Мужчина замялся, но я уже выдохнула с облегчением. Ура! Они не на вампиров нападать идут! Правда, расслабилась я рановато – мне в ладонь ткнулся влажный собачий нос, и я еле сдержала нервную дрожь. Желание опустить взгляд и всмотреться в чёрные глаза Нарта было почти непреодолимым, но я сдержалась, хотя руку не убрала. Сначала выслушаю Тарнаша и уж тогда…
- После вашего бегства из столицы ароллов в предместьях Маргалы произошло нечто…Правда, всё почти сразу же вернулось на круги своя, но некоторые видели, как часть земель пожрала клубящаяся пустота. Мы не знаем… верить ли им? Те, кого эта пустота якобы «пожрала», лишь пожимают плечами и ничего подобного не помнят. Тебе что-нибудь известно об этом?
Сглотнув, я кивнула.
- Вы… то есть ты ведь не это спросить хотел, - заметила тихо. – Но я отвечу и на незаданный вопрос. Да, я имею к этому происшествию непосредственное отношение, и мне очень жаль, что так получилось. Надеюсь, никто не пострадал?
- Насколько мне известно, нет. Расскажешь, что произошло?
- Не сейчас, - я отрицательно покачала головой. – Мне пока трудно об этом говорить. И ты не ответил, как вы узнали, куда меня вышвырнуло?
- Вышвырнуло? Ты о чём? – нахмурился Тарнаш. – Имел место всплеск магии на землях вампирского клана, и мы решили проверить, что и как. Тем более что после странного выплеска неподалёку от Маргалы вокруг одного из замков наблюдается странная активность. Хозяин ведёт себя странно. Ни с кем не говорит, всё мечется чего-то. А Унар молчит. Мой господин пытался вызвать духа Смерти на разговор, но даже после проведения соответствующего ритуала Хранитель просто посоветовал навестить соседей. Вот мы и…
- Фу-у-ух… А мы-то с Майлсом недоумевали, чего вам в его землях понадобилось!
- Так ты там была?! Таша, у тебя… - дроу нервно оглянулся через плечо, но спросил сам, не дожидаясь, пока его вопрос одобрят: - Скажи, ты всё помнишь?
- Провалы в памяти у меня бывают, но не в этом случае, - ответила, понимая опасения мужчины. – Я прекрасно помню и тебя, и всё, что связано с Шайдаром. Не тревожься, мы с вампирами почти подружились. Они даже послали своих ребят встретить искателей и проводить их до деревни кратчайшим путём. Майлс обещал, если всё будет в порядке, проводить их сюда, когда они прибудут в деревню и отдохнут немного.
- Когда?
- Вроде как завтра утром. Вы извините, наверное, не очень красиво вас самих не пригласить на постой, но… я там немножко напортачила, и вампиры сейчас стоят на ушах, - виновато разведя руками призналась, чуть-чуть погрешив против истины.
Напортачила-то я знатно, но по большей части в Ребре и дома у главы клана. Деревня же цела и невредима. Вот только дроу это знать не обязательно, а так - и волки сыты, и овцы целы. В смысле, и вампиры ни в чём не виноваты, и остроухие лишнего не увидят. Авось и не обидятся на нарушение законов гостеприимства.
- Ничего-ничего, - вопреки моим опасениям, даже с некоторым облегчением улыбнулся Тарнаш. – Мы и сами не горели желанием наносить визиты. Ты не против, если мы разобьём лагерь здесь и составим тебе компанию?
- Конечно! – улыбнулась, втайне радуясь отсрочке. Прямо сейчас выяснять природу Нарта было откровенно страшновато. – Я буду очень рада познакомиться с отцом Габи. Или этикет этого не позволяет?
- Какой этикет, когда дело касается Хранительницы? – проговорил спокойный голос, и я увидела, как от компании дроу отделилась одна из фигур. – Тем более, мы здесь инкогнито.
- Хм… Для некоторых Правителей мой статус - далеко не аргумент, - протянула я рассеяно, с любопытством рассматривая лицо скинувшего капюшон мужчины.
Глава 4 Дела семейные
Характерный насмешливый прищур тёмно-лиловых глаз, форма носа, очертания губ – всё очень напоминало Габриэля. Угу. И ещё кое-кого, хорошо мне знакомого. Забавно, что при встрече с Вирлинаганиэлем сходство его черт с чертами Серта в глаза не бросилось. Разве цвет волос, но светлые эльфы все блондины. По крайней мере те, кого я видела.
- Вы про историю с Дирнутом, когда тот искал диверсанта, испортившего портьеры? – усмехнулся, грациозно склоняя голову, мужчина.
- В том числе, - кивнула, краснея от смущения. - Вы ведь Аторэль?
- Приятно убедиться в проницательности Хранительницы, - польстил дроу. – Я наслышан о вас от Тарнаша. Но поверьте, далеко не все столь привержены традициям и этикету, как правитель Харрута. К тому же, согласитесь, он очень многое потерял, не считаясь со статусом Хранительницы.
Почувствовав, как напрягся Нарт, всё ещё сидевший прислонившись к моей ноге, я окончательно смутилась и зарделась. Да уж, знать бы ещё, как Хартад отнесётся к моей авантюре с проташами. Я ж ему так и не рассказала, хотя возможность была. Сам факт знакомства с Тарнашем тайной не является. Всё же посол находился во дворце вполне официально, а тут…
- Пожалуйста, давайте не будем об этом, - попросила, уже почти уверенная в личности своего лохматого спутника. – Лучше скажите, как к вам обращаться?
- Аторэль, и без титулов, - обаятельно улыбнулся брюнет. – Тарнаш, займись обустройством лагеря, пока мы беседуем с Хранительницей.
Вообще-то, задавая свой вопрос я имела ввиду именно титул, но по имени даже проще.
- Тогда называй меня Ташей, - улыбнулась я в ответ. – И на «ты». Я себя неуютно чувствую, когда мне выкают. Особенно если это будет делать Правитель и отец моего хорошего друга.
- Сочту за честь, - поклонившись, сказал мужчина, а я, коротко извинившись, сбежала и сныкалась за ближайшими кустиками.
Несмотря на обстоятельства и присутствие рядом кучи вооружённых нелюдей, включая самого главного в Тригори дроу, моё внимание почему-то безраздельно принадлежало Нарту. Вернее, Хартаду, если моя догадка верна. Пусть я не могу разобраться в себе, но светлое и яркое нечто внутри меня решило всё само, расправив радужные крылья. Как бы там ни было, если Хартад и вправду не бросал меня, и даже сейчас рядом… Какое значение имеет всё остальное? Дроу там, или вампиры – без разницы, если тарухан рядом и… любит.
Я чересчур наивна? Скорее да, чем нет. С другой стороны, по прошествии времени не задуматься о скоропалительности собственных выводов, сделанных в Маргале, не могла даже я. Вдруг есть разумные объяснения той ссоры? Вдруг я что-то не так поняла, или мой принц из каких-то личных соображений сказал отцу то, что сказал? Пожалуй, единственное, чего не я смогу простить – это подлость, а любимый, хотя его демарш против свадьбы выглядел именно так, чересчур благороден для подлости.
Сегодняшняя ночь, да и сам факт создания Грея, как телохранителя для тарухана, говорили о многом. Унар ведь далеко не дурак, хоть и склонен шутить по-дурацки. Если уж дух Смерти для охраны меня счёл возможным создать Шаксус Джера именно Хартаду, значит, уверен в нём. В смысле - в том, что я для него важна. Ой! Выходит, Унар рассчитывал… он знал, что Хартад будет рядом со мной! Вот жук хитропопый! Хм… Да, надо будет сказать Хранителю при случае спасибо.
Как любимый оказался в теле пса – вопрос десятый. Решим. Лишь бы догадка не оказалась бредом, но это вряд ли. Всё сходится на том, что тут я права.
Непонятно, почему Хартад сразу не объяснился, когда «снился», хотя… чувствуя, как щёки наливаются уже не румянцем, а свекольной краснотой, я прикусила губу, пряча улыбку. Может и хорошо, что ничего не сказал. Слова – это лишь слова. Что они стоят против произошедшего?
Но всему своё время. Сейчас разберёмся с дроу, и тогда поговорим спокойно, а там станет ясно, обижаться или как. Не буду вредничать, тем более... Ой!
Отвлекшись на размышления, я даже не заметила, как эльфы разбили лагерь. И хвороста успели натащить, и пледы развернули, и котелок над огнём подвесили. Шустрые, блин! Но я не этому удивилась. Все дроу отличались высоким ростом и привлекательной внешностью. У всех были длинные тёмные волосы и ладные фигуры. Широкие плечи, развитая за годы тренировок с мечом мускулатура.
У всех, кроме одного.
Слева от костра готовил, вернее, готовила походную постель... эльфийка. Первая, которую я повстречала на Шайдаре! Правда, лица совсем не видно пока, но тоненькая фигурка и чисто женская плавность движений говорили сами за себя. Кажется, понимаю, почему Тарнаш обрадовался отсутствию приглашения на визит к вампирам…
Когда же, словно почувствовав мой взгляд, женщина выпрямилась и обернулась, я ахнула повторно и вытаращилась на… Вот ёшкин кот! Я тысячу раз видела эти густо-синие огромные глазищи на пол-лица! Ого!
- Тёмного Неба, - я поклонилась, пытаясь припомнить, как зовут матушку моего остроухого друга.
Кажется, Мергалиэлла, но не поручусь. К тому же она по крови светлая, значит должна быть блондинкой, а тут... Маскируется? Наверняка, иначе зачем волосы красить в чёрный? Да и, если припомнить всю её историю… ещё бы она не маскировалась! Если её Веня найдёт, по головке не погладит. Вот только…
- Не ожидала встретить здесь эльфийку, - закинула я удочку сразу после ответного приветствия. – Соскучились по сыну?
- Д-да… - Женщина вздрогнула, испуганно глянув на мужа. Хотя они ведь не женаты официально! Помнится, Габи переживал по поводу своей незаконнорожденности, да и Серт рассказывал, что тварк, брачный браслет Повелителя светлых, так и не открылся. Не бывает у эльфов разводов, исключительно вдовство. Кстати, о нём…
- Вы очень похожи, - улыбаясь, пояснила я свою догадливость. – И вы, - добавила, переводя взгляд на Аторэля. – Сложно не заметить.
Учитывая тот факт, что Габи в отца пошёл, а в матушку как раз Серт…
- Ты весьма наблюдательна, - заметил с оттенком напряжённого недовольства правитель Тригори, задвигая любимую за спину.
- Все члены команды искателей мне бесконечно дороги, - глядя прямо в глаза встревоженному дроу, твердо сказала обоим. – Ради каждого из них я самолично любому глотку перегрызу. Поверьте, не стоит беспокоиться насчёт меня. Я на вашей стороне. Правда.
- Хочется в это верить, - всё ещё укрывая Мергалиэллу собой, проговорил Аторэль.
- Угу, только что ж вы так неосторожны? Зачем позволили супруге покинуть дворец?
- Я не супру… - начала было женщина, но я её перебила с многобещающей улыбочкой:
- Это ненадолго!
Давно мечтала насолить Вене за скотское обращение с Сертом, а тут такой случай! Да и напряжение последних дней сыграло свою роль - ладошки так и чешутся сделать что-нибудь эдакое, для души. Прищурившись, я переключилась на магическое зрение и расплылась в счастливой улыбке.
Как я и думала, на предплечье эльфийки обнаружился брачный браслет, почти такой же, как тот, что пытался некогда всучить мне остроухий приятель-блондин. Тоненькие силовые нити-паутинки плотно обвивали руку женщины, горло и верхнюю часть груди, но я уже видела нечто подобное. Тогда, в библиотеке дворца в Харруте. Оборвать нити, связывающие Хартада с артефактом рода было просто. Кстати, с Лея я магическую паутину тоже сняла играючи. «Что нам стоит дом построить», ежели почти вся магия этого мира в моём распоряжении? Вопрос риторический.
Аторэль, правда, жену прикрыл собой, да ещё в свой плащ завернул, но меня это уже не волновало. Даже угрожающее рычание Грея и Нарта, когда дроу вынул из ножен меч, почти не отвлекло от дела. Я старательно распутывала и разрывала связующие нити тварка.
- Вот и всё, - спустя несколько секунд протянула я торжествующе, когда браслет с тихим щелчком раскрылся, и уже обычным зрением посмотрела на Аторэля. - Теперь можете жениться, сколько влезет. Если есть желание, конечно.
О, надо было видеть выражение лица Правителя! Он побледнел, как полотно, несколько раз отрыл рот, глядя на меня с непониманием и ужасом, а после обернулся к эльфийке так резко, что его длинные волосы плеснули по воздуху.
- Мерги, ты… Что она сде…
- Я… свободна, - едва слышному шёпоту потрясённой до глубины души женщины вторило довольное урчание Грея. Потом мимо меня в костёр пролетел знакомый браслетик, и эльфийка разразилась слезами, обхватив руками широкие плечи мужа. Будущего, но разве это важно? По сути они всегда были мужем и женой, просто не могли официально подтвердить это.
Пока правитель Тригори успокаивал свою Мерги, я глубоко вздохнула, смахнув сентиментальные слёзы со щеки и… опустилась на корточки. Обхватив лохматую голову Нарта сглотнула и жадно всмотрелась в чёрные глаза пса. Черные, а не зелёные, но…
- Это ведь ты? - выдохнула почти беззвучное. – Хартад?
Секунда растянулась бесконечностью ожидания, но легкий кивок, и сердце меняет ритм ударов о рёбра. Я едва держала всхлип, но:
- Ночью… ты говорил правду? – тихое. – Ты… Мне не приснилось? Я действительно тебе… нужна?
Кивок и лохматая голова утыкается мне в колени, а я запрокидываю голову к низкому небу, в глупой попытке не дать наполнившим глаза слезам пролиться. Господи, неужели всё именно так? Неужели он не собирался меня бросать или обманывать, любя другую? Неужели я просто… истеричная дура? Если так…. спасибо тебе за это счастье, Боже!
В который раз смахнув слёзы, снова обняла, вынуждая посмотреть на меня.
- Почему ты не хочешь превращаться в себя сейчас? Магия нужна? – он отрицательно мотнул головой, заставляя продолжить: – Хорошо. Если так нужно, пусть будет, как ты решил. Впрочем, это мы позже обсудим, а сейчас… я просто хочу, чтобы ты знал.
Я приблизила лицо к чёрным глазам, где плескалась тревога, и, пристально глядя в них, произнесла шёпотом:
- Что бы там ни было, в каком бы ты ни был теле, Хартад… я люблю тебя. Если я тебе нужна…
- Таша?
Вопросительный призыв Тарнаша оборвал фразу, но даже вопль бешенного носорога в бальном платье не затмил бы уже яркого блеска счастливых глаз напротив.
- Да? – на миг обняв четырёхлапое тело любимого принца, я поднялась на ноги и посмотрела на дроу.
- Что происходит? - с беспокойством разглядывая моё мокрое лицо спросил мужчина, движением руки указывая на застывших каменным изваянием Мерги и Аторэля.
Мдя… У меня дежавю! Эльфийка, положив руки на плечи мужу, буквально лучилась счастьем. Впрочем, правитель Тригори не отставал – смотрел так, что того и гляди трава вокруг загорится. Ух… кажется, сегодня день воссоединения влюблённых.
- Ничего особенного, - улыбаясь во все тридцать два зуба, я всхлипнула от полноты чувств. – Всё встаёт на свои места, и только-то. Как думаешь, может им стоит побыть наедине и наобнима… поговорить спокойно? А то как-то неудобно, да и завидно.
- Но…
Почесав репку, я покосилась на Нарта. Не могу называть тарухана истинным именем, когда он вот такой, лохматый. Будем исправлять ситуацию. Тем более не одним дроу нужно уединение, чтобы нормально, без лишних глаз, поговорить.
Оглядевшись, я тяжело вздохнула. Наколдовать пару больших палаток – не проблема, но тут банально не хватит для этого места. А если на вершине холма?
- Грей, золотце, - повернувшись к довольному до чёртиков Шаксус Джеру, протянула я просительно, - ты сможешь подняться на холм? Помнится, у Альки шкура дублёная, ей колючки по барабану.
Зверь небрежно фыркнул, поднимаясь.
- Тогда, если позволишь, я бы воспользовалась твоей помощью, чтобы не лезть через кусты самой. Можно? – получив согласие от Шаксус Джера, перевела взгляд на моего «облохмаченного» принца. – Я осторожно, обещаю.
Не могу сказать, что Хартад с энтузиазмом откликнулся на идею, но и не возражал. Только посмотрел непонимающе и дёрнул лопатками, имитируя пожатие плечами. Под ошарашенным взглядом Тарнаша, который не знал, куда смотреть - на нас с Греем, или на собственного начальника, намертво отрешившегося от окружающей действительности, я забралась на спину Шаксус Джера. Благо, тот догадался лечь на землю, чтобы мне было проще.
На холм мы поднялись втроём. Игнорируя колючки, тарухан в собачьей ипостаси двигался подле своего телохранителя. Удивительно, как много меняет знание! Ещё утром присутствие рядом пса ничуть не смущало и не тревожило, а сейчас я жадно отмечала в нём присущую тарухану грацию и хищную скупость движений. Как я могла прежде не замечать этого вопиющего сходства?! Слепая бестолочь…
К моему удовольствию, на вершине холма места оказалось более чем достаточно для будущего лагеря. Сжав в руке Нашкар, я прикрыла глаза, удерживая в воображении картинку поросшей кустами земли. Магия ласковым теплом толкнулась в ладонь, отзываясь на призыв, и спустя пару минут мы стояли на краю ровной площадки, поросшей серебристым вереском. В центре образовавшейся полянки высилась внушительная груда хвороста. Кустики, конечно, жалко, но иногда удобство и жажда уединения важнее.
Ещё через четверть часа я открыла глаза и радостно улыбнулась.
- Будь так добр, - обратилась к Хартаду, кивая на меньший из трёх шатров, - войди внутрь и полай. Нужно проверить, насколько удалась задумка. Если всё получилось, шатры должны быть звуконепроницаемыми.
Глянув с почти благоговейным обожанием, мой лохматый тарухан нырнул под белый полог.
- Ничего не слышно, - сглотнув под выразительное насмешливое фырканье Грея прошептала я в ответ на вопросительный взгляд вернувшегося из нашего убежища на эту ночь пса.
Уф, как же меня нервирует это несоответствие! Глаза видят собаку, а думать о ней надо, как о человеке, да ещё и любимом! Чувствую себя извращенкой. Со временем привыкну, наверное, но пока очень уж странно. И вообще! Я хочу спать. Денёк сумасшедший выдался, а прошлой ночью…
Покраснев, я покосилась на… «предмет волнений». Чего себя обманывать? Усталость тут не причём. Просто я безумно хочу воочию убедиться в реальности Хартада. Вера верой, но пока руки не пощупают, мозг отказывается до конца принимать возможность невозможного. Всё-таки девятнадцать лет на Земле против нескольких недель на Шайдаре – не шутки, да и разговор в нашем случае объективно необходим.
Спустившись со спины Шаксус Джера, я благодарно его погладила по морде.
- Спасибо, золотце. Ты очень мне помог. Кстати, тебе имя «Грей» нравится? Извини, в наших обстоятельствах спрашивать недосуг было, но ведь никто не помешает после подобрать другое имя, которое тебя устроит.
- Всё замечательно, Таша, - неожиданно отозвался зверь низким голосом.
- Ох! Ты говоришь!
- Естественно, - чуть наклонив голову к плечу, спокойно выдохнул он. – А ты сомневалась?
- Ну, я как-то даже не успела особенно посомневаться, - улыбнулась я невозмутимым интонациям нового друга. – Времени не было. Чисто для уточнения: тебя Унар ведь для Хартада создал, да?
- Именно так, Хранительница. Дух Смерти счёл, что раз у тебя уже есть Шаксус Джер, да и жизнь Хартада важнее собственной, имеет смысл охранять именно тарухана. Тем более, для хозяина ты значишь не меньше.
- Вот как… - Покосившись на довольно сверкающего глазами принца, я смущённо прикусила губу. – Нашел-таки способ обойти правила, юморист упёртый…
- Ты чем-то недовольна? – встревоженно спросил Грей. – Прости, я не все твои эмоции ощущаю.
- Так тебе и не положено, мои Алька считывает. И я всем довольна. Более чем! Тебе магия нужна, кстати? Помнится, Аля…
- Благодарю, но нет, - с достоинством покачал зверь головой. – Унар был весьма щедр ко мне. Он куда сильнее Ашмара и сейчас, не говоря о том времени, когда ты только пробудила хранителя Жизни.
- Вот и ладненько. Значит, осталось только позвать дроу. Как думаешь, они сами сюда проберутся, или им тропку надо сварганить?
- Таш, в Тёмных Землях с удобными дорогами вообще не очень, а эти эльфы – элита своего народа. Причём по большей части боевая. Они по пути сюда видели много чего пострашнее колючих кустов.
- Тогда кликну остроухих, и срочно по шатрам, спать. Пусть сами костёр разводят и дозор выставляют. Кстати, ты сам-то с нами ночевать будешь, или возле огня?
Грей как-то особенно ласково, хоть и чуть насмешливо ухмыльнулся, и покосился на хозяина:
- Обожаю свежий воздух, - протянул он вкрадчиво. - И живой огонь.
- Правда?
Не то чтобы я очень хотела получить нового знакомого в шатёр, но как-то уж очень равнодушно прозвучало признание в любви к ночёвкам под открытым небом. Чересчур, при том как ярко сверкнули зелёные глазищи!
- Вообще да, - Грей неожиданно подмигнул, - но конкретно сегодня моё обожание дополнительно подстёгивает жажда жизни. Всё же это моя первая ночь на этом свете.
- Эм… А под крышей она перестанет быть первой? - не удержалась я от ироничного замечания.
- Боюсь, она станет последней, – многозначительный кивок в сторону Нарта, демонстративно разглядывающего пейзаж.
- Ах, да… - моя ироничность сделала ручкой, уступив место ушиобжигательному смущению. – Но ты преувеличиваешь! Хартад очень добрый и понимающий. Он никогда тебя не обидит.
- Конечно-конечно! И всё же я не стану рисковать едва обретённым существованием.
А в деланно-равнодушном тоне чёрного монстра столько скрытого тепла! И я не удержалась – обхватив клыкастую голову, прижалась к ней щекой:
- Спасибо…
Едва слышное довольное ворчание стало единственным ответом. А вот Алька не преминула бы оставить за собой последнее слово.
Любопытно, а наши Шаксус Джеры друг другу понравятся? Наверняка, ведь если Аля - моя проекция, а Грей – Хартада, значит… Сдаётся мне, спустя лет двести эти мифические прежде существа станут на Шайдаре не такой уж и редкостью…
Поймав себя на мысли о маленьких Шаксус Джерчиках, играющих в салочки, я фыркнула и отошла к краю холма. Не стоит смущать нового знакомого подобными картинами. Пусть и не мой телохранитель, но вдруг увидит? Угу. А потом мне Алька голову открутит за такие фантазии…
- И чего ждём? – глядя с края полянки на озадаченных дроу и оценив общую расстановку сил внизу, подбоченилась я. – Берите вещи и все сюда! Грей, - обернулась через плечо: - Принесёшь мой рюкзак и плед?
- Если эльфы не додумаются захватить, принесу, - кивнул тот в ответ.
В начале моей фразы дроу кучно стояли возле обнимающего жену Правителя. Кажется, все они пристально и жадно следили за нами, но не поручусь. Всё-таки для меня темнота и расстояние – весомое препятствие. Выйди дроу из круга света, и вовсе не увидела бы их ни за какие коврижки.
Зато теперь я имела честь наблюдать волнительную, почти волшебную картину. Мужчины безмолвно и слаженно подхватывали какие-то вещи и, отходя от костра, буквально растворялись в ночи. Даже бледный свет лун не спасал положения. В смысле, я ни черта не видела до того момента, пока подле меня бесшумно не появлялась фигура очередного эльфа.
Аторэль явился первым и с женой на руках. Мерги обнимала его за шею, глядя на меня огромными сверкающими глазами. Их сияние даже темнота не могла скрыть!
- Я очень рада за вас, - искренне улыбнулась венценосной паре, пока остальные дроу не подтянулись.
- Мы пронесём благодарность через века… - начал было Аторэль, но я отмахнулась, прервав его тихим:
- Не стоит. Я же говорила, что ваши сыновья – мои друзья. Надеюсь, счастье родителей будет им хорошим подарком. Им - в честь воссоединения, а вам, - я в упор посмотрела на правителя Тригори, - в честь знакомства с первенцем.
- Что?!
-Хм… - Я перевела взгляд на эльфийку, зажавшую рот ладонью и виновато прикусила губу. – Надеюсь, я не выдала секрета? Всегда бегу впереди паровоза!
- Я… - женщина судорожно вздохнула, закрывая глаза. – Я не была уверена, что именно Аторэль…
- Мерги, ты хочешь сказать… - мужчина прищурился и сглотнул, явно изумлённый до глубины души.
Эльфийка промолчала, и пришлось мне брать инициативу в свои руки. Всё равно завтра всё станет очевидно, так чего тянуть?
- Пойдёмте в ваш шатёр, поговорим спокойно.
- Наш? – Правитель вопросительно вскинул брови.
- Вон тот, голубенький, - указала я. – Самый маленький - для нас с Нартом, большой – для остальных. Накрывать звуконепроницаемым куполом весь лагерь не совсем удобно, поэтому я по отдельности только шатры прикрыла. Нас там никто не услышит, а говорить о важном вот так, на виду у всех… как-то это не предусмотрительно. Не находите? К тому же я подумала, вам будет, о чем поболтать наедине.
Тут слева от нас из темноты материализовался незнакомый дроу. В смысле, мне этого остроухого ещё не представили. Дождавшись, пока Атороэль даст указания насчёт ужина, ночлега и дозора, сделала знак Нарту следовать за собой и направилась к шатру.
- Грей, не в службу, а в дружбу, покарауль у входа, на всякий пожарный.
Когда мы вошли внутрь временного жилища, Шаксус Джер понятливо улёгся возле стены снаружи и прикрыл светящиеся глаза, став почти невидимым. Классная маскировка, кстати. Хорошо Унар постарался.
Внутри было светло и уютно. Вообще, я нормальные шатры только в цирке видела, так что сварганила просто очень большую палатку, причём настолько, что палаткой называть её язык не поворачивался. Учитывая нежно-голубой окрас и внутреннее убранство – тем паче.
Пол затянут плотной непромокаемой тканью по типу прорезиненой брезентухи. Поверх него для тепла светло-сиреневый толстый ковёр с длинным ворсом. Звуконепроницаемые стены и магический шарик-люстра. Широкая кровать, сейчас застеленная меховым покрывалом, низенький круглый столик и подушки вокруг него, рассыпанные прямо по ковру. Что ещё нужно для счастья?
Например, два бокала, бутылка хорошего грузинского вина, нарезанный кубиками твёрдый сыр, блюдо с фруктами и несколько толстых свечей. Я подумала, что ужин ужином, а отпраздновать избавление от тварка Аторэлю с Мерги не помешает. Жаль, не предусмотрела, что ввалюсь в палатку сама, да ещё и с Нартом. Теперь вот краснеть и объясняться.
- Не рассчитывала на приватную беседу в столь поздний час, - виновато развела я руками. – Но язык мой – враг мой. Боюсь, я испортила вам романтический вечер своими умозаключениями. Могу я присесть?
Пока я устраивалась на подушках, нарочно не глядя на парочку ошарашенных эльфов, Нарт уселся рядом, подставив под спину тёплый бок. Мой хороший… понял, насколько я смущена, и нашёл выход! Прислонившись к любимому, я и его рядом чувствую, но и глаз не вижу. Оно и хорошо, в такой-то близости от широченной кровати и вина. Красного. Как в нашу первую ночь…
- Таша, - первой дар речи обрела всё же Мергалиэлла, но вопрос задала совершено безумный: - Он меня… ненавидит?
- Веня-то? Наверняка. Он вообще всех ненавидит, как мне кажется.
- Нет, - эльфийка досадливо замотала головой. - Я про сына.
- Серт? Откуда такие глупые мысли?! С чего ему ненавидеть собственную мать? Кстати, ничего, если я буду на «ты»?
- Это честь для меня, - отмахнулась женщина и опустилась на подушки напротив меня. – Понимаешь, я ведь его бросила. Не хотела, но бросила и, сколько ни пыталась потом, всё впустую. Эрданелон очень хорошо охраняется, а Вирлинаганиэль… он…
- Козёл белобрысый, - подсказала я с улыбкой. – Я в курсе. Довелось познакомиться, чтоб ему икалось и не спалось. Но ведь Сертик не дурак, он прекрасно всё понимает. Не тревожься, он будет очень рад увидеть тебя, правда. Вот завтра по утру явится - сама убедишься.
- А он… - Мерлигалиэлла нервно сжала руку мужа, который обнял её за печи. – Он подозревает, что Габри…
- Нет, я не говорила, - успокоила я женщину. – Хартад, правда, в курсе моих предположений, да и сам давно это подозревал, но он не скажет. Честно. Только, если вы захотите этот факт скрыть от них, не уверена, что вам это удастся.
- Скрыть? – подал голос Аторэль. – Только не от них самих! Как ты могла даже предположить такое?!
- Ну, чем чёрт не шутит, - пожала я плечами и зевнула, не сдержавшись. – Простите. Устала очень. В любом случае, ваши сыновья слишком похожи. Не так, чтобы совсем очевидно, но достаточно, чтобы я с первой встречи с Габриэлем всё время ловила себя на мысли, что он безумно напоминает мне Серта. Да и на вас мой блондинистый друг похож. На обоих. Рано или поздно, даже если мы все смолчим, кто-нибудь заметит это сходство и сделает закономерные выводы. Шила в мешке не утаишь. Лучше заранее подстраховаться и подстелить соломки. Слава Богу, ребята подружились, и тут проблем не должно быть. Хотя есть и ещё один момент, где проблем тоже не предвидится.
- Какой?
- Уверена, для Сератиниралиэля будет приятным сюрпризом узнать, что он незаконнорожденный, и Веня ему никто. Они с мнимым папашкой друг друга на дух не переваривают, а власть над Эрданелоном моему синеглазому ушастику до фонаря. Но имейте в виду: попробуете затирать старшенького – встану на его сторону и наколдую всем и каждому розовые рожки и губки бантиком!
Кажется, эффект от угрозы вышел никакой. Просто я опять душераздирающе зевнула. Аторэль во всяком случае лишь улыбнулся мне, причём с такой искренней теплотой и благодарностью, будто я ему сейчас не Кузькину мать показать обещалась, а поклялась в любви и верности до гроба. Странные эти эльфы!
Я опять зевнула, чуть не свернув челюсть. Всё, если так дальше пойдёт, вырублюсь прямо тут и испорчу остроухим не только вечер, но и ночь! А мне ещё с Хартадом нужно с глазу на глаз потолковать.
- Простите меня, пожалуйста, - понимаясь на ноги, я потёрла лицо руками. – Пойду к себе, а то совсем засыпаю. Чтоб не маялись, пока скажу лишь основное. Мои выводы насчет вашего родства основаны не только на внешнем сходстве. Есть ещё проклятие рода, которое Серта не затронуло, а должно бы, будь он наследником повелителя Эрданелона. Завтра обсудим подробности, а сейчас спокойной вам ночи. Утро вечера мудренее, всё обязательно устаканится, ко всеобщему благу.
- Приятных снов, Хранительница, - растерянно моргнув, на автомате выдал Правитель. Вот что значит настоящая, впитанная с молоком матери вежливость!
Дроу
- Аторэль, я сплю? – спросила Мергалиэлла, когда хранительница Несущего Надежду выпала из шатра. Причём именно «выпала», споткнувшись о невидимого в темноте Шаксус Джера и кубарем перелетев через него со странным воплем «Ёкарный бабай».
- Не уверен, - протянул дроу растерянно. - При других обстоятельствах ни за что не поверил бы, что вот эта девочка - Хранительница, - признался правитель Тригори, притягивая любимую ближе к себе.
Сквозь щель между двумя треугольниками странной ткани, прикрывающими вход в шатёр, виднелась человечка, потирающая плечо и шипящая сквозь зубы. Таша сидела на земле, растрёпанная, уставшая и явно досадующая на себя саму. Но ни капли смущения или злости! А ведь Хранительница только что в буквальном смысле упала на виду у десятка свидетелей. Но, похоже, собственный статус – последнее, что её волновало.
- Она странная, - заметила эльфийка, прижимаясь щекой к плечу Аторэля. – Слишком наивная и непосредственная для такой проницательной девушки. Ты не находишь?
- И предусмотрительной, кстати. Знаешь, - мужчина нахмурился, - я бы не сказал, что Таша так уж наивна. Непосредственна – это да, но наивна… Смотри: предположив, что мы попытаемся отрицать, - дроу запнулся, помолчал и продолжил хриплым от волнения голосом: - отрицать родство с Сератониралиэлем, Таша мгновенно выдала нам вариант развития событий. При этом она озаботилась скрыть наш разговор от посторонних ушей. Причём не только магией, но и с помощью Шаксус Джера. Скрыть даже от наших людей!
Неожиданно снаружи донёсся тихий смех Хранительницы.
- Вот всегда я так! Обязательно споткнусь на ровном месте, бестолочь!
Правители Тригори проследили, как спасительница Шайдара хлопнула себя по лбу и замотала головой, словно дивясь своей неуклюжести.
- Как только вы меня терпите, такую несуразную? – виновато пробормотала девушка собаке и Шаксус Джеру, поднимаясь. - Ой, совсем забыла!
Спустя несколько секунд Таша просунула голову в палатку:
- Забыла показать, как дверь закрывается, - пояснила она торопливо и потянула за крохотный металлический язычок возле верхнего края полотняной занавеси.
– В моём мире это называется молнией. Тянете вниз – ткань смыкается, вверх – проход откроется. И не беспокойтесь, если услышите шум снаружи. Я так купол настроила. Изнутри всё прекрасно слышно, а снаружи нет. Это на тот случай, если искатели нас найдут прежде, чем мы проснёмся. Чтобы дозорные могли нас позвать. Всё, до конца сами закроетесь, а то отсюда неудобно. Доброй ночи.
И Хранительница исчезла.
Аторэль подошёл к выходу их шатра и убедился в том, что небольшой кусочек металла надёжно сцепляет железные зубчики, будто впаянные в ткань. Опустив язычок, указанный Ташей, до самого пола, мужчина обернулся к жене.
- Хранительница крайне добра, почти всемогуща, на удивление бескорыстна и, ко всему прочему, искренне любит нашего сына. Обоих сыновей. Мерги, мы всё-таки спим!
- Так не бывает, - неверяще покачала головой эльфийка. – Утром я и представить себе не могла, что уже ночью буду свободна и почти счастлива.
- Почти?
- Завтра, когда наши дети будут здесь, «почти» превратится в «абсолютно». Скорей бы уже…
- Ну… - Аторэль ласково улыбнулся и помог Мергалиэлле подняться. – Я не могу приблизить рассвет, но вполне в состоянии скрасить ожидание.
Поцелуй получился долгим, нежным и полным невысказанных признаний.
- Я знаю, - оторвавшись от губ прильнувшей к нему женщины выдохнул дроу, - ты много лет носила тварк, который ненавидела всей душой. Если позволишь, я хотел бы компенсировать его утрату своим брачным браслетом. Ты примешь его?
- Да!
Вино, бокалы и кровать оказались весьма кстати. Неоднократно.
Глава 5 Благие намерения
Хартад
Впервые в жизни я испытывал такое нетерпение. Разговор с Аторэлем раздражал до такой степени, что приходилось сдерживаться, чтобы не обратиться прямо здесь, шокируя Мергалиэллу. Или вцепиться в подол платья любимой и попросту утащить её в столь предусмотрительно созданный белый шатёр?
Идеи, одна безумнее другой, сменяли друг друга с бешеной скоростью, и потому я просто сидел, усиленным в разы обонянием впитывая аромат своего чуда. Я не шевелился, до боли остро ощущая близость Таши и опасаясь, что сорвусь. Любимой вряд ли понравится, если я превращусь в самого себя на глазах правителя Тригори и его избранницы, схвачу Ташу в охапку и брошусь прочь, сверкая голой задницей. Или всё-таки понравится?
Прикрыв глаза, чтоб не смущать чересчур пристальным вниманием дроу, я мысленно улыбался. Всё-таки Таша неподражаема! И вампиров спасла, и походя избавила дроу от, по сути, проклятья. Сколько интриг, сколько заговоров с целью вынудить Аторэля заключить официальный брак! Сколько веков покушений на Мергалиэллу… Я даже не говорю про скрытую обиду Габриэля, который искренне обожал обоих родителей, но при этом никак не мог простить отцу двусмысленное положение матери и себя самого.
Причины, по которым Правитель не желал вступать в законный союз со своей единственной фавориткой, родившей, к тому же, наследника, что в современных условиях катастрофического дефицита магии особенно важно, не раскрывались. О них не знал никто. Ни советники, ни приближённые, ни даже сам Габриэль. Думаю, Аторэль со временем раскрыл бы свои мотивы наследнику, но пока тот был слишком молод и горяч, а сохранение тайны было жизненно необходимо.
Просочись хоть капля информации в Эрданелон, Вирлинаганиэль имел бы полное право потребовать возвращения жены, да ещё и обвинил бы Тригори в её похищении. В наших условиях - это война. Причём война всеобщая, поскольку нашлось бы немало желающих подлить масла в огонь. Те же гномы. Им стравить две магические расы - за праздник. Истощить обе, поддерживая то одну, то другую сторону. Втянуть в это дело ещё людей и парочку наиболее воинственных племён, а после… Эх, не хочу сейчас думать о всех нюансах политической игры. Интриг и теперь хватит, куда ж без них, но хотя бы тут Аторэль сможет вздохнуть спокойно.
Брак Повелителя светлых с матерью единственного наследника тёмных аннулирован. Причём аннулирован Хранительницей Нашкара, а это, скажу я вам – приговор. Даже эта вот палатка, созданная Ташей на глазах у элиты Тригори и пары-тройки вампирских шпионов – благословение спасительницы мира. Против этого, даже узнай Вирлинаганиэль о личности фаворитки Аторэля и матери его наследника, не пойдёшь.
Кстати, о наследнике. Если догадка любимой верна, а я в этом уверен, Эрданелон лишается одного из трёх принцев, зато Тригори обретает дополнительную опору. Если вспомнить, как глубоко, в силу обстоятельств, Серт знает реалии государства светлых эльфов… О, да! Если Аторэль признает первенца наследником своей власти, скучать никому не придётся. И что-то мне подсказывает, он так и поступит.
Искренняя симпатия, возникшая между Габи и Сертом - отдельная тема для размышлений. И даже она ведь возникла исключительно благодаря Таше! Кто бы ещё кроме неё смог свести вместе тёмного и светлого эльфов, да ещё и заронить в них зерно дружбы?! Никто и никогда! Но для моего чуда нет ничего невозможного.
И ведь дело не в магии. Совсем нет! Не в том, что Таша может свершить невозможное. Она просто хочет этого. Спасти едва знакомого эльфа или огромного монстра. Помочь Душе Света или пробудить самого Ашмара. Возродить меллорны. Вытащить из Тени моего деда. Назвать братом орка, представителя презираемой всеми расы. Наделить силой древнего библиотекаря. Подружить тёмного и светлого эльфов. Восстановить колодец вампиров, медленно убивающий клан.
И это только навскидку! Были ещё феи, гоблины, я сам с печатью Харташ Элмане… Всего и не упомнишь. Она даже инкуба, из-за которого погибла, запретила трогать! Моя светлая… Теперь вот дроу. Просто слов нет!
При том Таша всё это делает не ради выгоды. Любимой даже в голову не приходит потребовать чего-то взамен! Ни признания, ни власти, ни благодарности хотя бы. Она просто помогает - от души, от всего сердца. И хоть бы признавала собственные заслуги, но и тут открещивается, всячески приуменьшая свою роль. Моё хрупкое, нежное чудо…
Моё… До сих пор не верится!
Никто, кроме Таши, не стал бы вмешиваться, исправлять чужие судьбы и растворять беды, зачастую рискуя собственной жизнью. И лишь на первый взгляд это для неё легко. Уж я–то знаю, сколько даже не магических, а душевных сил вкладывает любимая в каждое чудо. Чего стоят все её обмороки, провалы в памяти!
После спасения деда она на ногах с трудом стояла, не говоря о длительной болезни и магическом истощении. Порой мне хочется, чтобы любимая хоть немного думала о себе, была чуть осмотрительнее и не бросалась на помощь каждому встречному-поперечному сломя голову. Сейчас вот отчётливо ощущаю, как дрожат от слабости её руки, как сильно она устала, освобождая эльфийку и создавая этот лагерь для дроу и… нас.
Моя хрупкая, добрая девочка… Я не знаю таких слов, чтобы хоть отчасти облечь в них то, что чувствую. И она светлая во всём и ко всем. С её силой она легко могла бы в клочья порвать Бвера после неудавшейся попытки убийства, лишить Вирлинаганиэля или Ирвина жизни. И любой её понял бы в тех обстоятельствах, но Хранительница неизменно предпочитает рисковать своей жизнью, а не забирать чужие. Давать всегда больше, чем брать или ожидать от окружающих.
Когда Таша поняла, кто стоит рядом с ней в облике пса… По сути, я ведь не сказал ей главного, явившись ночью. Не смог, или не захотел – не суть важно. Но любимая думала, будто спит, а я… Как сдержаться, когда чудо плавится в твоих руках, отдаваясь бездумно, искренне, безоглядно?
И опрометчиво, если честно. Она же до последнего не верила мне, просто махнула рукой на доводы рассудка. Я должен был устоять, дождаться, пока все точки над «и» будут расставлены, но не справился с собой. Да и как? Небо, как может в одном сердце вмещаться столько любви?! Столько счастья?!
Я понимал, как необдуманно поступаю, вводя любимую в заблуждение своим видом. Для того были объективные причины, но всё же. И я ожидал чего угодно, когда вскроется правда: слёз, обвинений, злости. Чего угодно, только не «люблю тебя»…
Нужна ли она мне? Как дико…Больше, чем воздух! И Грей тому порукой. Сейчас я даже не могу думать о значимости самого его появления. Если уж дух Смерти счел мою жизнь равнозначной жизни Хранительницы, значит я и вправду важен для неё настолько, что…
Нет! Об этом после! Всё после! Политика, войны, тайны и весь мир! Всё после. Пока я просто дышу, чувствуя прикосновение любимой и вдыхая её запах. Предвкушая разговор и…
- …пойду к себе, а то совсем засыпаю.
Таша поднялась так тяжело, что я даже испугался – как бы опять в обморок не упала. Маленькая моя, что же ты совсем себя не жалеешь? Шли бы все дроу вместе с вампирами к маргному гоблину! Ты же вчера прорву сил отдала, да и днём… Впрочем, разве ты можешь иначе? Нет, конечно. Как бы я ни хотел, чтоб ты хоть иногда ставила свои интересы выше чужих, это была бы уже не ты.
Чувствую, сколько веков ни отмерит нам Небо, до последнего вздоха мне предстоит ограждать тебя от тебя же, и раз за разом признавать поражение, негодуя, досадуя и восхищаясь тобой. Не веря счастью быть защитой и опорой светлому чуду... А защита склонной отдавать себя целиком Таше пригодится. Ох, как пригодится!
Вот сейчас, например. Еле на ногах держится – а всё туда же. Пытается улыбаться и беспокоится, чтоб дроу не волновались понапрасну. Что ж с тобой делать, чистая моя? Боюсь, пока главное - не поддаться порыву, но это ох как сложно...
Ещё чуть-чуть, и я бы не сдержался – скинул бы ипостась и просто отнёс Ташу в шатер. И плевать, что подумают дроу о наследнике Харрута, разгуливающем в собачьей шкуре и потерявшем разум до такой степени, что не погнушался предстать обнажённым пред ясные очи единственной фаворитки Аторэля, матери двух принцев и, уверен, будущей правительницы Тригори! Причем на глазах собственно Аторэля, да ещё в присутствии хранительницы Несущего Надежду.
От международного и не только скандала спасла любимая, направившись к выходу прежде, чем зуд обращения окончательно затмил последние проблески моего рассудка. Уж несколько метров до нашей палатки перетерплю, всего лишь подставляя спину и страхуя Ташу на случай очередного обморока. Только бы в ближайшую минуту ничего не случилось.
Если заявится ещё хоть кто-нибудь, жаждущий помощи и магической поддержки… я его покусаю без зазрения совести! А потом обращусь, перекину Хранительницу через плечо и забаррикадируюсь с ней в Ребре. На год! Или на два!
Но без приключений опять не обошлось. Кто бы сомневался! Любимая совершенно позабыла о ставшем невидимым Грее, а тот, зараза такая, и не подумал освободить дорогу. В результате, когда Таша споткнулась и перелетела через Шаксус Джера, я едва успел подставить спину, смягчая удар.
- Грей, я тебя в клочья порву! – мысленно зарычал я. Таша, падая, неудачно повернулась и потянула плечо. – Не мог отойти?!
- А ты мне сказал, что вы идёте? - раздражённо огрызнулся зверь. – Сказано было «сторожи», вот я и сторожил.
- Альки на тебя нет, - сквозь зубы прошипел я, с болью в сердце глядя, как моя девочка морщится, потирая руку. Лучше бы я себе что-нибудь сломал! Защитник маргнов… Даже от собственного телохранителя не уберёг!
Тут Таша подняла взгляд, посмотрела на виноватую морду Грея и нее менее виноватую мою. Шаксус Джер, правда, выглядел ещё и раздражённым - точно Алю на него натравлю утром! Вот расскажу ей всё, и посмотрим, как она будет Грея по всем буеракам гонять! Сам-то я только убить его могу, но это уже чересчур. Хотя сейчас очень хочется. Хотя бы потому, что в золотистых глазах Таши сверкают непролитые слёзы.
Любимая прикусила нижнюю губу, а затем тяжело вздохнула:
- Из-за меня ругаетесь? – спросила тихо. – Глупо. Я же сама его просила покараулить у дверей, а ранний склероз одной безголовой Хранительницы – всяко не вина Шаксус Джера, правда?
Хлопнув себя по лбу, Таша тряхнула головой, улыбнулась и негромко рассмеялась:
- Вот всегда я так! Обязательно споткнусь на ровном месте, бестолочь!
Ох, милая… Ты даже чужие ошибки на себя берёшь… Обо всех заботишься, кроме себя.
Я подставил спину, помогая Хранительнице подняться, и едва не застонал, услышав её «Как только вы меня терпите, такую несуразную». Она ещё и извиняется! Нет, это уже переходит всякие границы! Другая ругалась бы, и вполне оправданно, кстати, а моё чудо в своём репертуаре.
Мало того, любимой ещё приспичило объяснять дроу, как закрыть шатёр! Самой бы запереться сил хватило! И я не выдержал.
- Грей, прикрой нас.
Точно помню, что Алька время останавливала, значит творение Унара тоже справится. Уж не знаю, как - глаза отведёт, или ещё что. Мне уже без разницы.
- Сможешь глаза отвести или время притормозить? Алька так делала, и…
- Действуй, - с готовностью отозвался Шаксус Джер.
А в следующую секунду прохладный ночной ветер коснулся моей обнажённой кожи. Без лишних разговоров я подхватил Ташу на руки. Любимая ахнула, но, едва глянув на моё лицо, улыбнулась и обняла за шею.
- Сколько можно над собой издеваться?! Ты и так еле живая, а никак не успокоишься. Этих спаси, ту освободи, этому разложи всё по полочкам…
- Люблю тебя, - тихое.
Я на миг прикрыл глаза и замер, прижимая Ташу к себе крепче. Родная моя…
- Спасибо, Грей. До завтра, - спустя пару секунд входя в шатёр, через плечо поблагодарил я Шаксус Джера и шагнул в сторону от входа, прикрытого тканью. - Небо, неужели мы одни?…
- Подожди, - Таша улыбалась, глядя с восторгом и нежностью. – Дай молнию застегну.
Покачав головой, я осторожно опустил хрупкое чудо на кровать. Благо идти недалеко.
- Я сам. Слышал, что ты дроу говорила. Тебе лучше сейчас полежать.
Отвернуться и лишить себя зрелища лежащей на меховом покрывале любимой, такой беззащитной и желанной, оказалось не просто, но я справился. Пока искал неприметный язычок хитроумного запора и закрывал «молнию», прошло не больше пары мгновений. Таша не позволила себе даже такой передышки и подошла.
- Сейчас мне «лучше» просто быть рядом с тобой, - прижимаясь щекой к моему плечу прошептала она. – Это правда ты? Здесь, со мной?
- Я всегда с тобой, - всем телом ощущая прикосновение любимой выдохнул я хрипло. – Прости меня. Таша, я…
- Метаморф, - ничуть не смущённая моей наготой улыбнулась она, и узкие ладони скользнули на талию. – Я догадалась. Давай поедим, а ты всё расскажешь?
Я развернулся и заглянул в её глаза, полные золотистого тепла.
- Ты не злишься на меня?
- За что?
- Вчера я… Ты ведь думала, что спишь, а мы… я…
- Глупый, - ласковый смех окутал меня, стирая все страхи и сомнения. – Если ты здесь, значит, сон был правдой. Весь, понимаешь? Я думала… потеряла тебя навсегда. Но если я тебе нужна, что может быть прекраснее? Сон там, или нет, главное – ты со мной. Это мне прощения просить нужно. Я была такой дурой! Не разобравшись, поверила в страшное, а ты… Хартад, я…
Не выдержав сумбурных и совершенно неуместных извинений, я наклонился и накрыл манящие губы лёгким поцелуем. Моя! Моя любимая, моё чудо, моя… невеста.
- Таша, никогда больше так не делай, - титаническим усилием воли прервав касание, обнял её. – Умоляю тебя!
- Как? – касаясь губами моей обнажённой кожи и почти обжигая дыханием.
- Не сомневайся в моих чувствах к тебе, - я сжал хрупкие плечи. – Можешь сомневаться во мне, в других, в самом Шайдаре – в чём угодно, только не в моей любви. Ты – мой свет, моё чудо... Этот мир – ничто без тебя.
- Опять ты глупости говоришь, - рассмеялась Таша, очаровательно порозовев. – Пойдем лучше есть, а то я голодная, как волк.
Надо сказать, она позаботилась не только о правителях дроу. Помнится, я и в большой шатёр заглядывал. Там кроме узких, но зато удобных кроватей имелся ещё стол с несколькими большими кастрюлями, пахнущими мясом и овощами. Здесь тоже был стол с фруктами, хлебом, сыром, кувшином ткила, полюбившегося Таше и…
- Сога? Это же моя любимая рыба! - удивился я наличию национального блюда.
- Я запомнила, - присаживаясь на подушки кивнула Хранительница, – Ещё в Харруте. А ещё ты предпочитаешь твёрдый сыр, но никогда не ешь брынзу.
- Хм… - у меня просто не было слов. Все растаяли в пламени восхищения, благодарности и щемящей нежности к этому чуду.
Она глянула снизу-вверх и, кажется, прониклась выражением полнейшего, поистине идиотского счастья на моём лице. Потупилась. Кончик левого ушка, виднеющегося из-под растрёпанных прядей, заалел.
- Садись уже, - чуть ворчливо буркнула любимая себе под нос. – И так уже всё холодное. Хочешь, чтоб ледяной корочкой покрылось?
- Рядом с тобой? – подчиняясь, прошептал я сиплым от волнения голосом. – Это невозможно.
- Почему это? – торопливо откусывая от якши, которую она упрямо называла персиком, буркнула Таша.
- Ты слишком тёплая, если не сказать больше. Вот сгореть рядом с тобой вполне возможно.
- Не всегда, - она почему-то нахмурилась и поёжилась. – Порой вполне реально покрыться ледяной корочкой. Ты как в собаку превратился? Почему заявился один? Как вышло, что ребята так от тебя отстали? Поче…
Пока любимая засыпала меня вопросами, я торопливо ел. Знал ведь - спрашивает больше для того, чтоб тему сменить, а стоит мне начать говорить, обязательно спохватится и начнёт уговаривать сначала поесть. Ещё и на себя наговаривать будет, извиняться, что «совести у неё нет».
Когда мы из Штольни вернулись, уж как она радовалась, сколько вопросов задавала, а пока все не поели - слова не дала сказать. Ещё и ругала себя за болтливость и эгоизм, подкладывая эльфам, Варуку и мне куски послаще.
Собирался ещё тогда спросить, что это за «эгоизм» такой, да как-то не успел. Наверняка словечко из её родного мира, но хотелось бы узнать смысл. Если судить по самой Таше - нечто вроде самопожертвования и доброты, но она его исключительно в негативном ключе употребляет. Значит наоборот.
Проглотив последний кусок, я положил рыбы на тарелку любимой, до сих пор пустую, кстати.
- Теперь ешь ты, а я буду рассказывать.
- Я ем, - продемонстрировав надкушенный якши, улыбнулась она, но фрукт отложила. – Ладно, не бузи. Чего сразу хмуришься?
- Того. Ты в последний раз ела только утром, и то походя. Хочешь совсем обессилеть?
- Боишься, отощаю и перестану тебе нравиться? – смущённо глянув из-под ресниц, протянула Таша.
- Просто «нравиться» ты мне не будешь в любом случае, потому что я тебя люблю, а это много больше. Ешь.
- Хм... На комплимент не похоже, - задумчиво покрутив в руках вилку, отозвалась насмешливо.
- А это и не комплимент, всего лишь правда. Ешь давай, если хочешь услышать ответы на свои вопросы.
- Не уверена, что услышу, даже если ты будешь рассказывать, - со вздохом призналась любимая.
- Почему же?
- По трём причинам. Я очень устала и спать хочу больше, чем есть, но это - мелочь. Поговорить с тобой хочу значительно больше и того и другого, вместе взятого.
Согретый этим признанием до глубины души, я смотрел на смущённую Ташу и не понимал, от чего мне предстоит растаять окончательно: от её заботы, искренности, светлой щемящей нежности золотистого взгляда или самозабвенной любви?
Вверить душу и тело моим заботам, а после, узнав об измене, пусть и мнимой, пожертвовать жизнью ради меня же! Понятно, что и ради остальных искателей, но ведь Хранительница пришла именно ко мне, и не проклинала, а открывала душу, желала счастья. Кто способен на такое, кроме неё? Кто мог простить мне обман прошедшей ночи, едва его заметив? Кто мог…
- Понимаешь, - смущённо ковырнув вилкой рыбу на тарелке, Таша глянула из-под ресниц и покраснела: - У меня, когда я твой голос слышу, мозги плавятся. Я таю, как кусок воска возле печки. Но это ещё полбеды. Я уже немного привыкла концентрироваться на содержании речи, не растекаясь лужицей счастья, но сейчас, боюсь, не справлюсь.
- Почему? – едва смог выдавить из себя.
Желание сгрести любимую в охапку, сжать покрепче и не отпускать никогда стало почти непреодолимым.
- Разрушительному воздействию твоего голоса на мою способность думать ещё можно противостоять, если очень постараться, - неожиданно ехидно протянула она, - но вот зрение… Сейчас оно меня буквально добивает! Ты ничего не забыл, любимый?
- Эм…
Любимый… Это слово в очередной раз горячей дрожью невероятного счастья растеклось по венам, но Таша в упор посмотрела мне в глаза, а затем опустила взгляд ниже и покраснела. И тогда я забыл про всю нежность, трепетное счастье и прочие тёплые чувства. Кожу опалило дыханием совсем других эмоций.
Ошалев от счастья, я действительно упустил из вида такую банальную вещь, как отсутствие на мне одежды! Теперь же мной вновь овладела гремучая смесь из дикой, почти звериной страсти и благоговейного восторга. Откровенное восхищение в глазах любимой – это неописуемо!
- На Земле говорят: «Женщина любит ушами, а мужчина глазами». Так вот, к твоему сведению, я осознала, насколько далека от соответствия этой поговорке, – тихий шёпот. - Поначалу и вправду зацепил именно голос, но дальше… Хартад, я люблю тебя и глазами тоже! Не говоря о сердце, душе и обо всём остальном. В общем… какая, нафиг, еда?!
Я никогда никого не хотел так всепоглощающе и полно, как эту хрупкую девушку. Я никогда и никого так не боялся спугнуть неосторожным движением, или словом, как её… И это при том, что Таша принимала меня любого! Но как поверить самому себе? Как поверить Небу, которое подарило мне такое Чудо?!
Это… страшно. Когда-то именно Таша точнее всего описала этот страх. Она сказала, что боится проснуться. Я тоже этого боюсь. До дрожи, до замирания сердца! Наверное, этот страх не отпустит никогда, потому что без неё, без любимой, всё потеряет смысл. Судьба Шайдара, долг перед Харрутом, друзья и враги, гордость и сама жизнь. Даже страсть.
- Тебе нужно поесть, - взяв себя в руки произнёс я, поражаясь неровному звучанию собственного голоса. – И выспаться. Если моё присутствие этому помеха, я уйду или обращусь.
- Жестоко, - вздохнула Хранительница и перевела взгляд на полную тарелку, – Но действенно. Рассказывай, я постараюсь не отвлекаться.
Она всё-таки принялась за еду, а я, загоняя животные инстинкты и желания глубоко внутрь, начал рассказывать. Оказалось, если опустить терзания, предположения и эмоции, для описания произошедшего достаточно четверти часа. Ещё оказалось, что набитый пищей рот ничуть не мешает Таше скрипеть зубами. В последнем я убедился, когда рассказывал про значение печати Харташ Элмане, поставленной отцом, и суть нашего с ним разговора в Маргале, который столь превратно истолковала любимая.
- То есть, - отложив вилку протянула она, когда я вкратце обрисовал причины, по которым обогнал остальных искателей. – Нарида и вправду была твоей невестой? Получается, ты её бросил?
- Не совсем так. У нас с Наридой прекрасные отношения, но не более того. Невестой… пожалуй, была. Неофициально, но это подразумевалось. Просто она последняя молодая тарухана на Шайдаре. К тому же лишь у неё достаточный магический резерв, чтобы выносить ребёнка.
- А как же… Я говорила с ней в Харруте, и она… думаю, она отнюдь не равнодушна к тебе, Хартад.
- Ко мне? Это вряд ли. Нарида всегда была скрытной, её так воспитали, но… Нет, она никогда не питала ко мне иных чувств, кроме дружеских. Она всё-таки выросла у меня на глазах, часто бывала во дворце. Отец запланировал наш брак едва ли не до её рождения.
- Тогда… Выходит, Нариде разрыв помолвки, пусть и неофициальной, на руку? - Золотые глаза сверкнули, а на губах заиграла лёгкая мечтательная улыбка. - И сдаётся мне, не ей одной!
- В смысле?
- Ну, если она была влюблена в какого-то тарухана, но считала своим долгом заключить брак с тобой, то теперь… Кому-то очень повезло, ты не находишь?
- Дай Небо, - я сглотнул комок, вставший в горле при виде с искренней радости, озарившей лицо моего чуда. – Ты неподражаема!
- Что?
- Ничего, - я протянул руку и заправил выбившуюся из косы прядь за розовое ушко. – Просто люблю тебя.
- И я тебя, - тихим эхом отозвалась Таша. – Пойдём спать?
- Конечно. Учитывая мой непристойный вид, позволишь отнести себя в кровать?
- Учитывая твой вид - безусловно. И, кстати, он великолепен.
- Кто? – поднимаясь, нахмурился я. – Избранник Нариды? Ты его всё-таки видела?
- Нет, - очаровательно покраснев, любимая приняла мою руку. – Я о твоём виде. Он прекрасен.
- Не вводи меня во искушение, - подхватывая Ташу покраснел уже я. - Тебе нужно как следует выспаться, но ещё пара фраз в таком ключе, и моей сдержанности придёт конец.
- Правда? – обнимая за шею выдохнула любимая ласково. – Обещаешь?
- Предупреждаю, - на миг прикрыв глаза, я вдохнул аромат её волос и титаническим усилием подавил порыв обеспечить Хранительнице отнюдь не сон. – Ты же устала, как я не знаю кто! На ногах уже не стоишь.
- Угу, не стою. Это потому что ты меня держишь.
- Спать! – одной рукой стянув с изящных ступней пыльные туфельки, я поставил Ташу на кровать. – Быстро под одеяло, иначе я за себя не отвечаю!
Оценив силу собственных желаний и возможность их сдержать, я тяжело вздохнул и покосился на подушки, разбросанные по полу. В данных обстоятельствах разумнее будет лечь отдельно. Иначе ни ей, ни мне отдохнуть так и не удастся, а любимая сегодня совсем измучилась. Если когда-нибудь вернусь в Харрут, запрусь с Ташей на пару лет в восточной башне, замурую вход…
- Хартад, зачем ты перекладываешь подушки? Мне кажется, они и так прекрасно смотрелись.
Я обернулся через плечо. Таша стояла на кровати, изогнув одну бровь и подбоченившись.
- Если я лягу с рядом, отдыха тебе не видать, а ты и так едва на ногах сто…
- Это я уже слышала, - оборвала меня на полуслове любимая. – Но, во-первых, стоять в кровати я и не собираюсь. По крайней мере долго. А во-вторых…
Не отрывая от меня взгляда, Таша расплела косу и тряхнула головой. Тёмные пряди рассыпались по плечам. Дрогнули ресницы, манящие нежные губы чуть приоткрылись... Я нервно сглотнул, с трудом проталкивая сквозь горло обжигающий ком жгучего голода. Прижать любимую к себе, почувствовать под пальцами шелковистую кожу, ощутить вкус её дыхания и…
- Таша, пожалуйста… не надо. Я…тебе…
Одно нарочито плавное движение, и платье стекло по нежному телу на пол.
- Хартад, иди ко мне, - тихий шёпот, и все мои благие намерения сгинули в никуда.
Глава 6 Утро с огоньком
Таша
Открыв глаза, я улыбнулась. Вроде и поспала-то жалких пару часов, а чувствую себя отдохнувшей и полной сил. Может, Нашкар постарался? Или это от того, что под щекой ровно бьётся сердце любимого, а его рука бережно и крепко прижимает меня к широкой груди?
Не знаю, но какая разница, если так хорошо и уютно? И удобно, кстати! Просто непостижимо, насколько комфортно спать вот так, обвивая собой зеленоглазого принца! С каждым вдохом наполняя лёгкие тонким запахом его кожи, касаясь его рук, груди, бедра и… всего Хартада, в общем. Люблю его.
Я улыбнулась и снова прикрыла глаза, но сон не шёл. Захотелось растормошить тарухана и потребовать «продолжения банкета». Просто так, чтобы убедиться в реальности слепящего счастья.
Вчера, как ни пытался тарухан проявить никому не нужное благородство, заснули мы лишь под утро. Какой сон, когда он рядом? Тем более, когда сложно после всего вот так сразу поверить, что страхи и сомнения оказались лживыми. Сломанные радужные крылья, ледяная стужа в душе и боль до беззвучного крика… А что лучше огня растопит лёд? Только лава, бегущая по венам.
Нет, я оценила порыв любимого - приятно, когда о тебе так заботятся. Кто бы спорил? В конце концов, я и вправду жутко устала, но стоило зеленоглазому принцу со стоном накрыть мои губы поцелуем, всю усталость как рукой сняло.
Я так соскучилась по горячим рукам и жадным объятиям Хартада, будто и не было прошлой ночи, когда плавились в одном пламени… Зато теперь я точно знала - плавлюсь наяву! Знала и превращалась в сотни белых язычков огня, льнущих к любимому… Горела в коконе нашего желания, своего восторга, его нежности.
Ощущение было, будто я оказалась в эпицентре неумолимого, сносящего всё на своём пути урагана огня. Вокруг ревёт жадное властное пламя, а я заключена в кокон бесконечной любви, и мне ничуть не страшно дышать в одном ритме со стихией, поднимающей меня к самым небесам. И даже рассыпаться тысячами раскалённых угольков совсем не страшно, потому что всё равно навсегда останусь частью этого неумолимого вихря. Смертоносного, раскалённого до бела, бушующего и… трепетно нежного. Моего личного урагана чувств по имени Хартад.
Прикусив губу, я посмотрела на подбородок любимого, попавший в поле зрения. Доброго тебе утра, совесть! Что ж ты так не вовремя проснулась-то? Зачем напомнила про себя? Придётся теперь пнуть либидо под дых, помня про усталость тарухана. Пусть отдохнёт, а я пока… Хм…
Призадумавшись, потянулась к Нашкару с просьбой. Будить мужчину не хотелось, а вот привести себя в порядок и помыться очень даже. Ещё нужно какую-никакую одежду наколдовать.
Пёс из Хартада классный получился, но я бы предпочла его в истинном облике. Исключительно чтобы не чувствовать себя извращенкой, с вожделением косясь на лохматую собачатину.
Несущий Надежду с готовностью откликнулся, и я почувствовала, как тёплая волна магии окутывает любимого, стекая с моих пальцев.
Отдыхай пока, мой хороший. Денёк предстоит весёлый. Когда рядом со мной у тебя были другие?
Осторожно выпутавшись из объятий тарухана, я сползла на пол и со вкусом потянулась.
С чего начинается идеальное утро? Кроме ровного стука сердца любимого под щекой, конечно. Естественно, с душа! Вот его-то я себе и сварганила.
Прямо в палатке намагичила душевую, сполоснулась и привела в порядок волосы. После, развеяв громоздкую сантехнику, прибарахлилась. Так и подмывало для себя колдануть что-нибудь эротичное и женственное, но тратить силы на «пару часов покрасоваться перед Хартадом» в наших обстоятельствах глупо. Обойдусь эротичным кружевным бельём, вечером хоть раздеваться не стыдно будет.
В остальном пришлось в кои-то веки прислушаться к голосу разума. Аккуратно убрав в рюкзак вчерашнее платье и туфельки, я оделась для пешего перехода: лёгкие кроссовки, тёмно-серые трикотажные штаны, чёрная футболка и тонкая водолазка жемчужного цвета. Плюс ещё добавила к комплекту шерстяной свитер с воротом-хомутом. Последний надевать не стала, попросту завязав на талии длинные рукава.
За стенами палатки уже слышались разговоры дроу - наверное, уже совсем позднее утро. Скоро ребята подтянутся, надо бы поторопиться. Не хочу пропустить момент встречи эльфов с родителями.
Обеспечив любимого комплектом одежды, я подошла к кровати и залюбовалась. Всё-таки мне просто сказочно повезло. Мало того, что в настоящую сказку попала, так ещё и принца своего нашла! И тоже настоящего! Не по статусу - по сути.
Если Дирнут лишит Хартада права наследования, лично я только порадуюсь. Где жить и чем заниматься - сообразим, а трон… Да на кой чёрт он вообще нужен? Лишь бы любимый не переживал на этот счёт, а остальное – фигня.
Я присела на краешек кровати, кончиками пальцев, едва касаясь, обвела контур губ спящего мужчины. Как жалко его будить… но ничего не попишешь, придётся.
Нашкар послушно снял чары с тарухана, и длинные ресницы дрогнули, когда я ласково поглаживала тёмную бровь, тая от нежности и желания зацеловать Хартада до потери пульса.
- Доброго утра, - растворяясь в изумрудном пламени распахнувшихся глаз, прошептала ему. – Как спалось?
- Прекрасно, - со сна ещё более низким, чем обычно, голосом пробасил он, обвивая мою талию рукой и роняя на себя. - А почему ты одета? Непорядок…
- Для тебя я всегда раздета, - пробормотала, замирая от прикосновения его губ к подбородку. – Просто поверх «раздетости» шмотки напялила.
- Зря. И почему я не остановил это безобразие? Таш?
- Нашкар, - кивнула, улыбнувшись. – Не хотела тебя будить.
- Зря, - повторил лаконичное, и зелёные глаза провокационно сверкнули: - Исправим это недоразумение?
- Я бы с удовольствием, но в любую минуту могут ребята объявиться, - вздохнув, я быстро поцеловала его в губы и отодвинулась, виновато улыбаясь. - Простишь?
- Моя, - завороженно глядя, Хартад протянул руку и прижал ладонь к моей щеке. – Правда ведь?
- Истинная, - на миг прикрывая глаза, чтобы полнее ощутить томной волной разливающийся по телу восторг от этой немудрёной ласки. – Отныне и навсегда! Если ты не передумаешь, конечно.
- Эх, отшлёпать бы тебя за сомнения, да ведь рука не поднимется. Что я должен сделать, чтобы ты наконец-то поверила в меня, любимая?
- В тебя я верю безоглядно и беспрекословно, - рассмеялась я, поднимаясь, и отошла ближе к выходу. - Вот в себе сомневаюсь, это да. Но тут уж ничего не попишешь. Привыкай!
- Таша?
- Я тебя тут подожду, а то сил никаких нет.
- В смысле?
- В смысле, если немедленно не оденешься, я слюной изойду, - буркнула, упираясь лбом в железную полоску молнии. Холодненькая… - Одежда для тебя на кровати. Вода для умывания в тазике на столе.
- Так проголодалась? - спустя пару минут на мои плечи легли широкие ладони и вкрадчивый бархатный голос тарухана скользнул по виску. – Завтрака ждёшь не дождёшься?
- Угу, почти угадал.
- Раз так, пойдём кушать. Дроу наверняка обо всём уже позаботились.
- А ты… - обернувшись, я окинула Хартада восхищённым взглядом и закончила фразу не как вопрос, а утвердительно: - уже оделся. Быстро.
- Поверь, - он поднёс мою кисть к губам и, глядя прямо в глаза, поцеловал, – одно твоё слово, и разденусь я ещё быстрее!
Коленки подогнулись от чувственно-непритязательного жеста, в животе всё сжалось лавовым комом. Я уже подалась к любимому, забыв про глупости вроде завтрака, любопытства и доводов рассудка, когда тарухан вздрогнул и недовольно нахмурился.
- Грей говорит, - с откровенным сожалением пояснил он спустя несколько секунд, - на горизонте гости. Вот… незадача.
Я покосилась на проглотившего явно непечатное словечко мужчину и не сдержала смеха. У Хартада такое разочарованно-печальное лицо было! Картина вселенской скорби, приправленной щепоткой желания кого-то стукнуть. Хорошо хоть не меня.
Тяжело вздохнув, любимый наклонился и, не отпуская моей талии, одним движением расстегнул молнию на палатке. Вот и закончился наш тет-а-тет на сегодня… Всплакнуть, что ли? Но, едва шагнув за порог временного убежища, все мысли вылетели из головы. Ой, мамочки…
За ночь пейзаж претерпел значительные изменения. Да какое там «за ночь»! Всего-то несколько часов, но…
- Таша, ты не устаёшь меня поражать, - хмыкнул Хартад, прижимая мою обалдело озирающуюся персону к себе. – Жить будем отшельниками. Подальше от народа, чтоб не завидовали каждый раз, когда…
- Я не нарочно, - сглотнув, пробормотала ошарашенно. – Честно!
- Не знаю, как другие, а я в восторге, - склонившись, шепнул на ухо тарухан. – Если наша ночь для тебя и твоей магии выглядит вот так… впору задирать нос и таять от счастья.
Холм, поросший кустами, исчез. Мы стояли в центре ровной площадки, окружённой сплошной стеной живого пламени. Узкие ленты белого, черного и зелёного огня переплетались между собой и стремились к небу, образовывая своеобразный колодец.
Эти ленты, словно живые, двигались и с каждым порывом ветра тихонько шелестели. Они обдавали ласковым теплом с ароматом ночного ветра и дыма костра. Их тепло согревало, но не обжигало. Даже серебристо-белый мох, из которого «вырастали» огненные ленты, чувствовал себя прекрасно, и не думая загораться.
Одно плохо - шелест лент очень сильно напоминал… Угу… то ли едва слышные стоны… пусть будет «удовольствия», то ли неразборчивый шёпот любовников. В любом случае, нечто очень интимное, невесомое и, мягко говоря, волнующее. Над головой сиреневое небо Шайдара. Под ногами мягкий густой мох, то и дело вспыхивающий россыпью крохотных разноцветных искр.
Шатры, которые я вчера создала для дроу, тоже не остались без изменений. Теперь они напоминали округлые куски янтаря, объятые белым мерцающим пламенем. И стены шатров плавились! Не растекались лужицей, правда, но ощущение, будто вот-вот растекутся… Прямо как я этой ночью…
Прикусив губу, я покраснела и развернулась в кольце рук Хартада, чтобы спрятать лицо у него на плече, но… открыв рот, увидела, как медленно преображается палатка, возле которой мы стояли, превращаясь в округлый домик из такого же «горящего» янтаря.
Да уж… свернуть и забрать с собой ТАКОЙ лагерь точно не получится. Тут столько магии, что скорее взорвём всё к чертям! И даже с помощью Альки не справиться.
- Кажется, у вампиров появилась новая достопримечательность, - протянула я, от смущения не рискуя посмотреть любимому в глаза. – Блин.
- Насчёт блина не уверен, а вот новый магический источник точно, - рассмеялся Хартад, успокаивающе гладя по волосам.
- Не совсем так, - совершенно спокойно заметил Аторэль.
Вздрогнув, я обернулась. Правитель вышел из большего «шатра», и двинулся к нам, поясняя на ходу:
- Думаю, просто сместилась точка выхода уже существующего источника. Насколько мне известно, она располагалась чуть севернее, примерно в часе ходьбы отсюда. Хранительница, вероятно, изменила поток силы и воскресила иссякший источник. Правда, должен признать, сделала это весьма своеобразно.
Я покраснела, но, титаническим усилием воли подавив желание спрятаться за широкую спину Хартада, небрежно пожала плечами:
- У вампиров брачный бум намечается, пусть будет особое место для романтических встреч. Заодно и Тригори будете в курсе, что я благоволю клану и бодаться с ним за источники нет смысла.
- Понял, - пугающе серьёзно кивнул Аторэль, явно моим пассажем ничуть не обрадованный, но не желающий портить отношений. Даже бровью не повёл, выказывая недовольство! Настоящий Правитель, ничего не скажешь. – Но… раз уж мы с Мергалиэллой присутствовали при создании места силы… нельзя ли установить совместное использование «достопримечательности»? У нас с рождаемостью тоже есть некоторые проблемы, и молодым дроу будет полезно провести здесь хотя бы ночь-другую. Зачатие в таком месте наиболее вероятно, да и дополнительный глоток магии зародышу и матери не повредит.
- Это уже не ко мне, - я тяжело вздохнула, понимая, что, по сути, лишь подлила масла в огонь противостояния между вампирами и Тригори. И без того причиной войн чаще всего были пресловутые источники, а уж теперь... – Я поговорю с Майлсом при случае, но ничего обещать не могу. Это ведь их земли.
- Вряд ли вампиры откажут Хранительнице в крохотной уступке, - скупо улыбнувшись, заметил дроу. - Ведь так?
- Как знать, - я пожала плечами и прикусила губу, соображая, как бы исправить ошибку и никому не навредить. – Пожалуй, в крайнем случае я сделаю и для дроу нечто подобное, - повела рукой вокруг, - Но лишь при условии, что воевать за это место вы не станете! Если договоритесь по-хорошему, пользуйтесь на здоровье. Но если хоть кто-то пострадает - с той ли, с другой ли стороны – пролетите, как фанера над Парижем! И я ни в коей мере не угрожаю, всего лишь ставлю вас в известность.
- Твоя позиция мне ясна, - склонил голову в лёгком поклоне мужчина и вдруг добавил с лёгкой лукавой усмешкой: – Позволено ли мне теперь поприветствовать твоего спутника? Если глаза меня не обманывают, мы знакомы.
- Эм… - я покраснела, вспомнив, что накануне так и не сказала про сущность Нарта Правителю, а теперь и вовсе…
Тихий шёпот-стон огненных лент снова всколыхнул волосы, и я покраснела, но горячая ладонь ободряющее сжала мои пальцы. Мох вспыхнул алыми искрами и замерцал, переливаясь словно раскалённые угли.
- Ваши глаза правдивы, как никогда, Аторэль. Это действительно Хартад, - я растерянно прикусила губу.
Интересно, а титулы любимого ещё действуют? В смысле, могу ли называть его Харрутским принцем, или как? Наверное, лучше обойти этот момент.
- Вы, конечно, прекрасно знакомы по Харруту, да и Габриэль дружен с моим… - я снова споткнулась, слишком смущённая, чтобы продолжать.
- Будущим мужем, - закончил за меня фразу любимый. – Темного Неба, Аторэль. Прими мои поздравления насчёт вчерашнего.
Теперь уже дроу замялся и неуверенно предположил:
- Пёс?
- Именно так, - кивнул тарухан, обнимая меня за талию. – Рядом с Ташей способности рода возвращаются быстрее, чем можно было ожидать.
- Значит, вчера ты слышал весь разговор, - протянул дроу задумчиво.
Меня несколько удивляла манера обоих держаться доброжелательно и в то же время… сухо. Так не разговаривают, так переговариваются. Оба как штык проглотили, подбородки твёрже стали, голоса предельно вежливы, лица невозмутимы.
Что за фигня? Они же тысячу лет знакомы и не враги вроде. Видно, ничего я не понимаю в колбасных обрезках... Потому молча стою, наслаждаясь прикосновением любимого и стараюсь не отсвечивать. Не хватало ещё лезть, куда не звали. Сами разберутся – не маленькие, а я так, примус починяю…
- Для меня данная информация большей частью секретом не была и прежде, - равнодушно известил собеседника Хартад. - Есть ли смысл сомневаться в моей лояльности? Пока вы не угрожаете Харруту, мои симпатии всецело на вашей стороне, с одним лишь дополнением.