Глава 11

Воодушевлённая, я устроилась в гостиной на первом этаже, ожидая, пока Охотник переоденется. Предвкушение покалывало изнутри невидимыми иголочками, щекотало в крови пузырьками, и дыхание то и дело срывалось. Даже не пугала вероятность встречи с себе подобными, ведь рядом будет мой хозяин. А если я буду хорошо вести себя и помогу ему, может даже, меня одарят вниманием…

– Прикройся, – в мои размышления ворвался знакомый спокойный голос, и на колени полетел плащ. – Поехали.

Я послушно завернулась в мягкую ткань, исподтишка разглядывая Охотника. Он оделся во всё чёрное без единого украшения, и только рубашка слепила глаза белоснежными кружевами на манжетах и вороте. Я отметила, что маску он не надел, как и в прошлый раз, когда мы познакомились. Ну да, молодому, привлекательному и главное, не связанному обязательствами мужчине бояться за репутацию нет смысла. А вот почему он не опасается показать своё лицо предполагаемым жертвам… Хотя, тут тоже понятно: понять, кто он такой, такие, как я, точно не смогут, а свидетелей охотники не оставляют.

При мысли о смерти себе подобных я не испытывала ни капли сожаления или возмущения. Большинство из них заслужили такой конец, особенно мужчины – они чаще оставляли за собой след из выпитых досуха несчастных. Причём, предпочитали именно юных, невинных девушек… Крепче обняв колени под плащом, я едва заметно передёрнулась, уткнувшись подбородком и прикрыв глаза. Нет, нехорошо это, и если вдруг замечу на вечере того или тех, за кем охотится мой хозяин, обязательно скажу.

Мы ехали чуть больше, чем четверть часа, по моим ощущениям, и выходя из экипажа, я снова набросила капюшон на голову, глядя под ноги. Мои ступни так и оставались босыми, но это не причиняло беспокойства – до ступенек крыльца было не больше десятка шагов. Кончик цепи от ошейника держал Охотник и шёл впереди, я же держалась за его спиной, кутаясь в плащ. Однако едва дверь открылась, пропуская нас в шумный, залитый светом холл, плащ с моих плеч моментально сдёрнули. Я моргнула, оглядываясь, и не обращая внимания на взгляды в мою сторону. Естественно, мужчины рассматривали меня с вполне понятным интересом, откровенный наряд и обнажённая, приподнятая грудь с торчавшими сосками вызывали у всех всплеск желания, отдававшийся пульсацией крови между ног. Чёрт бы побрал мою порочную натуру, мне нравилось ловить на себе эти похотливые взгляды, чувствовать, как они облизывают, знать, что эти мужчины мысленно уже поимели меня во всех возможных позах…

Между ног стало влажно, низ живота знакомо заныл, и я сглотнула вязкий ком, подавив тоскливый вздох. Да, хотели меня многие, но я хотела только одного. Того, кто шагал рядом с невозмутимым видом, раскланивался с кем-то из гостей, даже здоровался – ого, оказывается, у него здесь достаточно знакомых? На меня Охотник даже не смотрел, в отличие от остальных мужчин. Причём многие гости были вместе с женщинами, разодетыми хоть и в вечерние платья, но почти такие же откровенные, как мой наряд. Низкие декольте, практически полностью открывавшие грудь, тугие корсеты, подчёркивавшие полушария, полупрозрачные ткани, под которыми угадывались стройные ножки в чулках и полное отсутствие нижнего белья, разрезы. Естественно, маски – с открытым лицом на таких вечерах рисковали появляться только дамы полусвета, ищущие покровителей.

Встречались и такие, как я, с ошейниками, браслетами и на цепи. Кто-то из игрушек держал глаза опущенными, и счастливыми не выглядел, кто-то наоборот, бросал по сторонам призывные взгляды и откровенно вилял бёдрами. На таких одежды почти не было, обычно что-то одно: атласный или кожаный корсет, как мой, открывавший и подчёркивавший все достоинства, полностью прозрачное платье из газа, вообще ничего не скрывавшее, или вовсе сложное переплетение ремней, похожих на сбрую. Попадались и мужчины-игрушки, правда, реже. Мне удалось отвлечься от плотной атмосферы жаркой похоти, хотя жадные взгляды разбудили тёмную половину, и она заворочалась внутри, пусть и особо голодной я себя не ощущала. Но в таком месте нереально остаться равнодушной, особенно если ты – осторожная суккуба, предпочитающая жить немножко впроголодь, чем насыщаться до предела с риском обнаружить себя.

Чем дальше мы шли по роскошным анфиладам, тем сильнее сбивалось дыхание и колотилось сердце. Моя натура брала верх, и я кусала губы, запрещая себе смотреть по сторонам и совершенно позабыв о задании Охотника… Вокруг слишком вкусно пахло сексом и страстью, этих эмоций было с избытком, и некоторые гости уже приступили к развлечениям, ничуть не стесняясь возможных зрителей. Меня страшно тянуло посмотреть, слизнуть хоть капельку, от низа живота расходились жаркие змейки по всему телу, а чувствительное местечко налилось огнём и тяжело пульсировало, уже откровенно мокрое. Украдкой покосилась на Охотника – он как раз остановился рядом с каким-то мужчиной в маске, пристально рассматривавшем меня.

– О, Рэй, неужели у тебя появилась игрушка? – с удивлением протянул он. – И какая хорошенькая, я бы с ней поиграл, – ухмыльнулся он, и от прямого намёка окатила волна жара, и захотелось сжать коленки, усиливая кольнувшее лоно удовольствие.

Теперь я знаю, как зовут моего хозяина, и могу хотя бы в мыслях называть его так. Рэй. Вкусно… Едва не облизнулась, углубившись в свои мечтания, откуда выдернул ленивый голос, заставивший нервы задрожать.

– Я учту твоё желание, если захочу отдать её кому-нибудь поразвлечься, Кристиан.

Внутри всё перевернулось. «Нет! Не отдавай другим, не надо! Лучше возьми сам…» Но я понимала, что… если Охотник получит удовольствие, наблюдая, как меня трахает кто-то другой, мне тоже будет очень хорошо. Чёрт возьми, я окончательно запуталась в своих противоречивых эмоциях и желаниях…

– Кстати, Рэй, где-то здесь Лорена, – понизив голос, добавил этот Кристиан, и я насторожилась.

Для меня оказалось неприятным открытием, что упоминание имени какой-то женщины, явно имевшей отношение к Охотнику, отозвалось внутри болезненной вспышкой. Во рту стало горько, я покосилась на моего хозяина. Его лицо оставалось непроницаемым, лишь в глазах мелькнула тень странного чувства – я не успела поймать, какого.

– О, неужели? – обронил Рэй, поправив манжет. – Она опять в поисках любовника?

Кристиан издал смешок, и внутренности скрутило от его следующих слов.

– Она в поисках тебя, приятель, будь аккуратен. Ходят слухи, что Лорена не брезгует приворотными зельями, – мужчина хлопнул Рэя по плечу. – Так что, рискнёшь трахнуть Лори снова, лучше не целуй, не ешь и не пей ничего из её рук. Похоже, оставаться просто случайной любовницей, когда у тебя есть настроение на неё, она не намерена. И раз тебя не задел её очередной роман, то леди готова к решительным действия.

Мои ногти впились в ладони, сердце билось через раз, и возбуждение сгорело в тёмном огне слепой ревности. Да, я ревновала. Я не хотела, чтобы Рэй трахал эту Лорену, чёрт возьми! Но мои желания для него ничего не значили, и если он в самом деле решит это сделать… Мне останется лишь наблюдать. В том, что мой хозяин вполне вероятно не станет уединяться, я не сомневалась. Больно, дьявол, как же больно. Глаза защипало от внезапных слёз, и я сосредоточилась на дыхании, глубоком и размеренном. Не думать. Не представлять. Я всего лишь игрушка без права голоса.

– Спасибо за предупреждение, Кристиан, – невозмутимо отозвался Охотник.

– Ладно, не забудь позвать, если надумаешь поделиться игрушкой, – то, что знакомый Рэя протянет руку и проведёт пальцем по моей щеке, застало врасплох.

Я дёрнулась, едав поймав порыв отвернуться, кровь бросилась в лицо, изнутри обожгло гневом. Как он смеет касаться меня без разрешения! Не моего, хозяина, конечно. Я принадлежу Охотнику, а не всем подряд! Раздался смешок, от которого по натянутым нервам словно пилой провели.

– Пуганая она у тебя. Хорошего вечера, Рэй.

Кристиан ушёл, а я всё никак не могла успокоить дрожь и смирить злость. Охотник лишь бросил на меня мимолётный взгляд и направился дальше, дёрнув за цепь. Пришлось торопливо следовать за ним, снова опустив глаза в пол и теребя прозрачную юбку. Возбуждение отступило, я мучительно переживала услышанный разговор, ненавидя эту Лорену, посмевшую мечтать о моём Охотнике. Да, моём! Вопреки всему, я считала Рэя своим. Постепенно злость успокаивалась, и до меня стало снова доходить происходящее вокруг, и гнев уступил место волнению, обострявшему все чувства. Мы миновали ещё несколько гостиных, наполненных оживлёнными мужчинами и женщинами, весёлым смехом и кое-где уже томными вздохами и постанываниями. Я невольно начала поглядывать по сторонам, желая отвлечься, забыться, не думать о ревности, грызшей душу.

Только вот, увидев в очередной гостиной прижатую к стене женщину с задранной юбкой и спущенным с плеч платьем, и мужчину, крепко удерживавшего её за бёдра, едва не споткнулась от плеснувшей в голову огненной волны желания. Вожделение рванулось по венам горячими реками, я не могла оторвать взгляда от напряжённых, тёмно-коричневых вершинок – одну из них женщина мяла и поглаживала пальцами, усиливая удовольствие. От лица мужчины, на котором отражалось неприкрытое наслаждение. Томные, низкие стоны незнакомки каждый раз, как любовник резкими толчками входил в неё, отзывались внизу живота болезненной вспышкой. А краем глаза я заметила, как на диване раскинулась ещё одна гостья, широко разведя ноги: длинный разрез от самой талии был распахнут, открывая доступ к самому сокровенному. И между её бёдер пристроился мужчина в одних штанах, размеренно двигая головой.

Дама не отводила взгляда от парочки у стены, вцепившись пальцами в волосы мужчины, подавалась навстречу, изгибалась и облизывала губы, и от развратного зрелища ещё одна терпкая волна ударила, закрутила, чуть не унесла за собой. Воздух загустел от похоти и страсти, я дышала с трудом, а моя тёмная сущность водила носом и жадно тянулась, но не смела даже притронуться без разрешения. О, дьявол… Оказывается, я снова голодная. Раньше после посещений таких мест я несколько дней отсиживалась дома, не дразня себя лишний раз, разве что могла наведаться к одному-двум любовникам. Мужчина у стены сделал особо резкий выпад, припав ртом к манящей вершинке, и чувствительно куснул. Женщина издала мяукающий возглас, её зрачки расширились, а я едва не застонала с ней в унисон, стиснув колени.

Вспышка наслаждения ужалила раскалённой иглой в изнывавшее от возбуждения лоно, я ощутила, как нежные складочки увлажнились ещё сильнее. А в следующий момент сильная рука вдруг ухватила поперёк талии и резко притянула, а широкая, горячая ладонь накрыла холмик внизу живота прямо поверх тонкого газа. Настойчивые пальцы надавили, проникая между бёдрами, прижали слегка шершавую ткань к набухшему бугорку. Я охнула от неожиданности, подавившись вдохом, перед глазами засверкали звёздочки.

– Что, нравится смотреть, да, развратная дрянь? – выдохнул на ухо Рэй, нажав сильнее, и в его низком, чуть хриплом голосе слышалась странная смесь злости и предвкушения.