Глава 22

Следующая неделя тянулась ещё медленнее, чем предыдущая. И снова в одиночестве.

В четверг вечером, за день до экзамена, Кире надоело ждать. Белоснежное кружевное бельё с невесомой юбочкой легло на её бёдра идеально, короткое красное платье удачно подчеркнуло фигуру, а прозрачные кремовые чулки с кружевным верхом, который едва скрывала юбка, отлично довершали соблазнительную картину.

В конце концов, разве она не может зайти в его кабинет, чтобы задать лорду-ректору пару вопросов по предстоящему экзамену? И что с того, если она вдруг окажется не в его официальном кабинете, а в его спальне?

Кира набросила мантию поверх платья. Пригладила волосы, натянула длинный рукав поверх перстня. И отправилась в профессорское крыло.

Дверь в нужную ей комнату была приоткрыта, хотя на её памяти этого не было никогда. Тёмный Лорд ждал её.

Кира замерла на пороге.

— Что… — прошептала она. — Как он узнал, что я приду?

Дверь открылась. Тёмный Лорд, стоящий перед ней в строгих брюках и тёмной рубашке, явно наслаждался её замешательством.

— Проходите, — наконец сказал он. — Вам стоило знать, что наша связь работает в обе стороны, и я отлично вижу вас в вашей спальне… или ванной, если уж на то пошло. — Он продемонстрировал ей запястье, на котором чёрным огнём полыхала руна. — Вынужден признать, бельё вы подобрали безупречно и полностью на мой вкус.

Он отступил, пропуская её внутрь.

Кира влетела, и он закрыл за ней дверь, запечатывая знакомой магической формулой.

— Вы… наблюдали за мной, — выдохнула Кира. — В ванной, в спальне, и… и…

Он негромко засмеялся.

— Нечасто. И недолго. Но должен же я знать, ласкали ли вы себя перед сном после моего прошлого визита? И один раз мне открылось прелюбопытное зрелище. Ваши раскрасневшиеся щёчки были прелестны.

Кира вспыхнула по-настоящему.

— Как вы могли?

— Я мог бы наказать вас за этот писк «Рон!» в конце, — задумчиво сказал Тёмный Лорд. — С другой стороны, выкрикивать: «о да, я ваша, милорд!» будет долго, сложно, и в тот самый момент вам как-то немного не до этого, не так ли?

Кира не выдержала и засмеялась.

Он подошёл к ней сзади и обнял за плечи.

— Зачем вы здесь, мисс Риаз?

Кира откинулась ему на плечо, расслабляясь. Это знакомое обращение, знакомая комната, приятное ощущение от красивого платья и белья…

Она была дома.

Если бы только знать наверняка, что совсем скоро он станет целым. Рональдом Вейером и Дуайтом Деннетом одновременно. Что она сможет обнять его по-настоящему.

— Хочу остаться с вами, — просто сказала она, поворачиваясь к нему. — Хочу помочь вам вернуть память, а потом, когда Райли привезёт меня обратно после летних каникул, вернуться к вам. — Последние слова она добавила почти шёпотом. — Только драные носки я штопать не буду.

— Носки… — с непонятным выражением лица произнёс Тёмный Лорд. — Если бы дело было в этом…

Сердце Киры остановилось.

— А вы знаете, в чём дело? Почему вы меня бросите?

— Даже если догадаюсь, — негромко сказал он, — вам я этого не скажу. Это ваш выбор. И ваша душа.

— Вы всегда догадываетесь обо всём раньше меня, — с горечью сказала Кира. — И не говорите мне.

— Думаете, я должен? — Его тон сделался опасным. — Быть может, мне стоит подавать вам доклады в письменном виде?

Кира невольно отступила на полшага, но он не дал ей двинуться дальше.

— Нет, — прошептала она. — Не должны. Но если бы вы рассказали мне, я бы не сделала ошибки, которую могу сделать.

— Мой предшественник наделал немало ошибок за вас, — холодно сказал он. — Его выбор позволил Райли Хили забрать вас на летние каникулы… а я ничего не могу сделать.

Кира широко раскрыла глаза. Так он ревновал!

— Вы прекрасно знаете, что я ему не отдамся.

Он поморщился.

— Это мало что меняет. Он будет с вами — этого достаточно.

Но Райли не был причиной, по которой они должны были расстаться. Нет. Тёмный Лорд явно был крайне недоволен её контрактом с Райли, но он не бросил её из-за этого — и не собирался, это было очевидно.

Тогда — что? Что разлучит их с Тёмным Лордом? С профессором Деннетом?

— Не хочу сейчас об этом думать, — проговорила она. — Пойдёмте на террасу. Уже темно, и никто нас там не увидит.

— Нас и так никто там не увидит: там теперь стоит новый маскировочный контур. — Тёмный Лорд оглядел её. — Но в таком виде вы туда не пойдёте.

Он завёл руки ей за спину, и молния поползла вниз. Кира беззвучно ахнула, глядя ему в глаза.

— Мы будем заниматься любовью прямо на террасе?

— А вы хотите, чтобы я занимался с вами именно любовью, мисс Риаз? — спокойно спросил он. — Без изысков?

Кира не думала над ответом ни секунды.

— Да. Я хочу букет роз, и долго смотреть на звёзды, обнявшись. И…

— Хотите, чтобы к вам вернулся мой двойник, — прежним спокойным тоном произнёс Тёмный Лорд. — И хотите, чтобы ушёл я.

Он потянул платье вниз с её груди, и Кира переступила через алую ткань, оставшись в чулках с кружевным верхом и белоснежном белье.

— Разве это плохо, быть чуть-чуть иным? — тихо спросила она. — Любить? Ведь вы различаетесь только этим.

Тёмный Лорд усмехнулся.

— Не только этим. Мой двойник никогда не голодал годами. Не выживал на улице, не провёл всё своё детство в тесноте, холоде и одиночестве, когда его обижали и били. Его не пытался убить собственный отец, не бросала собственная мать. Он не убивал так, как убивал я. Он — не я.

— Он и вы — одно. Вам просто нужно это понять.

— И я пойму, очевидно, когда ритуал завершится. Берегитесь, мисс Риаз, как бы это не оказалось для вас опасным знанием.

Несколько секунд они глядели друг на друга в молчании.

Потом Тёмный Лорд подхватил её на руки.

— Что ж, пусть будет терраса.

Кира обхватила руками его шею. Потёрлась щекой о щёку.

— Вы сделались дороги мне, — проговорила она. — В любом обличье. Я хочу дать вам то, что вы потеряли. И я не откажусь от вас. Никогда.

Он толкнул дверь на террасу, и на его лице появилась знакомая кривая усмешка.

— Рабыня не отказывается от своего господина. Она просто становится… никем.

— Я свободно выбрала быть вашей, — спокойно сказала Кира. — И плевать на клятву.

Она выскользнула из его рук на согретый пол террасы. Сделала несколько шагов вперёд. Обернулась к нему через плечо, и сама потянула вниз левую бретельку.

Тёмный Лорд не остановил её. Просто стоял и смотрел, как она медленно, очень медленно снимает бретельки с плеч, как высвобождает грудь из белых кружевных чашек, но от его взгляда Кире казалось, что её окунают в кипяток, так жарко вдруг ей стало.

Она бросила кружево вниз под ноги, оставшись лишь в трусиках и чулках.

— Чего вы хотите? — произнесла она.

— Тебя.

Кира шагнула к нему, и он обхватил её лицо ладонями.

— Я хочу тебя. Твоё тело, твою душу, твоё сердце, твоего ребёнка. Я хочу, чтобы ты, — он коснулся её губ своими, — была моей, чтобы я мог взять тебя в ритуале и вне его. Тогда, когда хочу и так, как хочу. Я хочу, чтобы ты была покорной и преданной. Дерзкой и жаждущей наказания. Чтобы ты подчинялась мне на коленях и вынуждала меня подчиняться тебе своей нежностью. Чтобы ты оставалась рядом.

— Кажется, — прошептала Кира, — это было признанием в любви.

Тёмный Лорд покачал головой, не отрывая взгляда от её обнажённой груди.

— Всего лишь умелое притворство — и жажда мужчины, желающего вас. Вам стоило бы лучше разбираться в людях, мисс Риаз.

Кира слабо улыбнулась.

— Профессор Деннет сказал бы, что мне стоило бы лучше разбираться в Тёмных Лордах.

— И был бы прав.

Его ладони переместились ей на плечи, мягко давя на них, заставляя опуститься вниз. Кира оказалась на корточках, а потом — властно откинутой на спину.

— Завтра на экзамене я буду немилосерден, — предупредил он, расстёгивая брюки.

— Да, милорд.

— И если вы перепутаете хотя бы один слог в формуле, вы будете сосланы в подвал на веки вечные. Извлечь вас оттуда сможет разве что мистер Хили, но когда-нибудь вы туда вернётесь.

Кира вздрогнула от его взгляда, тёмного и затягивающего.

— Я понимаю, милорд, — прошептала она. — Разрешите мне идти… и готовиться?

Она чуть не расхохоталась ему в лицо. О, это было бы неплохой местью: уйти, сесть за книги и оставить его без десерта.

Но он не позволил бы ей, она знала. И не обманулась.

Руки Тёмного Лорда легли ей на бёдра, гладя её сквозь тонкую ткань пока ещё сухих белоснежных трусиков, и кружевная юбочка на них взметнулась, делая Киру похожей на невинную девочку.

Ей было девятнадцать, ему — не меньше тридцати пяти. Он был великим тёмным магом, аристократом по рождению, единственным наследником древнего рода, пусть и полукровкой. Она же была безродной адепткой первого года, случайно избранной Тёмным Лордом в тринадцать и так же нечаянно попавшейся ему на глаза в восемнадцать.

Как же так получилось, что их судьбы оказались так тесно сплетены? Что в любой из его ипостасей они любили друг друга?

— Не бросайте меня, — прошептала она.

— Даже если я вас брошу, — услышала она негромкий ответ, — я всегда вас поймаю.

Кира приподнялась, помогая ему снять с неё бельё. О, она любила эти минуты. Обнажённая, в его власти и в его воле, и ей не нужен был ошейник, чтобы помнить, кто повелевал ею в эти часы.

— Примете у меня экзамен прямо сейчас? — вырвалось у неё. — Уверена, я смогу заработать высший балл совершенно честно.

Его руки на её груди, пальцы, сжимающие её соски, его прикосновения, будоражащие, волнующие… Кира была обнажена, а на террасе было прохладно, но ей вдруг сделалось жарко.

— Экзамен какого рода, мисс Риаз? Боюсь, по этому предмету мне сложно было бы не оказать вам предпочтение.

Ярко горящая над грудью Киры чёрная руна подтверждала его слова.

— Ритуальная магия, — произнесла она. — Я сделаю для вас всё, что делают маленькие развратные адептки, чтобы получить высшую отметку.

— А вот этот ответ мне нравится.

Он потёрся о её вход, и Кира, тихо застонав, раскинула ноги шире, чтобы принять его.

— Умная девочка. Пожалуй, я даже не отправлю вас на переэкзаменовку. Просто назначу отработки. — Он прикусил её ухо. — Будете ублажать своего лорда-ректора из-под кафедры. Или на ней?

— Я могу оставаться после лекций в вашем кабинете, милорд, — проговорила она между поцелуями. — Там прекрасный ковёр.

— Уже успели испробовать? Что ж, вы будете наказаны и за это. У Академии только один лорд-ректор, и это я.

Он приподнял её подбородок, накрывая её рот властным поцелуем. И вошёл в неё.

Кира счастливо всхлипнула, прижимаясь к нему. К жёсткой до хруста рубашке, к мускулистым бёдрам в узких брюках, к губам, что пили её дыхание. Ей было так хорошо после его признания, что она больше не боялась. Ничего. Их ничто не разлучит, никто никого не бросит, они будут вместе — навсегда. И профессор Деннет, которого ей не хватало каждую секунду каждого дня, вернётся. Вернётся, обретя себя навечно.

— Я люблю вас, — прошептала она. — Я всегда буду вас любить.

— Нас обоих?

Кира посмотрела ему в глаза.

— Вас. Только вас. Вы одно. Когда вы обретёте память, вы поймёте.

На миг в его глазах, в глазах Тёмного Лорда, который ничего не боялся, она прочитала нечто очень похожее на страх. Страх, что он исчезнет, не вернётся, что его больше не будет там, в будущем, с ней…

… Но он помнил ту их сцену в спальне, утреннюю и прекрасную. Когда он назвал её маленькой лгуньей, и она поцеловала его. И они были счастливы.

Страх, которым на неё плеснуло, исчез, спрятался на дне его глаз. И он снова поцеловал её, двигаясь с ней и в ней. Они занимались любовью, и Кира принадлежала ему каждой клеточкой своего тела, каждым изгибом и каждым движением, которое было только для него, от мягкого шёлка чулок на её бёдрах до долгого жаркого взгляда из-под ресниц.

— Ваша, — прошептала она, чувствуя, как они оба начинают двигаться быстрее. — Ваша навсегда.

Его губы снова закрыли ей рот, пальцы зарылись в её волосы: скользящие рывки ускорялись, и Кира вцепилась в его плечи, захлёбываясь, задыхаясь от стонов. Её хрупкое обнажённое тело и он, одетый в чёрное: должно быть, они были удивительно гармоничны, но Кира была неспособна сейчас думать. Её кожа горела огнём, длинные рыжие волосы разметались по плечам, глаза ловили блеск его глаз, и ей было так хорошо и сладко, словно их занятие любовью и было ритуалом. Единением.

… Кажется, она на миг потеряла сознание, ослеплённая звёздами. Кира пришла в себя в его объятьях на тёплом и твёрдом полу террасы, лёжа головой на его груди.

— Вполне себе влюблённая пара, — прошептала она.

— Вас выпороть?

— Не выпорете, — сонно пробормотала она. — Это нечестно. Завтра у меня экзамен.

— Что ж, выпорю после экзамена, — спокойно согласился он. — Вы необычная адептка, мисс Риаз: другая бы уже убежала, сверкая голыми ягодицами. Учить магические формулы и чертить руны.

Кира засмеялась.

— Вы слишком сильное искушение, чтобы вам не поддаться, — произнесла она. — Может, я сдам вам экзамен прямо сейчас? Какая разница? Это всего лишь условность, правда?

— Правда, — кивнул он. — Но принцип остаётся: всем адептам предоставляются равные возможности. Ваши же… — его взгляд скользнул по её обнажённой фигурке, — несколько несправедливы по отношению к остальным, вам не кажется?

— Тогда почему не отправить меня к мадам Кински?

— Потому что я лорд-ректор Академии, и я лично решу, кому из моих адептов стоит заниматься боевой магией, а кого не подпускать к ней ещё минимум пару месяцев, пока тот не усвоит простейшие правила безопасности. Вы, кстати, относитесь ко второй категории.

Кира поперхнулась.

— Ч-что?

— Вы дали столько клятв на крови, подписали столько контрактов и так грубо нарушали свою безопасность, не говоря уже о вашей прогулке в одиночестве, когда вас чуть не похитили, что вам нужен отдельный курс и индивидуальный преподаватель. Боевая магия — это не только руны и огненные шары, мисс Риаз. Я удивлён, что ваш предыдущий профессор не проповедовал вам этого.

Голос Тёмного Лорда был сух и бесстрастен.

— Он всего лишь преподавал мне самые азы, — тихо сказала Кира. — Развивал мою магию. Не пытался научить меня всему сразу.

— Что ж, теперь у вас другой преподаватель.

Кира хмыкнула.

— Хотите сказать, что будете относиться ко мне как к равной? Ко взрослой? Не запирать в подвале, как несмышлёного ребёнка, а учить защищаться?

— Со временем. Но всё же, — неохотно сказал Тёмный Лорд, — мой двойник был прав: чем быстрее и скорее вы обучились бы боевым искусствам, тем выше возросли бы ваши донорские способности, а для завершения великого ритуала нужно только это и именно это. К тому же, обучая вас, он укреплял вашу связь. Он был умным человеком.

— Вы, — тихо поправила Кира.

Тёмный Лорд вздохнул.

— Полагаю, если бы он сейчас был на моём месте, а весь прошедший год опекал бы вас я, то он отнёсся бы к моим действиям так же пренебрежительно, как и я к его. Мы не очень-то любим друг друга заочно, мисс Риаз.

— Я терпеть не могу свой голос в записи, — сказала Кира серьёзно. — А иногда смотреть не могу на своё отражение в зеркале. Думаю, тут то же самое.

Он негромко засмеялся.

— Вероятно. А теперь вставайте, мисс Риаз. Вас ждёт будущее.

Кира не осталась ночевать: он не позволил ей. И, наверное, правильно: ей стоило отдохнуть перед экзаменом.

Но при одной мысли, что Тёмный Лорд может заснуть и угодить в очередной кошмар из его прошлого, а её не будет рядом, сердце Киры сжималось.

Она сама не заметила, как заснула. И открыв глаза, подумала, что всё ещё спит.

Тёмный Лорд стоял у окна. В руке у него был белоснежный конверт.

— Я оставляю вам это письмо, — произнёс он, не оборачиваясь, — на случай, если мы расстанемся не по моей воле. Если я погибну, окажусь в коме, буду казнён, потеряю память — или обрету её и растворюсь в новой личности.

— Этого не произойдёт… — начала Кира.

— Всё возможно. Но это ещё не всё.

Кира молча смотрела на него.

— Вы когда-нибудь были в горах, мисс Риаз? — тихо спросил он. — Видели горные водопады? Сверкающую на них радугу?

— Нет, — хрипло сказала Кира. — Никогда.

— Я хочу, чтобы вы отправились в путешествие. Ненадолго; на несколько часов, если не захотите тратить на меня неделю.

Кира вздрогнула от этих слов.

Но снова промолчала. Он не хотел сейчас слышать пустых уверений.

— Когда меня не станет, вы уедете в горы, найдёте там небольшую гостиницу. Разместитесь на ночь. А утром возьмёте и отправитесь в предгорья. Не знаю, найдёте вы там то, что видел я в юности. Луга, покрытые жёлтыми цветами, далёкие виды на озеро… сурки на траве. Красоту. Я хочу поделиться с вами этой красотой.

— Да, — прошептала она, потому что не было такой Киры, которая ответила бы «нет».

— И там вы откроете и прочитаете моё письмо. Если я умру, то вы сделаете это после похорон как можно быстрее. Если потеряю себя, то не позже, чем через три дня: как правило, после этого срока изменения необратимы. У меня есть ваше слово, ваше обещание и ваша клятва, что вы это сделаете?

— Есть, — удар сердца спустя произнесла Кира.

— Вы сдержите своё слово, — кивнул Тёмный Лорд. — Хорошо. А теперь спите.

Чёрная мантия скользнула по полу. Он вышел, так и не поглядев на неё.

Впрочем, сколько времени он стоял и смотрел на неё, пока она спала?

Кира приподнялась. Он оставил конверт на столе, и тот белел в предутренней мгле. А на нём темнела строка из двух слов, написанных уверенным чётким почерком.

«Кире Риаз».