ГЛАВА 9

Сарес скрывается от меня за обширной дверью, а я где свалилась, там и продолжаю лежать. А хорошо тут. Темновато, правда, но хорошо… сухо, тепло. И я лежу, молча разглядывая свои руки. Так странно…они все в трещинах, заломах и разломах. Вот тебе и инопланетные технологии!

Сил встать нет. Если честно, я все удивляюсь, что смогла. Впрочем, моей заслуги в этом немного. Это все Сарес. Хотя нет, я молодец! Во всяком случае, не вопила во все горло, тем самым отвлекая некоторых от нашего спасения! Но надо встать и найти обещанный душ! Но сил нет…ну и что, полежу пока здесь, осмотрюсь.

Смотреть в этой части корабля было решительно нечего. Помещение больше напоминало трюм подводной лодки (да-да, я как — то отдыхала в Крыму и имею полное представление о подводных судах) нежели комнату звездолета. Темные, обшитые металлом стены, заваленные хламом углы, отсутствие иллюминаторов и тусклый желтоватый свет одного единственного светильника. Пахло здесь не очень — отходами, химией и инородными, но неприятными, запахами. В углу кто — то пошевелился, и я вскрикнула от неожиданности. И силы откуда — то взялись, и тело внезапно ожило и подскочило, забиваясь в противоположный угол. И вопль, неслабый, гортанный и звонкий вырвался из груди:

— Сарес! Сарес! — страх, движущая сила прогресса.

В углу притулился робот. Самый настоящий, железный робот. Он смотрел на меня искусственными глазами — диодами и не двигался, как — будто рассматривал. Я в свою очередь очень внимательно рассматривала его. Робот казался новеньким, чистеньким и блестящим. Его полированные бока поблескивали в свете тусклого освещения, а блестящая голова слегка раскачивалась взад и вперед.

— Будем знакомы, я Алена, — произнесла тихо, — теперь я член команды. А ты? Какая ты модель? Или, может быть, у тебя есть имя?

Робот звучно пибикнул и, неуклюже выбравшись из завалов, рванул в сторону, в след за Саресом. Все — таки придется встать. Я кое — как выскребла себя из угла и, с трудом передвигая ноги, пошла на поиски капитана корабля, по совместительству пилота.

Найти Сареса труда не составило. Путь на корабле был собственно один!

Массивная дверь со скрипом открыла мне проход, отъезжая в бок, и я увидела Сареса. Он нервно шагал туда — сюда, то и дело касаясь пальцами огромной панели с кнопками и хихикал от возбуждения. Я подошла к нему и сказала:

— Я познакомилась с твоим роботом. Он очень милый.

— А я познакомился с твоим схилком — он очень наглый!

Я отошла на шаг, пристраиваясь в огромное, комфортное кресло и, пожав плечами, сказала:

— Что тебя так разозлило? То, что твой робот милашка или что мой схилк практически нас поймал? В любом случае, все позади, и я требую обещанный душ.

Устроилась я с удобствами, нервного возбуждения не ощущала, поэтому была мила, приветлива и с интересом рассматривала «рубку» звездолета. Кстати, она отличалась весьма интересным интерьером. Помещение было большим, просторным и светлым, выполненным в пастельных зелено — голубых тонах. Никакого тебе металла стен и гладких отшлифованных поверхностей! В центре располагалась обычная такая, невысокая витая лестница, она уходила вверх — может быть, на второй этаж. Судя по тому, что дверей больше не наблюдалось — там располагались жилые каюты. Вся центральная стена была утыкана терминалом компьютера, кнопками, лицевыми панелями неизвестных мне приборов и, конечно же, множеством однообразных рычагов. А еще здесь были зеркала. Много зеркал! При взгляде под правильным углом зеркала отражали все необходимые показатели, хотя лично мне было не совсем ясно, для чего такое обилие данных может понадобиться одновременно. Но вообще «рубка» смотрелась чрезвычайно красиво и эффектно.

— В любом случае, схилк просчитался, — тихо выдавил Сарес, в то время когда я практически о нем позабыла, поглощенная своими думами. — У меня есть последний кусочек головоломки.

— Он был у схилка?

— В том числе и у него, — загадочно произнес Сарес. — Но дела потом, а сейчас ты должна выпить вот это и хорошенько отдохнуть. Я покажу тебе твою каюту.

В руках Сареса была очередная капсула. Я посмотрела на нее скептически.

— Это восстановит все биологические процессы в твоем организме. Ты член моего малочисленного экипажа, и я ценю твою жизнь.

Почему — то перед глазами пронеслось малоприятное воспоминание: грязная коморка, мертвое тело и мятый матрац. Да, хочется надеяться, что меня не постигнет та же судьба… Вообще, иллюзий по отношению к своему спасителю я не испытывала, а кто предупрежден — тот защищен!

Капсулу я взяла и молча пошла за Саресом на «второй» этаж.

— На корабле шесть кают. Они небольшие, но с полной комплектацией, — Сарес быстро прошелся по узкому коридору, выполненному в ярко-голубом цвете, и приветственно распахнул последнюю дверь. — Это каюта недавно ремонтировалась. Раньше ее использовали для гостей, — на последнем слове Сарес усмехнулся, — тебе она подойдет. Сейчас краткий инструктаж и потом отдыхать.

Я спокойно кивнула и последовала за ним, сжимая в руках капсулу. Выпью ее в тишине и покое. Опять же, хочется, чтобы удобства были под рукой.

Вместо дверей здесь были люки. Большие железные с красными символами над ними. Звездный корабль, как иначе! Люк распахнулся перед нами, пропуская внутрь. И я приглушенно выдохнула. Каюта оказалась очень уютной…мягкой и, на удивление, похожей на обычную девчачью комнату в обычной земной квартире. Первое сходство — это иллюминатор во всю стену! Квадратный, с белой рамочкой и прозрачным шифоном. Настоящее окно в мир космоса! А второе — несомненно, глухие розоватые цвета повсюду и да — мягкие стены, никакого железа, холодной плитки и гладких поверхностей. Пространство со сглаженными углами, бархатными стенами и темно розовым ковром на полу.

В овальной комнате имелась кровать, вот она как раз являла собой чудо инопланетной техники. Грубая, узкая, немного шершавая — этакий сюрреализм на ножках, кривых, между прочим. Хотя если присмотреться они имели определенную форму с радиусами и углами. Мягкой кровать не была — я потрогала, зато была прямоугольной формы — какое — никакое родство с земными кроватями. Больше в комнате ничего не было. Совсем ничего. Пустое пространство.

Сарес внимательно следил за моей реакцией, а потом отчего — то смутился.

— Если тебе не нравятся цвета, то можно заменить ковер и плед, — выговорил, пряча взгляд. И зачем — то поспешно добавил, — дезинфекция проводится регулярно, после каждого прихода в порт. И в этой комнате после ремонта не было ни души.

Его слова вместе со странным интерьером комнаты навели меня на определенные догадки:

— Комната для свиданий, да? Ты выделил мне комнату, предназначенную для свиданий, когда имеется как минимум пять свободных кают на корабле?

— Хочешь занять каюту Макраса? — предложил он. Я поняла, о ком речь…о бывшем втором пилоте. И резко помахала головой, выражая свое отношение к чужому имуществу.

— Мне тут нравится. Вид из окна красивый. Очень. И места для раздумий хоть отбавляй.

— Смотри сюда. Вот тут ниша шкафа. Полотенца, белье, стандартные скафандры и робы, — Сарес показал мне панель с кнопками, — а тут удобства. Плед и белье чистое, — замялся, — я все купил заранее. Не для тебя, конечно, а так … чтобы было. Отдыхай, тебе нужно поспать. А я займусь курсом. Пока мы просто дрейфуем на небольшой скорости — так нас сложнее засечь. Но ты не переживай, мы достаточно далеко от схилков.

— Спасибо тебе, — сказала громко и состроила благодарственную моську. Искреннюю, настоящую! Без Сареса у меня не было и шанса, а сейчас приятные перспективы радовали глаз. Все — таки космическое приключение может оказаться не только опасным, но и интересным. А еще я обязательно найду выход и вернусь домой.

— И вот еще, — Сарес улыбнулся, и положил на кровать небольшой планшет. Обычный такой, тонюсенький. — Это окно в Систему. Информация, магазины, библиотеки… Одеваешь голографические очки и вперед! Впрочем, можно и без них.

— Космический интернет! — взвизгнула я от радости и тут же скисла, — я не пойму и слова, да?!

— Все ты поймешь. У Землян довольно стандартная письменность. Опять же ты не единственный человек в Системе, да и языков множество. Просто переключи на нужный, и все. И можешь вливаться, — хмыкнул довольно, — твой аппарат не засечь.

— Это про него ты говорил да?

— Ага. Кстати, схилк сдохнет от бешенства! Не стесняйся, поиздевайся вдоволь, будут вопросы — зови. Программное обеспечение стандартное. Просто жми иконки на планшете и все.

Я засмеялась. Довольно так и нагло. Отомстить схилку, пусть только словом, очень приятненько! Главное, находиться при этом на значительном расстоянии от оного. И поэтому лучше подождать, когда мы удалимся куда — нибудь подальше. А пока… пока научусь пользоваться сетью и найду немного информации.

Я сглотнула капсулу и принялась ждать… собственно «восстановления всех процессов в организме». Не прошло и пяти минут как захотелось уединения. И я рванула в уборную со всей скоростью, на какую была способна. В это же мгновение загудели двигатели «Идиллии». Правильно, на борту капитан! Пора ускоряться!

Сделав свои дела, я решительно двинулась к душу. Ну, как двинулась — сделала пару шагов. Туалетная комната была на редкость миниатюрна. Гладкий пластик на стене, душевая кабина и собственно «клозет». Необычный, конечно, не земной, но с первого взгляда его роль и устройство не оставляли сомнений.

Вышла, замотавшись в полотенце, и прямо так рухнула на кровать. Божечки, как я устала! Организм ныл и стонал от неизвестных таблеток, боль от ранения постепенно возвращалась. Не такая сильная, как, наверное, должна быть. Глухая, приглушенная, но тянущая и неприятная. Хотелось есть и немного пить, а еще мороженого! Отчего — то очень хотелось мороженого.

Впрочем, нет ничего невозможного — в шкафу рядом с бельем я обнаружила стандартный приборчик для изготовления напитков. Его точное название я не вспомнила и решила называть более привычно «Блендер 2000». Не совсем подходит по смыслу, зато запомнить не в пример легче. Мороженое, конечно, не напиток, но с соляной кислотой вышло идеально. Так что стоит попробовать, главное, чтобы мысли не уплыли в ненужную сторону. Я быстро нажала кнопку и принялась старательно передавать свои мысли, четко представляя себе вкус клубничного мороженого.

Машина была настоящим чудом техники! Я стояла и рассматривала в своих руках настоящее мороженое. Розовое, сладко пахнущее клубникой и заточенное в обыкновенный пластмассовый стакан. Зато с огромной горкой!

Поэтому большой неожиданностью стала тихая трель с противным отголоском, неожиданно разорвавшая тишину каюты. Я настороженно подошла к планшету и дотронулась до него. Звук исходил от этого устройства.

«Наверное, я нечаянно что — то сделала и подключилась к сети», — мелькнула мысль. Но что — то подобное я в своих действиях припомнить не могла.

Инопланетный планшет с хлопком включился. От неожиданности я вскрикнула и еле удержала его в руке, в другой руке я прочно держала мороженку, и вот с ней расставаться не хотелось ни в коем случае.

Я хмуро взглянула на устройство, с его экрана прямо на меня смотрело задумчивое лицо Ара! Надеюсь, сеть работает не силой мысли?! Ведь правда?!

— Нажми на значок проектора, — вальяжно произнес Ар. И я неосознанно нажала на крохотный зеленый символ в левом верхнем углу экрана. Был ли он «проектором» не знаю, а вот то, что он был единственным значком на экране — совершенно точно. И вскрикнула повторно, когда прямо передо мной появился Ар собственной персоной, вольготно устроившийся на шикарном черном кресле с подлокотниками, с высоким бокалом в руке.

Я опасливо взглянула на Ара и тихо выдохнула, понимая, что прямо передо мной не сам Ар, а его голограмма — неплотное, прозрачное, объемное изображение. Стало легче дышать. Намного легче! Прямо захотелось выдохнуть «в голос», но вместо этого я плюхнулась на кровать задом и впечатала в себя мороженое, про которое совершенно забыла.

Я хмуро взглянула на влажный, розовый отпечаток на собственной коже чуть выше полотенца и мрачно перевела взгляд на Ара. Не о таких «издевательствах» я мечтала! Вот, не делай гадостей ближнему. В моем случае, не мечтай о гадостях для ближнего…

Ар с издевательским выражением на лице допил содержимое бокала и взял бутылку. Пробка выскочила с тихим хлопком, и схилк налил себе вновь. Я видела только то, чего касалось его тело: массивное кресло, на котором восседал схилк, гладкий серебристый пол и собственно бутылку в его руках. Все остальное было размыто. Но не надо быть ясновидящей — Ар находился на своем корабле. Хотя… кто их там разберет — интерьерчик — то везде одинаковый, а инопланетный мозг — субстанция неизученная!

— Твое здоровье, — показно приподнял он бокал, показывая, за чье собственно здоровье он выпивает, и залпом проглотил содержимое стакана. — Я думал, что больше не увижу тебя, — усмехнулся он, потер виски. Он выглядел уставшим и недовольным.

— Что мне сделается — то, — ужасно смутившись, произнесла я.

— Я живенько представлял, что ты издохла, задыхаясь в открытом космосе?! А может, пираты не так добры и человеколюбивы, как ты думаешь? И любят кровь и крики своих жертв… когда разделывают их тела на куски.

Я слегка выпучила глаза и, усмехаясь, произнесла:

— Ничего страшного не случилось. У кого-то слишком богатое воображение, а открытый космос он… необычайно красив.

Ар смотрел на меня не мигая. Я ощущала на себе его горячий, требовательный взгляд. Он ощупывал меня с ног до головы, обволакивая теплом и странным ощущением чужого беспокойства.

— Ты что же…волновался обо мне? — вопрос вылетел неожиданно, я не успела его удержать, тут же краснея от своей несдержанности.

Ар окинул меня странным взглядом, выдохнул и разжал руку. Бокал не упал на пол, он просто исчез «с экрана». Но звук бьющегося стекла я услышала.

— Не отвечай! — буркнула я, опережая ответ. — Понятно, что нет. Смысл переживать об утраченном товаре… Как говорится, одной больше одной меньше. Денежки пришли — «денюшки» ушли.

— Я этого не сказал, — медленно, выговаривая каждое слово, произнес Ар. Я внимательно посмотрела в его глаза. Сердце неистово забилось в груди, а мир, кажется, подернулся дымкой. У меня такое бывает… а с присутствием Ара в моей жизни подобное стало происходить все чаще и чаще! Мир исчез… каюта на звездном корабле, кровать, тихий шум двигателя… Все исчезло. Я смотрела в черные глаза Ара с расширенными зрачками и теряла себя.

— Но вижу, с тобой все в порядке. И это хорошо, — его резкие слова заставили вздрогнуть и отмереть.

— Хорошо?

— Для твоего дружка. Не придется ломать ему кости, когда мы встретимся.

Поразительная наглость Ара задела за живое, а вальяжная поза просто взбесила. И я ответила грубо и нагло:

— Не стоит тратить время на наши поиски. Мой дружок, как выяснилось, тебе не по зубам. Так что стоит поберечь свои… кости.

Ар усмехнулся моим словам и медленно, но так говоряще, перевел взгляд с лица… немного ниже.

— Ты голодна, Алена. Тебе стоит поесть, — голос Ара приобрел низкие, царапающие нотки. А взгляд — взгляд был направлен на меня. И явно не на глаза…

Я посмотрела вниз и яростно покраснела. Бархатное полотенчико в пылу моей «страстной речи» съехало в бок, обнажая довольно солидный участок кожи. Конечно, часть груди была все — таки закрыта, но та, которая открывалась взору, как это не прискорбно, выглядела на редкость… «обнаженной» и эротично открытой.

Я бросилась подтягивать полотенце и совсем забыла о мороженом, зажатом в моей руке. С тихим «плюхом» оно свалилось на тело и прямо на моих глазах прочертило дорожку собственно вниз, прямо между…прямо по впадинке между…

— А-а-а, — тихо взвизгнула я от холода, стряхивая остатки розового «клубочка». Плотная субстанция, как выяснилось инопланетное мороженое сильно отличалось по консистенции от земного, проскользило по мне на пол, оставляя сладкую розовую дорожку на теле.

Ар смотрел, не отрываясь, поглощая взглядом всю меня. Его взгляд плавно скользил по обнаженной коже, лаская, заставляя вздрагивать от собственных эмоций и жара, проступающего на щеках пятнами.

— Я. Хочу. Тебя поцеловать.

Я дернулась, пытаясь подобрать слова.

— Судя по выражению твоего лица — ты хочешь совсем не этого, — ехидно произнесла я. — Но если бы нас не разделяли огромные расстояния, я все равно сказала бы нет.

— Почему? Я могу устроить небольшой виртуальный контакт, — произнес хрипло. — Обещаю, тебе понравится.

«Это что же… он мне сейчас виртуальный интим предложил, что ли…» — умная мысль посетила голову.

— Не вижу смысла вступать с тобой в контакт. Да и не люблю я… «последнюю гастроль». Однажды она уже вышла мне боком.

— Гастроль?

— Именно, — резко втянула воздух, пытаясь прогнать ненужные воспоминания. Стас — урод, и вспоминать о нем нужно только в момент планирования планов о мщении.

Ар смотрел настойчиво и нагло, его губы кривились в ехидной ухмылке, а в глазах жила тьма. Скорее для себя, чем для него я настойчиво повторила:

— Нет, Ар. Я против виртуальной любви и… сочувствую тебе. Корабль у тебя есть. Власть — есть, а вот любви настоящей, горячей, с прикосновениями и объятиями, такой, что хочется быть рядом, трогать и ощущать — нет.

И вот зря я это сказала. И посмотрела в глаза Ара тоже зря. Ар смотрел на мои губы. Темно. Дико. Так, словно не мог оторваться.

— Скажи еще раз, — произнес глухо.

— Что? Знаешь, я не буду повторять свою пламенную речь. Как говориться, и одного раза достаточно, — с ехидством произнесла я.

— Ты странно произносишь мое имя. Скажи еще. Хочу услышать.

Я нахмурились. Кажется, из моих слов Ар не услышал и звука.

— Да ни за что! — нахмурились я, не понимая, в какую игру он играет.

— Ты права, приятнее услышать твой голос без искажений. Но это подождет. Видишь, на какие жертвы я иду, лишь бы ты была довольна и немного отдохнула от моего общества. Надеюсь, расставание пойдет тебе на пользу, и при нашей скорой встречи ты будешь покладистей.

— Мы больше не увидимся. Это мой последний звонок. Хотела просто кое — что сказать тебе на последок.

На самом деле я не знала, что сказать. Когда я думала о том, что обязательно скажу Ару последнее «прощай» — это в голове выглядело совсем иначе.

Что — то вновь запиликало. Какой противный звук! Лицо Ара подернулось дымкой, а тело слегка смазалось. Этот «трынь» напоминал выход в интернет… раньше, когда сеть только появилась в жизни людей.

— Желтый символ на планшете, — подсказал Ар.

— А, что?

— Нажми желтый символ и одень очки. Сделай это, Алена.

И я одела очки, и кнопку нажала. Просто не могла представить себе подобного! Вот так просто, не задумываясь о последствиях! И меня все — таки засосало в виртуальную реальность!

Перед глазами все поплыло, зарябило, как будто меня засасывало в глубокий туннель. От неожиданности и страха я зажмурилась, оттого и не успела подробно все рассмотреть, но быстро взяла себя в руки и открыла глаза. Только вот это меня не спасло от… потрясения.

Ар стоял напротив. Живой. Дышащий. И совсем не виртуальный. Стоял близко-близко и ухмылялся.

— Я волновался, — легко прикоснулся губами к моему виску. Скользнул вниз открытым ртом. По скуле. Губам. Еще не прикасаясь, но заставляя подрагивать от напряжения.

— Не надо, — пискнула я. И мой голос странно отразился … как эхом… как в пустоте.

— Я тебе разонравился? Быстро…

— Не хочу виртуала, — еще одно прикосновение губ. К щеке. К краешку губ. Жарко, очень жарко. Горячая волна окатила мое тело с ног до головы. Не скажу, что это были приятные ощущения. Скорее нет, чем да.

— Тебе ведь нравится. Я нравлюсь. Не отрицай, я чувствую, — и вновь горячее прикосновение.

— С чего ты взял? — тихо — тихо, и не уверенно. И уже громче и резче:

— Я была в плену и готова была на все ради спасения. Ты мне казался защитой от всех. Увы, я ошиблась.

— Я видел в тебе слабую человечку. Необычную, но слабую. Я ошибся. Впервые.

Хотела сказать тихое…«не совсем». Я слабая. Трусливая… и мне страшно. До сих пор страшно. Но зачем слова. Мы больше не встретимся. Лишь ухмыльнулась, нацепив безразличную маску.

— Теперь это не важно. Рабыни с Земли больше нет, теперь я свободна и только благодаря Саресу жива.

— Значит, пирата зовут Сарес, — протянул как — то чересчур спокойно. — Приятно узнать имя того, кого собираешься отправить к праотцам.

— Давай закончим на этом.

Злая ухмылка появилась на лице Ара. И как гром среди ясного неба прозвучало неожиданное:

— Пирату ты позволяешь не только поцелуи? Плата за спасение или что — то иное?

— Тебе не понять моих чувств! — разъярилась я. — Сарес храбрый, сильный и благородный! Пусть и пират, но он знает значение слова честь! Тебе с ним не сравниться! Работорговцы просто не знают смысла подобных слов!

Лицо Ара застыло, превращаясь в ледяную маску. А в глазах появилось что — то убийственное. Я прикусила язык, отступая назад. Кажется, сейчас я перешла невидимую черту.

— Во мне нет и капли благородства — в этом ты, несомненно, права, — презрительно усмехнулся схилк. — Но для равновесия мне дано не менее благородное качество — целеустремленность. Вкупе с собственническими наклонностями эта отличительная черта творит чудеса.

Намек, что меня отыщут во что бы то не стало, я восприняла легко и спокойно. А вот ощущать тело Ара так близко, не смотря на виртуальность происходящего, было тяжело. Все инстинкты просто вопили об опасности. Тело горело от стеснения и… желания.

Я смотрела только в его глаза и не заметила, как мы вновь оказались рядом. Расстояние в метр между нашими телами давало, пусть мнимое, но все же, ощущение безопасности. Ар приблизился, вырывая воздух из легких. Я задохнулась от подступившей паники. Казалось еще миг и хрупкое перемирие не выдержит, разобьется…и мы рухнем вниз. Кажется, я упиралась в его грудь руками… даже, кажется, ощущала твердость его тела. Ар по — прежнему нависал, не давая мне отодвинуться. Глаза в глаза… И вот его руки на моих волосах, мои — трогают его лицо.

Что происходит с нами? Больно от обиды, жарко от чувств. И его запах, нет не его…я чувствую запах розового дурмана… В груди стало тесно, дыхание сбилось, а здравый смысл приказал долго жить. И ведь Ар бесит меня! Бесит его наглость, его издевательская улыбка и эти гладкие, обтягивающие крепкие ноги лосины! Я забыла, зачем я здесь, забыла то, что хотела лишь пошутить, щелкнуть по носу, поставить на место…Я смотрела на его крепкие ноги и видела лишь то, как я приспускаю гладкую материю, как трогаю крепкие ягодицы… рассматриваю все то, что скрывает от меня ткань. Да и полотенце — ненужная преграда между нашими телами!

Мне хотелось скинуть с себя все. Прижаться голым, дрожащим телом к горячему телу Ара. Я хотела чувствовать его губы на своих губах, а кожу — влажную от удовольствия — под кистями рук.

И… сколько длится виртуальная связь… хочется разорвать и убежать, закрыться в своей каюте и с головой спрятаться на кровати от постыдных желаний. Но больше всего мне хочется чувствовать… отклик, его страсть, его зависимость…Но руки сами тянуться к Ару. Сначала осторожно, а потом смелее, проникают под ворот строгого инопланетного «сюртука», изучая горячее тело Ара. Впитывая его тепло, его вкус и инородный, пьянящий запах.

И мне это нравилось. Гладить горячую кожу, скользить ладонями по рельефной спине и животу, дотрагиваться до бедер…и удивляться насколько мы разные. И Ару тоже все это нравилось. Я впитывала его эмоции, чувствовала всем сердцем его возбуждение, его прерывистое дыхание и его желание во что бы то ни стало сдержаться. Язык, пальцы, пряди волос… Он мягко ощупывал мое тело, испытывая все новые и новые прикосновения. И я ощущала все иначе, нереально, сладко и горько одновременно. Я пыталась справиться с собой, пыталась прогнать эту розовую эйфорию. Но не могла…хотя и понимала, что происходит.

От возбуждения меня трясло. Его губы продолжали скользить по разгоряченному телу, Ар точно знал, что нужно делать, чтобы я забыла обо всем на свете. А я и забыла… и только где — то на задворках сознания тоненький голосок тихо шептал: «Алена, остановись! Это все ненастоящее! Нереальное! Обман!»

Близость завораживала меня, и я не могла оттолкнуть Ара, никак не могла. Потому что хотелось больше, сильнее, ярче…

— Давай, Алена, покажи, на что способны такие как ты.

Его глаза светились бешеным блеском, а тело было готово… и я была готова, и даже странные слова не заставили меня очнуться. Полотенце бледной тряпкой валялось у моих ног, а вот Ар был полностью одет. И эта странная нестыковка не заставила меня остановиться.

И все. Мгновение и все закончилось! Нет — нет, возбуждение не отпустило, а вот Ар исчез из поля зрения, являя мне пространство комнаты и разъяренного Сареса.

Мужчина стоял напротив с широко расставленными ногами и «злобствовал». Его руки в бешенстве сжимали виртуальные очки с красноватыми линзами. Они светились изнутри — сигнал продолжал поступать.

— Ты спятила, что ли! — рявкнул на меня он и швырнул их на кровать. — Неизвестно, на что способны технологии схилков!

— Что это было? — тихо прошептала я, совершенно ничего не соображая.

— Я не против удовлетворения естественных потребностей таким способом, но выбери себе кого — нибудь побезопаснее, чем высший схилк. Да этот урод по одному блеску в твоих глазах найдет наш корабль!

— Что это было? — снова повторила я. — Как я очутилась там. С ним.

— Прости, Алена, — выдохнул Сарес и крепко прижал меня к себе. — Я испугался, это все я виноват — о главном не предупредил! Не успел очухаться от прошлой передряги… Это… лучше ты расскажи…

— Не знаю… я взяла очки и все! Не могла ничего с собой поделать… как наркотик, как паутина… Вроде бы и понимаешь, что происходит, но сил выбраться нет.

— Виртуальная связь опасна, Алена, именно этим. Разные расы имеют разное влияние. Большинство из нас используют виртуальные «игры» для удовлетворения своих потребностей, другие — так обучаются, третьи — уходят в виртуал насовсем, а схилки — они используют сеть для подчинения других. Знаешь, это странная раса, опасная и закрытая. О них известно немного, но лучше вообще ничего о них не знать и не встречаться никогда. Радует одно — они не мстительны, и поднимают свой зад только ради выгоды. А значит с ними всегда можно договориться.

— Я устала. И мне надо побыть одной.

— Хорошо. Поспи, а потом спускайся — есть дело. А это я, пожалуй, заберу.

Сарес спокойно взял очки и вышел, оставляя меня одну. Инопланетный планшет лежал на кровати. И моргал. В уголке сверху мигал символ конвертика. Не надо быть гением, чтобы догадаться, что бы это значило.

— Вот тебе и внеземные технологии, — печально произнесла я и нажала. На экране высветилось сообщение:

«Ты мне нравишься. Хочу тебя целовать.»

«Нет», — коротко, но предельно ясно. Уточнять подробности не стала. Зачем?! Не хочу обмана. И рабыней для утех быть не хочу…и любви виртуальной тоже…

Все! Не хочу больше! Конец связи! И отвернулась к стене, заливаясь слезами обиды и разочарования.