно поднес ее к губам, не сводя с меня острого, как лезвие, взгляда.

Я стиснула зубы, чтобы не показать, как меня это взволновало. И как взорвался крохотный фейерверк искр под кожей, едва его горячие губы дотронулись до меня.

— Дверь не впустит никого? — глухо спросила я, чтобы произнести хоть что-нибудь.

Айден выпрямился, и его взгляд сделался прохладным и даже слегка самоуверенным. Подбородок приподнялся.

— Никого, кроме меня, — закончил он. Затем попрощался со мной легким, даже каким-то царственным кивком и, развернувшись, исчез в сполохах огненно-черного вихря.

Я осталась одна, не веря, что это и впрямь так. Что посреди огромного замка, в котором даже дракон бы потерялся, я вдруг оказалась без провожатого! И никто не собирался следить за тем, сбегу я или нет…

Впрочем, наверно, ничего удивительного, ведь Айден знал, что бежать мне некуда. И знал, что его помощь мне гораздо нужнее, чем ему — мое присутствие в замке.

От последней мысли стало немного горько. И все же я не планировала расстраиваться, ведь в моем распоряжении был целый волшебный дворец! Вот только, развернувшись, чтобы хотя бы начать его осмотр, я поняла, что уже не одна.

Сердце едва не остановилось.

Там, возле одной из мягких струящихся “колонн”, расположилась довольно широкая винтовая лестница, уходящая словно бы в само небо. Уж насколько тут были огромные потолки — казалось, что нет никакого смысла строить туда подъем, ведь, пока станешь взбираться, раз триста рискнешь упасть. Однако вот она — лестница, сверкающая девственно-белым камнем, украшенным золотыми статуэтками. И в самой середине, крепко обхватив перила длинными светлыми пальцами, стоял… Ренвиэль Эстерийский. Вампир, который едва не прокусил мне шею.

Сердце в груди пропустило удар, замерев так, словно пыталось сделать вид, что его нет. Мне этого тоже резко захотелось.

Этого мужчину было невозможно не узнать. Белые, как снег, волосы едва прикрывали уши, серебром прядей падая на темные пронзительные глаза. Глаза, которые, не отрываясь, глядели на меня.

Я инстинктивно шагнула назад, чувствуя, как покрываюсь с головы до ног колючей изморозью страха, и понимая, что от этого человека не так просто будет скрыться. И, как назло, Айден пропал в самый ненужный момент. И зачем мне было его злить? Могла бы дождаться, пока проводит до “номера”, а там на здоровье — пусть бы мчался по своим принцевским делам!

Но ведь нет, мне надо было посмотреть дворец! Вот, пожалуйста, посмотрела. Только не на дворец, а в глаза, стремительно вспыхивающие красным светом.

Впрочем, едва я шагнула назад, как кто-то там жалобно вскрикнул. Я резко развернулась и увидела свою старую знакомую — Валиру Мейш, главную аару в атрисе повелителя Йенлавей, седьмого королевства Новой Райялари.

“Ух, кажется, запомнила”, — мелькнуло в голове.

— Осторожнее, дорогая, — ахнула она, поднимая вверх свои тонкие, почти детские ладони с хрупкими пальцами, украшенными бессчетным количеством колец. — Его светлейшество приказал заняться тобой, пойдем обсудим, что ты будешь делать в Огненном Чертоге дальше. Кстати, восхитительно красивое платье, это тебе из новой коллекции привезли? Я такого не видела! Удивительная ткань!

Я только успевала открыть рот для ответа, как приходилось закрывать, потому что Валира меняла тему. Однако, внимательнее приглядываясь к ней, я понимала, что девушка это не со зла, просто, похоже, она имела неосторожность говорить только то, что думает. А думала она много.

Я же все еще чувствовала холодные клещи страха, сжавшие желудок, и не могла сконцентрироваться. А когда повернула голову, чтобы снова увидеть Рэнвиэля, оказалось, что на лестнице его больше нет. Словно мне вообще показалось его присутствие здесь.

На какой-то миг я даже была склонна именно так и подумать. Вот только, к сожалению, инстинкты кричали, что это неправда. И тогда исчезновение вампира было еще более страшным фактом, ведь теперь он мог появиться в любом месте. Вообще в любом — даже у меня за спиной!

— Эй, ты чего такая дерганая? — сдвинула брови Валира, беря меня под руку и утягивая за собой. — Я тебя загрузила вопросами, да? Прости, даже не поздоровалась. Да куда ты там все смотришь?..

Я взглянула в большие и красивые, подведенные тонкой черной линией глаза главной аары и отстраненно пробормотала:

— Рэнвиэль Эстерийский… Он здесь? Или мне показалось?

Валира застыла на месте, сдвинув брови.

— Конечно, здесь! Он же посол Шеллаэрде и, между прочим, — она наклонилась ко мне, шепнув на ухо, словно какую-то тайну, — наследный княжич Кровавого тюльпана. Потрясающий мужчина!

Она совершенно серьезно закатила глаза к потолку, уводя меня все дальше от огромного зала, в конце которого сверкала белизной опустевшая лестница.

— Потрясающий? — невольно переспросила я. — Разве ты не в восторге от одного Айдена?

Валира фыркнула, бросив на меня ироничный взгляд и как-то игриво начав накручивать кончик косы на палец.

— Ну, когда-то я, конечно, была в восторге только от его светлейшества принца, — промурлыкала она, мечтательно закатив глаза к потолку. Впрочем, через мгновение аара посмотрела на меня гораздо серьезнее. — Но уже слишком много лет я просто распорядительница атриса, Селина. У дарков не принято привязываться к женщинам других рас, это и понятно, ведь их так мало. — Она развела руками. — Крылатое племя насчитывает не более нескольких тысяч драконов. И во избежание межрасовых браков каждого дарка с детства учат тому, что любые отношения с другими расами если и не порицаются, то не приветствуются.

В этот момент мне вдруг стало чуть более понятно, почему в день нашего знакомства Валира так гордилась тем, что она оборотень. Похоже, такие связи у них вовсе не приняты, но Валире все же удалось стать главной среди любовниц Айдена.

А девушка тем временем продолжала:

— Дарк может жениться только на даркессе и заводить интрижки тоже должен только с представительницами своего рода. Все ради детишек, само собой. У них, у бедняжек, это редкость…

Валира глубоко вздохнула, немного грустно сдвинув брови. И я поняла, что она не шутит, а и впрямь серьезно воспринимает проблемы дарков, которых тут почему-то называют драконами...

— Слушай, а “дарк” — это, видимо, такое производное от “дракон”, да? — уточнила я, пока аара уверенно вела меня вперед по громадному замку, в котором переходы были, может быть, и уже, чем чудовищно огромные залы, но настолько широки, что в них без труда поместились бы три поезда, следующие параллельно и независимо друг от друга. Коридоры имели закругленные стены, словно норы в пещере, однако при этом стены кругом переливались золотом: каждый крупный черный кирпич был словно бы обсыпан пылью из желтого драгоценного металла.

— Все верно, — с некоторым удивлением пояснила девушка. — Когда четыре века назад драконы возродились в человеческих телах, их стали называть дарками. Сперва это было именование именно для тех членов крылатого племени, в ком не текла истинная драконья кровь. Но затем так стали звать всех, потому что истинных все равно всего семеро — это наши принцы. Напомни, пожалуйста, ты уже говорила мне, почему не знаешь даже таких очевидных вещей? Откуда ты взялась?

Я вздрогнула, резко вспомнив, что Айден запретил мне рассказывать о своем иномирном происхождении. Но, признаться, мне и самой не слишком хотелось. Я пока чересчур мало понимала из происходящего вокруг. Настолько, что было бы ошибкой раскрывать все свои секреты.

— Я… некоторым образом забыла, — ответила первое, что пришло в голову. Но по вытянувшемуся лицу Валиры поняла, что она мне как минимум не верит. А поэтому поспешила добавить, подмешав в рассказ щепотку правды: — Видишь ли, последнее, что я помню, — как меня выбросило на дорогу, над которой летали автомо… дарклеры, — поправилась я, кашлянув в кулак. — Там, где я жила прежде, таких не было. После этого меня почти сразу схватили и привезли в Логово мотыльков некоей саны Миури и ее крайне неприятного родственника по имени Лейс. Дальше шла череда событий, которые довольно трудно рассказать в двух словах, но едва мне удалось сбежать, как меня нашел принц Айденион. Все это очень странно, и поверь, я понятия не имею, как все это вышло и почему меня выбросило на ту трассу.

Я нарочно не стала говорить, что с Айденом мы встретились еще в борделе, памятуя о том, что дарки это скрывают. Вряд ли принцу это пошло бы на пользу.

— С ума сойти, — проговорила Валира, покачав головой. И на этот раз в ее взгляде было гораздо больше доверия. — Получается, что тебя выбросило эксплозией, но кто открыл переход?

— Я сама бы хотела это узнать, — задумчиво покачала я головой.

— Кстати, классный у тебя зверек, — заметила наконец моего “кота” девушка. — А это кто?

Тем временем мы подошли к каким-то высоким дверям из алого дерева, окованным черным металлом. Выглядело невероятно красиво, но это явно были не мои покои. Куда же привела меня главная аара?

— Это ирлис, — важно сообщила я, с удовольствием замечая, как округляются большие, подведенные черной краской глаза девушки. — Пока не придумала, как его будут звать. Да и где ему жить, тоже, признаться, не придумала. Вряд ли дикие животные приспособлены, чтобы спать на прикроватном коври…

— Ирлис?.. — выдохнула Валира, приложив ладонь к высокой груди, красиво обрамленной кружевами корсета. — Так они же злобные! Да и не живут рядом с поселениями людей или нелюдей.

Вздыхая, я с некоторой опаской посмотрела на полубелку-полуенота, свернувшегося у меня под боком и настороженно взиравшего по сторонам.

— В любом случае отцепляться от меня он явно не собирается. Похоже, он решил, что мы теперь друзья, а раз репутация у ирлисов боевая, то лучше с ним не спорить. — Я несколько нервно усмехнулась, а девушка закатила глаза к потолку.

— С ума сойти! Собственный ручной ирлис! Да тебе все девчонки обзавидуются! А принц не против? Ну конечно, он не против, — махнула рукой, не дав мне и слова вставить. — А то отобрал бы еще на входе во дворец.

После этого она резко протянула руку к животному с явным намерением почесать моего черного красавца за ухом. Вот только тот Валириной доброты не оценил и грозно зарычал, клацнув зубами в сантиметре от пальца девушки.

— Ай! — вскрикнула она, отпрыгивая в сторону. — Да что же это?.. Действительно дикий!

Я нервно улыбнулась. Неплохо было бы посадить куда-нибудь зверька, а то, не ровен час, и меня искусает. Вот только ирлис с моей руки слезать явно не планировал, а принуждать к чему-то местного манула было чревато печальными последствиями.

— Ну что ж, будет, значит, моим защитником, — виновато усмехнулась я, уже не так бойко протягивая к нему ладонь для поглаживания. К счастью, на меня ирлис не зарычал и даже не зашипел. Прикрыл свои зеленые глазищи и подозрительно довольно заурчал. Глазищи-то прикрыл, да не до конца, продолжая внимательно наблюдать за происходящим вокруг!

— Да от кого тут защищаться-то? — фыркнула девушка, наконец обращая мое внимание на помещение. — Это атрис Айдениона Огненнокрылого. Крыло, которое занято исключительно личной собственностью принца.

От последней фразы меня изрядно перекосило, но я старательно натягивала на лицо вялую улыбку.

Собственность, видишь ли, у него тут. Собственность!

— Сюда не имеют права заходить без его позволения, — продолжала девушка. — Кругом полно охранных чар, да и традиционные стражники никуда не делись, — указала она рукой вперед.

Там на добрую сотню метров раскинулся коридор, украшенный пышными живыми цветами. С одной стороны стена была абсолютно прозрачной, словно сделанной из чистейшего стекла, крупные гексагоны которого отделялись друг от друга аккуратно вписанными в архитектуру колоннами. А с другой на приличном расстоянии друг от друга шли двери, отличающиеся только оттенками цветов.

— Принц повелел выделить тебе новые покои, — проговорила девушка, ведя меня в самый конец этого коридора. А я тем временем не могла отделаться от мысли о том, насколько тут было красиво. Солнце светило сквозь прозрачное стекло, терялось в листьях диковинных растений. А с другой стороны этих громадных шестиугольных окон раскинулся совершенно дивный сад.

Впрочем, красоту этого места изрядно омрачал тот факт, что я теперь официально была “одной из”.

Пока мы шли в самый конец коридора, периодически на пути нам встречались очень красивые девушки, которые, судя по всему, жили именно тут. Я ожидала увидеть в их глазах что угодно: раздражение, оценивающие взгляды, ревность. Но они махали мне руками и улыбались. Впрочем, если приглядеться, у каждой было какое-то дело и в коридоре они явно оказались вовсе не для того, чтобы поглазеть на новенькую. Одна шла с мужчиной, в руках которого было несколько рулонов ткани, вторая несла какую-то схему, в которой прямо на ходу что-то чертила, а третья… поливала цветы. Ну а что, тоже дело!

Я же вдруг задумалась о том, что если у принца такой огромный гарем, то зачем вообще он посещал Логово мотыльков?

— Валира… — начала я осторожно, едва мы приблизились к самой последней двери в коридоре. — А Айденион часто… кхм… зовет кого-то из аар… ну… к себе?

Девушка подняла на меня насмешливый взгляд и вдруг… покачала головой.

— Нет. Нас здесь всего девятнадцать, и все мы уже давно не имеем связи с принцем. Мы служим во дворце в том или ином качестве, потому что его светлейшество не считает нужным нас увольнять, да будут долгими его годы, — улыбнулась девушка. — Конечно, иногда принц может прийти к кому-то ночью, если пожелает. Но точно так же он может наведаться и к даркессам, которые приезжают погостить и живут в другом крыле Чертога. А может улететь к кому-то в городе. Мы гораздо больше прислуга, чем любовницы.

— Значит, все вы просто работаете здесь, — кивнула я.

— Атрис должен восполнять магию дарка. Но принцу не нужно ничего восполнять, ведь он чистокровный дракон. Поэтому он бывает у нас очень редко.

“Не нужно ничего восполнять”... — эхом прозвучало у меня в голове.

Что-то здесь было не так с этой магией, но я пока не знала что.

— А даркессы… то есть женщины-драконы тоже есть в замке? — ухватилась я за еще одну фразу, брошенную Валирой.

— Конечно, — кивнула аара, заводя меня в широкую и очень уютную комнату, которая, как и коридор, с одной стороны имела полностью стеклянную стену, занавешенную тонкими и прозрачными, как туман, шторами. С другой стороны раскинулся тот самый сад, при виде которого мой ирлис заворочался. Там на крупных цветах щебетали какие-то птицы, и зверь глаза от них отвести не мог. — Обычно там живут драконицы простых родов, дочери, супруги или свободные даркессы низких родов, принадлежащих свите Айдена Огненнокрылого. Но вот недавно из Третьего королевства прибыла Ильнарион Ночная Искра. Она единственная дочь Глинвейлиона Серой молнии — главного казначея и приближенного к императорской семье. Полагаю, что она имеет какие-то виды на нашего принца. Но как по мне… так просто Айденион ей не достанется, — девушка неожиданно усмехнулась.

А у меня по позвоночнику скользнула неприятная дрожь.

Мало того, что у него тут гарем из двадцати прелестниц, так еще и невеста из соседнего королевства пожаловала.

“Да… Мне тут явно делать нечего…” — уныло подумала я, подходя к высоким прозрачным дверям, напоминающим балконные. Толкнула одну, и тут же с моей руки спрыгнул ирлис, выскочив на свежий воздух.

— Ах вот почему тебе пожаловали лучшую комнату, — фыркнула Валира, но, обернувшись, я заметила, что в ее взгляде не было особого раздражения. — Да, зверьку явно будет лучше с прямым выходом в сад. Ни у кого из нас в комнатах такого нет. Хотя, вот знаешь, я очень надеюсь, что у вас с нашим принцем случится какая-то серьезная интрижка. Вот соблазнила бы ты его, увлекла посильнее. Он, может, тогда отослал бы эту Искру восвояси! Такая она!.. Ох, нехорошо так про дарков говорить, нехорошо.

Она покачала головой и прикусила губу, перекинув на грудь тяжелую косу.

— Слушай, а ты не расскажешь мне, что там за история с драконами, их перевоплощением из людей да проблемами с магией? — вдруг попросила я, надеясь расставить все по местам раз и навсегда. Ведь что-то такое рассказывал мне уже и Айден.

Но на этот раз ответила мне, увы, вовсе не Валира.

— Позвольте, я вам расскажу, любезная аара, — раздался вдруг мужской голос с другой стороны от стеклянных дверей.

Я резко развернулась, почувствовав, как внутренности словно сжимает ледяной лентой.

На той стороне стоял мужчина лет сорока на вид, широкоплечий, прямой, как стрела, с острым взглядом из-под густых бровей. И вот только один этот взгляд был стократно старше, чем все его прочие детали внешности.

Он протянул мне руку и с улыбкой шевельнул пальцами, словно предлагая выйти из комнаты.

Я повернула голову назад и через плечо негромко спросила у Валиры:

— Разве ты не говорила, что на эту часть Чертога никто не может зайти?

Вопрос был логичен тем более, чем менее этот незнакомец походил на одного из слуг принца.

Главная аара развела руками и удивленно приподняла брови.

— Случаются и исключения, — проговорила она. — Когда нас посещает кто-то из старейшин Крылатого племени…

С этими словами она низко поклонилась, а я поняла, что от меня, судя по всему, требуется то же.

— Мое имяМельгорионСизый Пепел, — мягко проговорил он, не сводя с меня цепкого и острого, как бритва, взгляда, вцепившегося в меня и почти заставившего протянуть руку в ответ.

И как только я это сделала, мужчина жестко обхватил мои пальцы, потянув на себя. Я почувствовала сухой жар его широкой ладони и вздрогнула, выходя за пределы комнаты и оставляя склоненную Валиру где-то позади.

Мельгорион так и не дождался моего поклона, однако стоит отметить, что он словно бы на него и не рассчитывал. И это было немного странно… Словно он изначально отличал меня от других аар, не ставил между нами знака равенства.

Прошло всего несколько мгновений, а мы уже шли по узким дорожкам огромного зеленого парка, раскинувшегося внутри замковых стен. Со всех сторон вверх стремились башни Чертога, будто вытесанные самой природой из огненно-красного камня. И окружающая пышная растительность казалась оазисом среди колдовской каменной пустыни.

— А как ваше имя, любезная аара? — спросил он, улыбнувшись одними уголками губ. Однако мне показалось, что за этой улыбкой совсем ничего не было.

— Селина.

— Просто Селина? — приподнял бровь мужчина.

Я посмотрела по сторонам, как-то инстинктивно надеясь, что вот-вот из-за какого-нибудь куста выпрыгнет Айден и избавит меня от необходимости вести беседу с этим мужчиной, от которого веяло пугающей силой. Но, увы, принц не появлялся.

И поскольку моя фамилия вряд ли прозвучала бы нормально для этого королевства, ответить мне, в общем-то, было нечего.

— Просто Селина, — кивнула, надеясь сойти в лучшем случае за безродную, а в худшем — за дурочку.

— Что ж, пусть так, — неожиданно согласился Мельгорион, устремив прямой взгляд вперед. Серо-пепельные волосы упали на резко очерченное смуглое лицо. — Вы спрашивали, откуда произошли дарки, не так ли? — любезно напомнил он, сворачивая на узкую тропинку среди высоких кустарников шиповника.

Воздух здесь был наполнен совершенно потрясающими ароматами цветов, а солнце светило не так ярко, пробиваясь сквозь густую листву. Невероятная красота!.. И тишина, нарушаемая лишь легким шелестом ветра да шорохом наших шагов…

— Да, спрашивала, — невольно заинтересованная, ответила я, повернув голову к этому странному мужчине, который значился у Айдена старейшиной.

Признаться, он вовсе не казался мне страшным или отталкивающим. У него было прямое лицо с волевым подбородком, обрамленное стальным водопадом волос, мощная грудная клетка с широкими плечами и необычная одежда, подчеркивающая его фигуру. Однако глаза были тем, что заставляло буквально забыть о прочих чертах внешности. Его глаза казались бездонной пропастью, которая одновременно завораживала и пугала до дрожи.

А дальше он начал рассказывать нечто очень интересное.

— Все драконы когда-то были людьми, — прозвучал его негромкий низкий голос, в отзвуках которого будто слышался отдаленный рокот каменной лавины. — Каждый из нас когда-то и знать не знал, что значит расправить крылья, взмывая в небо птицей. Мы не ведали, что значит чувствовать восход раскаленного солнца сталью чешуи. Не представляли, каково это — хранить в груди безумие огненной стихии… И я был таким же, как ты…

Он повернул голову, бросив на меня короткий взгляд своей бездны, в которой сейчас словно виднелись серые отблески грозы. Но мгновение — и он вновь посмотрел вперед.

— Первой из нас переродилась королева драконов, — продолжал он свой рассказ. — Амелион Златопламенная, мать Айдениона. Именно она нашла способ возродить Крылатое племя, почти тысячу веков назад уничтоженное людьми.

Я была настолько зачарована его тихо рокочущим голосом и странным, удивительным рассказом, что даже не сразу заметила, какМельгорионвзял меня под руку. И теперь мы шли бок о бок, касаясь друг друга.

Обратив внимание на эту странность, я вздрогнула и попыталась убрать руку, но мужчина положил свою ладонь поверх моей, и это стало совершенно невозможно. Разве что мне пришлось бы вырываться силой… а значит, показывать свой страх.

— А именно все произошло следующим образом, — спокойно продолжил мужчина, обжигая мои пальцы горячим прикосновением. — В тело простой девушки по имени Амелия вселился дух погибшей королевы драконов. Благодаря непростой магии их души слились воедино, образовав новый организм. Разум дракона подарил человеческому телу магию и возможность превращаться в совершенное крылатое существо. В дитя богов… А человеческое тело ограничило отмеренные им годы и заблокировало магию пятого уровня… — с легким разочарованием в голосе проговорил Мельгорион. А затем, снова взглянув на меня, добавил: — Однако оно же подарило мертвым драконам новую жизнь.

В этот момент он вдруг остановился прямо посреди тропинки. Я была вынуждена замереть возле него, причем так близко, что это было почти неприлично. Дело в том, что мужчина будто нарочно выбрал для остановки то место, где кусты шиповника максимально смыкались, буквально “съев” все свободное пространство. Чтобы расположиться тут хоть чуть-чуть удобно и без риска быть исколотой острыми цветочными иглами, я должна была... прижаться к старейшине. И, конечно, я пыталась этого избежать всеми доступными способами.

Между тем его рассказ всколыхнул внутри меня столько мыслей и эмоций, что о навязанной остановке среди кустов я думала уже не столь внимательно.

— Значит… вы были человеком, а сейчас вы — дарк? — пыталась сообразить я.

— Да, девочка, — с мягкой, но хищной улыбкой ответил мужчина.

— И в вас тоже вселился дух дракона?

— Да, — кивнул он, затем чуть склонив голову набок. — Мало кто уже помнит об этом из ныне живущих. Большая часть первых из дарков уже отправились к Яросветной деве и Громтуманному мужу на великие Алые поля богов. Но я — нет. Я видел, как родилась Новая Райялари. Я помогал императору и императрице создавать ее. И я же одним из первых предложил свое тело и свой дух на слияние с душой дракона.

— Удивительно, — выдохнула я, чувствуя легкое головокружение от полученной информации. Тут впору было роман писать или хотя бы пару-тройку научно-фантастических статей в мою колонку “Новостей и сенсаций в Торговом Доме “Витязь”.

— Вы не представляете, насколько это и впрямь удивительно, — мягко улыбнулся Мельгорион, вдруг подняв руку и коснувшись моего подбородка.

По спине будто прокатилась лавина из снежинок.

В этот момент, глядя в серые, блестящие, словно от грозового дождя, глаза старейшины я особенно отчетливо ощутила, насколько он старше. Будто бесконечно, необъятно старше.

— Кстати, — пробубнила я, стараясь побыстрее выйти из этого неловкого положения и разорвать странную позу, в которой мы оказались. Демонстративно развернулась и направилась вперед по тропинке. — Что вы имели в виду под “драконами”, не могли бы вы мне поведать? — невозмутимо спросила я, пытаясь окончательно понять, что к чему. Интуиция и мое вполне неплохо развитое предчувствие подсказывали, что все именно так, как представляется. Дракон — это и есть дракон. Страшный, огромный и с крыльями. В мире магии чего только не может быть! Однако разум упорно отказывался принимать такую постановку вопроса и подыскивал более простые варианты. Например, что “дракон” — это прозвище народа, наподобие “англичан” или “французов”. А может, это и вовсе напрямую связано с теми огненными крыльями, что вырастали за спиной Айдена… Впрочем, о них-то он запретил мне кому-либо рассказывать, значит, дело в другом.

Но не суть. Просто не верила я в драконов, и все тут!

Мельгорион подозрительно хитро прищурился.

— О, Селина, неужели его светлейшество принц до сих пор вам не показывал свой оборот?

— Свой что?.. — ахнула я, когда пространство вокруг стремительно затрещало, меняя очертания.

Буквально секунду назад мы выходили из густых кустов шиповника на широкую площадку, и я едва успела расслабиться, лишившись необходимости находиться с подозрительным старейшиной один на один под романтической цветочной сенью, как неожиданно начало происходить нечто ужасное.

Меня отшвырнуло в сторону потоком воздуха и тут же вернуло обратно толчком какого-то огромного серо-голубого бревна…

Ну, или я думала, что это бревно. Ровно до тех пор, как оно не раскрыло громадную, усыпанную клыками пасть и не выпустило в небо столб раскаленно-оранжевого пламени.

А бревно-хвост не закинуло меня на спину этой твари…

Ветер засвистел в ушах, и я что есть сил схватилась за выступы прочной и жесткой, как камень, чешуи. Пальцы свело судорогой, пока я вглядывалась в кожу огромного пепельно-серого чудовища, отливающего на солнце темной синевой. Казалось, что он просто не мог быть живым, настолько прочной была его чешуя. Как затвердевшее от столетий рельефное дерево.

Однако он шевелился, и под непробиваемой “корой” начало ощущаться движение скрытых мышц. Громадные крылья взмывали в воздух медленно и величественно, затем опускаясь и заставляя меня сильнее вжиматься в немного прохладную поверхность тела монстра.

Мне казалось, что я вот-вот умру. Если хоть немного ослаблю хватку — свалюсь в бездну под нами, что только с каждой секундой увеличивалась в размерах.

— Не бойся, Селина, аара седьмого принца Новой Райялари… — раздалось у меня в голове, и я не поверила собственному разуму. — Я не причиню вреда…

Голос казался хриплым и немного рычащим, как шум камнепада, разбивающегося о скалы.

— Тогда будьте добры, опустите меня на землю, — попыталась ответить я, но от страха свело губы, и мне едва удалось ими пошевелить. Впрочем, как ни странно, монстр меня вполне понял.

— Опущу, несомненно, — пророкотал ответ. — Но не раньше, чем покажу тебе, кто такие драконы. Разве не об этом ты спрашивала?..

В мысленном ответе Мельгориона не было слышно интонации, однако я отчетливо ощутила насмешку. Словно старейшина говорил со мной вживую.

— Что ж… с удовольствием послушаю, — через силу проговорила я, собирая в худенький кулачок остатки воли. Не стоило показывать дракону свой страх. Ради какой-то цели он явно рассчитывал выбить меня из равновесия этим фокусом с превращением. А значит, не стоило идти у него на поводу.

Вот только как же это было сложно! Когда в крови курсировал адреналин, сковывающий мышцы страх, едва ли можно было управлять собственным телом.

Однако я глубоко вдохнула и выдохнула, закрыв глаза и на несколько мгновений концентрируясь на воздухе, покидающем легкие.

А когда вновь посмотрела перед собой, и впрямь стало чуточку спокойнее.

— Как я и говорил, все драконы когда-то были людьми, — повторилМельгорионмедленно. Но я вдруг перебила:

— Кроме Айдениона и его братьев, не так ли?

Старейшина взмахнул крыльями, и несколько мгновений я слышала лишь свист ветра в ушах. Только затем он, будто нехотя, ответил:

— Да, и кроме императора Вайлариона Черной Смерти. Впрочем, он покинул наш мир более трех сотен лет назад вместе с императрицей.

— Они погибли? — осторожно уточнила я.

— Нет, — качнул огромной рогатой головой дракон, бросив прямо в полете на меня косой взгляд серебристо-белых глаз, отливающих голубым, как лунный камень. — Они прошли сквозь пространство, исчезнув в других мирах. С тех пор их никто не видел. Но, учитывая, что императрица Амелион — тоже даркесса, то есть возрожденная из человека, ее век мог давно закончиться. А вместе с ней мог уйти к Яросветной деве и Вайларион Черная Смерть.

“И оставить престол Новой Райялари без повелителей…” — казалось, должны были звучать его слова.

На этот раз обстановка в империи мне стала немного понятнее. Похоже, у императорской четы было семь сыновей. Каждый из них стал правителем одного из семи королевств, из которых и состоит государство. Вот только, похоже, до сих пор неизвестно, кто станет императором, то есть верховным правителем всей Новой Райялари, в случае если Вайларион и его жена и впрямь отправились на тот свет.

Получалось, что вся страна может внезапно стать полем сражения за власть как минимум братьев, а как максимум — приближенных к трону министров.

Не очень хорошо… Совсем не хорошо.

— А назван ли официальный наследник трона Новой Райялари? — спросила я, не вполне уверенная, что лезу в свое дело, но не в силах противиться желанию все разузнать.

— Конечно, — мысленно усмехнулся Мельгорион. — Вы интересуетесь политикой, Селина? — И, не дождавшись моего ответа, добавил: — Дофином Новой Райялари считается Элайдарион Золотой Закат, первый сын императорской четы, да будет свежий ветер вечность наполнять его крылья.

Несмотря на весь пиетет, который звучал в словах Мельгориона, и на отсутствие эмоциональной окраски мыслей, я все равно ощутила странную пустоту после сказанного старейшиной. Словно он не вложил в свой ответ ни капли истинного уважения к наследнику престола.

— Понятно, — задумчиво проговорила я, пытаясь понять, что же кроется за всеми словами этого странного дракона.

Признаться, полет уже почти совсем перестал меня пугать. Я глядела вниз, любуясь великолепной панорамой, раскинувшейся под крыльями: лесами и полями, сменяющими друг друга, зеленью трав и внезапно приближающейся синевой огромного озера.

— Значит, в принципе, в любой момент на трон Новой Райялари может взойти новый император, — проговорила я слегка монотонно, просто чтобы расставить все по местам.

Но внезапноМельгорионменя удивил.

— Нет, Селина, — раздался у меня в голове рокот его ответа. — К сожалению, императором нельзя стать, не имея императрицы. Союз короля и королевы драконов является основой правления Крылатого племени. То есть нет императрицы — не может быть и императора.

— В смысле? — выдохнула я, даже выпрямившись от удивления. Прижиматься к толстой и прочной шкуре дракона хотелось все меньше, и казалось, что в этом уже вовсе нет нужды.

— В императорской чете хранится божественная сила, передающаяся следующим повелителям. В данный момент, несмотря на то, что Элайдарион является дофином империи, сила императора к нему не перешла. Так же как и нет ни одной драконицы, которая наследовала бы силу императрицы.

— Но… Это может означать, что Вайларион и Амелион живы? — уточнила я. — Если сила в них и она не передалась…

— Вы верно мыслите, Селина, — мягко, как водопад, разбивающий камни, ответил он. — Или же это означает, что никто из текущих претендентов на престол не осенен благословением Яросветной девы.

“То есть недостоин”, — додумала я за него.

И вздрогнула, осознав, насколько шатким может быть положение принцев, находящихся сейчас у руля правления страной. Насколько шатким может быть положение моего Айдена. И как мало еще я знала об империи, в которую попала.

Сердце на секунду остановилось, а под кожей будто зашевелились ледяные червячки предчувствия.

В голову вдруг закрался один простой логичный вопрос: зачемМельгорионунес меня из Чертога? Почему так неожиданно и так далеко? Ведь мы улетели уже, кажется, километров за пятьсот, не меньше, и он не думает поворачивать назад. А еще — рассказывает все эти странные факты о престолонаследовании. Факты, которые могут натолкнуть меня на определенные мысли.

Кончики пальцев мелко задрожали, к горлу подкатил очередной комок страха, да такой сильный, что голова закружилась. А затем внезапно произошло нечто странное.

Я закрыла глаза, а открыть уже не смогла. Мне хотелось кричать, потому что я очутилась в непроглядной черноте, лишь где-то на границе сознания еще слышался свист ветра в ушах. А затем перед глазами вспыхнула моя старая квартира…

Новая металлическая дверь, которую я совсем недавно установила, хрустящий замок на четыре поворота ключа. Вот я выхожу в коридор, намереваясь забежать в соседний магазин, как прямо на пороге соседней квартиры меня останавливает баба Лида, которую я знаю, кажется, с рождения. Она живет тут со своим попугаем совсем одна, без мужа и детей. Да и родственники к ней никогда не приезжают. Добрая, в общем-то, старушка, но периодически ужасно надоедливая. Вот как сейчас…

— Лин, тебе сережки не нужны новые? — спрашивает она, называя меня так, как только мама звала. Баба Лида и мама были знакомы, и к такому обращению я, в общем-то, привыкла… хотя все равно было не по себе.

— Какие сережки, баб Лид? Мне бы молока купить с творогом, — стараюсь я пройти мимо, потуже затягивая дубленку. На улице мороз, декабрь, новый год скоро.

Но не тут-то было.

— А вот зря отказываешься раньше времени, — улыбнулась она и достала из кармана удивительные сережки в форме снежинок, застывших внутри полумесяца. — Между прочим, как раз к Новому году подарочек бы себе сделала и старую женщину уважила. Мне, может, тоже молочка надо купить, а пенсии не хватает.

И тычет мне своими сережками. А те — ничего, блестят-то красиво. И в свете электрической лампочки будто золотыми искорками переливаются.

— Вам денег, что ль, одолжить, баб Лид? — говорю я по-свойски, все же не первый день знакомы и соседка мне хоть и не как родня, а человек и не чужой вовсе.

— Да ты лучше серьги вон возьми. Зачем мне в долг брать? Его еще отдавать придется, — усмехается она. — А тут мы с тобой сразу и рассчитаемся. Серьги, между прочим, новейшие! Я в лотерее выиграла, в торговом центре. Да вот, бирки только успела снять, примерила, а потом думаю: “На кой ляд тебе, старая карга, серьги? Уши и так до пола обвисли!” — и засмеялась.

Я тоже не смогла сдержать улыбки, когда она протянула мне украшение и, махнув рукой, добавила:

— Бери, отдам по сходной цене, нигде за такую не найдешь… Бери.

Оказалось и впрямь дешево, да и украшение мне понравилось. Я и взяла, решив, что запишу их в подарок себе на Новый год.

Тяжелые серебряные полумесяцы качнулись в моих руках, блеснули на прощание и исчезли вместе со всем видением…

А я открыла глаза, инстинктивно схватившись за сережки, словно они могли куда-то пропасть. Но те были на месте. Более того, стоило мне дотронуться до них в испуге, как по пальцам словно прошел легкий ток, кожа нагрелась.

— Так что вы думаете, Селина?.. — задал тем временем какой-то вопрос Мельгор, а я поняла, что мы как летели вперед, так и летим. Назад не повернули.

В виски ударил пульс, а я все еще не могла разжать пальцы, стиснувшие сережку.

Что-то было не так. Теперь я отчетливо чувствовала, что все совсем не так, как должно быть. И старейшина взял меня с собой вовсе не для того, чтобы покатать, иначе мы бы уже вернулись домой. Но тогда с какой целью?

Зачем?!

“Прыгай…” — вдруг раздалось в голове тихое, почти неразличимое. Будто ветер прошелестел особенно звонко.

Вот только под ребрами у меня все сжалось и изнутри словно начало покрываться льдом.

— Вы молчите, Селина?.. — снова спросил старейшина уже с некоторым опасением.

Вот только мои опасения были тысячекратно сильнее, чем его, и я не могла произнести ни звука.

“Прыгай…” — снова прошелестело в голове, и я отдернула руку от сережки, когда одна из них внезапно стала почти нестерпимо горячей.

Голос стих и больше не появлялся.

Я взглянула вниз, а под драконьими крыльями раскинулось огромное кристально-чистое озеро. Я могла видеть в его отражении нашу тень — огромного дракона, летящего в небесах.

— С вами все в порядке, Селина? — уточнил Мельгорион, повернув ко мне голову, и я поспешила выдавить из себя:

— Да-да, конечно, я просто задумалась.

— А, ну это бывает. Так красиво вокруг, не так ли?..

— Безусловно… — выдавили губы, пока я прислушивалась к тому, другому голосу, что больше не появлялся.

Страх никуда не делся, продолжая нарастать. И тогда, медленно подняв ладонь вверх, я снова коснулась той же горячей сережки и тут же услышала тихий, но полный силы шепот:

“Прыгай… а то будет поздно…”

И, устремив взгляд вперед, я заметила, что озеро далеко внизу заканчивается. Когда это произойдет, спрыгнуть я не смогу точно.

С другой стороны, и сейчас прыжок в воду с такой высоты грозил смертью! Удар о поверхность будет сравним с ударом об асфальт.

Однако если войти в воду вертикально, ногами… ведь прыгают же иногда люди с отвесных скал!

“Уже почти поздно…” — тихо просвистел голос, и я поняла, что это последний раз. Больше он не скажет ни слова, а я окажусь с Мельгорионом по прозвищу Сизый Пепел один на один в том месте, куда он собрался меня унести.

Без Айдена, который даже не знает о том, что меня уже нет в Чертоге…

А потому, глубоко вздохнув, одним махом я перекинула ноги на левую сторону туловища дракона и просто соскользнула вниз, надеясь, что не разобьюсь насмерть.