Глава 40

Позади послышался шумный вздох, и я тоже ускорила шаг, удаляясь по дорожке из дома. Вот сейчас сверну за поворот… Только едва я это сделала, мой рот зажала широкая ладонь, талию обвила рука, и меня с силой дёрнули в кусты, убирая с дорожки. Вскрикнуть я не успела, испугаться тоже – нос защекотал знакомый запах, и я мысленно улыбнулась, полностью расслабившись. Мимо прошуршали шаги, и чуть охрипший от нетерпения – или это уже моя кровь начала действовать? – голос позвал:

– Эй, прелестница, и куда ты убежала? Решила в прятки поиграть?

Над ухом раздалось тихое рычание, и я зажмурилась от удовольствия – оказывается, ревность моего Охотника тоже такая вкусная… Тёмная сущность облизнулась, осторожно коснувшись пряных эмоций, я пошевелилась и извернулась, обвив руками шею Рэймона. Наткнулась на горящий злостью взгляд и довольно улыбнулась.

– Жди в гостиной, дома поговорим, – отрывисто произнёс он с отчётливой угрозой.

Только я не испугалась.

– Люблю тебя, – прошептала и потянулась к его губам, прижавшись всем телом.

Рэй прошипел проклятие, одарил коротким, яростным поцелуем, от которого заныл рот, и отпустил.

– Иди, – бросил он и скрылся в темноте.

А я, подобрав юбки, поспешила обратно в гостиную, ждать его. Присела на диван, коротко вздохнула, окончательно успокаиваясь, однако моё уединение долго не продлилось. Скрипнула дверь, открываясь, и я выпрямилась, настороженно уставившись на вход. Ищущие укромный уголок гости? Оказалось, нет. В комнату медленно вошла Лорена с лицом, перекошенным от ярости, обезобразившей правильные черты, и я едва не поморщилась с досады. Принесла нелёгкая, всё-таки пробралась сюда. Следила за мной, наверняка сговорившись с инкубом и не попадаясь нам с Рэем на глаза. Я усмехнулась, лениво её разглядывая, и небрежно обронила:

– Ты что-то бледненькая, дорогая. Никак, укатал любовничек-то?

Пойдём с козырей, она наверняка и не догадывается, с кем трахалась.

– Отцепись от Рэя, твар-рь! – буквально прорычала дама, подкрадываясь ко мне. – Я не дам тебе убить его!

Внутренне собравшись, я выгнула бровь, окинув её насмешливым взглядом.

– А никто и не собирается, между прочим. Ты бы о себе побеспокоилась, знаешь хоть, с кем спуталась? – обронила я, небрежно обмахнувшись веером и следя за Лореной. – Он тоже демон, и кушает тебя с большим аппетитом, используя в своих целях.

Гостья зашипела и бросилась ко мне, выставив руку с зажатым кинжалом, я увернулась, вскочив с дивана и не сводя с неё взгляда.

– Я не отдам тебе его! – взвизгнула Лорена, размахивая рукой с кинжалом. – Слышишь, отродье?! Не отдам!!

– Да ты ему не нужна, милочка, – расхохоталась я, осторожно обходя леди.

Можно было бы убежать, но Рэймон сказал ждать здесь, а он и так злой на моё самоуправство с заманиванием инкуба, не хочу расстраивать его ещё больше. И так уже мою попку наверняка ждёт плётка, как вернёмся. Лорена снова зарычала и бросилась ко мне, я метнулась в сторону, попытавшись увернуться, но хитрая дамочка провела обманное движение и возникла на моём пути, с торжествующим воплем врезавшись в меня и замахнувшись кинжалом. Я успела перехватить запястье, но попятилась под весом довольно тяжёлой Лорены, а позади очень некстати оказался столик, на который я и наткнулась, не удержав равновесия. Мы полетели на пол, я пыталась удержать руку Лорены и одновременно отмахиваться от её пальцев, норовивших вцепиться мне в волосы, а дама изрыгала ругательства, как самый последний забулдыга, ещё и стараясь пнуть.

Она оказалась сильнее, к моему лёгкому беспокойству, и остриё кинжала оказалось в опасной близости от моего лица. Нет, конечно, опасности мне рана не причинит, регенерация быстро устранит ущерб, тем более, энергии теперь с избытком. Но Рэй разволнуется, если эта шлюшка заденет меня.

– Да сдохни же, сучка!! – взвыла Лорена, раскрасневшаяся, с растрёпанными волосами и горевшими уже каким-то исступлением глазами, и навалилась на меня, прижав к полу.

Из груди вышибло воздух, я беззвучно охнула, пытаясь скинуть с себя эту корову, но тут в гостиной раздался знакомый раздражённый голос:

– Что тут… Ри!! – встревоженный крик Рэймона отвлёк на несколько мгновений, и этого Лорене хватило.

Зарычав, она надавила локтем мне на горло, и в следующий момент бок вспыхнул от боли, заставив захрипеть, царапая предплечье Лорены прямо через тонкую ткань. Ох, нехорошо вышло… На перекошенном лице мелькнула злобная, торжествующая усмешка, а потом её снесло с меня и отшвырнуло в дальний угол гостиной.

– Ри, девочка, моя, ты в порядке? – Рэймон склонился надо мной, в голосе слышалась тревога.

Боль вгрызалась в бок, растекалась по коже обжигающей кислотой, и дышать я старалась осторожно, но всё же смогла улыбнуться моему заботливому Охотнику.

– П-почти… – прохрипела, зажимая ладонью рану.

Сильные руки легко подхватили и подняли, и я не сдержала тихого шипения сквозь зубы. Рэй, увидев серебрившуюся на моих пальцах кровь, переменился в лице и повернулся к поскуливавшей у стены Лорене.

– Если с Рианной что-то случится, – ровным, без эмоций, но пробирающим до костей голосом произнёс он, глядя на замершую женщину прищуренными, холодными глазами, – я тебя из-под земли достану.

– Рэй… – Лорена жалобно всхлипнула, но подняться не пыталась. – Рэй, она же демон! Посмотри, её кровь не красная!..

– Демон валяется с перерезанным горлом где-то за забором парка, – отрезал мой Охотник, и я тихонько с облегчением выдохнула. – А Рианна – моя женщина, ясно? И если ты посмеешь показаться мне или ей на глаза или тем более что-то попытаешься сделать снова, я тебе шею сверну, – пригрозил Рэймон сквозь зубы и стремительно направился к выходу из гостиной.

Хныканье Лорены осталось за закрытой дверью, Охотник чуть не бежал к чёрному входу, не желая, чтобы кто-то узнал о случившемся.

– Потерпи, Ри, через полчаса дома будем, – пробормотал он, с тревогой глядя на моё наверняка слегка побледневшее лицо. – Я приказал приготовить нам экипаж…

– Рэй, – попыталась я тихо позвать его, боль не утихала, но и не становилась сильнее, только перед глазами всё плыло.

– Может, тебя перевязать? Сейчас сядем, посмотрим, что там, – не слыша меня, продолжал говорить Рэймон, и пришлось чуть напрячься.

– Рэ-эй, – громче повторила я, сдержав невольный короткий стон – молния боли пронзила всё тело, и аж дыхание пресеклось.

– Что, Ри? – он тут же замедлил шаг, вглядываясь в моё лицо. – Тебе плохо?..

Пришлось снова улыбнуться и покачать головой.

– Самое позднее, к завтрашнему обеду всё пройдёт, – успокоила я его. – Мне надо просто полежать…

– Ты уверена? – нахмурился Рэймон, не обращая внимания на косые взгляды прислуги и выходя через заднюю дверь. – Может, врача…

Вот тут я не выдержала и захихикала, несмотря на неприятные ощущения, и едва не закашлялась, во рту почувствовался цветочный привкус. Так, в самом деле надо бы аккуратнее, а то дольше заживать будет.

– И как ты ему объяснишь, что моя кровь серебристая? – я насмешливо подняла бровь, потом протянула руку и осторожно коснулась его щеки. – Рэй, нас можно лишить наших способностей и убить, только отравив, ну что ты, – ласково произнесла мягким голосом.

Он остановился около распахнутой двери экипажа, прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Я чувствовала, как Рэймон напряжён, и видя, как он всерьёз переживает за меня, ощущала тихий восторг, разливавшийся по телу и притуплявший боль. Только забравшись внутрь и устроив меня на коленях, Рэй снова заговорил, осторожно убрав мою руку с раны.

– Прости, – он немного криво улыбнулся. – Что-то в последнее время забываю, какая ты у меня необычная, – Рэймон медленно отвёл упавшую мне на лицо прядь. – Дай, посмотрю, что там.

Вот неугомонный. Или это повод раздеть меня? Я хмыкнула и не удержалась от замечания:

– Любимый, ты мог просто сказать, что хочешь снять это платье, – ехидно произнесла, пока Рэй поднимал юбку, испачканную моей кровью.

Охотник выразительно посмотрел, на мгновение остановившись, и даже не покосился на мои обнажённые живот и бёдра, и то, что между ними.

– Куколка, я не имею обыкновения хотеть раненых женщин и тем более, приставать к ним, – строго ответил он и вернулся к рассматриванию раны на боку.

Кинжал вошёл довольно глубоко, я чувствовала, но вроде ничего важного не задел, что хорошо – регенерация пройдёт быстрее. Рэймон достал свой клинок и безжалостно отхватил кусок подола, аккуратно вытер кожу вокруг и, сложив ткань, прижал к ране. Потом опустил юбку, взял мою ладонь и положил сверху, чтобы я придерживала подобие повязки. На мой вопросительный взгляд Рэймон обнял крепче, прижал к себе и проворчал:

– Нечего тебе терять крови больше, чем уже есть. Отдыхай, – мой Охотник чмокнул в висок и прошептал многозначительно. – А о твоём поведении поговорим, когда поправишься.

Ох. И совсем не страшно, между прочим, а очень даже волнительно и возбуждающе. Тем более, после выздоровления мне уж точно понадобятся силы, и как замечательно, что, восполняя их, я никому не причиню вреда. Поудобнее устроившись в объятиях Рэймона, я прикрыла глаза и расслабилась, быстро задремав – организм вовсю работал над восстановлением. Вот и славно, что всё закончилось…

Когда экипаж остановился, я лишь сонно приоткрыла глаза – Рэй вынес меня на руках и направился к дому. Обвив его шею, прислонилась к плечу, не желая выплывать из мягкого облака, мы поднялись наверх, в спальню, где меня сначала заботливо вымыли, вытерли – кровь уже не сочилась, глубокий порез затянулся серебристой плёнкой, но боль, хорошо, тупая и ноющая, пока не проходила, – а потом, закутав в полотенце, отнесли в постель.

– Лежи, – строго приказал Рэй, укрыв одеялом, и сбросив камзол прямо на пол, вышел из спальни.

Я проводила его влюблённым взглядом и расплылась в улыбке, устроившись поудобнее. Дрёма не отпускала, и одновременно хотелось есть, причём с каждым мгновением всё сильнее. Обычной еды, сочной отбивной, например, можно даже без гарнира… В мечтах о еде я провела около четверти часа, а потом Рэймон вернулся. С подносом и тарелками. Глаза моментально защипало от растёкшейся в груди благодарности, и я, забывшись, шмыгнула носом, наблюдая, как мой любимый подходит к кровати и садится, поставив поднос на тумбочку.

– Спасибо, – прошептала я, сглотнув набежавшую слюну и косясь на тарелки.

Там лежало вожделенное мясо и свежие овощи, и Рэй, взяв посуду, наколол вилкой кусочек и поднёс к моим губам.

– Приятного аппетита, – пожелал он серьёзно.

Как мило, прямо до щемящей нежности, сдавившей сердце. Так мы и ели с одной тарелки, Рэймон кормил меня и о себе не забывал, а насытившись, я откинулась на подушку, еле держа налившиеся тяжестью веки открытыми.

– Вкусно очень было, – пробормотала едва слышно, борясь со сном.

Охотник отставил тарелку, наклонился надо мной и нежно коснулся губ, прошёлся по ним языком и отстранился.

– Спи, хорошая моя, – ответил он тихо, погладив по волосам.

Я уснула раньше, чем он вернулся, крепким, целительным сном.