Глава 18

Судя по усмешке Рэймона, он это прекрасно понял, но покачал головой, легонько поглаживая мой животик.

– О, нет, куколка, – вкрадчиво проговорил Рэй, и большой палец снова провёл по мягкой плоти, не проникая внутрь, лишь дразня. – Я хочу, чтобы ты научилась слушаться меня сама. Если не будешь умницей, не дам тебе насладиться, – и этот… о-о-о, чёрт, этот страшный человек наклонился и согрел дыханием нежное местечко, продолжая поглаживать сверху.

Судорожно всхлипнув, я поджала пальцы на ногах в попытке сдержать порыв ставшего непослушным тела, и прохрипела:

– Я… постараюсь…

Рэй усмехнулся шире, зелёные глаза потемнели, и ладонь надавила сильнее, а большой палец уверенно раздвинул истекавшие от желания лепестки.

– Мне нравится, что ты тут такая гладенькая, – снова обронил Рэй, пока его подушечка блуждала по горевшей плоти, а я кусала губы, задыхаясь от нахлынувших эмоций.

И какое счастье просто наслаждаться ими, прочувствовать до самого конца, впитать каждой клеточкой возбуждённого тела… Ощущать, как они растекаются в крови, искря и обжигая, натягивая нервы ещё сильнее, и разжигая между ног настоящий огненный шторм. Казалось, без этого постоянного голода всё чувствуется острее в разы, ярче и пронзительнее, а не всасывается тёмной, жадной пустотой.

Замечание Рэймона осознала с трудом и едва не хихикнула. Ну да, у суккуб там всё такое. Не растут у нас волосы в важных местах, это большой плюс. И тут палец мягко нажал на пульсирующий бугорок, и я от неожиданности вскрикнула, дёрнувшись, молния наслаждения пронзила до самых кончиков пальцев. Но ладонь на животе не позволила пошевелиться, лишь сильнее прижала, и в следующий момент я ощутила, как Рэй шире раздвинул складочки, открывая влажную сердцевину. А потом его язык осторожно прикоснулся, собирая пряные капли, как росу с цветка. Обвёл трепещущий кусочек плоти, тщательно вылизывая самые потаённые уголки, медленно проник в меня… Чёрт, кажется, я умирала с каждым разом, как он дотрагивался, задыхалась от стонов и невозможности двигаться, тело била крупная дрожь. А Охотник продолжал измываться надо мной, мучительно медленно, то приникая губами, мягко посасывая, то дразня одним языком, доводя меня до исступления… И оставляя в одном шаге от освобождения. Мне оставалось только беспомощно хныкать, плавясь от удовольствия, дёргать скованные руки и что-то бессвязно бормотать, уже не контролируя себя.

К жадному рту присоединились пальцы, умело возбуждая и без того распаленную плоть, поглаживая, надавливая и проникая внутрь вслед за языком, и я тихонько взвыла, запрокинув голову и снова попытавшись выгнуться.

– П-пожалуйста… – сорвалось с моих губ жалобно, я хватала ртом загустевший, терпкий воздух, ослеплённая бушующими эмоциями.

Рэймон моментально отстранился, и меня пронзило отчаяние и ощущение острого одиночества, хотя горячая ладонь всё так же прижимала к кровати. Губ коснулись его пальцы, вкусно пахнувшие мной, провели по ним, и низкий, хриплый голос ласково произнёс:

– Попроси, как следует, куколка моя.

Я распахнула невидящие глаза, с трудом сфокусировала взгляд на его лице и, задыхаясь от переполнявших ощущений и болезненного нетерпения, послушно выговорила:

– Прошу вас… пожалуйста… уберите руку…

И только хотела добавить «хозяин», но Охотник не дал. Улыбнулся с предвкушением, нежно накрыл моё раскрытое лоно ладонью, и ответил:

– Рэй, маленькая развратница. Ещё раз, – мурлыкнул он, мягко скользнув между ног, и с моих искусанных губ сорвался глухой возглас от очередной волны горячего наслаждения, прокатившейся по телу.

Я уже почти ничего не соображала из-за шумевшей в ушах крови и поплывшего сознания, и потому покорно подчинилась.

– Р-рэ-эй!.. – простонала, слизнув солёную каплю с губ. – Пожалуйста, о, пожалуйста!.. Позволь мне… двигаться… С тобой…

Кажется, я даже не заметила, как обратилась к нему на «ты», но сейчас вообще не до того было. Хотелось закончить эту сладкую пытку вместе с ним, ощущая его внутри себя целиком, горячего и твёрдого. От одной только мысли мышцы скрутила судорога, и из горла вырвался очередной беспомощный стон. Но, по-моему, Рэю это как раз понравилось, поскольку я услышала шумный вздох, а потом его пальцы с силой вошли в меня, и… ладонь больше не прижимала к кровати. От ликования перехватило дыхание, и бёдра двинулись навстречу, насаживаясь ещё глубже. Внутри как вспыхнуло маленькое солнце, посылая жалящие лучи по всему телу. Только Рэй опять замер, навис надо мной, опёршись на подушку рядом с головой, и снова вкрадчиво спросил:

– Как ты хочешь кончить, испорченная моя? – губы нежно коснулись уголка моего рта, и я различила довольные нотки в хриплом, бархатистом голосе.

Его пальцы во мне легонечко шевельнулись, заставив содрогнуться от волны острого удовольствия, и я едва выговорила, извиваясь в попытке продлить его:

– Как пожелает мой… х-хозяин…

О-о-о, дьявол, я точно умру, если он немедленно не сделает хоть что-нибудь! Тело звенело, наполненное возбуждением до краёв, тронь – и разлетится на осколки. Рэй же, наклонившись к моему уху, нежно обвёл большим пальцем набухший, горевший жаром бугорок, так и не вынимая остальных из меня.

– О, как я пожелаю, значит? – выдохнул он, обжигая дыханием шею. – Хорош-шо, моя куколка…

Последние слова Рэймон буквально прошипел с таким голодным предвкушением, что мышцы стянуло в узел, а низ живота как будто огненная плеть стегнула. Всего через мгновение пальцы пропали, а потом я ощутила настойчивое вторжение в другую дырочку, упругую и уже обильно увлажнённую моими соками. Я широко распахнула глаза и громко охнула от неожиданности, невольно сжавшись, но Рэй неумолимо проникал дальше, растягивая, размеренно двигаясь и готовя меня. Его рука то и дело задевала раздразненную промежность, заставляя выгибаться и впускать глубже, с губ срывались стоны каждый раз, как проникновение становилось особо сильным. Вот большой палец нырнул в нужное место, заполнив ещё и там, и я захлебнулась вскриком, перед глазами засверкали звёзды. Я перестала ощущать собственное тело, превратившись в сгусток эмоций, дрожала, замерев на самом пике и вот-вот готовая сорваться вниз. И Рэй это отлично почувствовал.

Коротко рыкнув, он выдернул пальцы, подхватил мои ноги, высоко подняв, и, резко выдохнув, ворвался в мою попку одним плавным, сильным толчком. Я вскрикнула, подавшись навстречу, болезненно-сладкое ощущение наполненности отозвалось в каждой клеточке жарким восторгом. Да, да, о, чёрт, именно так!.. И Рэй начал двигаться. Резко, мощно, выходя почти до конца и потом насаживая на себя, жёстко удерживая мои лодыжки широко разведёнными, открывая до предела. О, дьявол, ну как у Рэймона так получалось, что я улетала из этой реальности, забывала себя и отдавалась без остатка этому непостижимому мужчине? Позволяла ему иметь меня так, как ему хотелось, покоряясь и подчиняясь? Я не знаю… Я уже ничего не знаю, я просто умираю, чувствуя, как твёрдый, горячий член растягивает меня и скользит, с каждым толчком унося всё дальше. Мои крики становились громче, движения Рэя – чаще, и пружина внутри скручивалась сильнее, попка горела от грубого вторжения, но от этого пряное наслаждение становилось лишь сильнее, щедро приправленное лёгкой болью.

Наконец, Рэймон сделал особенно глубокий выпад, и его палец провёл по набухшему, истекающему от возбуждения бугорку между раскрытых складочек, а потом надавил, и… Мир взорвался в беззвучной вспышке, я выгнулась, запрокинув голову и чувствуя, как мышцы напряглись вокруг толстого ствола, втягивая его ещё глубже. Палец вдруг проник во вторую дырочку, и, кажется, я всё-таки потеряла сознание на несколько мгновений, захлебнувшись в шквале удовольствия и упоительной эйфории… Низкий, хриплый стон Рэймона отозвался в каждой клеточке, вновь погружая в горячий океан оргазма, и движения внутри, везде, пусть и более мягкие, не давали вернуться в реальность ещё несколько долгих мгновений. Рэй оставался во мне, крепко обнимая одной рукой и жарко дыша в шею, а его пальцы ласково перебирали и поглаживали горевшее огнём лоно. Я жадно ловила последние отголоски удовольствия, чувствуя, как они растекаются по уставшему телу приятной истомой. Чёрт возьми, несмотря на весь мой богатый опыт, такого я не испытывала, и на глаза снова навернулись непрошеные слёзы, теперь уже от всепоглощающей благодарности и восторга за эти подаренные чудесные мгновения.

Кажется, я всё-таки влюбилась. В Охотника. Истеричный смешок замер на губах, и я беззвучно всхлипнула, зажмурившись. Ну и пусть. Какая разница, что я к нему испытываю, если Рэймон сам хочет, чтобы я осталась рядом с ним. Он чуть отстранился, обмякший член выскользнул из меня, но вот ноги свести получалось с некоторым трудом, а между ними натруженное местечко слегка пощипывало и болезненно тянуло. Но это лёгкое неудобство ничто по сравнению с полученным удовольствием! По-прежнему обнимая одной рукой, но не торопясь освобождать мои запястья, Рэй с задумчивым и одновременно очень довольным видом вгляделся в моё лицо. Его ладонь медленно погладила шею, спустилась на грудь, накрыв холмик с торчавшей вершинкой соска.

– Мне нравится, как ты кричишь подо мной, Рианна, – произнёс Рэймон, поглаживая твёрдую горошину, и моё дыхание снова сбилось, едва успокоившись после недавней вспышки страсти. – Хочется слушать тебя ещё и ещё, оставить прикованной здесь, – голос Охотника становился всё ниже, заставляя мои нервы вибрировать, Рэй наклонился, и его губы скользнули по шее чуть ниже уха. Пальцы обвели ареолу, а потом нежно сжали, подарив острый укол удовольствия, приправленного перчинками лёгкой боли. Я судорожно вздохнула, чувствуя, как усталость сменяется волнением – кажется, я вполне была готова к продолжению… – И трахать до тех пор, пока ты не запросишь пощады, – горячо выдохнул Рэймон, после чего сместился, и его жадный рот накрыл вершинку, мягко втянув в жаркую глубину.

Я охнула в голос, выгнувшись, в горле родился хриплый смешок.

– Думаете, у вас получится? – слегка задыхаясь, выговорила, вздрагивая от игривых прикосновений языка к бутону соска и чувствительных покусываний. – Я… выносливая…

Рэй облизнул последний раз, пососал, перекатывая напряжённый шарик между зубами, потом поднял голову и лениво усмехнулся. Его ладонь снова накрыла упругое полушарие, и пальцы нежно помяли.

– Странное дело, негодница, почему-то я не чувствую себя усталым, совсем, – задумчиво протянул он, согнув ногу в колене, и я бедром ощутила правоту его слов – расслабленности как не бывало, к моей ноге прижимался уже вполне твёрдый и горячий член.

Я проглотила вязкую слюну и улыбнулась в ответ, легонько потёршись об желанную часть тела.

– Я же сказала, мне вчера хватило, – мысли начали путаться, и было довольно сложно связно выражать их – ладонь Рэя начала неторопливое путешествие вниз, к моему животу и широко раскинутым ногам. Свести их вместе сил так и не хватило, а сейчас, похоже, уже и не имело смысла. – Я… просто наслаждалась, как обычная женщина.

Тут щёки слегка потеплели, я отчего-то смутилась и отвела взгляд. Пальцы Охотника блуждали вокруг пупка, щекотали чувствительную кожу в самом низу, прямо над нежными складочками, и моё дыхание то и дело прерывалось от всплесков ощущений. Горячие мурашки разбегались кругами, воспламеняя кровь, сущность внутри довольно ворчала, хоть и не голодная, но всегда радовавшаяся порции хорошего секса.

– М-м-м, во-от как, – вкрадчиво отозвался Рэймон, и его ладонь накрыла моё лоно, его всё ещё покалывало от недавно пережитого. – Только вот знаешь, негодная девчонка, я вообще не чувствую с тобой усталости. Даже когда ты берёшь то, что тебе требуется, – жарко шепнул он, наклонившись к моему уху, и влажный язык медленно лизнул вдоль шеи, где суматошно билась жилка.